Сказки братьев Бакуниных

— Почему? — спросила девочка в траве.

Старик вздохнул.

— Потому что она была наследницей.

— А зачем ей часть дома?

— Чтобы владеть.

— А мачехе тогда где жить?

— В другой части дома.

— Так они обе могли там жить.

— Могли.

— Тогда в чём проблема?

Старик посмотрел на брата Бакунина, словно надеялся на помощь.

Тот осторожно отложил перо.

— В обществах того времени обладание материальными благами определяло не только возможность пользоваться ими, но также положение человека среди других людей.

— То есть чем больше у тебя вещей, тем ты был важнее?

— Ну как-то так.

Дети засмеялись.

— Не смейтесь, — сказал брат. — Исторические общества нельзя оценивать исключительно по современным представлениям.

Старик удовлетворённо кивнул и продолжил.

Так в сердце мачехи поселился страх. Сначала маленький, потом всё больший. Ей стало казаться, что Белоснежка отнимет у неё красоту, потом уважение людей, потом богатство, а в конце концов вообще всё.

Чем больше она имела, тем сильнее боялась потерять.

По ночам она лежала в огромной спальне среди дорогих вещей, которые принадлежали только ей, и думала о девушке, спавшей несколькими комнатами дальше. А утром снова шла к зеркалу.

— Кто прекраснее всех?

— Белоснежка.

Каждый ответ превращал страх в зависть, а зависть — в ненависть.

И наконец наступило утро, когда мачеха решила, что одного человека на свете больше быть не должно.

Старик замолчал.

Над Томью уже поднялся лёгкий туман. В траве зажглись первые светлячки, а прибор на столе тихо продолжал записывать.

Младший брат Бакунин перевернул страницу и спросил:

— И что она сделала?

Старик наклонился к столу.

— Позвала лесника.

Он помолчал и добавил:

— Робота.

Брат поднял голову.

— Кого?

— Робота-лесника.

Дети переглянулись.

— Дедушка, — медленно сказал старший мальчик, — а когда всё это происходило?

Старик нахмурился.

— Тогда роботов ещё не было.

Старик посмотрел на него с явным неудовольствием.

— А вот это мы сейчас выясним.

Едва старик сказал, что мачеха позвала робота-лесника, как дети снова зашумели. Они уже знали достаточно истории, чтобы понимать: если Белоснежка жила во времена королей, наследств и прочих древних порядков, никаких роботов тогда быть не могло. Старик сперва сердился и уверял, что именно так слышал сказку от своей бабушки, а та — от своей, но младший брат Бакунин тоже признал затруднение. За долгие века сказки менялись, старые слова забывались, новые вещи проникали в древние истории, и никто теперь не мог поручиться, что лесник с самого начала был железным.

Решили было, что прежде на его месте стоял человек. Но эта догадка вызвала ещё больше вопросов. Детям было совершенно непонятно, отчего свободный человек должен был послушаться богатой женщины, пожелавшей избавиться от падчерицы. Старик попробовал объяснить, что ему могли заплатить, однако этим сделал дело только хуже. По мнению слушателей, леснику следовало немедленно рассказать соседям о готовящемся убийстве, созвать людей и остановить мачеху. Пришлось брату Бакунину долго объяснять, что в старину далеко не обо всём спрашивали общее собрание и что богатые люди действительно могли распоряжаться чужим трудом за деньги.

Это показалось детям настолько неправдоподобным, что робот в конце концов победил.

— Оставляем робота, — постановил брат Бакунин и снова взялся за перо.

Так в старой сказке, вопреки всем законам истории, появился железный лесник.

Он был большой, тяжёлый и очень древний. Сделан он был для лесного хозяйства: умел валить больные деревья, таскать брёвна, расчищать дороги после бурь и искать людей, заблудившихся в чаще. Думал он мало, зато приказы исполнял исправно, а потому мачеха и выбрала его для своего злого дела. Она велела отвести Белоснежку так далеко в лес, чтобы та никогда больше не вернулась.

Белоснежке же она сказала совсем другое. Будто бы далеко в горах, за старым кедровником, расцвели редкие цветы, каких девушка никогда прежде не видела, и робот знает туда дорогу. Белоснежка поверила, накинула плащ, взяла немного хлеба и отправилась следом за железным проводником.

