Школа агентов. Новая команда

— И что нам делать?

— Учиться, — сказал Шейн. — Жить. Быть начеку. И не привлекать внимания.

Джек кивнул. Лина — чуть медленнее, но тоже.

- А теперь идите, пока вас не хватились.

***

Когда дверь за Джеком и Линой закрылась, Рей обернулась к Шейну. Ее лицо было серьезным.

— Ты уверен, что им нужно было всё это знать?

- Рано или поздно они дошли бы до правды, – ответил Шейн, продолжая изучать карту. - и тогда мы потеряли бы их доверие окончательно.

— Но мы снова сказали им лишь половину, — тихо сказала Рей.

- А ты считаешь у нас есть выбор? – Шейн обернулся к напарнице, - мы находимся между двух огней. Сверху – «Альфа», которая постепенно закручивает гайки. Снизу – наши команды, которые не знают, какую игру мы ведем уже несколько лет. И чем дольше они находятся в неведении, тем надежнее наши намерения скрыты от «Альфы».

— Ты понимаешь, что ставишь на кон всё? Не только наши жизни, — Рей приблизилась к нему. — Их жизни. Их будущее. Их шанс на нормальность. Это не просто рискованно. Это шаг в пропасть. А времени на подготовку катастрофически мало.

— У нас всё получится, — его голос прозвучал тихо, но с непоколебимой уверенностью. — Другого пути нет.

* * *

Они вышли в коридор. Лина прислонилась спиной к стене, закрыла глаза. В груди всё дрожало, будто только что вынырнула из ледяной воды. Шум из гостиной доносился сюда приглушенно, словно из другого, нормального мира.

Джек встал рядом.

— Ты в порядке? — наконец спросил Джек, глядя на ее профиль.

— Нет, — честно ответила Лина. Она повернулась к нему. — И ты нет, как бы не показывал обратное.

Он усмехнулся — коротко, без тепла.

— Заметно?

— Когда ты нервничаешь, ты заставляешь себя дышать медленнее.

Джек промолчал. Она открыла глаза, посмотрела на него.

— Что будем делать?

— То, что они сказали, — ответил он. — Жить. Учиться. Быть начеку.

— А если это не сработает?

— Тогда придумаем что-то другое.

Она смотрела на него. Он стоял перед ней — усталый, напряжённый.

— Джек, — сказала она тихо. — Что, если они не сказали нам всего?

Он не удивился. Только покачал головой.

— Можешь даже не сомневаться в этом. Нам сказали достаточно, чтобы ты думали, что знаем всё, но умолчали о главном. — Он помолчал. — Вопрос в том, готовы ли мы узнать то, что они скрывают.

Она хотела сказать что-то, но Джек качнул головой.

— Идём, — сказал он. — Нам нужно подышать.

Он взял её за руку и повёл к выходу. Она не сопротивлялась.

***

Они вышли на крыльцо, не говоря ни слова. Ноябрьский воздух ударил в лицо — холодный, чистый, пахнущий снегом и тишиной. Снег падал медленно, крупными хлопьями, укрывая землю белым одеялом. Они прошли через ворота, вышли в поле. Снег хрустел под ногами, и в этом звуке было что-то успокаивающее.

Джек взял её за руку. Тепло его руки ощущалось даже сквозь перчатку.

— Во что мы втянуты, Джек? — спросила Лина, глядя прямо перед собой. — Мы знаем, что кто-то из «Альфы» идет против своих. Мы знаем, что этот кто-то хочет уничтожить эту школу, потому что наставники не сдадутся так легко. И мы ничего не можем сделать.

— Можем, — ответил он. — Мы можем быть наготове. Мы можем доверять друг другу. И мы можем выжить.

Она остановилась, повернулась к нему.

— Ты действительно в это веришь?

— Не совсем, — честно сказал он. — Но, если я перестану верить — я не смогу идти вперед.

Она смотрела на него. В его глазах она видела то же, что чувствовала внутри — страх, сомнения, холод. Но он не отступал.

Она шагнула к нему. Он обнял её. Молча. Крепко. Она уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как он вдыхает запах её волос.

Вдруг его пальцы сжали её плечи — не больно, но так, чтобы она чувствовала. Он отстранился. Посмотрел ей в глаза.

