Сердце академии магии

— Ушел? Как тебе это удалось? — Все еще не веря в собственное спасение, соседка не торопилась покидать ванную.

— Утром, — выдавила я, сделав над собой последние усилие, и провалилась в сон.

После беспокойной ночи проснулись мы, разумеется, поздно, пропустив завтрак. Стоило мне открыть глаза, как послышалась возня, а потом и девичий голос:

— Ну и спать ты горазда! Я тоже завтрак проспала, но ты рекорд побила! Через пару часиков уже обед.

Я посмотрела на соседку, которая, похоже, не вставала, чтобы только не будить меня.

— Ты теперь со мной разговариваешь?

Та замялась, а после, немного поколебавшись, выдала:

— Ты извини, я не думала тебя задеть. В академии попаданцы и местные не особо ладят, поэтому, чтобы не ссориться, лучше и вовсе не общаться.

— Ничего не изменилось, я по-прежнему попаданка, а ты местная.

— Ну да. Просто я хотела сказать тебе спасибо. Ты меня очень выручила.

— Не за что. На самом деле моя роль во вчерашнем происшествии — чисто символическая.

Рассказ о героическом сундуке, покусавшем горе-поклонника, довел соседку до слез и икоты, так она хохотала. А когда успокоилась, разоткровенничалась:

— Ченарис с весны мне проходу не дает, замучил, честное слово. Уж и защиту на дверь ставила, и сигналку, орущую дурным голосом, и даже отталкивающим куполом себя покрывала. Все помогает на время, пока Чен не придумает, как обойти преграду. И прет дальше. Не понимает, что у нас с ним разные взгляды на жизнь и отношения. Даже если захотела бы, не отдалась бы, меня ж никто потом замуж не возьмет!

— М-да-а, — только и смогла я прокомментировать передрягу, в которую попала девушка.

— Я уж не говорю про то, что не нравится он мне, совершенно. Ты ж его видела! Как встречу, так в дрожь бросает от отвращения.

— Тип не из приятных, — вынуждена была согласиться я. — Но неужели нельзя найти на него управу? А как же руководство академии? Родители, в конце концов.

— Родители давно умерли, а тетка, назначенная опекуншей самим главой, не интересуется моей жизнью. Она и на каникулы с удовольствием меня здесь оставила бы, только я из-за Ченариса прямо-таки потребовала посещения родительского поместья, и она не смогла отказать. А руководство академии предпочитает не вмешиваться в студенческие конфликты, пока никто не пострадал и не нарушил основные правила. А уж любимца всех преподавателей тем более не побеспокоят глупыми подозрениями. Академия возлагает на Ченариса особые надежды. Его дар невероятно огромен, а значит, в будущем он займет высокую должность. В общем, если бы не ты, Чен сломал бы дверь... И страшно подумать...

— А как же наказание за преступление?

— Ничего ему не грозило бы! — Соседка с трудом сдерживала слезы и выплевывала слова кривящимся ртом. — С иномирян разве только пылинки не сдувают. Максимум перевели бы в другое учебное заведение. Да и не стала бы я заявлять об изнасиловании. Это же опозориться на всю Светлонию. Чем и пытается воспользоваться Ченарис.

— Но это же ужасно!

— Странная ты какая-то. Или притворяешься?

— Что?

— С чего бы вдруг ты стала мне сочувствовать? — Девушка просканировала меня подозрительным взглядом.

— Это ты странная, — не осталась я в долгу. — В моем мире сочувствие — обычное дело, а соседи, как правило, знакомятся и пытаются наладить приемлемые отношения, все-таки в одной комнате жить несколько лет. Ты же изначально приняла меня в штыки. Я все понимаю, Чен — придурок. Но согласись, если нашелся один урод на всю академию и именно он оказался иномирянином, это не значит, что всех остальных попаданцев нужно судить по его поступкам.

— А он не один.

— В смысле?

— Он не один такой придурок. Они все, иномиряне, ненормальные. Во всяком случае, для нас, местных. Быть может, для тебя вполне приемлемые, но для остальных...

— Твой Чен для меня совсем не «вполне»! — не сдержалась я.

— Вовсе он не мой, — фыркнула соседка. — Кстати, меня Шейлана зовут.

