
Полная версия:
Космология древних германцев и скандинавов
Снорри добавляет, что Имир питался молоком коровы Аудумлы, которая возникла из солёных камней, которые она лизала. Эта деталь вводит в космогонию тему питания и вскармливания, которая отсутствует в «Прорицании вёльвы». Имир не просто существует; он питается, и его питание обеспечивается другим существом, которое также возникло из первичного материала. Аудумла, чьё имя означает «богатая молоком» или «кормилица», является существом, которое связывает Имира с материалом, из которого он возник. Она лижет солёные камни, и из этих камней появляется Бури, предок богов. Таким образом, и великаны, и боги происходят из одного источника — из солёных камней, которые лижет корова, — но их судьбы различны. Великаны остаются в том мире, который существовал до творения; боги создают новый мир, убив Имира.
Убийство Имира является центральным актом космогонии. Сыны Бора, Один, Вили и Ве, убивают великана и создают мир из его тела. Кровь Имира становится морем, плоть — землёй, кости — горами, зубы — камнями, череп — небесным сводом, мозг — облаками. Этот акт творения через убийство и расчленение имеет параллели в ведийской традиции, где мир также создаётся из тела Пуруши, и в месопотамской традиции, где Тиамат расчленяется Мардуком. Но скандинавская версия отличается тем, что убийство Имира не является победой порядка над хаосом. Имир не был врагом богов; он был их предком, и его убийство является актом насилия, которое создаёт мир, но не оправдывает себя. Боги убивают своё прошлое, чтобы создать своё настоящее, и это прошлое возвращается в Рагнарёке, когда великаны и чудовища мстят за смерть Имира.
Глава 24. Аудумла: Корова как источник питания и родоначальница богов
Аудумла, чьё имя означает «богатая молоком» или «кормилица», является существом, которое возникает из солёных камней, покрытых инеем, в пространстве Гинунгагап. Снорри в «Видении Гюльви» рассказывает, что она лизала эти камни, и от её лизания камни становились мягкими, и из них появился Бури, предок богов. Аудумла питала Имира своим молоком, и таким образом обеспечивала существование первого великана. Эта корова, которая не упоминается в «Прорицании вёльвы» и известна только из «Младшей Эдды», занимает в космогонической схеме Снорри место, которое трудно переоценить. Она является связующим звеном между миром великанов и миром богов, между первичным материалом и оформленным существованием.
Образ коровы в скандинавской космогонии имеет параллели в других индоевропейских традициях. В индийской мифологии корова Камадхену, «корова желаний», является источником изобилия и исполнения желаний. В греческой традиции корова Ио, превращённая в тёлку, странствует по миру и даёт имя Ионическому морю. В скандинавской версии корова не является объектом поклонения и не играет роли в культе. Она существует только в космогоническом нарративе, и её функция ограничена вскармливанием Имира и вылизыванием Бури. Тем не менее эта функция является ключевой: без Аудумлы Имир не смог бы существовать, а без Бури не появились бы боги, которые убили Имира и создали мир.
Аудумла лижет солёные камни, и этот процесс описывается как постепенное освобождение фигуры из камня. В первый день, когда она лизала камни, появились волосы, во второй — голова, в третий — всё тело Бури. Этот процесс напоминает не столько рождение, сколько ваяние: корова как бы вырезает существо из камня своим языком. Такая модель возникновения жизни отличается от модели размножения Имира через почкование. Бури не порождается, а извлекается из материала, который уже содержит его в скрытом виде. Камень, который лижет Аудумла, не является инертным веществом; он содержит в себе потенцию жизни, и корова лишь актуализирует эту потенцию.
Символика соли, которая присутствует в этом мифе, заслуживает внимания. Солёные камни, покрытые инеем, являются тем материалом, из которого возникает и корова, и Бури. Соль в древнескандинавском обществе была важнейшим консервантом и предметом торговли, и её присутствие в космогонии может отражать практическое значение этого вещества. Но соль имеет и более глубокий смысл. Она предохраняет от гниения, сохраняет жизнь в условиях холода, и в этом отношении она противопоставлена яду, который содержится в водах Эливагар. Яд замораживает и убивает; соль сохраняет и животворит. Аудумла, лижущая солёные камни, является силой, которая противостоит разрушительному действию холода и яда, и в этом противостоянии она порождает предка богов.
