Калибровка

Виктория Ива

Калибровка

Глава 1

Глава 1. Новая жизнь

Эрика Ланн поправила воротник форменного костюма и сверилась с данными на планшете. Имя новой переселенки мерцало голубым светом: Ида Корелл, 34 года, адаптационный код A-7219. Никакой другой информации, как всегда. Впрочем, Эрике и не требовалось знать больше — ее задача заключалась в том, чтобы довести процесс до конца, а не копаться в прошлом, которого у переселенцев больше не существовало.

Стеклянные двери Адаптационного департамента бесшумно разъехались, выпуская их в серое утро. Эрика привычно взглянула на небо — облака над Колонией набухали влагой, готовые разразиться грозой. Здесь, на этой новой планете, природа была реальной, не как в Основе. Она являлась действующим лицом, силой, с которой приходилось считаться. А выстроенный город, чистый и упорядоченный, замер посреди этой дикой реальности.

— Пойдемте, — произнесла Эрика, слегка коснувшись локтя женщины. — Ваш дом находится в Секторе Е. Это недалеко.

Ида Корелл кивнула. Ее движения были неуверенными, словно она заново училась управлять собственным телом. Так всегда бывало после процедуры — мозг, лишенный воспоминаний, какое-то время привыкал к телу, которое теоретически видел впервые. Эрика наблюдала это уже много раз, но все равно находила завораживающим то, как по-разному люди адаптировались к своему новому состоянию.

Они шли по широкому проспекту, обрамленному одинаковыми деревьями. Эрика украдкой наблюдала за своей подопечной. Среднего роста, каштановые волосы, аккуратно подстриженные по обновленному протоколу, глаза — карие, с необычным золотистым отливом. Ида двигалась осторожно, но в ее походке уже проглядывала какая-то внутренняя решимость. Интересно, за что ее приговорили к переселению? Возможно, экономические преступления — у нее тонкие пальцы, привыкшие к точной работе. Или, может быть…

Эрика мысленно одернула себя. Размышлять о прошлом переселенцев было не просто непрофессионально — это противоречило самой философии Программы. Прошлого больше не существовало. Была только новая жизнь, второй шанс. Так говорилось в брошюрах, которые Эрика вручала каждому новичку.

— Мы почти пришли, — сказала она, указывая на ряд аккуратных двухэтажных домов, выстроившихся вдоль идеально ровной улицы. — Вон тот, с синей дверью — ваш.

Ида остановилась, разглядывая свое новое жилище. Ее лицо, как и у большинства переселенцев, оставалось нейтральным — сложно испытывать ностальгию или отвращение, когда у тебя нет точки сравнения.

— Он… милый, — произнесла она, и Эрика отметила легкую хрипотцу в ее голосе.

— Внутри еще лучше, — ответила Эрика с профессиональной улыбкой. — Стандартная планировка, но с индивидуальными элементами, подобранными согласно вашему психологическому профилю.

Они подошли к двери, и Эрика приложила свой планшет к сенсорной панели. Замок щелкнул, открывая доступ в новый мир Иды Корелл.

Внутри дом был именно таким, как обещала Эрика — стандартным, но с продуманными деталями, призванными создать иллюзию индивидуальности. Светло-бежевые стены, минималистичная мебель, несколько абстрактных картин, подобранных так, чтобы они вызывали положительный эмоциональный отклик у новой хозяйки. На журнальном столике лежали три книги.

— Это ваша гостиная, — Эрика жестом обвела пространство. — Кухня там, спальня и ванная наверху. Все необходимое уже есть: одежда, продукты, предметы личной гигиены. Система «умный дом» настроена на ваш голос.

Ида медленно прошлась по комнате, проводя пальцами по спинке дивана, словно проверяя реальность происходящего.

— И что теперь? — спросила она, поворачиваясь к Эрике.

— Теперь вы начнете новую жизнь, — ответила Эрика, произнося фразу, которую говорила дважды в неделю на протяжении последних пяти лет. — Это ваш шанс.

Ее голос звучал спокойно и уверенно, но без особого тепла — профессиональный тон человека, выполняющего важную, но рутинную работу.

— В ближайшее время к вам зайдут соседи, чтобы познакомиться, — продолжила она, доставая из внутреннего кармана небольшую брошюру. — Они объяснят местные обычаи и иерархию. Затем придет агент по трудоустройству, который поможет вам найти подходящую работу, соответствующую вашим способностям.

