Его (не) родная семья

Но понимаю, что не смогу спать, пока не проверю всю квартиру.

Озираясь, иду на кухню.

По ногам скользит сквозняк, как в первый день, когда я приехала. И в этот раз не думаю, что показалось. Проверяю входную дверь – заперто. Но я не схожу с ума, черт возьми… Мне не показалось!

В темном зеркале напротив отражается мое настороженное лицо. Под зеркалом на полке моя сумка. Проверяю ключи – на месте. Взгляд цепляется за шкаф, и я хмурюсь.

Прекрасно помню, что плотно закрыла его – просто не терплю незакрытых дверей. А сейчас он приоткрыт. Направляюсь к шкафу до того, как успеваю испугаться и распахиваю. Пусто. В последний момент я подумала, что там кто-то спрятался.

К счастью, никого.

Выдыхаю.

Передвинутые вещи. Постоянное ощущение, что за мной следят. То ли разыгралась паранойя из-за преследований, то ли кто-то планомерно расшатывает мне нервы.

– Точно нужен чай с ромашкой, – выдыхаю я, ощущая, что напряжение так и не проходит.

Направляюсь к кухне, и тут что-то заставляет меня остановиться. И это уже не подозрение. Улавливаю странный запах с кухни. Волоски на руках становятся дыбом, а по сердцу проходит холодок.

Когда я в последний раз была на кухне, этого не было. Делаю несмелый шаг. Открывается вид на стол и холодильник. Кухня без света в полночно-голубых тонах. Сквозь штору угадывается светящееся окно – Олег еще не спит.

Это придает уверенности.

– Что это? – шепчу я, ощущая, как кожа покрывается мурашками.

На столе что-то лежит… Что-то белое. Похожее на смятые бумажные полотенца. Я ничего на столе не оставляла. В доме кто-то был, это точно! Подхожу ближе и вижу, что это… Трупики обезглавленных белых голубей.

– Нет! – кричу я, шокированная зрелищем, и ладонями закрываю глаза.

Шарахаюсь назад и слишком поздно понимаю, что ногам снова холодно – кто-то открыл дверь. Торопливо разворачиваюсь и попадаю в объятия Давыдова.

– Камилла? – с тревогой спрашивает он, хватая меня за плечи. – Что случилось? Вы кричали.

Я судорожно вздыхаю.

– Олег Владимирович…

Мне не хватает воздуха. Постепенно я успокаиваюсь. На нем обычная серая футболка и домашние штаны. И пахнет по-другому: свежим гелем для душа вместо элитного парфюма. Что он здесь делает?

– Я увидел мужскую тень в вашем окне, – говорит он, бросая взгляд по сторонам. – Решил проверить, все ли в порядке. Почему вы кричали, Камилла?

Я молча показываю за спину, и Олег, наконец, замечает, что лежит на моем столе.

– Только что принесли? – он отпускает плечи и подходит к столу, без комментариев рассматривает трупики птиц. – Голуби породистые, – зачем-то говорит он. – Интересно. Вы ничего не трогали?

– Нет, – я качаю головой, и прихожу в себя.

Ничего ужасного.

Мне оставили послание, как и предыдущей помощнице. Только у нее была кошка. У меня – три белых голубя с чьей-то свадьбы. Страшнее то, что пока я была в спальне, в квартиру проник посторонний.

– Мне нужно в гостиницу, – говорю я. – Извините, Олег Владимирович, вы не побудете со мной, пока я собираю вещи? Мне страшно одной.

Он оглядывается.

Без своего костюма Олег выглядит совсем иначе. И у него, кажется, волосы влажные. То есть, он принимал душ, когда увидел, что кто-то шарится в моей квартире? Или только из него вышел? У него окно в ванной?

– Не нужно, – отвечает он. – Берите вещи, переедете ко мне. В моем доме вы точно будете в безопасности.

