Роза на прощание или Отец предатель

Двадцать лет назад

– Почему такая красавица проводит время одна? – любопытно обратился к грустной девушке за барной стойкой. Та повернулась и устало улыбнулась, когда наши глаза нашли друг друга.

– Так бывает, когда сестра в последний момент отменяет встречу, отдавая предпочтение свиданию со своим парнем…

– А как же женская солидарность?!

Незнакомка снова улыбнулась.

– Я всегда с пониманием относилась к её личной жизни, но, однако, привыкла выполнять свои обещания…

– Милая, может, тебе перестать пытаться оправдать чужие ожидания?!

– С чего ты взял, что я пытаюсь быть хорошей девочкой?! – вспылила она, развернувшись ко мне.

Вырез длинного чёрного платья оголил одну из ножек, которая так и манила провести по ней рукой. Или всего-навсего почувствовать на кончиках пальцев нежную бархатную кожу.

Незнакомка поправила пышные чёрные кудри и с вызовом взглянула на меня, а глаза цвета тьмы дерзко блеснули.

– А это не так?!

Я поддёрнул бровь, подначивая девушку, и это сработало.

– Камилла, – представилась она, протягивая свою изящную кисть.

– Джеймс.

Камилла – единственная женщина, которой удалось привлечь моё внимание. Обычно мне не приходилось делать первый шаг, потому что с семнадцати лет девушки первыми замечали меня. А в ней было что-то необычное, что привлекало и притягивало, как магнит. Она красивая, жизнерадостная, добрая и честная… Особенная, в конце концов… Последнее я понял позже, когда стало поздно. Мне интересно: осталась ли она такой же улыбчивой и понимающей, как раньше? Простит ли мой уход?

Я был молод, амбициозен… и глуп. В таком возрасте мало что понимаешь. Ты считаешь, что тебе что-то важно, но через время всё оказывается иначе.

Компьютер включился, но быстрее загружать базу данных не стал.

Как же здесь дела раскрывают, если компьютеры работают как в каменном веке?!

Браузер заработал, поэтому пальцы быстро набрали в поисковике лишь одно слово: «Гвинелли». На месте стрелочки образовался кружочек загрузки, поэтому я снова приступил выстукивать неизвестный мотив, из-за чего рядом сидящие детективы стали бросать на меня недовольные и осуждающие взгляды.

– Простите…

Сослуживцы кивнули и отвернулись, но не перестали возвращаться глазами к надоедливому новичку.

Наконец страничка прогрузилась. Вот она! Да, это точно Камилла!

Глаза нетерпеливо забегали по тексту, но так долго ожидаемые мною слова не превратились в радостное чувство – они сменились безудержным яростным горем.

Ну конечно… Как я мог только подумать, что мы с Камиллой найдём друг друга и счастливо заживём вместе… Вселенная категорически против моего будущего. И точно уж – её будущего.

Я вскочил с места и двинулся вперёд, куда глаза глядят.

Что теперь делать?!

Единственное, что заставляло верить в завтрашний день, – это Камилла. А теперь всё разрушилось в один миг. Все надежды, желания, мечты… В данный момент я предпочёл бы сладкое забвение этим непрошеным переживаниям… Я абсолютно не желал знать о её гибели. Почему?! Когда?! Я не успел взглянуть на дату. А важна ли эта информация теперь?! Её нет, и этого не изменить.

Хотелось убежать от мира, забиться в угол и обо всём забыть. Притвориться, что ничего не знаю… Но это было бы слишком легко, ведь это невозможно.

Неведение – это дар, и мы слишком поздно это понимаем. Часто воспринимаем за данность то, что обязаны ценить…

– Джеймс, что случилось?! – одёрнул Фред.

– Где здесь тренажёрный зал?

– Что?! Э-э… В подвале… Но зачем?!

– Выпустить пар. Отойди, или станешь грушей для битья. Я за себя не отвечаю! – парень ушёл с моего пути и недоумевающе пробурчал:

– Не понимаю, что вообще случилось…

Я совсем перестал замечать чужие подозрительные взоры и вообще окружающих. Лишь ощущал огонь внутри, который ничем не унять.

В мгновение ока я оказался напротив боксёрской груши и стал лупить. Хук левой, хук правой. Я смотрел вперёд, но видел лишь лучезарную улыбку Камиллы. В голове раздался её смех. Такой озорной, счастливый, радостный и тёплый.