— Почему они придут ко мне? — Ида нахмурилась, и между ее бровями появилась маленькая вертикальная морщинка.

— Такие правила, — пожала плечами Эрика. — Когда в квартале появляется новый житель, соседи приходят знакомиться. Когда-нибудь и вы будете делать то же самое для кого-то другого.

Эрика наблюдала, как Ида осваивается в пространстве. Каждый переселенец делал это по-своему: кто-то сразу садился, словно ноги отказывались держать, кто-то начинал методично исследовать каждый угол, а некоторые просто стояли, растерянно оглядываясь. Ида принадлежала к третьему типу, но в ее глазах Эрика заметила что-то еще — не просто растерянность, а… любопытство? Настороженность? За годы работы Эрика научилась замечать такие детали, хотя инструкции предписывали не фокусироваться на индивидуальных особенностях переселенцев.

— Давайте я покажу вам, как пользоваться основными системами дома, — предложила Эрика, направляясь к панели управления на стене.

Она только начала объяснять принцип работы климат-контроля, когда раздался звонок в дверь. Эрика удивленно посмотрела на часы — соседи обычно приходили через час-полтора после заселения, давая новичку время освоиться. Это была часть протокола, который все жители Колонии знали наизусть.

— Странно, — пробормотала она. — Они пришли раньше, чем обычно.

Ида вопросительно посмотрела на нее, и Эрика кивнула:

— Можете открыть. Это, должно быть, ваши новые соседи.

Ида неуверенно подошла к двери и открыла ее. На пороге стоял высокий мужчина лет сорока — темные волосы, синие глаза, гладковыбритый, — с дружелюбной улыбкой. В руках он держал небольшую корзину с фруктами.

— Добро пожаловать в наш квартал! — произнес он с энтузиазмом, который показался Эрике чуть преувеличенным. — Я Грей, ваш сосед справа.

Он протянул руку, и Ида, помедлив, пожала ее.

— Ида, — представилась она, и Эрика отметила, как естественно прозвучало ее новое имя, словно она носила его всю жизнь.

— Очень приятно, Ида, — Грей шагнул внутрь, протягивая корзину. — Это вам, небольшой подарок.

Его взгляд переместился на Эрику, и в нем мелькнуло легкое удивление.

— О, здравствуйте. Мы, кажется, не знакомы, — он улыбнулся, но в его голосе улавливалось замешательство. — Вы, должно быть, тоже из новеньких? А где остальные соседи?

Эрика на мгновение опешила. Он, очевидно, принял ее за еще одну переселенку. Глупо, конечно — ее форма и планшет должны были говорить сами за себя, но, видимо, в его голове не укладывалось, что кто-то, кроме новичков, может находиться в доме в этот час.

— Я как раз собиралась уходить, — ответила Эрика, чувствуя странное раздражение. Что-то шло не по плану, а она не любила отклонений от протокола. — Просто показывала Иде, как управлять домашними системами. Я из Адаптационного департамента.

Грей кивнул, но его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем следовало. Осознание того, что ее приняли за переселенку, отозвалось неприятным чувством. Что-то в этом человеке, в Грее, казалось… неправильным. Или это просто ее профессиональная паранойя, обострившаяся из-за неожиданного недоразумения?

— Что ж, я не буду вам мешать, — сказала она, обращаясь к Иде. — Вот моя карточка с контактами. Я буду курировать вашу адаптацию в течение полугода, так что если возникнут вопросы — обращайтесь.

— Спасибо, — тихо сказала Ида.

— Не беспокойтесь, мы о ней позаботимся, — добавил Грей.

Она кивнула им обоим и вышла на улицу. Небо по-прежнему было затянуто серыми облаками, но теперь в воздухе чувствовалась свежесть. Эрика заметила, что к дому Иды с другого конца улицы направляются еще несколько человек — пожилая пара с пирогом в руках и молодая женщина с букетом синтетических цветов.

Эрика нахмурилась, задумавшись, почему же Грей явился раньше. Но в конце концов, ее задача была выполнена — переселенец доставлен в новый дом, базовые инструкции даны. Все остальное — не ее забота. По крайней мере, так говорил Протокол.

