Ноша Хрономанта. Книга 4

Те рабы, что нам попадались в деревне, подвергались систематическим унижениям и избиениям со стороны хозяев, а кормили их теперь сильно через раз, но все же они могли считаться большими везунчиками на фоне своих коллег, объявленных вторым сортом и запихнутым в барак. Вернее, один из бараков. Я заранее предполагал, что мы здесь найдем, а потому явился к месту заключения землян вместе со спасательной командой, у которой с собой были тюки из шкур и одеял, а в многочисленных фляжках булькал теплый мясной бульон. Но наши медики и их помощники далеко не сразу смогли приступить к освобождению соотечественников. Слишком многих из них тошнило.

– Какого черта?! Вот какого черта, а?! – Наконец-то сумевшая взять себя в руки Изабелла набросилась на старосту с кулаками, но пожилой и немного тучный мужчина достаточно ловко уклонялся от ударов испанки, вполне неплохо прокачавшейся к настоящему моменту… Причем попыток хоть как-то дать сдачи он не предпринимал. Понимал, видимо, что окружающие его люди с оружием находятся на стороне девушки и, дай им хоть малейший повод, изрубят его в капусту. – Зачем надо было такое с людьми?! Вы – звери!

– Хуже. Они – люди, чья жадность способна сподвигнуть их на такие «подвиги», которые ни одно животное никогда не совершит. – Я бы солгал, если бы сказал, что не хочу свернуть шею бывшему главе села. Но цивилизованный человек тем и отличается от варвара, что способен подавить свои инстинктивные порывы. А потому сначала мы освободим всех рабов, а потом, пока деревню до основания грабят, проведем вместе с ними суд, где дадим всем обвиняемым высказаться в свою защиту и поищем среди невольников тех, кто пожелал бы хоть за одного из ублюдков заступиться… Но у меня есть большие сомнения, что желающие праведного возмездия мстители столкнутся с достойным упоминания сопротивлением. – Знаешь, почему эти люди такие худые? Без пищи человек может продержаться месяц. А потому, когда в деревне стало мало запасов и много рабов, наименее ценных невольников решили просто не кормить. Вернее, это те, кого сочли достаточно ценными, чтобы хоть как-то о них заботиться. Остальных просто прирезали.

– Мы кормили этих рабов и холопов! – поспешно возразил мне староста, который даже не стал отрицать убийство наименее полезных невольников. Понимал, что бесполезно и что если его поймают на лжи, то могут покарать еще и за попытку обмана, тем более столь тупую. По меркам бесконечной вечной империи даже не могут, а должны. – Раз в неделю! Раньше даже два раза, пока не стало совсем плохо с припасами… А веревки – это для их же пользы! Чтобы не было каннибализма…

– В общем, они поддерживали жизнь этих людей достаточно, чтобы рабы не умерли и не получили слишком серьезных проблем со здоровьем, но недостаточно, дабы у них имелись силы для бунта, – резюмировал я, отходя в сторону от дверей барака, чтобы не мешать выводить освобожденных людей наружу. Во всем стоило искать положительные стороны, и на сей раз у меня уже получилось спасти сотни землян в этом здании и сотни в других таких же, которые стоят в других концах Серого Перекрестка. А есть еще и другие деревни, что внезапное нападение изнутри вряд ли выдержат, даже если будут к нему усиленно готовиться. – И это началось не вчера и даже не неделю назад. Посмотри, какие они худые… Их морили голодом минимум месяц, а скорее, даже больше. Вероятно, сначала просто уменьшали понемногу пайку, заставляя рабов слабеть с каждым днем, а потом нагнали сюда стражи и привязали всех к койкам, когда сопротивляться люди уже толком и не могли.

– Бальтазар, прости. – Испанка посмотрела на меня большими грустными глазами, а после потащила кинжал из ножен, висящих на ее поясе. – Бальтазар, я эту мразь сейчас прирежу. И всех пленных стражников тоже прирежу… И крестьян… Бальтазар, не допускай меня к крестьянским детям!

– Госпожа, я просто выполнял приказ! – заверещал наконец-то всерьез испугавшийся староста, мгновенно сообразивший, что теперь он рискует увидеть на земле не свои выбитые зубы, а вывалившиеся из его проткнутого брюха распоротые кишки. – Я же не мог возражать господину барону!

