Калибровка

И Дарт… Какое место он занимал в этой схеме? Он был связан с Гейтом? Его фотография на том же приеме — совпадение или знак, или видение? Или он связан двойными датами с Джетом Греем и с Балдером Уинтером? Он был случайной жертвой или нет? И главное — за что его убили? Не системой, не безликим протоколом «стирания», а чьими-то очень даже живыми руками. В колонии, где убийств, по официальной версии, не должно было быть в принципе. Его смерть не была актом закона. Это было преступление. Тихий, локальный акт насилия, который кто-то счел необходимым.

«GCR». Эта аббревиатура преследовала ее. Глобальный Договор по Беженцам. Какое отношение к беженцам имели Гейт, его фонды, занимающиеся астрофизикой? И имеет ли отношение ко всему этому закрытая для колонизации Росс 128 b?

Мысли кружились в голове, как вихрь, выбивая почву из-под ног. Вся ее вера в Систему, в ее справедливую, пусть и суровую, логику, рассыпалась в прах. То, что раньше Эрика свято считала правосудием теперь казалось механизмом сокрытия. И она, Эрика Ланн, все эти годы была его смазанной, исправной шестеренкой.

Она давала новую жизнь осужденным за тяжкие преступления. А что, если не все, не каждый из них был виновен? Не в том смысле, что не нарушали закон, а в том, что их «преступление» было в ином — в знании, в попытке докопаться до правды? Что, если кто-то пользовался своей властью?

Глубокий, нервный вдох обжег легкие. Если кто-то дал шанс Реймонду, но стер Гейта и убила Дарта… то где же тут справедливость? В чем тот самый «второй шанс», в который Эрика свято верила и защищала? И если она, обладая даже крупицей этой информации, просто отступит… то ее моральное право судить кого бы то ни было испарится навсегда.

Долг. Это слово отозвалось в ней не укором начальства, а тяжелым, холодным камнем на совести. Ее долг был не перед Системой, а перед Дартом, который лежал на полу с синяками на шее. Перед всеми, кто прошел через ее руки.

Ей нужны доказательства. Не догадки, не обрывки с форумов, а настоящие, официальные документы. И они наверняка есть в одном месте — в кабинете Архана Дейна. Файл Дарта. Исходное дело Беннета Гейта. Все, что скрыто под грифом «несчастный случай» и все, к чему у Эрики нет доступа. Ей оставалось всего ничего – продумать, как пробраться в кабинет начальника.

***

Пятничную рабочую рутину Эрика выполняла автоматически. Эрика пронаблюдала, как угасают мозговые волны на экране, навестила подопечных и считала секунды до того, как появится возможность посетить третью аномалию.

Эрика заранее внесла в расписание посещение Уинтера, чтобы не раздражать систему наличием сверхурочных, но не расстроилась, когда появилось сообщение об очередной космической буре. Так у нее будет больше времени, чтобы попытаться разговорить бывшего подопечного.

Его дом находился в Секторе G — том самом, куда она недавно поселила Миру Оглы. Эрика нашла нужный номер и нажала кнопку звонка. Тишина. Она нажала снова. И еще раз.

Открылась соседняя дверь. Пожилая женщина с осторожным взглядом вышла в коридор.

— Вы к Балдеру? — в ее голосе прозвучала тревожная нота.

— Да. Я его куратор. Плановый визит, — произнесла Эрика, демонстрируя планшет с логотипом Департамента.

Женщина нахмурилась и покачала головой, пальцы сжали край двери.

— Его тут давно нет. Больше полугода, наверное.

— Переехал? — настойчиво спросила Эрика, хотя холод уже сковывал грудь.

— Кто его знает, — женщина пожала плечами, взгляд стал уклончивым. — Он ничего не сказал. Просто перестал появляться. Мы не лезем в дела друг друга, знаете ли.

Эта фраза прозвучала как заученная мантра. Эрика видела — женщина напугана. Задавать больше вопросов означало подставить обеих.

— Ясно. Спасибо, что рассказали, — кивнула Эрика и, не меняя выражения лица, ушла.

Дойдя до ближайшей скамейки, она достала планшет и вызвала файл Балдера Уинтера.

Из-за бури файл загружался раздражающе долго. Статус: «Находится на Кеплер-97. Адаптация стабильна». Никаких записей о переезде, смене работы, о смерти. Согласно системе, он был здесь.

Но его не было.

Эрика откинулась на спинку скамейки, пытаясь осмыслить происходящее. Адаптант не мог просто исчезнуть. Любое их перемещение между секторами фиксировалось системой. Смена работы, адреса, континента — все под строжайшим учетом. Это была основа контроля.

Значит, Уинтер не переехал. Его не перевели, а стерли… снова? Сначала — память, затем — физически. Удалили из реальности Колонии, оставив лишь призрачную запись в системе.

Теперь это не казалось аномалией. То был чей-то методичный, выверенный почерк.

Эрика сбилась со счета. Стирание Гейта, ссылка Реймонда, смерть Дарта, исчезновение Уинтера, – ей казалось: они звенья одной цепи. В своем несанкционированном расследовании Эрика уперлась в непробиваемую стену служебных протоколов. Единственное место, где могла храниться правда — или хотя бы ключ к ней, — находилось за дверью кабинета Архана Дейна. Только там, в его личных файлах или служебных журналах высшего уровня доступа, могли быть записи, которые смогут открыть ей глаза на происходящее. Она должна была попасть туда.

***

Последние три дня Эрика пыталась найти возможность пробраться в кабинет Архана. В понедельник он был на месте весь день — она зашла под предлогом уточнить детали по файлу подопечного. Во вторник его не было в Департаменте вообще — совещание в Центральном офисе. В среду он снова не отлучался.

