Валентина Болгова.

Багульника манящие цветы. 2 том



скачать книгу бесплатно

Уже почти на берегу Пашка всё же поскользнулся и очутился в воде. Холодная вода проникла в одежду и в ботинки. Не подавая вида, что ему холодно, он весело воскликнул:

– Настоящий поход никогда не проходит без казусов.

Он быстро стянул с себя ботинки, поставил у костра сушиться. Танюшка, убедившись, что отцу не больно и совсем не холодно без ботинок и куртки, которую он тоже снял и повесил у костра, радостно закричала на весь берег:

– Ура! У нас настоящий поход! С казусом!

Лёнька смеялся над словами своей сестры и был полностью с ней согласен.

Набегавшись вдоль реки по берегу, уставшие Леонид и Танюшка присели к костру, рядышком с отцом и у Пашки на сердце было тепло от этого их прикосновения, от общения с ними, своими детьми.

Обняв обоих своих детей, Павел рассказывал им про своё детство, про Шипов лес, что находился сразу же за их домом и что из деревьев того леса строили корабли. Рассказывал про свой плот и своего друга Петьку, который мечтал стать капитаном дальнего плавания, про то, как до сих пор не знает он ничего о своём друге.

Лёнька вспомнил своего погибшего друга Виталика и признался отцу, что он очень привязался к сыну тёти Раи, что очень дорожит их дружбой и надеется, что жить они все будут долго и счастливо. Павел был согласен с сыном в том, что Раискин сын Митя хороший товарищ для Лёньки, да и вообще, очень даже симпатичный парень и ему повезло, что в роли отца он имеет Сашко. Уж он – то никогда не обидит мальчика, потому что очень любит его маму. Лёнька тут – же спросил:

– Выходит, что настоящий Митин отец совсем не любил тётю Раю? Бросил и её и сына? Но Митину маму нельзя не любить! Я, например, даже и не представляю, как бы мы все жили без неё, правда, пап?

Слова сына навели на Пашку некую грусть. Он стал натягивать на ноги непросохшие ещё ботинки, мокрую куртку, стал поторапливать детей идти домой, так как уже почти стемнело.

Пашка иногда признавался себе в том, что они с Раиской могли бы иметь ребёнка. Мальчик был бы это или девочка – Пашке было – бы абсолютно всё равно, он любил бы этого ребёнка всей своей душой. Ведь этот человечек мог бы стать созвездием двух неразлучных с детства душ. Все тайны, доверенные только друг другу, обговаривающие в шалашике или в Раискиной комнате, появившийся на свет первенец носил бы все их сокровенные мысли и тайны. Рос бы этот малыш, бережно храня в себе бескорыстную детскую дружбу мальчика и девочки, да только не случилось – не стали они мужем и женой. А Пашка был уверен – появись на свет этот самый ребёнок, он был бы ему самым лучшим отцом на свете, самым лучшим мужем для его матери и рассказывал бы он ему о том, как вместе росли с его мамой, о чём мечтали и грезили…

Помешивая потухшие угли костра, Лёнька проговорил:

– Не хочется уходить. Когда ещё сможем вот так вместе отдохнуть?

– Я обещаю, что на будущий выходной сможем снова придти сюда. Думаю, что и мама не откажется. Сашко и тётя Рая не очень – то любят походы, но вот Митю в следующий раз мы с собой возьмём обязательно.

Павел незаметно от детей вздохнул – как встретит его сейчас Катя? Неужели снова будет настаивать на разводе с ним?

Оглянувшись вокруг и заметив, что ещё не совсем стемнело, поторопился на склон.

Выбирая распустившиеся веточки багульника, бережно их ломал, собирая в букет.

Передавая букетик Леониду, произнёс:

– Маме принесём, она будет рада.

Лёнька, принимая от отца цветы багульник, кивнул:

– Да, все женщины любят цветы.

Вскоре все они шагали к дому, понимая о том, что их мама уже заждалась.

