Обернись

— О, Катюша, а вы почему ещё не ушли? — он бросил взгляд на часы. — Уже два часа как ваш рабочий день закончился, а сегодня не конец месяца, чтобы задерживаться допоздна.

— Я занималась документацией и решила сегодня закончить, к тому же вас дождаться, чтобы узнать, как всё прошло.

— Ну чего же вы стоите на пороге? Проходите, присаживайтесь, — жестом он указал на близстоящий стул.

Она аккуратно села, поправив воротник белой блузки, и робко посмотрела в его сторону.

— Катюша, какие планы у вас на вечер?

— В целом никаких, будний день как-никак. А так — с собакой погулять, чтобы маме не выходить.

— Приглашаю вас отпраздновать грандиозное событие сегодняшнего дня в культурном обществе и с хорошей кухней. Если хотите, конечно, — он вопросительно взглянул на неё.

Катя растерялась.

— Если ваш молодой человек против, то я не настаиваю, — продолжил Артём, заметив её неуверенность.

— Нет, нет, у меня сейчас никого нет, — вздохнула она, — не знаю, хорошо это или плохо.

— В данном случае хорошо, а вообще, конечно, плохо, — искренне улыбнулся он. — Ведь у каждого в жизни должен быть свой человек. В общем, — он достал телефон, вызывая такси, — с собакой обязательно погуляйте, сделайте ваши дела — и буду ждать вас в ресторане. Ваша машинка будет через пять минут, надеюсь, успеете собраться.

Артём проводил Катю до машины и вернулся в кабинет. Кругом стояла тишина, было темно. Он вновь плюхнулся в кресло и прикрыл веки. Первое, что он увидел, — это заплаканные карие глаза, волнистые волосы, испачканные в земле, ссадины и гематомы на руках. Резко вскочив со стула, Артём упёрся в зеркало, висевшее по правую сторону. Отпустив галстук, с омерзением смотрел на себя сквозь тусклый свет. Глаза покраснели: от напряжённости и нервов в них полопались капилляры. Он подошёл вплотную и смотрел на отражение не моргая. «Думаешь, за всей этой красивой обёрткой можно спрятать твою чудовищную сущность?» — задавал он вопрос сам себе, не зная на него ответа.

В кабинете резко включился свет. Женщина закричала от испуга, а Артём даже не вздрогнул.

— Артём Андреевич, Господи, спаси и сохрани, как вы меня напугали! — сказала уборщица, схватившись за сердце. — Подумала уж, вор какой-то залез.

— Марья Ивановна, сколько раз вас просил не называть меня по отчеству, мне неудобно, — упрекнул он её, доставая из шкафа новую фирменную куртку. — Как я вам?

— Ну жених! — с восторгом воскликнула она, опершись на швабру. — Вот хорошую бы тебе жену!

— Сами знаете, тяжело с порядочными в наше время. Любовь, как и ценности, уже давно поменялась. Как говорится, у всего есть ценник: и у любви к деньгам, и у любви без денег.

— Эх, была бы я помоложе, ты бы от меня не ушёл! — окунула тряпку в ведро.

— Был бы я постарше, я бы от вас и не уходил!

Они посмеялись. Он поблагодарил Марью Ивановну за труд, угостил коробкой конфет, лежавшей на полке, и в карман халата незаметно подложил несколько тысяч рублей, зная, что напрямую от него она денег не возьмёт. Артём старался это делать как можно чаще, ведь на доходы уборщицы многого себе не позволишь.

В ресторане было занято лишь несколько столиков. Артём любовался вечерней набережной, людьми, которые наслаждались спокойствием после дневной суеты. Погода портилась, морось оседала на панорамных окнах ресторана. Артёма заворожили небольшие волны под мостом, ликующие светом городских огней.

— Дорогие друзья, давайте выпьем за нашу победу! — прокричал молодой юрист Никита.

Артём встрепенулся, как будто его разбудили на самом интересном месте, и с натянутой ухмылкой поднял бокал с водой.

— Вы такой молодец, в таком возрасте достигнуть подобных успехов — это достойно похвалы! — восхищалась Катюша, сидевшая рядом.

Катюша была миловидной девушкой двадцати семи лет. Серые, как дымчатый кварц, глаза светились нежностью и добротой, тёмно-русые прямые волосы были чуть длиннее плеч. Её улыбкой можно было согреться даже в прохладный ноябрьский вечер.

Она сидела тихо и скромно. На столе томился стейк лосося с овощами, приготовленный на гриле, а в бокале переливался насыщенный рубиновый напиток, как олицетворение Бургундии, — «Пино Нуар». Катюша бы никогда в жизни не позволила себе такого вина, но Артём был настойчив, поэтому она пила мелкими глоточками, наслаждаясь божественным сортом с элитных виноградников Франции.

— Екатерина, если вы не начнёте есть, я вас уволю, а вдобавок закажу ещё три порции, — шепнул Артём ей на ухо.

Она засмеялась и демонстративно отрезала кусок.

За соседний столик сели двое мужчин. Один был в возрасте, хорошо одет, с окладистой седоватой бородой, а второй, лет сорока с короткой стрижкой и гладковыбритым лицом, явно был не из его круга. Этот второй держал кожаную папку при себе. Мужчины отказались от меню, тот, кто постарше, заказал бутылку коньяка, мясную нарезку и тарелку с дольками лимона.

— Слушай, я хочу, чтобы ты занялся этим делом! — сказал седобородый слишком громко, обратив на себя внимание окружающих.

Артём тоже машинально оглянулся, хоть и не любил подслушивать чужие разговоры.

— Олег, — поубавил тон мужчина, но продолжил говорить, — я тебя знаю давно, и я думаю, только ты поможешь в этом вопросе.