Титул феникса. Крик королевы

 Я все еще хочу понять, зачем это все. Зачем было выходить замуж за королей разных сторон? Зачем уходить в итоге с бладгромами? И какая во всем этом моя роль? Случайность ли я или часть плана?

– Дай мне одеться, – прохрипел Ривен, закрывая глаза от легкого света, который я запустила в комнату, когда распахнула шторы.

– Хорошо. Я подожду тебя в столовой! – быстро протараторила я и выбежала наружу.

Затем я опомнилась, приоткрыла дверь и просунула в проем голову.

– Что-то попросить приготовить для тебя?

В ответ я получила подушкой в лицо.

Я была вне себя от предвкушения. Я не могла спокойно сидеть на месте, все ерзала из стороны в сторону на стуле и поглядывала на вход в столовую.

Да где же он…

 Наконец дверь распахнулась, и я широко улыбнулась в ожидании друга. Но, к моему разочарованию, я увидела Кенаи, и улыбка померкла.

– Ты что здесь забыл? – Я нахмурилась и сложила руки на груди.

– Я его позвал. – Следом вошел Ривен. – Если на нас нападут бладгромы, один я не смогу защитить тебя. Мне пришлось, – ответил он на мой немой вопрос и с едва уловимым презрением зыркнул на брата.

– Если хочешь, то я всю дорогу могу молчать, если за это ты уже наконец простишь меня, – сказал Кенаи и взглянул на меня исподлобья.

– Мне не за что прощать тебя. Мы были и есть никто друг для друга. Но будет славно, если ты засунешь свой длинный язык куда подальше. Можешь даже остаться здесь и засунуть его в Мериду. – Я договорила и продолжила есть кашу, уставившись в тарелку.

 После завтрака Ривен попросил слуг собрать нам с собой в дорогу воды и немного еды. Я вызвалась забрать рюкзак с припасами, пока братья ожидали у выхода. После мы вышли со дворца с обратной стороны и начали путь.

– Сколько туда идти? – Я активно шагала впереди всех, пружиня ногами. – Я уже скорей хочу добраться. – тараторила я. – Интересно, какое оно, это ущелье. Оно очень длинное? – я обернулась на ребят , но не дала им ответить и продолжила дальше бубнить себе под нос.

– Часа три, может четыре, – сказал Кенаи. – А что ты пила вчера за ужином?

 Как только я узнала, что он идет с нами, то четко решила, что буду его игнорировать. Не дождется от меня ни единого звука.

– Нет, правда, Ви, – Ривен усмехнулся, – что ты пила?

– Не знаю, мне предложили вместо чая попробовать ароматный напиток, который вы завозите с другого континента, – сказала я быстрее, чем успела сформулировать это в голове.

– С непривычки всегда так от кофе, но у тебя как-то долго эффект держится. Не пей его больше. – Ривен шутливо пригрозил пальцем.

 Я засмеялась, подбежала и схватила его двумя руками за лицо.

– Ну он же такой вку-у-усный! – пропищала я, коснувшись его лба своим, и снова убежала вперед.

 Я чувствовала, как все мышцы вибрировали и хотели сбежать из-под кожи. Кончики пальцев потряхивало, а спокойно говорить я и вовсе не могла. Не знаю, что за напиток такой привозной, но эффект интересный. Мне казалось, что под ним я с легкостью бы добежала от академии до туманной пустоши и обратно.

 Я не могла под его действием думать об отце, потому что мысли, как и слова, проносились со скоростью ветра и быстро менялись на другие. Вот я внимательно всматриваюсь в красные маки, растущие пучками у нас на пути, а вот я уже бегу спасать перевернувшегося жука-носорога. Алкоголь замедлял меня, кофе же возбуждал во мне самые активные способности.

 Мне хотелось без умолку говорить, но моя гордыня упрямо решила лишить Кенаи возможности слышать мой прекрасный голос. Поэтому я молча шла, рассматривала зеленые поля, морской горизонт вдалеке и сухую землю.