Отсутствие дома Катерины в такой час обеспокоили Павла.

Лёнька, опечаленный тем, что не вручил маме букетик, пошёл готовиться к школе.

К нему присоединился и Павел.

Лёнька, не привыкший к такому вниманию к себе со стороны отца, поторопился его заверить:

– Да сам я справлюсь, пап. Ты и так сегодня постарался для нас.

Лучше найди маму, она наверняка у тёти Раи. Отправилась нас искать. Иди и успокой её.

Слова сына заставили Павла задуматься. Он и сам собирался отправиться к грузину, что – бы вернуть жену домой, да только боялся – захочет ли видеть его Катя? Несколько раз пытался выйти из дома, да так и не решился на это.

Лёнька подготовился к школе, слонялся из комнаты в комнату, прислушиваясь к шагам в коридоре. Он ждал возвращения матери, что – бы подарить букетик, который они нарвали для неё у речки. Хотелось похвастаться о том, как хорошо они провели сегодня время с отцом, и маме это понравилось бы.

Мальчишка давно чувствовал какой – то холодок между отцом и матерью, но в их отношения не вмешивался – взрослые сами должны в своих чувствах разобраться. Он просто сочувствовал им, да и себе тоже, так как любил он их обоих одинаково. Выжидал время и искренне верил, что вопреки всему всё в их семье наладится.

Танюшка уже безмятежно спала, не дождавшись мать, и Павел отправил сына тоже спать, пообещав, что сейчас он пойдёт к Сашко и приведёт маму домой, наверняка она сейчас там находится. Пашке очень хотелось в это верить.

Лёнька про себя недовольно буркнул, что пора бы уже давно было этим заняться, но его отец этих слов сына не слышал – он уже торопился к дому грузина. Подходя к дому друга, он увидел свет в окне его кухни. Потихоньку подкрался, заглянул в окно и увидел свою Катерину, мирно беседующей со своей подругой. Облегчённо вздохнув, Пашка присел на крылечко. Здесь, здесь его Катерина, жива и здорова. Захотелось вдруг закурить, но в замешательстве сигарет он с собой не захватил и, заметив в окне грузина работающий телевизор, тихонько постучал. Вскоре в окне появилось лицо Сашко. Сквозь ночную темноту разглядел Павла, сказал радостно:

– Я сейчас, Паша!

И уже через минуту грузин вышел на улицу, угощая друга сигаретами. Затянувшись сигареткой, Пашка произнёс:

– Давай, посидим вдвоём, спокойно покурим. Жёны наши наговориться не могут. И о чём только можно столько беседовать? Неужели не наговорились на работе?

– Мы вот тоже с тобой работаем вместе, а поговорить по душам не получается. Только по праздникам встречаемся, и то редко. Последнее время ты, Паша, отстраняешься от меня, других приятелей заводишь, тебе с ними интересней, чем со мной? Надоел тебе Сашко? Стал забывать грузина? А нашим жёнам можно только позавидовать – находят время и после работы встречаться.

Павел, уловив в словах Сашко грустные нотки, поспешил заверить его, что всегда будет для него неизменным другом, что – бы не случилось. Сашко от таких слов Павла взбодрился, вспомнил, как ехали они сюда, плыли на барже. Павел же, в свою очередь вспоминал чемодан, с которым Сашко ехал покорять БАМ. Тихо смеялся, что – бы не спугнуть женщин и попросил друга никогда тот чемодан не выбрасывать – пусть он станет талисманом для всей их большой семьи. Сашко было приятно, что Павел помнит их совместный путь на эту стройку. Поспешил заверить, что чемодан цел и невредим, стоит под кроватью и даже в нём имеется немного денег:

– На свадьбу я потратился, но теперь начал деньги собирать – маме они нужны, сёстрам. Очень хочу им помочь. Из мужчин в семье я один. Мечтаю, друг, что – бы у нас с Раиской было много детей – и мальчиков и девочек. Пусть бегают в нашем доме радуют нас, своих родителей. Хороший сынишка у Раиски получился, даже если бы и не был на меня похож, я его всё – равно бы любил.