Подобный переход с конфликтной темы на знакомство меня немного выбил из колеи.

— Даша, — после продолжительной паузы представилась я.

— Вот и ладненько, Даша, — примирительно продолжила соседка. — Будем надеяться, что мы с тобой поладим. А пока давай пить чай. Все-таки без завтрака совсем невесело, а до обеда можно ноги от голода протянуть.

Она поколдовала над сундуком, после чего открыла и вынула из него чашки, небольшой чайничек и пару холщовых мешочков. Сбегала за водой. Несколько пассов, и чайник забурлил кипятком. В одном мешочке оказались травы, которые Шейлана закинула в кипящую воду, в другом — печенье, высыпанное ею прямо на стол.

— Налетай! — скомандовала соседка, наливая мне в чашку ароматный травяной напиток, заварившийся в считанные секунды.

Я не стала дичиться и с удовольствием принялась угощаться чаем с печеньем. За ночь подругами мы не стали, но хотя бы ушло напряжение. Мы разговаривали на отвлеченные темы и наслаждались перемирием.

Как выяснилось, часы, по которым ориентировались студенты, располагались... в парке. Этими знаниями со мной поделилась соседка, ткнув пальцем за окно:

— Бассейн видишь? По нему сейчас танцуют солнечные феи, значит, приближается полдень.

Я метнулась к окошку рассматривать ориентиры. По бортику каменной чаши действительно водили хороводы крошечные мраморные девчушки. Только на часы подобная сцена никак не походила. И как по этой композиции ориентироваться?

— Привыкнешь, — бросила Шейлана, видимо, догадавшись о причине моей растерянности.

— Но я читала внутренний распорядок академии, и там сказано, что часы есть в каждой комнате.

— Ну да. Окна-то есть везде, то есть возможность взглянуть на парковые часы имеется у каждого.

— А обычные механизмы в этом мире отсутствуют?

— У кого водятся деньги, могут себе позволить поясные часики. Есть магические часы в холле главного крыла академии. А для студентов сделали оригинальный и красивый вариант. Не переживай, освоишься, — отмахнулась Шейлана, ничуть не погасив мою тревогу.

Как я буду на лекции ходить? Ума не приложу.

Поинтересовалась я про незапертые двери столовой и запрет на посещение крыла для противоположного пола.

— Так магические преграды везде стоят: и в дверях столовой, и на других этажах переходов замка. Студенты могут ходить исключительно по учебной части, по административной и по своему крылу.

Также я спросила про молодых преподавателей, увиденных мной при поступлении.

— Чем сильнее маг, тем больше влияния он имеет на собственную внешность, — просветила Шейлана. — Многие этим пользуются, особенно женщины, формируя привлекательный образ. Ты тоже в будущем сможешь выглядеть молодой хоть до глубокой старости.

Последняя новость меня порадовала. Приятно не бояться возрастных изменений.

На первый этаж мы спускались вместе, но соседка шла на несколько шагов впереди, поэтому создавался вид, будто мы порознь. Коридоры буквально за сутки стали более оживленными, встречные девушки приветливо здоровались с Шейланой, меня же обходили по большой дуге, словно прокаженную.

А в холле нас ждало столпотворение, учиненное... Майком.

ГЛАВА 5

Хохот, шепотки, громкие комментарии. Девчата не расходились по своим делам, преследуя непонятную мне цель. Смотрительница, брызжа слюной, металась по холлу. А в центре с каменным лицом восседал на диванчике Майк.

Заметив меня, парень встал и спокойно вышел на улицу. Я, разумеется, за ним.

— Это что сейчас было? — первым делом спросила, когда все-таки догнала Майка.

— Я волновался, — услышала, как обычно, короткий ответ.

— Ах да, я не вышла к завтраку. И предупредить не могла. Извини. У нас такое ночью произошло!.. Позже расскажу. Сначала ты, а то я умру от любопытства.

Вполне ожидаемое молчание. Ладно, мы не гордые, могу и расспросить.

— Я не спустилась вниз, ты пришел узнать, в чем дело. Верно?

Кивок. Даже не глянул в мою сторону. Ну да я уже привыкла, что парень не любит смотреть в глаза при разговоре.

