«Бытие и время» Мартина Хайдеггера

Различение два смысла начала (Том I, 4.1, 9.3)[^1] уточняет: подлинность и неподлинность — это не «два состояния» (данности), а два аспекта одной функции. Подлинность — это исток (принятие задачи быть своим бытием); неподлинность — это предел (уклонение от задачи). Смешение этих аспектов порождает видимость того, что подлинность — «цель», а неподлинность — «неудача»; различение истока и предела показывает: обе — модусы функции, а не «оценки».

9.4. Усредненная повседневность как позитивный феномен.

Хайдеггер делает методологически важный шаг: анализ должен раскрыть Dasein не в каком-то «избранном» модусе, а в его «безразличном первоначально и по большей части». Эта безразличность — не «ничто», а позитивный феноменальный характер. Хайдеггер называет её усредненностью (Durchschnittlichkeit).

Это не «усреднение» в смысле «банальности». Усредненная повседневность — онтически первичный способ, в котором Dasein обычно находится. И именно поэтому она онтологически упускается: то, что ближе всего онтически, оказывается дальше всего онтологически. Августин, которого Хайдеггер цитирует, говорит: factus sum mihi terra difficultatis — «я стал для себя землёй трудностей». Это не «недостаток познания», а структура: Dasein скрыто от себя в своей повседневности, и задача аналитики — раскрыть то, что обычно не показывается.

Различение функция / данность (Том I, 4.7)[^1] уточняет: усредненная повседневность — это функция (способ, каким Dasein «функционирует» в каждом модусе), а не данность (эмпирическая констатация). «Онтически первичный» — значит, функция «функционирует» до всякой рефлексии; «онтологически упускается» — значит, данность скрывает функцию. Задача аналитики — остановить эту подмену, не отбрасывая повседневность как «банальность», а показывая, как она скрывает функцию.

9.5. Экзистенциалы и категории.

Хайдеггер вводит различение, которое определяет весь словарь «Бытия и времени». Бытийные характеристики Dasein он называет экзистенциалами (Existenzialien). Бытийные определения сущего, не обладающего характером Dasein, — категориями (Kategorien). Это не просто терминологическая замена: экзистенциалы и категории требуют разных способов вопрошания. Сущее есть либо «кто» (экзистенция), либо «что» (наличность в самом широком смысле).

Хайдеггер напоминает, что греческое κατηγορεῖσθαι первоначально означало «публично обвинять, прямо говорить кому-то что-то перед всеми». В онтологическом употреблении это означает: «прямо сказать сущему, что оно уже есть как сущее, то есть показать его бытие для всех». Категории — это то, что усматривается в таком «показывании». Экзистенциалы же не «показываются» таким образом, потому что Dasein не «есть» как наличное.

Различение функция / данность (Том I, 4.7)[^1] уточняет: категории — это данности (определения сущего как наличного); экзистенциалы — это функции (структуры бытия Dasein). «Показывание» категорий работает с данностями; «анализ» экзистенциалов описывает функцию. Смешение этих способов вопрошания порождает видимость того, что Dasein — «вещь среди вещей»; различение функции и данности показывает: Dasein — не данность, а функция.

9.6. Dasein и вопрос «что есть человек».

Хайдеггер подчёркивает: экзистенциальная аналитика Dasein предшествует психологии, антропологии и биологии. Это не означает, что эти дисциплины «не нужны»; это означает, что они уже движутся в определённом понимании бытия Dasein, которое они не тематизируют. Аналитика должна раскрыть априори, которое должно быть видимо, чтобы философски обсуждать вопрос «что есть человек». Это не «ответ» на вопрос, а условие возможности его постановки.

Различение функция / данность (Том I, 4.7)[^1] уточняет: психология, антропология и биология работают с данностями (эмпирическими фактами, поведением, организмами); аналитика Dasein работает с функцией (способом бытия, который делает возможными эти данности). «Предшествование» — это не «иерархия» (данность), а структура: функция «функционирует» до всякой данности, и аналитика должна описать эту функцию, не подменяя её данностью.

9.7. Граница: что § 9 не решает.

Важно зафиксировать границу, чтобы различение Тома I не превратилось в «закрытие» проблемы. § 9 не решает вопрос о бытии; он только очерчивает тематику анализа Dasein. Различение функция / данность проясняет, почему Dasein не «вещь среди вещей», но не объясняет, почему Dasein вообще становится предметом анализа. Это объяснение — задача §§ 10–11 (разграничение с антропологией, «естественное понятие мира»), и Том I здесь не даёт готового ответа.

Кроме того, различение функция / данность не отменяет хайдеггеровского тезиса о «неподлинности». Оно только показывает, в каком смысле неподлинность — «модус»: не потому, что она «хуже», а потому, что она данность, которая скрывает функцию. Это не «решение», а уточнение того, что Хайдеггер уже сказал.

9.8. Комментарии и пояснения.

1. Dasein — не «человек» как биологический вид и не «субъект» как носитель сознания. Это сущее, которое в своём бытии относится к этому бытию. Jemeinigkeit указывает на то, что это отношение неотделимо от того, кто его осуществляет. В свете различения функция / данность (Том I, 4.7)[^1]: Dasein — это функция (способ бытия), а не данность (экземпляр).

2. Экзистенция vs. наличность — Хайдеггер противопоставляет экзистенцию (бытие Dasein как возможность) и наличность (бытие вещей как простое присутствие). Это не «два вида существования», а разные способы бытия, требующие разных понятий. В свете различения функция / данность (Том I, 4.7)[^1]: экзистенция — это функция; наличность — это данность.

3. Подлинность и неподлинность — не оценочные понятия, а модусы бытия Dasein