Дистанция притяжения. Любовь сильнее страха

Но, как выяснилось, человеческая психика не работает по принципу выключателя.

Можно злиться. Можно презирать. Можно обещать себе, что больше никогда не позволишь этому человеку приблизиться.

И всё равно испытывать тревогу, когда видишь его имя на экране.

– Мэдди?

Я вздрогнула.

Нэйт стоял у раковины и смотрел на меня.

– Что?

– Ты уже минуту не двигаешься.

– Я читаю сообщение.

Он перевёл взгляд на телефон, но не попытался заглянуть в экран.

– Плохие новости?

Я могла бы соврать.

Сказать, что всё в порядке, что мне просто пришло рабочее письмо или что я вспомнила о каком-то деле.

Но после вчерашнего разговора эта ложь показалась бы слишком очевидной.

– Дэниел написал.

Нэйт замер. Всего на мгновение. Если бы я не смотрела на него так внимательно, то, вероятно, ничего бы не заметила. Он поставил кружку в раковину и вытер руки полотенцем.

– Понятно.

Одно слово. Никаких вопросов, никаких язвительных замечаний, никаких попыток выяснить, что именно написал мой бывший. Почему-то это заставило меня нервничать ещё сильнее.

– Ты не собираешься спросить, что он хочет?

Нэйт посмотрел на меня.

– А ты хочешь мне рассказать?

Я открыла рот и снова закрыла. Не знала. Именно в этом и заключалась проблема. Часть меня хотела прочитать письмо прямо сейчас. Другая – удалить его, заблокировать Дэниела и сделать вид, что его больше не существует. А третья, самая раздражающая, хотела понять, почему он написал.

– Пока нет, – призналась я.

– Тогда не рассказывай.

Он произнёс это совершенно спокойно.

Я ожидала чего угодно: насмешки, раздражения, хотя бы очередного комментария о том, что бывшие мужчины обладают отвратительным чувством времени.

Но Нэйт просто взял свою кружку и направился к выходу из кухни.

– Куда ты? – спросила я.

Он обернулся.

– Дать тебе возможность спокойно прочитать письмо.

– Ты не обязан уходить.

– Я знаю.

И он всё-таки ушёл.

Я осталась одна за кухонным столом. Передо мной стояла голубая кружка с остатками кофе. На тарелке лежали два ломтика яблока. За окном светило солнце, а где-то в глубине дома тихо играла музыка. Всё было совершенно обычным. Кроме того, что Нэйт Уокер только что сделал для меня нечто, чего я совершенно не ожидала. Он не стал вмешиваться. Не попытался узнать, что написал Дэниел. Не потребовал объяснений. Не дал мне совет, о котором я не просила. Он просто оставил мне пространство.

Я посмотрела на телефон. Письмо всё ещё ждало. В конце концов я нажала на экран.

«Мэдди, я знаю, что не имею права тебе писать. Но нам нужно поговорить. Есть кое-что, чего ты не знаешь».

Я перечитала сообщение дважды. Потом ещё раз. Пальцы похолодели. Не потому, что я хотела вернуться к Дэниелу. А потому, что за последние дни я так старалась убедить себя, что всё кончено, что даже не допускала мысли: возможно, история, которую я считала законченной, ещё не сказала своего последнего слова.

Я перечитала последнюю строчку.

Есть кое-что, чего ты не знаешь.

– Да пошёл ты, – прошептала я.

Но удалить письмо не смогла. И хуже всего было то, что я уже хотела узнать, что именно он имел в виду. Я нашла Нэйта в гостиной. Он сидел на диване с ноутбуком на коленях, одной рукой придерживая телефон у уха. Услышав мои шаги, он поднял глаза и жестом попросил меня подождать.

– Нет, – сказал он собеседнику. – Сегодня не получится. Давай завтра. Я тебе перезвоню.

Он отключился и отложил телефон.

– Ну? – спросил он.

Я остановилась возле дивана.

– Что «ну»?

– Ты выглядишь так, будто собираешься либо кого-то убить, либо купить билет в другой город.

– Пока рассматриваю оба варианта.

– Разумно. Но билеты сейчас дорогие.

Я закатила глаза.

– Он написал, что хочет поговорить.

Улыбка исчезла с лица Нэйта.

– Дэниел?

Я кивнула.

– И добавил, что есть кое-что, чего я не знаю.