Двадцать лет назад

– А ты чем занимаешься, Джеймс?

На душе становилось тепло от ласковой улыбки и кокетливого взгляда девушки, поэтому не смог сдержать желание прикоснуться к её щеке.

– Пока что я закончил полицейскую академию.

– Мм… Так, значит, передо мной будущий борец за справедливость?! – лукаво уточнила Камилла.

– Если я скажу: да, я смогу поцеловать тебя?!

Удар. Ещё один. Хук левой. Затем правой.

Стало жарко, пот стекал по виску, в котором грохотал пульс. Меня трясло и словно лихорадило. Ярость не уходила, ведь выбранный способ так и не помог избавиться от злости на себя. На мир.

Я мог стать счастливым, если бы остался с ней, не выбери я путь, где чуть сам не погиб. Но она мертва, и вместе с ней потерян и мой счастливый финал. Как я мог так облажаться?! У нас могло быть время. Так зачем теперь всё это?! Жизнь, судьба, рок или что бы это ни было – свели меня с этой семьёй. Есть ли причина этому?! Чтобы я страдал и корил себя день за днём больше, чем раньше?!

Удар. Ещё один.

Ненависть – вот что остаётся чувствовать. Я оказался не умнее птички колибри. Только идиот мог отдать предпочтение службе в армии вместо потрясающей женщины, которая делает меня счастливее. С ней я чувствовал себя живым. Даже будучи в неведении, думал о ней, и после тепло растекалось в груди. Мысль о Камилле заставляла мечтать о нашем воссоединении, будущем вместе, о совместной старости… Она превратила меня в безнадёжного романтика, который верит в судьбу, что, вероятно, сыграло со мной злую шутку. Долго и счастливо не получилось.

Удар левой, затем правой.

Я совсем не ощущал боли в неперебинтованных костяшках пальцев, потому что весь разум поглотило женщиной, которой ныне нет.

Все прекрасно знают: первая любовь не забывается. А что, если она единственная?! Это так скверно... Всего одна ошибка, и ты проводишь жизнь в одиночестве.

– Джеймс, перестаньте, вы меня пугаете… – прорезался голос патрульного сквозь мои уничижительные мысли.

– Вы знали мать Розы?!

Рука застыла на половине пути к боксёрской груше.

– Что ты сказал?! – едва слышно спросил я, не шелохнувшись.

– Я спросил: вы знали мать Розы?!

– Я не глухой! О ком ты говоришь?!

– Значит, это не так?!

Я вышел из себя и обернулся к патрульному, который находился слишком близко и почему-то решил именно сейчас добить меня своей тупостью. Моя рука сжала чёрную патрульную рубашку, притянув Фреда впритык. Нос к носу. Пылающий взгляд столкнулся с недоумевающим и источающим ужас. Парень сжался, брови сомкнулись, образовав глубокую морщину, его глаза зажмурились в ожидании удара, из-за чего я почувствовал себя хуже, чем было ранее. Словно я чудовище…

Малец боялся меня.

Когда я превратился в того, кто срывается на других?! Осознав пугающий для себя факт, тут же ослабил хватку. Насколько ужасающей ситуация может казаться со стороны?!

– Прости, парень, я не в себе. Не хотел тебя испугать. Просто ответь, о ком ты говорил?!

– Вы так отреагировали на найденную информацию… – недоумённо рассуждал патрульный.

– Не зли меня, малец, быстрее к делу! – пропыхтел я, тяжело дыша, словно огнедышащий разъярённый дракон. Метод успокоения с помощью дыхания явно не помогал.

– Так вы не знали сестру Малии Гвинелли?!

– Ты издеваешься?! Ты что-то сказал про мать Розы! Про кого ты говорил?!

Внутри всё кипело, но сердце замерло в груди. Такое ощущение, Фред специально стал глупым в миг, чтобы ещё больше взбесить меня. Однако то, что думал патрульный, совсем не имело значения, потому что в моей голове роилась всего одна и та же мысль, которую раньше даже боялся вообразить. И теперь она, словно заезженная пластинка в голове, повторяется вновь и вновь.

Моя дочь?! Моя дочь?! Моя дочь?! Моя дочь?! Моя дочь?! Моя дочь?!

– О Камилле Гвинелли…

– Она мать Розы?! – прошептал я и огорошено отшатнулся назад.

– А вы что, не дочитали?

– Боже…

– Что?! Что такое?