Сашко в темноте не смог углядеть в глазах друга какое – то волнение, продолжил:

– Пусть я буду эгоизмом, Паша, но очень благодарен отцу Мити за то, что дал мне своим опрометчивым поступком занять его место. Таких, как моя Раечка, не бросают, но тот человек сделал для меня очень доброе дело. Бродит где – то сейчас и не знает о том, что какой – то грузин много раз говорит ему спасибо.

Павел, как всегда поторопился поправить Сашко:

– Эгоистом, поправил по привычке друга Пашка. Когда ты уже начнёшь правильно говорить? Мне надоело тебя без конца поправлять. Пора бы запомнить русские слова, живёшь ведь среди нас, русских! – вспылил он вдруг.

– Не обижайся, Паша, я стараюсь запоминать всё, что ты мне говоришь, но ты не прав в том, что живут здесь одни русские. Со всех концов страны здесь народ, не надо обижаться.

Возникла пауза. По громкому вздоху друга, Павел понял, что на самом деле обидел Сашко. Поспешил свою оплошность исправить:

– Ты хороший парень, Сашко и хочу сказать только одно, что и Раиске, и её сыну, и всем нам повезло тем, что с нами находится такой человек, как ты. Это я говорю сейчас от души, от всего сердца. Ладно, пойду я, дети одни. Поторопи Катерину, пусть тоже идёт домой, я сейчас с ней не готов встречаться, разговор был сегодня между нами не очень приятный, но, думаю, всё образуется.

После этих слов Павел, пожелав Сашко спокойной ночи, удалился. Ну а через несколько минут Катерина вошла в дом в сопровождении грузина, который не отважился отпустить гостью в подвыпившем состоянии.

А Лёньке так и не пришлось преподнести маме букет, который они сегодня нарвали для неё на склоне у речки. Он уснул, не дождавшись ни отца, ни матери.

Утром Павел отпросился с работы, что – бы взять отгул. Отвёл дочку в сад и вернулся к Катерине. После вчерашних посиделок с подругой, ей нездоровилось. Поинтересовавшись о детях и убедившись, что Лёня в школе, а Танюшка в садике, Катя поднялась с постели, пошатываясь, направилась к умывальнику. Комната кружилась. Увидев Павла, удивлённо спросила:

– А почему ты не на работе?

Не дождавшись ответа, скривилась от подступающей тошноты, торопясь к умывальнику, успела произнести сокрушённо:

– И как вы, мужики, можете употреблять эту гадость?…

Вчера лишь пару рюмок выпила, а впечатление такое, будто неделю принимала это зелье. Всё тело болит, словно побитое! Нет, пойду лучше прилягу, плохо мне что – то.

Привыкшая по утрам принимать водные процедуры, делать зарядку и бегать в любую погоду, Катерина сейчас не могла и думать об этом.

Умывшись кое – как, она снова направилась к кровати. Думалось об одном – скорее лечь.

Павел положил жене на лоб мокрое полотенце, побежал ставить чайник. Целый день он не отходил от неё, заваривал чай с травами, с брусникой, уговаривал, как маленькую, хоть немного поесть.

Только к вечеру ей стало лучше. Смотрела Катя на Павла, который в её кухонном фартуке бегал от её кровати на кухню и обратно, смотрела, и стало ей отчего – то вдруг весело. Хорошее настроение дополнило ещё одно обстоятельство – на пороге появились Лёнька и Митя. Они вернулись из школы и, так как Митя жил намного дальше, то по дороге из школы мальчики всегда заходили сначала к Лёньке, о чём – то своём школьном разговаривали, что – то вместе делали, а потом Лёня провожал своего друга до его дома.

