Титул феникса

— Я сочувствую. Терять близкого человека — больно. Навсегда остается кровоточащая рана на сердце.

Я посмотрела в сторону дворца.

— Говоришь так, будто тебе знакома утрата близкого.

Раздался звук колокола, который означал сбор кадетов. От него по всему телу побежали мурашки. Я сжала кулаки и встала. Ничто не остановит меня от задуманного. Поднимаясь по ступенькам, я бросила Киерану напоследок:

— Выживу на испытаниях и может быть расскажу эту историю.

Глава третья

Спустя время двор стали заполнять как кадеты, так и поступающие. Я потеряла в толпе Киерана. Возможно это к лучшему. Мне было жаль его сестру, но своим нытьем он сеял во мне неуверенность. Он не знает меня и уже сомневается. Конечно, я и сама не до конца в себя верила, но старалась делать вид, что справлюсь. А то, что он рассказал про испытания, напугало до чертиков. Внутренности сжались в тугой узел, однако я все равно двинулась вперед.

Уличное пространство напоминало огромный муравейник, в углу которого возвышалась высокая каменная сцена с деревянным настилом сверху и стойкой посередине. По бокам развевались флаги с гербом Трэиндора, на котором изображался феникс с мечом в лапе.

Легенда гласила, что много лет назад всем континентом управлял обезумевший полубог Феррит — бог тумана и звуковой волны, который и создал ликанов для истребления людей. До его правления мы шли в ногу со временем и активно развивались. Однако Феррит решил, что новое — зло, после чего уничтожил все достижения и наработки. Из-за него мы разрушили связи с другими континентами и откатились назад. К сожалению, монстры мешали нам наверстать упущенное. Поэтому в современном мире у нас были ученые, многие новшества, которые удалось восстановить по чертежам, но воду мы по-прежнему носили из колодца.

Чтобы предотвратить злодеяния Феррита, отчаянный народ поднял бунт и выдвинул своим предводителем простого кузнеца Марка Флэнагана. Он повел их войной на полубога. Было совершено множество безрезультатных попыток, пока Марк не нашел решение. Пепел феникса, введенный в сердце полубога, иссушил его навечно. С тех пор на наших гербах развевался могучий феникс, а тело Феррита покоилось где-то в ущелье Диктоса.

Я переминалась с ноги на ногу от предвкушения. Мне удалось занять ближайшее место к сцене, и я стала рассматривать прибывающих кадетов. Форма песочного цвета смотрелась на них шикарно. Она состояла из куртки, широких брюк, зауженных книзу, и рубашки. На куртке выделялись ярко-красный воротник и манжеты, а на рукавах были пришиты нашивки с фениксом. Брюки имели вставки такого же оттенка. Ноги защищали плотные бежевые армейские ботинки. Всю форму усыпали карманы и крепления для оружия.

Были и те, кто носил форму черного цвета с красной нашивкой, как у Киерана. Броня с длинными рукавами состояла из кожи, в которой были вырезаны маленькие чешуйки, похожие на перья. Ремни и карманы казались скрытыми. Я предположила, что это тот самый выдающийся отряд.

Взгляд упал на большое черное пятно, в толпе, похожее на потасовку, в которой несколько бойцов в черном разнимали своих товарищей. Они не могли оттащить того, кто сидел сверху и избивал лежачего.

Спустя пару секунд, в ярости отталкивая держащих парней, высокий мужчина двинулся к сцене. Я посмотрела сначала на окровавленную щеку, потом на разбитые костяшки пальцев. На вид ему было лет двадцать восемь. Темные волосы слегка падали на лоб. Харизматичное овальное лицо с прямым носом, грубой челюстью и четкими скулами притягивало внимание. Телосложение он имел крепкое, подкачанное.

Мужчина посмотрел в мою сторону, и я встретилась с его черными, как уголь глазами. Он задержал на мне взгляд и ехидно улыбнулся, отчего по телу пробежала дрожь. Затем он поднялся на сцену, словно и не было никакой драки.

— Эй, привет! — Перед глазами кто-то яро махал рукой.

Я повернулась и увидела девушку примерно моего возраста и без формы. На квадратном лице выделялись большие круглые карие глаза. Рыжие волосы выбивались из плотной косы. А на курносом носу мило рассыпались веснушки. Она улыбалась, сверкая белыми зубами.