***

В офисе Адаптационного департамента царила привычная атмосфера сосредоточенной работы. Приглушенный свет, тихий гул компьютеров, едва слышное жужжание вентиляции — все это создавало ощущение стабильности и порядка, которое Эрика обычно находила успокаивающим. Но сегодня что-то мешало ей погрузиться в привычную рутину.

Она сидела перед экраном, глядя на отчет о переселении Иды Корелл, заполненный на три четверти. Все основные пункты были отмечены: процедура прошла без осложнений, переселенец проявил нормальную степень дезориентации, первичная адаптация к новому жилищу началась успешно. Оставался лишь один раздел. Эрика замерла над строкой «Дополнительные наблюдения».

Протокол был неумолим: фиксировать любые отклонения. Ранний визит Грея сам по себе — мелочь. Но в сочетании с его странной реакцией … Возможно, это лишь совпадение. А возможно — симптом. Сбой в алгоритмах социальной адаптации, чрезмерная инициативность, которая рано или поздно приведет к нарушению границ, или же просто сбой в системе оповещения после бури. Если она промолчит, а проблема есть, упущение станет ее виной. Если впишет это сейчас, система потребует от куратора Грея несколько внеплановых проверок в течение месяца. Пусть лучше его перепроверят сейчас, и вопрос будет закрыт, чем позже это выльется в серьезный инцидент.

Она набрала сухую, нейтральную формулировку: «Отмечена нестандартная социальная активность соседа участка, адаптанта Грей Дж. (куратор Каас Д.)». – и отправила документ в систему. Экран мигнул зеленым, подтверждая получение отчета, и Эрика почувствовала легкое облегчение.

— Опять задержала отчет, Ланн, — раздался недовольный голос за ее спиной.

Эрика обернулась. Маринна Вейс, секретарь отдела, стояла, скрестив руки на груди. Ее идеально выпрямленные светлые волосы и безупречный макияж даже в конце рабочего дня выглядели так, будто она только что вышла из салона красоты.

— Теперь мне придется самой перепечатывать сводку для утреннего совещания, — продолжила Маринна, поджав губы. — Ты же знаешь, что все отчеты должны быть в системе до пяти.

— Извини, — Эрика постаралась, чтобы ее голос звучал виновато, хотя на самом деле ей было все равно. — Была сложная адаптация.

Это была маленькая ложь, но Эрика знала, что Маринна не станет проверять детали — секретарь интересовался только формальной стороной процесса.

— Не мои проблемы, — фыркнула та. — Не понимаю, почему ты так носишься с этими переселенцами. Они же просто… — она сделала неопределенный жест рукой, — оболочки. Ничего особенного.

Эрика промолчала. Спорить с Маринной было бесполезно, к тому же, технически, секретарь была права — переселенцы действительно были всего лишь оболочками, лишенными прошлого. Но почему-то Эрике всегда казалось, что в них оставалось что-то еще, какая-то неуловимая сущность, которую не могла стереть даже самая совершенная технология.

— Я закончила отчет, — сказала она, вставая. — Больше не буду тебя задерживать.

Маринна хмыкнула, но отошла, позволяя Эрике пройти. В коридоре было пусто и тихо, только откуда-то из глубины здания доносился приглушенный гул — там, в подвальных этажах, располагались серверные, обрабатывающие данные всей Колонии.

Эрика направилась к офисной кухне, надеясь, что там еще остался кофе. День выдался утомительным, а ей еще предстояло заполнить предварительные формы для следующего переселенца.

Кухня встретила стерильной чистотой и запахом антисептика. Эрика подошла к кофемашине и с облегчением обнаружила, что в контейнере есть зерна. Она запустила процесс и прислонилась к столешнице, наблюдая, как темная жидкость наполняет чашку.

— Эрика? Снова засиделись? — раздался знакомый голос от двери.

Она даже не вздрогнула. Голос Архана Дейна она узнала бы где угодно. Глава Адаптационного департамента стоял в дверном проеме: высокий, подтянутый, с проницательными темными глазами и аккуратно подстриженной бородой. Темная кожа контрастировала с белоснежной рубашкой.

— Доделывала отчет по делу Корелл, — ответила Эрика, позволяя себе легкую улыбку. — А вы-то что здесь делаете в такое время? Думала, вы уже давно в пути к станции.

— Совещание затянулось, — Архан поморщился, входя в кухню. Он повел плечами, словно пытаясь сбросить усталость. — Наверху опять хотят оптимизировать бюджет.

