
Полная версия:
Она взяла у меня кредит на счастье. Платить пришлось мне
Она поправила край расчетного листа.
— Я хорошо пеку. Не потому, что у вас подписала. До этого тоже умела. Только место такое получила через пакет. И жилье. Там из окна деревья были. Садиться вечером нормально могла, не на кровать с тарелкой.
Алина слушала, не подталкивая ее к выводу. Я ждал, когда Нина назовет цену невыносимой и сделает собственный отказ понятным нам обоим. Она смотрела в чашку и будто снова проверяла, можно ли пожалеть о хорошем, не передумав.
— Когда выбирала, думала, что мне надо меньше хотеть, — сказала она. — Не хотела меньше. Я хотела оставить. Ходила по дому и думала: вон тот шкаф можно было так и не разбирать. Только потом надо подписать то, чего я не хочу подписывать. От шкафа желание не менялось.
— Вы пытались договориться на другую цену? — спросила Алина.
— Спрашивала. Мне объяснили, какие варианты. На мои деньги это не становилось тем же самым. Я могла искать обычное место после возврата. Искала.
Я подтвердил, что возможность обычного трудоустройства не запрещалась. Она повернулась ко мне почти резко.
— Запрещалась бы, вы бы сейчас все равно по-другому объяснили? Я не говорю, что запрещали. Я говорю, что меня обратно начальником смены никто не ждал. В «Сытном дворе» был уже свой человек. Мне сказали: временно на подмены можно. С этими часами за жилье не заплатишь. Я сюда пришла, где хотя бы смена известна.
В ее голосе не было просьбы немедленно восстановить прежнюю жизнь. Алина спросила о расчете за март, и Нина показала дни: выходила по обычному графику, один раз заменила заболевшую коллегу. Не весь месяц из жалости, не специально после закрытия. Настоящая работа, которую успела сделать, пока место еще было ее.
— Начислили правильно? — спросила Алина.
— Вот это — да. Поэтому я и принесла. Я не прошу придумать мне новое.
Я видел, как она удерживает разговор в пределах проверяемого, хотя раньше считал таких посетителей носителями бесконечной общей обиды. За конкретную сумму было труднее защищаться обещанием, что отдел уже работает.
Алина коснулась пальцем номера расчета и спросила, брала ли Нина еще что-нибудь в счет выхода. Аванс, оплату хранения, выплату при передаче жилья. Та перечислила одно небольшое возмещение, которое получила отдельно, и показала, где оно отмечено. Не пыталась спрятать то, что мешало удобному рассказу про полностью невыплаченное.
— Это не зарплата, — сказала она. — Это за переезд. Я по нему отчиталась. Если там что-то не так, тоже покажут. Только не надо все вместе.
Мы разложили листы шире. У меня занемела нога от неудобного стула, и я переставил ее. Нина подвинула свою сумку, освобождая место. Этот невольный жест заботы был особенно неприятен: я полчаса решал, насколько серьезна ее маленькая сумма, а она заметила мое тесное место за столом раньше меня.
Алина спросила, не пожалела ли она о возвращении. Спросила осторожно, с паузой, оставлявшей право не отвечать.
— Иногда жалею про дом, — сказала Нина. — Про работу. Про то, как там тихо. Не жалею, что не подписала дальше. Это разные сожаления. Я не каждый день умная, Алина. Бывает, прохожу мимо дорогого магазина и думаю, как было бы просто опять решить. Потом иду за тем, за чем вышла.
Она убрала квитанцию за комнату. На обороте был список покупок: хлеб домой ей не нужен был, зато крупа, масло, носки и батарейки. Ни один предмет не походил на урок, приготовленный для новой клиентки. Нина не собиралась служить доказательством моего проигрыша. Хотела купить то, что записала.
Алина записала название работодателя.
— Это не значит, что вся оплата принадлежит пакету, — сказала она. — Вы месяц работали. Но мне надо прочитать, как это оформлялось. Не обещаю, что разберусь по трем листам.
— Я понимаю.
Нина так быстро произнесла это, что Алина подняла глаза.
— И завтра я не успею. У меня вечер уже отведен под свой расчет. В пятницу могу посмотреть полный договор, если получится.
— Я принесу.
Я заметил, что Алина произнесла ограничение как что-то заранее подготовленное. Возможно, она уже знала, каким будет продолжение, если сейчас просто скажет «давайте все».