 Что? Почему земля такая сухая?

Местами в сочной зелени проступали сухие, голые проплешины. Они появлялись хаотично, разными формами и размерами. Вокруг каждого подобного высохшего клочка трава была желтая. Словно зараза которая уничтожила живой кусок распространялась дальше.

 Я испуганно посмотрела на братьев, но они лишь поджали губы и грустно переглянулись.

– Что это? – не выдержала я.

Пустых клочков становилось все больше, а земля в центре них была вся в трещинах и бледно-желтая.

– Никто не знает, но с каждым годом эта болезнь распространяется все дальше от ущелья. Медленно, но все же, – сказал Ривен, присел на корточки и пальцами провел по сухой земле.

– Все этот ублюдок, даже сдохнуть нормально не может, – разгневался Кенаи и вскользь ударил по земле ногой.

– О ком ты? – нервно и едва слышно спросила я, забыв уже о своей молчанке.

– О Феррите. Мы так и не нашли, где он погребен, но точно в этом ущелье. Эта болезнь тому доказательство, он иссушает землю. – Кенаи нахмурил брови и сплюнул.

– Но как он может что-то иссушать, если сам в таком же состоянии?

– Божественная сила все еще течет в его теле. Возможно, физическая оболочка и иссохла от пепла феникса, но магическая жива и хочет вырваться, – заключил Ривен.

 Чем ближе мы продвигались к ущелью, тем чище становилась земля. Ни травинки, ни цветочка, ни насекомого. Казалось, в этом месте даже погода иная. Как только я сделала шаг с зеленой травы в пустынные земли, то ощутила, как воздух стал тяжелее, солнце сильнее припекало, а звуки природы остались где-то вдалеке. Ветерок, что слегка колыхал мои выбившиеся из косы пряди, исчез. Шаги звучали четче, эхом отдавая в пространстве. Я будто в помещении, но без границ. Странно это.

 Разлом был длинным, метров триста длиной, может, больше. К середине он становился все шире и шире. Чем больше было темноты у моих ног, тем сильнее билось сердце. Каждый шаг давался все труднее, будто сама земля сопротивлялась моему продвижению вперед.

 Как только я остановилась и взглянула вниз, ладошки покрылись тонким влажным слоем, по спине пробежал холодок, а дышать становилось все трудней.  Не было видно конца ущелья – на сколько оно глубокое, я могла лишь представлять, опираясь на рассказы.

– И зачем мы сюда пришли? – скучающе спросил Кенаи и кинул вниз камушек. Затем, увидев мой косой взгляд, добавил: – Да брось уже, мы что, дети малые? В твоем молчании нет никакого смысла.

– Если тебя это так раздражает, то смысл есть, – возразила я, все еще щурясь и всматриваясь в темноту.

– Хочешь узнать, что искала Кассия? – спросил Ривен и встал рядом, едва касаясь своим плечом моего. Он глядел вниз, пытаясь помочь мне найти то, чего я и сама не знаю.

– Да.

– Очень жаль, что мы можем только посмотреть на это все сверху и пойти назад, – с улыбкой произнес Кенаи, словно радуясь моему провалу. Будто это я за его спиной развлекалась с другим мужчиной, обещая порвать с ним.

– Посмотри в рюкзак.

Я всю ночь не могла сомкнуть глаз, обдумывая, что и как я хочу посмотреть. Поэтому, когда забирала набитый припасами рюкзак у служанки, закинула найденные мной крюки и веревки.

– Предусмотрительно, – ухмыльнулся Ривен, – но они могут не выдержать. Земля вроде твердая, но кто его знает, как себя поведет эта зараза в ней.

– Поэтому Кенаи останется здесь и подстрахует веревку.

Я выхватила из рук Кенаи инвентарь и принялась искать место для крюков.

