Руководство по СупервЕдению. Том I

Виктор Николаев

Руководство по СупервЕдению. Том I

Введение

Супервизия начинается с профессиональных затруднений. Психотерапевт приносит коллеге рассказ о встрече, собственные переживания и вопрос о дальнейшем действии. Чтобы помощь стала возможной, обоим предстоит выяснить, что известно о случившемся, какое участие каждый принимает в его понимании и что можно сделать лучше. Этой работе в теоретическом ключе посвящён первый том Руководства.

Книга адресована психотерапевтам, супервизантам, супервизорам и ведущим профессиональных групп. Она предлагает язык для подробного исследования встречи: от предъявления случая и внутреннего отклика до решения, Поступка и рассмотрения последствий. Читателю понадобятся готовность возвращаться к конкретным репликам, различать наблюдение и предположение и пересматривать убедительную версию, если материал ей противоречит.

В Руководстве различаются супервизия как профессиональная практика и СупервЕдение как наука, исследующая эту практику. Слово СупервЕдение связано с «ведать» — знать. Его теоретическое основание составляет Архетипическая Метапсихология, изложенная в руководстве «Архетипическая Метапсихология. От понимания Прошлого — к построению Будущего» [1]. Далее она обозначается как АМ, а согласованная система её основных положений — как Канон АМ.

Мы рассматриваем профессиональную встречу в перспективе Судьбы: как человек участвует в отношениях, какие возможности закрывает или открывает своим ответом и какую новую форму действия способен создать. Слово Судьба обозначает здесь организацию выборов, Поступков, отношений и Переходов человека, включающую состоявшееся Прошлое и открытое Будущее. Оно не придаёт интерпретации права предсказывать жизнь Другого.

Центральное различение тома — три отдельные Психические Реальности пациента, супервизанта и супервизора. Психотерапевт встречается с пациентом; супервизор встречается с психотерапевтом и получает опосредованный материал о пациенте. Рассказ, запись, переживание и гипотеза дают разные основания для вывода. Собственное чувство супервизора требует проработки и не предоставляет непосредственного знания о намерениях супервизанта и отсутствующего пациента.

Это различение помогает сохранить ответственность каждого участника. Супервизор может уточнить вопрос, показать ошибку, предложить вариант и помочь увидеть Развилку. Финальный выбор Зодчего, практическое решение в сфере Я и Поступок Следохода сохраняют разные функции. В профессиональной работе супервизант отвечает за собственное действие, а пациент сохраняет свободу ответа. Удачная формулировка на супервизии получает дальнейшую проверку в работе и её последствиях.

В книге сопоставляются три уровня утверждений. Каноническое определение задаёт значение понятия; наблюдение сообщает о доступном событии или материале; гипотеза предлагает объяснение, которое можно уточнить и пересмотреть. Авторские положения АМ и процедуры настоящего Руководства обозначаются как таковые. Обращение к исследованиям супервизии сохраняет их собственные вопросы, методы и пределы выводов. Совпадение терминов или убедительность примера сами по себе не подтверждают эффективность подхода.

Первые четыре главы вводят предмет СупервЕдения, психологию Судьбы, историю профессиональных моделей и метапсихологические основания. Главы 5–8 рассматривают пространства отношений и участников встречи. Главы 9–10 связывают перенос, контрперенос, Нарцизм, Каинов суд и гипотезу о параллельном процессе с конкретным профессиональным исследованием. К концу тома читатель получает основания для предъявления случая, проработки отклика и подготовки следующего шага.

Сквозной случай Н. и К. используется как учебный материал. Его исходный эпизод вводится в главе 1; предполагаемые продолжения явно обозначены как учебные реконструкции. Вымышленные дополнительные сцены и басни Крылова помогают выделить отдельное различение. Они не дают основания ставить диагноз реальному человеку по сходству с персонажем. В своей учебной работе читатель сохраняет конфиденциальность и использует только материал, необходимый для поставленного вопроса.

Работа с книгой предполагает профессиональную подготовку и ясную рамку помощи. Упражнения можно выполнять самостоятельно или обсуждать с коллегой в согласованном учебном формате. Там, где требуется решение по конкретному пациенту, необходимо учитывать его состояние, договорённости, компетентность специалиста и доступные сведения. Теоретическая проработка помогает обосновывать действие; её глубина не измеряется тем, насколько долго откладывается необходимый профессиональный ответ.