— Послушай меня, — сказал он. Голос стал жёстким, почти требовательным. — Я знаю, что мы не можем контролировать то, что происходит вокруг. Я знаю, что мы — пешки в чьей-то игре. Но я не позволю, чтобы ты сломалась из-за этого. Ты поняла?

Лина смотрела на него. Его глаза горели в темноте. Он не жалел её, не пытался утешить. Он требовал.

— Ты слышишь меня? — повторил он.

— Слышу, — ответила она.

— Хорошо. — Он ослабил хватку, но не убрал рук. — Потому, что если сломаешься ты — я тоже не выдержу. Я не смогу действовать один.

Она смотрела на него. Снег падал на его ресницы, таял на его губах. Он выглядел уставшим, злым, отчаянным — и в то же время живым. Настоящим.

— Я не сломаюсь, — сказала она. — Если ты будешь рядом.

Он вновь обнял её. Крепко, почти до боли. Она уткнулась лицом в его грудь и почувствовала, как он дрожит.

— Я боюсь, — прошептала она.

— Я тоже, — ответил он.

Они стояли так долго. Снег падал на них, и они не двигались. Только держали друг друга, чувствуя, как холод снаружи и тепло внутри смешиваются в одно.

Когда он отстранился, в его глазах была уже не злость — твёрдая, спокойная решимость. Он поправил ей капюшон, коснулся пальцами щеки — коротко, почти невесомо.

— Значит, так, — сказал он. — Мы будем делать вид, что ничего не изменилось. Будем жить, учиться, смеяться. Мы будем такими же, как все. Но мы будем готовы. К чему угодно.

Она подняла голову, посмотрела на него.

- Я сделаю всё, чтобы ты выжила. Даже если это будет стоить мне жизни.

Она смотрела на него. В его глазах была сталь.

— Ты дурак, — сказала она.

— Знаю, — ответил он. — Но я твой дурак.

Она рассмеялась — коротко, горько, но в этом смехе была жизнь.

— И ещё, — сказал он, беря её за руку. — Мы вместе. Не по отдельности. Вместе.

Он повёл её обратно к дому. Окна горели тёплым жёлтым светом, но теперь он казался не уютным, а чужим.

Эпилог

«Надеюсь, мы сюда ещё вернёмся»

Michael Maas, Joni Fuller — Generations

Россия, Южный Урал, провинциальный город, Школа «N-2-05.2» — «Атлант-2». 7 ноября, пятница

Когда они вернулись в дом, их встретила неестественная, гнетущая тишина. Свет горел повсюду — в гостиной, на кухне, в коридоре, — но это была лишь иллюзия жизни. Ни голосов, ни смеха, ни даже привычного скрипа половиц под чьими-то шагами. Только монотонное, навязчивое жужжание электроники, звучащее на фоне тишины оглушительно громко.

Лина замерла в прихожей, инстинктивно прислушиваясь. Её сердце бешено колотилось где-то в горле.

— Рей? Шейн? — позвала она, и её голос, обычно такой звонкий, прозвучал глухо и неуверенно.

Ответом была тишина.

Джек, сжав кулаки, двинулся первым. Его лицо было каменным, но в глазах, которые метались по комнатам, читалось растущее напряжение. С каждой распахнутой дверью — в пустую гостиную, в аккуратную, но безлюдную кухню, где на столе стоял недопитый кофе — в душе Лины поднималась волна леденящей паники. Всё было оставлено так, будто люди просто ненадолго вышли.

— Прошло всего полчаса, Джек… — прошептала Лина, подбирая с пола упавшую ручку. — Они не могли просто… исчезнуть.

Джек не ответил. Он уже шел к двери в подвал. Дверь была прикрыта. Он резко толкнул её, и та с глухим, утробным стуком подалась внутрь.

— Рей!

Он почти бегом спустился вниз. Подвал был пуст. Ни следов борьбы, ничего...

Джек закрыл глаза и провел рукой по волосам, пытаясь успокоится. Внутри у него всё сжалось в ледяной ком. Впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно. За сестру и Шейна, за команды, за себя и Лину... Если раньше он знал, что его всегда подстрахуют наставники или друзья, то сейчас они просто остались предоставлены сами себе, обладая минимумом навыков и знаний...