— Тебя не пропустила Крымза, — выдала следующую догадку и попыталась подстроиться под его шаг.

Ничего не вышло, и я нетерпеливо потянула Майка за рукав. Он понял намек и сбавил скорость.

— Я не собирался проходить.

— Ты хотел узнать про меня?

Новый кивок.

— И она? Что сказала тебе Крымза?

— Что все в порядке.

— Интересненько! А с чего она взяла, что все в порядке? Не спросил? Нет? Да? Что ответила? Ну не томи!

— Иначе она бы знала.

— То-то она ночью знала, когда к нам в комнату вломился парень. Тебя чует за версту, а этого дуболома даже не услышала, хотя грохот был ужасный.

— Глушилки стоят.

— В комнатах? Правда? Выходит, ни мы никого не слышим, ни нас? И у всех так?

Получив утвердительный знак на все вопросы разом, я восхитилась:

— Здорово! Теперь понятно, почему никто не среагировал на устроенный переполох. Но тебя-то Крымза ощущает в женском крыле, почему же нашего незваного гостя не пронюхала?

— Холл зачарован.

— От мужского пола? Эх, экономисты, не могли полностью крыло зачаровать! Так, мы отвлеклись. С тобой и Крымзой все понятно, оба уперлись: ты ждал меня на диване, а смотрительница пыталась тебя выгнать. Ну а девчонки чего в холле столпились?

Он равнодушно пожал плечами, шурша ногами по опавшей листве. Как ни странно, ответ на свой вопрос я получила от Шейланы, правда, немного позже.

Сейчас же Майк задумался и снова прибавил шагу, а я припустила следом.

— Слушай, Майк, тут такое дело. Ночью к нам в комнату через окно завалился какой-то му... нехороший человек. Устроил светопреставление. До чертиков напугал соседку. Ну и меня заодно. Еле вытурили. Мы и на завтрак потому опоздали, что полночи не спали, а воевали с этим придурком. Я тут подумала, ты же маг, подскажи, как можно защититься от Ченариса, а?

Крепкая жилистая спина оказалась на моем пути. В нее я и впечаталась носом со всего размаху, не ожидая от спутника подобной подставы. Хорошо хоть договорила и даже успела закрыть рот, иначе точно бы язык прикусила.

— От Ченариса?

— Да. Я же тебе говорю, вломился среди ночи, устроил нам пионерские зорьки...

— Не связывайся с Ченарисом.

— Спасибо, конечно, за совет, но что значит «не связывайся»? Это он к нам залез в комнату, а не я к нему.

— Гнилой тип.

— Я уже поняла. Нормальный человек за девушками ухаживает, а не применяет магию и физическую силу.

Майк опустил голову так, что даже щек не стало видно под занавесью волос.

— Я к чему это все рассказываю... Не поможешь?

— Чем?

— Советом, конечно! Я прекрасно понимаю, что с таким бугаем, как Ченарис, мало кто может сладить. Но на самотек тоже пускать нельзя. Оказывается, Шейлана не первый раз чудом от него спасается. Ты же маг, посоветуй что-нибудь, а?

— Держись подальше.

— От собственной комнаты? Шутник!

— От Ченариса.

— Да что ты заладил! Не могу я от него держаться подальше! Он домогается мою соседку, а я с ней, между прочим, живу в одной комнате. Ты же не предлагаешь мне спокойнейнько спать, пока ее будут насиловать?

Майка передернуло от моих слов.

— Магией его не взять.

— Ага, он самый сильный, слышала. И про надежду всей академии — тоже. Значит, его ни законом, ни силой не приструнить. Но должен же быть хоть какой-то выход!

Майк пожал плечами.

— У каждого человека есть слабые места, — не унималась я.

— Самолюбие... — неуверенно отозвался парень.

— Точно! Майк, ты — гений! Такие, как Ченарис, любят только себя. Нужно подумать в этом направлении.

Идея меня осенила перед крыльцом в столовую — студенты по большей части предпочитали наружный вход с улицы, нежели внутренние двери с женского или мужского крыла, поэтому сегодня здесь оказалось многолюдно. Наблюдая за местными девицами, принимающими эффектные позы, чтобы привлечь внимание мужского пола, я вспомнила об очень полезной земной вещице.