– Еще чего! – возмутился он.

– А если за это я прощу тебя?

Я и не злилась на него, мне было все равно, просто нравилась вся эта язвительная перепалка. А может я внушала себе, что все равно?

 Он показательно вздохнул и отвернулся, намекая, что согласен. Я же не стала строить из себя силачку-всезнайку и доверила им крепко вбить крюки в землю, зафиксировав веревку так, чтобы часть веса была на держащем ее Кенаи.

– И дерево не понадобилось, – усмехнулась я и, постучав Кенаи по плечу, двинулась спускаться.

– Ты чего это удумала? – вклинился Ривен, загородив мне рукой путь. – Я пойду первым.

– Конечно, конечно, за смерть двойной принцессы вам точно влетит. – Видно, кофе еще не отпустил меня, и вся ситуация веселила.

Ривен лишь фыркнул и стал спускаться.

– Как только дерну веревкой три раза – можешь спускаться.

Я кивнула, сглотнув нервный ком.

 Я считала секунды, отбивая ногой по земле. После пятнадцати минут я забеспокоилась и взглянула на скучающего Кенаи, который медленно перебирал руками веревку. Спустя еще некоторое время он остановился, и я испуганно всмотрелась в темноту. Веселье испарилось, я отчаянно искала внизу намек на движение.

– Все хорошо? – крикнула я вниз, но услышала лишь отголоски своего же эха. – Я спускаюсь!

Я только схватилась за веревку, как почувствовала легкие три толчка и на мгновение расслабилась.

– Вот теперь можешь спускаться, – проговорил Кенаи и нежно улыбнулся, показав ямочку.

 Я завязала веревку вокруг талии, следом обвила обе ноги, и сделала некое подобие штанов. Спуск выглядел опасным, напомнил мне туманную пустошь, и я молилась о том, чтобы не сорваться. Выступы были широкие, сопровождались глубокими впадинами, так что я спокойно вставляла ступни прямо в них.

 Я нервничала, поэтому снова начала считать секунды. Сверху ущелье казалось таким глубоким, что даже с учетом нашего зрения мы не видели конца. Камни были острыми в некоторых местах, поэтому я пару раз царапнулась рукой. Время шло так долго, что я уже начала переживать, что не доберусь. Руки стали скользить, а икры предательски подрагивали.

 Я решила отдохнуть одной рукой, а вторую крепко-крепко засунула в одно из отверстий так, что локоть лежал на выступе и принимал часть веса на себя. Я размяла вторую руку, сделав зарядку пальцами, и как только поставила ее обратно на выступ, то почувствовала легкое щекотание там, где находилась вторая рука.

 Обычно подобное чувство не ведет за собой ничего хорошего. Я тут же выдернула руку и закричала. Зачем? Сама не знаю. Я стала размахивать кистью, пытаясь что-то смахнуть с нее, но что именно, я не видела из-за того, что зажмурилась. Затем я подключила вторую руку, била саму себя и невольно начала раскачиваться из стороны в сторону, держась лишь на веревке и силах Кенаи.

– Чего кричишь? – усмехнулся Ривен, остановив рукой веревку. Он стоял на земле, и его голова была на уровне с моей.

– Это как?

Я посмотрела вниз, но все еще ничего не видела, а ликан словно парил в воздухе. Я видела его лишь по пояс, затем взглянула наверх и увидела, что свет, поступающий в ущелье, находится метрах в ста от меня.

– Не понимаю, – прошептала я, все еще пытаясь осознать происходящее.

 Ривен быстро развязал меня и поддержал, пока я осторожно опускала ноги в пустоту. И как только обе ступни твердо стояли на земле, я смогла разглядеть очертания ущелья. А подняв голову, я поняла, что глубины здесь от силы метров двадцать.

– Иллюзия, – ответил Ривен на мое недоумение. – Как только ступаешь на землю, видишь истинную высоту. И со звуком также – я тебя слышал, но ответ мой не доходил до вас.

