Школа агентов. Новая команда

Тони повернул голову.

— Они будут эксплуатировать тебя по полной. — Джек говорил с лёгкой усмешкой, но глаза говорили, что он абсолютно серьезен. — Рей считает, что если человек не занят — значит, он бездельник. А Шейн… он всегда найдёт тебе работу, даже если ты будешь валится с ног от усталости. Так что готовься.

Тони смотрел на него. В темноте его глаза блеснули от удивления.

— Смеешься?

— Ни капельки, — ответил Джек. — Ты теперь часть команды. А это значит, что свободного времени у тебя не будет, так же, как и у нас.

Тони смотрел на него долго. Потом усмехнулся, тепло, почти дружелюбно.

— Знаешь, — сказал он, — я уже начинаю жалеть, что решил остаться.

Джек усмехнулся. Коротко, почти беззвучно.

Они сидели молча, глядя в темноту. Холодный ветер шевелил ветки сосен. Где-то вдалеке ухнула сова.

* * *

Утро среды встретило их первым настоящим солнцем за последние дни. Оно пробивалось сквозь разорванные тучи, ложилось на парты золотыми полосами, поднимало пыль в воздухе — и казалось почти неуместным после всего, что они пережили.

Лина вошла в класс последней.

За партами сидели не только «Дельта». Здесь был «Щит» — Марго у окна, Стефан с прямой спиной, Андрэ с блокнотом, который он не открывал. Джек отсутствовал. В последнее время он часто пропадал с наставниками, помогая им. Так же, как и Тони. Но сегодня Тони стоял у стены, скрестив руки, его лицо было спокойным, но взгляд — цепким. Он не спешил присоединится к ученикам.

Воздух был густым от смешанных голосов и напряжения, которое висело над каждым столом.

Лина села на своё место. Она не знала, что видят остальные, когда смотрят на неё. Кого — или что. Она просто села и положила руки на стол, глядя прямо перед собой.

Рей была одета в строгий чёрный костюм, волосы аккуратно убраны. Ровная, собранная уверенность. Лина почувствовала, как внутри неё разжимается узел, который сжимался последние два дня. Рей в порядке. Это было всё, что имело значение.

Шейн шёл на шаг позади, с планшетом в руках. Его лицо было серьёзным, но он выглядел почти отдохнувшим — насколько это было возможно.

— Доброе утро, — голос Рей был чётким и собранным. — Сразу по делу. Мы переезжаем. До конца учебного года будем работать на городской площадке — «Атлант-2». Там безопаснее, и это даёт больше возможностей для практики.

Она посмотрела на них — коротко, без улыбки.

— Вопросы?

Тишина стала плотной. А потом — гул. Удивлённый, приглушённый. Марго нахмурилась, переглянулась со Стефаном. Андрэ присвистнул под нос. Шиммер, сидевшая на краю парты, перестала крутить телефон и подняла голову.

Город. Школа. Не лес, не изоляция, не постоянное чувство опасности. Обычный мир, которому они уже не принадлежали.

Шейн шагнул вперёд, перехватывая внимание.

— Это не означает, что ваше обучение закончено или что вы возвращаетесь к прежней жизни. Вы остаётесь под нашей опекой. Мы просто сменим декорации — на более… урбанистические.

Он перевёл взгляд на «Щит».

— «Щит» — готовитесь к тренировке. Через десять минут в зале.

Марго поднялась первой, не глядя ни на кого. За ней — Стефан и Андрэ. Они вышли молча, как тени.

Шейн обернулся к «Дельте».

— А вы — достаёте тетради. Сегодня пишем контрольные. Нужно понять, как много вы пропустили.

Лина усмехнулась — коротко, без тепла. Контрольные. После всего, что случилось - её ждут контрольные. Абсурд. И в то же время — странное облегчение. Возвращение к нормальности. Или к тому, что могло ею быть.

