
Полная версия:
Сайкан
«А ведь верно, — улыбнулся Аргон. — Мы, местные, к этому кварцевому мерцанию под ногами настолько привыкли, что в упор его не замечаем».
Учёный отложил том и потянулся к стеклянному графину. Нащупав стакан, он провёл большим пальцем по выпуклой гравировке на дне: «КастерОз».
— Кто бы сомневался, монополисты клятые, они и до посуды добрались, — пробормотал Аргон.
Он налил себе дополна прохладного и пахнущего компота из шиповника, привезённого из таверны Эла, осушил стакан одним махом и снова придвинул к себе книгу.
«Деревня примостилась на каменистом берегу Торранки — широкой, величественной реки, ставшей для местных источником жизни. Приземистые деревянные дома гармонично вписаны в ландшафт, их соломенные крыши густо поросли мхом и вьюном. Вместо улиц здесь — путаница узких тропинок и мостков, аккуратно выложенных сланцем. У каждого порога обязательно обустроен крошечный алтарь для подношений Речному духу».
«Я ведь знаю это место», — Аргон довольно прищурился. Получается, в своё время Гарис Мортис шёл именно этим путём — из Порт-Ардуума в Халидала. В те времена город, кажется, ещё звался Тазаром.
Аргон на секунду нахмурился. Зачем правители вообще его переименовали? Пожав плечами, он углубился в чтение.
«Одежда селян соткана изо льна и шерсти водных оттенков — преобладают лазурные и изумрудные цвета, а подолы украшены вышивкой в виде волн и рыбьей чешуи. Раз в месяц жители проводят ритуалы умилостивления: спускают на воду крошечные плетёные лодочки с дарами и поют обрядовые песни о вечном круговороте воды. Окружающий чащобный лес дик и полон дичи. В местном фольклоре Речной дух — не просто слепой защитник, но и суровый судия, карающий за загрязнение священных вод. Деревня существует в абсолютном симбиозе с Торранкой, подчиняя каждый свой вздох её древнему ритму».
«Надо же... Я так исступлённо изучал далёкие земли, что начисто проглядел чудеса под самым носом, — поймал себя на мысли Аргон. — Раз порталы заблокированы, я отправлюсь домой по старому тракту. И обязательно наведаюсь в эту глухомань».
Его взгляд заскользил по строчкам дальше.
«Самая значимая статуя воздвигнута в самом центре поселения, выступая вечным напоминанием о неразрывной связи народа и реки».
«Значимая? — Аргон зацепился за слово, профессиональный интерес лингвиста взял верх. — Почему Гарис написал именно так? Почему не "главная" или "центральная"? Что-то тут кроется...»
«Это колоссальное изваяние изображает загадочное существо с текучими, водянистыми чертами: каменные волосы струятся подобно речным потокам, обтекаемый силуэт лишён резких углов, а руки простёрты в благословляющем или призывающем жесте. Камень, за века сплошь обросший изумрудным мхом, лишь подчёркивает первобытное единение с природой».
Аргон замер, вчитываясь в финальные строки абзаца. Внутри него росло стойкое ощущение, что эта «значимая» статуя — вовсе не обычный языческий идол.
Эпизод 1.1.11 Ерин Мардиго. 98 дней до вторжения.Ледяной ветер полосовал лицо — единственную незащищённую часть тела. Дышать становилось всё труднее, глаза нещадно слезились от колючей снежной крупы. Аргон с силой протёр веки ладонями, пытаясь сквозь белую пелену разглядеть спасительное убежище. Там, впереди, из многолетней толщи льда торчал исполинский остов, напоминающий железную птицу. Узкий проём, похожий на аварийный люк, чернел слишком высоко — не дотянуться.
Вдруг пространство разорвал душераздирающий, скрежещущий гул металла. Аргон обернулся и оцепенел. Из снежного вихря в небеса вздымался кошмарный механический паук на трёх тонких, несоразмерно длинных лапах. Живой гибрид плоти и железа. Тварь взвыла, врубая яростную сирену, и двинулась прямиком на него. Аргон замер от ужаса, молясь, чтобы чудовище его не заметило, но стотонная махина неотвратимо приближалась. Её чудовищные шаги отзывались в ушах ритмичным, оглушительным стуком. Стук, стук, стук... Словно кто-то с силой колотил в дверь.
— Аргон? Аргон, открой! — голос пробился сквозь пелену сна вместе со звоном металлического кольца.