Нэйт медленно закрыл ноутбук.

– Ты собираешься с ним встречаться?

– Я ещё не решила.

– Хорошо.

Я нахмурилась.

– Хорошо?

– Да.

– И это всё, что ты скажешь?

Он посмотрел на меня с выражением человека, который искренне не понимает, в чём заключается претензия.

– А что я должен сказать? Запретить тебе? Составить список причин, по которым ты не должна с ним разговаривать? Убедить тебя, что я знаю лучше?

Я почувствовала, как щёки начинают гореть.

– Я не просила тебя ничего запрещать!

– Именно.

Он произнёс это тихо, без насмешки.

И почему-то мне стало стыдно за собственную вспышку.

Я опустилась в кресло напротив.

– Просто… я не понимаю, зачем он написал это сейчас. После всего, что произошло.

Нэйт некоторое время молчал.

– Возможно, он действительно хочет что-то объяснить. Возможно, пытается вернуть тебя. Возможно, ему просто стало неудобно жить с последствиями собственного решения.

Я подняла голову.

– Ты всегда так хорошо разбираешься в людях?

– Нет. Иногда я ошибаюсь.

– Удивительно. Признание собственной несовершенности от Нэйта Уокера. Нужно записать дату.

– Не переживай. Больше не повторится.

Я улыбнулась, но почти сразу снова стала серьёзной.

– А если я захочу с ним встретиться?

Нэйт посмотрел мне прямо в глаза.

– Тогда встретишься.

– И ты не станешь меня отговаривать?

– Это твоя жизнь, Мэдди.

Он сделал небольшую паузу.

– Но если ты хочешь знать моё мнение, я бы не стал позволять человеку, который уже причинил тебе боль, определять, что ты должна чувствовать сейчас.

Я молчала. В его голосе не было ни ревности, ни раздражения. По крайней мере, я не могла их услышать. И всё же в тот момент я впервые задумалась о том, что Нэйт может быть гораздо сложнее, чем мне казалось. Он не был тем мужчиной, который обещает защитить тебя от всего мира. Он даже не пытался убедить меня, что я заслуживаю лучшего. Он просто говорил со мной так, словно я сама способна решить, что для меня лучше.

И, возможно, именно поэтому мне хотелось продолжать этот разговор.

– Ты всегда такой? – спросила я.

– Какой?

– Не пытаешься всё контролировать.

Нэйт отвёл взгляд.

Совсем ненадолго, но я заметила.

– Нет, – ответил он после паузы. – Не всегда.

В его голосе появилось что-то, чего я не смогла распознать.

Я вспомнила вчерашний вечер. Его рассказ, который оборвался почти сразу, как только я задала вопрос о бывшей невесте.

Мне захотелось спросить, что он имел в виду. Но я не стала. Некоторые двери не стоит открывать, если не уверена, что готова к тому, что увидишь за ними.

– Ладно, – сказала я, поднимаясь. – Пойду позвоню в управляющую компанию.

– Хороший план.

– А потом, возможно, всё-таки убью Дэниела.

– Только не на моей территории. У меня недавно был ремонт.

Я рассмеялась.

Нэйт улыбнулся в ответ, и на мгновение всё снова стало простым.

Я направилась к лестнице, но у самого поворота обернулась.

– Нэйт?

– М-м?

– Спасибо.

Он посмотрел на меня.

– Ты уже благодарила меня за кофе.

– Я не про кофе.

Несколько секунд мы молчали. Потом он слегка наклонил голову.

– Я понял.

И, к моему удивлению, не добавил ни одной колкости.

Я поднялась наверх с телефоном в руке и с ощущением, что сегодняшнее утро незаметно изменило что-то между нами.

Совсем немного.

Настолько мало, что я могла бы убедить себя, будто ничего не произошло. Но почему-то мне казалось, что именно такие моменты и оказываются самыми опасными. Не поцелуи. Не признания. Не громкие обещания. А чашка кофе, приготовленная именно так, как ты любишь. И человек, который не пытается решать за тебя, даже когда ему хочется вмешаться. Я закрыла дверь комнаты и снова посмотрела на письмо Дэниела.

Есть кое-что, чего ты не знаешь.

Я не ответила ему. Пока. Но впервые за долгое время я поняла, что прошлое может вернуться не для того, чтобы забрать у тебя что-то ещё.