– Выполнение приказов не снимает с тебя ответственности, – с ласковой и доброй улыбкой, от которой у старосты по штанам стало расплываться мокрое пятно, объяснил я этой мрази, придерживая девушку. В принципе, можно было бы позволить ей свершить правосудие прямо здесь и сейчас, но если старосту повесят при большом стечении народа, то эффект будет куда выше. Особенно для тех, кого сейчас из барака выпускают. Страх перед людьми барона сменится ненавистью, а та – вполне себе хороший мотиватор для развития. И направлять в нужную сторону гнев землян, вкусивших вражеской крови, мне будет проще. Это цинично, но это нельзя отрицать. – И потом, приказ можно было выполнять по-разному, а я готов поставить сундук с золотом против обрезанной медной монетки – барон дал лишь общие указания, а всякие мелочи решали его слуги на местах. Вроде тебя, решившего упростить себе работу.

– Я… Я не… – Староста затравленно озирался по сторонам, похоже, понимая: ему не жить. – Господин, помилуйте! Я буду вам полезен! У меня почти пятьдесят уровней в редком классе «Управляющий деревней»! Я пригожусь!

– Воду этим людям наверняка ограничивали по твоему указанию, ведь она дефицитом быть ну никак не могла. Общение с другими землянами свели на нет, чтобы те их не подкармливали и чтобы не портить образ барона в глазах новых потенциальных холопов… – продолжил я не столько для главы деревни, который уже скоро станет покойником, сколько для тех, кто меня окружал. – Ну и дабы не озлоблять тех из них, кто действительно чего-то достиг и мог представлять угрозу если и не для всей деревни, то по крайней мере для отдельных стражников или того же старосты. Пребывание же в собственных нечистотах, которые позволяли отчистить не каждый день, служило скорейшей психологической ломке и привитию покорности… Да, это был весьма эффективный план, без сомнения, чудовищно жестокий, но позволяющий добиться максимального результата с минимальными затратами. Процентов десять рабов, как я вижу по пустым койкам, все же подохли от жажды, холода, голода и скотского обращения, а новички к тому моменту уже пообвыклись и протягивали шею под ошейник в обмен на миску похлебки… Но слуги барона ведь решили подобные потери считать приемлемыми? Или ты сделал это сам?

Изабеллу я держал крепко, а окружавшие нас бойцы скрипели зубами, но держались, однако тут мимо проводили того самого негра, который в прошлом был атлетом. Он, несмотря на свое истощение, как-то смог найти в себе силы и хорошо поставленным ударом сзади под коленку повалил старосту на землю, а после принялся пинать. Босая ступня рвалась в кровь и чуть ли не в лоскуты, но освобожденному узнику, судя по всему, оказалось на это плевать, настолько сильно он хотел выплеснуть свою ярость. Пришлось спасать… Чернокожего. Будущий покойник наверняка обладал достаточно прокачанными характеристиками, и бедолага, если бы продолжил в том же духе, об него бы как минимум покалечился, а то и вообще самоубился.

Другие бараки с рабами я инспектировать не стал, перепоручив освобождение людей и заботу о них своим офицерам. Отличия в этих складах для живого товара все равно были минимальные, а в захваченной деревне и без того хватало важных дел. Беседу с теми землянами, кто все еще крутился рядом с Серым Перекрестком и мог быть завербован, лучше было отложить на потом, когда освобожденные рабы смогут поделиться со всеми желающими историей своих злоключений, а староста и его пособники отправятся на тот свет. Тогда те, кто мог бы колебаться, получат наглядные доказательства, которые истолкуют либо в мою пользу, либо против сотрудничества с таким кровожадным психом, готовым ради спасения землян и собственного обогащения устроить настоящую резню. А вот сманивать к себе местных специалистов, лишними сантиментами обычно не страдающих, следовало уже сейчас. Первыми будут торговцы и ремесленники. Их лавки и мастерские никто покуда не грабил, и те, кто согласится сменить сторону, избегнут потери нажитого имущества, ну а к смене места обитания коренные жители бесконечной вечной империи, при помощи обелисков всегда способные уйти в какой-нибудь другой мир, относятся достаточно спокойно. Это владеющие землей аристократы на одном месте сидят, ибо поместье с собой не утащишь, да всякие крепостные с рабами, у которых при всем желании не найдется денег на перенос подальше от старых проблем, а вот средний класс достаточно мобилен. Вторыми на очереди будут обитатели башни мага, благо шапочно знакомый мне мэтр Лассо в бою остался жив, хоть и не совсем невредим. Однако отделаться всего лишь десятком ожогов и переломов, будучи выброшенным взрывом с горящей верхушки башни, – уже немалый показатель его квалификации, хотя, конечно, из-за своих старших учеников, не переживших пламени дракиды, он может оказаться сильно обижен…