* * *

После отбоя Джек сидел на полу пустого спортзала. Свет был выключен — только лунный свет пробивался через окна, оставляя на полу полосы серебра. Он прислонился спиной к стене, смотрел в потолок и слушал тишину.

Он не слышал, как открылась дверь.

Стефан и Андрэ вошли вместе. Они остановились в дверях, глядя на него. Джек поднял голову. Посмотрел на них. Усмехнулся — коротко, без тепла.

— Выглядите так, будто пришли на похороны.

— Мог хотя бы сделать вид, что рад нас видеть, — сказал Андрэ.

— Я думал, вы всё ещё ненавидите меня, — ответил Джек, отворачиваясь.

— Черт, Джек, мы к тебе со всей душой, - выдохнул Андрэ. – Короче, прости нас.

Джек медленно откинул голову назад, лёг на спину, глядя в потолок. Его голос звучал ровно, почти скучающе, но в нём слышалась острая, как лезвие, колкость:

— Простить? За то, что ты обзывал друга предателем, а потом оказалось, что он спасал тебе жизнь? Ой, давайте без драмы.

— Нам правда стыдно, Джек, — сказал Стефан. — Но в тот момент мы хотели, чтобы ты сдох.

— Значит, я хорошо играл свою роль, — ответил Джек. Голос был ровным, но в нём звучала горечь. — Могу гордиться собой.

Андрэ шагнул вперёд, сел на корточки рядом.

— Ты можешь ударить меня, — сказал он. — Я заслужил.

Джек повернул голову, посмотрел на него. Секунду. Потом медленно сел.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно. Бей. Я не буду защищаться.

Джек молчал ещё секунду. Потом его тело расслабилось — настолько, что это стало заметно в полумраке. Он выдохнул — медленно, почти беззвучно.

— Ты прав, — сказал он. — Заслужил.

Он резко перекатился, схватил Андрэ за запястье, дёрнул на себя — и через мгновение тот уже лежал на полу, прижатый плечом к матам. Захват был быстрым, точным, болезненным.

— Я тоже вас ненавидел, — прошептал Джек, нависая над ним. — Каждую секунду. Но я помнил, что вы — мои друзья. И я не мог позволить вам умереть.

Андрэ лежал, не сопротивляясь. Его дыхание сбилось — от неожиданности, от напряжения, от облегчения.

— Если бы я хотел тебя ударить, — сказал Джек, ослабляя хватку, — я бы сделал это тогда, в коридоре.

Он отпустил Андрэ, откатился на спину и снова уставился в потолок.

— Ты стал быстрее, — сказал Андрэ, потирая запястье. — Раньше я успевал вывернуться.

— Раньше от этого не зависела моя жизнь.

В зале повисло напряженное молчание.

Стефан наконец, отошёл от двери. Прошёл к ним, сел рядом. Положил руки на колени.

Они сидели в темноте, глядя в потолок.

— Прости, что мы не верили тебе, — сказал Стефан.

— Вы верили тому, что видели, — сказал Джек. — Так было нужно.

— Мы были идиотами, — сказал Андрэ.

Джек помолчал.

— Были, — согласился он. — Ну, хоть не совсем безнадёжными, раз поняли это сами.

Он сделал паузу. Посмотрел на них — на Стефана, на Андрэ, на их лица, которые всё ещё были напряжены, даже после извинений.

— Но если вы собираетесь пережёвывать это до конца жизни — я лучше шагну с крыши, — сказал он. — Если мы застрянем в этом болоте самокопания — мы не выживем. Нам нужно двигаться дальше.

Глава 32

«Вы должны стать сильнее. Настолько сильными,

чтобы могли идти со мной рядом»

Настроение главы: Phil Rey - Like Hungry Wolves

Россия, Уральские горы. Школа «N-2-05» — «Атлант». Октябрь, 23 - 25 октября, четверг - суббота

Тони уже не спал. Сидел на краю кровати в своей комнате — маленькой, безликой. За окном падал снег, и от этого казалось, что мир сузился до размеров этой комнаты.