Аргон резко подскочил на кровати, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось.
«Просто сон... Всего лишь дурацкий сон», — он шумно выдохнул, но в дверь снова настойчиво забарабанили.
— Какого лешего?! Кого принесло в такую рань? — Аргон раздражённо натянул штаны и, зло стуча голыми пятками по прохладному полу, рявкнул у порога: — Кто там?
— Это я, Ерин. Отпирай скорее.
Кой-какие ругательства всё же сорвались с губ Аргона, пока он с усилием проворачивал тугой ключ и тянул на себя массивную створку.
— Не ожидал увидеть вас в такой час, господин посадник. Проходите, — Аргон отступил, махнув рукой. — Честно говоря, я вообще не думал, что вы ещё в городе.
— Знаю, Аргон, знаю. Спасибо, что впустил, — Ерин быстро юркнул в прихожую. — Вчера, когда я заметил тебя у магистрата, сразу понял: сама судьба посылает мне союзника.
Аргон сонно протёр глаза и поплёлся к дивану: — Очень любопытно. Присаживайтесь, господин мэр, расскажите, куда ещё ваша судьба меня пошлёт.
Ерин слабо улыбнулся, подхватил со спинки кресла брошенную рубаху и протянул хозяину дома: — Накинь, простынешь ведь ненароком.
— Угу, спасибо, — Аргон быстро натянул плотную ткань. — Уж извините, к приёму гостей не готовился. Могу предложить разве что шиповниковый компот. Но у вас на него, помнится, жуткая аллергия.
Посадник кивнул и грузно опустился на диван. — Аргон, меня подставили. Гвардия перерыла весь город. Мне шьют не просто взятки, а государственную измену.
«Надо же, государственную измену...» — хмуро отметил про себя Аргон. Спросонья внутри закипало глухое раздражение на мэра, хоть они и были в хороших отношениях. Слишком уж бесцеремонным вышел этот утренний визит.
— И чем в таком случае вам поможет скромный историк-натуралист?
— Всё просто. Ты должен сопроводить меня в Садриад-Уръ.
Аргон замер: — В Садриад-Уръ? К сульвиридам?
— Да. Именно к ним.
— К тем самым мятежникам, за связи с которыми вас и хотят вздёрнуть?
Ерин горько усмехнулся: — Как быстро ты оброс слухами.
Аргон поднялся и принялся мерить комнату шагами: — Я не ищу сплетни, Ерин. Просто зашёл вчера в таверну. Там только об этом и говорят. Сульвириды подняли вооружённый бунт и выходят из Империи. Вам не кажется, что бежать в эпицентр войны — это худшая из возможных идей?
— Они всё равно добьются своего. Это решённый вопрос.
Аргон подошёл к книжному шкафу, где под толстым слоем пыли в полном хаосе томились его полевые трофеи. Он небрежно провёл пальцем по пожелтевшим корешкам и брезгливо отряхнул руку: — Так кто вас сдал?
— Джозеф Кастер. Он костью в горле стоит у проекта портала в Эрганбург. Буквально на днях этот стервятник снова давил на меня, требуя отозвать разрешение на строительство.
— Чёрт... — Аргон устало потёр лоб. — Это крупная рыба. За вами уже выслали хвост?
Ерин тоже поднялся, делая несколько нервных шагов навстречу: — Да. Они планировали брать меня прямо в магистрате, ещё вчера.
— Откуда такая точность?
Посадник остановился у полок, скользнув взглядом по книжным рядам: — Сколько же у тебя книг, Аргон... Неужели все осилил?
— Почти, — сухо бросил тот.
— А я вот люблю чтение, но времени вечно в обрез, — Ерин глухо покашлял. — Должность посадника выжимает досуха. Забирает всё, до последней минуты. У меня ведь ни семьи, ни близких, вся жизнь — эта проклятая служба... — Мэр пристально посмотрел на Аргона. — Помнишь мальчишку-сироту, который единственный умудрился залезть на верхушку ярмарочного столба? Год назад на «Волнение» мы устраивали экскурсию по магистрату для детей. Тот шустрый малый... как же его... — Ерин защёлкал пальцами, пытаясь вспомнить.
— Имени не помню, но случай помню. И что?