– Я не хочу вас стеснять…

– У меня просторная квартира, вы видели. Вы моя помощница, теперь я отвечаю за вашу безопасность. Не спорьте, идите собираться.

Я киваю и направляюсь в спальню. Слышу, что Олег с кем-то связывается по телефону. Подхожу к шкафу и распахиваю дверцы. Увидев отражение остается только вздохнуть, в таком я его встретила виде: розовая легкомысленная пижама, волосы в пучке и ноль косметики. Естественно, я не могу быть при параде круглые сутки, и не ожидала увидеть Олега в своей квартире в такое время.

Я переодеваюсь. Беру с собой пижаму, смену белья и рабочую одежду на завтра. Еще нужна косметичка, зубная щетка, расческа. Беру только основное, за остальным можно вернуться позже. Пучок оставляю – выглядит он более-менее, с волосами дольше потом возиться.

Несмело выхожу из спальни. Олег забирает сумку.

– В квартире оставим все как есть. Сейчас подъедут мои люди. Они останутся здесь до утра.

Олег серьезен. Между бровей суровая морщина.

– Сожалею, что вас напугали, – говорит он, пока мы спускаемся на лифте.

Замечаю, что на Олеге домашние тапочки. Увидев мой взгляд, он улыбается.

– Торопился к вам. Прошу прощения практически за неглиже.

Мы пересекаем двор.

Я запоздало понимаю, что неизвестный мог не только подбросить птиц, но и со мной сделать все, что угодно. Какое счастье, что наши окна выходят друг на друга! Что Олег заметил чужой силуэт в окне, не решил, что я привела друга, а пришел на помощь.

Он открывает дверь.

Интересно, откуда у него ключи от моей квартиры?

– Хорошо, что взял дубликат ключа у хозяев, – говорит он, мы думаем об одном и том же. – Прошу, Камилла.

Я вхожу в квартиру. Здесь так тихо и уютно, что с плеч падает камень. Я ощущаю усталость, которую не замечала на адреналине. Но рядом с Олегом я чувствую себя в безопасности, и организм вспоминает, что перед инцидентом собирался спать.

– Вы будете жить здесь, – он провожает меня по коридору в дальнюю комнату.

Обвожу ее взглядом: скромно, но со вкусом. Похоже на комнату для гостей или гостиничный номер. Возможно, комната для домашнего персонала.

Олег ставит сумку у порога. Обращаю внимание, что он не входит в комнату, а стоит за порогом, словно это он здесь гость.

– Спасибо, что помогли, – смущаюсь я.

– Не за что, – он вежливо кивает. – Не торопитесь ложиться, я жду специалистов.

Олег оставляет меня одну, я разбираю вещи, чувствуя неловкость. Я хотела уехать в гостиницу, и на такое щедрое предложение от босса даже не рассчитывала. В первый момент сразу согласилась: с мужчиной почувствовала себя в безопасности, а сейчас думаю, как жить на одной территории… Интересно, как Юля к этому отнесется? Как бы ее инфаркт не хватил, если вспомнить, что даже мысль о том, что я могла быть у Олега, превратила ее в фурию.

Босс вежливо стучит в дверь. Поразительно, насколько он жесткий на работе и деликатный сейчас.

– Камилла, может быть, хотите что-нибудь выпить? Вы ужинали?

– Да, спасибо, – я так нервничаю, что кусок не полез бы в горло. – Если можно, я бы выпила чай.

Но даже не успеваю дойти до кухни – приезжают спецы Давыдова. Он впускает их в квартиру. Судя по тому, что они сразу приступают к работе с электроникой и планомерно начинают обыскивать комнаты, они обо всем договорились заранее. Мужчины серьезные, в костюмах несмотря на то, что уже ночь и работать им еще несколько часов.

Уже три часа ночи. Я клюю носом, сидя на диване в гостиной. Давыдов стоит у окна.

– Олег Владимирович! – в гостиную входит мужчина.

