ЕВА: Новый Эдем

– Документы, – сказал он без предисловий.

Сердце Кайдена упало, но лицо осталось спокойным. Он протянул фальшивые бейджи. Гросс бегло взглянул, усмехнулся одним уголком рта и ткнул пальцем в планшет.

–В базе вас нет. Работ по замене VK-78 на сегодня не зарегистрировано. Объясните.

– Это внеплановые работы, – голос Кайдена звучал ровно, хотя внутри всё сжалось в ледяной комок. – По результатам независимой диагностики. Клапан имеет 94% вероятность отказа в течение месяца. Мы предотвращаем аварию.

–Независимой? – Гросс поднял бровь. – Чьей? Вы кто? Фрилансеры? Самозванцы? Воровать пришли?

– Мы предотвращаем гибель людей! – не выдержал Марк, выступив вперёд. – Из-за таких же гнилых клапанов две недели назад два человека погибли!

Лицо Гросса исказилось от раздражения.

–Инцидент исчерпан. Корпорация провела расследование. Не тычьте мне в нос тем, чего не понимаете. А теперь – марш отсюда. А это, – он кивнул на их сумки с инструментами и новым клапаном, – остаётся. За самовольное проникновение в критическую инфраструктуру вам светит не лагерь, ребята. Вас вышвырнут в шлюз без скафандра. Понятно?

Лис схватил Кайдена за локоть, его пальцы впились как клещи. «Уходим. Сейчас.»

Кайден отстранился. Он смотрел не на Гросса, а на планшет в его руках. На холодный, официальный интерфейс корпоративной системы. Ту самую систему, что покрыла гибель людей. Ту самую, что сейчас защищала гнилой клапан.

В его голове что-то щёлкнуло.Не гнев. Не страх. Переключение. Сбой в программе «Предотвращение». Запуск программы «Победа».

– Инспектор Гросс, – сказал Кайден, и его голос приобрёл новое, почти учтивое звучание. – Вы совершенно правы. Мы нарушили процедуру. Приношу извинения.

Марк и Лис остолбенели. Гросс выглядел удовлетворённым.

–Вот и умница. Теперь пройдём…

–Я просто хотел уточнить, – мягко перебил его Кайден, – отчёт о расследовании той аварии… он уже утверждён управляющим сектором, мистером Дорном?

–Какое тебе дело? – насторожился Гросс.

–О, просто я, пока делал свои «незаконные» сканы, случайно записал тепловые и вибрационные аномалии не только на VK-78. Ещё на пятнадцати узлах. Все данные, с временными метками, вот здесь. – Он похлопал по старому планшету. – И любопытная вещь: мои данные полностью противоречат выводам вашего официального отчёта, который, как я понимаю, подписал мистер Дорн. В котором сказано, что оборудование было в норме, а виноваты «недостаточно квалифицированные сотрудники».

Кайден сделал паузу, давая словам повиснуть в густом, маслянистом воздухе.

–Интересно, – продолжил он задумчиво, – если я отправлю копии этих данных в центральный офис инспекции на палубе А или в профсоюз… Как вы думаете, у мистера Дорна будут вопросы к службе безопасности, которая проглядела такие расхождения? Или вопросы будут к тому, кто подписал отчёт, зная, что он – ложь?

Глаза Гросса превратились в щёлочки. Он понял. Понял всё. Это был не мальчишка. Это была угроза. Не грубая сила, а тихая, точная, основанная на знаниях. Кайден предлагал сделку. Молчаливую. Ты – мне, я – тебе.

– Ты шантажируешь корпоративного инспектора? – тихо, со свистом, произнёс Гросс.

–Я? Нет. Я предлагаю помочь избежать административного недоразумения, – поправил его Кайден. – Вы закрываете глаза на нашу небольшую, благую инициативу. Мы гарантируем, что наши «любопытные данные» никуда не уйдут и не создадут проблем ни вам, ни мистеру Дорну. Более того, после замены клапан будет в идеальном состоянии. И если в будущем кто-то спросит – вы сможете сказать, что это была плановая, превентивная мера, которую вы инициировали. Это улучшит ваши показатели.

Он говорил на их языке. Языке показухи, покрывательств и карьерных возможностей. И это сработало.

Гросс несколько секунд молча смотрел на него, потом резко кивнул своим людям.

–Убирайтесь. У вас есть два часа. И чтобы я вас больше здесь не видел.

–Спасибо за понимание, инспектор, – вежливо сказал Кайден.