Как пользоваться первым томом

При разборе своего случая сначала восстановите последовательность реплик, обозначьте источник сведений и отделите переживание от объяснения его причины. Затем сформулируйте вопрос к своему участию и вернитесь к соответствующей главе.

Главы можно читать последовательно, а при работе со случаем обращаться к таблицам, схемам и упражнениям по ссылкам. В каждой главе размещены три схемы с пояснениями. Основные определения раскрыты в главе 4, карта участников и статусов материала — в главе 5; последующие главы уточняют их применение.

Отсылки к главам 11–21 Руководства относятся к планируемому второму тому. Ссылки на книгу «Архетипическая Метапсихология» обозначены её названием или номером [1]. Словарь терминов и Библиография помещены в конце тома. Номера в квадратных скобках отсылают к единому списку источников.

Часть первая. Размышления о природе СупервЕдения

Раздел I. Основания

Глава 1. Супервизия и СупервЕдение

Предмет, единица исследования и результат

Исходная ситуация

Психотерапевт Н. приходит на супервизию с одним мучающим его эпизодом. На прошлом сеансе пациент К. заплакал, рассказывая о прекращении отношений. Н. почувствовал вину и раздражение и сказал: «Вы используете слёзы, чтобы заставить меня испытывать вину». Пациент замолчал, а на следующий сеанс не пришёл.

Н. объясняет случившееся так: «Он не выдержал правды». И сразу добавляет: «Скажите, что мне теперь делать? Позвонить ему? Ждать?»

Рассмотрим три возможных ответа супервизора. Он может дать совет: «Позвоните и извинитесь». Может вынести приговор супервизанту: «Вы напали на пациента и разрушили терапию». А может предложить исследовать вместе, что произошло между Н. и К. и что происходит сейчас между Н. и им самим.

Совет может опередить исследование участия Н., а приговор — свести разговор к принятию или отвержению оценки. И только совместный разбор помогает подготовить обоснованное действие. Совет уместен, если решает профессиональную задачу и позволяет специалисту понимать основания своего решения.

Эта глава отвечает на вопрос: что такое супервизия и почему ей нужна собственная наука?

Основное положение главы. Супервизия — профессиональная встреча супервизанта с супервизором. СупервЕдение — наука о супервизии, исследующая устройство этой встречи, её переносы, контрпереносы, защитные процессы и судьбоносное значение. Результат супервизии оценивается по тому, как супервизант различает своё участие в психотерапевтических отношениях, признаёт неизвестное и совершает профессионально ответственный Поступок.

1. Что называют супервизией

Слово «супервизия» в профессиональной речи обозначает разные формы работы. Им называют обязательный контроль работы начинающего специалиста, коллегиальный разбор случая с опытным коллегой, обучение технике, поддержку специалиста при высокой нагрузке, групповое обсуждение, оценку перед допуском к самостоятельной практике. За этими употреблениями стоят различные цели и договорённости. Если их не назвать, участники могут ожидать от встречи несовпадающие результаты.

Профессиональная традиция упорядочивает это многообразие, различая функции супервизии. Две классические схемы помогают увидеть спектр её задач.

Таблица 1.1. Функции супервизии

Автор

Функции супервизии

Что подчёркивается

А. Кадушин (социальная работа, 1976) [8]

Административная, образовательная, поддерживающая

Супервизор отвечает перед организацией, обучает специалиста и помогает ему выдерживать нагрузку

Б. Проктор (1986) [9]

Нормативная, формирующая, восстанавливающая

Супервизия обеспечивает качество и этику, развивает умения и возвращает специалисту способность чувствовать и думать

Обе схемы показывают, что супервизия служит пациенту, специалисту и профессии. Нормативная функция связана с качеством и этикой работы. Формирующая развивает профессиональные умения. Восстанавливающая помогает специалисту сохранять способность работать и мыслить при большой эмоциональной нагрузке.

В сочетании этих функций заключено основное напряжение супервизии. Один и тот же человек сразу поддерживает, обучает и оценивает. Если оценка становится авторитарной, супервизант начинает скрывать затруднения и приносит не реальный случай, а отредактированный. Если супервизор избегает оценки, серьёзные ошибки остаются неисследованными. Ни одна из функций не снимает этого напряжения сама по себе.

Джоан Флеминг и Тереза Бенедек связали возможность такого обучения с учебным альянсом — отношениями доверия и сотрудничества ради выполнения профессиональной задачи. Супервизант должен иметь возможность не скрывать непонимание, а супервизор — обозначить ошибку, не разрушая способности вместе её рассмотреть. Альянс поддерживают оба участника; на него влияют и тревога супервизанта перед оценкой, и ответ супервизора на эту тревогу [11; 12].

