Пустое зеркало

– А у тебя такие есть? – спросила она у подруги.

– А то! – Ма Хуаша задрала одежду и продемонстрировала пару таких же пупырышков.

Ци Цяо протянула руку, чтобы потрогать, но Ма Хуаша увернулась. Девочки начали гоняться друг за другом и дурачиться. Ци Цяо стянула с себя трусики и швырнула подруге в лицо. И пока Ма Хуаша обижалась и смеялась одновременно, Ци Цяо с радостными воплями побежала в купальню.

В купальне клубился пар. Через слуховое окно под потолком пробивался тусклый свет. На макушки с журчанием полилась струя воды. Слегка ошалев от внезапной водной атаки, девочки отплевывались и отмахивались от брызг. На душе было радостно. Полностью намылившись, они принялись тереть друг другу спины – так старательно, будто исполняли некий ритуал, целью которого было отмыть детские тельца до божественной чистоты.

После купания Ци Цяо упросила маму намазать им с Ма Хуаша личики заветным кремом. После чего обе еще долго принюхивались к неземному аромату друг друга и красовались перед зеркалом.

Однажды во время купания случился серьезный инцидент. Мама Ци Цяо, подняв голову, заметила в слуховом окне чью-то тень. Кто-то подглядывал! Началась паника, обнаженные женщины бросились врассыпную с визгом и воплями: «Лови хулигана!» Злодей-неудачник бросился наутек, но скатился с крыши и подвернул ногу. Его тут же скрутили. «Хулиганом» оказался один из заводских механиков.

Это происшествие оставило в сердцах девочек неизгладимый след. При очередном визите в купальню обе держались настороже и постоянно озирались по сторонам: не маячит ли в густых парах силуэт чужака? Не выскочит ли он внезапно откуда не ждали? Женщин так легко обмануть! А вдруг он притаился где-нибудь сзади, чтобы застать их врасплох?

Мытье перестало быть для них просто мытьем – и превратилось в захватывающее приключение. При малейшем шорохе блестящие от влаги голые женщины в панике разбегались кто куда, врезаясь друг в друга. Кто-нибудь непременно поскальзывался, падал на кафельный пол и ругался от обиды и боли. И только Ци Цяо с Ма Хуаша боязливо жались друг к дружке, напуганные эффектом от собственных проказ. Мама Ма Хуаша быстро сообразила, чьи это проделки. Обе матери отругали их по первое число – и больше в баню с собой не брали.

К весне Ма Хуаша наконец получила собственную пару белых кед – их купил ей отец. Какое же наслаждение – ступать по земле ногами в белоснежных кедах! Едва нога опускалась на землю, подошва пружинила, как мячик. И теперь уже обе девочки бегали в белых кедах под весенним солнцем, прелестные, как распустившиеся бутоны. Младший брат Ма Хуаша, проказник Ли, совсем потерял покой: при виде цветов многих мальчишек так и тянет их растоптать. Однажды Ли поссорился с сестрой, схватил ее кеды, стоявшие у кровати, и выбежал из дома. Ма Хуаша пулей рванула за ним – по дорогам и пустырям, перепрыгивая через заборы и канавы. Маленький Ли быстро выдохся. Поняв, что сестра вот-вот догонит его, он успел со всей силы зашвырнуть кеды куда подальше. И прежде, чем она схватила его за руки, ее заветные кеды, сверкнув в воздухе белой молнией, описали дугу и шлепнулись в сточную канаву у обочины.

Ма Хуаша, как разъяренная львица, повалила брата на землю, уселась ему на грудь и вцепилась в горло.

– А ну верни! – заревела она. – Верни мои кеды!

Стиснув зубы, обидчик хрипел и брыкался, не желая сдаваться. Такие ссоры между ними не были редкостью, но на сей раз Ма Хуаша рассвирепела не на шутку. Даже когда Ли совсем посинел и закатил глаза, она не ослабляла хватку.

Внезапно чья-то большая рука оторвала ее от земли и отшвырнула в сторону. А затем на голову девочки посыпались тумаки и затрещины.

Ее мама, Хао Ланьжун, безжалостно колотила собственную дочь.