Он не заслуживал быть с ними.

В дверь постучали — коротко, два удара. Тони вздрогнул, инстинктивно потянулся к поясу, где обычно висел пистолет, но вспомнил — оружие он сдал. Дверь приоткрылась, и в проёме показался Шейн.

Он вошёл, закрыл за собой дверь. Сел на стул напротив — единственный в комнате.

— Ты хочешь уйти?

Тони замер.

— Что?

— Я спрашиваю, хочешь ли ты уйти. Отсюда. От нас. Начать всё заново там, где тебя не знают.

Тони медленно повернул голову. Взглянул на Шейна — и увидел, что тот не шутит.

— Ты серьёзно?

— Я никогда не шучу по таким вопросам, — ответил Шейн. — Ты помог нам. Ты рисковал жизнью. Ты перешёл на нашу сторону, и это не было дешёвым спектаклем. Но если ты чувствуешь, что не сможешь жить здесь, с нами, со своим прошлым — я помогу тебе уйти.

— Ты меня прогоняешь?

— Я даю тебе выбор, — Шейн наклонился вперёд, положил руки на колени. — Ты ведь боишься, что тебя не примут. Что мы будем использовать тебя, пока ты нужен, а потом избавимся, как сделала бы Лайла.

Тони сжал челюсть.

— Я не говорил этого.

— Ты не говорил вслух, — согласился Шейн. — Но это написано у тебя на лице.

Тони отвернулся к окну. Снег падал за стеклом, и он почти не различал деревьев. Только белую пелену и собственное отражение — бледное, чужое.

— Я не знаю, где моё место, — сказал он тихо.

— Шиммер уже определилась. Она остаётся. Решение за тобой. — Шейн встал. — Я не буду тебя уговаривать. Я просто хочу, чтобы ты знал: если захочешь уйти — я помогу. Без вопросов, без условий. Если захочешь остаться — мы тебя примем. Ты сделал достаточно, чтобы идти с нами рядом.

Он направился к двери.

— Шейн, — окликнул его Тони.

Мужчина остановился. Обернулся. Его левая рука чуть заметно прижалась к корпусу — движение, которое он не контролировал.

— Если я решу остаться, — сказал Тони, — что мне делать?

Шейн смотрел на него секунду. Потом усмехнулся — коротко, почти незаметно.

— Иди на тренировку. Словно ты - часть команды.

Он открыл дверь.

— Я уверен, ты сделаешь правильный выбор.

Тони остался один. Он сидел на краю кровати, глядя в окно. Снег падал всё гуще. Где-то в коридоре хлопнула дверь, и снова стало тихо.

* * *

Он остановился у входа в зал, чувствуя, как внутри всё сжимается. Он не привык быть объектом внимания. Не в этом зале. Не среди этих людей.

— Тони? — удивлённо спросила Дина. Она стояла у стены с бутылкой воды, и её рука замерла на полпути к губам.

— Он будет тренироваться с вами, — сказал Шейн, появляясь из-за его спины. Он говорил ровно, без объяснений. — Если захочет остаться.

Тони чувствовал, как взгляды скользят по нему — изучающие, оценивающие, настороженные. Он не знал, что они видят. Он знал только, что не может уйти. Не сейчас.

Марго стояла, скрестив руки, и смотрела на Тони без враждебности — скорее с любопытством.

Шейн шагнул в центр зала.

— Прежде чем ставить тебя с кем-то в пару, нужно понять, на что ты способен.

Он снял куртку, оставшись в одной футболке. Под тканью проступала повязка — свежая, белая, не скрывающая того, что рана ещё не зажила. — Я сам проведу разминку.

— Ты не должен, — сказал Джек, шагнув вперёд. — Твоё плечо…

— Моё плечо — моя проблема, — перебил Шейн. Он повернулся к Тони. — Ты готов?