– Что ж, с этим разобрались. Пойдем дальше? – Я настороженно вслушивалась в звуки по ущелью.

– А что мы ищем? – Ривен шуточно пригнулся, повторяя за мной.

– Что-то подозрительное.

Я ничего не ответила на его издевку и продолжила крадучись идти вперед.

– Ви, – он остановился и выпрямился, – здесь много лет искали что-то подозрительное. Все, что можно было найти, уже нашли, а того, что не нашли, мы и не увидим.

– Но зачем-то же она приходила сюда.

Я поняла, что здесь в самом деле никого нет, и продолжила путь обычным шагом.

Ривен лишь пожал плечами, и мы направились в правую сторону. Солнечные лучи хорошо освещали верхушку ущелья, и благодаря этому вниз попадало небольшое количество света. Как странно, что сверху это все выглядит одним черным пятном без конца и края.

– Может, эта иллюзия – тоже магия Феррита? – спросила я полушепотом, боясь произносить здесь его имя.

– Вполне.

Мы двигались медленно, осматривая каждый выступ, оборачиваясь на каждый шорох от скатывающихся камней. Оранжевые бугристые стены с белым налетом давили своей высотой. Воздух становился все тяжелее. Я пару раз остановилась, чтобы откашляться, оперевшись рукой о каменную глыбу. В груди я ощущала движение сотни маленьких пузырьков, что лопались, создавая шипение и поднимаясь к горлу.

– Что с тобой? – Ривен обеспокоено наклонился к моему лицу и убрал волосы с глаз.

– Не знаю, как-то дышать становится трудно, – на выдохе прохрипела я и схватилась за грудь.

– Пойдем назад, хватит этих поисков непонятно чего! – Пригрозил Ривен и, взяв меня за руку, потянул обратно.

– Подожди, я что-то вижу.

 Несколько светящихся огоньков мелькали туда-сюда в одном из узких скальных проемов. Просунуться туда возможно было только боком, и то нет гарантии, что он дальше не сужается еще сильнее.

Я подошла ближе и просунула голову в проем, следом оперлась руками по бокам, удерживая себя, чтобы не упасть вперед.

– Я ничего не вижу, – пробормотала я. Мы видим в темноте, а значит, здесь возможно точно такая же иллюзия, как и в начале. – Может, это и есть то, что мы ищем?

 Я протянула одну руку вперед, и огоньки забегали, становясь все больше. Кашель комом застревал в горле, и я задержала дыхание, чтобы он не вырвался и дал мне возможность послушать. Кто-то бежал, и это явно был не человек. Я слышала, как коготки вспахивали землю, слышала тяжелое дыхание, слышала… рык!

– Бежим! – Пискнула я.

– Что?

– Бежим!

Я схватила ликана за руку и, ничего не объяснив, потянула вперед.

 Из проема, не успев остановится и врезавшись в стену напротив, вылетели три существа. Черные как ночь, они источали зловонный запах. Я бежала вперед так быстро, что забыла и о трудном дыхании, и о кашле, лишь изредка оборачивалась посмотреть, кто за нами следует. Я и не думала, что мы так далеко ушли от спуска, потому как путь обратно занял минут десять. Это место словно обманывает слух, зрение и ощущение.

– Быстро поднимайся наверх! – Ривен пытался перекричать вопли этих существ. Они кричали как живые люди, как те, что горели в моем сне.

– Я без тебя не уйду!

Я посмотрела ему в глаза, полные злости и отчаяния. Отчаяния за то, что я нарушила слово слушать его.

– Ты обещала! – Срываясь в истерике, он отвернулся в ожидании «гостей».

Он был прав. Мне придется.