Так водилось всегда, так было и сегодня. Эти оба мальчишки напомнили сейчас Кате о том, что у её сына есть теперь брат. И знает об этом только она. Ни Павел, ни Леонид ничего ещё об этом не знают. А ей, почему – то, было от всего этого хорошо.

Тепло и по – семейному – муж хлопочет вокруг неё в фартуке. Даже отгул взял, что – бы поухаживать за приболевшей своей женой. А теперь у неё появился ещё один сын, которого она с большой радостью и без всяких сомнений приняла в своё сердце.

Вскоре перед ней предстали Лёнька, Митя и Павел, все они держали в руках веточки багульника. Мальчишки стояли по обе стороны Павла, а тот совсем не догадывался, что стоит между двумя своими сыновьями. Сейчас Катерина почувствовала угрызение совести за Павла. Он даже и не подозревает, что бок о бок с ним сейчас его сын Митя. Леонид торопился рассказать матери, как хорошо они вчера вместе с отцом провели время на берегу реки.

Принимая букетики багульника, прижимая его к сердцу, Катя, вопреки всему выглядела сейчас вполне счастливой женщиной, а Пашка вдруг сообразил, что появилась возможность ещё раз попросить прощения у своей жены.

Дождавшись того момента, когда Леонид пошёл провожать Митю, он подошёл к кровати, на которой всё ещё лежала и выздоравливала его жена, Пашка встал на колени, несмело заглянул в глаза Кати, произнёс:

– Ты простила меня?

Катерина, продолжая думать о Мите и о том, как отнесётся Павел к такому известию, внимательно посмотрела на мужа, сказала:

– Поживём, увидим. Иди в детский сад за дочкой, а я сейчас встану, приведу себя в порядок. Вчера я расслабилась, позволила себе лишнее и это на моей совести. Совсем необязательно это было делать. Хотя не зря мы так долго беседовали со своей подругой – интересную новость от неё узнала.

Катя загадочно посмотрела на Павла, добавила:

– Люди в этой жизни только этим и занимаются, что учатся прощать друг друга. Хотя бывает трудно это сделать, и бродят наши ошибки по свету неисправленные. О иных уж и думать забыли, о иных и не догадываемся, а те никуда не делись, а всё ждут исправления. Я, пожалуй, прощу тебя на этот раз, но только ради детей. Понимаешь, Паша, все мы живём в этом мире ради них. Постарайся своих детей больше не огорчать. Они должны жить в доброте, заботе, ласке, и любви.

Пашка смотрел на жену и не узнавал её – сейчас – она говорила загадочно, но перебивать её не стал, а только кивал головой, соглашаясь с каждым её словом. Ему было абсолютно неинтересно, о чём вчера его жене поведала Раиска. Главным для него было то, что сейчас он прощён. Улучшив, момент, поцеловал сопротивляющуюся жену в щёчку, быстро оделся и поторопился за дочкой в детский сад.

Катерина, проводив мужа уже дружелюбным взглядом, встала с постели, отправилась к умывальнику. Холодной водой постаралась смыть с себя вчерашний день – напоминание о порванном Павлом концертном платье, о своём решении расстаться с мужем и выпроводить его в общежитие.

Вчера она была решительно на это настроена, но сегодняшний день расставил всё на свои места, и Катя решила от своей вчерашней идеи отказаться. Так или иначе, но она постарается забыть неприятные недавние события.

Вспомнился отец. Тогда, на сопке Урала он говорил значимые слова, дающие права любому человеку дать шанс исправиться, протянуть ему руку помощи. И не правильно это, что дружить и общаться нужно только с людьми положительных качеств. Тому, кто оступился тоже нужно помочь. И куда важнее будет то, что именно ты сумел показать оступившемуся правильный путь. Пусть это будет всего лишь один человек, но уже можно считать, что жизнь свою ты прожил не зря. Может и прав её отец? Неужели она, его дочь не сможет стать тем самым спасателем хотя бы для кого – нибудь? Пусть для начала таким человеком станет её Павел. Как – никак, а он ей не чужой. И если уж в Библии сказано – помоги ближнему своему, так кто, как не её муж для неё сейчас самый близкий? И сегодня так хлопотал вокруг неё! Не рассчитала вчера Катерина, выпила лишнее, другим проблемы создала. Стыдно от этого и неловко. Разговор с подругой тоже дал результат – она простит Павла.