– Сдохни, грязный варвар! – Атаковать, испуская громкий угрожающий клич, могло бы показаться до крайности глупой затеей… Если бы этот звук не нес с собой магию, причем магию достаточно сильную, чтобы даже я почувствовал, как по загривку течет холодный пот, мысли испуганно путаются, а руки и ноги словно наливаются свинцом. Два десятка бойцов, что меня сопровождали, так и вовсе словно бы превратились в неподвижные статуи, между которыми заметалась небольшая хрупкая тень, на весьма солидной скорости вонзающая два длинных шилообразных ножа в подмышки, шеи, глазницы… И двигалась эта сволочь, буквально походя прирезавшая шестерых не самых поганых солдат, прямо ко мне. А еще в меня же тюкнулась стрела, пылающая от влитой в нее энергии и сумевшая с хрустом сминаемого металла пропороть и доспех гномьей работы, и кожу, обязанную быть столь же прочной, как шкура молодого дракона. Да, внутрь этот снаряд углубился всего сантиметров на пять, и от ран в живот не умирают… Сразу. И если их правильно лечить. Но было больно! А еще обычного человека эта дрянь пробила бы навылет, подобно пуле из противотанкового ружья.

Невысокая темноволосая девушка, взявшаяся как из ниоткуда и вклинившаяся в строй моих бойцов, явно была ассасином или кем-то вроде того, и в каждом ее движении проскальзывали умения класса как минимум редкого ранга. Даже без парализующего воздействия, приложившего нашу группу, она была бы весьма опасна… Но оно было, и потому убийца чувствовала себя в безопасности и проявляла некоторую небрежность. Или же ей просто не хватало таланта, дабы полностью усвоить нужные рефлексы и навыки из полученного кристалла. Она била и не смотрела на результат своих ударов. Делала лишние движения, стараясь избежать даже мельчайших брызг крови. Покачивала бедрами при ходьбе, словно какая-то манекенщица на подиуме. И когда увидела, что я не застыл полностью и готовлюсь встретить ее атаку, лишь радостно улыбнулась и, размазываясь от скорости, бросилась вперед… Прямо в фонтан земли с довольно-таки крупными камешками, который я выбил из грунта, как следует тот пнув со всей дури. Хороший такой фонтан, килограммов на пятнадцать-двадцать. Благодаря собственным талантам и легендарному шлему совокупный показатель моей силы приближался к семидесяти пунктам. Еще не тот уровень, когда можно было бы, подобно герою комиксов, бросаться машинами… Однако до него было уже недалеко.

Настоящая волна из грунта, комков почвы разного размера и мелких камешков обдала собой невысокую убийцу, заставив ту инстинктивно зажмуриться, мотнуть головой и немного притормозить. А большего было и не надо. Я ухватил ее за руку с кинжалом, скользнувшую в опасной близости от моего горла, и частично вырвал, частично выкрутил ту из плечевого сустава под жуткий вопль искалеченной девицы, чья конечность с влажным хрустом отделилась от тела владелицы. Скорость у этой ассасинки была впечатляющая, а вот прочности и умения терпеть боль не имелось, видимо, совсем. Она даже вторым кинжалом не попыталась атаковать, а просто выронила его и рухнула на колени, заходясь в истошном крике.

– Миен! Не-е-ет! – пронзительно заорал лучник, обнаружившийся на ближайшей крыше. Новую стрелу на тетиву он уже наложил, но, видимо, не мог достаточно быстро подготовить еще один усиленный выстрел, которым можно было бы пробивать навылет стены зданий или вражеских рыцарей не сильно высокого пошиба. – Ты запла… А-а-а!

Паралич, наложенный на бойцов, видимо, поддерживался силами девчонки, что потеряла сознание то ли от шока, то ли от кровотечения. А после того как мои «телохранители», которых самому спасать пришлось, наконец-то смогли пошевелиться, один из них атаковал агрессора без раздумий, абсолютно без замаха швырнув в того дротик, самостоятельно прыгнувший в руку владельца из перевязи, висящей за плечами. Лучник попытался увернуться. Снаряд сманеврировал. И вонзился в вылинявшие почти до светлого состояния джинсы, причем прямо между ног, окрасив синюю ткань темной кровью.

