Природа во плоти

— Джейк, прекрати! — закричал кто-то. Но из-за шипения огня, ударявшегося о землю, ничего не было слышно.

Наконец Сильвия подгадала момент: Джейк был слишком занят исступленными попытками добраться до нее, чтобы думать о своей защите — этого она и ждала. Между перебежками она улучила секунду, чтобы создать атакующую волну, и вот она ударила Джейка в живот, сметая его с места, но — черт возьми! — он все-таки смог устоять на ногах титаническими усилиями.

— Надо было бить ниже, — вынесла урок Сильвия. Если бы ударила прямо по ногам, он бы точно не устоял. — Я учту.

— Не будет другого шанса.

Глаза Джейка уже горели жаждой положить конец этому бою прямо сейчас — беспрекословно и одним ударом. Сильвия вся напряглась, приготовившись к финальной схватке, и оба противника единовременно замахнулись, воззвав ко всей своей силе. Цунами и огненное торнадо столкнулись, сотрясая землю, и мощь их была равна.

— Они ведь поубивают друг друга! — воскликнул кто-то в ужасе. Кажется, это был Айэн.

— Не лезь, иначе и тебе достанется, — приструнила Риа.

Сильвия никогда прежде не чувствовала подобного напряжения. Казалось, еще чуть-чуть, и у нее лопнут кости. Но если она отступит, будет хуже: ураган пламени сметет ее как пушинку. И оба они не желали сдаваться. Беспощадный огонь и непоколебимая вода. Пока один из них не начал перенимать превосходство.

Джейк.

Джейк не мог поверить, что это был не он.

Атака Сильвии напирала все больше, Джейку даже пришлось отступить на два шага. А потом что-то случилось. Браслет на руке Сильвии больно стянул запястье, и на секунду она растерялась, не понимая, в чем дело. Противник воспользовался этим, влив последние мочи в огненную бурю, которая должна была бы отправить девушку в нокаут, но Сильвия успела вновь собраться и отразить атаку.

Стихии столкнулись с новой силой — такой мощной, что оба оппонента, не выдержав отдачи, отлетели в разные стороны и одновременно рухнули в снег.

Первая ничья с Джейком.

— Ты просто сумасшедшая! — торжественно объявила Риа Сильвии, помогая ей встать. — Ты что, все это время ходила на курсы суперсолдатов втайне от меня?

Линдон тем временем помог подняться Джейку.

— Ничего подобного, — ответила Сильвия, все еще сбитая с толку произошедшим. Ребята что-то бодро обсуждали, окружив их, но она не слушала. Джейк поймал ее взгляд — растерянный и задумчивый, как будто она никак не могла взять в толк, что произошло.

Как в тумане она осознала его приближение. Джейк остановился напротив нее и протянул ей руку.

— Ты достойный противник, — честно признал он.

Сильвия ответила рукопожатием — как раз той рукой, на которой погнулся браслет. Она могла поклясться, что видела, как всего на секунду глаза Джейка зацепились за него.

— Ну, хватит на сегодня драк, — сказала Риа. — Я предлагаю выпить.

— Только если за твой счет, — поддержал Линдон.

Риа глянула на него, сощурив глаза:

— Вот когда обыграешь меня в «кто быстрее осушит кружку пива», тогда я за тебя и заплачу, — пообещала она ему.

— Этот вызов лучше не принимать, приятель, — посоветовал Кэйлеб. — Она доберется до дна бочки с пивом быстрее, чем ты справишься с кружкой.

— Даже спорить не стану. — Линдон поднял перед собой руки в знак капитуляции.

Скоро почти все скрылись в лесу, последним за компанией последовал Джейк.

Сильвия окликнула его и перехватила за плечо, он остановился. На мгновение глаза Джейка задержались на ее руке, держащей его, и Сильвия, внезапно смутившись, поспешила ее убрать.

— Что только что произошло?

— О чем ты?

— Я об этом, — она указала на браслет. — Его как будто силой погнуло.

— Силой? — переспросил он, с виду не понимая, к чему она клонит. — Ах, вот ты о чем, — вздохнул он с усмешкой, догадавшись. — Хочешь сказать, старик Хиори спрятался за деревьями и испортил твою побрякушку? Я никого не видел.

— Хиори Рахлейв уже давно не в состоянии выйти из собственного дома, — напомнила девушка.