Черный костюм, белая рубашка. У него военная выправка. Мужчина сравнительно молодой – вряд ли ему есть даже сорок. По общению с остальными я поняла, что он их руководитель. Он что-то держит в кулаке.

– Меня зовут Виталий Градов. Я буду отвечать за вашу безопасность. В кабинете мы нашли два прослушивающих устройства, – он раскрывает кулак, на котором я вижу два некрупных предмета. Размером около двух сантиметров, в пластиковом корпусе.

– Вы можете узнать, кто их поставил?

– Скорее, вы можете сказать, вспомнив кто был в кабинете. Сами устройства без опознавательных знаков. В других помещениях ничего не обнаружили. Мы могли что-то пропустить. Часто жучки размещают в готовых изделиях – мышках, статуэтках и так далее. Но надежно заглушили сигнал. Если что-то пропустили, ничего передать они уже не смогут. В доме можно говорить свободно.

Я выдыхаю. Большей частью напряжения я была обязана необходимости постоянно контролировать речь.

– Отлично, – кивает Олег.

– Завтра проверим офис. Можем сделать это под видом проверки, если хотите.

– Нет. Пусть знают, что происходит.

Кажется, понятно зачем: чтобы враг знал, что я – его единственный источник информации.

– Это моя помощница, – представляет меня Давыдов. – Ее квартиру нужно обыскать тоже. В нее кто-то проник сегодня. Оставили мертвых птиц на столе.

Громов хмыкает.

– Мои люди уже осмотрели замки. Следов взлома нет. У злоумышленника были ключи.

Ежусь. Это не ускользает от Давыдова, и он хмурится.

– Никто не знал, что я сниму для Камиллы именно эту квартиру. Ключи нашли после того, как я заключил договор. У хозяина, скорее всего. И проверьте голубей, похоже они породистые. Могут быть окольцованы.

– Мы выясним, – обещает Градов. – Это наша работа. Спокойно работайте, и знайте, что вы под защитой.

Он покидает гостиную. Его люди еще работают в коридоре, но постепенно все сворачивается – уже поздно. У меня глаза слипаются, а работу никто не отменял. Хотя завтра она, скорее всего, будет парализована работой охранной фирмы в офисе. Насколько понимаю, это и есть люди, которых рекомендовал Эмиль Кац.

– Мы можем говорить прямо? – спрашиваю я.

– Думаю, да. Градову можно доверять, я навел справки. Хороший специалист. Идемте, угощу вас чаем.

Пока охрана хозяйничает в квартире, мы запираемся в кухне. Здесь спокойно. Тут все обследовали и обыскали, но оставили идеальный порядок. Вот что значит профессионалы.

Давыдов ставит на стол белую чашку. Наливает из заварника свежий чай. Он только что его заварил и не добавляет воду. Вроде бы я должна помогать, но сегодня он за мной ухаживает, как за гостьей. Чай пахнет чудесно: травами и мятой.

Вдыхаю аромат.

Белые предметы на столе напоминают птиц.

– Я же согласилась сотрудничать, – закусываю губу. – Зачем они подкинули голубей? Догадались, что вожу их за нос? Они спрашивали про Эмиля Каца… Я не знала, как ответить и сказала, что забыла имя человека, с которым вы встречались. Они могли понять, что я лгу.

– Вас спрашивали про Эмиля? – хмурится он.

– Мне звонили днем. Тот же самый мужчина, что и в первый раз. Его интересовали ваши встречи. С кем вы уже встречались и с кем будете в ближайшую неделю.

– Хорошо.

– Если он снова спросит, мне сказать про Эмиля?

Олег думает.

– Скажите. О содержании беседы скажите, если спросят, что я просил у него помощи после покушения.

Логично.

– Хорошо.

Давыдов устало вздыхает, смотрит на часы.

– Пора ложиться… Очень поздно.

Я даже не заметила, как опустела квартира. Мы с Олегом одни. Смущенно киваю. Наедине с боссом неловко и хочется прятать глаза.