Он хотел сказать «нет». Хотел сказать, что это безумие — драться с раненым наставником, что он не собирается рисковать его здоровьем.

Но он помнил их разговор. Шейн хотел увидеть его настоящего. И если Тони откажется сейчас, он покажет, что боится. Что он не готов.

Тони медленно выдохнул.

— Готов, — сказал он.

Шейн кивнул. Встал в стойку. Более открытую, менее защищённую. Он давал Тони пространство для атаки.

— Начинай.

Тони не медлил. Он шагнул вперёд — быстро, жёстко, без колебаний. Серия ударов — корпус, голова, снова корпус. Шейн принял всё на блоки, но Тони видел: левое плечо двигалось чуть медленнее. Когда он поднимал руку для блока, на долю секунды задерживался — как будто мышца не слушалась. Но Шейн не замедлялся. Он принимал удары, не показывая боли.

Они двигались по залу. Тони атаковал — Шейн уходил. Шейн контратаковал — Тони блокировал. Они не сдерживались. Каждый удар был точным, каждый блок — жёстким.

Дина смотрела на них, не дыша. Она видела, как Шейн сжал челюсть, когда принял удар в левую сторону. Видела, как Тони заметил это и чуть сместил атаку — не бил в больное место. Это было не сочувствие. Это было уважением.

— Шейн не сдерживается, — тихо сказал Стефан. – Нас бы он уже давно уложил с такими атаками.

— Он проверяет Тони, — ответил Джек. — И тот не отступает.

Шейн ушёл в сторону, пропуская удар. Тони развернулся, перехватил его руку — почти. Шейн вывернулся в последний момент, отступил на шаг. Тони не дал ему передышки — ударил снова, с другой стороны, с шагом вперёд. Шейн принял удар на предплечье.

— Неплохо, — сказал Шейн. Его голос был ровным, но он перевёл дыхание чуть глубже, чем нужно.

— Для простого учителя тоже, — ответил Тони.

Шейн усмехнулся и снова шагнул вперёд.

Они бились ещё несколько минут. Тони чувствовал, как горели мышцы, как пульсировала боль в правом предплечье после каждого блока. Но он не останавливался. Он знал: Шейн тоже не остановится. Он проверял Тони на выносливость, на готовность терпеть, на то, сможет ли он держать себя в руках, когда тело просит пощады.

Тони перехватил руку Шейна, развернулся, и одним коротким, резким движением провёл бросок.

Шейн упал на мат. На секунду его лицо исказила гримаса боли. Но он не остановился. Он перекатился, уходя от возможной атаки, и в следующем движении его нога скользнула под опору Тони — коротко, точно.

Тони почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он не успел сгруппироваться — Шейн перехватил его руку, развернул корпус, и через мгновение Тони уже лежал на матах, прижатый к поверхности весом наставника.

Шейн замер на мгновение. Его дыхание было сбивчивым, левая рука дрожала от напряжения. Но он держал Тони, не давая подняться.

Потом он отпустил его. Медленно поднялся. Протянул руку.

— Ты допустил ошибку, — сказал он. — Ты бросил меня — и решил, что я не встану.

Тони лежал на матах, глядя в потолок. Он чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, как мышцы горят от напряжения. Потом он взял руку Шейна.

Шейн поднял его с матов. Их взгляды встретились.

— Запомни это, — сказал Шейн. — Никогда не думай, что противник не встанет. Даже если он ранен. Даже если он устал. Пока он дышит — он опасен.

Тони кивнул. Он точно запомнит это.

Шейн шагнул назад.

— Ты был прав тогда, — сказал Тони. — Я тебя не уложу.

— Я же говорил. Но ты оказался быстрее, чем я думал. Среди «Щита» у тебя не будет соперников. Ты выше их уровнем. Драться с ними тебе будет просто скучно.