Долго они шли. Сначала между деревьями ещё тянулась дорога, потом дорога стала узкой тропой, а вскоре исчезла и тропа. Кедры и ели подступили со всех сторон, мох лежал на камнях толстыми зелёными подушками, под корнями журчала холодная вода. Чем дальше уходила Белоснежка, тем тише становился человеческий мир. Наконец не осталось ничего, кроме шелеста ветвей, стука дятла да тяжёлых шагов робота.

На глухой лесной поляне железный лесник остановился. Белоснежка оглянулась, но никаких цветов не увидела. Тогда она спросила, далеко ли ещё идти, и робот ответил, что они уже пришли.

Тут из его железного бока медленно показался тяжёлый инструмент, которым прежде обрубали сучья и валили старые деревья.

Белоснежка всё поняла.

Она бросилась бежать через чащу. Робот пошёл за ней, но лес был на стороне девушки: его тяжёлые ноги вязли в мягкой земле, железные плечи задевали стволы, кусты цеплялись за выступы корпуса. Белоснежка же проскальзывала между деревьями, перепрыгивала ручьи и карабкалась по камням, пока наконец не споткнулась о корень и не упала.

Робот настиг её.

Белоснежка увидела над собой железную фигуру, зажмурилась и приготовилась к смерти. Но прошла одна минута, потом другая, а ничего не случилось. Когда девушка осмелилась открыть глаза, робот всё ещё стоял перед ней. Только маленький жёлтый огонёк на его груди тревожно мигал.

Старая машина попала в затруднение. Приказ хозяйки требовал убить Белоснежку, но где-то глубоко в её древних механизмах сохранилось другое правило: лесной робот не должен причинять человеку смертельного вреда. Два приказа столкнулись друг с другом, и сколько машина ни перебирала свои старые программы, решить, какой из них важнее, не могла.

Белоснежка некоторое время смотрела на мигающий огонёк, а потом робко посоветовала:

— Так не убивай меня.

Для человека решение было очевидным. Для машины — нет.

Робот простоял посреди леса ещё довольно долго. Наконец он спрятал страшный инструмент и объявил, что первая часть поручения выполнена: Белоснежка доставлена далеко в чащу. Вторую часть выполнить невозможно. После этого железный лесник повернулся и собрался уходить.

Белоснежка возмутилась: если оставить её одну, она может погибнуть и без всякого убийства. Это породило в старой машине новое противоречие, но на сей раз она справилась быстрее. Где-то в семи километрах к северу её приборы обнаруживали жилой дом и семь разумных существ. К какому именно человеческому роду относились эти существа, машина определить почему-то не могла.

Робот указал направление и ушёл.

Когда старик дошёл до этого места, младшая девочка заметила, что лесной робот получился какой-то совсем бестолковый: не мог убить человека, но мог бросить его одного в тайге. Старик согласился, что старые машины, должно быть, были именно такими. Брат Бакунин хотел что-то добавить насчёт несовершенства древних программ, однако другой ребёнок напомнил, что никаких древних программ в эпоху Белоснежки вообще не существовало.

Тогда все ненадолго замолчали.

— Может, всё-таки был лесник? — неуверенно предложил старик.

Но тут же вспомнили, сколько неприятных вопросов возникло с лесником-человеком, и решили больше ничего не менять. Так робот и остался в сказке.

А Белоснежка тем временем шла на север.

День клонился к вечеру. Лес становился темнее, туман собирался между стволами, ноги у девушки болели, хлеб давно закончился. Несколько раз ей казалось, что она сбилась с пути, и тогда она забиралась на камни и долго всматривалась сквозь деревья. Наконец впереди блеснул слабый золотистый огонёк.

Белоснежка поспешила туда и вскоре вышла на маленькую поляну. Под склоном стоял низкий деревянный дом, такой старый, словно вырос вместе с окружавшими его кедрами. Возле стены лежали кирки, молотки и корзины с блестящими камнями, под навесом сушилась рабочая одежда, а у самого порога аккуратно стояли семь пар маленьких сапог.

Белоснежка постучала, но никто не отозвался. Она подождала и постучала ещё раз. Дом молчал, а из трубы поднимался тонкий дымок, и девушка, продрогшая и голодная, наконец решилась войти.