– Сколько ей лет?

– Вы что, совсем ничего не прочитали?! – разочарованно уточнил патрульный.

– Сколько ей лет?! – взревел я на весь тренажёрный зал, призывая к ответу.

– Девятнадцать.

Розе девятнадцать лет… Двадцать лет назад у нас с её матерью состоялся роман. Каковы шансы, что она моя дочь?! Камилла не была той женщиной, которая отдавалась каждому встречному. Её тоже что-то привлекло во мне. В глубине души мы сразу поняли, что должны быть вместе… Да… Роза должна быть моей… Но прежде чем поговорить с ней, я должен уточнить всё и сделать тест ДНК, а для этого требуется снова с ней встретиться…

Я не стал дальше листать страницу и уточнять информацию, увидев статус Камиллы, поэтому не узнал, кто она была для Малии или тем более для Розы. В тот момент меня мало что волновало… Но сейчас надежда затаилась в душе, поэтому я ринулся вперёд, к Розе.

– Джеймс, куда вы идёте?!

– К Розе!

– Зачем?!

– Так надо.

– В таком-то виде?!

О чём он говорит?!

Я случайно остановился напротив зеркала, через которое на меня смотрел незнакомец. Там не было типичного для меня отражения: спокойного, всегда собранного, опрятного. Теперь же мужчина выражал необузданную ярость и выглядел словно неандерталец. Волосы взлохмачены, тело напряжено, вены взбухли, лицо раскраснелось, рубашка впитала в себя пот. Грудь резко вздымалась.

Да… Не стоит в таком виде отправляться к Розе… Она не должна видеть меня таким. Тем более девочка может испугаться.

– Ты прав… Нужно всё обдумать…

– Есть какие-то приказы?

– Насчёт чего?!

– Расследования, конечно.

– Ах… Да… Естественно. Минуту… – чуть подумав и еле вспомнил слова, обронённые в кабинете капитана, я повторил их Фреду: – Собери все записи видеонаблюдения и видеорегистраторов вблизи работы и дома Гвинелли за последние три недели.

– Хорошо, а вы куда?

– Мне нужно прийти в себя... Обдумать всё. Вот мой номер телефона. – Я протянул парню свою визитную карточку и отправился в машину.

Внедорожник ещё долго стоял на месте. Разум не покидали мысли о Розе. Она похожа на меня? Во время нашей встречи я совсем не обратил внимания на наше сходство. Да и как я мог?! Ведь девушка однозначно копия своей матери…

Как Роза отреагирует, узнав, что у неё есть отец? Конечно, сейчас не время… Любая новость покажется ей бесполезной или всё-таки лучше сказать?

Нет… Ещё рано об этом думать. Нет точной информации, поэтому не должен ожидать большего. Иначе будет так же больно, как сегодня, когда узнал о Камилле...

Я должен как можно быстрее уточнить вопрос, который так глубоко засел в голове.

Как достать её ДНК? Может, оправдаться опознанием? Это низко, но я в отчаянии и не могу собирать волосы Розы по её квартире, словно какой-то маньяк.

По пути домой я более или менее пришёл в себя. Немного тишины и покоя позволили мне всё логически обдумать, а холодный душ освежил сознание и привёл мысли в порядок.

Я долго не мог набраться духу постучать, поэтому некоторое время мялся перед дверью, тем не менее взял себя в руки.

– Агент Питерсон?! – переспросила девушка с опухшим и раскрасневшимся от постоянного плача лицом. Белки глаз были полностью заполнены большим количеством капилляров, отчего тоже покраснели, словно у какого-то вампира из ТВ-сериала. Сам же голос осип.

– Да… Здравствуйте.

– Здравствуйте, ещё есть какие-то вопросы?

– Нет, я хотел попросить… Простите, это странная просьба… Вы же родственница Малией Гвинелли?!

Вероятно, так и есть, ведь Камилла упоминала о сестре. Судя по всему, она рассказывала именно о Малии.

– Да.

– Нам требуется провести тест ДНК, можете дать свой образец?

– Зачем?! Вы же сказали, что она умерла безболезненно! А теперь не можете её опознать?! – запыхалась девушка от возмущения и шока.

– Вы не так поняли… Это позволит вам лишний раз не присутствовать на опознании.

Роза словно обмякла: её руки вяло повисли, плечи опустились, глаза закрылись.

– Какой образец вам нужен? Что я должна сделать?

