Братья Карамазовы. 3 том. 3 Книга

Но продолжим. Надо сказать, что у нас в России, олицетворением Нового времени, стал, думаю не ошибусь, если скажу: что Петр I. Именно он изменил коренным образом сознание русского человека и внес новый уклад в его жизнь. Только печально, что у них Кант, а у нас Петр, почувствуйте разницу между этими фигурами, их методами и тогда вы поймете почему я говорю: «печально». У них эволюция, а у нас революция. Видимо радикализм, на фоне застылого консерватизма, присущ сознанию русского человека.

Что, как я считаю, главным образом сделал Кант? Он упразднил догматизм, вместе с ним Христа, а Бога оттеснил в угол человеческого сознания. Да, именно с Канта можно считать и стало очевидно понятно, что европейское сознание уже переросло христианское учение и это уже покажет девятнадцатый век, в котором появились, и исследователи как Ренан и Дарвин, и философы как Шопенгауэр и Ницше. Да, Кальвин и Лютер отчаянно стремились спасти христианское учение и не зря тогда появилась эпоха Реформации. Но из Кальвиновского учения, зародился только пагубный социализм. Быть может, они уже интуитивно предчувствовали закат христианства. Но эволюцию человеческого миропонимания нельзя остановить, оно будет всегда продолжаться, только в европейском случае и нашем тоже, она пошла не на новый виток спирали эволюции, а вспять. Другими словами, европейский человек вылил из таза воду, а вместе с ней и ребенка. Но как европейская семья без ребенка будет жить? Возникнет всепоглощающая и уничтожающая сущность человеческую — пустота. Потому, я уверен, в недалеком будущем, уже в этом веке, философы заговорят о кризисе европейского сознания. Мы можем сказать, что мы переросли христианство и теперь смотрим в другую сторону. Да, хорошо, но только есть один нюанс — Бог-то из человеческой жизни никуда не исчез и это независимо от его представления о Нем. И тщетно они будут цепляется в ложной надежде за нравственность и моральные законы, в чем-то пытаясь заменить Бога. Думая, при этом, что остаются людьми в широком смысле этого слова, забыв, что, как только человек исключает из своего сознания Бога, он тут же становится подобным животному. Потому что животное не подозревает и не знает о существовании Бога. И только люди с самых своих истоков уже знали о Боге. Это был их первый шаг, в результате которого, человекообразная обезьяна стала полноценным человеком. Но Бог и нравственность, мораль, это не одно и тоже, хотя это утверждение об этом тождестве родилось из выводов о христианском учении. И как я понял, это пытался представить Кант, в виде этики и эстетики. Но из христианского учения же, при участии Кальвина и французской революции, также вышел и социализм. Но мы не можем сказать, что это тоже тождественно Богу. Так и с нравственностью и моралью, которые, исключив Бога и при техническом прогрессе, который уже начался, породят сознание технократа, для которого будет действовать правило: «Все что хорошо и полезно мне, то нравственно и морально оправдано». И получится вот так:

«…Мы ничего не хотим помнить. Мы говорим: довольно, повернитесь к прошлому задом! Кто там у меня за спиной? Венера Милосская? А что — ее можно кушать? Или она способствует ращению волос? Я не понимаю, для чего мне нужна эта каменная туша? Но искусство, искусство, брр! Вам все еще нравится щекотать себя этим понятием? Глядите по сторонам, вперед, под ноги. У вас на ногах американские башмаки! Да здравствуют американские башмаки! Вот искусство: красный автомобиль, гуттаперчевая шина, пуд бензину и сто верст в час. Это возбуждает меня пожирать пространство. Вот искусство: афиша в шестнадцать аршин, и на ней некий шикарный молодой человек в сияющем, как солнце, цилиндре. Это — портной, художник, гений сегодняшнего дня! Я хочу пожирать жизнь, а вы меня потчуете сахарной водицей для страдающих половым бессилием…»

Глава 1

«Хождение по мукам»