Они прошли мимо охранников. За спиной Кайден чувствовал на себе ненавидящий, но беспомощный взгляд.

Работали молча, сосредоточенно, в три раза быстрее запланированного. Когда новый клапан был установлен, а старый, с треснувшей мембраной, упакован, они почти бегом покинули сектор.

Только в безопасном техническом отсеке Марк взорвался.

–Ты… ты сделку с ним заключил! С тем, кто покрывает убийц!

–Да, – холодно сказал Кайден, вытирая пот и смазку с лица. – И клапан теперь стоит. И люди в блоке 12-G не сгорят заживо.

–Но он останется на своей должности! Он будет и дальше врать!

–А что я должен был сделать, Марк? – в голосе Кайдена прорвалась усталость и горечь. – Устроить драку? Нас бы скрутили, осудили, и клапан бы сгнил. Я использовал слабое звено. Не в механике. В системе. Их страх перед разоблачением, их карьеризм.

–Это… грязно, – прошептал Марк.

–Мир грязный! – резко сказал Лис, неожиданно вступаясь за Кайдена. – Когть не стал с ними драться на их поле. Он заставил их играть на своём. Он их переиграл. В первый раз за всю жизнь кто-то переиграл этих ублюдков. Пусть и грязно. Но клапан стоит.

Кайден смотрел на свои руки. На них была грязь, смазка и едва заметная дрожь. Он только что провёл не инженерную, а политическую операцию. Он манипулировал, шантажировал, лгал. И победил. Он спас жизни.

Но в его душе не было триумфа.Был лишь горький, металлический привкус. Он переступил черту. И черта эта оказалась эффективной.

– Это был только первый клапан, – тихо сказал он, поднимая голову. – Из семнадцати. У Гросса теперь есть мотив нас не трогать. Он даже может помочь, если мы представим ему это как его личную инициативу. Мы можем сделать всю палубу.

–Продолжая шантажировать? – спросил Марк, в его голосе звучало разочарование.

–Используя рычаги, – поправил Кайден. Он искал слово, которое звучало бы чище. – Систему против системы. Чтобы сделать что-то хорошее, иногда приходится… понимать, как работает зло. И использовать его же механизмы.

Он не был уверен, что сам верит в эту философию. Но она работала. И в этом был её страшный, неопровержимый соблазн.

По дороге в укрытие он достал из кармана отцовский болт. Он всё ещё был с ним. Но теперь Кайден смотрел на него и думал не о честности, а о прочности. О том, что стержень должен быть крепким, чтобы выдержать давление. Давление системы. Давление собственных компромиссов.

Он спас жизни сегодня. Ценой сделки с дьяволом.

Что перевесит в итоге— спасённые жизни или проданная часть души? Он не знал.

Но знал одно:он только что получил урок, который изменит всё. Урок о том, что в мире корпораций и власти правда – не аргумент. Правда – разменная монета. А сила – в умении её правильно предъявить.

И он, Кайден Вейл, только что сделал свою первую крупную ставку в этой новой, отвратительной игре. И выиграл.

Теперь нужно было решить,готов ли он играть дальше.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ ФУНДАМЕНТ ИЗ ГРЯЗИ И МЕТАЛЛА

Убежище больше не было складом запчастей и тряпичных постелей. Оно превратилось в штаб. На ржавых стенах среди труб висели не только вентиляционные схемы, но и диаграммы, нарисованные углём и краской из украденных маркеров: схемы связей, иерархия «Инженерной безопасности», графики дежурств. В центре – фотография инспектора Гросса, выдернутая Лисом из корпоративной базы. От неё тянулась нить к управляющему Дорну.

Кайден стоял перед этой картой войны. Войны не с людьми, а с системой безразличия.

–Мы действовали неправильно, – сказал он Марку и Лису. Голос был спокоен, аналитичен. – Мы шли как инженеры – чинить сломанное. Но система защищает свои поломки. Значит, нужно стать не инженерами, а… системными администраторами. Кто понимает код.

Лис, сидя на ящике, кивал. Синяк под глазом пожелтел, но взгляд стал острее, циничнее. Новые правила игры он принял.

Марк мрачно бубнил,разбирая старый сканер: – Значит, будем всех шантажировать? Каждого, кто встанет на пути?

–Не всех, – поправил Кайден. – Только ключевые узлы. Гросс – наш узел. Он боится Дорна больше, чем нас. Мы дали ему шанс выглядеть героем и прикрыли его ложь. Теперь он наш… пассивный актив.