Тони хотел возразить, но Шейн поднял руку. Его левое плечо чуть заметно дрогнуло от движения — он скрыл это, выпрямившись.

— Но это не значит, что ты не сможешь натаскать до твоего уровня. У них есть навыки, но они не знают, как применять их в настоящем бою. — он сделал паузу. — И ты можешь научить их тому, чему я не могу.

— Чему?

— Убивать без колебаний. — Шейн сказал это ровно, без тени жестокости. — Не для того, чтобы они становились убийцами. Чтобы, когда придёт время постоять за себя, они не растерялись.

Тони молчал. Он понимал, о чём говорил Шейн. Момент, когда колебание может стоить жизни.

Тони смотрел на него. На «Щит» — они смотрели на него с разными выражениями: настороженность, любопытство, но уже не враждебно. Он перевёл дыхание. Медленно, через силу. Поднял голову.

— Я согласен.

Тишина. Потом — короткое движение. Андрэ шагнул вперёд, протягивая руку.

— Добро пожаловать в команду.

* * *

В субботу, после зачётов, они спустились в симулятор.

Они уже были здесь неделю назад, когда Лайла собрала их всех. Тогда это был просто зал с проектором. Они были слишком напуганы, чтобы заметить что-то ещё — стойки с тактическими костюмами вдоль стен, датчики, встроенные в пол по контуру, ряды оружия на магнитных держателях. Тогда всё это сливалось в одно серое пятно.

Сейчас всё выглядело иначе.

Стеклянная перегородка отделяла пульт управления от зала. На стене — экраны, транслирующие то же, что показывали шлемы внутри. Холодный свет, металлические балки, голографические проекторы, готовые развернуть любой мир.

Дина подошла ближе к стеклу, разглядывая датчики на полу. Они тянулись вдоль стен, образуя замкнутый контур.

— Что это? — спросила она, не оборачиваясь.

— Датчики движения, — ответил Шейн, проверяя показатели на пульте. — Фиксируют каждое твоё перемещение. Если ты окажешься там, где не должна быть, система скорректирует сценарий.

Он на секунду поднял голову.

— По сути симулятор - большая и дорогая игрушка виртуальной реальности. Но с максимальной реалистичностью.

«Дельта» смотрела на оборудование с любопытством и лёгкой тревогой.

«Щит» - без особого восторга. Они знали, что такое симулятор. Они бывали здесь раз в месяц. Комплексные зачёты по тактике и огневой подготовке. Только вот «Дельта» еще не знали, что каждая ошибка здесь имела свою цену.

— Зачем мы здесь? — спросила Лена.

— Вы уже оказались в ситуации, где ваши навыки были проверены на прочность. И вы проиграли., — ответила Рей, стоящая у стены, — Вы здесь, чтобы понять, как избежать повторения.

Дина сглотнула. Она хотела возразить, но не нашла слов.

***

Рей стояла рядом с Шейном возле стойки с оружием. Она поправляла лямки датчиков на его костюме — привычно, без лишних слов. Её пальцы задержались на ткани на мгновение дольше, чем нужно.

— Ты уверен? — спросила она. Голос был ровным, но в нём слышалось напряжение.

— Да, — ответил Шейн, не глядя на неё.

— Они увидят то, что ты всегда прятал. Они могут испугаться.

Шейн усмехнулся — коротко, без тепла. Он повернулся к ней, и в его глазах мелькнула усталая ирония.

— За время твоего отсутствия, я столько раз срывался при них, что вряд ли найдётся что-то, что их напугает.

Рей смотрела на него. Её лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло понимание.

— Ты хочешь, чтобы они увидели, на что ты способен.

— Я хочу, чтобы они знали, к чему должны стремиться, — сказал Шейн. — Иначе они не поймут, как далеко могут зайти сами.

Он на мгновение замолчал, поправил крепление на запястье.

Рей убрала руки, отступила на шаг.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.

Шейн кивнул. Надел шлем, проверил крепления, шагнул в центр зала.