— Привет, говорю. Меня зовут Кираз Эверли, а тебя? — прокричала она звонким голосом мне на ухо. — Или ты немая?

— Я Ванесса Коул. Я просто…

— Засмотрелась на главного красавчика. Понимаю. — Она нахмурилась. — Но лучше тебе держаться от него подальше. Это Дерек Торндайк, сын генерала и основателя академии.

— Да я не… — запиналась я, выдумывая отговорку.

— Ты конкретно уставилась, моя хорошая. Но этот Дерек, — она с презрением произнесла его имя, — уже давно выпустился и ведет боевые действия на защитном посту Дрэта. Сюда приезжает как раз для того, чтобы переспать с очередной первокурсницей.

Она повернулась в сторону Дерека и хмыкнула.

— Ты откуда вообще это знаешь? — удивилась я.

— Потому что спать нужно не с такими смазливыми говнюками, а с теми, кто может дать нужную информацию. Идти на бойню, не попытавшись узнать, что тебя ждет, — как минимум глупо.

— Глупо… — почти шепотом буркнула я себе под нос.

Почему я не додумалась узнать про испытания у Киерана? И правда, глупо.

— Предлагаю держаться вместе, — проговорила Кираз. — Я расскажу о том, что знаю, а ты, если понадобится, поможешь во время испытаний. Годится? Одним тут будет тяжело.

Она снова улыбнулась и протянула руку для подтверждения уговора.

Мысли смешались. Я смотрела то на ее лицо, то на ладонь. От надвигающего страха покалывало кончики пальцев. Нас скоро подвергнут бог знает чему, а она улыбается так, как будто мы едем отдыхать. Можно ли верить ей? Я еще даже не поступила, а уже успела завести два новых знакомства. Подозрительно. Ладно, возможно благодаря Кираз я смогу пройти испытания.

— По рукам!

Я улыбнулась ей в ответ и развернулась слушать речь.

Генерал Торндайк торжественно с гордо поднятой головой взошел на сцену и встал рядом с сыном.

— Я приветствую бойцов, которые прошли все испытания первого курса и успешно начали второй. Лучшим из вас выдали отдельную комнату и черную форму. В этом году вы сможете испытать свои силы на фронте. Что касается остальных, то есть к чему стремиться. Но я горжусь вами и вашей маленькой победой над собой! С такими упорными и стойкими бойцами мы на шаг ближе к победе!

По рядам пронеслось «Ура!»

— Так подбородок задрал, будто сам всех тренирует, — скривившись сказала Кираз.

Генерал откашлялся и продолжил:

— Теперь вы! Маленькие трусливые щенки. — Он резко глянул в нашу сторону, где стояли поступающие. — Если вы просто хотели увидеть монстров или помахать мечом, можете сразу отправляться на фронт к простым солдатам. Там как раз нужна «живая сила»! Здесь мне не важно количество, важно качество. Поэтому мы готовим высококлассных убийц, способных защищать свой дом до последнего вздоха. — Торндайк стал активно махать руками. — Здесь нет мамочки! Никаких слез и поблажек! Никто не будет обращать внимание на то, какого вы пола. Важен лишь результат!

Я схватила рукой край плаща и крепко сжала его в руке. Дыхание участилось, я сильнее занервничала.

— Мне нужны солдаты сильные духом, непоколебимые. На пятидневных вступительных испытаниях мы проверим, достойны ли вы учиться в этой академии. Вас будут пытаться сломать, но те, кто выстоят, станут кадетами. Как только все начнется, вы сможете покинуть это здание только вперед ногами! Поэтому если хотите уйти, то делайте это сейчас. Все ясно?

Вокруг поднялся гул разговоров. Я обернулась и увидела, как четверо парней и одна девушка направляются к выходу. Речь генерала напугала меня еще больше, но я должна справиться. Я до боли впилась ногтями в ладони и продолжила глядеть на Торндайка.

Он был невысокого роста, с небольшим животом и очень смешной стрижкой набок. Узкие глаза терялись на круглом лице по сравнению с густыми черными усами. Видимо, Дерек взял всю красоту от мамы.

— Сомневаюсь, что он сам может все то, чего требует от кадетов. Разве что укатится от бладгромов, — прошептала Кираз.

