Два мира. Разнообразные трофеи

Однако его удивило не само присутствие людей. Удивило то, насколько старательно они пытались скрыть своё местонахождение. Лагерь располагался в небольшой лесной низине, окружённой с трёх сторон каменистыми склонами и густыми деревьями. С одной стороны имелся узкий проход, через который можно было попасть на более широкую тропу, но с другого направления местность была почти непроходимой из-за валунов и переплетённых корней. Для обычного путника это место выглядело бы неудобным. Для тех, кто хотел остаться незамеченным, оно подходило гораздо лучше.

Палатки стояли не слишком близко друг к другу, но и не настолько далеко, чтобы между ними оставались большие пустые пространства. Ткань была хорошего качества, плотная, явно не дешёвая. Несколько палаток имели дополнительные навесы, а возле одной стоял небольшой складной стол, на котором лежали свёртки, металлические коробки и какие-то дорожные принадлежности.

Чуть в стороне находились лошади. Их привязали в тени деревьев, подальше от основного костра. Судя по снаряжению, животные были не простыми крестьянскими лошадками, а хорошими дорожными конями, привыкшими к продолжительным переходам. В лагере находилось около десятка стражников. Алексей насчитал их не сразу. Одни занимались палатками, другие разгружали повозку, третьи переносили какие-то мешки. Несколько человек проверяли снаряжение, а ещё двое, похоже, занимались приготовлением ужина. Одежда и оружие у них были достаточно качественными. Не парадными, но и не дешёвыми. На поясах висели мечи, у некоторых имелись короткие копья или луки. Щиты были сложены возле одной из палаток, а рядом стояли несколько дорожных сундуков. Всё это совершенно не походило на обычный отряд пограничников.

Алексей же продолжал наблюдать. Он уже заметил тот факт, что люди старались не разводить слишком большой костёр. Дрова подкладывали небольшими порциями, а дым, по всей видимости, отводился через заранее выбранное место между деревьями. С одной стороны низины имелось несколько небольших наблюдательных позиций, откуда можно было заметить приближение посторонних.

Правда, устроены они были довольно небрежно. Алексей не увидел сложной системы сигнализации, не заметил и тех мер предосторожности, которые сам привык использовать возле башни. Но сам факт, что люди выбрали укрытую низину и старались не показываться на открытой местности, уже вызывал вопросы. От кого они здесь прячутся? От пограничников? Мысль показалась настолько странной, что Алексей невольно нахмурился.

Ведь пограничная стража должна была обеспечивать безопасность этих земель. Если какой-то отряд опасался встречи с ней, значит, либо у него имелись причины скрывать своё присутствие, либо люди вовсе не собирались объяснять местным властям, что делают в лесу.

Он внимательнее присмотрелся к палаткам. Некоторые были украшены дорогими тканевыми полосами, а на нескольких сундуках имелись металлические накладки с тонкой гравировкой. Даже с такого расстояния было заметно, что это имущество людей состоятельных. Но самым интересным оказался человек, возле которого постоянно находились остальные.

Он сидел у небольшого переносного кресла, установленного под навесом возле одной из палаток. Судя по тому, как остальные держались рядом, именно он был главным в этой группе. Старик. На вид ему было немало лет. Волосы почти полностью поседели, лицо покрывали глубокие морщины, а вокруг глаз залегли тёмные складки. Он был одет в роскошное дорожное облачение, которое даже в условиях лесного лагеря выглядело слишком дорогим и нарядным.

Ткань его верхней одежды имела насыщенный тёмный оттенок, по краям шла тонкая вышивка, а ворот был украшен сложным узором. Пояс отличался особой шириной и был изготовлен из дорогого материала, с металлическими застёжками и несколькими декоративными элементами.