Я схватила веревку и стала обвязывать ее вокруг себя. Пока не увидела их…

 Черная шерсть покрывала человеческое тело, но они стояли на четвереньках, не в силах разогнуть колени. Вместо ступней были кисти рук с узкими длинными когтистыми пальцами. На голове – обнаженный череп рогатого скота, но на этот раз он оказался не маской, а с широкой зубастой нижней челюстью. Зловонный запах исходил из их гниющей плоти, что кусками отслаивалась с открытых ран на боку. Видно было кости, части зеленых органов и даже то, что находится с другой стороны.

Хрен я оставлю его с этими уродами!

Я отпустила веревку и вытащила из ботинка маленький кинжал, который украла из комнаты Ривена.

– Серьезно? – Он уставился на меня, и если бы было время, то определено хлопнул бы себя по лбу.

 Один из трех вендиго кинулся вперед, в прыжке намереваясь вцепиться Ривену в глотку. Ликан же выхватил из-за спины меч и всадил его тому в брюхо.

Однако, и правда, я здесь лишняя.

Не успел Ривен вытащить меч, как на него кинулись другие монстры. Одного он оттолкнул ногой, а второй успел вгрызться в плечо. Ривен вскрикнул от боли, вырвал меч и всадил вендиго в бок, отталкивая от себя. Монстр был еще жив, пока я не подбежала и не воткнула кинжал ему в череп.

 Ривен ухмыльнулся моей маленькой помощи и потерял бдительность. Последний монстр обошел его и кинулся на спину. Они вдвоем упали на землю, и я во всей этой пыли и мешанине конечностей не могла понять, кто побеждает. Затем клубок остановился, и монстр, находясь сверху на Ривене, жалобно скульнул, а после обмяк. Ликан успел вытащить запасной кинжал и вонзил ему прямо в сердце.

 Откинув с себя здоровую тухлую тушу, он встал на ноги и быстрым движением подозвал меня к веревке. Я поспешила – кто знает, сколько этих монстров там еще, нам нужно убраться до того, как они обнаружат потерю собратьев.

 По звукам все ощущалось тихо, и я спокойно полезла первой наверх, дернув несколько раз за веревку, чтобы Кенаи помог. Выбравшись наружу, я резво освободилась и кинула веревку обратно вниз. Как только мы все были в сборе, то двинулись назад под злобные причитания Кенаи.

– Надо было и мне пойти, стоял тут как олух, пока все самое интересное происходило внизу. – Он активно махал руками, – Как вообще вендиго там оказались? – Он обернулся на Ривена и замер. – Брат, все хорошо?

Ривен улыбнулся нам и кивнул головой, но следом я увидела кровь на его одежде. Его ноги слегка задрожали и он рухнул на землю.

– Ривен! – завопила я и почти подлетела к нему, соскользнув вниз.

– Его сильно ранили, – утвердил Кенаи, поднимая рубаху Ривена.

Бок был исполосован, кровь очень быстро сочилась и мне казалось, что я вижу органы. Плечо кровило не меньше.

– Что делать? Черт возьми! – Я схватилась за волосы, в панике смотря то на рану, то в глаза Кенаи. Затем распахнула рюкзак и, вытащив бурдюк воды, вылила содержимое на рану. – Почему он не регенерирует?!

– Не знаю, возможно, в когтях тварей находился яд. На регенерацию потребуется больше времени. Но за это время он может истечь кровью. – Кенаи побледнел.

 С собой ликаны брали запасную одежду для превращений. Я схватила ее и весь этот ком прижала к ране. Руки предательски тряслись, а губы дрожали. Стараясь не сорваться в истерике, я начала спокойно дышать: вдох, выдох.

– Нам нужно донести его до дворца, – твердо сказала я.

– Не вариант. У нас нет носилок, он так еще больше крови потеряет. – Кенаи потер подбородок, отвратительно долго думая. – Я быстро добегу до Форретии и приведу лекарей.

– Что? Ты бросишь нас здесь? А если эти твари вернутся? А если ты не успеешь?! – затараторила я, сильнее впадая в панику.