– Земляне… Черт! – не смог сдержать своих эмоций я, обламывая стрелу, чтобы можно было снять доспехи, а после ее выдернуть из раны. Раны, которую пекло, и нехорошо так пекло, почти забивая жаром, как от расплавленного железа, обычную боль. Вонзившийся в пузо снаряд то ли нес на себе некие разрушительные энергии, то ли был отравлен какой-то весьма ядреной пакостью. Но не меньше негативных эмоций дарил и внешний вид моих почти состоявшихся убийц, которых наконец-то получилось разглядеть повнимательнее. Девушка, явно относящаяся к представителям народов Азии, выглядела не зрелой, а скорее молодой, и несла в черных волосах пластиковые заколки, а на ногах у нее были малость побитые, но все еще узнаваемые кроссовки. Валявшийся на крыше и скуливший от боли парень тоже был выходцем то ли из Китая, то ли из Лаоса какого-то, он вообще был вооружен углепластиковым луком с какими-то дополнительными прибамбасами, которые я вроде видел в спортивных передачах по телевизору. – Ну вот какого черта они это сделали, а?!

Ответ на свой вопрос я получил чуть ли не раньше, чем квалифицированную медицинскую помощь. Мои выжившие охранники слазили на крышу за лучником и спустили его на землю. В процессе немного попинав и подергав взад-вперед дротик, застрявший в животе этого стрелка, мгновенно расколовшегося полностью и целиком. И, выслушав его исповедь, я взял и свернул шею сначала источнику информации, а потом девчонке-ассасину, пока она в сознание не пришла.

Барон не отдавал этим почти профессиональным убийцам никаких приказов. Никто не брал с этой парочки клятвы верности, призывающие ценою жизни или хотя бы здоровья и уровней защищать Серый Перекресток. Не имелось даже личных мотивов за какие-нибудь преступления мне отомстить, ну там за оставление моей первой группы без своего руководства или за убийство какого-нибудь местного жителя, ставшего этим корейцам, чудом нашедшим друг друга на просторах тренировочного лагеря, наставником и другом… Просто захвативший деревню варлорд показался им соблазнительной целью, устранение которой позволило бы заработать пару уровней, а может, и достижение какое получить… Следовало бы, пожалуй, публично казнить этих помешавшихся на личной силе идиотов вместе со старостой, да еще и подвергнув длительным пыткам, дабы другие земляне могли получить своеобразную прививку от глупости, однако они были слишком молоды. А потому я смалодушничал и решил проявить милосердие. Единственное, которое мог себе позволить по отношению к убийцам, почти сумевшим лишить меня жизни и обагрившим свои руки кровью шестерых бойцов, сражавшихся ради освобождения наших соотечественников.

Глава 5

Распахнутые окна позволяли вливаться внутрь свежайшему и удивительно теплому горному воздуху, наполняющему то ли крепость-монастырь, то ли школу магии… Скорее, все-таки школу. И пусть магический барьер, временами становящийся частично видимым, мог использоваться в случае осады, но основное его предназначение явно было иным… Климат-контроль. Меньше суток понадобилось этим чарам, задерживающим ветер и холод, но пропускающим солнечные лучи, чтобы внутри расположенного среди заснеженных гор комплекса построек воцарилось если и не вечное лето, то по крайней мере убедительная его имитация. Были поначалу опасения, что активация чар может создать внутри периметра парниковый эффект, а то и вовсе уморит находящихся внутри людей недостатком кислорода, но, к счастью, все тревоги были ложными. Ну или просто неблагоприятных последствий от использования этой магии пока не видел никто и ничто, включая обелиск бесконечной вечной империи, которому я детальный анализ и сканирование барьера поручил. Вышло даже недорого, видимо, потому что о части городской инфраструктуры спрашивал непосредственно владелец города.