Флеминг и Бенедек обращаются к метафоре «работа Януса»: супервизор обращён и к лечению пациента, и к обучению специалиста. Эта двойная обращённость требует различать задачи. Доверие не отменяет оценку; оценка не даёт права превращать профессиональную встречу в личную терапию супервизанта. Учебный альянс описывает педагогическую сторону длительного партнёрства, но не исчерпывает его судьбоносного значения [11; 12].

Функциональные схемы отвечают прежде всего на вопрос, для чего нужна супервизия. СупервЕдение сосредоточивается на устройстве встречи: как рассказ о сеансе преобразуется в гипотезу, какое участие в этом принимает супервизор и что затем меняется в работе супервизанта. Перечисление функций задаёт рамку этого исследования, но не заменяет его.

2. Международная панорама

Современная литература предлагает несколько определений супервизии. Их сравнение показывает разные акценты: профессиональные ответственность и партнёрство, обучение и работу с отношениями.

Дж. Бернард и Р. Гудиер описывают супервизию как профессиональное вмешательство более опытного специалиста в работу менее опытного коллеги. Отношения продолжаются во времени, включают оценивание и иерархию. Их цели — развитие специалиста, наблюдение за качеством помощи пациентам и ответственность перед профессией. В этом определении выделены асимметрия и обязанности супервизора [4].

П. Хокинс и А. Макмахон рассматривают супервизию в более широкой системе отношений. В поле внимания оказываются пациент, действия и переживания психотерапевта, супервизорская встреча и организационные условия. Такая оптика помогает не объяснять затруднение одним только свойством пациента или психотерапевта. Супервизор участвует в совместной работе и учитывает контекст [5].

К. Фалендер и Э. Шафранске рассматривают супервизию как самостоятельную профессиональную компетенцию. Опытный психотерапевт не становится хорошим супервизором автоматически: ему необходимы способности к обучению, обратной связи, оцениванию и исследованию собственных ограничений. Подготовка супервизора требует особого внимания [6].

Н. Мак-Вильямс описывает психоаналитическую супервизию как особый процесс профессионального образования. В начале книги она связывает его с поддержкой, честностью представления материала, передачей знаний, освоением умений и этическим становлением. Особую трудность создаёт сочетание обучения с уязвимостью перед оценкой: ведь специалисту нужно показывать именно те места, в которых он не понимает происходящего [2, с. 7–13].

Дж. Сарнат также ставит супервизорское отношение в центр метода. Из её реляционной модели для нашей темы важен вопрос: что происходит между супервизантом и супервизором и как это влияет на способность работать с пациентом? Подробное сопоставление будет дано в главах о переносе, власти и интервенциях. Здесь достаточно признать: исследование отношений имеет свою историю и не начинается с настоящего Руководства [7].

Из этого обзора следуют три вывода, на которые опирается Руководство:

•

Супервизия — асимметричные отношения с ответственностью перед пациентом и профессией.

•

Супервизия — совместная работа, а не только контроль.

•

Супервизия — самостоятельная компетентность, требующая подготовки.

Понятийный язык СупервЕдения задан Каноном АМ — системой основных положений книги «Архетипическая Метапсихология»: три отдельные Психические Реальности, перенос как Архетипический запрос, проработка контрпереноса, профессиональная Развилка, профессиональная Мера, финальный выбор Зодчего и Поступок супервизанта. Эти понятия необходимо сопоставлять с предшествующими моделями, сохраняя их собственное содержание [1].

П. Куглер ставит вопрос о знании об отсутствующем пациенте и принадлежности откликов. К этой линии мы вернёмся в главах 3 и 6 [3].

3. Слово и его история

В слове supervision соединяются значения наблюдения и положения «над». Русское «смотрение сверху» помогает услышать заключённый в нём образ: кто-то занимает позицию, из которой рассчитывает видеть больше. Такой образ напоминает об ответственности супервизора. Но он может поддержать и фантазию всеведения — будто специалисту сверху доступна вся Психическая Реальность Другого.

В русской профессиональной речи встречаются «супервизия» и «супервидение». Второй вариант, в частности, используется в русском переводе книги Энтони Уильямса «Вы — супервизор…» 2001 года, оригинал которой вышел в 1995 году. Оба варианта сохраняют смысл видения. В нашем Руководстве слово СупервЕдение имеет другое понятийное назначение [10].