Он подошел к кофемашине и запустил новую порцию.

— Ваш отчет по А-7218 я уже видел, — сказал он, не поворачиваясь. Он, в отличие от Эрики, никогда не называл переселенцев по именам. — Хорошая работа. Как и всегда.

В его тоне промелькнуло что-то, что заставило Эрику насторожиться.

— Но?

— Но квартальная статистика показывает интересную картину. — Он взял чашку и повернулся к ней. — Ваши показатели успешной адаптации на пять процентов выше среднего по департаменту. Третий квартал подряд. И ваши отчеты почти всегда последние в ленте.

— Разве это плохо?

— Зависит от того, с какой стороны посмотреть, — он прислонился к столешнице рядом с ней. — А также от того, кто будет смотреть. Сегодня вас отметили на совещании. Пока в положительном ключе. Но мне‑то известно, что оба отчета на прошлой неделе сданы с опозданием. И что я уже два раза лично объяснял Офису, почему их система контроля времени вас «цепляет». — Он чуть усмехнулся, без веселья. — Формально — сбои после последней бури, перегрузка каналов, рассинхронизация меток. Неформально — вы проводите с каждым случаем в полтора раза больше времени, чем заложено в протоколе. И вы не пытаетесь произвести на меня впечатление как Джулиан.

Эрика, хоть это явно не соответствовало тону разговора, невольно улыбнулась. Впрочем, быстро вернула себе серьезное выражение лица.

— В секторе D были дополнительные риски. Если бы я не углубилась в параметры адаптации…

— Вы предотвратили инцидент, я знаю, — Архан кивнул. — Я видел необрезанную версию общей картины, прежде чем Офис все прогнал через свои фильтры. Но вы не можете работать так с каждым. Ни один протокол это не прикроет, Эрика. Даже если я буду продолжать «списывать» ваши задержки на сбои после магнитных бурь.

— Я справляюсь.

— Пока справляетесь. — Он отпил кофе, и Эрика заметила тени усталости под его глазами. — Вы здесь уже… что, пять лет?

— Пять лет и три месяца.

— И за все это время ни разу не подали запрос на перевод. — Это прозвучало не как вопрос, а как констатация факта, которая его беспокоила. И немного как упрек. — Аналитический отдел, стратегическое планирование, координация секторов — с вашими показателями вы могли бы выбирать. А от вас нет ни одного запроса на перевод. Офис уже интересовался, почему вы «застряли» на этом уровне.

— Мечтаете от меня избавиться? — невесело усмехнулась Эрика.

Взгляд Архана потяжелел, будто этот вопрос добавил ему немного усталости.

— Вы не глупая, Эрика, — произнес он, игнорируя ее слова. — Понимаете, что я беспокоюсь. У вас нет ни одной официальной причины, чтобы оставаться на том месте, на котором сейчас находитесь. А неофициальные причины Офис не любит. Они там предпочитают цифры и диаграммы, а не людей.

Эрика нахмурилась. Она могла бы назвать свою причину прямо сейчас, но это ни в коей мере не помогло бы. Поэтому она сказала лишь:

— Мне нравится работать с людьми напрямую.

— Вот именно это меня и беспокоит. — Его голос стал мягче. — Эрика, деперсонализация — это не жестокость. Это защита. Ваша эффективность сегодня может обернуться выгоранием завтра. Вы застали Томаса Чена?

Эрика его не застала, но много о нем слышала. Томас был блестящим специалистом, который однажды просто не вышел на смену. Его тело нашли в квартире через два дня.

— Я не Томас.

— Нет. Вы Эрика. Но ваши паттерны схожи. — Архан поставил чашку. — Послушайте, я не хочу читать вам лекции. Мы работаем вместе достаточно долго, и я знаю, что вы — один из лучших операторов, которых я видел. Может быть, лучший. Но именно поэтому я не хочу вас потерять. И еще мне не хочется в третий раз объяснять наверху, почему один оператор стабильно выбивается из статистики.

Он помолчал, позволив словам повиснуть в воздухе. Эрика почувствовала, что к щекам прилил жар, и была благодарна полумраку за то, что скрывает реакцию. Когда Архан заговорил снова, в его голосе появилась та едва уловимая нотка, которую Эрика слышала лишь несколько раз за все годы.