– Как много доступных вариантов… Как мало времени и денег… – пробормотал я, взирая в окно и подкидывая в ладони контрольную сферу, связывающую меня с обелиском. Глаза наблюдали за творящейся внизу суетой – во дворе несколько сотен освобожденных рабов те, кого с натяжкой можно было считать ветеранами отряда, учили сражаться… Ну или хотя бы не разбегаться в разные стороны, когда на тебя идут, размахивают оружием и громко орут. Получалось пока не очень – и силы духа большинству невольников не хватало, и на ногах они после пережитых потрясений держались нетвердо. Но желание мести крепко горело в сердцах тех, кто решил не идти на хозяйственные работы, а сытная кормежка мясом магических монстров вкупе с влиянием Системы и целебной алхимией творили чудеса. Через пару суток большинство бывших доходяг уже вернут себе кондиции здоровых людей и как минимум добычу через портал смогут туда-сюда таскать, толпой отбиваясь от враждебных одиночек, ну а пока можно воевать с опорой на тех землян, кто уже был у меня в подчинении или решил не задерживаться в Сером Перекрестке после близкого знакомства с неприглядной изнанкой правления барона. – Вот только что же выбрать… Что?

Вытрясание чужих кошельков и продажа обелиску всякого хлама, в ближайшем будущем Убежищу вроде не требовавшегося даже в качестве сырья, ожидаемо дало целую груду денег… Которая после выплаты премиальных уменьшилась до девятисот тысяч империалов, ныне составляющих весь мой бюджет. Ну, девятисот с хвостиком, но хвостика бы этого хватило на хороший загул в ресторане, но никак не на то, чтобы этот самый ресторан купить. А еще у меня имелась невостребованная имперская награда. Большая имперская награда. Валюта куда более ценная, чем банальные деньги, на которую можно было купить все… Ну, практически все… И, к сожалению, в списке этого практически всего нет того единственного пункта, что не принес бы мне пользы сиюминутной или отложенной, а лишь грозил дополнительными слабыми местами и внеплановыми расходами, но на который я бы потратил свою награду без малейших колебаний.

Усилие мысли – и я в белой пустоте, где есть одновременно и все, и ничего, а чтобы получить желаемое, достаточно лишь более-менее четко представить желаемое. Попытка перенести ко мне родителей – недостаточно средств. Попытка погрузить их в стазис и воссоединить нас уже после завершения моего пребывания в тренировочном лагере – недостаточно средств. Попытка заказать для них телохранителей и обслугу – недостаточно средств! Большая имперская награда в обычном мире могла бы обеспечить это все, и даже намного больше, с ее помощью я мог бы им хоть личную дачу-санаторий на другой планете организовать, и на даче бы этой были полная самодостаточность и квалифицированный персонал, даже если в двух шагах от цветущих деревьев находилась бы граница безвоздушного пространства. Увы, в созданном для новых подданных измерении другие правила игры, вернее, правила те же, только расценки изменились. Даже непонятно было, а какую именно имперскую награду я должен был бы заработать, чтобы попытаться спасти двух самых дорогих для меня людей… Огромную? Гигантскую? Великую? Божественную?!

Покинув белую пустоту, я с трудом удержался от того, чтобы запулить волшебной сферой в ближайшую стену. Хотелось выть от бешенства, хотелось ругаться, хотелось плеваться… Но толку?! Разжалобить, заболтать или запугать Систему у меня не получится. Не раньше, чем заполучу достаточное могущество, дабы гасить звезды и черные дыры на части рвать. И то не факт, что подобного уровня будет достаточно, дабы выйти на диалог с сущностью, контролирующей изрядный кусок мультиверсума. А значит, не оставалось ничего другого, как с толком потратить оставшееся время в тренировочном лагере, надеяться на лучшее и использовать имеющиеся ресурсы для того, чтобы заполучить еще больше денег и возможностей…

Я мог отремонтировать и даже изрядно модифицировать теперь уже свой город, все еще представлявший собой руины, пусть частично отреставрированные. Нанять профессиональных строителей вместе с материалами и инструментом, которые не просто забьют чем попало дыры, а сделают стены зданий крепче, чем раньше, смонтируют какие-нибудь автономные системы защиты, возведут по периметру надежную ограду, пристроят пару дополнительных кварталов, чтобы нынешние и будущие жители могли с комфортом жить в личных домиках, где есть и свет, и канализация, и плита какая-нибудь магическая… А то и просто выдать запрос на ремонт Системе, дабы все желаемые работы оказались выполнены не просто быстро и надежно, а в ту же секунду и с божественным качеством. Только вот это все будет бессмысленной растратой денег. Мастеров-то нанять можно… Но буквально через несколько дней, уже на Земле, их получится вызвать без чудовищной переплаты за перемещение в тренировочный лагерь. Контролирующей всю бесконечную вечную империю сущности в принципе выкладывать дополнительные деньги не придется… Но у нее и без того расценки такие, что хватит уже не на ремонт целого города, а только на одну-единственную башню.