На руках старика Алексей заметил украшения. Их было несколько. На пальцах блестели кольца с камнями, а на запястьях находились браслеты, выполненные из металла с тонкой резьбой. Один из них, судя по характерному блеску, мог быть золотым. Другой украшали небольшие вставки, похожие на драгоценные камни. Всё это не выглядело случайными безделушками. Старик явно привык к богатству и не собирался скрывать своё положение даже во время путешествия. Но больше всего выделялся меч, висевший у него на поясе. Ножны были украшены золотыми накладками, рукоять имела дорогую отделку, а на навершии поблёскивал небольшой камень. Даже с расстояния было понятно, что оружие изготовлено не для простого дорожного использования. Оно выглядело скорее знаком высокого положения, чем обычным средством защиты.

Алексей перевёл взгляд на лицо старика. Выражение у того было совершенно недовольным. Он сидел, слегка наклонившись вперёд, и слушал доклады одного из сопровождающих. При этом лицо его постепенно становилось всё более раздражённым. Когда стражник закончил говорить, старик что-то резко ответил, махнул рукой и отвернулся, словно даже само присутствие собеседника было для него неприятным. Человек поспешно поклонился и отошёл. Через минуту к старику подошёл другой. Тот тоже поклонился, что-то доложил и получил в ответ очередную порцию недовольных замечаний.

Парень невольно усмехнулся. Создавалось впечатление, будто этого человека действительно родили уже раздражённым на весь белый свет, а с годами его характер только укрепился. При этом остальные относились к нему с заметным почтением. Даже стражники, которые по внешнему виду и снаряжению могли принадлежать к достаточно опытным людям, старались не задерживаться рядом дольше необходимого. Каждый раз, обращаясь к старику, они склоняли головы, а некоторые даже опускались на одно колено. Это говорило о многом. Перед ним находился не просто богатый путешественник, которому удалось нанять хорошую охрану. Это был человек, имевший определённое положение, причём достаточно высокое, чтобы вооружённые сопровождающие демонстрировали ему подобное уважение.

Но что он делал здесь?

Алексей ещё раз осмотрел лагерь. Никаких знаков пограничной стражи он не заметил. Не было и привычных обозначений военного подразделения. Одежда людей была слишком разнообразной, чтобы считать их регулярным отрядом, хотя оружие и доспехи выглядели достаточно добротными. Возможно, это сопровождение какого-нибудь чиновника. Или богатого торговца. Но тогда зачем прятаться в лесу? Если они просто направлялись в соседнее поселение, то могли воспользоваться дорогой. Если путешествовали по делам, то имелись постоялые дворы и охраняемые стоянки. Даже если старик не желал останавливаться в людных местах, можно было выбрать более удобное место для ночлега. Однако он предпочёл спрятать лагерь в низине, окружённой деревьями и камнями.

Парень немного сместился в сторону, чтобы лучше видеть въезд в лагерь. Там стояли две повозки. Одна была обычной дорожной, вторая — заметно более дорогой, с закрытым кузовом и хорошими колёсами. На бортах имелись декоративные элементы, а металлические детали были тщательно отполированы. Рядом с повозками находились несколько мешков и сундуков. Он попытался разглядеть, что именно перевозили люди, но расстояние и деревья мешали. Зато стало заметно, что часть стражников не занималась отдыхом. Они поочерёдно обходили внешнюю границу лагеря, осматривали подходы и время от времени останавливались, прислушиваясь к лесу. Это уже больше напоминало охрану какого-то важного груза или высокопоставленного лица.

Алексей прищурился.

— И кто же вы такие?..

Ответа, разумеется, не последовало. Он не собирался выходить из укрытия и задавать вопросы. Пока что у него не было ни малейшего желания привлекать к себе внимание неизвестной группы вооружённых людей, особенно если они намеренно скрывали своё присутствие. Вместо этого он решил просто понаблюдать. Старик тем временем поднялся с кресла. Один из сопровождающих немедленно подскочил к нему, помог расправить одежду и что-то сказал. Старик ответил коротко, затем направился к ближайшей палатке. Даже двигался он с таким видом, будто окружающие были обязаны уступать ему дорогу. Несколько человек поспешили отойти в сторону.