– Ты что творишь, дрянь?! – цедила она сквозь зубы. – Убить тебя мало!

Ма Хуаша втянула голову в плечи и не издавала ни звука. Все внутри дрожало, ей хотелось умереть на месте, лишь бы мама перестала злиться.

К ночи Ма Хуаша домой не вернулась, заночевала у Ци Цяо. Девочки спали под одним одеялом. Ци Цяо поведала подруге на ушко секрет, о котором еще никому не рассказывала. Она велела Ма Хуаша поклясться перед портретом Председателя Мао, что та никому не расскажет, а затем сообщила, что она сирота. Что ее нынешний папа, Ци Цзунъи, подобрал ее на улице.

Эта сенсационная новость, однако, не вызвала у Ма Хуаша ожидаемой реакции. Она продолжала витать в своих мыслях, будто грезила наяву. Волосы Ци Цяо щекотали ей лицо, под одеялом стало жарко от дыхания подруги, которая продолжала говорить. Темнота надежно укрыла их и будто унесла куда-то вдаль, где никто их не знает, где даже они сами не знают, кто они. Через некоторое время девочки так и уснули в обнимку.

На следующий день Хао Ланьжун, выудив кеды дочери из канавы, тщательно выстирала их и отчистила до белизны. Когда кеды просохли, они выглядели как новенькие.

* * *

Каждое утро ни свет ни заря стайки детей высыпа́ли из всех корпусов общежития, как картошка из прорванного мешка, и вприпрыжку бежали на уроки. Ци Цяо останавливалась под окнами Ма Хуаша и кричала: «Пора в школу!» Хуаша закидывала за спину ранец и выбегала из дома. После целой ночи разлуки подруги были так рады увидеться снова, что их свежевымытые личики тут же озаряла улыбка.

Рассвет начинался с железной дороги. С ослепительных солнечных бликов на рельсах, убегающих за горизонт. Девочки шли каждая по своему рельсу и соревновались, кто дольше продержится и не упадет. Казалось, в эти минуты все вокруг изумленно замирает, а затем вновь возвращается к жизни. Но после этого выглядит и движется как-то иначе. Уже без предвкушения грядущих перемен.

Через два дня Ма Хуаша не удержалась и осторожно спросила: «Ци Цяо, ты правда сирота?» Ответ был абсолютно неожиданным: Ци Цяо призналась, что вовсе не сирота. Она выдумала это, чтобы утешить подругу, когда больше не могла смотреть, как та переживает.

Девочки были неразлучны. Даже в туалет ходили вместе – ждали друг друга за дверью. Хуаша любила расчесывать подруге волосы. Она усаживала Ци Цяо на низенький табурет, сама садилась рядом на стул повыше и принималась расчесывать ей волосы гребнем. Густые волосы подруги струились у нее между пальцами, а сама Ци Цяо жмурилась от удовольствия.

Расчесав эти длинные волосы, Ма Хуаша заплетала их в две косички, а иногда – в шесть, в восемь или даже в двенадцать. Но постепенно поняла, что красивее всего смотрится одна большая коса. С такой косой Ци Цяо была прекрасна, как небесная фея, а Ма Хуаша гордилась и радовалась тому, что, уже просто находясь с нею рядом, в такую же фею превращается и сама.

Их тесная дружба вызывала у некоторых зависть. Одноклассницы относились к ним с нарочитым презрением и отказывались с ними играть, а за глаза сочиняли о них всякие гадости.

Одно время Хуаша чувствовала, что они отдаляются друг от друга: Ци Цяо играла в классики и прыгала в резиночку с другими девочками, а Хуаша могла только стоять в сторонке и смотреть. Однако на зимних каникулах они снова сдружились, как раньше, – а то и покрепче прежнего.

Небо было чистым, как глыба прозрачного синего льда. От мороза щекотало легкие, а в носу слипались волоски. В такую погоду дети галдят на улицах жизнерадостнее всего, а некоторые просто визжат от восторга.