Я мог бы нанять наемников для своей войны, выиграть ее и заработать целую кучу трофеев, а также получить соответствующие достижения, которые гарантированно зачтутся при итоговой оценке моего нахождения в тренировочном лагере. Профессионал, превосходящий Эву на пару порядков, если нанимать его не на годы, а, скажем, на неделю-другую, находился вполне в пределах доступного ценового диапазона и имел все шансы уделать барона в бою. Причем не из засады или в честном бою один на один, а когда феодал окружен телохранителями или ведет в атаку свою армию. Ну, если оказать ему поддержку, само собой, ведь с войсками Серого Оплота без их крайне могущественного хозяина уже вполне можно было бы пободаться… Но стоит ли оно того? Пусть город богат, но менять имперскую награду на горы чужого барахла просто глупо! Рабов-землян там мало, единственный условно-ценный заложник, которого хотелось бы спасти, – Оливия, ну а простых моих соотечественников, никак с нашей войной не связанных, не тронут, ибо Система против и может за нарушение своих правил жестоко покарать. Да и вообще риск прямого столкновения с вражеским лидером все же слишком велик, ведь мой враг – паладин. Он не просто великий воин, он один из избранников и инструментов кого-то из системных богов. Кто знает, насколько велик у него кредит доверия? Наемник, имеющий шансы разделаться с очень могущественным человеком, владеющим легендарным классом, вполне в пределах моих финансовых возможностей. Однако, получив поддержку свыше, барон на какое-то время вполне может сравняться в своих способностях с кем-то мифическим или же призвать ненадолго пару-тройку слуг своего хозяина, находящихся в одной лиге с кракеном, уничтожать которого целой армией пришлось, и без серьезнейших потерь мы обошлись буквально чудом.

Направление денег на усиление себя стало бы воистину беспроигрышным вариантом. Непобедимых и неуязвимых не существует, но развитие классов и характеристик может серьезно уменьшить риски, с которыми я сталкиваюсь, и увеличить эффективность моей деятельности. Использовав награду для приобретения обучающего кристалла, я точно получу легендарный, а добавив к ней денег, могу, наверное, и на нижнюю грань мифических замахнуться. А могу и не страдать с долгим и мучительным развитием, которое вообще не факт, что окажется успешным, сразу себя усилив. Сделать не рывок вперед, а один лишь только шаг, но зато мгновенно и без усилий из варлорда стать каким-нибудь диктатором или тираном. Если первым по плечу покорить силой какой-нибудь отдельный маленький регион, то вторые замахиваются уже на целые страны и с интересом посматривают в сторону соседей. И Система предоставит необходимый набор для соответствия такому званию, загрузив в сознание нужные знания и опыт. Или же не заниматься ерундой с игрой в политику и солдатики, а заняться тем, что точно получится и гарантированно принесет силу, о которой ни один политик и полководец не в силах даже и мечтать? Приходится признать, что в прошлый раз я как хрономант был лучше, ведь до окончания тренировочного лагеря осталось недолго, а той легкости творения чар, которая присутствовала во снах, посвященных тому периоду, пока и близко нет. Но зато тогда был беднее в разы, вернее, на порядки, а уж о легендарных артефактах, собственном городе и личной армии даже речи не шло… Видимо, тогда избрал путь специализации, а сейчас вот распыляюсь, пытаясь объять необъятное или как минимум захапать всего, и побольше. И нельзя сказать, что эта стратегия в корне неверна, ведь именно благодаря ей сейчас имеется возможность из начинающего хрономанта в один миг стать опытным, заполучив и нужные рефлексы, и недостающую теоретическую базу. А еще можно устроить разовый скачок резерва и контроля, пропустив многие годы развития и с ходу начав пользоваться теми воспоминаниями о будущем, которые приходили во снах. И тогда Система быстро признает меня хрономантом искусным, а то и великим, ибо не по силам обладателям низших рангов настолько вольно обращаться с одной из фундаментальных основ мироздания.