Иногда оно возвращается, чтобы проверить, действительно ли ты научилась отпускать. И я совершенно не была уверена, что готова пройти эту проверку.

Глава 5. Временная гостья

К полудню я успела выяснить две вещи.

Во-первых, управляющая компания не собиралась решать мою проблему быстрее только потому, что я вежливо напоминала о существовании своей квартиры.

Во-вторых, слово «предварительно» в их лексиконе означало всё что угодно, кроме конкретного обещания.

Осмотр назначили на послезавтра. До этого мне предлагалось ждать, сохранять спокойствие и, по всей видимости, любоваться фотографиями собственного затопленного пола.

Я закрыла ноутбук и потёрла переносицу.

Отлично. Ещё два дня неопределённости, а потом, возможно, ещё неделя ремонта. Или две. Или столько, сколько потребуется, чтобы я окончательно научилась жить без привычного ощущения, что хоть что-то в этом мире зависит от меня.

Я взяла телефон и написала Нэйту:

Ты ещё на работе?

Ответ пришёл почти сразу.

Да. Почему?

Мне нужно съездить в квартиру. Хочу забрать оставшиеся вещи и проверить, что там с повреждениями.

Когда?

Сейчас.

Десять минут.

Я нахмурилась.

Я не просила тебя ехать со мной.

Я заметил. Поэтому и написал, что буду через десять минут, а не что уже стою у двери.

Я невольно улыбнулась.

У этого мужчины имелся совершенно особенный талант: превращать даже обычную переписку в спор, в котором я умудрялась проиграть ещё до начала.

Я сунула телефон в карман и пошла собираться.

Квартира встретила меня запахом сырости и неприятной тишиной.

Я остановилась на пороге, оглядывая комнату. Следы воды на полу уже не блестели, но возле стены оставалось тёмное пятно, а часть плинтуса пришлось снять. Несколько вещей я спасла накануне, остальные предстояло проверить.

Всё выглядело не так ужасно, как в первый вечер, и всё же я почувствовала знакомое раздражение.

Это было моё место. Моя квартира, мои вещи, моя привычная жизнь.

И теперь мне приходилось просить разрешения, ждать чужих звонков и подстраиваться под чужие сроки, чтобы просто вернуться домой.

— Если ты сейчас скажешь, что всё не так плохо, я тебя ударю.

Нэйт, закрывавший за собой дверь, посмотрел на меня.

— Я собирался сказать, что обои выглядят дорого.

— Нэйт.

— И что открытая стена придаёт интерьеру индустриальный шарм.

— Я серьёзно.

Он перестал улыбаться и внимательно осмотрел повреждённый участок.

— Ладно. Пока рано делать выводы. Нужно проверить, насколько промокла стена, и убедиться, что источник протечки устранён. Если просто закрыть всё новой отделкой, проблема может вернуться.

— То есть ремонт будет ещё сложнее?

— Возможно. Но лучше узнать об этом сейчас.

Я присела возле стены, пытаясь разглядеть, насколько глубоко ушла влага.

— Я рассчитывала, что всё закончится за несколько дней.

— Понимаю.

— Нет, не понимаешь. Я не могу бесконечно жить у другого человека.

Слова прозвучали резче, чем я собиралась.

Нэйт выпрямился.

— Я и не предлагаю тебе жить у меня бесконечно.

— Я знаю.

— Тогда в чём проблема?

Я открыла рот, но не ответила.

Проблема была в том, что я сама не знала, сколько времени всё займёт. В том, что мне не нравилось зависеть от обстоятельств. И в том, что чужой дом постепенно начинал казаться мне местом, где можно выдохнуть, а это пугало сильнее, чем повреждённые стены.

— Я просто хочу знать, когда смогу вернуться, — сказала я наконец.

Нэйт кивнул.

— Тогда давай выясним всё, что можно выяснить сегодня.

Он не стал утешать меня обещаниями, что всё обязательно закончится хорошо. Не сказал, что мне не о чем беспокоиться. Вместо этого достал телефон и сфотографировал повреждённую стену.

— Сохрани эти снимки. И те, что сделала сразу после аварии. Они могут пригодиться, когда будешь обсуждать ремонт и расходы.

— Уже сохранила.

— Отлично.

— Ты всегда так радуешься, когда я делаю что-то самостоятельно?

Он взглянул на меня.