— В таком случае, кто ещё мог это сделать?

Сильвия смотрела на него испытующе. Действительно, кто еще? Силой повелевать металлом обладали только Рахлейвы, теперь же эта способность, считай, канула в лету.

— Я думала, это ты знаешь.

Джейк фыркнул.

— Слушай, я не знаю, чего ты хочешь от меня добиться, но брось это. Твой браслет мог деформироваться от давления или температуры. Почитай учебник физики на досуге, — порекомендовал он. — Идем, буря начинается.

***

После полудня разразилась настоящая снежная буря. Немудрено для такого холодного города, как Дегхельм, встречать зиму в середине ноября, однако самые чувствительные могли бы заметить некую странность в поведении природы именно в этом месте.

Лина чувствовала эту странность как никто. Она буквально зудела в костях, стягивала ей обручем голову. Тем не менее, хорошенько подумав, где она могла бы найти ответы, Лина отправилась в городскую библиотеку.

Чтобы прийти в себя и наконец понять, что делать дальше, ей действительно понадобилось много времени. Со вчерашнего вечера и до этого момента она думала. Много. Тщательно. Увиденное потрясло бы кого угодно, но Лина, честно, не знала, как на это реагировать. Она не росла, внушаемая миром, что сверхъестественное существует только в сказках. Никто не говорил ей, что понимать язык животных — это ненормально, а порождать огонь и воду одним желанием — невозможно.

Невозможно. Лина не знала значения этого слова.

Вернее не помнила. Она ничего из этого не помнила.

И поэтому девушка, которая вошла в библиотеку и спросила о том, где хранятся архивы и исторические сведения о Дегхельме, ни у кого не вызвала вопроса, все ли с ней хорошо. Она не выглядела как кто-то, только-только отошедший от шока. Потому что его не было.

— Последний стеллаж направо, — подсказала ей библиотекарь.

Книга с историей Дегхельма не содержала ничего интересного. Город был основан в Средние века переселенцами с Севера. Место здесь было пригодное для рыболовства из-за протекающей рядом реки и для охоты.

Не то. Все не то.

Лина перелистывала страницы, ища нужную, и не заметила, как из другого конца библиотеки за ней кто-то наблюдает.

Вот оно! Бедствие в ночь с шестнадцатого на семнадцатое ноября тысяча пятьсот семьдесят третьего года. Пожар свирепствовал всю ночь, никто не мог понять ни причины его возникновения, ни как справиться с ним. Сгорела вся северная часть города, доселе не восстановленная в память о погибших. Пострадало более сотни человек. Ущерб… Список погибших… И… все?

Лина разочарованно поставила книгу на место. Зацепка оказалась ложной. Ее интересовала легенда…

Девушка решила попытать удачу за компьютером. Но что интернет мог дать ей на запрос «Легенда о том, как Семь Семей низвергли страшное Чудовище»? Если кто-то и поделился этой информацией в общем доступе, то те другие, которые эту информацию пожелали содержать в секрете, об этом позаботились. Поэтому Лина здесь ничего не найдет.

— Я могу вам чем-то помочь?

Лина вздрогнула, повернувшись на голос, и увидела стоящего рядом с ней светловолосого мужчину с приветливым выражением лица.

— Простите, если напугал вас, — сказал он. — Но я случайно заметил, что вы так безуспешно ищете, и подумал, что мог бы помочь.

— Я не из пугливых, — произнесла девушка с улыбкой. — И почему же безуспешно?

— Вряд ли легенду о Ведьме и Семи Семьях можно отыскать на просторах сети.

Ведьме? Эту деталь Лина слышала впервые.

— А вам эта тема хорошо знакома?

— Более чем, — кивнул собеседник. — Кажется, погода улучшилась. Не прогуляться ли нам?

Лина поразмыслила всего секунду и, решив не упускать шанс, с новой улыбкой ответила:

— С удовольствием. А вы…

— Можете звать меня Кристиан.

Глава 15. Семь Семей и одна тайна.

Лина не переставала удивляться быстрым сменам настроения погоды. Когда они с Кристианом вышли из библиотеки, уже светило солнце. Тающий снег вокруг них искрился, слышался звон капели. Они направились в сторону живописной аллеи, сейчас такой умиротворенной и залитой светом.