– Есть несколько методов, но самый простой – волосы.

После сказанных слов девушка схватила с рядом стоящей тумбочки расчёску и молча протянула её навстречу. Я неловко достал приготовленный заранее пакетик для упаковки вещественных доказательств и быстренько убрал его в карман, когда предмет оказался внутри.

– До свидания.

Дверь закрылась, но я ещё долго продолжал стоять, словно статуя. Бездушная и безликая. Не шелохнувшись, я всё размышлял: не придумал ли себе новую мечту и цель, которой стоит достигнуть?

Требовалось идти просить об услуге судмедэксперта, но я не мог даже двинуться с места и сделать шаг к возможному ответу. Достоин ли я дара, который может оказаться правдой? Если Роза моя дочь, как мне себя вести? Как отец? Друг? Или брат?

Чтобы мысли не сводили с ума, я решил отправиться к судмедэксперту.

Глава 6. Услуга

Место навевало тоску и неприятные воспоминания. Отец был стар, поэтому его конец оказался спокойным – во сне. Мать умерла от сердечного приступа, но тоже в возрасте. Камиллу мне, к счастью, не довелось узреть мёртвой, её замещал безжизненный облик Малии, которая словно сестра-близнец, ей-богу, вот только старше.

– Эй, Сали!

Женщина вскочила, уронив на пол какой-то инструмент, отчего раздался громкий металлический звон. Сине-чёрные волосы, собранные на макушке в конский хвост, закачались из стороны в сторону от резкого движения, словно маятник.

– Ох, Питерсон, где твои манеры?! Нельзя подкрадываться к сконцентрированному на чём-то человеку, особенно в морге! – возмущённо отчеканила Сал, сделав акцент на последнем слове. В конце её пухлые губы недовольно сложились в тонкую нить.

– Прости, что напугал, ты же знаешь, я не специально. Не злись, – я попытался обольстительно улыбнуться, но всё, что раньше было для меня привычным и само собой разумеющимся, уже не выходило таким лёгким и простым, как прежде.

– Слышала, тебя отправили в северный район! Ну и как там?! Весело? Или загадочно?! – усмехнулась судмедэксперт.

– Я здесь не по этому поводу. Мне требуется услуга. – Густые женские бровки изумлённо взметнулись вверх.

– Помнится, лучший детектив города считал, что непрофессионально просить сослуживцев о личном одолжении…

Я так и знал, что сперва придётся выслушать множество нотаций, накопившихся за несколько лет совместной службы.

– Я бы не стал к тебе обращаться, если бы в этом не было острой необходимости. Мне нужна твоя помощь.

– Хм… Джеймс, зачем такая серьёзность?! – лукаво спросила Сал, поправляя обеими руками мне воротник на рубашке. – Что с тобой?! Ты никогда не позволял себе ходить неопрятным.

– Я... Всё хорошо… Просто выполни просьбу, желательно побыстрее. Это срочно.

– Что тебе нужно?

– Тест ДНК, – объяснил я старой знакомой, протягивая два пакета для сбора улик.

– Кто? Родители или дети? – полюбопытствовала Сал.

– Это я и хочу узнать наверняка. Это всего лишь подозрения…

– Мм… Всё-таки ребёнок.

– Очень проницательно с твоей стороны, – пробубнил я себе под нос.

Женщина до сих пор не отстранилась и только прижималась ближе.

– Я уж думала, детектив Питерсон никогда не расслабляется…

Очень двусмысленный намёк. В другое время я бы воспользовался сложившиееся ситуацией, но не сейчас. Потому что всё сознание поглощено только одним. Точнее, одной девушкой, которая может являться моей дочерью. Разрешит ли она мне называть её так? Конечно, если наше родство подтвердится. В чём я уже будто уверен. Или просто-напросто жаждал верить… Надежда теплилась в душе, что больше не придётся оставаться одному. Естественно, потребуется много времени, чтобы привыкнуть друг к другу и стать родными. Но я буду стараться.

– Прости, я не в настроении…

– Ладно, в другой раз... Я позвоню, когда закончу, – спокойно ответила Сал, и глаза её потускнели.

– Ты же понимаешь, почему так?! Я не могу ни о чём другом думать… Дело не в тебе.

– Брось, я всё понимаю.

– Прости, мне пора. Я позвоню.