Внутри всё оказалось маленьким и удивительно аккуратным. Посреди комнаты стоял стол, вокруг него — семь стульев. На столе Белоснежка увидела семь мисок, семь ложек и семь кружек. За маленькой дверью находилась спальня, а там ровным рядом стояли семь кроватей.

Старик улыбнулся, увидев, что дети наконец перестали спорить и слушают.

Белоснежка вошла в дом и прежде всего удивилась тому, как всё в нём было мало. Стол едва доходил ей выше колен, стулья казались детскими, а семь глиняных мисок стояли в ряд так аккуратно, словно хозяева заранее знали, что вечером их будут пересчитывать.

В первой миске оставалась ложка каши, во второй — немного грибов, в третьей — кусочек хлеба. Белоснежка была голодна, но не хотела объедать неизвестного хозяина, поэтому взяла понемногу из каждой миски. Потом отпила по глотку из каждой кружки, хотя брат Бакунин, записывавший сказку, заметил на полях, что с точки зрения гигиены это было весьма сомнительным решением.

Насытившись, девушка заглянула в соседнюю комнату. Там стояли семь маленьких кроватей. Первая оказалась слишком жёсткой, вторая слишком мягкой, третья слишком короткой, а на четвёртой лежала такая высокая подушка, что Белоснежка сразу поднялась. Она перебиралась с кровати на кровать, пока наконец не нашла ту, на которой смогла устроиться, свернулась под шерстяным одеялом и уснула.

Тем временем солнце скрылось за горами, и хозяева дома возвращались с работы.

Их было семеро, все бородатые, крепкие и ростом едва выше большого ребёнка. За плечами они несли кирки и мешки с камнями, на поясах висели фонари, а одежда была покрыта серой рудничной пылью. Целый день гномы работали в старой шахте, уходившей глубоко под гору, где добывали железо, медь, серебро и разные редкие камни, названий которых рассказчик уже не помнил.

Войдя в дом, они сразу поняли, что здесь кто-то был.

Один обнаружил передвинутый стул, другой — ложку не на том месте, третий заметил, что из его миски исчезли грибы. Потом гномы увидели надкусанный хлеб, переставленные кружки и наконец добрались до спальни. Там они нашли Белоснежку, мирно спавшую поперёк двух маленьких кроватей.

Гномы собрались вокруг неё и долго рассматривали незнакомку. Они удивились её чёрным волосам, белому лицу и тому, как далеко она забралась одна в горы, но будить не стали. После тяжёлого дня в шахте они хорошо знали цену сну. Поэтому хозяева тихо вернулись в большую комнату, поужинали тем, что Белоснежка им оставила, а один из них в ту ночь спал на лавке.

Наутро девушка проснулась и увидела перед собой семь бородатых лиц.

Сначала она испугалась, но гномы оказались людьми мирными. Они усадили Белоснежку за стол, дали ей горячей каши и попросили рассказать, откуда она пришла. Девушка поведала о мачехе, железном леснике и странном приказе, из-за которого оказалась одна в чаще. Гномы выслушали её внимательно и решили, что возвращаться домой ей пока опасно. В их доме места было мало, зато, как сказал самый старший из них, восьмой человек ещё никому не мешал, если не занимал сразу две кровати.

На этом месте старик, рассказывавший сказку у Храма Бакунина, упомянул, что гномы каждый день уходили в шахту добывать руду.

Дети немедленно захотели узнать, кому принадлежала шахта.

Старик сперва не понял вопроса. Шахта, по его словам, принадлежала гномам: они её нашли, они в ней работали, и они же пользовались добытым. Тогда дети быстро установили, что все семеро владели шахтой сообща, а решения о работе принимали вместе. Один из братьев Бакуниных задумчиво перелистал уже записанные страницы и заметил, что для сказки о глубокой древности община выглядит несколько необычно.

После непродолжительного обсуждения в рукописи появилось выражение «горный синдикат семи гномов».

Старик хотел возразить, что никакого синдиката в сказке не было, но ему напомнили собственное описание. Если шахта общая, труд общий, добыча общая, а начальника над семью гномами нет, то назвать это иначе было трудно. В конце концов рассказчик махнул рукой. За долгую жизнь он привык, что братья Бакунины сначала просят рассказать сказку такой, какой её помнишь, а потом начинают выяснять, что именно ты на самом деле рассказал.