— Ты хочешь, чтобы я перестал?

— Нет.

— Тогда не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответ.

Я фыркнула и вернулась к коробкам.

Мы работали почти час. Я сортировала документы, складывала одежду и проверяла вещи, которые могла забрать с собой. Нэйт помогал переносить тяжёлые коробки, но не лез в мои шкафы и не задавал лишних вопросов.

В какой-то момент он обнаружил под столом небольшую коробку с моими старыми блокнотами.

— Это тоже забираем?

— Обязательно.

— Там что, секретные документы?

— Хуже. Мои записи.

Он поднял брови.

— Теперь мне действительно страшно.

— И правильно.

Я забрала коробку у него из рук и поставила в сумку.

Когда мы закончили, у двери стояли две коробки, пакет с одеждой и сумка с документами. Я посмотрела на них и неожиданно почувствовала себя так, будто собиралась уехать из собственной жизни.

Смешно. Я всего лишь временно перебиралась в гостевую комнату.

Но почему-то от этого было не легче.

— Что? — спросил Нэйт.

— Ничего.

Он проследил за моим взглядом.

— Ты не обязана забирать всё сразу. Остальное может подождать.

— Я знаю.

— Хорошо.

Он взял одну коробку, оставив вторую мне.

И мы вышли вместе.

По дороге домой Нэйт свернул к небольшому магазину строительных материалов.

— Нам ещё что-то нужно? — спросила я.

— Нет. Я хочу позвонить одному человеку.

— Кому?

— Мастеру, которого знаю через отца. Он занимается ремонтом. Попрошу его посмотреть фотографии и сказать, сможет ли он оценить повреждения после осмотра управляющей компании.

Я повернулась к нему.

— Ты уже нашёл мастера?

— Пока только человека, которому могу позвонить.

— Но я не просила тебя этим заниматься.

— Знаю.

Он припарковался, заглушил двигатель и посмотрел на меня.

— Мэдди, я не собираюсь нанимать кого-то за твоей спиной. Не буду договариваться о цене или сроках от твоего имени. Я просто могу узнать, есть ли ещё один вариант, кроме ожидания.

Я сцепила пальцы.

— Мне не нравится чувствовать, что я кому-то обязана.

— Тогда не будь обязана.

— Всё не так просто.

— Почему?

Я посмотрела в окно.

Потому что люди редко делают что-то просто так. Потому что помощь часто превращается в напоминание о собственной беспомощности. Потому что иногда проще отказаться от поддержки, чем потом пытаться понять, чего от тебя ждут взамен.

Но я не знала, как объяснить всё это человеку, который, кажется, действительно не собирался ничего от меня требовать.

— Я не хочу, чтобы ты думал, будто теперь должен решать все мои проблемы, — сказала я.

— А я не хочу, чтобы ты думала, будто я считаю тебя своей проблемой.

Я повернулась к нему.

Нэйт говорил спокойно, без привычной усмешки.

— Ты попала в неприятную ситуацию. Я могу помочь с тем, что мне доступно. Это не значит, что я собираюсь управлять твоей жизнью.

Я опустила взгляд на свои руки.

— Ладно. Позвони ему.

— Хорошо.

Он не стал добавлять ничего вроде «я же говорил». Просто набрал номер и объяснил ситуацию.

Разговор занял несколько минут. Мастер согласился предварительно посмотреть фотографии, а после официального осмотра — оценить объём работ и назвать примерную стоимость. Раньше приехать он не мог, но пообещал найти для меня время на следующей неделе.

Когда Нэйт закончил разговор, я спросила:

— И что теперь?

— Теперь у тебя есть ещё один вариант. Ты можешь им воспользоваться, а можешь отказаться после осмотра.

— А если он окажется слишком дорогим?

— Тогда будешь искать другой вариант.

— А если всё затянется?

Нэйт чуть приподнял бровь.

— Тогда будем решать проблему, когда узнаем, в чём она заключается.

Я посмотрела на него с подозрением.

— Ты специально говоришь так, будто всё просто?

— Нет. Я просто не умею ремонтировать то, что ещё не сломалось окончательно.

— Очень философски.

— Я иногда удивляю людей.

— Пока не заметила.

— Дай мне время.

Я рассмеялась, и напряжение наконец немного отпустило.

Не исчезло совсем. Но стало хотя бы терпимым.