Глава 6. Прощание

Роза

Солнце ярко, но ласково грело лицо, ладони и макушку. Последняя уже как неделю раскалывалась. Голова болела из-за постоянных слёз. Временами неприятное ощущение перетекало в нестерпимые мучения, однако после того, как засыпала, всё почти полностью проходило. Затем всё повторялось вновь.

В мыслях до сих пор оставались сомнения, поэтому решила прояснить всё для себя раз и навсегда. Пока не увижу тело Малии, не смогу продолжить жить дальше, не перестану ожидать чудесного возвращения тёти. Я до сих пор мечтаю, как однажды она постучит в двери и посмеётся надо мной. Именно по этой причине резко озираюсь на дверь, когда в неё кто-то стучит. Пусть даже это было всего один раз, когда детектив пришёл за моей ДНК. Тем не менее здравый рассудок у меня ещё сохранился. Я понимаю, что не могу сходить с ума и ждать призрака. Я должна съездить в морг. Увидеть. Убедиться. Поставить точку навсегда.

Тень серого трёхэтажного здания падала на меня. Прохладный ветер обдувал лицо и трепал волосы; пряди щекотали лицо.

Первый шаг к своей цели сделан. Для этого пришлось сменить одежду и приехать к зданию, где хранилась тётя. Нет, это уже не она, душа покинула её тело.

Ступеньки к центральному входу казались слишком высокими, а само отделение судмедэкспертизы – далёким. Было слишком тихо и нелюдимо, будто помещение заброшено, но оказалось, это не так. В конечном итоге ноги переступили тот порог, где я обнаружила женщину в белом медицинском халате.

– З-здравствуйте, я-я р-родственница погибшей. Хочу увидеть её…

– Здравствуй. Назовите имя, пожалуйста, – деловым тоном попросила женщина.

– Малия Гвинелли, – прошептала в ответ.

– Ах да… Точно! Вы очень похожи на неё! Вы Роза?!

– Да…

– Идёмте за мной.

Ноги, словно ватные, едва находили путь следом за прытким и энергичным судмедэкспертом.

В глазах всё размыто. Ничего не видно вокруг, кроме удаляющейся фигуры.

Вскоре мы оказались в холодном помещении. Женщина открыла и выдвинула что-то металлическое, где человеческое тело было укрыто белой простынёй.

– Вы готовы? – тихо уточнила незнакомка.

Пусть даже я не была готова, всё равно ответила иначе.

– Да, – едва слышно ответила я ей, после чего она отдёрнула ткань.

Сказанное детективом Питерсоном стало явью. Эмоции снова хлынули на меня. Мне казалось, что слёз в теле не осталось, но на деле вышло иначе. Они хлынули из глаз нескончаемым потоком в попытке облегчить душу от горя и боли. Но от этого лучше не стало. Долгожданное смирение не пришло. Лишь уничтожающее чувство безысходности и пустоты, разъедающее изнутри.

Бедная Малия… Она так мало пожила на этом свете… Она не заслуживает такой смерти…

Почему это случилось? Неужели Вселенная желает, чтобы я осталась одна? Малия – единственная, кто был всегда рядом, а теперь её нет…

Глава 7. Секрет

Роза

Время даёт понять, насколько ты несчастен. В радостные и счастливые моменты мы перестаём задумываться, что может быть иначе. Вот только осознаёшь этот факт поздно.

Известие о смерти Малии стало для меня шоком. Вместе с ней спокойствие и неведение исчезли. Я бы научилась жить в мире, где нет её, после того, как вдоволь нагоревалась. Но жизнь даровала мне новый подарок. Ненужный. Непрошеный. Неожиданный. Дар, к которому я абсолютно не готова. И никогда не была…

Вряд ли к такому можно подготовиться…

Я едва соображала. Несколько последних дней прошли словно в тумане. Даже через неделю горе оставалось осадком внутри, но теперь же я жалела себя по другой причине. С самого первого дня мне стало видеться… Нечто. Из-за скорби мозг мало что осознавал, поэтому не сразу поняла, что этот «дар» достался мне от тёти. Вот что она хотела сказать во сне, в котором я впервые встретилась с мамой: сделать выбор. Принять дарование или же нет.

Но не всё так просто. Как говорится, проще сказать, чем сделать, и тётя должна понимать, что выбора особо у меня нет. Хотя что может понимать дух?!