– Можете воспользоваться ванной. В вашу квартиру пока возвращаться нельзя. Вещи заберем вечером, когда охрана их проверит. Можете пользоваться моими полотенцами, халатами, не стесняйтесь.

– Спасибо.

Мы расходимся по комнатам. Утром я просыпаюсь в восемь. С трудом разлепляю глаза, спросонья не вспомнив, почему так не выспалась… Как меня выдергивает из постели стук в дверь.

– Камилла?

Вспоминаю, где нахожусь. Я проспала, и босс встал раньше меня? Катастрофа!

– Да, Олег Владимирович! – стараясь говорить бодро, я подскакиваю к двери и распахиваю ее.

На мне розовый костюм и на голове веселая розовая маска для сна. Очень профессионально. Еще бы костюм зайчика надела.

Давыдов готов с ног до головы, и мне стыдно.

– Я решил, вам лучше остаться, – говорит он. – Первую половину дня офис будут проверять, как квартиру вчера. Вам там нечего делать. Закажите ужин, и посмотрите, как распределить отмененные встречи до конца недели.

– Хорошо, Олег Владимирович.

От стыда щеки розовеют, как моя пижама. Босс окидывает меня сверху вниз абсолютно серьезным взглядом.

– До вечера, Камилла.

Он уходит, а у меня подкашиваются ноги.

Мне бы кофе выпить. Тру сонные глаза. Хорошо, что в офис не нужно. Надеюсь, Давыдов разрешил остаться не из жалости ко мне.

Нужно принять душ.

Вспомнив его разрешение вчера, робко заглядываю в шкаф. Беру белый мужской халат, такой мягкий и нежный, что трогать страшно. Стоит как самолет. Это чувствуется по качеству ткани. Беру полотенце, и направляюсь в ванную.

Здесь все имеет строго мужской функционал. Ничего лишнего. Никаких розовых оттенков, женских флаконов с шампунем и гелем, розовых мочалок. Все выглядит шикарно и царит идеальная чистота.

Принимаю душ, мою волосы. Вода расслабляет, а если стоять с закрытыми глазами, то пахнет как будто Олегом Владимировичем – я использовала его гель. У него такой же аромат, как у его любимого парфюма. Это целая линейка: шампунь, гель для душа, средства для бритья.

Вытираюсь и набрасываю на себя его халат, упиваясь нежностью и мягкостью ткани. Выхожу, и замираю… Дверь кабинета приоткрыта. Неужели Давыдов вернулся?

Но в приоткрытую дверь я с изумлением вижу Юлю. Разумовская стоит ко мне спиной, и что-то делает перед книжным стеллажом.

– Да открывайся ты, гад… – бормочет она.

Кажется, пока я стою тут столбом, она пытается открыть сейф.

Глава 8

– Что вы делаете? – возмущенно спрашиваю я.

– Ай! – испуганно вскрикивает она, и круто разворачивается, вжимаясь спиной в стеллаж.

У нее такой же перепуганный и шокированный вид, как и у меня. На ней шикарный серый костюм с ультракороткой юбкой, и туфли на высоченной шпильке.

– Камилла?! – шипит она, как кобра, как только едва переводит дух. – Вы… Вы что здесь…

Взгляд скользит по мокрым волосам и халату, глаза округляются.

– На вас халат Олега! – она бешено смотрит мне в глаза, но вместе с тем в них настоящий, животный ужас. Я ведь не настолько страшная? Или ее так перепугало то, что я застукала ее на месте преступления?

– Вы его любовница! Я так и знала! – злится она. – Все это время вы с Олегом водили меня за нос! Естественно, как бы еще он взял на это место такую дуру!

– Это я еще должна оправдываться? После того, как застукала вас практически за кражей? Охрана! – кричу я, и тороплюсь к дверям.