А. Н. Толстой

Но вернемся к Канту, который, перевел Европу из метафизического восприятия реальности в рациональный трансцендентализм. И здесь сделаем оговорку: русское сознание до сих пор пребывает в метафизическом состоянии. То есть европейский менталитет отказался от средневековых образов, а мы нет. Думаю, даже в этом веке появится какой-нибудь русский нью Гете и представит сочинение о Мефистофеле, Фаусте и Маргарите, что ясно покажет наше отставание на два века от европейского. Потому что представленная им реальность не корректна и настолько неказиста, в свете уже произошедшей эволюции сознания, что даже допустить такое европейскому человеку будет, даже не свойственно, так как это просто нелепо для нынешнего века. Но что поразительней всего, это то, что у него окажется много поклонников, но только среди российского читателя, которым владеют средневековые образы. И как долго это продлится никому не известно. Ну, пока видимо снова не случится революция в его сознании. И вот наглядный пример: у нас не было периода Реформации, не было Лютеров и Кальвинов, зато был патриарх Никон, который реформировал церковь, и его методы в аккурат укладываются в канву методов Петра. Все через кровь, через жертвы и путем насилия сверху. И это, предельно явственно нам показывает, насколько мы не только отсталый, но и дикий народ. Потому что мы до сих пор осознаем себя стадом, а не обществом, которое ждет, что сделает пастух, а не то, что решит общее собрание. По сути своей все мы вышли не из гоголевской шинели, и этого мы бы очень хотели, чтобы так было. На самом-то деле, мы все вышли из крестьянских лаптей и доказательство тому: Россия, прежде всего, аграрная страна. Наши города похожи на собрание строений усадебного типа и только Петербург, выстроен, действительно, как настоящий город. Знаешь, смешно, когда читаешь, о том, что «Высшим Светом», как принято было называть тогда, собрание «великосветских», как они о себе думали, лиц. Когда эти лица собирались, разодетые по французской моде лишь для того, чтобы обсудить свои животные инстинкты и межвидовые взаимоотношения. Более высокими вопросами интересоваться им было, как-то не свойственно, ибо в большинстве своем имели домашнее образование.

По всему видно, что в России не произошла эволюция философской мысли, что наше сознание всегда двигалось спонтанными толчками, что и является причиной революции. Наши деятели, в силу того что их миропонимание метафизическое, а не рациональный трансцендентализм, видимо, из-за чего, не смогли размышлять и писать об учении хотя бы о Спинозе и Канте. Потому в Россию, как стихийное бедствие, явился нигилизм, как порождение Шопенгауэра, но, вот что интересно: об этом в русском народе, в большинстве своем, никто и не подозревал. За ним, как следствие, созрел в головах атеизм — порождение Ницше. И, тут та же история. А на фоне этого, за образец общественной мысли мы взяли Марксизм. И получится что:

«…Русский мужик — точка приложения идей. Да. Но если эти идеи органически не связаны с его инстинктами, с его вековыми желаниями, с его первобытным понятием о справедливости, понятием всечеловеческим, то идеи падают, как семена на камень. И до тех пор, покуда не станут рассматривать русского мужика просто как человека с голодным желудком и натертым работою хребтом, покуда не лишат его, наконец, когда-то каким-то барином придуманных мессианских его особенностей, до тех пор будут трагически существовать два полюса, — ваши великолепные идеи, рожденные в темноте кабинетов; и жадная, полузвериная жизнь. Мы критикуем вас не по существу. Было бы странно терять время на пересмотр этой феноменальной груды — человеческой фантазии. Нет. Мы говорим — идите и претворяйте идеи в жизнь. Не ждите и не философствуйте. Делайте опыт. Пусть он будет отчаянным. И тогда вы увидите, с какими идеями и как вам нужно идти…»

Глава 1

«Хождение по мукам»

А. Н. Толстой

И вот сейчас наступает уже Новейшее Время, мы можно сказать находимся на его пороге. Не зря многие читают и толкуют Апокалипсис, а православные попы пугают всех Страшным Судом. Словом, в русском обществе витает идея конца времен. И в этом обществе произошла эволюция, хотя быть может на интуитивном уровне, но оно уже больше не хочет быть стадом, а ассоциирует себя с обществом, а потому не хочет больше подчинятся пастуху. Это нормальный процесс, но только опасный, ибо переход от единовластия к общественной власти, при наличии революционных сил, а они как опасный вирус, чреват гибельной катастрофой не только для страны, но и для народа. Я даже не хочу загадывать, что может быть, если русское общество не сможет самоорганизоваться и обеспечить политикоадминистративное функционирование страны. Тогда нас всех склонят к строительству Царствия Небесного, в пределах нашей страны, тогда как Европа, только лишь мечтает о социалистическом рае. Вы можете мне сказать словами:

«Вы правы так же, как права лавина, когда обрушивается с гор. Мы давно ждем пришествия страшного века, предугадываем торжество вашей правды. Вы овладеете стихией, а не мы. Но мы не подопрем плечами вашу лавину. Мы знаем — когда она докатится до дня, до земли, — сила ее иссякнет и высшая справедливость, на завоевание которой вы скликаете фабричными гудками, окажется грудой обломков, хаосом, где будет бродить оглушенный человек. „Жажду“ — вот что скажет он, потому что в нем самом не окажется ни капли влаги. И вы не дадите ему пить. Берегитесь, — Вельяминов поднял длинный, как карандаш, палец и строго через очки посмотрел на ряды слушателей, — в раю, который вам грезится, во имя которого вы хотите превратить живого человека в силлогизм, одетый в шляпу, пиджак и с винтовкой за плечами, в этом страшном раю грозит новая революция, — быть может, самая страшная изо всех революций — революция Духа…»

Глава 1

«Хождение по мукам»

А. Н. Толстой

…но не атеистического, по сути, духа, а Святого Духа, я жажду. Вот в это по сущности судьбоносное время я и взялся за написание «Утверждения Новейшего Знания». Хотя это не я должен делать, а отцы церкви, это их работа. Они, этим написанием должны были возглавить процесс по изменению русского сознания, выводя его, без всяких революций на новый виток эволюционного развития. Но учитывая, что даже Христа восприняли однобоко: а он нес не только Слово Божье, но и был прекрасным целителем, соединив таким образом, богословие с медициной: не леча тело, не вылечишь и душу, и не леча душу, не вылечишь и тело. То значит все служители церкви, по Его примеру должны были обладать медицинскими познаниями. Но медицина это уже наука, а царившее метафизическое восприятие, основанное только на средневековых образах и чуде, отвергало, этот, казалось бы, очевидный факт. И не стали целителями отцы церкви, а лишь служителями культа и потому им и в голову не пришло, что наступила пора дать русским людям новые знания о Боге, ибо из старых, он вот-вот вырастет и отвергнет их вместе с Богом, как это сделали европейцы. Теперь же, почему такое название я избрал для своего труда? Да, потому что Новейший Завет с их озарениями, ниспослано нам Святым Духом, и оно запечатлено в нашем с вами сознании, а в бумаге, происходит его трансформация. И потому звучит как: «Утверждение Новейшего Знания». Чтобы он, а в нем вы Ева Александровна, стали олицетворением Новейшего Времени, а не Зверь, который придет, если Антихрист совершит переворот при руководстве Мефистофеля, если пользоваться средневековой терминологией, и станет персонификацией Новейшего Времени, на многие годы вперед. Чтобы в русском человеке произошла эволюция сознания, чтобы он наконец заплыл за буйки христианского учения, к новым знаниям, не теряя при этом веру в Бога. Что предельно важно. Другими словами, чтобы в будущем, после периода Просвещения, что жизненно важно и необходимо, наступила в России эпоха Одухотворенности, где Человек, как Творец, в Духе своей Божественной природы.

Теперь возвратимся к Канту. Знаете, благодаря этим лекциям, я стал смотреть на написание Новейшего Завета, с других позиций. Многое предстоит пересмотреть и передумать, а главное, что его написание теперь будет строиться иначе. Да, если я не утвержу в нем мессианской роли русского народа, то он, я боюсь будет обречен на провал. Странно это заметить: каждый кто говорит или думает об исключительной роли русского народа, сам для себя не подозревает, о том, что выставляет и оправдывает комплекс неполноценности русского народа. Каждый народ уникальный в своем роде, как и каждый человек, и потому, выделять одного перед другими, это говорит лишь о недалекости, глубоком, заскорузлом консерватизме и неразвитости говорящего, скверно пахнущим ксенофобией, если мягко, так можно выразиться. Мы, и за христианство-то держимся, потому что нуждаемся найти в нем утешение для себя, а также крепко сидящая в нас потребность в удовлетворении, ощущения неотвратимости воплощения справедливости в жизни.