— Так вот, этот парень подрос и устроился помощником в форт гвардейцев. Для службы ещё слишком юн, так что крутится на кухне, таскает мешки, помогает в конюшне. После той экскурсии мы не общались. Но когда он случайно подслушал приказ о моём аресте, то без раздумий бросился сюда. Примчался и предупредил, что каратели уже в пути. У него глаза так искренне горели, Аргон... Я просто не мог ему не поверить.
— Прекрасная история. Дальше-то что?
Ерин вернулся на диван, сгорбившись: — Мальчишка, которого я видел всего один раз в жизни, поверил в меня. В мою честность, в мои идеалы. А ты, Аргон? Ты-то мне веришь?
— От моей веры приказ на арест не испарится, Ерин. И вообще, почему я? С какого перепугу вы пришли именно к моей двери?
— Ты только что приплыл с севера, — Ерин активно зажестикулировал. — Эта твоя приметная волчья сумка, мертвенно-бледная кожа... Год назад ты уехал в экспедицию. Ты чист, Аргон. Ты гарантированно не в сговоре с Кастером. Я ведь помню ваш старый жёсткий спор из-за закрытых шахт.
— И на этом основании вы решили, будто я соглашусь тащить вас через кордоны в Садриад-Уръ?
— А почему нет?
— Потому что в Халидала меня ждёт невеста, дочь болотного лорда. Илла со дня на день завершает обучение, и у нас назначена свадьба!
Ерин на секунду прищурился, о чём-то размышляя: — Помню её... Она приезжала на праздник аккурат перед твоим отбытием на север. Я думал, у вас всё заглохло. Что ж, искренне рад.
Аргон опустился на противоположный край дивана, сбавляя тон: — Её отец упёрся. Граф Эрих заявил, что Илла обязана получить диплом.
— Тазарский Университет Природы?
— Угу.
— О, старик Эрих всегда дрожал над своими девочками. Раз уж он благословил этот союз, прими мои поздравления, — Ерин оглядел скромную комнату и тяжело вздохнул. — Извини. Не стоило мне вваливаться и обременять тебя своими бедами.
— Мне правда жаль, Ерин. Но я ничем не могу помочь. У меня другие планы.
— Я понимаю. Всё в порядке.
Посадник уже собирался подняться, но Аргон остановил его резким вопросом: — И всё-таки... Почему вы так свято уверены, что сульвиридам удастся расколоть Империю?
— Это же очевидно, Аргон! На стороне сульвиридского принца весь его народ. Император Тайни не станет вырезать мирное население просто за то, что они хотят свободы.
— Погодите. Вы всерьёз полагаете, будто император и Академия Порядка утрутся и отпустят их с миром? На это уповают повстанцы? Да из Ардуума уже выдвинулись войска для подавления бунта!
— Пускай выдвигаются, в Садриад-Уръ они не пройдут, — отрезал Ерин. — Сульвириды отделятся без единой капли крови. Вот когда остальные провинции потребуют независимости — тогда да, начнётся резня за старые межевые земли. Но в Садриад-Уръ будет тихая гавань. Их армия сумеет сдержать любого агрессора.
— Это слепая, ничем не подкреплённая теория, — покачал головой Аргон. — Всё пойдёт прахом. Армия сомнёт мятежников, и если вас поймают среди них, то вздёрнут рядом с их принцем.
Ерин грустно улыбнулся: — Мою невиновность здесь никто слушать не станет. Оставшись в Ардууме, я в любом случае закончу на виселице.
Аргон в упор не понимал этой фанатичной убеждённости. Поверить, что Тайни позволит безнаказанно разрушить целостность Империи, было выше его сил. Он ждал от Ерина веских политических аргументов, но натыкался лишь на прекраснодушные речи о благородстве императора и радушии Академии Порядка. Для Аргона математика была проста: у Садриад-Уръ нет ни единого шанса.
— И всё же, Ерин... Откуда такая железобетонная уверенность в успехе сульвиридов?
— Странно, что человек твоего ума не видит очевидного, Аргон, — тихо ответил мэр.
Он поднялся и направился к выходу. — Мне пора. Прости за беспокойство. И хорошей вам свадьбы.
Эпизод 1.1.12 "Эль у Эла". 98 дней до вторжения.— Доброе утро! — Эл Булуа приветливо взмахнул рукой навстречу вошедшему Аргону. — Позавтракаешь?
— Доброе, Эл. Да, не отказался бы перекусить.
— Доча! Принеси Аргону что-нибудь сытное! — зычно крикнул трактирщик вглубь коридора и указал гостю на его излюбленный угол: — Проходи, падай на место. Ты чего в такую рань подорвался?