— Майк, а в здешних реалиях существует что-то похожее на фотоаппарат или видеокамеру?

Парень задумался, а спустя томительную минуту кивнул:

— «Черное око».

— Отлично! — Схватив Майка за руку, я потащила его в столовую, чтобы поскорее миновать столпотворение у входа и уединиться за столиком. Мне хотелось немедленно рассказать о задумке и уточнить детали.

Отправляя в рот очередную ложку супа, я эмоционально делилась с Майком соображениями о том, как можно отвадить от девичьей комнаты Ченариса, когда «гордость академии» явился в столовую собственной персоной. Заметила я этот факт благодаря компании болтливых девчонок, сидящих неподалеку. До этого весело чирикающие красавицы вмиг сникли и уткнулись в свои тарелки, не поднимая глаз на проходящего мимо парня.

Он же, ни на кого не обращая внимания, вальяжной походкой уверенного в себе господина направился к столику, где сидела Шейлана. Соседка, заметив его, перестала есть и втянула голову в плечи.

— Расскажи ей, — меж тем предложил Майк, одобрив мой замысел, — пусть припугнет.

— Поздно! — простонала я, наблюдая, как Шейлана покорно встает из-за стола и собирается следовать за гориллоподобным бугаем. — Придется самой. Говоришь, фигнюшка называется «Черным оком»?

Майк, в попытке задержать меня, ухватил рукой пустое место, а я вовсю уже неслась к соседке на выручку.

— Ченарис! Как здорово тебя здесь встретить! Вот повезло! Как раз тебя собиралась искать, а ты тут! — завопила я скорее от страха, чем пытаясь дезориентировать противника.

На меня ошарашенно воззрились не только соседка с Ченарисом, но и студенты за ближайшими столиками. У всех были одинаково выпученные глаза и отвалившиеся нижние челюсти.

— Чего? — предсказуемо выдал самый даровитый ученик академии.

— Ищу, говорю, тебя, — весело, не сбавляя тона, ответила я и тайком обтерла вспотевшие ладошки о платье.

— Зачем? — Маленькие злые глазки принялись шарить по моей фигуре, прикидывая аппетитность форм.

— Дело есть. Отойдем? — Я кивнула на несколько пустующих столиков.

— Ну давай, — согласился Ченарис и ухватил меня пониже спины, видимо, одобрив то, что рассмотрел.

С трудом сдержав порыв съездить по ухмыляющейся физиономии, я ловко вывернулась из волосатых лап и устремилась к указанному месту. На Шейлану, отчаянно пытающуюся мне что-то сказать жестами, даже не взглянула — и без того уже тряслась осиновым листком, держась на одном упрямстве.

— Выкладывай, мышка, пока я добрый. Чего хотела?

Ченарис, ухватив стул за спинку и поставив рядом с моим, уселся вплотную. Его рука крепко сжала мне плечо, не позволяя даже на миллиметр отвоевать пространство между нами, а лицо нависло сверху, создавая ощущение надежной ловушки.

— Много чего хотела, — прокаркала я вмиг пересохшим горлом.

— Ну-ну, — то ли с угрозой, то ли с обещанием выдал бугай.

И я ощутила, как по позвоночнику потек ручеек из нескольких капель пота. Но отступать было некуда. С трудом сглотнув и набрав в грудь побольше воздуха, я продолжила:

— Прошлой ночью...

— Да-а-а, — растягивая гласную, прохрипел мой собеседник, очевидно, считая свой голос невероятно сексуальным.

— Прошлой ночью, когда ты ушел...

— Тебе стало грустно, мышка?

— Что? Нет. Я просто кое-что нашла. И подумала, что тебя это заинтересует.

Удивленная физиономия Ченариса стала мне наградой за терпение. Совсем не то парень ожидал от меня услышать.

— Хм?..

— «Черное око», — не стала тянуть я. — Вчера оно записало твой приход в нашу комнату. Совершенно случайно! Но та-ак вовремя.

— Чего? — все никак не мог понять Ченарис, к чему я клоню.

— Я хочу сказать, что вряд ли ты захочешь, чтобы кто-то увидел, как лихо ты сражался с опасным кусачим сундуком, вставшим на защиту чести своей хозяйки.