Из зала позвали Нину. Она извинилась и ушла к стойке. Мы остались вдвоем.
— Вы сердитесь, — сказал я.
— Я пытаюсь понять, откуда взялся статус «перечислено».
— По этому вопросу уже работает отдел.
— Тогда у него будут документы. Что плохого в том, что она получит копию?
— Ничего.
Алина подождала.
— Я не могу сейчас восстановить движение по одной квитанции, — добавил я.
— Я тоже. Поэтому не понимаю, зачем сразу говорить, что сумма маленькая.
Кофе в моей чашке остыл. На поверхности появилось темное пятно от сливок. Я размешал, хотя пить уже не собирался.
— Я привык оценивать стоимость по полному договору.
— А я привыкла, что так удобнее объяснять, почему отдельную сумму можно не возвращать.
Она сказала это без повышения голоса. Я вспомнил Дениса, который не включил семейный перевод в список собственных долгов. Потом вспомнил свою подпись под его новой возможностью.
Рассказывать сейчас было бы невыгодно. Я так и оценил это: невыгодно для доверия клиента. Промолчал.
Нина вернулась, вытирая руки.
— Там женщина с возвратом. Булочки вчерашние купила, думала, свежие. Я отнесла, пусть деньги отдадут.
Она посмотрела на кофе.
— Вам горячего долить?
Алина отказалась. Я тоже.
Нина собрала бумаги, проверила количество. Положила оригинал квитанции в отдельный карман и задвинула молнию.
— Я вам должна за просмотр? — спросила она у Алины.
— За сегодняшний нет. Если понадобится большая работа, отдельно договоримся. Я не хочу наобещать, а потом пропасть.
Нина кивнула. Достала из-под стойки пакет с двумя булочками.
— Это мне со смены. Берите. Если не хотите, я домой унесу. Никаких условий.
Алина засмеялась. Взяла одну, вторую Нина предложила мне. Я взял тоже.
У выхода Алина развернула пакет. От теста еще шло тепло. Мы постояли под остатком навеса, пока она убирала телефон.
— Вы пешком? — спросил я.
— До остановки. Я сейчас в офис Евы, он тут недалеко. В пятницу показала ей свои оригиналы, сегодня оставлю заявление и возьму копии.
— Могу довезти.
Она посмотрела на дорогу.
— Здесь четыре дома. Спасибо, дойду.
Я не стал предлагать еще раз.
В кабинете меня ждал расчет по Нине. Два листа. В первом повторялся итоговый статус, во втором стояла ссылка на приложение к закрытию. Самого приложения не было.
Я вызвал младшего распорядителя.
Он явился с плоской книгой, которую держал двумя руками. Снял с обложки полоску металла, открыл страницу. Буквы поднялись с бумаги неровным рядом. Я попросил развернуть основание перечисления.
— Передано оператору, — прочитал он.
— Дальше.
Он коснулся строки. За ней проступила другая: «Урегулировано в составе закрытия».
— Документ?
— В составе дела.
Я посмотрел на него. Он держался прямо, но пальцы под обложкой побелели.
— Вы его видели?
— Нет. Я подготовил выдачу по сводной записи.
— Тогда напишите, что не видели. И запросите то, на что ссылаетесь.
Он кивнул, закрыл книгу. Строки опустились обратно. В комнате стало тише, будто перестали шуршать сразу несколько человек.
Я положил на стол свою булочку. Бумага промокла от масла. Раньше я отдал бы ее Тамаре или выбросил, не дожидаясь вечера. Сейчас отломил кусок.
Сладкого оказалось больше, чем я ожидал. Корицы в булочке было много. Я доел, вытер пальцы и составил новый запрос, указав, какого именно приложения не хватает.
Потом отправил Алине номер. Она ответила через час.
«Спасибо. Я подписала источник у каждого снимка. Нине сказала, что пока ничего не доказали, кроме отсутствия понятного расчета».
Следом пришло второе сообщение:
«И сумму записала. Не мелочь».
Глава 8. Хорошая должность
Двадцатого ноября я приехал на продуктовую встречу «Городского резерва». Не к Алине. Компания входила в хозяйственную сеть Дома, и я хотел посмотреть, как используют очередной выделенный ресурс. В приглашении значились руководитель, финансовый отдел и представитель собственника. Никто не писал о том, кто из присутствующих дома хранит две старые папки.