Мало того, ее здесь не должно быть, вообще-то Олег с ней вчера расстался! Дверь распахивается в тот момент, когда я почти жму тревожную кнопку.

Охранник стоял на дверях с той стороны.

– Почему ее пропустили?

Несмотря на мой вид: в халате, и выгляжу как намокшая кошка, охранник воспринимает меня полноправной хозяйкой.

– Прошу прощения, она показала разрешение от Давыдова, у нее были ключи и пакет документов. Олег Владимирович предупредил, что подъедет курьер и передаст вам документы.

– Это не курьер! Она пыталась открыть сейф!

Юля выскакивает из квартиры и быстро сбегает по лестнице, что для дамы ее статуса, которой полагается передвигаться медленно и чинно, еще и на каблуках, просто смешно.

– Сейчас задержим, – говорит охранник.

Быстро прикинув, что шума будет много и об этом узнает персонал ЖК и соседи – еще чего не хватало, качаю головой.

– Не стоит. Олег Владимирович знает, кто она и где ее искать. Покажите пропуск, что у нее был.

Он протягивает карту.

– Алла Краскина, – вздыхаю я. – Это не она. Наверное, отобрала документы и пропуск, когда услышала, что Давыдов послал курьера. Будьте внимательнее! Сообщите об инциденте Олегу Владимировичу. Интересно, что она искала…

Я направляюсь в кабинет.

Да, пакет документов лежит на столе, небрежно брошенный. В столе не рылись, везде идеальный порядок. Она пришла за чем-то именно в сейфе. Что ж, что там знает только Давыдов. Деньги, важные документы, украшения. Обиженная женщина может решиться на многое.

В этом и моя вина. Не только охраны. Если бы я не мылась – она бы не проскользнула. Нужно было предупредить охрану, что иду в душ. Олег послал курьера только потому, что знал: я дома и приму ее.

Чувствую, за прокол сегодня всем влетит. Зато как приятно было видеть, как эта перепуганная курица убегает. И действовала я так решительно, что даже от себя не ожидала.

Быстро привожу себя в порядок и надеваю рабочую одежду. Немного досадно, что про нас с Олегом теперь пойдут на работе слухи. Нисколько не сомневаюсь, что Юля постарается сделать для этого все. И ведь не объяснишь, что все совсем не так, как выглядит… Беспочвенные слухи такого содержания – всегда обидно.

Нужно разобраться с документами, позаботиться об ужине для босса и заняться встречами.

В пакете оказываются личные дела сотрудников и, неожиданно, правления. Обращаю внимание, что здесь только Сергей, двое, что голосовали против Олега и двое, вовремя сбежавших за границу, когда запахло жареным. Дела Анжелики и некоторых подчиненных глав отделов. На Виктора, который спал и видел, как бы поскорей оказаться в кресле босса.

Только тех, кому было выгодно, чтобы Давыдов ушел. Ну, он сегодня наведет там шороха.

Значит, будет изучать. Искать того, кто открыл охоту на нас – получается, ужена нас, раз я тоже пострадала.

– Хорошо, – сажусь за ноутбук, чтобы «раскидать» встречи по свободным датам, когда звонит телефон. – Камилла Андреева.

Отвечаю, не взглянув на экран. В рабочее время это и не важно.

– Что ты творишь?! – шипит в трубке знакомый голос, который я начинаю забывать.

– Игорь? – морщусь я.

– Ты натравила на меня опеку! – орет он. – Ко мне сегодня приходили тетки, составили протокол! За то… За то что я плохо исполняю свои обязанности якобы!

В голосе столько возмущения, что он захлебывается. Вспоминаю Сеньку, которым ни он, ни бабушка не хотели заниматься и Сенькину маму, и мне совершенно не жаль бывшего мужа.

Но сам факт настораживает. Вспоминаю слова шантажиста. Он начал действовать в моих интересах, как и обещал. По спине бегут мурашки. Мало того, начал – сразу пошел с козырей. Значит, наш договор действует и меня ни в чем не заподозрили, как я боялась. Но откуда тогда голуби?