Он использовал это слово впервые. «Актив». Звучало чисто, технологично. Как «конденсатор». Не пахло сделкой.

–И что, он просто будет помогать? – недоверчиво спросил Марк.

–Он будет закрывать глаза. А иногда – подсовывать списанное, но рабочее оборудование. В обмен на наше молчание и красивые отчёты, которые он присвоит. Это симбиоз.

Так родился «Проект: Фундамент». Цель оставалась прежней – чинить то, что убивало людей. Но методы изменились навсегда. Кайден больше не лез в первую дыру. Он вёл досье. На инспекторов, начальников смен, снабженцев. Искал слабости: долги, воровство, нарушения, любовниц. Прямо не шантажировал. Это был страховой полис. Аргумент на крайний случай.

Их деятельность вышла за пределы палубы J. Слухи о «пареньке с низов, который починит что угодно и договорится с кем угодно» поползли по Теням. К ним потянулись люди. Не только за помощью. С предложениями.

Пришёл Тофер, грузчик-громила с перебитой переносицей. Его дочь, астматик, задыхалась из-за неисправного фильтра в блоке. Официальная заявка висела в системе полгода.

–Почините, – сказал Тофер, поставив на стол банку настоящего кофейного концентрата – неслыханную роскошь. – Деньгами не могу. Но если надо будет кого… уговорить – я ваш.

Кайден посмотрел на банку, на огромные, исколотые мозолями руки, на простое, отчаянное лицо. Раньше он бы просто починил. Теперь видел цепочку. Тофер – грузчик. Доступ к документам, расписаниям, складам. Потенциальный актив. Источник информации.

–Хорошо, – сказал Кайден. – Фильтр починим сегодня. А ты… будешь сообщать, что интересного приходит на твой док. Особенно если это оборудование для жизнеобеспечения, которое потом «теряется». Договорились?

Договорились. Фильтр починили за три часа. Дочь Тофера перестала задыхаться. Кайден получил первый поток сырых, бесценных данных о коррупции в логистике.

Так, шаг за шагом, сеть росла. Не по идеологии, а по принципу взаимовыгодного обмена. Кайден давал то, в чём система отказывала: ремонт, безопасность, надежду. Получал лояльность, информацию, прикрытие. Он стал узлом в новой, теневой сети. Невидимым для Сияния, но ощутимым в Тенях.

С каждым таким «актом симбиоза» внутри него что-то каменело. Видя, как его манипуляции приносят плоды – спасённые жизни, работающие системы, – он начал думать о людях не как о личностях, а как о единицах с набором функций. Тофер – доступ к логистике. Анна – слуховая сеть. Лис – взлом и скрытность. Марк… Марк был единственным, к кому он ещё испытывал что-то похожее на дружбу. И это становилось проблемой.

Однажды Марк вернулся с разведки взволнованный и злой.

–Слушай, Когть, на палубе H – дерьмо! Целый блок без тепла третью неделю. Дети болеют. Управляющий, Хаффнер, продал теплообменники на сторону, а в отчётах написал «технологические потери». Надо туда!

–Надо, – согласился Кайден, не отрываясь от досье на Хаффнера. Оно было почти готово. – Но не сейчас.

–Как не сейчас?! Там дети!

–Там дети, которых мы не спасём, если пойдём туда с кувалдой и добрыми намерениями, – холодно ответил Кайден. – Хаффнер связан со снабжением. Он под прикрытием. Если начнём чинить без договорённости, нас заткнут. Выдавят. А дети так и останутся мёрзнуть.

–Так что, будем торговаться с этой тварью?! – возмутился Марк.

–Нет. Мы его скомпрометируем и заставим самого всё починить, – Кайден отложил планшет. – Уже есть данные о его сделках. Через два дня у него плановая проверка из центра. Если анонимно скинуть данные проверяющим… его карьере конец. Но если дадим ему шанс – «случайно» найдём «потерянные» теплообменники на заброшенном складу и позволим ему «героически» всё наладить до проверки… он будет у нас в долгу. И тепло появится.

Марк смотрел на него с ужасом.

–Ты… ты мыслишь как они. Как эти твари в Сиянии. Расчёт, сделки, долги…

–Я мыслю так, чтобы побеждать! – в голосе Кайдена впервые зазвучали стальные нотки раздражения. – Чтобы чинить, а не геройски гибнуть! Что ты выберешь: я с горящими глазами иду туда, меня избивают, сажают, а дети продолжают мёрзнуть? Или дети получают тепло, а гад, который это устроил, навсегда у нас на крючке?