Братья Цяо – близнецы Чжун и Юн – умели кататься на коньках, но у них была всего одна пара на двоих, так что катались они по очереди. Увидев, как мальчишки, галдя и пререкаясь, собираются на каток, Ма Хуаша и Ци Цяо решили: «Надо залить собственный каток».

Они выбрали кусок земли за общежитием. Отыскали шланг. Тот оказался коротковатым, и его пришлось надставлять. В четыре руки они примотали к нему проволокой еще один кусок шланга и подсоединили к водопроводному крану. Пять дней они заливали выбранный участок водой. Вода, налитая днем, за ночь превращалась в прочный лед. Все меньше голой земли виднелось из-подо льда, и в итоге весь участок превратился в гладкое, блестящее зеркало с узором из чуть выпуклых прожилок. Примотав к подошвам кроссовок крепкие палки, они брались за руки и катались по льду, пока одна из них не падала, после чего обе долго и заливисто хохотали. Белоснежное личико Ци Цяо на морозе краснело, скулы превращались в багровые бугорки, а черные глаза сияли от восторга. Ма Хуаша восхищенно любовалась красотой подруги, не в силах оторваться.

Девочки не хотели расставаться ни на минуту и по очереди ночевали друг у друга. В зимние ночи, темные и холодные, под одеялом особенно тепло и уютно. Накрывшись им с головой, они долго шептались, иногда сдавленно прыская со смеху. Там, под одеялом, им открывался целый мир удивительных тайн. Порой Ци Цяо резко откидывала одеяло и выныривала наружу: от смеха ей не хватало воздуха. Их толстое стеганое одеяло то беззвучно ходило ходуном, то вздымалось волнами, а то и с тяжелым шорохом сползало на пол.

И уже за полночь, когда весь дом затихал, а веки начинали слипаться, зимняя ночь нежно окутывала их, как вата, и девочки засыпали с улыбками на устах.

Той зимой выдалось много снегопадов, и подруги, вооруженные огромными вениками, снова и снова выходили на битву с белыми хлопьями, засыпа́вшими с неба их персональный каток. И мели так усердно, что делалось жарко, ресницы тяжелели от налипшего инея, а носы хлюпали. Но, как они ни старались, в итоге снег все плотнее укрывал их блестящий, как зеркало, каток – так же неумолимо, как уже укрыл все вокруг. Онемев от усталости, они, как в дурмане, с застывшей на лицах улыбкой возвращались домой.

Наступила весна, и за стенами двора, до самой дороги, разлилось настоящее половодье. И в той же самой впадине, что они заливали зимой под каток, образовался приличных размеров пруд. С каждым дуновением ветерка по водной глади прокатывалась мелкая рябь. Днем в пруду отражалось безмятежное синее небо, а утром и вечером его поверхность сияла ослепительным золотым светом. День за днем пруд уменьшался, и наконец земля вобрала его в себя без остатка.

* * *

Следующей зимой по общежитию разнеслась благая весть: Чжуна с Юном приняли в армию. А ведь мальчикам было всего по шестнадцать, и если бы их отец, отставной военный Ци Цзунъи, не похлопотал с особым усердием, не видать бы им армейской службы как своих ушей! Ночью Ма Хуаша услышала, как ее братишка всхлипывает под одеялом: «Я тоже… тоже хочу служить!» Затем в темноте раздался звонкий шлепок: Хао Ланьжун влепила сыну оплеуху.

– Лучше б учился как следует! – сдавленно ругнулась она.

В армию Чжуна с Юном провожала вся их семья, а Ма Хуаша присоединилась к прощанию уже на вокзале. На перроне собралась тьма народу, новенькая зеленая военная форма лоснилась и сияла, как доспехи, вокруг все галдели, а над головой то и дело горланили искаженные динамиками голоса. Но вот над платформой прогремел особый приказ, и все голоса разом стихли. Новобранцы выстроились колоннами и начали друг за другом заходить в вагоны. На их лицах, еще по-детски наивных, но неожиданно посуровевших, читалось волнение пополам с гордостью.

Поезд тронулся с места с оглушительным скрежетом, и перрон захлестнуло женскими воплями и рыданиями. Разревелась и Ци Цяо, а Ма Хуаша сглатывала слезы в молчании. Прощальный плач уносился вслед за уходящим поездом и медленно затихал с каждым перестуком колес.