Мы хихикнули, и я напряглась, заметив, как сын генерала прожигал нас взглядом.

— Кадеты второго курса! Можете спокойно идти располагаться в своих комнатах. Обучение начнется с завтрашнего дня, — продолжил Торндайк-старший.

Его сын вышел вперед и глубоким, звучным голосом скомандовал:

— Все остальные! Сейчас вы идете к левому от вас входу в академию и спускаетесь друг за другом по лестнице. В первой комнате оставляете свои вещи и проходите по коридору на начало ваших испытаний. Не топчемся на одном месте. Живо!

Я ощутила себя скотом, которого ведут на убой. В ушах зазвенело, голова немного закружилась, но Кираз взяла меня за руку и вырвала из нарастающей паники.

— Все хорошо, держимся вместе, — сказала она.

Небольшое помещение, куда мы спустились, было выкрашено в белый цвет. По трем сторонам от пола до потолка возвышались деревянные стеллажи с квадратными ячейками. В одной из них мы с Кираз оставили вещи и пошли дальше. По темному узкому коридору я следовала за парнем, который то и дело сжимал и разжимал кулаки. От подземелья и каменных стен становилось прохладно. Я несколько раз хотела протянуть руку назад, чтобы коснуться Кираз, но отдергивала себя. В академии нет места для слабости, это я уяснила. По ощущениям и по зову желудка мы двигались целую вечность. Через головы я заметила едва просачивающийся свет. Когда мы достигли выхода, едкий запах сырости и железа ударил в нос. Мы вышли в помещение размером с целый зал для мероприятий. Слева было чуть больше метра, все основное пространство находилось справа. На полу лежало множество полосатых матрасов. По периметру на стенах висели свечи. А в самом дальнем углу я заметила перегородку и бочку напротив нее, около которой стояло несколько ведер.

— Занимайте матрасы! — скомандовал низкорослый кадет.

Мы с Кираз заняли места недалеко от выхода. Спустя время, когда все расселись, парень и девушка в песочной форме направились к бочке.

— План действий такой: вас в комнате сто четыре человека. Вы должны разделиться на группы и начиная с ближайшей ко мне, пройти за перегородку. Следом снимаете с себя всю одежду и складываете в угол. Вперед!

Поднялся возмущенный гул. Многие перешептывались, неодобрительно мотая головой.

— Заткнулись! — рявкнула девушка-кадет.

Первые двадцать человек покорно двинулись выполнять приказ. Спустя несколько минут парень взял ведро, набрал из бочки воды и выплеснул в сторону ребят. Судя по крикам, вода, наверное, была холодная. Девушка кинула в поступающих пару кусков мыла и приказала мыться. Экзекуция прошла быстро. Очередь стала сокращаться.

Я перебирала все возможные варианты, чтобы избежать этого стыда. Даже подумывала сообщить им, что я принцесса, но скорее всего, меня бы подняли на смех.

Предпоследнюю группу позвали на испытание. Испуганная девушка вырвалась из толпы и побежала к выходу. Кадет в черном, который стоял там, резко схватил ее за шею и с размаху ударил головой об стену. Хлынула кровь.

Он сломал ей нос?

Я думала, что ее заставят вернуться, но он ударил еще раз и еще. После чего развернул спиной к себе, достал нож и полоснул по горлу. Запах крови вызывал тошноту. В помещении воцарился хаос. Оглушающие крики отражались от стен, у меня зазвенело в ушах. Двое парней решила попытаться убежать. Тот же самый кадет уложил одного на лопатки и вонзил лезвие в глаз. Затем вынул его и метнул оружие в сторону второго парня, который успел выскользнуть в коридор. По глухому звуку рухнувшего тела, я поняла, что он попал.

— Ты что творишь? — едва слышно прошипел другой кадет и дернул этого монстра за локоть.

Вместо ответа он грубо оттолкнул его и что-то прошептал на ухо, отчего парень с широко распахнутыми глазами попятился назад.

Поступающие вскочили на ноги. Я стала подниматься вместе с ними, но Кираз схватила меня за руку и потянула вниз.

— Не надо, сделаешь только хуже, — тихо проговорила она.