По мере того как до парня доходил смысл сказанного мною, его лицо медленно багровело, а кулаки сжимались до побелевших костяшек. Плечо едва не хрустнуло под натиском крупных сжимающихся пальцев, которые я начала с большим трудом отрывать от себя по одному. Точно синяки останутся. Из раздутых ноздрей Ченариса, казалось, даже пар пошел.

— Ты, мышь, знаешь с кем связалась? — с большим трудом выдавил он из себя. Массивная челюсть угрожающе выдвинулась вперед.

— Да, — как можно мягче и тише проговорила я, вцепившись в сиденье стула, чтобы не рвануть с места с криками паники, — поэтому предлагаю взаимовыгодную сделку. Ты оставляешь нас с Шейланой в покое, а мы никому никогда не показываем запись с «Черного ока».

Несколько минут Ченарис пыхтел и буравил меня разъяренным взглядом.

— Как видишь, я не прошу ни денег, ни личной защиты, хотя могла бы тебя всласть пошантажировать, — попыталась подсластить пилюлю, сама при этом почти не дыша. — Что скажешь?

Пауза затянулась, когда «гордость академии» наконец сообразил:

— Ты врешь.

— Ой ли? — нервно улыбнулась я, теряясь в догадках, где могла проколоться.

На самом деле толком расспросить у Майка про магический артефакт видеосъемки я не успела, поэтому старалась говорить обтекаемо и общими фразами. Тут главное — запугать, а не объяснить. Но, видимо, что-то не учла.

— Едва появилась в этом мире, и вдруг у тебя уже имеется такая дорогая вещица, как «Черное око»?

— У меня? — совершенно искренне удивилась я. — Откуда бы? Нет, конечно! Это тетка Шейланы решила проследить за поведением племянницы в академии. А я просто предложила тебе сохранить увиденное «оком» в секрете. Все просто.

— Придешь сегодня вечером ко мне. Хочу убедиться, что ты не блефуешь, — усмехнулся Ченарис и, с шумом отодвинув стул, встал изо стола. — Посмотрим на твою запись.

Ну уж нет, разговор еще не закончен!

— Хорошо! Я удовлетворю твое желание... — намеренно выдержала паузу, делая фразу двусмысленной и заставив парня заинтересованно обернуться, — покажу тебе запись вчерашней ночи. Тебе, а заодно и всей академии. Кажется, завтра торжественный сбор?

— Только попробуй! — Ченарис развернулся и, больно схватив меня за предплечье, притянул к себе.

— Конечно, попробую, — отозвалась, демонстрируя спокойствие и уверенность, которых совершенно не ощущала. — Я тебе сделала такое заманчивое предложение, а ты не оценил его по достоинству.

— И почему я должен верить на слово какой-то...

— Полегче! — предупреждающе зашипела я. — Потому, что тебе ничего другого не остается. Либо поверить, либо рискнуть своим имиджем.

— Чего?

— Рискнуть славой великого покорителя женских сердец и непобедимого мага высшего уровня. Только представь всеобщую реакцию на твои танцы с сундуком...

Похоже, последние слова убедили Ченариса гораздо лучше, чем все сказанное до того. Бугай приосанился, вздернул подбородок и напоследок пригрозил:

— Живите. Пока. Но если хоть где-то всплывет та ночка... Из-под земли достану. Обеих.

Толкнув меня обратно на стул, он прежней походочкой гордого павиана удалился из столовой. Мне показалось или народ действительно облегченно вздохнул и продолжил завтракать?

От стены отлепился Майк, который, оказывается, находился совсем рядом, мимикрируя под светлую обстановку, будучи еще бледнее, чем обычно. Подстраховывал? Взгляд его сочетал несочетаемое: восхищение, недоумение, укоризну, отчаянность и много такого, что я просто не смогла расшифровать.

— Сумасшедшая! — выдохнул он, притягивая меня к себе панибратским ухватом за шею, и потащил на выход.

— Главное, что все получилось!

Пересказывать разговор с Ченарисом пришлось дважды: сначала Майку, а по возвращении в комнату — соседке. В отличие от моего молчаливого друга Шейлана даже не подумала оставить комментарии при себе.