– Доверься мне, – сказал он, аккуратно взяв меня за подбородок.

 Я кивнула. Ликан мгновенно превратился и побежал по направлению ко дворцу. Ривен смотрел на меня такими пустыми глазами, что я невольно вспомнила смерть Киерана. Слезы подкатили к горлу, и я сорвалась. Сорвалась в безудержном рыдании.

– Я не могу потерять еще и тебя! – закричала я и плотнее придавила руками ткань.

– Все хорошо, – прошептал Ривен. – И не из таких передряг выходили.

А затем его глаза стали медленно закрываться.

– Нет, нет, нет! Не смей закрывать глаза! Смотри на меня! – Я в отчаянии схватила его за подбородок.

Сердце предательски сжалось.

Я не хочу, не могу потерять его. Пожалуйста, Боги, если вы слышите, не дайте ему умереть.

Я не видела, как вздымается его грудь, не слышала его дыхания. Черт! Черт! Я полностью забыла все уроки медицинской помощи.

 Я подползла к его голове, зажала нос и со всей силы дунула в рот, вдувая воздух. Ривен закашлялся и посмотрел на меня со злостью.

– Убить меня решила раньше времени? – прохрипел он.

– Ты не дышал! – Я подложила под его голову рюкзак и снова схватилась за тряпки, сильнее вжимая их в рану. – Я же просила глаза не закрывать!

– Солнце слепит, мне плохо, что мне еще делать? Ненормальная, – фыркнул ликан.

– Ты невыносим даже на смертном одре, – с усмешкой выдавила я.

Шутит и злится – значит, пока все и правда хорошо у него.

 Я дала ему немного воды и, сжимая рану, всматривалась вдаль. Где же чертовы лекари?

 Прошло два часа. Кровь остановилась, но лицо Ривена вызывало во мне беспокойство. Он стал белее моих волос, губы пересохли и потрескались. Вода у нас закончилась, и поблизости не было ни одного деревца, в тени которого можно было бы укрыться.

– Прости, что я местами был груб с тобой, – начал ликан. – Я думал отстраниться от тебя, но, как видишь, не очень у меня это получается.

– Все в порядке. Если не хочешь общаться, я не буду больше приставать с расспросами и экскурсиями. Главное – держись.

Я погладила его по груди.

– Нет, нет, ты не поняла, я не хочу… вернее, хочу общаться. – Нервничая, он сильно стал напрягаться, и я запереживала.

 Его широкие голубые глаза смотрели с надеждой и скрывали в себе что-то знакомое. Я застыла, глядя в них, и дрожь волной окатила все тело. Ривен положил руку на мою, и я вздрогнула. Сердце забилось чаще, а я все не могла оторваться от его глаз.

 Наше молчание прервал стук копыт. Я увидела столп пыли от несущихся к нам ликанов и повозки с лошадьми. Они резко затормозили рядом, превратились и, схватив сумки, стали осматривать рану. Я отошла в сторону, не смотря на голых мужчин, торопливо бегающих туда-сюда. Я все еще не могла оторвать глаз от лица Ривена, такого холодного снаружи и такого родного внутри.

– Все хорошо, лекари говорят, что ты смогла остановить кровь. Они дали ему обезболивающие травы и покрыли рану обеззараживающим раствором с противоядием от лап вендиго. Пока они действуют, мы довезем его на повозке, и уже там они зашьют рану.

Кенаи схватил меня за плечи, пытаясь обратить на себя внимание, а затем слегка встряхнул.

– Да, я поняла, – тихо проговорила я.

 В повозке я села так, чтобы голова Ривена лежала на моих коленях, и аккуратными мягкими движениями гладила его по голове.

Глава двенадцатая

– А-а-а-а! – Я злилась, кричала и швыряла вещи.

 Как они посмели запереть меня здесь на три дня? Три чертовых дня!