— Итак, вас интересует легенда о Семи Семьях? — спросил Кристиан. Он шел, заложив руки за спину.

— … которые низвергли страшное Чудовище, да, — добавила Лина, как будто относясь к этому с юмором.

— Что ж, это длинная история.

— Я никуда не спешу.

— Тогда вас должна была заинтересовать и легенда о Ведьме, которая занимает немалое место в этой истории.

— Ещё одна легенда, — вздохнула Лина.

— О могущественной Ведьме Велле, жившей в этих краях, — начал рассказ Кристиан. — Во времена Инквизиции многие ведьмы — те, что успели спастись — бежали на Север, где преследователи не смогли бы их нагнать. Север — так в хрониках называют территорию, что за пределами всякой цивилизации, — пояснил Кристиан, поймав вопросительный взгляд девушки. — Простому смертному туда не добраться из-за опасностей и не выжить в суровом климате. Но ведьмы — не простые смертные, они истинные дети природы. Ни холода́, ни бури им не страшны, потому как сами они — часть всего этого. Говорят, настоящая ведьма рождается в ураган, а смерть ее сопровождает страшный ливень, как будто сама природа оплакивает ее уход.

— Но Велла была особенной, раз о ней сложили целую легенду, — предположила Лина.

— Верно. Рассказывали, что в своем гневе она сравняла с землей родной город, когда гонения на ведьм начались там. Сперва лишили жизни ее родных сестер. Велла уже знала, что за ними придут, но не успела предупредить их. Она могла бы сбежать, но вместо этого самолично выдала себя. Костер подготовили и для неё. Она не сопротивлялась и не использовала силы против людей, когда ее повели на казнь. А вот почему, все поняли, когда было уже поздно. Она хотела, чтобы то, что она скажет, услышали все. Так и было. Вся столица пришла посмотреть на сожжение ведьмы, и каждый стал свидетелем ее обещания.

— Что же она сказала?

— Велла прокляла человечество.

«Знайте же, люди, что расплата грядет. Да будет небо мне свидетелем — вы сполна расплатитесь за свои грехи. Мать природа встанет на защиту свою и детей своих, а на вас, безжалостных трусов, что попрали ее благодетель, однажды обрушит свой гнев. Ваши жадность и ненасытность ввергнут вас в крах. Наводнение в столице и землетрясение на западе — лишь начало…»

«Сожгите ее! — кричал кто-то в толпе. — Смерть проклятой!»

«Нет, — спокойно и уверенно произнесла Велла. — Сгорите вы».

— Город был сожжен дотла, — подытожил Кристиан. — Лишь немногие выжили, чтобы рассказать эту историю.

— И все же… как Велла связана с Дегхельмом?

— Отомстив за гибель сестер, Велла стала бродить по свету, долгие годы собирая знания о ведьмовстве. Много лет прошло, и однажды она появилась в окрестностях дегхельмского леса. Одна женщина застала ее за колдовством и тотчас же сообщила городничему.

— И тогда ее попытались поймать?

— Напротив. К ней обратились за помощью. Одна из дочерей городничего тяжело болела, лекари были бессильны. Он умолял Веллу помочь, зная, на какие чудеса способны ведьмы благодаря своим знаниям и умениям. Но, верная своей обиде на людей, Велла отказалась помогать. Ей была безразлична судьба девочки. Пока к ней не обратилась младшая сестра больной. И Ведьма сжалилась, зная, что такое боль от потери сестры. С ее помощью девочка выздоровела. В благодарность Велле городничий приказал воздвигнуть для нее храм. Он предложил Ведьме остаться здесь, обещая ей безопасность и сохранность ее тайны. Велла согласилась.

— Тот самый храм, который сейчас называют Развалинами? — спросила Лина.

— Да, это он.

Лина опустилась на лавочку вслед за Кристианом.

— Долгое время Велла жила бок о бок с людьми, — продолжил собеседник, — постепенно понимая, что не все они заслуживают кары. В Дегхельме ее почитали и любили. Также она продолжала путешествовать время от времени, все больше убеждаясь, что в сердцах людей всё ещё живут добро и милосердие. И она оставила свою ненависть. Пока…

Лина задержала дыхание.

— …пока — что?