Корова в скандинавской космогонии не является богиней. Она не упоминается в культовых контекстах и не имеет храмов. Её роль ограничена космогоническим нарративом, и после того как боги убивают Имира и создают мир, она исчезает из повествования. Это исчезновение символично. Аудумла принадлежит к тому порядку существования, который предшествует творению. Она питает Имира и порождает Бури, но сама не участвует в создании нового мира. Её функция исчерпывается тем, что она обеспечивает переход от первичного хаоса к оформленному существованию, и после этого перехода она становится ненужной. Боги, которые создают мир, не нуждаются в корове-кормилице; они нуждаются в материале, который она помогла произвести, но не в ней самой.
Глава 25. Бури, Бор и рождение Одина: Переход от великанов к асам
Бури, чьё имя означает «производитель» или «отец», является первым существом, которое возникает из солёных камней, вылизанных Аудумлой. Он не является богом в том смысле, в каком богами являются Один и его братья, но он принадлежит к роду, из которого происходят боги. Снорри сообщает, что Бури был отцом Бора, а Бор, женившись на Бестле, дочери великана Бёльторна, стал отцом Одина, Вили и Ве. Эта генеалогия, которая связывает богов с великанами через брак, имеет принципиальное значение для понимания скандинавской космологии. Боги не являются существами иного порядка, чем великаны; они происходят от них и связаны с ними узами родства.
Брак Бора и Бестлы является первым известным союзом между двумя группами существ, которые впоследствии станут врагами. Бестла, чьё имя означает «жена» или «женщина», является дочерью великана Бёльторна, о котором больше ничего не известно. Этот брак не описывается как конфликт или как похищение; он является просто фактом, который Снорри упоминает без комментариев. Боги и великаны не являются изначально противоположными силами. Их вражда возникает позже, когда сыны Бора убивают Имира и создают мир из его тела. До этого момента они связаны родством и, возможно, не воспринимаются как разные категории существ.
Рождение Одина и его братьев является поворотным моментом в космогоническом нарративе. С этого момента начинается активная деятельность богов, которая приводит к созданию мира и к установлению порядка. Один, Вили и Ве убивают Имира, и это убийство является актом, который отделяет богов от великанов и создаёт новую космологическую реальность. До убийства Имира мир существовал в неоформленном виде; после него он обретает структуру. Боги становятся демиургами, а великаны — силами хаоса, которые угрожают этой структуре.
Снорри не объясняет, почему сыны Бора решают убить Имира. В «Прорицании вёльвы» это событие также не мотивируется; оно просто происходит. Отсутствие мотивации имеет важное значение. Убийство Имира не является наказанием за вину или актом справедливости. Оно является актом творения, который требует жертвы. Мир создаётся из тела убитого существа, и это убийство не может быть оправдано в терминах морали. Боги совершают то, что они должны совершить, чтобы мир существовал, и это совершение накладывает на них обязательство, которое они не могут выполнить. Они создают мир, но они не могут избавиться от того факта, что этот мир основан на насилии.
Рождение Одина является не только началом богов как активной силы, но и началом конфликта, который будет определять всю историю мира. Один, Вили и Ве являются братьями, но их роли в космогонии не одинаковы. Один впоследствии становится верховным богом, Вили и Ве упоминаются лишь как участники убийства Имира и как создатели людей. Их функции не раскрываются, и их образы остаются неясными. Эта неясность может отражать архаичность традиции, в которой троица богов-братьев ещё не была дифференцирована, или же результат редакторской работы Снорри, который стремился привести материал в соответствие с христианской идеей троицы, хотя и не мог сделать это открыто.