–Но это же неправильно!

–Это эффективно! – отрезал Кайден. – Мир, Марк, не делится на «правильно» и «неправильно». Он делится на «работает» и «не работает». Наша старая «правильность» работала до первой серьёзной стены. Эта – работает всегда.

Он отвернулся, чувствуя знакомую тяжесть в груди. Ненавидел этот разговор. Ненавидел, что должен это говорить Марку. Но ещё больше ненавидел бы беспомощность.

План с Хаффнером сработал идеально. Тепло вернулось. Дети перестали болеть. Хаффнер, бледный и подобострастный, передал через связного «благодарность» и намёк на сотрудничество. Кайден добавил его имя в базу данных. Ещё один актив.

В ту ночь ему снова не спалось. Он взял отцовский болт и вышел на узкий технический балкончик. Отсюда был виден бесконечный металлический пейзаж Теней – тёмные ущелья между корпусами, мерцающие огни бедных кварталов, красные глаза аварийных маяков.

Он думал о Марке. О его простоте. О своей сложности. Он продавал куски души, чтобы покупать безопасность для других. Была ли в этом логика? Безупречная. Чувствовал ли себя героем? Нет. Чувствовал себя… инженером, который собирает работающую машину из ржавого, бракованного хлама.

Пап, – прошептал он в ледяную пустоту. – Я становлюсь тем, кого ты ненавидел. Спекулянтом. Манипулятором. Я оправдываю это целью. Но где грань, после которой цель уже не оправдывает средства, а средства становятся новой целью?

Он не знал. Но знал, что остановиться не может. Слишком многое теперь держалось на нём. На его расчётах. На его готовности пачкать руки. Сеть, которую он сплёл, была хрупкой и держалась только на его воле. Если он дрогнет – всё рухнет. И вернутся и Вепрь, и Брик, и мёрзнущие дети, и лопающиеся трубы.

Он сжал болт в кулаке до боли. Боль была ясной, простой, настоящей. В мире лжи и полутонов она оставалась последним якорем.

За спиной послышался шорох. Лис.

–Не спится?

–Нет.

Лис прислонился к стене рядом,глядя в ту же тьму.

–Марк не прав, но он и не совсем неправ, – сказал тихо. – Ты меняешься, Когть. Становишься холоднее.

–Это необходимо.

–Знаю. И благодарен. Благодаря этой холодности у меня есть крыша и дело. Но… будь осторожен. Не потеряй совсем то, что заставляет тебя это делать. А то станешь таким же, как Хаффнер. Будешь видеть только цифры.

Лис ушёл. Он был прав. Циник и реалист видел опасность, которой не видел восторженный Марк.

Кайден оставался на балконе, пока холод не проник до костей. Он думал о фундаменте. Фундамент его новой империи, которую он строил во тьме, складывался из грязи, металла и компромиссов.

Он был готов к этому.Должен был быть готов.

Потому что впереди была не палуба H или J.Впереди была вся станция.

И чтобы изменить систему, сначала нужно было в неё встроиться. Стать её раковой клеткой. Невидимой, эффективной, смертоносной для всего гнилого в организме.

Он вернулся внутрь,к схемам и досье. Его лицо в тусклом свете экранов было непроницаемым. Мальчик, боявшийся темноты и любивший отца, ушёл в тень. На его месте остался архитектор. Архитектор тени, чертивший контуры своего великого, ужасного замысла.

Фундамент был заложен. Теперь предстояло строить стены.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ

Успех был головокружительным и отравленным. Сеть работала. Тепло на палубе H, чистый воздух в блоке 12-G, десятки мелких, невидимых для Сияния улучшений – всё это было на счету Кайдена и его растущей организации. Уже не трио. Теперь их было двенадцать. К Тоферу-грузчику присоединились две сестры-электромонтёра, обиженные начальством смены; хромой старик-картограф, знавший наизусть каждую служебную трубу; несколько таких же, как они, подростков-беспризорников, увидевших в Кайдене не просто старшего, а стратега.

Они называли себя «Коллектив». Безлико, скромно, эффективно. Кайден был мозгом. Лис – нервной системой, связью и разведкой. Марк – мускулом и голосом, тем, кто вселял надежду, а не вдавался в расчёты.

Именно Марк принёс новую беду. Вернее, вызов. Его глаза горели тем самым, почти забытым огнём.

–Когть, это оно. Наш шанс. Настоящий контракт.