Рей прошла к пульту.

— Он пойдёт один, — сказала она, вставая за мониторы. — Двадцать восемь целей. Огнестрельное и холодное оружие. Без ограничений по времени. Уровень «Реалист». Модели в симуляторе максимально приближены к реальным людям по поведению. Они уклоняются, используют укрытия, работают в группах, координируют атаки. Они не стоят на месте и не ждут, пока их убьют.

Она перевела взгляд на учеников.

— У Шейна на всё — два магазина. Если успеет потратить все патроны раньше — он проиграл.

Стефан чуть заметно напрягся.

— Двадцать восемь? — переспросил он. — В одиночку?

— Да, — ответила Рей.

— Это безумие, — тихо сказала Марго. Она помнила, сколько времени у них уходило на десять целей вчетвером, на учебном уровне.

— Смотрите внимательно, — ответила Рей, нажимая несколько кнопок.

* * *

Датчики загудели. Он поправил шлем — чёрный, с голографическим визором. На поясе — нож в кожаных ножнах. В руках — лёгкая штурмовая винтовка. Он проверил её вес, привычно, почти не глядя.

— Готов, — сказал он.

— Начинаем. – Рей запустила симуляцию

Мир исчез.

Он стоял на крыше заброшенного склада. Ночь. Дождь — мелкий, холодный, хлещущий по лицу. Внизу — двор, заставленный контейнерами, ржавыми машинами, строительным мусором. Где-то в глубине — двадцать восемь целей. Профессионалы. Вооружённые. Готовые к бою.

Шейн закрыл глаза на секунду. Вдохнул. Открыл глаза. Начал двигаться.

Команды замерли.

— Он движется слишком быстро, — сказала Дина, глядя на экран. — Он даже не смотрит по сторонам.

— Он просто делает это быстрее, чем ты можешь заметить, — поправил Джек.

Первая цель появилась из-за контейнера слева. Шейн уже был там. Точный выстрел. Цель отключилась. Он даже не остановился — развернулся на ходу, уходя в перекат, и открыл огонь по второй цели, которая только начинала поднимать оружие.

Третья — на крыше контейнера. Он не целился — он стрелял на звук, на движение, на то, что видел краем глаза. Выстрел — и цель исчезла.

Шейн влетел в открытый ангар. Четверо внутри. Двое у входа, двое в глубине.

Он не останавливался. Первый — удар прикладом в голову, второй — нож, вылетевший из руки, вошёл в горло цели за три секунды. Он не ждал, пока они перегруппируются. Он уже был среди них.

Короткая очередь — третий. Четвёртый попытался уйти в сторону — Шейн перехватил его руку, развернул, удар локтем в челюсть, добивающий выстрел.

— Пять секунд, — сказал Андрэ, глядя на таймер. — Четыре цели. Пять секунд.

— Он не человек, — прошептала Дина.

— Это Шейн, — ответила Рей. — Настоящий Шейн.

Следующий блок. Открытая площадка, шесть целей, укрытия — только ржавые машины. Снайпер на галерее.

Шейн остановился у края стены. Закрыл глаза. Прислушался. Он знал, где снайпер. Он знал, что тот ждёт его.

Он сделал шаг вперёд — и остановился. Снайпер выстрелил — пуля прошла в сантиметре от его плеча.

Он ушёл в перекат, сменил позицию, и пока снайпер перезаряжался, Шейн уже был на галерее. Нож в руке, короткий бросок — и снайпер рухнул.

В реальности раздался звонкий звук удара металла о бетон.

Шейн стоял в центре склада. Дыхание — ровное. Руки — не дрожат. Он снял шлем, вытер пот с лица.

На экране загорелась надпись:

МИССИЯ ВЫПОЛНЕНА. 28 ЦЕЛЕЙ НЕЙТРАЛИЗОВАНО. ВРЕМЯ: 3 МИНУТЫ 12 СЕКУНД. ТОЧНОСТЬ: 100%

За пультом было тихо.