Слово СупервЕдение связано с глаголом «ведать» — знать, обладать знанием. Его вторая часть принадлежит тому же смысловому ряду, что литературоведение и языковедение. В этом ряду стоит и СновЕдение — наука о сновидении в русле Архетипической Метапсихологии. Заглавная Е подчёркивает связь с ведением как знанием.

СупервЕдение исследует, что доступно супервизору, чего он не может непосредственно знать и как его понимание становится профессиональным действием.

Таблица 1.2. Термины Руководства

Слово

Смысловое ядро

Что обозначает в Руководстве

Супервизия

Видеть сверху

Профессиональную практику — встречу супервизанта и супервизора

Супервидение

Видение

Исторический термин других авторов, в Руководстве не используется как синоним

СупервЕдение

Ведать, знать

Науку о супервизии

Супервед

Тот, кто ведает

Специалиста, опирающегося на СупервЕдение в супервизорской работе

4. Практика и наука

Супервизия предоставляет материал для исследования. СупервЕдение предлагает практике понятия, вопросы и способы проверки гипотез.

Но вывод конкретной встречи не становится научным положением только потому, что оказался убедителен для её участников. Чувство «мы всё поняли» — переживание. А чтобы исследовать результат, необходимо различить предложенное понимание, последующее решение, совершённый Поступок и то, что произошло после него.

Таблица 1.3. Практика и наука

Измерение

Супервизия

СупервЕдение

Статус

Профессиональная практика, встреча двух специалистов

Наука, исследующая устройство супервизии

Главная задача

Помочь супервизанту исследовать случай и подготовить Поступок

Описать предмет, процессы, ограничения и способы проверки

Материал

Рассказ о случае, переживания, вопросы, отношения во встрече

Сопоставимые эпизоды, гипотезы, решения и их последствия

Результат

Уточнённое понимание и обоснованный профессиональный шаг

Проверяемая гипотеза, понятие, протокол или найденное ограничение

Критерий

Способность супервизанта действовать и пересматривать свой подход

Логическая ясность и проверка на реалистичность

Название науки не освобождает её от вопроса об основаниях. В Каноне АМ различаются каноническое определение, закон системы, наблюдение, реконструкция и рабочая гипотеза. Определение устанавливает смысл термина; клиническая гипотеза пытается объяснить конкретный материал. Канонический статус не означает, что клиническая эффективность метода доказана. Эта граница будет подробно рассмотрена в главе 21 планируемого второго тома.

Например, утверждение о трёх отдельных Психических Реальностях задаёт исходную архитектонику. Сообщение «после реплики психотерапевта пациент замолчал» описывает последовательность со слов специалиста. Предположение «он замолчал из-за обвинения» связывает события с объяснением. СупервЕдение утрачивает исследовательский смысл, когда эти три уровня рассматриваются с одинаковой уверенностью.

5. Предмет, объект и единица исследования

Объект СупервЕдения — супервизионная практика: встречи, их участники, представленный материал, решения и последствия.

Предмет СупервЕдения — устройство профессиональной встречи супервизанта с супервизором и условия, при которых она возвращает супервизанту способность различать своё участие в Судьбе пациента.

Наука исследует не личность пациента на расстоянии и не скрытую сущность психотерапевта. Она исследует, как материал психотерапии становится рассказом, как рассказ несёт Архетипический запрос супервизанта, какой отклик возникает у супервизора и к какому профессиональному Поступку приходит супервизант.

Единица исследования — супервизионный эпизод. Это конкретный фрагмент работы, в котором различимы:

•

исходное профессиональное затруднение;

•

представленный эпизод психотерапии;

•

перенос супервизанта — его Архетипический запрос к супервизору;

•

контрперенос супервизора;

•

сформулированная гипотеза и её альтернативы;

•

профессиональный Поступок супервизанта;

•

свободный ответ пациента и последствия.

Перечисленные звенья могут быть представлены не полностью. В первой встрече ещё нет сведений о последующем Поступке и ответе пациента. Такой эпизод остаётся незавершённым для исследования последствий. Отсутствующую часть нельзя заменить ожидаемым исходом. В следующей супервизии к тому же эпизоду можно вернуться и дополнить его новым материалом.