– Всё, хватит валяться в постели, пытаюсь обличить мужа в постыдных его выходках, а сама – то хороша, ничего не скажешь – улеглась, ожидая помощи от кого – то для своей больной головы, а виноват в этом никто не иной, как она сама!

Досадуя на то, что скоро вернуться её домочадцы, а она в болезненном виде, бросилась приводить себя в порядок, наводить порядок в комнатах.

Вскоре вернулись Павел с дочкой. Танюшка без конца тараторила о том, как провела день в детском саду, Павел же был рад тому, что его Катерина была в бодром настроении, добром духе. За ужином, когда вся семья была в сборе и дружно уплетала оладьи со сгущёнкой, Кате уже совсем не хотелось думать о плохом.

Перед тем, как лечь спать, Павел тихо произнёс:

– Спасибо, что всё поняла и сумела простить. Я, идя в детский сад за дочкой, вспомнил вдруг, что я порвал на тебе платье. Мне очень стыдно за это. Ведь я думал, что всё это мне приснилось, а ты мне не призналась. Я понял твоё желание расстаться со мной, но сегодня за ужином понял и другое – ты простила меня. Или мне показалось?

– Нет, не показалось, я простила тебя и решила дать нам обоим ещё один шанс. Не скрою, Паша, что мне это далось нелегко, но я попытаюсь сохранить нашу семью. Только и ты, пожалуйста, делай для этого всё, что можешь.

Пашка прошептал, целуя Катины глаза, щёки, губы:

– Я очень буду стараться и тебе больше не придётся бежать к Раиске, что – бы откровенничать с ней и из – за меня так напиваться. Шучу, конечно, знаю, что тебе достаточно и одной рюмки, что – бы потом тебе было плохо. Но обещаю, что больше не дам тебе повода размышлять о нашем с тобой разводе и сделаю всё, что – бы в нашей семье всегда царил мир.

Катерина слушала Пашкины речи, сама думала о том, как всё обернётся потом, после знакомства с сыном? Ведь он ещё не знает об этом.

А Павел, прижав к себе самую любимую женщину на свете, уснул счастливым спокойным сном.

Вскоре все Пашкины обещания о мире и покое в семье были перечёркнуты.

Было воскресенье, и вся семья Павла собиралась на концерт Понаровской. Павел, наряжая дочку в праздничное платьице, обещал, что после концерта они все вместе обязательно пойдут к реке посмотреть как весело и быстро она куда – то стремительно бежит. В это время к ним вбежала Раиска. Бросив на ходу всем:

– Привет, – она пролетела мимо Катерины, подбежала к Павлу, стала трясти его за майку, причитать:

– Спаси моего сына, срочно нужна кровь для переливания! Ночью скорая увезла его в больницу. Желтуха у него, взяли кровь на анализ, а она плохая. Сейчас ему нужна кровь, а такой, как у Мити, первой, не оказалось в больнице. Если не найдут здесь, то мальчика повезут в Иркутск. Я сойду с ума, если моего сына туда увезут, это же так далеко!

Раиска причитала и сквозь слёзы половина её слов были не совсем понятны ни Павлу, ни Катерине.

Пашка стоял с красной лентой в руках, предназначенной для Танюшкиного банта и пока совершенно ничего не понимал. Он недоумённо теребил ленту, в упор смотрел на Раиску и бубнил:

– А я – то здесь, при чём? Откуда ты знаешь, какая у меня группа крови? Я, и то её не знаю, если и знал, то давно забыл.

Катерина воскликнула:

– Я знаю, я вспомнила, что когда ты лежал в больнице с воспалением лёгких, тебе вливали первую группу. Я точно это помню.