Седов встретил меня у лифта. Павел Романович был ниже, чем казался по голосу, с короткой стрижкой и привычкой придерживать дверь не дольше, чем человек действительно через нее проходит. Он рассказывал, сколько согласований удалось сократить, пока вел меня к переговорной.
В конце коридора Алина стояла возле принтера. На экране аппарата мигало предупреждение, в руке у нее был выдвинутый лоток. Она подняла глаза, увидела меня и на мгновение замерла.
— Вы на встречу?
— Да.
Седов объяснил мое участие раньше, чем она задала следующий вопрос. Назвал представителем стороны, обеспечивающей ресурс продукта. Алина кивнула, задвинула лоток и попросила аналитика Олега распечатать последние два листа в другом помещении. Принтер не признавал бумагу, которая в нем лежала.
Я не предложил купить новый. Почему-то стало важно не входить в ее рабочее утро с той же готовностью заменить все, что мешает, с какой я входил в подаренный дом.
В переговорной оказалось восемь человек. На экране показывали небольшую прачечную с новыми машинами. Владелец мог получить оборудование и обслуживание по связанному пакету, работая с меньшим первоначальным платежом. Компания рассчитывала на доход от срока пользования и сопутствующих услуг. Ничего сверхъестественного: договоры, поставщики, оборудование, деньги.
Руководитель продукта, Леонид, говорил быстро. Цифры знал, на вопрос отвечал сразу, даже если вопрос еще не закончили. Мне нравился такой темп: оно помогало не задерживаться на сомнениях, которые редко увеличивали оборот.
Алина сидела сбоку с раскрытым ноутбуком. На первых листах не перебивала. Когда обсуждали количество клиентов, спросила, откуда взяли процент продлений. Леонид назвал прошлую программу. Она показала, что у той другой срок и другой состав обязательных услуг. Седов попросил оставить замечание в расчете. Его не отвергли, и Алина внесла в свою копию отметку.
Потом появился пример прекращения.
В коротком предложении стояло шестьсот восемьдесят четыре тысячи. В полном внутреннем расчете — восемьсот сорок две. Разница состояла из обязательного закрытия сервисной части, проверки оборудования и предусмотренной логистики. При этом клиент должен был предупредить о выходе раньше, чем получал окончательную сумму.
— По сценарию владелец закрывает одну точку или всю деятельность? — спросила Алина.
— Для модели без разницы, — ответил Леонид.
— Для способности заплатить разница есть.
Он пояснил, что в этом блоке не оценивают платежеспособность. Она согласилась и попросила показать, где человек видит полную цену прекращения. На экране открыли нижнюю часть длинной страницы. Несколько строк были скрыты за кнопкой приложения.
— Получает пакет целиком до подписания, — сказал Леонид.
— Я спрашиваю про число в коротком предложении.
— Там выкупная стоимость. Все названо правильно.
Я посмотрел на Алину. Она не пыталась поймать его на слове. Повернулась к экрану и попросила заменить в примере фразу «закрыть точку» на «прекратить пакет полностью». Леонид раздраженно ответил, что текст не входит в аналитику.
— Тогда это не пример полного прекращения, — сказала она.
Седов попросил не уходить в редактуру. Времени было мало, следующий участник уже ждал с данными по продажам. Я мог вмешаться. Вместо этого сказал, что стоит проверить, насколько обязательные расходы действительно неизбежны в каждом сценарии. Это звучало точным рабочим вопросом и позволяло пока не отвечать, почему мы показываем одно, рассчитывая другое.
Алина записала. До конца встречи больше не спорила о коротком предложении. Я заметил, что, когда Леонид попросил подтвердить итоговый блок к среде, она ответила: «После сверки состава». Не «да».
У лифта Седов хвалил ее работу. Говорил, что новый человек хорошо видит края, только нужно немного привыкнуть к реальным срокам. Я согласился, что края она видит.
Алина догнала нас с распечаткой. Не для меня: отдала Седову два листа и назвала расхождение в сроках выдачи окончательного расчета. Он сказал, что посмотрит после обеда. Она спросила, кому направить запрос о процедуре. Получила фамилию, записала и отошла.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