Дело было в доке 44. Там стоял на аварийном ремонте старый, но крепкий корвет «Скиталец» – судно для перевозки малых партий ценного груза. Его владелец, мелкий предприниматель с палубы С, проигрался в долги. Корабль должны были конфисковать службе безопасности «Хеймдалль», а потом, по слухам, списать на запчасти или продать «Цитадели». Экипаж, семь человек, уже получил уведомления об увольнении.

– Капитан, – говорил Марк, – старый волк по имени Ригг. Он готов отдать корабль. Не официально. Но если мы… выведем его из дока до конфискации. Справимся с ремонтом. Он и его команда будут работать на нас. А мы получим свой флот! Первый корабль!

Лис свистнул. – Увести корабль из-под носа у корпоративной безопасности? Это не палуба H. Это другой уровень.

–Риск – единственная валюта, которая тут что-то стоит, – парировал Марк. – У нас есть доступ к схемам доковых шлюзов. У нас есть Тофер, который может «потерять» накладные. У нас есть Когть, который может рассчитать всё до секунды.

Все смотрели на Кайдена. Он сидел за своим импровизированным пультом из спасённых мониторов. На экранах – схемы дока 44, расписания патрулей, отчёты о готовности «Скитальца». Данные текли рекой. Его разум уже обрабатывал их, выстраивая модель.

Сердце билось чаще. Не от страха. От возбуждения. Корабль. Это был не просто инструмент. Это был символ. Выход за пределы станции. Настоящая сила. Возможность влиять на события не только в Тенях, но и в нейтральном пространстве. Мысли о сканере, о ремонте труб меркли перед этим масштабом.

Но был и холодный расчёт. Корабль – это не только возможность. Это ответственность. Это цель на спине. Это война не с безразличными менеджерами, а с вооружёнными до зубов корпоративными силовиками.

– Капитан Ригг, – тихо проговорил Кайден. – Почему он идёт на это? Предать корпорацию и довериться банде детей?

–Потому что корпорация отняла у него всё, – сказал Марк. – А мы… дали ему слово. Что его команда будет работать, а корабль – летать. Не гнить на свалке. Он верит нам. Он видел, что мы делаем.

Вера. Самое ненадёжное звено в любой системе. Но и самое мощное.

–Лис, – Кайден повернулся к нему. – Всё, что есть на Ригге и его команде. Долги, семьи, болезни, тёмные дела. Всё.

–Уже копаю, – кивнул Лис без тени сомнения.

–Марк, организуй встречу. Только с Риггом. Только там, где я скажу.

Встреча прошла в заброшенном резервном фильтровом отсеке. Ригг оказался сухим, жилистым человеком лет пятидесяти, с лицом, изборождённым шрамами от радиации и жизненных неурядиц. Его глаза, цвета стальной стружки, изучали Кайдена без снисхождения.

–Так ты и есть тот самый «Когть», – хрипло сказал он. – О тебе легенды ходят. Что можешь всё починить и со всеми договориться.

–Легенды врут, – сухо ответил Кайден. – Я могу только рассчитать вероятность и действовать соответственно. Ваше предложение имеет вероятность успеха в сорок семь процентов. Это почти что подброс монетки.

–А если ничего не делать – вероятность потерять всё сто процентов, – отрезал Ригг. – Мне этих шансов хватает.

Кайден кивнул. Он уважал такую логику.

–Ваш экипаж. Они согласны?

–Они – моя семья. Идут за мной. Но им нужны гарантии. Работа. Жалование. Хоть какое-то.

–Гарантий не будет, – честно сказал Кайден. – Будет доля. Процент от прибыли рейсов. Риск – общий. Выгода – общая. Это честнее корпоративного контракта.

Ригг усмехнулся, обнажив жёлтые зубы.

–Чёрт возьми, парень. Ты говоришь как старый капсулер-рейдер. Ладно. Договорились. Что нужно?

План был готов через двое суток. Безупречный, как швейцарские часы. В нём было учтено всё: время отключения систем слежения дока на профилактику (окно в 23 минуты), маршрут буксировочного катера, ложные сигналы тревоги на другом конце станции. Лис обеспечил цифровую тень: поддельные разрешения, петли в записях камер. Тофер организовал «срочную выгрузку» в соседнем доке, чтобы занять лишних свидетелей.

Ночь Икс. Кайден стоял у пульта в убежище, ощущая холодный пот на спине. По зашифрованным каналам доносились отрывистые доклады.

–«Скиталец», команда на борту. Системы запускаются в тихом режиме.

–Доковые фермы отведены. Шлюз-буфер готов.