– Будь ты проклята! – беснуется муж. – Устроилась там в Москве и думаешь, все можно! Ты мне так мстишь, да? Права была мама, змею на груди пригрели!..

Последние слова вызывают горячую ярость, которую я от себя не ожидала. По натуре я не вспыльчивая, но спокойной с таким мужем и свекровью остаться невозможно.

Пригрели они меня! Да еще на груди! Благодетели!

– И зачем ты мне позвонил? Поделиться своими бедами? – рычу я. – Жалеть я тебя не собираюсь!

Сбрасываю звонок и вношу номер в блок. Туда отсылаю и свекровь на случай, если она решит почитать мне мораль.

Все еще соплю от гнева, прижимаю пальцы к вискам. После звонка разболелась голова и трудно сосредоточиться на работе, так он меня вывел.

Затем вспоминаю про опеку.

Судя по всему, у меня действительно будут шансы получить сына. Да, я ему не мать, но если ребенка заберут, то кто знает, может, мне удастся оформить документы на опеку или усыновление? Сенька меня знает, любит, считает мамой. Что-то для суда это же должно значить чисто по-человечески…

Конечно, мне помогут только в том случае, если я буду делать все, что они хотят. Но после того, как получу желаемое и должным образом оформлю документы, смогу послать этого шантажиста куда подальше. Ребенка уже не отберут. С Давыдовым обо всем договорились. И все равно сердце не на месте. Меня терзает страх.

Давыдов появляется через час. Слышу в коридоре быстрые шаги и отрываюсь от ноутбука.

– Юля пыталась открыть сейф?

Киваю.

– Забрала пропуск и проникла под видом курьера. Я застала ее в кабинете.

– Какого хрена она творит, – раздраженно цедит он, и тут же набирает номер. Ждет, и я по лицу вижу, как только экс-невеста возьмет трубку, на нее выльется океан гнева. – Не отвечает.

Он сбрасывает.

– Она выглядела испуганной. Наверное, будет прятаться.

– Трусиха, – рычит он, не стесняясь меня быстро набирает код и открывает сейф. – Все на месте.

Он немного успокаивается. Я успеваю мазнуть взглядом по содержимому: стопки бумаг в прозрачных папках, когда Олег захлопывает сейф.

– Офис проверили, – сообщает он. – Жучков было, как блох на собаке. Теперь чисто, но особо важные вопросы обсуждаем только здесь.

– Поняла.

– Встречи распределили?

Зачитываю новый график. Олег тут же вносит несколько корректировок.

– Шантажист звонил? – качаю головой и тут же вспоминаю о муже, но он, вроде к делу не относится.

Олег обещал мне встречу со своим юристом, но сейчас аврал. Напомню, когда мы оба станем свободнее и босс втянется в работу после перерыва.

– Что ж, с основными вопросами мы закончили… В офисе бардак, сегодня ехать туда смысла нет… Собирайтесь, съездим к Юле.

– К Юле? – удивленно переспрашиваю я.

– Я хочу разобраться, что это был за кордебалет. Вы свидетель и мне нужны, чтобы она не начала врать.

Сердце обливается кровью, но я безропотно встаю под взглядом Олега. Меньше всего хочется снова видеть истеричную фурию. Но кто бы меня спросил…

Разумовская обитает в пафосном ЖК на берегу реки. То ли Давыдов был столь щедрым к ней, то ли она сама предпочитала жить на широкую ногу.

На проходной водитель прикладывает пропуск, и мы попадаем на парковку.

– А если она не откроет? – интересуюсь я.

– У меня есть ключи, – спокойно отвечает Давыдов. – Квартиру для нее снимаю я. На ее месте я бы хорошо подумал и перестал прятаться.

Разумно.