Алексей снова обратил внимание на украшения. Кольца, браслеты, пояс, дорогая ткань, золотые элементы на мече. Всё это складывалось в достаточно выразительную картину. Человек был богат. Очень богат. И, судя по поведению окружающих, обладал властью или, по крайней мере, пользовался влиянием, которое заставляло даже вооружённых людей относиться к нему с подчёркнутым уважением. Но богатство само по себе не объясняло, почему он оказался в этом лесу.

Он присел чуть ниже, чтобы его не было видно между ветвями, и продолжил наблюдение. Пока что он не видел ничего, что могло бы прямо указывать на враждебные намерения. Люди просто устраивали лагерь, готовились к ночлегу и выполняли распоряжения своего старшего. Однако сама скрытность их поведения вызывала слишком много вопросов. Особенно учитывая, что в этих местах уже происходили события, после которых он перестал считать случайные встречи с вооружёнными людьми чем-то безобидным. Сначала ракшаас, затем человеческие сообщники, потом группы, которые использовали старые ловушки как приманку. Теперь вот неизвестный богатый старик с почти десятком стражников, двумя повозками и дорогими палатками, который предпочитал ночевать в лесу, а не останавливаться в ближайшем поселении.

Парень медленно перевёл взгляд на окружающие деревья. Он хорошо знал эту местность. По крайней мере, достаточно хорошо, чтобы понимать, какие тропы проходили поблизости и где можно было незаметно обойти низину. Если понадобится, он сумеет наблюдать за лагерем, не приближаясь к нему. Но прежде следовало выяснить, надолго ли они здесь остановились.

Он ещё раз посмотрел на старика, который уже скрылся за пологом палатки, и на стражников, продолжавших устраиваться на ночлег. Потом осторожно отступил от края склона. Возвращаться к башне следовало тем же путём, каким он пришёл, не оставляя на виду свежих следов и не пересекая открытые участки. Добыча в сумке немного оттягивала плечо, арбалет требовал внимания, а солнце уже клонилось к вечеру. Но теперь охота на зверя перестала быть единственным событием этого дня. В лесу появились люди, которые явно не хотели, чтобы их обнаружили. И Алексей собирался выяснить почему. Именно поэтому не стал сразу уходить от этого места.

Отступив от края склона, он некоторое время оставался за камнями, прислушиваясь к тому, что происходило внизу. Первоначально ему казалось, что увиденного достаточно. Небольшой лагерь, вооружённая охрана, две повозки, дорогие лошади и старик, которому остальные явно подчинялись. Однако, чем дольше он размышлял, тем сильнее его занимало несоответствие между тем, как тщательно эти люди старались скрыть своё присутствие, и тем, насколько беспечно вели себя внутри собственного лагеря. Они явно не хотели, чтобы их обнаружили случайные путники. Но при этом совершенно не походили на людей, которые опасаются нападения.

Разумеется, можно было предположить, что всё дело в численности охраны. Десять вооружённых мужчин, хорошие доспехи, качественное оружие, лошади и повозки — для обычной дорожной компании это выглядело вполне внушительно. Только вот находились они не на оживлённой дороге и даже не возле какого-нибудь укреплённого поселения. Их лагерь располагался в лесной низине, неподалёку от земель, где скверна могла проявиться в любой момент. И это обстоятельство меняло практически всё.

Алексей осторожно выглянул из-за камня, ещё раз осмотрел склон и расположение деревьев, после чего выбрал место, откуда можно было приблизиться к лагерю, не выходя на открытое пространство. Ему требовалось не просто увидеть людей получше. Хотелось услышать их разговоры, понять, что именно привело сюда столь странную компанию и почему они предпочли остановиться в месте, которое любой опытный пограничник постарался бы обойти стороной.

Он не собирался спускаться прямо к палаткам. Даже если бы его заметили, это было бы слишком рискованно. Зато на краю низины росло несколько старых деревьев, чьи кроны далеко выступали над склоном. Одно из них, особенно широкое и раскидистое, нависало чуть ли не над половиной поляны. Его нижние ветви уходили в сторону лагеря, а густая листва скрывала ствол от большинства взглядов снизу.