Так семь гномов, ничего об этом не подозревая, стали первым горным синдикатом в истории.

Белоснежка тем временем осталась жить у них.

В старой версии сказки, припомнил рассказчик, гномы предложили ей готовить пищу, застилать постели, стирать, шить, вязать и содержать дом в чистоте, пока они будут работать в шахте. Но едва он дошёл до этого места, как слушатели опять заволновались. Особенно детей удивило, отчего восемь человек не могли убрать за собой сами и почему девушка, едва спасшаяся от смерти, должна немедленно обслуживать семерых здоровых рудокопов.

Пришлось опять менять сказку.

Оказалось, что готовили гномы по очереди, одежду каждый чинил себе сам, а большую уборку делали все вместе в свободный день. Белоснежка же, пока не могла работать в шахте, добровольно взяла на себя большую часть дневных дел по дому: приносила воду, собирала ягоды и грибы, следила за огородом и готовила ужин к возвращению товарищей. За это она пользовалась всем, что было в доме, наравне с остальными.

— Вот теперь правильно, — сказала младшая девочка.

Брат Бакунин ничего не ответил, но аккуратно исправил рукопись.

Так потекла жизнь Белоснежки среди семи гномов. По утрам они уходили к шахте, и вскоре между деревьями стихал звон их инструментов. Белоснежка оставалась одна. Она привыкла к маленькому дому, научилась не ударяться головой о низкую дверную притолоку и даже перестала путать семь одинаковых кружек. Днём к ней приходили белки и птицы, а однажды молодой марал подошёл почти к самому огороду и долго смотрел на девушку из-за кустов.

По вечерам гномы возвращались. Дом наполнялся запахом еды, дымом от очага и разговорами. Они приносили из шахты красивые камни, а Белоснежка рассказывала, что произошло за день. Иногда все восемь сидели возле дома до темноты и смотрели, как над горами появляются звёзды.

Белоснежка впервые за долгое время была спокойна.

Но гномы не забывали, почему она оказалась у них. Перед уходом они всякий раз напоминали девушке не открывать дверь незнакомцам. Мачеха могла узнать, где она находится, а человек, однажды решившийся на зло, редко отказывается от него только потому, что с первого раза ничего не получилось.

И гномы были правы.

Далеко от их маленького дома мачеха уже стояла перед своим старым зеркалом. Она была уверена, что Белоснежки больше нет, и потому задала вопрос, ответ на который столько лет приносил ей удовольствие.

Зеркало долго молчало.

Потом сообщило, что прекраснейшая девушка жива и находится за семью горами, в доме семи гномов.

Мачеха побледнела.

Она поняла, что железный лесник её обманул.

А поскольку послать его во второй раз ей почему-то не пришло в голову, мачеха решила теперь заняться Белоснежкой сама.

Мачеха долго не могла поверить зеркалу. Она спрашивала снова и снова, требовала проверить горы, леса и далёкие поселения, но ответ не менялся: Белоснежка была жива, здорова и по-прежнему прекраснее её.

Тогда мачеха поняла, что нельзя больше доверять это дело ни роботам, ни кому бы то ни было ещё. Она заперлась в комнате, достала старую одежду, какой давно не носили богатые женщины, спрятала волосы под платком и изменила лицо так искусно, что даже знакомые прошли бы мимо неё на улице. В большую корзину она сложила ленты, шнурки, гребни и разные красивые безделушки, а среди них спрятала вещь, приготовленную специально для Белоснежки.

Рано утром семь гномов, как всегда, отправились в шахту. Перед уходом они напомнили Белоснежке, чтобы она никому не открывала. Девушка обещала быть осторожной, проводила товарищей до тропы и занялась своими делами.

День стоял тихий. Солнце пробивалось сквозь кедровые ветви, возле дома гудели пчёлы, а издалека едва слышно доносился стук из шахты. Поэтому, когда после полудня на тропе показалась согбенная старушка с тяжёлой корзиной, Белоснежка сначала не почувствовала никакой тревоги.

Старушка остановилась у ворот и стала расхваливать свой товар. Белоснежка вспомнила предупреждение гномов и из дома не вышла. Тогда торговка раскрыла корзину прямо перед окном. Там лежали такие красивые ленты и шнурки, что девушка невольно задержалась посмотреть.