Джек сел на ступеньки, обхватив голову руками, на какое-то время забыв о том, что Лина тоже здесь и испытывает похожие чувства... Не паниковать. Ради нее нельзя паниковать.

— Джек? — голос Лины дрогнул, отдаваясь эхом в бетонном помещении. Она стояла в нескольких шагах, обняв себя за плечи. — Что… что мы теперь будем делать?

«Я не знаю» хотел ответить парень. Сдаться. Признать поражение. Но он поднял голову и встретил её взгляд — широко открытый, полный ужаса.

- Нужно понять куда все делись и кто за этим стоит. Затем постараться найти и вытащить их всех. - сказал он, и его собственный голос показался ему чужим, слишком спокойным.

- Все так легко, – усмехнулась Лина, проводя рукой по перилам, не глядя на Джека. – Кто бы это ни был, уровень у них явно выше, чем у Лайлы.

- Это «Альфа», – Джек подошел к Лине вплотную, пытаясь поймать её взгляд. – Но я не понимаю их мотивов. Рей и Шейн официально являются их агентами, а значит и все мы тоже автоматически подчиняемся им. Руководству достаточно было дать приказ. Они никогда не шли против системы открыто. Если только....

Лина наконец посмотрела на него. В её глазах мелькнуло понимание, столь же ужасное, как и его собственное догадка.

— Скрытые каналы. Сделка с Мэтьюзом, — сказала она тихо. — Они ведут свою игру против системы. «Альфа» узнала об этом…

— …и решила убрать, пока они не успели ударить первыми, — закончил Джек.

Так вот что они скрывали. Теперь все встало на свои места, но легче от этого не стало.

- Черт! – Джек ударил кулаком по стене. Они все в опасности.

— Они не убили их, — сказала Лина. — Если бы хотели убить — сделали бы это здесь. Они забрали их. Значит, им что-то нужно. Например информация.

— Или они хотят собрать всех, кто был в курсе их дел, в одном месте, — сказал Джек. — Если «Альфа» хочет убрать всё отделение, их ничего не остановит. С их уровнем влияния всё сойдёт с рук, даже ваше исчезновение.

Вдруг Лина замерла. Холодный щелчок в голове — её осенило.

— Джек. Переклички не было. Они ориентировались на количество.

Он поднял голову. Она стояла неподвижно, и в её глазах была не паника, а понимание. Холодное, чистое, страшное.

— Что?

— По спискам нас восемь. Плюс Рей и Шейн, — Она говорила быстро, чётко, каждое слово отчеканенное. — Восемь учеников. Два наставника. Они забрали десять человек. Но они не проверяли лица. Они просто считали.

Джек замер. Его лицо побледнело.

— Шиммер, — сказал он тихо. — В спешке...

— Они приняли её за меня, — кивнула Лина. — А Тони — за тебя.

Она перевела дух. Внутри всё дрожало, но голос был ровным.

— Они спешили. И они забрали всех, кого нашли.

Джек смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло осознание. Он провёл рукой по волосам, выдохнул.

— У нас есть немного времени, пока они не поняли свою ошибку. — сказал Джек, уже переключаясь в режим действий. Мысли выстраивались в цепочку, холодные и четкие. — Собираем всё, что может пригодиться: вещи, данные, гаджеты. Затем едем в ближайшую школу, проверим что произошло у них.

- Джек, мне 17, я не могу просто так разъезжать по миру. Это вызовет слишком много вопросов.

— Значит, нужно, чтобы тебе было больше, — Джек быстрым шагом вернулся в зал, откуда они ушли буквально полчаса назад. Он знал, что Лина идет за ним.

Экран все еще горел, давая достаточное количество света. Открыл ящик одного из столов, порывшись среди папок, вытащил одну с именем Лины. Поймав ее недоуменный взгляд, пожал плечами. — Они успели подготовить документы на случай, если бы пришлось отправить вас на задание до совершеннолетия. Тут паспорт, права, загранпаспорт и еще кое-какие документы.

— Это подделки?