— Пока обещание Веллы, вопреки ее желанию, не начало исполняться. Некоторые говорили, что это истинный гнев природы, направленный на людей. Кто-то называл его чудовищем, кто-то — ужасным зверем. Он родился из огня и его же обрушил на людей. Ему не страшны были ни пули, ни мечи — ничто не могло остановить его разрушения. Сама природа создала нечто подобное себе, но во плоти человека, с виду неотличимого ни от какого другого. По его велению разверзалась земля, реки и озера выходили из берегов, пожары и ураганы бушевали в деревнях и городах. Сам он мог обратиться любым зверем, разрушительной бурей или неумолимой вьюгой. Он пришел для того, чтобы уничтожить людей за то, как они изо дня в день уничтожают природу.

Лина поежилась, обняв себя руками. Страшно представить, если бы такое произошло на самом деле. Но ведь это только легенда...

Ведь так?

— И очередь дошла до Дегхельма? — Лина вспомнила о пожаре в северной части города.

— Велла чувствовала его приближение. И готовилась. Она придумала способ одолеть Чудовище, но сама она справиться не могла.

— И на помощь пришли те самые семь семей, — догадалась Лина.

— Не все так просто. Велла изложила свой план, предупредив, что цена победы будет высока, и ее заплатят все, согласятся они ей помочь или нет. Ей понадобилось несколько добровольцев, которые сыграют ключевую роль в ее плане, по одному бравому смельчаку из рода. Вызвались Вудлейвы, Фредерри, Тронан, Майлинсы, Иенхольды, Рахлейвы, Райосы и Амаринсы. В храме Велла изложила им основную часть плана, а именно то, что заставило их усомниться в своей смелости.

— Что это было?

— Плата своей свободой.

— То есть?

— Представь, что ты прикован к капельнице, и в ней вся твоя жизнь. Без постоянной подпитки твоё сердце не выдержит. Хранить в себе столько силы не под стать простому смертному, если только эта капельница не будет спасать тебя каждый день... Но это значит, что от нее тебе не уйти. Больше никогда.

— И ты заперт в палате с этой капельницей... навсегда? — тихим голосом произнесла Лина.

Кристиан молча кивнул.

— Сперва они отказались, — продолжил он. — И тогда один из них, Ариэль Амаринс, смог убедить остальных, объединил их под своим началом. Ариэль был искусным оратором. А также внуком той самой девочки, которую когда-то спасла Велла.

О прибытии зверя возвестил страшный пожар, обрушившийся на северную окраину Дегхельма. Сейчас ее называют Равниной Павших. Это была страшная ночь. Тогда же семьи принялись действовать. Решающая битва произошла на поляне, которую с тех пор называют Поляной Семи в честь победителей.

— И как именно им удалось одолеть зверя?

— С помощью кинжалов, которые зачаровала Ведьма. Поразив зверя семью кинжалами единовременно, они лишили его всех его сил. Но сила, как и любая другая энергия, не могла испариться бесследно. И она перешла к ним, распавшись на элементы.

— Огонь, вода, воздух, земля…

— Дерево, молния и металл, — довершил Кристиан. — Каждой семье досталось по одному.

— Но почему именно семь?

— Велла все рассчитала. Такая огромная сила — тяжелая ноша для людской души, и, только разделив, ее можно обуздать. Она посчитала, что семи будет достаточно. Изначально их должно было быть восемь, но Ян Иенхольд отказался в последний момент. Умение обращаться в животных должно было перейти к нему, однако он не пожелал обрекать свой род на подобную участь.

— Но что в ней такого страшного? Они ведь прослыли героями. Наверняка их любили и почитали после этого…

— В силе крылась самая главная опасность. Она велика, неконтролируема и непредсказуема. Она никогда не принадлежала им и не будет принадлежать. Если все это действительно случилось на самом деле, конечно, — добавил Кристиан со смешинкой в глазах. — Но это только легенда. Сейчас говорят, что истинной причиной пожара на севере Дегхельма была неосторожность местных жителей, которые оставили костер непотушенным близ леса, и никакого зверя в сущности не было.

— А если он всё-таки был, то… что с ним стало?

— Доподлинно неизвестно. Мы знаем лишь что, дабы оградить мир от опасности, которую он всё ещё мог бы представлять, Велла воздвигла вокруг Дегхельма столпы, которые на самом деле являются этими же кинжалами, спрятанными в секретных местах. Сила, заключённая в них, создает вокруг города нечто вроде барьера, через который зверю не пробиться. С самого их сотворения Семьи хранят столпы, подпитывая их своей энергией, поэтому их иногда ещё называют Семьями Хранителей. Столпы существуют, пока живут Семьи, потому как они неразрывно связаны друг с другом.