Особенно понравился ей один красный шнурок.

Старушка уверяла, что ничего дурного в покупке через окно нет и внутрь она входить не собирается. Белоснежка подумала, что гномы запрещали ей открывать дверь, а про окно ничего не говорили. Так люди нередко обходят разумный совет, соблюдая его буквально и нарушая по существу.

Она протянула руку и взяла шнурок.

Торговка сказала, что Белоснежка затянула его неправильно, и предложила показать, как надо. Девушка поколебалась, но старушка выглядела такой слабой и добродушной, что опасение показалось ей смешным. Она всё-таки вышла из дома.

Мачеха только этого и ждала.

Она ловко затянула шнурок на одежде Белоснежки так туго, что девушка не смогла вздохнуть и упала на землю. Старуха наклонилась над ней, убедилась, что та не движется, и поспешила прочь. На этот раз она была уверена, что зеркало больше никогда не назовёт ненавистного имени.

Вечером семь гномов вернулись из шахты и нашли Белоснежку возле дома. Они быстро заметили туго затянутый шнурок, перерезали его, и девушка снова начала дышать. Когда она пришла в себя и рассказала о старой торговке, гномы сразу поняли, кто приходил к дому.

Они строго велели Белоснежке больше не разговаривать с незнакомцами, не брать у них подарков и вообще не искать хитрых исключений из простого правила. Девушка, испуганная случившимся, обещала никогда больше так не делать.

Несколько дней всё было спокойно.

Мачеха тем временем снова подошла к зеркалу. Она была так уверена в победе, что даже не стала долго прихорашиваться.

Но зеркало сообщило ей, что Белоснежка всё ещё живёт за семью горами у семи гномов.

Тогда женщина приготовила новое средство. Она взяла красивый гребень, украсила его так искусно, что тот переливался на свету, а на зубцы нанесла сильный яд. После этого снова изменила внешность и отправилась в горы другой дорогой, чтобы Белоснежка не узнала прежнюю торговку.

На следующий день гномы опять ушли в шахту, а Белоснежка осталась одна.

Когда возле дома появилась незнакомая старуха, девушка даже не подошла к двери. Она объявила через окно, что ничего не покупает и никого не впускает. Старуха не спорила. Она только достала из корзины чудесный гребень и стала вертеть его в руках так, чтобы солнечные лучи играли на украшениях.

Старуха похвалила чёрные волосы Белоснежки и сказала, что такой прекрасный гребень создан именно для них. Девушка всё ещё помнила прошлое несчастье и потому не позволила незнакомке приблизиться. Она сама провела гребнем по волосам.

Этого оказалось достаточно.

Едва отравленные зубцы коснулись кожи, Белоснежка упала.

Мачеха тихо рассмеялась, забрала корзину и исчезла среди деревьев.

Гномы нашли Белоснежку вечером. На этот раз они долго не могли понять, что случилось, пока самый младший не заметил гребень в её волосах. Стоило вытащить его, как действие яда прекратилось и девушка открыла глаза.

Когда старик дошёл до этого места, дети у Храма Бакунина уже не выдержали. Они напомнили, что Белоснежку предупреждали сначала гномы, потом она едва не погибла от шнурка, после чего её предупредили ещё раз, и всё-таки она взяла гребень у следующей подозрительной старухи.

Рассказчик защищал девушку не слишком уверенно. Он говорил, что мачеха хорошо переодевалась, что торговки были разные и что люди вообще часто считают вторую опасность совершенно новой только потому, что она выглядит не так, как первая. Но слушатели оставались недовольны.

Самый младший брат Бакунин примирил всех, заметив, что старые сказки рассказывают о людях, которые делали ошибки, а иначе неинтересно.

Это объяснение приняли.

Однако гномы теперь встревожились всерьёз. Они попросили Белоснежку не брать у незнакомцев вообще ничего — ни одежды, ни украшений, ни еды, какой бы безобидной та ни казалась. Белоснежка дала слово.

И некоторое время слово своё держала.

Но однажды мачеха в третий раз подошла к волшебному зеркалу.

И в третий раз услышала имя Белоснежки.

На этот раз она не закричала и не разбила ничего в комнате. Она лишь долго смотрела на своё отражение, а потом пошла в сад.

Там на старой яблоне висели спелые яблоки.