Состав был уже далеко, и бабий вой унялся, но девочки все никак не могли успокоиться. Возвращаться домой не было никакого желания, и они бесцельно слонялись по улицам. Глаза их покраснели и опухли от слез, а юные сердечки дрожали от опустошенности и блаженной радости одновременно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Хутун – китайский жилой квартал, узкие улочки с плотной застройкой. – Здесь и далее, если не указано иное, примеч. ред.

2

Парк Таожаньтин – парк (59 га) на юго-западе Пекина, известный историко-культурный памятник. На его территории расположена одноименная беседка, которая входит в список четырех знаменитых беседок Китая.

3

Парк Бэйхай – один из самых крупных (69 га) парков Китая. Расположен возле Запретного города, ранее был императорским садом. Заложен в X в., с 1925 г. открыт для посещений. Главная достопримечательность – Белая пагода (XV в.).

4

Принудительный производственный труд в деревне для городских жителей в период Культурной революции (1966–1976 гг.).

5

Запретный город – дворцовый комплекс, резиденция китайских императоров с 1420 по 1912 г., включен в список всемирного наследия ЮНЕСКО.

6

«Красный женский отряд» – знаменитый балет о героизме девушек с острова Хайнань, их борьбе за равенство и справедливость во время гражданской войны 1930-х гг. в Китае. Поставлен в 1964 г. по мотивам одноименного фильма (1960, реж. Се Цзинь). Внесен в список «революционных образцовых спектаклей» Китая.

7

Школа в Китае состоит из начальной, средней и старшей ступеней. Поступают в школу в 6 лет. Обучение в начальной школе длится 6 лет. По завершении школьники сдают экзамены на знание китайского языка и математики и поступают в среднюю школу.

8

В Китае на день рождения принято есть лапшу – это блюдо является символом долголетия. – Примеч. пер.

9

Печенье круглой формы из клейкого риса, популярное блюдо на китайский Новый год.

10

Мао – денежная единица; 1 юань равен 10 мао.

11

Две концепции, сторонники которых придерживаются противоположных взглядов: приверженцы социогенетизма считают, что характер ребенка формируется под действием воспитания и окружения, приверженцы биогенетизма считают, что характер – понятие врожденное.

12

Ванфуцзин – одна из популярнейших торговых улиц Пекина длиной около 1 км, почти вся – пешеходная.

13

Ткачиха и Волопас – персонажи древнекитайской мифологии, разлученные возлюбленные, которые могут встречаться лишь раз в году; этот день, 7-е число 7-го лунного месяца, с древности отмечается как праздник влюбленных.

14

«Мост Ватерлоо» (Waterloo Bridge, 1940, реж. Мервин Лерой) – классика американского кинематографа.

15

Высказывание немецкого футболиста и тренера Зеппа Хербергера (1897–1977). – Примеч. пер.

16

Кантонский диалект – диалект, распространенный на юге Китая, а также в Гонконге и Макао.

17

«Мы – наследники коммунизма» – песня, которую в 1960 г. написала Цзи Мин на стихи Чжоу Юхуэя; главная музыкальная тема фильма «Герои маленькой восьмой армии» (1961), в 1978 г. стала гимном юных пионеров КНР.

18

«Книга Перемен» («И цзин») – один из древнейших китайских трактатов; в нем содержится гадательная система, основанная на концепции инь-ян – основной концепции китайской философии.

19

Так называемая «золотая неделя» – ежегодные выходные с 1 по 7 октября в честь основания КНР. – Примеч. пер.

20

Мао Цзэдун (1893–1976) – основатель Китайской Народной Республики, возглавлял ее в качестве председателя Центрального комитета Коммунистической партии.

21

Польский легковой автомобиль, производившийся компанией FSO с 1951 по 1973 г. Изначально – лицензионная копия советского ГАЗ-М-20 «Победа», переработанная и модернизированная силами FSO.

22

Марка грузовых автомобилей, производящихся в Китае с 1956 г. Первая модель копировала советский ЗИС-150.