— Но зачем нужны столпы, если это… Чудовище лишили всех его сил? А без них он больше не представляет угрозы, ведь так?

— Пока находится внутри города, да. Если же однажды ему удастся выйти… кто знает, что станет с этим миром, — таинственно протянул Кристиан.

— И всё это случилось семнадцатого ноября?

— Именно. В день основания Дегхельма, только на несколько сотен лет позже. Так уж случилось, — пожал он плечами. — У вас ещё остались вопросы?

— Да, один… Вы сказали, что Велла чувствовала его приближение. То есть… она слышала от других, что он уже рядом, или…

— Ведьмы по-особому воспринимают окружающее. Они ощущают малейшие изменения погоды, эмоции животных, некоторые из них даже видят будущее. А рядом с этим… созданием любая ведьма почувствует что-то необъяснимое. Притягательное, вызывающее трепет. — Взгляд Кристиана стал каким-то пытливым, как будто он выискивал мельчайшие изменения на лице девушки. Словно она как никто другой должна была понять его слова. — Велла же была одной из самых могущественных. Она имела способность предсказать землетрясение или засуху, а уж приход такого бедствия, как он — и подавно. Надеюсь, я ответил на все ваши вопросы, — Кристиан тепло улыбнулся ей. — мисс…

— Ах да, я совсем забыла, — смущённо вздохнула девушка, как будто выйдя из транса. — Я Лина. Наверняка вы слышали историю о девушке, которая появилась в Дегхельме из ниоткуда, не знающая, кто она и как здесь оказалась, — без обиняков предположила она.

— Да, да, наслышан. Хотя я и сам не отсюда, слухи о вас до меня быстро дошли.

— Для приезжего вы довольно хорошо знакомы с местными историями, — оценила девушка.

— Я путешествующий писатель, — поделился Кристиан. — Создаю исторические романы, основываясь на реальных фактах или же выдуманных событиях. Собирать сведения — мой конек.

— Что ж, мое счастье, что вы столько знаете о Дегхельме и согласились поделиться этим со мной. Премного благодарна, — почтительно склонила голову девушка.

— Всегда рад помочь, — кивнул он в ответ.

***

Вечером в доме Фредерри организовалась эдакая «вечеринка». А точнее в спальне Рии, где сама она пустилась в пляс по всей комнате под заводную «Bad Reputation» прямо с бутылкой градусного коктейля, попивая его на ходу. Сильвия следила за ней с приподнятыми бровями, откровенно забавляясь энергичности подруги. А когда Риа начала прыгать на кровати, Сильвия уже открыто захохотала. На улучшение ее настроения тоже повлияли пара стаканов спиртного, только она танцевать на кровати не собиралась.

— Риа, ты пробьешь головой потолок, если будешь так прыгать, — попыталась предупредить она ее, но изобразить хоть каплю серьезности не получилось. Риа, к тому же, начала подпевать, и Сильвия не удержалась от нового приступа хохота.

Но Риа слышала только музыку. И даже не обратила внимания на то, что чуть не пролила все содержимое бутылки на кровать.

— Ну осторожней же!

— Заканчивай играть в зануду, иначе мне придется тебя споить, — «пригрозила» Риа.

Сильвия удивленно глянула на нее.

— А разве ты уже это не сделала?

— Если ты всё ещё не хочешь со мной танцевать, то нет.

— Это потому что я не люблю танцевать, — напомнила Сильвия. — Кажется, тебе уже хватит.

Она подошла к Рие, чтобы отобрать бутылку, но вместо этого та потянула ее за руку и затащила на кровать.

— А мы будем танцевать!

— Да, да, конечно. — Сильвия не оставляла попыток забрать у Рии алкоголь. — Как только ты закодируешься, я обязательно станцую.

Риа захлопала ресницами.

— Но я же так не сделаю!

— А я о чем. Ладно, давай сюда.

Риа, не дав подруге ухватиться за бутылку, глянула на нее с хитрым прищуром. Сильвия решилась угомонить ее? Пусть попробует.

— Риа… — «предупреждающе» произнесла Сильвия.