К вечеру коробки заняли угол гостевой комнаты.

Я разложила документы на столе, проверила расписание на ближайшие дни и составила список того, что ещё предстояло сделать. Осмотр квартиры, смета, ремонт, страховка, рабочие задачи. Всё это выглядело внушительно, но теперь у меня хотя бы был план.

Нэйт постучал в открытую дверь.

— Ты собираешься провести весь вечер за списками?

— Возможно.

— А если я скажу, что ужин готов?

— Скажу, что ты пытаешься отвлечь меня от важных дел.

— Я пытаюсь спасти тебя от превращения в человека, который составляет расписание даже для сна.

— Между прочим, это было бы удобно.

— Я не сомневаюсь.

Я отложила ручку и вышла на кухню.

Мы поужинали почти без разговоров. После напряжённого дня молчание оказалось приятным. Мне не нужно было придумывать тему, поддерживать беседу или изображать хорошее настроение.

Нэйт тоже не пытался заполнить каждую паузу.

Когда я потянулась за стаканом, он молча подвинул его ближе. Когда я уронила салфетку, поднял её раньше, чем я успела наклониться. Мелочи, на которые я, вероятно, не обратила бы внимания в другой ситуации.

Но я обратила.

И тут же одёрнула себя.

Он был гостеприимным человеком. Это ничего не означало.

— Как думаешь, сколько займёт ремонт? — спросила я.

Нэйт отложил вилку.

— Честно?

— Предпочтительно.

— Пока не знаю. Если повреждения ограничены тем, что мы видели, может оказаться не так страшно. Но если влага ушла глубже, придётся ждать просушки и менять часть отделки.

Я вздохнула.

— Значит, я могу застрять здесь надолго.

— Ты можешь пожить здесь, пока решается вопрос с квартирой. Мы уже это обсудили.

— Я знаю. Просто мне непривычно.

— Что именно?

Я задумалась.

— Не иметь своего пространства. Не знать, когда всё вернётся на место. Постоянно помнить, что я здесь временно.

Нэйт несколько секунд молчал.

— Тебе никто не мешает сделать эту комнату удобной для себя, — сказал он наконец. — Пока ты здесь, она твоя.

Я подняла на него глаза.

— Даже если я переставлю мебель?

— В разумных пределах.

— Повешу шторы?

— Если они не будут закрывать окно полностью.

— Поставлю цветы?

— Только если ты обещаешь не поручать мне их поливать.

Я улыбнулась.

— Ты мог бы просто сказать, что я могу обустроиться.

— Мог бы. Но тогда ты не узнала бы о моём отношении к комнатным растениям.

Я покачала головой, пряча улыбку за стаканом.

И вдруг поняла, что именно мне было нужно услышать.

Не обещание, что я могу остаться навсегда. Не уверение, что он не против моего присутствия. А простое разрешение не чувствовать себя лишней, пока я нахожусь здесь.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Нэйт посмотрел на меня.

— За что?

— За то, что не делаешь из этого одолжение.

Он не ответил сразу. Потом пожал плечами.

— Не вижу смысла.

И почему-то именно этот ответ запомнился мне сильнее всего.

Позже, уже в гостевой комнате, я разбирала коробку с книгами, когда заметила на столе сложенный листок.

На нём было написано:

Мастер сможет приехать на следующей неделе. После осмотра управляющей компании.

Ниже добавлено:

Повреждённую стену пока не трогай.

А в самом низу, мелким почерком:

И да, я не собираюсь заставлять тебя жить здесь против твоей воли. Можешь перестать смотреть на календарь так, будто он отсчитывает время до твоего изгнания.

Я перечитала записку дважды.

Потом взяла ручку и приписала:

А ты можешь перестать вести себя так, будто тебе не нравится моё присутствие.

Я помедлила, посмотрела на собственные слова и усмехнулась.

Слишком смело.

Я зачеркнула последнюю фразу, сложила листок и положила его на стол.

Но даже после этого она продолжала звучать у меня в голове.

Будто тебе не нравится моё присутствие.

Я не знала, почему мне вообще захотелось это написать. Не знала, что бы он ответил, если бы увидел незачёркнутые слова.

И уж точно не собиралась выяснять.

Вместо этого я открыла календарь и отметила дату осмотра квартиры.

Послезавтра.

Потом ремонт. Потом возвращение домой.