Аргон привычно скинул сумку на спинку стула, поверх повесил сюртук и, закатав рукава рубахи, устало опустился на сиденье. — Утро выдалось... запоминающимся. Знаешь, кто ко мне на рассвете ломился?
Эл неторопливо погладил рыжую бороду и скептически хмыкнул: — Даже близко не представляю.
— Ерин.
У трактирщика аж брови взлетели. Он тут же бросил свои дела, пересёк зал и заговорщически склонился над столом: — Беглый мэр припёрся к тебе? Какого чёрта ему надо?
— Просил помочь ему прорваться в Садриад-Уръ.
— К сульвиридам? — Эл ошарашенно сел и откинулся назад. — Значит, не врали сплетники в порту. Нечист на руку, раз продался ушастым мятежникам.
— Он утверждает, что его крупно подставил Джозеф.
Эл снова подался вперёд, его глаза азартно блеснули: — Вот чуял нутром, что без Кастеров тут не обошлось! А чего сам Ерин-то говорит? Что за дела?
Договорить они не успели — из кухни с тяжёлым подносом бесшумно выплыла Саманта.
— Доброе утро, Саманта, — улыбнулся Аргон, заглядывая ей прямо в глаза.
— Доброе утро, Аргон... — вспыхнула девушка. Из-за заметного смущения её пальцы слегка подрагивали, пока она расставляла тарелки. Пышные оладьи, свежая овощная нарезка, тёплый ржаной хлеб.
— Выглядит потрясающе, спасибо, — искренне поблагодарил Аргон.
Саманта робко охнула и поспешно упорхнула обратно за ширму. Эл с тяжёлым вздохом проводил её взглядом: — Эх, парень... Нравишься ты ей, до безумия. Вчера после твоего ухода она мне все уши прожужжала вопросами о тебе.
— Эл, она ведь прекрасно знает, что меня ждёт Илла.
— Знает-то знает... — проворчал хозяин заведения. — Ладно, проехали. Так за каким хреном Джозеф Кастер подставил посадника?
Аргон торопливо прожевал кусок оладушка и запил глотком чая: — Из-за строительства портала в Эрганбург. Кастер очень против.
— Ну ещё бы! — Эл с силой хлопнул ладонью по дубовой столешнице. — Кому сдался их хвалёный дилижансный маршрут между городами, если заработает прямая цифитная точка? Кстати, чуть не забыл. Портовые шепчутся, будто в Ардуум мчится целая комиссия из Академии Порядка. Ведёт их какой-то Дарис.
Аргон замер с занесённой над тарелкой вилкой: — Дарис Эккос? Ручаешься?
— Вроде так звали, — кивнул трактирщик.
Аргон неспешно отложил приборы и тщательно протёр губы салфеткой. Лицо его сделалось предельно серьёзным: — А чего ты сразу молчал, Эл? Дело принимает скверный оборот.
Эл удивлённо поправил лямку подтяжек, слегка покашливая: — Да кто он вообще такой, этот твой Дарис? Чем знаменит?
— Он Регулятор природы.
— Чего? — хозяин кабака прыснул со смеху. — Регулятор чего? Зачем её регулировать, она что, часы сломанные?
— Должность так называется, — строго пояснил Аргон. — Он защищает первозданный баланс экосистем.
— Ну и горазды же в столице нагрузку на уши давать. Попроще слов не нашлось?
Аргон тонко подмигнул: — Что я слышу? В тебе наконец-то просыпается коренной Ардуумский жаргон?
Эл сконфуженно хмыкнул и без церемоний утащил с тарелки Аргона сочный кругляш огурца: — Зараза портовая, так и липнет к языку. Тут каждый первый посетитель так выражается, волей-неволей нахватаешься. Сам знаешь, я всю жизнь с этой бранью борюсь.
— И у тебя отлично получается, — улыбнулся Аргон. — Так зачем, думаешь, Эккос едет сюда?
— Откуда мне знать? — пожал плечами Эл. — Может, у него тут отпуск? У нас же кругом заповедные зоны.
— Исключено. Чтобы Дарис лично сорвался с места, нужна катастрофа глобального масштаба. Жаль, в магистрате сейчас ничего не узнать.
— Неужто он настолько важная птица? Не думал, что Империи вообще сдались эти «хранители кустов».