–Патруль «Альфа» ушёл на ложный вызов. Окно открыто.

На мониторе дрожала схема дока. Маленький значок «Скитальца» начал медленное, едва заметное движение.

–Идёт, – прошептал Марк, стоя за спиной. Его пальцы впились в спинку кресла.

Всё шло по плану. Слишком хорошо. И именно это насторожило Кайдена. В системе всегда есть шум. Случайность. Человеческий фактор. А здесь была лишь тихая, настораживающая точность.

Значок корабля миновал буферный шлюз, вышел в промежуточную камеру.

–Второе окно. Открываем внешний шлюз, – доложил голос Ригга, ровный, профессиональный.

И тут на главном канале связи дока 44, который Лис заглушил, но не отключил, раздался не запланированный голос. Женский. Холодный, режущий, как стекло.

–Док 44, это служба безопасности «Цитадель Армада». Код доступа «Валькирия». Ваш объект представляет оперативный интерес. Немедленно прекратите все действия и приготовьтесь к досмотру.

В убежище повисла мёртвая тишина. На лицах Лиса и Марка застыл ужас.

«Цитадель Армада».Они не просто пришли. Они пришли по коду высшего приоритета. Они знали. Их подставили.

– Ложный вызов! – выкрикнул Лис, его пальцы заплясали по клавиатуре. – Это… не по их сетям! Это локальная утечка!

–Предательство, – прошептал Кайден. Его мир сузился до значка «Скитальца» на экране и этого ледяного голоса.

– «Скиталец», это Кайден! – он нажал на передачу. – Вас сдали! Немедленно бросайте процедуру! Глушите системы! Выдайте себя за ложный старт!

Но было поздно. На схеме выползли четыре новых, агрессивных значка. Быстрые катера безопасности «Цитадели». Они вышли из скрытых ниш, из тени более крупных судов. Их координат не было в реестрах. Это была засада.

– Нас блокируют! – закричал Ригг в эфир, и в его голосе впервые слышалась паника. – Они требуют сдаться!

–Не сдаваться! – рявкнул Кайден. – Прорывайтесь! Буксир должен…

Он не договорил. На экране один из значков катеров вспыхнул, послав сигнал «огонь». Электромагнитная импульсная граната. Оружие для подавления электроники.

Значок «Скитальца» затрепетал и остановился. Связь прервалась.

– Нет… – выдохнул Марк.

Кайден ничего не чувствовал. Всё внутри превратилось в лёд. Он смотрел, как катера сходятся с беспомощным кораблём. Смотрел, как появляются метки аварийных команд. Его безупречный план рассыпался, потому что он не учёл одного – умного, целенаправленного противодействия. Не системы. Врага.

Через час пришла информация. «Скиталец» захвачен. Команда – капитан Ригг и шесть человек – арестованы по обвинению в попытке угона и пиратстве. Им грозила передача трибуналу «Цитадели», а затем – расстрел или ледяная тюрьма.

Но хуже было другое. Лис, бледный как полотно, вывел на экран новостную ленту Сияния. Там была короткая заметка: «В результате оперативных действий службы безопасности «Цитадель Армада» предотвращена попытка угона. Ликвидирована опасная преступная группа, действовавшая под прикрытием ложной благотворительности».

К заметке был приложен размытый, но узнаваемый силуэт. Силуэт Кайдена, снятый скрытой камерой в фильтровом отсеке. Подпись: «Предполагаемый лидер, известный под кличкой «Когть». В розыске».

Их сожгли. Вычислили, выследили, подставили и публично облили грязью. Все их «добрые дела» теперь были объявлены прикрытием.

Марк плакал от ярости и беспомощности. Лис молча стирал данные, уничтожал серверы. Их сеть трещала по швам.

Кайден сидел на полу, в углу. В руке он сжимал отцовский болт так, что тот впивался в ладонь.

Он проиграл.Не из-за ошибки в расчётах. Из-за того, что не рассчитал на злобный разум. На того, кто увидел в его влиянии угрозу и нанёс удар не по системам, а по самой его сути – по репутации.

В темноте подошёл Лис.

–Это была она. Та самая, по голосу. Ария Ковач. Начальник службы безопасности «Цитадели» в этом секторе. Жестокая. Умная. Любит играть с добычей.

–Ковач, – повторил Кайден без выражения. Имя отложилось в памяти. Как код ошибки.

–Что будем делать? – спросил Лис. В его голосе не было паники. Была та же ледяная решимость. – Бежать? Рассыпаться?