Шейн подошел, переводя взгляд с «Щита» на «Дельту».

Марго медленно шагнула вперед. Её глаза были широко раскрыты.

— Ты мог сделать это тогда, — сказала она. — Ты мог убить их всех. Почему ты не сделал этого?

Шейн посмотрел на неё. В его взгляде не было жалости.

— Потому что тогда я думал о вас, — сказал он. — Каждый мой шаг - я просчитывал, не пострадаете ли вы. Я не мог идти вперёд, потому что вы были у меня за спиной. Если бы я ошибся — вы были бы мертвы.

Он сделал паузу.

— Когда я отвечаю только за свою жизнь — я могу действовать на пределе возможностей. Когда я отвечаю за вас — я сдерживаюсь. Это не слабость. Это цена, которую я плачу, чтобы вы остались живы.

Его голос стал твёрже.

— Вы должны стать сильнее. Настолько сильными, чтобы могли идти со мной рядом.

Лина стояла чуть позади остальных, скрестив руки. Её лицо было спокойным, но внутри всё кипело. Она смотрела на Шейна и чувствовала, как в голове складывается картина, которую она собирала по кусочкам последние недели.

«Тир, тренировки, — подумала она. — Я знала, что он может больше, чем показывает. Но это... это другое. Это не просто тренировка. Это — бой. Настоящий. Безжалостный».

Она почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Ты ведь всегда знала, да? — тихо спросила Дина, подходя к ней.

Лина повернула голову. Встретила её взгляд.

— Я догадывалась что он показывает далеко не все.

Они переглянулись. Дина сжала губы, но ничего не сказала.

Аня, стоявшая чуть поодаль, подняла голову. Она смотрела на экран, где всё ещё горела надпись о стопроцентной точности. Потом перевела взгляд на Рей.

— Рей, а ты? — спросила она тихо. — Ты можешь так же?

Она медленно подняла голову, посмотрела на Аню.

— Я не люблю демонстрации, — сказала она.

Шейн усмехнулся.

— Она быстрее, — сказал он. — И точнее.

Рей слегка приподняла бровь. На её губах появилась тень улыбки — едва заметная, почти неуловимая.

— Наконец-то ты это признал, — сказала она. — Потребовалось всего семь лет.

Шейн не ответил. Рей перевела взгляд на группы.

— Я предпочитаю, чтобы меня недооценивали. Это даёт преимущество, когда это действительно нужно.

Она шагнула в центр комнаты. Её голос был ровным, но в нём слышалась сталь.

— С сегодняшнего дня симулятор становится частью вашей обязательной программы.

Лина подняла голову. Она смотрела на экран, где всё ещё горела надпись о стопроцентной точности. Она видела, что он сделал там. И понимала, что скоро ей предстоит оказаться на его месте.

Рей обвела их взглядом.

— Это не прихоть — это необходимость. Два раза в неделю — «Дельта». Два раза — «Щит». Один раз в неделю — совместная сессия. Если кто-то считает, что это слишком жестко, — она подняла бровь, — то я напомню, что вы уже видели цену недостаточной подготовки.

В комнате было тихо.

Лина сделала шаг вперёд. Все повернулись к ней.

— Можно нам попробовать? — спросила она. — Сейчас.

Шейн посмотрел на неё. Коротко, оценивающе.

Она посмотрела на него в упор. В её глазах не было вызова — только решимость.

Шейн перевёл взгляд на остальных. Дина, Лена, Аня — все смотрели на него с тем же выражением.

Он вздохнул. Коротко, почти беззвучно.

— Хорошо, — сказал он. — Лёгкий уровень. Четыре против восьми. Пистолеты, без автоматического оружия.

Он повернулся к пульту, и на экране загорелись новые показатели. На соседнем экране — карта склада, восемь целей, обозначенных красными точками.