Сердце бешено колотилось, перед глазами мелькали черные точки. В попытке успокоить себя, я закрыла глаза. Воспоминания унесли меня во дворец. Служанка Марта несла нам с папой завтрак, пока мы дурачились в беседке. Вокруг царила тишина и спокойствие.

Что-то тяжелое с глухим стуком упало слева от меня. Я повернулась на звук, раскрыла глаза и увидела, что тела пятерых ребят скидывали в угол друг на друга.

— Как напоминание, — ухмыльнулся тот самый кадет в черном.

Его худощавое лицо и русые жирные волосы вызывали неприязнь. Впалые щеки, маленькие глазки и кривой нос напоминали крысу, а длинный шрам на щеке мог означать, что он выжил в серьезном бою.

Из-за него нас стало меньше. Страх заставил меня подняться и вместе с оставшимися ребятами направиться к перегородке. Мы с Кираз разделись и вжались в холодную стену. Рядом стояли шесть девушек и двенадцать парней. Мне было стыдно смотреть на них, и я опустила голову, на свои сцепленные в замок пальцы.

Кожу пронзил острый холод, словно тысячи игл впивались в каждую клеточку моего тела. Бочка, из которой низкий кадет набирал воду была широкой и низкой. Из нее почти все вычерпнули, поэтому он всего пару раз плеснул в нас, когда мы только встали за перегородку, кучкуясь, чтобы поместиться. Я переминалась с ноги на ногу, пока ждала один из пары кусков мыла. Ими уже перемылись все в этом помещении. Мерзость. После того, как все намылились, кадет плеснул в нас еще тройку раз и ехидно усмехнулся. Я смогла смыть лишь часть пены, а на тех, кто находился сзади возможно и вовсе не попало воды.

— Для кадета не должно быть никаких границ. Вы должны отбросить сентиментальные моральные устои! — прокричал низкорослый парень и снова выплеснул на нас воду.

Никаких границ? Так все это для того, чтобы нас проучить? Унизить? А не для чистоты.

Он пожирал нас глазами и злорадно улыбался. Мне захотелось начистить его дурацкую рожу. Думаю, что многим захотелось.

Когда все оделись и вернулись на места, нам раздали воду и сухой паек.

— Неужели такие щенки, как мы, заслуживают еду? — прошептала Кираз мне на ухо, разворачивая свою порцию.

Я громко усмехнулась, чем привлекла внимание кадета-убийцы в черном.

— Думаю, вам должно быть не до смеха. После приема пищи по одному проходим за ту дверь. — Он указал на толстую деревянную дверь напротив него. — Ты, розовая, пойдешь первой.

Видимо, его все это забавляло.

Как только я дожевала последний кусочек курицы с рисом и проглотила корочку подсохшего хлеба, то сразу же покосилась на своего палача. Я не знала, что будет происходить за этой дверью, но судя по всему, ничего хорошего.

Прошло несколько минут, прежде чем кадет заметил, что я закончила трапезу.

— Вставай и пошли!

Я встала и, не смотря в его сторону двинулась к входу. Дверь оказалась очень тяжелой и мне не хватало сил, чтобы открыть ее.

— Тяни, слабачка! — рявкнул кадет.

Наконец мне удалось дернуть за ручку так, что показалась небольшая щель, куда я засунула ногу. Следом находился коридор, который освещали спиртовые лампы. Я насчитала по пять дверей с каждой стороны и одну напротив.

— Первая справа, слабачка!

Отлично, он еще и мастер придумывать прозвища.

Кадет толкнул меня в спину, когда я проходила в следующую комнату. Там оказалось довольно светло.

— Садись! — приказал кадет.

Я обошла единственный стул и села. В помещении больше ничего не было.

Удар!

От неожиданности я прикусила щеку изнутри. Во рту появился привкус крови, а челюсть заныла. Только я схватилась за лицо, как кадет отдернул мои руки и закричал:

— Мое имя Бэн Кофф! И сегодня я буду испытывать тебя на прочность. Ты не уйдешь отсюда, пока я не скажу, что с тебя хватит. Понятно?

Я кивнула. И за этим последовал удар. Что-то влажное стекало от глаза к щеке. Мне захотелось вытереть это рукой, но он снова ударил меня.

— Я спросил: тебе понятно?

— Да! — крикнула я так сильно, что потянула ноющую челюсть.