- Официальные документы, внесённые во все базы. У них есть люди в паспортных столах и в ГИБДД. Эти данные провели по каналам МВД как «утерянные и восстановленные» при вашем поступлении в школу, — из другого ящика Джек вытащил флешку, подвинул к себе ноутбук. — Я займусь данными. А ты собери вещи. Много не бери — если что-то понадобится, купим по дороге. Мои вещи тоже захвати.

Лина кивнула и молча вышла. Джек остался один. Его пальцы летали по клавиатуре. Обход протоколов Шейна, взлом локального шифра — всё это он освоил за последний год, отчасти из любопытства, отчасти из желания быть на шаг впереди. Теперь это могло спасти им жизнь.

Джек начал копировать файлы. Нужно было собрать максимум информации — разбираться с ней будут уже в пути. Прогресс-бар полз медленно. Он тем временем обыскал шкафчики, забрал три «чистых» телефона, портативные сканеры, два компактных пистолета с глушителями и несколько обойм, упаковал всё в прочную тактическую сумку. Мысли работали на пределе: маршрут, деньги, транспорт, безопасные точки — если они еще безопасны. Теперь права на ошибку не было — каждый шаг должен быть выверен. Опасно, но другого выхода не оставалось.

Через несколько минут компьютер пискнул. Джек ввел последнюю последовательность команд, активировав «дремлющий» в системе вирус. На экране мелькнуло предупреждение, и ряды файлов начали стремительно превращаться в бессмысленные строки кода, а затем и вовсе стираться. Одна за другой зеленые лампочки на серверах менялись на красные. Через десять секунд сервер был чист.

Лина уже ждала его в коридоре, рядом с двумя рюкзаками. Проверив содержимое своего, Джек удовлетворенно кивнул и переложил приборы в один из внутренних карманов. Туда же отправились документы из его собственной папки, похожей на Линину. Путешествовать под своим настоящим именем было слишком опасно. Выключив последние лампы, они вышли на улицу.

- Стой, - Джек тронул Лину за руку. - Я хочу осмотреть двор. Возможно, удастся понять куда и на чем их увезли.

Он протянул ей ключи.

- Внедорожник Шейна. Я сейчас подойду.

Поставив сумку на землю, Джек проводил взглядом Лину, и потом опустил взгляд на землю, немного припорошенную снегом. Должны были остаться хоть какие-то следы… но во внутреннем дворе было пусто. Лишь легкий налет свежего снега лежал на плитке. Он вышел за ворота, оставшиеся незапертыми — ещё один тревожный знак. На грязноватом снегу у обочины, там, где днём таял лёд, отпечатались чёткие следы шин. Не грубый протектор внедорожника, а аккуратный, почти изящный рисунок. Он пригляделся. Не одна машина. Три. Следы почти идентичны. Легковые, мощные, быстрые. Догнать их будет нереально.

Он почувствовал, как бессильная ярость снова подкатила к горлу, но подавил её. Эмоции потом. Сейчас — действия.

Вернувшись к дому, он подхватил рюкзак и сумку, и направился к машине. Внедорожник тихо урчал двигателем. В салоне горел тусклый свет приборной панели. Лина сидела на пассажирском сиденье, прижав руки к решётке обогревателя. Салон приятно манил теплом.

- Ты умеешь водить? – спросил Джек, садясь за руль, но не пристегиваясь. Рюкзак был отправлен на заднее сидение, где уже лежал рюкзак Лины. Сумка с оружием – в потайное отделение в багажнике.

— Нет, но завести машину и проехать пару десятков метров могу.

- Придется научится, – Джек вывел машину со двора, затем вышел, чтобы закрыть ворота. Дом остался стоять с тёмными, слепыми окнами, немой свидетель исчезновения. В одном из окон на втором этаже, в комнате Рей, на мгновение мелькнул отсвет — может быть луна отразилась в стекле, а может зажегся и погас экран забытого планшета.

Джек вернулся за руль, дал газ. Машина мягко тронулась с места.

— Надеюсь, мы сюда ещё вернёмся, — тихо, почти шёпотом проговорила Лина, не отрывая взгляда от темного силуэта дома в боковом зеркале, пока он не растворился в ночи.

— Вернёмся, — твёрдо сказал Джек. — Вместе со всеми.