В четверг ей, кажется, улыбнулась удача.

Офисный этаж Департамента Адаптации был почти пуст. Глубокий вечер, большинство сотрудников уже разъехалось. Эрика прошла по знакомому коридору, ее шаги отдавались гулким эхом в тишине. Она репетировала легенду.

Маринна Вейс, как и предполагалось, все еще оставалась на своем посту. Ее волосы — сегодня салатовые — были безупречны, а макияж свеж, словно рабочий день только начался.

— Маринна, привет, — произнесла Эрика, позволяя усталости отразиться в тоне голоса. — Я к Архану, по поводу отчета по сектору F. Он просил зайти.

Секретарь подняла на нее холодный взгляд.

— Архана сейчас нет. Уехал на встречу, но вернется. Кажется, планирует работать допоздна.

— Что ж подожду, — быстро сказала Эрика, стараясь скрыть облегчение. — Он просил по возможности срочно.

Маринна нахмурилась, но возражать не стала.

— Как хочешь, — проворчала она. — И не работается же вам обоим в рабочее время.

Эрика проглотила возмущение. Только опустилась на диван в приемной, достала планшет и сделала вид, что увлечена работой. Минуты тянулись мучительно медленно. Она чувствовала каждый удар собственного сердца. Наблюдала за Маринной краем глаза, периодически делая вид, что печатает.

Прошло около получаса. Маринна несколько раз поглядывала на часы, явно желая поскорее уйти домой. Наконец встала, выключила монитор и взяла сумку.

— Я ухожу, — объявила она. — Архан вернется через полчаса-час, ты остаешься?

— Да, подожду, — кивнула Эрика.

Маринна бросила на нее последний безразличный взгляд, но больше ничего не сказала. Дверь за ней закрылась. Звук каблуков удалился. Хлопнули створки лифта. Тишина.

Вот он, шанс.

Эрика мысленно поблагодарила корпоративную политику приватности. Камера висела только в коридоре, перед входом в приемную — дань безопасности, не нарушающая конфиденциальности высшего руководства. Эрика прошла мимо нее полчаса назад. Запись покажет рядовую картину: сотрудница пришла к начальнику. Ничего необычного. Что она будет делать внутри — останется за пределами объектива.

Эрика бросилась к столу Маринны. Она была уверена: та хранит запасной пропуск — в боковом ящике, среди личных вещей.

Ящик не был заперт. Эрика осторожно открыла его. Косметичка, зарядки, флешки, старый планшет. В углу — небольшой кожаный органайзер на резинке. Внутри, среди банковских карт, — знакомый корпоративный пропуск с Маринной на фото; с русыми волосами Эрика ее едва узнала.

Она взяла карту и закрыла ящик, оставив все как было. Затем повернулась к двери кабинета Архана. Приложила пропуск к сенсору. Мгновение тишины. Потом — тихий щелчок и зеленый огонек.

Воздух был прохладным и пахло дорогим деревом и кожей. Гигантский панорамный вид на вечерний Арктос открывался за стеклянной стеной. Кабинет — воплощение порядка и контроля. Все идеально расставлено, ни пылинки.

Терминал на столе Архана находился в спящем режиме. Эрика пошевелила мышкой. Экран ожил, показывая поле для ввода пароля. Хорошо, что не биометрия.

Пароль Эрика знала. Много раз за пять лет, когда приносила документы на подпись, Архан сам вводил его при ней, не особо скрывая. Всегда это показалось мелочью, но Эрика запомнила комбинацию автоматически — профессиональная привычка аналитика замечать детали.

Пальцы легли на клавиатуру: R3b1rth_604_Er

Эран мигнул. Рабочий стол открылся. Получилось.

Эрика набрала в поисковой строке: «Грей, Джет». Файл адаптанта появился на экране. Среди привычных разделов — новый, недоступный ей раньше: «Следствие». Она щелкнула по нему, и страница открылась без запроса подтверждения.

В глаза бросилось реальное имя — Беннет, Гейт. И Хотя Эрике оно уже было известно, она вновь ощутила тот же холодок, что при виде фотографий Беннета. Его имя здесь, в служебных документах департамента, значило совсем другое. Догадка становилась фактом.

Под именем значились десятки ссылок на материалы. Служебные записки, финансовые отчеты его фондов, переписка. Слишком много, чтобы читать здесь. Она выделила всю папку и отправила копию на свой планшет через защищенное соединение.

Индикатор загрузки пополз вправо. 15%... 28%... 43%...

Пока данные копировались, она вновь открыла поисковую строку. «Дарт, Валентайн». Поиск выдал всего один общий файл с грифом «Закрыто. Инцидент исчерпан». Она щелкнула на него, чтобы скачать.

И в этот момент за дверью послышались шаги — быстрые, уверенные, знакомые. И голос Архана, раздавшийся прямо за створкой, врезался в сознание как нож:

— ...да, я уже на месте. Созвонимся через пять минут, обсудим.

Эрика застыла, ее кровь превратилась в лед. Индикатор загрузки файла Дарта показывал 10%. Она метнулась к терминалу, пытаясь отменить операцию, очистить историю.

Не успела.

Дверь открылась. На пороге стоял Архан Дейн. Его взгляд скользнул по ней, по открытому терминалу на столе, по пропуску Маринны в ее дрожащей руке. На его лице не было удивления, лишь тяжелая, усталая ярость.

— Эрика, — произнес он тихо, и в этом одном слове прозвучал приговор всей ее карьере.

Глава 9. Размер ловушки

Глава 9. Размер ловушки

Он шагнул внутрь, и дверь, закрывшись за ним, отсекла их от внешнего мира. Его движения были резкими, экономными. Он н