— Наша работа — не спасать каждого в отдельности. Наша работа — поддерживать систему. Баланс должен соблюдаться. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — И не обольщайтесь: ни одна из этих систем не работает сама по себе. Сверху любят говорить про «автоматизированный контроль», но каждый раз, когда бури рвут им связь или падает какой‑нибудь узел, именно такие, как вы, устраняют неполадки.

Эта фраза прозвучала непривычно откровенно. За пять лет Архан редко позволял себе говорить о том, как устроено все «выше».

— Что вы имеете в виду?

Но его лицо снова стало профессиональной маской руководителя — моментальная трансформация.

— Я имею в виду, что экосистема сложнее, чем кажется на первый взгляд. И каждый элемент в ней важен. Особенно те, кто официально считаются «заменяемыми». — Он выпрямился. — Не засиживайтесь. Послезавтра новый переселенец, верно?

— Да, A-7220, утренняя процедура в восемь тридцать.

— Тогда постарайтесь выспаться. — Он направился к двери, но обернулся на пороге. — И, Эрика? Помните — вы делаете важную работу. Даже если наверху предпочитают считать, что все это делает их чудесный контур ИИ. Без людей он все равно слепой.

Он ушел, оставив после себя ощущение недосказанности и странного беспокойства.

Эрика осталась стоять, глядя на свою чашку с остывающим кофе. Слова Архана крутились в голове, вызывая смутную тревогу. Она видела, как он задержался на пороге, словно хотел сказать больше, но передумал.

Эрика вздохнула и потерла виски. Возможно, она просто переутомилась и видит тайны там, где их нет. Или, возможно, Архан действительно прав, и она слишком погружается в работу, слишком много думает о переселенцах как о людях с историями, а не как о субъектах адаптационной процедуры.

Она вылила остатки кофе в раковину и тщательно вымыла чашку, наблюдая, как вода смывает темные разводы. Затем вернулась к своему рабочему месту, где ее ждал темный экран терминала.

Экран ожил, заливая ее лицо холодным голубым светом. Через два дня будет новый переселенец, A-7220, и она должна быть готова.

В конце концов, она была частью системы. А система, как всегда повторял Архан, работала безупречно.

Глава 2. Дом

Глава 2. Дом

Транспортная капсула мягко замедлилась, подъезжая к жилому комплексу «Вертикаль-7». Эрика прислонилась к прозрачной стенке и посмотрела вверх – башня терялась где-то в облаках, ее верхушка скрывалась за слоем искусственного тумана, который каждый вечер опускался на город, создавая иллюзию романтики и таинственности. Естественная атмосфера Земли была разрушена давным-давно, теперь ее контролировал человек. Все было рассчитано и откалибровано до мелочей: от смен времени года до времени появления тумана в течение всего одного дня.

По мнению Эрики, эта предсказуемость была куда приятнее, чем дикость погоды в колониях.

Ее капсула остановилась на сто двадцать третьем этаже, и двери бесшумно разъехались. Эрика шагнула в просторный холл, где ее встретила знакомая мелодия – что-то легкое и ненавязчивое. Система домашнего ИИ уже сняла данные с ее биометрических датчиков: слегка повышенный пульс, напряжение в плечах, микроскопические изменения мимики. Эрика знала: где-то сидит такой же оператор, как она сама – только из службы мониторинга здоровья, – просматривает статистику тысяч жителей башни и решает, на какие показатели обращать внимание, а какие находятся в пределах нормы. Вывод системы был предсказуем: умеренный стресс после рабочего дня, потребность в расслаблении. Оператор наверняка даже не задержал на ней взгляд.

Эти сборы информации вообще не являются обязательными – можно отключить мониторинг в любой момент. Но Эрика предпочитала жить с чувством безопасности: если ее показатели станут аномальными, помощь явится к ней тут же, даже без звонка в службу спасения.

– Добро пожаловать домой, Эрика, – мягко произнес голос ассистента, когда она подошла к двери своей квартиры. – Сегодня был насыщенный день. Рекомендую принять ванну с лавандовым маслом, после чего ужин из морского окуня с овощами на пару. Алкоголь не рекомендуется – кортизол превышает норму на двенадцать процентов.

Эрика кивнула. Система никогда не настаивала, только предлагала оптимальные варианты, основанные параметрах здоровья, психологического профиля и предыдущих предпочтений.