— Итак, мне незачем спрашивать твое имя. Возможно, ты даже не доживешь до завтрашнего утра. Поэтому задам лишь один вопрос: зачем ты здесь?

Он забрызгал меня слюнями, пока кричал.

Я опешила, не зная, что отвечать, и снова получила удар по лицу.

— Зачем ты здесь? Я не люблю повторять! — Бэн больно дернул меня за волосы.

— Чтобы защищать свое королевство!

Удар!

На этот раз он попал в плечо. Я почувствовала, как тело вопит от боли, а мышцы непроизвольно сжимаются в спазме. Плечо охватило невыносимое жжение, а потом оно и вовсе онемело. Рука стала непослушной, а любое движение вызывало страдание и слезы.

— Чтобы нести долг королю! — стиснув зубы, выдавила я.

Снова удар!

Вся верхняя часть тела ныла от повторяющихся избиений. Я боялась даже представить в каком состоянии мое лицо.

— Зачем ты здесь? Ты должна желать им смерти больше всего на свете!

Слово «зачем» эхом раздавалось в ушах. Мозг не мог придумать очередной ответ.

Удар!

— Долго думаешь, девчонка!

— Я здесь, чтобы убивать ликанов и бладгромов!

Он скинул меня со стула и ударил ногой по ребрам.

— Кого ты должна в этом винить? Из-за кого ты проходишь эти жуткие испытания и вынуждена учиться драться? — он кричал на меня с такой агрессией, словно это я ликан, которого он должен убить.

— Из-за ликанов! — из последних сил произнесла я и, прежде чем отключиться, услышала:

— Правильный ответ.

Когда я очнулась на жестком матрасе, то сразу же увидела Кираз в ужасном состоянии. Я попыталась вскочить, но тело пронзило жгучей болью. Следом замелькали воспоминания о произошедшем. Кир лежала лицом ко мне: один ее глаз заплыл, на теле начали проступать фиолетовые синяки, а из носа выступала кровь.

Черт! Как можно было добровольно на это согласиться? Поэтому они и держат испытания в секрете. Ни один человек в здравом уме не пойдет на такое. Из слов Бэна я поняла, что он пытался вызвать у меня сильнейшую ненависть к врагу тем, что избивал, пока я не сказала, что во всем виноваты ликаны.

Кираз открыла здоровый глаз и прошептала:

— Все должно было быть не так, все не так, не так, как говорил…

Я погладила ее по лбу, попыталась успокоить.

— Все хорошо, тебе нужно поспать.

Мысли о доме утешали, хотелось спрятаться в них, однако я сразу же представляла лицо отца, когда он вошел в мою, залитую кровью комнату. Насколько сильно я ранила его? И сможет ли он пережить потерю ребенка? Сейчас я должна сосредоточиться на выживании, а для этого мне необходимо собрать все свое мужество и не причинять себе боли мыслями о нем. Он справится. Я на это надеялась.

С трудом я расслабилась, прижавшись к подруге, и уснула.

Глава четвертая

Крик. Звон разбитого стекла. Я вскочила с постели и побежала в коридор. Мимо проносились толпы напуганных слуг. Они издавали дикие вопли, отчего дворец погрузился в хаос. Мимо пробегала Марта, и я успела схватить ее за руку и остановить.

— Что происходит? — громко спросила я.

— Блад…блад… Бладгромы! — заверещала она, хватаясь руками за голову, затем оттолкнула меня и промчалась мимо.

Что? Как они могли попасть во дворец? Это невозможно! Они бы не смогли пройти через весь город незамеченными.

Я поспешила к комнате родителей. Когда мне оставалось пройти пару шагов, из нее вылетел отец. Он стукнулся затылком о стену и на миг потерял сознание. Я подскочила к нему. Опустившись рядом на колени, я обернулась, чтобы посмотреть кто это сделал, и увидела маму. Она с улыбкой смотрела вглубь комнаты.

— Ма-ам? Что ты…

В эту секунду к ней подошел бладгром в черной кожаной маске, которая закрывала лишь его череп и часть лица. На лбу был нарисован белый символ, похожий на что-то из древнего фиртского языка. Он приобнял маму за талию и улыбнулся, обнажив острые клыки.