— Как тебе пришло в голову?! — возмущалась она, бегая от окна к столу и обратно. — Так подставиться! Если бы этот... хм, не буду ругаться, девушке неприлично произносить такие слова... В общем, если бы Чен не поверил, то от тебя только мокрое место осталось бы! Да и от меня тоже.

— Но все же хорошо закончилось, — виновато блеяла я и получала в ответ новые слова укора и гневные взгляды.

— Только потому, что Ченарис не блещет умом! Магической силой боги его наделили, а мозгами — забыли. На наше с тобой счастье... Неужели нельзя было посоветоваться? Что ты знаешь о «Черном оке»?

— Ничего.

— Вот и я о том же! Тебя бы вычислил даже ребенок.

— Но он тебя куда-то хотел увести!

— «Куда-то»... В свою комнату! Ты права: еще несколько минут промедления — и меня было бы не спасти... — Соседка замерла, крепко зажмурив глаза. На пару мгновений в комнате воцарилась тишина, которую нарушило хриплое признание: — Спасибо, Даша. Серьезно. Я тебе так благодарна!

Спрятав лицо в ладонях, Шейлана громко разрыдалась, наконец выплескивая накопившееся напряжение. Теперь настала моя очередь нарезать круги по комнате и причитать:

— Ну ладно тебе, все же обошлось! Не нужно плакать... Шейлочка! Успокойся. Или нет, поплачь лучше, поплачь, говорят, легче становится, стресс проходит.

Думай, Дашка, думай. Что обычно делают, когда у человека нервный срыв? Точно! Предлагают попить.

Подлетев к столу, я трясущимися руками схватила вазочку и, выбросив из нее квелый букетик цветов, налила воды в первый попавшийся стакан:

— Попей водички.

Мы с соседкой дружно уставились на мое подношение. А именно на плавающую таракашку на поверхности мутной жидкости.

— Ой! Кто это?! — воскликнула я.

Из девушки вместо плача стал вырываться странный хохот:

— Му... му... му... муха-ха-ха...

С тем же отчаянием, с каким совсем недавно рыдала, Шейлана принялась гоготать.

А я снова засуетилась, не зная, что предпринять. Это же истерика? Кажется, тогда следует ударить по щеке. Но вот беда: бить и без того настрадавшуюся соседку рука не поднималась. Окатить водой? Ага, уже «напоила», хватит. Может, от свежего воздуха ей полегчает?

Я встала перед Шейланой и принялась дуть в покрасневшее от избытка эмоций лицо. Несколько мгновений — и ура, дикий смех утих. На меня ошарашенно уставилась пара карих глаз в обрамлении густых шоколадных ресниц.

— Ты... ты...

— Все хорошо, — елейным голоском, подкрепленным ласковой улыбкой, проговорила я и отошла подальше, гадая, что может последовать за плачем и смехом.

— Ну ты точно ненормальная! — выдала в итоге соседка, немного успокоившись.

— Кто бы говорил! — фыркнула я, демонстративно рассматривая девушку, вытирающую рукавом мокрое от слез лицо и время от времени всхлипывающую. — Хотя... Майк мне то же самое сказал.

— Майк...

Шейлана искоса взглянула на меня. Неожиданно подскочила с места и убежала умываться. Вернулась, села напротив, разглаживая несуществующие складки на юбке. Пристально посмотрела в глаза. И снова спрятала взгляд.

— Что?

— Майк...

— Что — Майк? С ним все в порядке? — заволновалась я, даже не задумавшись о том, откуда бы соседке знать его состояние в настоящий момент.

— Да как сказать... — замялась Шейлана.

Было видно, что она раздумывает, делиться ли со мной имеющейся информацией.

— Начала — так говори! — надавила я, все больше переживая.

— Хорошо, — наконец решилась она. — Услуга за услугу. Только с кулаками на меня не кидайся, если тебе не понравится то, что расскажу. А тебе точно не понравится.

— Хватит предисловий. Не томи!

— Обещаешь не драться?

— Да что за глупости-то! Конечно, обещаю.

— Ничего не глупости. До тебя здесь иномирянка жила. Это что-то! Одним словом — попаданка. Не то чтобы мы не ладили... Всякое бывало. Но я не то хотела рассказать.

— Бывшая соседка? До меня? А при чем здесь Майк?