Мачеха выбрала самое красивое.

Мачеха выбрала яблоко такое красивое, что трудно было поверить, будто оно способно принести кому-нибудь зло. Один бок его был беловатым, другой налился густым румянцем, кожица блестела, а от самого плода исходил сладкий осенний запах.

Всю ночь женщина готовила своё последнее средство. Каким образом одна половина яблока стала ядовитой, а другая осталась безвредной, старик объяснить не мог. Брат Бакунин предположил было, что плод обработали каким-нибудь древним химическим составом, но рассказчик решительно отверг это объяснение. Яблоко было отравленным потому, что его отравила злая мачеха, и для старой сказки этого было вполне достаточно.

Наутро семь гномов собрались в шахту. Теперь они беспокоились о Белоснежке ещё больше прежнего и перед уходом повторили все предостережения. Не открывать дверь. Не выходить к незнакомым людям. Не брать лент, гребней и прочих подарков. Не есть ничего, что принесёт неизвестный человек. Белоснежка выслушала их терпеливо и обещала быть осторожной.

Гномы ушли, а девушка заперла дверь.

До полудня ничего не случилось. Белоснежка работала в огороде за высокой оградой, потом принесла воды и вернулась в дом. Когда же солнце поднялось над верхушками кедров, на тропе показалась старуха с корзиной яблок.

Тут дети у Храма Бакунина начали смеяться ещё прежде, чем рассказчик успел продолжить.

Они уже знали, что сейчас произойдёт.

Старик обиделся и заметил, что на этот раз Белоснежка действительно не открыла дверь. Старуха долго звала её, хвалила яблоки и предлагала попробовать, но девушка отвечала из окна, что ничего у незнакомых людей не берёт. Тогда торговка сказала, что и не собирается ничего продавать: она стара и устала, путь через горы долог, а яблок в корзине всё равно слишком много. Одно можно отдать хорошей девушке просто так.

Белоснежка отказалась и от подарка.

Казалось, на этот раз урок наконец пошёл ей впрок.

Но мачеха знала, что после двух покушений Белоснежка будет осторожна, и потому приготовилась лучше. Она достала самое красивое яблоко и сказала, что понимает страх девушки. Чтобы доказать свою честность, старуха разрежет плод пополам и сама съест половину.

Так она и сделала.

Светлая половина досталась мачехе. Красная осталась Белоснежке.

Девушка увидела, как старуха откусила большой кусок, прожевала его и осталась совершенно здорова. Теперь опасение показалось ей напрасным. Белоснежка решила, что гномы, конечно, правы насчёт незнакомцев, но ведь невозможно прожить всю жизнь, подозревая в каждом встречном убийцу.

Она протянула руку из окна.

На этом месте младшая девочка у храма закрыла лицо ладонями.

Старик сделал вид, что ничего не заметил.

Белоснежка взяла красную половину и откусила.

Она не успела даже проглотить кусок. Мир вокруг потемнел, яблоко выпало из руки, и девушка упала на пол.

Мачеха долго смотрела в окно. На этот раз она не торопилась. Она видела неподвижное лицо Белоснежки и была уверена, что третьего спасения не будет.

Когда старуха скрылась в лесу, возле дома снова стало тихо. Только над травой летали пчёлы, а на земле возле окна лежала красная половина яблока с единственным следом зубов.

Вечером вернулись семь гномов.

Они нашли Белоснежку и принялись искать причину несчастья. Осмотрели одежду — никаких шнурков. Проверили волосы — никакого гребня. Они умывали девушку холодной водой, растирали ей руки, пытались привести в чувство всеми способами, какие знали, но Белоснежка не открывала глаз.

Тогда один из гномов заметил яблоко.

Они поняли, что мачеха всё-таки добралась до неё, но сделать уже ничего не могли. Белоснежка не дышала, сердце её не билось, и всё же лицо оставалось таким свежим, будто девушка просто уснула.

Гномы не захотели предавать её земле.

Они сделали прозрачный гроб, положили туда Белоснежку и поставили его на высоком месте среди деревьев, откуда были видны горы. На крышке написали её имя и рассказали соседям, что случилось. Днём возле неё сидели лесные птицы, по вечерам приходили звери, а семь гномов после работы поднимались из шахты и по очереди оставались возле своей погибшей подруги.