Единицей исследования выбран эпизод, потому что в нём можно точно восстановить последовательность слов, переживаний и действий. Целый случай тоже поддаётся исследованию, но его легче сопоставлять как ряд связанных эпизодов. Фраза «этот пациент — манипулятор» подменяет материал характеристикой человека. Фраза «по рассказу специалиста, после слёз пациента он приписал ему намерение вызвать вину, и пациент замолчал» позволяет различить сведения о действиях, их источник и интерпретацию намерения.

Один эпизод даёт срез этой работы. Ряд эпизодов одного случая позволяет проследить её во времени: что специалист начал замечать, какую трудность научился распознавать и как это сказалось на следующем Поступке. Поэтому исследование отдельной встречи и история длительной супервизии дополняют друг друга. Нельзя судить о сформированной способности по одной удачной реплике.

Соотношение практики и её исследования обобщено на схеме 1.1.

Схема 1.1. Супервизия и наука о супервизии

Практика и её исследование связаны через конкретный эпизод. Объяснение должно помогать рассматривать участие специалиста и обосновывать дальнейшее действие.

6. Три позиции и три Психические Реальности

В психотерапии пациент занимает позицию Следохода своей Судьбы, а психотерапевт — позицию профессионального Попутчика. В супервизии позиции меняются.

Таблица 1.4. Участники и ответственность

Участник

Позиция в супервизии

Задача и границы участия

Супервизант

Следоход профессиональной Судьбы

Представить материал, признать свой вклад и воплотить в Поступке решение, соответствующее финальному выбору Зодчего

Супервизор

Профессиональный Попутчик

Выбрать обоснованный профессиональный ответ, соблюсти Меру и сохранить авторство супервизанта

Пациент

Отсутствующий центральный Другой

Сохраняет свою Психическую Реальность, свободу ответа и неизвестное Будущее

У трёх участников — три отдельные Психические Реальности и собственные Судьбы. Отсюда следует граница знания супервизора. У супервизанта после реальных встреч с пациентом может существовать Значимый объект пациента. У супервизора, который с пациентом не встречался, Архетипическая Оккупация образа пациента создаёт только представление о нём — из рассказа супервизанта и своего отклика.

Граница знания. Супервизору доступен представленный материал о пациенте и участие супервизанта в его организации. Это не непосредственный доступ к Психической Реальности пациента. Точная запись расширяет материал, но также не раскрывает автоматически намерений и переживаний Другого.

Три Психические Реальности и два пространства отношений подробно рассматриваются в главе 5, позиция отсутствующего пациента — в главе 6.

Для совместной работы важна двойная смена позиции. В психотерапии Н. отвечает пациенту как Попутчик; в супервизии сам становится Следоходом профессиональной Судьбы. Ни в одной встрече он не лишается собственного участия. Если супервизор помогает ему признать ошибку, это не означает, что Н. теперь знает, что чувствовал пациент, или получает право решать, как пациент должен продолжить отношения.

7. Чем супервизия не является

Супервизию легко спутать с соседними практиками. Следующая таблица показывает различия с моделью супервизии, принятой в настоящем Руководстве.

Таблица 1.5. Супервизия и соседние практики

Практика

Её задача

Чем отличается супервизия

Психотерапия супервизанта

Работа с личной Судьбой специалиста

Личный материал супервизанта исследуется лишь настолько, насколько он воздействует на профессиональное затруднение. Если нужна личная психотерапия, её нельзя тайно проводить в супервизии

Обучение

Передача знаний и навыков

Супервизия исследует конкретный эпизод и участие специалиста в нём. Знание может быть её результатом, но не заменяет её

Наставничество

Ввести специалиста в профессиональную традицию

Наставник — более опытная фигура, передающая традицию. Попутчик сопровождает Следохода к Развилке, но не владеет окончательным знанием о его Будущем

Коучинг

Достижение целей клиента

Супервизия психотерапевта предполагает ответственность за качество помощи пациенту и исследование участия специалиста в терапевтических отношениях

Балинт-группа

Исследование профессиональных отношений врача или другого специалиста с пациентом

Встреча медицинского персонала клиники или больницы для улучшения контактов с больными и их понимания по принципу: врач (медсестра) – лучшая таблетка!

Административный контроль

Проверка соответствия требованиям организации

Супервизия не сводится к оцениванию; власть оценки требует особой профессиональной Меры (глава 12 планируемого второго тома)

Различение не запрещает супервизии обучать, поддерживать или оценивать. Оно требует понимать, какую задачу супервизор решает в данный момент, и не выдавать одну за другую. Например, моральную оценку нельзя выдавать за анализ, а поддержку — за отказ от исследования ошибки.