Но, Кант, Кант и его учение. Разумеется, я не смогу вам провести полный экскурс по нему, но, чтобы хотелось сказать, и думаю это будет для вас фундаментальным знанием. Это, то, что он все свое учение строил вокруг априорных понятий, и по сути, игнорировал апостериорные понятия, что является, как мне видится несколько однобоко и делает его аналитические заключения неполноценными. Нельзя жизнь исследовать только ее внутреннюю часть. Необходимо видеть и ее внешнюю, а особенно невидимую, невещественную часть и формировать свое знание исходя из всего этого. Хотя Кант и так много сделал для своего временного периода, и, быть может, я чрезмерно многого от него хочу. Знаете, пространство, как Бог, существует независимо от нашего знания и восприятия его нами, как, собственно, и наше бытие. А время, то бишь часы, лишь прибор для измерения магнитного момента в переходе атома из одного тонкого уровня в другой, вследствие чего происходят изменения, в пространстве, в разных формах и процессах живых организмов, физических тел и явлений. А так, по сути, времени, как такового не существует, а есть лишь жизненный процесс, который мы и называем временем.

В заключении своего выступления, я хотел бы провозгласить Гимн Богу: ГИМН АХУРА-МАЗДЕ, коль мы с вами переходим от Запада к Востоку. Ибо благодаря ему, все может быть возможным и все вокруг происходит. И об этом всегда следует помнить!».

АВЕСТА

ГИМН АХУРА-МАЗДЕ

(Яшт1, "Ормазд-яшт")

0 Во имя изэдов!

Пусть процветает величие и слава Ахуры Мазды, владыки

благодатного! Творцу Ахуре Мазде великолепному,

хварноносному, пребывающему в духовном мире, да придет

(он к нам)!

Во всех грехах раскаиваюсь . . . я искупаю их.

Радость будет Ахуре Мазде, отвращение Ангра Майнью

от творящих благо с желанием лучшего продвижения!

Хвалу возношу Благим Мыслям, Благим Словам

и Благим Делам, мыслям, словам и деяниям!

Я избираю Благие Мысли, Благие Слова и Благие Дела;

я отрекаюсь от мыслей дурных,

от слов дурных и поступков дурных!

Вам приношу я, Амеша Спэнта, хвалу и молитву,

в первую очередь мыслью, в первую очередь словом,

в первую очередь делом, в первую очередь духом,

в первую очередь телом, жизнь приношу Вам свою!

Восславлю Истину:

Истина — это высшее благо . . . (3 раза)

Исповедую себя как маздаясниец, зороастриец . . .

в радости, в славе;

на радость Ахуре Мазде великолепному, хварноносному

в хвале и молитве, в радости, в славе!

«Как избран владыка», — скажет мне заотар,

«Так и страж от Истины», — промолвит пусть Знающий Истину!

1 Спрашивал Заратуштра Ахуру Мазду:

«О Ахура Мазда, Дух Святейший, Создатель мира телесного,

праведный!

Что из Святой Мантры сильнейшее, что победнейшее, что

хварноноснейшее, что эффективнейшее (при обновлении мира),

2 что самое разящее, что целебнейшее, что лучше всего

преодолевает вражду дайвов и смертных, что во всем мире

телесном лучше всего проясняет мысль, что во всем мире

телесном лучше всего поднимает жизненный дух?»

3 И молвил Ахура Мазда:

«Наши имена, о Спитама Заратуштра, имена Бессмертных

Святых.

Это и есть из Святой Мантры сильнейшее, это победнейшее,

это хварноноснейшее, это эффективнейшее (при обновлении

мира),

4 это самое разящее, это целебнейшее, это лучше всего

преодолевает вражду дайвов и смертных, это во всем мире

телесном лучше всего проясняет мысль, это во всем мире

телесном лучше всего поднимает жизненный дух.»

5 Тогда говорил Заратуштра:

«Молви же мне это имя, о праведный Ахура Мазда, Твое

величайшее, наилучшее, красивейшее, эффективнейшее (при

обновлении мира), самое разящее, целебнейшее, то, которое

лучше всего преодолевает вражду дайвов и смертных.

6 Чтоб в борьбе я одолел их,

Всех — и демонов, и смертных,

Чтоб в борьбе я одолел их,