Если принимаешь дар, требуется постоянное обучение, практика. Это скорее образ жизни, нежели «хобби». Противоположный выбор может повлечь не очень благоприятные последствия, поэтому слова тёти более чем абсурдны! Неумение использовать силы приводит к духовному дисбалансу. Естественно, не практикующий медиум трудно переносит встречи с иным миром, как я.

Из-за непрекращающегося плача поднялся жар и заболела голова. Снова. Конечно, в этом помогло известие о гибели тёти. Но для меня это норма. Поплакав один раз, не могу остановиться, и даже лишняя грустная мысль вводит в жуткую, нескончаемую депрессию. В таких случаях интернет советует забыться с друзьями, отвлечься музыкой, фильмами и домашними питомцами. Первых, как я сообщила ранее, у меня не было. Музыка же вводила в ещё большую тоску и печаль. В каждом же фильме присутствуют сентиментальные моменты, от которых наворачивались слёзы на глаза; они же затем медленно прокладывали мокрые дорожки печали на щеках.

Думаю, я всегда была склонна к депрессивному состоянию, но при этом пыталась делать вид, что всё прекрасно. К примеру, на улице, с беспрерывными сплетнями обо мне и тёте. Или же с самого раннего детства привыкла строить глазки и расплываться в довольной улыбке, надевать в каком-то роде маску, чтобы Малия лишний раз не усомнилась в своих родительских способностях. Она не всегда пользовалась спросом у народа, поэтому в нашей жизни была чёрная полоса в виде бродяжнического образа жизни. Крыша над головой всегда имелась, впрочем, как и пища. Уж мой опекун об этом позаботилась.

Благодаря нашему затяжному жизненному походу младшие классы пришлось пропустить. Малия учила меня на дому. Быть может, поэтому я выросла такой закрытой и нелюдимой личностью. Но я ни о чём не сожалею.

Моё детство прошло в цирке, в месте, куда так тянутся все детишки. Естественно, происходящие там чудеса не являлись для меня таковыми. Ведь проживая день за днём под куполом, перестаёшь диву даваться. Фокусники и иллюзионисты часто норовили удивить юного зрителя, который всегда был на виду. Поэтому моё детство прошло быстро. Счастливо. За длинным трапезным столом, с шумными и живыми беседами. Мы были сплочённой семьёй, которую оказалось очень трудно и больно оставлять.

Сейчас я понимаю: Малия хотела, чтобы её племянница жила нормальной жизнью, а не с теми, которых общество считает уродами. Пусть даже наш цирк не «дю Салей», но престранных людей хватало. Поэтому с самого детства я хорошо уяснила, что суть личности не заключается в каких-то внешних качествах. Последние же неплохо прячут хищное нутро негодяев. И, очевидно, именно так тётя нашла свой несчастливый финал… Убийца подобрался к ней под ликом доброго и нуждающегося в помощи человека. В момент, когда она была бессильна и истощена магически, он дождался конца рабочего дня.

Мне трудно представить, кто желал тёте зла. Она никогда не отказывала в помощи, принимала столько людей, сколько могла. Жертвовала своим свободным временем, личной жизнью и здоровьем. И вот как ей отблагодарили… Смертью. – Думала я в своей голове, рассматривая белоснежный потолок под звук монотонного пищания какого-то прибора. Ничто не привлекало моего внимания. Только иногда сквозь сознание прорывался отзвук того самого прибора – таким звонким, кратким писком.

Послышались голоса, словно через водный пузырь, но они мало меня волновали, пока источник звука не показался в поле моего зрения.

– Слава Богу… Роза, как себя чувствуешь?! Что-то болит?! – обеспокоенно воззрился мужчина с чистой синевой глаз.

В его внешности не было ничего особенного. Мужественный вид, недельная щетина, волевой подбородок.

И почему, спрашивается, у меня должно что-то болеть?!

– Мистер Питерсон?!

– Да, Роза, – ответил детектив и как-то грустно улыбнулся в конце.

– Мне казалось, вы неверующий…

В этот раз раскатистый, звонкий смех мужчины пронёсся по помещению, тем самым пробудив моё сознание. Не была бы я так слаба, поддержала бы своего собеседника. Но не в этот раз. У меня едва хватало сил, чтобы зажмуриться от яркого освещения в больничной палате.

Что он вообще здесь делает?! А я? Такое ощущение, он всегда рядом с тех пор, как тётя ушла… Или, по крайней мере, в те самые моменты, когда я нахожусь в сознании.