Всё было временно. Всё имело свои сроки.

И всё же, глядя на коробки, которые уже не казались чужими в этой комнате, я впервые поймала себя на мысли, что хочу, чтобы у меня оставалось немного больше времени.

Не из-за ремонта.

И не потому, что мне некуда идти.

Просто в доме Нэйта мне постепенно становилось легче дышать.

А это было куда опаснее, чем я готова была признать.

Глава 6. Не свидание

Я уже начинала привыкать к тому, что утро в доме Нэйта Уокера редко обходилось без очередного повода для спора. Сегодня всё началось с кофе.

Нэйт попробовал сваренный мною кофе, посмотрел на кружку так, словно я только что вручила ему результаты медицинского обследования, и спросил:

— Ты собиралась меня отравить или это случайно получилось?

— Доброе утро и тебе.

— Мэдди, это что?

— Кофе.

— Я понял. Я пытаюсь выяснить, почему он на вкус напоминает воду, в которой кто-то помыл ложку.

Я выхватила у него кружку.

— Знаешь что? Следующий раз будешь варить сам.

— Отличная идея. Только для начала мне понадобится молоко.

Я замерла.

Он улыбнулся.

Ненавижу людей, которые умеют улыбаться именно в тот момент, когда хочется бросить в них чем-нибудь тяжёлым.

— Я куплю молоко, — объявила я.

— Великолепно.

— И нормальный кофе.

— Уже лучше.

— И что-нибудь, что поможет мне забыть твоё существование хотя бы на полчаса.

— Возьми побольше. Вдруг не подействует с первого раза.

Я показала ему средний палец и ушла в гостевую комнату.

Через десять минут я вернулась с сумкой через плечо, ключами и списком покупок, составленным с такой тщательностью, будто собиралась обеспечить продуктами небольшую армию.

Нэйт сидел за кухонным столом и разговаривал по телефону.

— Да, я помню, Джек. Нет, я не забыл. Потому что ты звонил мне вчера три раза и дважды писал. Если ты продолжишь в том же духе, я лично приеду и выключу тебе телефон.

Он заметил меня, поднял указательный палец, прося подождать, и отвернулся к окну.

— Нет. Сегодня не могу. У меня планы.

Я демонстративно посмотрела на свои часы.

Нэйт встретился со мной взглядом.

— Нет, — повторил он в трубку. — Не такие планы. Джек, ради всего святого, займись своей жизнью.

Он сбросил вызов.

— Твой друг всегда такой настойчивый? — спросила я.

— Только когда ему что-то нужно.

— А что ему нужно?

— Чтобы я поехал с ним выбирать подарок для его матери.

— И ты отказал?

— Я занят.

Я медленно оглядела кухню.

— Чем именно?

— Сейчас? Пытаюсь понять, почему ты выглядишь так, будто собираешься ограбить супермаркет.

— Я собираюсь купить продукты.

— Тогда тебе понадобится кошелёк, а не алиби.

Я сунула список в карман.

— Прекрасно. Раз ты настолько занят, можешь продолжать заниматься своими чрезвычайно важными делами.

Я направилась к двери.

— Мэдди.

— Что?

— Ты собираешься идти пешком?

Я посмотрела на него с выражением человека, которому только что предложили переплыть Атлантику в надувном бассейне.

— До магазина пятнадцать минут.

— Двадцать пять. И обратно ты потащишь пакеты.

— Я справлюсь.

— Я не сомневаюсь.

Он произнёс это совершенно серьёзно, отчего мне стало ещё обиднее.

— Тогда в чём проблема?

Нэйт поднялся, забрал со спинки стула ключи от машины и направился к выходу.

— В том, что мне всё равно нужно заехать в город.

— Ты же только что сказал, что занят.

— Теперь у меня другие планы.

— Нэйт!

— Что?

— Ты невыносимый.

— Мне говорили.

Он открыл дверь и обернулся.

— Ты идёшь или собираешься ещё минут десять объяснять, почему тебе не нужна помощь?

Я вышла первой, решив, что последнее слово в этом споре останется за мной.

Разумеется, последнее слово осталось за ним.

И это было только начало.

В машине Нэйт включил радио. Из динамиков донеслась какая-то бодрая кантри-песня, в которой мужчина обещал женщине вечную любовь, собственный дом и, кажется, возможность провести остаток жизни на крыльце в компании двух собак.