Но Юля запаниковала и допустила слишком много ошибок, чтобы красиво выйти из ситуации. Не завидую ей, правда. Она живет не в пентхаусе, но из квартиры вид все равно должен быть чудесным на двадцать пятом этаже.

Давыдов нажимает кнопку звонка, ждет минуту, и открывает своим ключом. Вхожу следом, надеясь, что Юля сбежала из города.

Пустые надежды.

С независимым и надутым видом она сидит за кухонной стойкой. Смотрит в сторону, хотя по напряженной спине и плечам видно: Юля знает, кто пришел.

Давыдов останавливается в проходе, сунув кисти в карманы. Я стою за спиной.

– Юля, – зовет он.

Она оборачивается и щурится, видя меня. Губы поджаты. Она порядком обескуражена ситуацией. На меня она смотрит с ненавистью, словно я враг номер один и дело не только во мнимых изменах. Еще и в том, что застала ее за кражей, а потом вышла из ситуации с победой. Это ведь от меня она убегала, а не я от нее.

– Объясни, какого черта происходит, Юля.

Снова испепеляющий взгляд в мою сторону.

– Ее зачем притащил? – гордо спрашивает она.

– Потому что она видела, как ты рылась в моем кабинете и пыталась открыть сейф. Зачем?

Она сжимает губы до белизны.

– А не потому, что ты с ней спишь?

– Я не сплю с ней, Юля, – поражаюсь терпению, но Давыдов говорит абсолютно спокойно, хоть и устало. Как с избалованным ребенком. – Ты оскорбляешь как ее, так и меня подобными домыслами. Прекрати. Между нами ничего нет и не было.

– И ты не поэтому со мной расстался?! И не поэтому она разгуливала по квартире в твоем халате?!

– Юля, это не твое дело. Я хочу получить ответ. Иначе ты потеряешь работу.

Она впервые отводит глаза.

Боится увольнения, и сильно. Потерять не только покровителя, но и должность – это серьезный удар.

– Я хотела взять кое-что, – сдается Юля. – Я ведь не знала, что эта будет там. Ну взяла у курьерши пропуск, ну и что, Олег?

Он игнорирует и про пропуск, и то, что она назвала меня «эта». Благоразумно молчу.

– Что тебе было нужно?

Молчит.

– Камилла, оставьте нас ненадолго.

Выхожу в холл, здесь все равно их слышно, но есть иллюзия уединения. Низкий голос Олега менее разборчив, а Юлю я слышу хорошо:

– Украшения. Серьги с рубинами и колье. Прости, просто хотела тебя позлить за то, что ты меня бросил. Не подумала о последствиях. Зря, понимаю…

Подхожу ближе, очень уж интересен ответ.

– Да, зря. Я не храню в сейфе украшения, Юля. Откуда знаешь код?

Это уже интересно.

– Видела несколько цифр, когда ты набирал. Хотела подобрать. Прошу давай уладим это недоразумение. Я хочу продолжить работать в компании, не лишай меня этого. Не порть мне репутацию.

Олег думает:

– Если оставишь меня и мою помощницу в покое.

– Хорошо. Давай разойдемся, если не друзьями, то хорошими знакомыми. Без претензий друг к другу.

Надо же, как ее проняло.

– Давай, Юля. Всего тебе доброго.

Он выходит, и я сдержанно улыбаюсь. Даже от сердца отлегло: надеюсь, она сдержит слово.

– Это правда, – говорю я. – Я видела, как она пыталась подобрать цифры и не получалось.

– Больше она нас не побеспокоит. На ее месте я бы взял отпуск без содержания и уехал.

Мы садимся в машину: как всегда вдвоем и назад. Кожаное сиденье поскрипывает, когда Олег откидывается на спину. Медлит с распоряжением водителю.

– Камилла, я обещал вам встречу с юристом по поводу вашего ребенка. Сегодня у нас почти свободный день, давайте не будем тратить времени, потом его может не быть. Предлагаю заехать сейчас.