— Ещё как сдались, Эл. Ты сам посмотри вокруг: заводы растут как грибы после дождя. Город оброс целым лесом чадящих чёрных труб. Скоро этот копотящий дым напрочь затмит небо.
Трактирщик примирительно поднял ладони: — Полегче, парень, я простой кабатчик. Мой мозг от твоих книжных словес вроде «затмит» и «чадящих» закипает. Но суть я уловил.
Аргон осторожно пригубил травяной чай — в самый раз, не обжигает. — Я к тому, что Дарис Эккос — идеальный, неподкупный законник. Он из антоцианов. Иногда мне кажется, что яростная любовь к природе у них буквально в крови.
— Антоцианы... Это те диковинные долгожители с пурпурной кровью? Я Саманте в детстве сказки про них читал.
Тяжёлый, предупреждающий скрип входной двери заставил обоих обернуться. На пороге таверны застыл незнакомец в дорогом тёмно-синем пальто. Он сделал пару бесшумных шагов вглубь зала и остановился, буравя Эла пристальным, ледяным взглядом. Аргон поначалу принял его за обычного раннего гостя, но атмосфера в зале мгновенно разрядилась до звона.
— Да, Эл... У антоцианов действительно пурпурная кровь, — тихо закончил фразу Аргон, не сводя глаз с вошедшего.
— Ладно, Аргон, сворачиваемся. Это ко мне, — быстро, едва различимо пробормотал побледневший трактирщик. Он резко поднялся, задвигая стул глубоко под стол.
— Эл, кто это?
— Потом. Всё потом расскажу, — хозяин заведения нервно оглянулся на кухню. — Саманта! Живо собери Аргону паёк в дорогу! Лучшее мясо и хлеб, за счёт заведения! Доброго пути тебе.
— Спасибо... — нахмурился Аргон.
Эл, не оборачиваясь, быстрой деловой походкой направился навстречу человеку в тёмно-синем пальто. Они обменялись едва заметными, скупыми кивками и тут же скрылись за тяжёлой дверью личного кабинета трактирщика.
Эпизод 1.1.13 Монетные листы. 98 дней до вторжения.«Три башни по углам треугольной цитадели Единого Банка Сайкана видны из любой точки города. Сам банк перекрыт исполинским стеклянным куполом, который на удивление гармонично вписан в его строгую трёхгранную геометрию».
Аргон дословно вспомнил строчки из книги Гариса Мортиса, едва его взгляд упёрся в монументальный монолит банка. Здание с плоской крышей подавляло своей массивностью: серые стены из кинетического камня были покрыты защитной вязью узоров, окон почти не просматривалось, а вход надёжно перекрывала единственная железная дверь.
Из этой бронированной двери как раз выскочил прохожий. Глубоко погружённый в свои мысли, он в упор не замечал ничего вокруг и со всего маху врезался в Аргона. Серое пальто, тёмные брюки, выглядывающий из-за ворота белоснежной рубахи броский красный платок... Этот силуэт показался Аргону смутно знакомым.
— Ах, простите великодушно! Что-то я совсем закрутился, — буркнул незнакомец, пытаясь поспешно проскочить мимо.
— Постойте-ка, — окликнул его Аргон, придержав за плечо. — Мы ведь знакомы. Где мы встречались?
Мужчина затормозил и недоумённо обернулся: — Навряд ли. Я только вчера днём прибыл в город.
— Точно! Мы же плыли на одном корабле из Порт-Боромо. Ещё на причале разговорились. Вы астроном на службе у Академии Порядка. Ваше имя... Яри... Простите, вылетело из головы.
— Яриб Якум-Хар, — подсказал тот, и на его лице наконец проступила узнавание.
— Точно. Я ещё тогда удивился, какое редкое имя.
Астроном тонко улыбнулся, скользнув взглядом по его плечу: — А вы — Аргон Ногра? Тот самый писатель и историк с приметной волчьей сумкой?
— Он самый, — Аргон шутливо шлёпнул ладонью по серебристому меху.
— Какая удача, что я вас встретил! Скажите, Аргон, вам удалось вчера пробиться в магистрат? Сегодня там ловить нечего — всё оцеплено, двери караулит императорская гвардия.
— Да, я успел зайти туда до их прихода.
— Значит, слухи не врут? У нашего посадника крупные неприятности?
Аргон хмуро кивнул и мимоходом поправил лямку: — Похоже на то. Кстати, Яриб, а почему я не видел вас на палубе во время плавания? Вы вообще из каюты носа не высовывали. Я ведь очень хотел расспросить коллегу о его работе.