Как только мы попали во дворец, меня сразу же отвели в комнату, и я даже не успела посмотреть, как там Ривен, все ли с ним хорошо. Рагнар заходил и попытался по-отцовски отчитать меня за такой безрассудный поступок. Я лишь хмыкнула и попросила увидеться с Ривеном. После чего он объявил, что я наказана и просижу взаперти несколько дней. Столько бранных слов этот король явно не слышал в свой адрес. Конечно же, я их вылила, только после того как он вышел, но, думаю, было слышно.

Как он посмел запереть меня в комнате, словно маленькую десятилетнюю девочку? На днях мне исполняется двадцать один год, я взрослый человек и могу ходить куда надумаю, хоть к кровавым холмам!

 Ярость вскипала по венам еще и от того, что мне ни разу не дали посетить Ривена. Что-то щелкнуло во мне, когда я увидела его бледное и, как мне показалось, бездыханное тело. Охрана, что стояла снаружи, на мои агрессивные попытки выбить дверь, если они не отведут меня к нему, отвечала лишь, что он в порядке и отдыхает. Мне нужно было увидеть его, убедиться самой. Но меня заперли здесь, как чертову заложницу. Пленницу!

 Кенаи попытался один раз наведаться ко мне, но неожиданно для него получил в нос, после того, как я узнала, что он доложил королю, зачем именно я хотела посетить ущелье. Глупый ликан сам все и выдал мне, думая, что в этом ничего такого и нет. Но я уверена, что, не зная этого, король не запер бы меня. А сейчас он думает, что я иду по стопам матери и, возможно, сбегу к холмам.

Черт возьми! Я настолько зла, что, если бы у меня было хоть какое-то оружие, я, не раздумывая, всадила бы его в Кенаи.

Его также отчитали и сделали выговор за то, что они подвергли меня опасности, но, несмотря на это, он спокойно передвигался по дворцу, пока я сидела в дурацкой розовой темнице.

 В первые два дня я пыталась вырваться каждый раз, когда мне приносили еду, но охрана быстро заталкивала меня назад. Сегодня же, на третий день моего заточения, я лежала на кровати в позе звезды и рассматривала трещинки в потолке.

Бесполезно все это. Быстрее Ривен оклемается и сам придет ко мне, чем я смогу навестить его. Как же он там?

Я винила себя в его ране, винила в том, что попросила отвести меня и в том, что не помогла должным образом при схватке с вендиго. Лучше бы я сбежала и одна по карте добралась до ущелья.

 Стук в дверь вырвал меня из самобичевания, и я лишь устало подняла голову. Все равно не выпустят, чего вставать ради этого.

– Госпожа, вас требует к себе король, – послышался твердый голос Брендона снаружи. Того самого, которому я умудрилась в ярости прищемить палец дверью, когда они в очередной раз заталкивали меня назад.

 Второго звали Рэй, и они уже сто раз пожалели, что решили назвать мне свои имена. Когда мне совсем становилось скучно, то я без умолку звала их, хихикая как дурочка, слыша за дверью тяжелые вздохи и рычание.

– Передайте ему, что я не могу выйти, вросла в кровать.

Я снова шлепнула голову на постель.

– Ванесса, ну пожалуйста, это наша работа, прекрати все усложнять, – взмолил Рэй.

 Я решила не мучать их, но, чтобы показать королю все свое негодование, не стала переодеваться и пошла на встречу в длинной ночной сорочке с рюшами на воротнике и рукавах, которые были немного длиннее самих рук.

 Надменно входя в зал для собраний, я опешила, увидев все тот же состав, кроме Мериды. Ривен восторженно поднял глаза и ухмыльнулся, увидев мою сорочку. Он понял, что это знак протеста, поэтому резко перевел взгляд в стол, чтобы не рассмеяться. Я же с горем пополам подавила в себе ответную улыбку.