Я замерла. По телу пробежала ледяная дрожь. Дыхание сперло, голос пропал. Мне не удавалось крикнуть или что-то сказать. Из-за угла выбежал еще один монстр и направился в мою сторону.

Папа очнулся и прокричал:

— Ванесса, беги!

Я вскочила и понеслась к лестнице. Монстр догнал меня у первой ступени, затем рывком развернул к себе. Красные, налитые кровью глаза с жаждой уставились на меня, так близко, что я могла наблюдать, с какой невероятной скоростью пульсировали его зрачки. Темно-бордовая, почти черная жидкость сочилась из уголков и стекала по маске. Бладгром схватил меня за руку, и я увидела, как нечто извивается по его выпуклым венам. Оно, словно живое, пыталось порвать кожу и вырваться. Я толкнула его в живот, но он даже не покачнулся. Тогда я укусила его за руку и освободилась. Только вот забыла, что нахожусь на краю, наступила в пустоту и покатилась вниз. Последнее, что я увидела, — как из руки бладгрома вылезло четыре огромных черных когтя, и, пока я падала, он в последнюю секунду успел полоснуть меня ими по боку.

— Не-е-ет!

Я проснулась от собственного крика и резко схватилась за живот, скорчившись от острой боли. Кто-то коснулся моего плеча. Кираз.

Ее глаз стал темно-фиолетового оттенка и опух сильнее. Я боялась даже представить, что с моим лицом. Кончиками пальцев, я дотронулась до щеки и почувствовала, как сильно она надулась. Все тело ныло при каждом движении.

— Эту ночь не выдержали двое, — с печалью в голосе произнесла она.

Я оглянулась, чтобы посмотреть в угол, где лежали первые тела, но там остались лишь пятна крови. Никого.

— Вчера ты шептала, что все должно быть не так, что это значило? — спросила я и села спиной к стене.

— Мой знакомый говорил, что в первый день после унизительной помывки с каждым проведут беседу насчет монстров. Беседу, черт возьми, а не пытку. — Она вскинула руки и поморщилась. — Бэн к концу, видимо, устал и вместо кулаков использовал деревянный длинный брусок. Где он его взял, я понятие не имею, но хорошо, что мы отмучались в начале.

Она кивнула в сторону девушки на лице которой не было живого места.

— Что сегодня ждет, знаешь?

Я коснулась шишки на голове и зашипела.

— По плану нас должны привязать к стульям и под потоком воды необходимо будет выбраться за определенное время. Но теперь я не уверена, что все пройдет именно так.

Я тяжело вздохнула.

— А куда ходить в туалет, сказали? — поинтересовалась я.

— В ведро за перегородкой.

Я скривила лицо. Это отвратительно.

Спустя время мы позавтракали корочкой хлеба с маслом и запили ее водой, которую пришлось вычерпывать из бочки. После этого мы просидели по ощущениям часов девять, но, возможно, время в ожидании новой боли тянулось медленнее обычного.

— А ты откуда? — спросила Кираз, ковыряя пальцами камень в стене.

Черт, надо было заранее придумать полную легенду от имени до места жительства.

— Я здешняя, мой дом практически в получасе ходьбы. А ты?

Пришлось сказать правду, но было трудно догадаться, что я имела ввиду дворец.

— А я приехала из Анд. Мой отец всегда мечтал о сыне и в итоге вырастил боевую дочь, — с усмешкой ответила она и слегка скривилась, видимо от боли.

— Из Анд? — Я вспомнила письмо, которое нашла на столе отца. На их деревню недавно напали бладгромы. — Там за последнее время ничего не происходило? — спросила я, как можно непринужденнее.

— Так я уже целую неделю нахожусь в Трэиндоре. А что, ты что-то зна…

Ее прервал знакомый мужской голос.

— Встали и пошли! — прокричал появившийся из-за угла, Бэн. — Вторая дверь слева. Заходим!

Он вообще может не кричать? Хоть иногда.

В новом помещении висело большое количество ламп, которые сверху закрывались маленькими металлическими навесами. По потолку тянулись непонятные зигзаги из того же материала. В некоторых местах они спускались вниз. Туда, где стояли железные стулья. Я еще никогда не видела такой системы. Здесь воняло сыростью больше всего, а местами пол покрывала плесень. На одной из стен было закреплено множество веревок.