Глава 26. Убийство Имира: Созидание из тела и этика космогонического насилия
Убийство Имира является центральным актом скандинавской космогонии. Сыны Бора, Один, Вили и Ве, убивают первого великана и создают мир из его тела. Кровь Имира становится морем, плоть — землёй, кости — горами, зубы — камнями, череп — небесным сводом, мозг — облаками. Этот акт творения через убийство и расчленение имеет параллели в других индоевропейских традициях, но скандинавская версия отличается тем, что убийство не является победой порядка над хаосом. Имир не был врагом богов; он был их предком, и его убийство является актом насилия, которое создаёт мир, но не оправдывает себя.
Снорри в «Видении Гюльви» рассказывает, что сыны Бора взяли Имира, убили его, и из его крови сделали море, из плоти — землю, из костей — горы, из зубов — камни, из черепа — небо, а из мозга — облака. Эта последовательность соответствует порядку, в котором мир обретает структуру: сначала жидкости, затем твёрдые тела, затем небесные сферы. Кровь, которая становится морем, является жидкостью, которая окружает землю; плоть, которая становится землёй, является твёрдой субстанцией, на которой живут люди; кости, которые становятся горами, являются возвышенностями, которые разграничивают пространство. Череп, который становится небом, является куполом, который накрывает мир; мозг, который становится облаками, является субстанцией, которая находится между небом и землёй. Эта схема не является произвольной; она отражает представление о том, что мир является телом, и что части этого тела соответствуют частям космоса.
Этика этого акта вызывает вопросы, которые скандинавская традиция не задаёт прямо, но которые подразумеваются. Убийство Имира не является наказанием за вину. Имир не совершил ничего, что заслуживало бы смерти. Он просто существовал, и его существование мешало созданию мира. Боги убивают его, потому что они хотят создать мир, и его тело является материалом, из которого этот мир может быть создан. Это убийство является необходимым, но не справедливым. Оно создаёт мир, но оно же создаёт долг, который боги не могут выплатить. Великаны, потомки Имира, мстят за его смерть в Рагнарёке, и эта месть является исполнением того обязательства, которое боги взяли на себя, убив своего предка.
Скандинавская космогония не является оптимистической. Мир не создан благим творцом, который любит своё творение. Мир создан богами, которые убивают, чтобы создать, и это убийство не искупается. Боги живут с сознанием того, что их мир основан на насилии, и это сознание определяет их отношение к миру и к самим себе. Один, который знает о грядущем Рагнареке и не пытается его избежать, знает и о том, что гибель богов является следствием их собственного поступка. Убийство Имира не было случайностью или ошибкой; оно было необходимым условием творения, и боги, совершив его, приняли на себя ответственность за его последствия.
Глава 27. Плоть, кровь и кости: Земля, море и горы как части великана
Тело Имира, расчленённое богами, становится материалом, из которого создаётся мир. Снорри в «Видении Гюльви» перечисляет соответствия: плоть становится землёй, кровь — морем, кости — горами, зубы — камнями, волосы — деревьями, череп — небом, мозг — облаками. Эта схема, которая может показаться произвольной, на самом деле отражает определённое представление о мире, в котором каждая часть космоса имеет своё соответствие в теле первого существа. Мир является не просто созданным; он является воплощённым, и его материальность имеет своим источником материальность Имира.
Плоть Имира, ставшая землёй, является той субстанцией, на которой живут люди. Земля в скандинавской космологии не является абстрактным понятием; она является физической реальностью, которая кормит и поддерживает. Плоть Имира является не просто материалом; она является источником жизни. Люди, которые возделывают землю и собирают урожай, буквально питаются телом Имира. Эта идея, которая может показаться отталкивающей современному читателю, имеет параллели в других мифологиях, где мир создаётся из тела жертвы, и где пища, которую едят люди, является продолжением этой жертвы. В скандинавской версии эта идея выражена особенно прямо: земля, которую пашут, является плотью убитого великана, и урожай, который собирают, является даром, полученным ценой его смерти.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