— Ну давай! Отбери, отбери!

И она пустилась по комнате вскачь, уклоняясь от Сильвии, пока той, к собственному ужасу, пришлось носиться за беглянкой из угла в угол. «Какая глупость!» — причитала про себя Сильвия. Но в веселом настроении, ты, оказывается, способен на такие вещи!

Наконец, Риа снова запрыгнула на кровать — подруга перехватила ее за ноги по пути, так что Риа повалилась поперек нее, но успела утянуть Сильвию за собой. В итоге они уже обе валялись на кровати, смеясь до колик в животе. А вот разбившуюся о пол бутылку потом придется кому-то убирать…

Как раз заиграла «The Big Bang», когда Риа приподнялась на локте, подперев голову рукой и спросила, смотря на Сильвию:

— Итак, когда ты собиралась рассказать мне?

— Рассказать тебе что?

— Что ты такая супер-крутая водяная ведьма, что можешь утереть нос даже Джейку.

— «Водяная ведьма?» — комично скривилась Сильвия. — Это ты сама придумала?

— Не суть. Ну так и?

Сильвия обреченно вздохнула, приняв сидячее положение.

— Я не собиралась, — призналась она. — А зачем тебе это знать?

Риа подавилась бы, если бы ей было, чем.

— Зачем знать? Ты шутишь?

К Сильвии вернулась серьезность.

— С тех пор как ты вытащила меня в лес в тот день и заставила учиться, я тренируюсь каждый день. Понемногу. Иногда в комнате просто с кружкой и водой, иногда у реки в лесу. Но в Винсбруке с уединенными местами беда, и там приходится в ванной.

— А я-то думала, чего это ты часами там запираешься! Считала тебя помешанной на гигиене чудачкой. А оно вон как!

— Это только чтобы я умела контролировать, что делаю, когда прорывается сила, — пояснила Сильвия, не скрывая, как на самом деле не в восторге от этого. — Я вовсе не планировала становиться «мастером», чтобы утирать кому-то нос.

— Я с тебя в шоке, — объявила Риа, откинувшись на спину. — Ты всегда терпеть не могла прибегать к способностям, а тут такое…

— Я это не ради собственного удовольствия. Или развлечения, — она сурово посмотрела на собеседницу. — Я только хотела перестать быть опасной для окружающих. Хоть моя мама иногда и заслуживает того, чтобы ее окатило струей из раковины… — многозначительно добавила Сильвия.

Риа сперва прыснула, наверное, вспомнив эту реальную историю, а затем спросила уже без шутки:

— Это ведь как-то связано с ней, да?

И, судя по ее реакции, Риа попала в самую точку. Сильвия сразу выпрямилась и отвела глаза, а голос стал низким и даже — или Рие показалось? — задрожал.

— Моя матушка может быть очень убедительной. В особенности, когда использует свои силы, чтобы… повлиять на меня.

Случалось это далеко не один раз, но самым ярким для Сильвии стал именно тот, когда они ужинали всей семьей субботним вечером. Как и всегда, Ирида представляла собой холодную невозмутимость, и в одном из тысячи замечаний, которое она сделала Сильвии и на сей раз, не было ничего необычного. Однако, как и большинство подростков, девушка могла выйти из себя по щелчку пальцев — хватало только искорки, которой и стала неуместная реплика мамаши. «Неуместной» ее посчитала именно Сильвия, это же она и высказала матери. Слово за слово, и разрослась склока. В конце концов Сильвия не выдержала и выскочила из-за стола, однако с этим не была согласна Ирида, так как они «не договорили». Сильвия в тихом ужасе уставилась на свои руки, в секунду покрывшиеся льдом. Она не могла оторвать их от стола и уйти, как намеревалась, потому что этого не пожелала Ирида.

И вот тут отец, который все это время молча наблюдал, не решаясь вмешиваться, даже осмелился пролепетать что-то про «перегибание», но Ирида лишь осадила мужа. Сильвия и не надеялась на его помощь. Она была уверена, что, будь ему известно обо всех «перегибаниях» Ириды Амаринс, он бы все равно закрыл на это глаза. Или же делал это уже давно.

И на этот раз Сильвии пришлось подчиниться. Она медленно опустилась на стул, с которого не встала, пока не извинилась за свои слова и не призналась, что была не права.