Яриб неловко покашлял, пряча глаза: — Клятая морская болезнь. Каждая волна была сущим адом. Обычно я перемещаюсь исключительно через стационарные порталы, но в Ардууме эта чертовщина как раз приказала долго жить.
— Да, с порталом вышла скверная история. Сам теперь держу путь в Халидала своим ходом. Вот, решил зайти в банк, обналичить дорожные чеки.
— О, будьте начеку, Аргон! — астроном возмущённо всплеснул руками. — В казначействе нас вообще за слабоумных держат. Пытаются всучить вместо полновесной монеты какие-то крашеные бумажки! Называют их ещё так вычурно — «монетные листы».
— Монетные листы? Это ещё что за новшество?
— Представьте себе! Сегодня первый день, как эти мошенники начали выдавать вместо золота расписочки с нарисованными цифрами. Куда только смотрит Академия Порядка?.. — Яриб раздражённо сплюнул, затем сделал шаг ближе и перешёл на заговорщический полушёпот: — Хотя... если честно, мне кажется, вся эта мышиная возня с золотом теперь не имеет никакого значения. То, что я видел в небе... вот где истинный кошмар.
Аргон мгновенно заинтересовался: — И что же вы там увидели, Яриб?
Астроном испуганно отшатнулся и плотнее запахнул ворот пальто: — Не имею права разглашать. Сами понимаете, гриф секретности Академии. Только для ушей лордов совета.
Аргон едва сдержал ироничную улыбку. Каково это — получать такой ответ, он вчера на собственной шкуре объяснял Варди.
Яриб снова судорожно прокашлялся, озираясь по сторонам: — Ладно, мне пора бежать. Но в банке держите ухо востро. Власти явно вознамерились прибрать к рукам всё золото, раз взамен раздают фантики.
Он стремительно зашагал прочь, растворяясь в прибрежной толпе. Аргон долго провожал его взглядом, задумчиво барабаня пальцами по ремню сумки.
— Странный ты тип, Яриб Якум-Хар, — негромко пробормотал он. — Очень странный.
Эпизод 1.1.14 Конюшня «КастерОз». 98 дней до вторжения.«Тёмный базальт у подножия стен, густо заросший изумрудным мхом, а выше — пористый кирпич цвета ржавого железа», — именно так описал бы Аргон эту покосившуюся конюшню на самой окраине города. Мощёная мостовая здесь обрывалась, переходя в разъезженную грунтовку, которая вела прямиком к старому трактовому мосту. На покатой крыше качался юноша, увлечённо выкрашивая в ядовито-оранжевый цвет массивные железные буквы: «КастерОз».
— Добрый день! — крикнул Аргон, притеняя глаза ладонью.
Парень обернулся, зажмурился от яростного сияния двусолнца и попытался разглядеть, кто посмел отвлечь его от столь важного занятия. Он отложил кисть, выпрямился во весь рост и машинально вытер испачканные ладони о штанину: — День добрый, господин! Вы по какому вопросу?
Аргон сцепил руки на поясе, оглядывая загоны: — Лошадь хочу арендовать. С кем я могу потолковать на этот счёт?
— Со мной! — бодро отозвался юноша. — Сейчас спущусь, секунду!
Аргон кивнул и принялся прохаживаться вокруг конюшни. В памяти тут же всплыла его последняя конная прогулка в Халидала. Они с Иллой тогда провели в седле всего пару часов, а на следующее утро Аргон проклял всё на свете — поясницу и колени ломило так, что он едва сползал с кровати. Местный знахарь потом долго ворчал, что виной всему узкое седло и криво закреплённый шнеллер.
«Главное, чтобы история не повторилась», — с лёгкой тревогой подумал Аргон.
— Прошу, господин, проходите внутрь, — юноша уже спрыгнул с лестницы и успел нацепить форменный жилет конюшни с неизменным клеймом «КастерОз» на груди.
Они прошли в тесную, пропахшую сеном каморку, гордо именовавшуюся кабинетом. Стол, пара стульев да стопка бумаг — вот и всё убранство.
— Присаживайтесь, — конюх указал на свободное место, а сам устроился напротив. — Куда путь держите?
— В Халидала, — лаконично отрезал Аргон.
— Замечательно. — Работник потянулся за бланком, на котором красовалась жирная шапка: «Арендный листок "КастерОз"».