В то время, как Павел находился в полном недоумении, женщины уже натягивали на него рубашку, обувь… Не попадая ногой в ботинок с перепугу от Раискиного рёва, он вдруг отцепил от себя и её и Катерину, закричал на обеих:

– Вы что, как ненормальные! Все дети болеют. Вечно вы, мамаши, поднимаете панику, не разобравшись. Нужно всё обдумать, взвесить, а уж тогда и высказывать свои эмоции… И вообще, я ничего не понимаю! Дайте прийти в себя, наконец – то!

Пашка ещё хотел что – то сказать, да не успел – Раиска схватила своего закадычного друга за грудки, всхлипывая, проговорила:

– Я тебе сейчас так взвешу, что мало не покажется. Сказано тебе, что – бы ты немедленно бежал в больницу сдавать кровь для сына. Для нашего с тобой сына Мити, он умирает, я тебе ясно говорю, или нет? У вас с ним одна кровь…

Лучше бы она это не говорила – Пашка от этих её слов вовсе замер как вкопанный и уставился на неё, пытаясь вникнуть в то, что он только что услышал.

Раиска, что – бы привести его в чувство, мощной своей рукой врезала пощёчину.

Из детской комнаты выбежал Лёнька. Сообразив всю суть происходящего, он встал перед Раиской, протянул свою худую руку:

– Я отдам свою кровь Мите. Он мой брат, а значит и кровь наша с ним одинаковая.

Давайте же что – нибудь делать! Я не могу потерять ещё одного друга, не хочу терять брата!

Только после этого взрослые засуетились. Павел, немного придя в себя, стал поторапливать всех и поспешил за сыном, который первым выскочил в коридор.

Танюшка, как не торопилась одеться и побежать вместе со всеми в больницу, не успела, осталась одна и, глядя в окно, заревела во всё горло. Ей было обидно, что оставили её здесь, а ведь она тоже могла бы пригодиться Мите в больнице, он теперь и её брат тоже. Так или иначе, оставалось одно – смотреть в окно и ждать, пока не вернутся взрослые.

Раиска бежала к больнице с большим страхом. Ей казалось, что как только она переступит её порог, так сразу ей сообщат что нибудь плохое про Митю. От таких мыслей становилось жутко и подкашивались ноги. В больнице сейчас Сашко.

Почти половина ночи провёл он вместе с Раиской в приёмном покое, пока мальчика обследовали. Митя недавно жаловался на боли в боку и тошноту, да думалось, что пройдёт всё само по себе. У детей часто такое бывает. Набегаются, напрыгаются, оттого и животы потом болят. Да только на этот раз боли у Мити не проходили. В больнице у него определили желтуху в какой – то тяжёлой форме.

Сашко сидел в коридоре, а как только увидел Павла, тут – же поволок его в кабинет к врачу.

У Пашки взяли кровь, предварительно проверив её на соответствие. Кровь Пашкина подошла, и Сашко поторопился в коридор успокоить женщин.

Раиска вышагивала по коридору, шептала молитву о выздоровлении сына. Катя смотрела на дверь процедурного кабинета и тоже молила Всевышнего о том, что – бы всё обошлось. Лёнька сидел рядышком с грузином и тихо с ним разговаривал. Он убеждал Сашко в том, что если у его папки не хватит крови, то он готов сдать свою, для этого он и прибежал сюда.

– У меня много крови, я же молодой и могу поделиться ею с братом, мне не жалко! Сашко обнял мальчика, произнёс:

– Значит, ты теперь знаешь, что вы с Митей братья?

– Да, знаю, – ответил Лёнька грустным голосом. Вот только мне не везёт ни на хороших друзей, ни на братьев. Был у меня друг Виталька, был он мне как брат, но я его потерял. Теперь, когда встретил настоящего родного брата, то выходит так, что могу и его потерять. Зачем так, Сашко? Ведь у нас с Митей столько планов!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13