Дверь квартиры узнала ее приближение еще на расстоянии трех метров и открылась, впуская в атмосферу идеального комфорта. Освещение автоматически настроилось на теплый, успокаивающий спектр. Температура воздуха была точно такой, какую Эрика считала комфортной – двадцать два градуса с влажностью шестьдесят процентов. Даже легкий ветерок от климатической системы дул именно с той стороны и с той силой, которую она предпочитала.

– Хочешь, я приготовлю ванну? – спросил ассистент, и Эрика почти согласилась, но в последний момент передумала.

– Не сейчас, – ответила она, снимая пиджак. Система мгновенно подала сигнал роботу-уборщику, который бесшумно подъехал и принял одежду, чтобы отнести ее в автоматическую гардеробную.

Квартира Эрики являлась воплощением современного комфорта: открытое пространство, где гостиная плавно перетекала в кухню, панорамные окна от пола до потолка, открывающие вид на бесконечные огни Арктоса – самого нового города на Земле. Мебель была функциональной и красивой – кресла, подстраивающиеся под форму тела, стол, который мог менять высоту и конфигурацию одним движением руки, диван с памятью положений для максимального расслабления.

Квартира не была безликой — в каждой мелочи чувствовался характер Эрики. В углу на столике стояла орхидея, которую она выращивала вручную, игнорируя автоматический уход: цветок жил, потому что она выбрала за ним ухаживать.

Эрика прошла к окну и посмотрела на город, раскинувшийся внизу. Арктос никогда не спал – миллионы огней мерцали в идеальном ритме, воздушный транспорт двигался по рассчитанным маршрутам, а гигантские экраны на зданиях транслировали новости, рекламу и развлекательные передачи. Даже отсюда, с высоты ста двадцати трех этажей, чувствовалась пульсация огромного механизма, где каждый винтик знал свое место.

– Эрика, – снова подал голос ассистент, – Лиза приглашает на вечеринку в клубе «Нирвана». Там будет новая программа виртуальных впечатлений от Японских островов. Хочешь, я подтвержу твое участие?

– Нет, спасибо, – ответила Эрика, даже не оборачиваясь от окна.

– Тогда, возможно, стоит проверить список совместимых партнеров? У тебя три новых совпадения с высоким процентом совместимости. Один из кандидатов – архитектор, работает в Секторе Планирования, увлекается классической музыкой и...

– Не сегодня, – прервала его Эрика.

Система помолчала несколько секунд, обрабатывая ее отказ и корректируя алгоритмы предложений.

– Понимаю. Тогда рекомендую легкий ужин и раннее время сна. На завтра у тебя намечено посещение Колонии Кеплер-97, нужно быть в форме.

Эрика усмехнулась. ИИ знал о ее планах больше, чем она сама. Он анализировал ее рабочий календарь, биоритмы, даже сны, чтобы оптимизировать каждый день ее жизни.

Она прошла на кухню, где умная система уже начала подготовку к ужину. Из стены выдвинулся модуль с готовыми ингредиентами – свежие, идеально подобранные под ее потребности в витаминах и микроэлементах. Готовить самой не требовалось: роботизированная система могла приготовить любое блюдо за считанные минуты. Но Эрике нравился сам процесс. Она не бунтовала против инноваций, совсем не завидовала тем, кто жил в Колонии. Она безмерно ценила удобства Основы и все же оставляла место для контроля. Для нее важен был сам факт выбора — возможность самой решить, что в ее жизни будет идеальным, а что несовершенным.

Она взяла в руки нож и начала резать овощи. Движения были медленными, медитативными.

– Эрика, – осторожно произнес ассистент, – исходя из полученных данных, твой пульс и мышечное напряжение указывают на усталость. Возможно, стоит воспользоваться функцией автоприготовления?

– Все в порядке, – ответила она, продолжая резать морковь.

Впрочем, это было правдой – она действительно чувствовала легкую усталость после насыщенного дня. Датчики считывали показатели, ИИ обрабатывал их по заложенным паттернам, а где-то в службе мониторинга здоровья живой специалист – может быть, тот самый оператор, что проверял ее данные при входе в здание, а может, уже другой, следующий на смене – увидел отклонения и позаботился о ней. Эрика находила в этом утешение. Они следят. Кто-то обязательно заметит, если что-то пойдет не так. Система часто ошибается, но люди за ее спиной – почти никогда.