Это было неплохое место для наблюдения. Правда, добраться туда незаметно оказалось не так – то и просто. Приходилось двигаться медленно, обходя сухие ветки, стараясь не задеть кусты и не оставить на открытых участках свежих следов. Алексей не раз останавливался, когда снизу доносились голоса или кто-то из стражников менял положение. В такие моменты он замирал, буквально сливаясь с окружающими камнями и древесными тенями, и продолжал движение лишь тогда, когда внимание людей снова возвращалось к собственным делам.

Лишь добравшись до дерева, он позволил себе немного расслабиться. Ствол оказался массивным, с глубокой корой и несколькими крупными развилками. Ветви росли достаточно низко, чтобы забраться на них без особенных трудностей, но при этом дерево было старым и крепким. Для этого он выбрал место, где две толстые ветви расходились почти под прямым углом, образуя естественную площадку. Оттуда открывался прекрасный обзор на поляну, а листья и небольшие побеги закрывали его от случайного взгляда снизу.

Добравшись туда, он устроился поудобнее, проверил, не цепляется ли одежда за кору, и осторожно отодвинул несколько веток. Теперь лагерь был перед ним практически целиком. Видно было и палатки, и повозки, и костёр, возле которого несколько человек занимались приготовлением еды. Чуть в стороне стояли лошади. Их было несколько, и, судя по всему, животные принадлежали не только охране, но и самому господину. Одну из них даже покрывала попона из плотной ткани, явно недешёвой. Остальные выглядели ухоженными, с хорошей сбруей и подковами.

Алексей задержал на них взгляд. Вот это обстоятельство беспокоило его сильнее всего. Лошади. В обычных условиях наличие лошадей было бы вполне естественным. Любой богатый человек, отправляясь в путешествие, предпочёл бы передвигаться верхом или использовать повозку. Но здесь, на границе заражённых земель, подобная роскошь превращалась в серьёзную проблему. Человеку достаточно было следить за собственными руками, ногами, одеждой и тем, куда он ступает. Если рядом шёл товарищ, следовало обращать внимание и на него: не задел ли тот подозрительную ветку, не коснулся ли камня, не вдохнул ли слишком много странного тумана. У каждого человека имелась возможность остановиться, осмотреться, спросить совета или хотя бы сообщить о том, что почувствовал себя плохо. С лошадьми всё было значительно сложнее.

Животное не понимало, почему нельзя щипать траву возле дороги. Оно не знало, какие растения безопасны, а какие могли оказаться заражёнными или просто ядовитыми. Стоило отвернуться на несколько мгновений, как лошадь уже тянулась мордой к ближайшему кусту, подбирала упавшие листья или пыталась ухватить пучок сочной зелени между камнями. И что прикажешь делать? Проверять каждую травинку? Осматривать каждый куст? Заставлять животных всё время стоять на одном месте и кормить их только привезённым сеном?

Даже если у человека имелись знания о скверне, это не означало, что он мог распознать любую опасность с первого взгляда. Некоторые проявления были заметны сразу. Необычный цвет листьев, странная форма стеблей, налёт на коре, неестественное движение ветвей. Но далеко не всё выглядело настолько очевидно. Иногда опасность скрывалась в совершенно обычном растении, которое ничем не отличалось от десятков других. А если животное съест что-нибудь неподходящее, последствия могли обнаружиться уже спустя несколько часов.

Именно поэтому пограничные патрули старались не брать лошадей в опасные районы без крайней необходимости. В некоторых местах их вообще оставляли в относительно безопасных поселениях, продолжая путь пешком. Здесь же люди не просто привели лошадей. Они позволяли им свободно стоять возле лагеря, время от времени отпускали поводья и, судя по всему, совершенно не задумывались о том, что животные могли подобрать с земли. Это говорило о многом. Либо они были совершенно не знакомы с особенностями местности, либо пришли сюда по какой-то причине, не имеющей прямого отношения к пограничью. Возможно, их господин просто выбрал это место как удобное убежище, не представляя, насколько опасной может оказаться подобная остановка. А может быть, они вообще не знали, где именно находятся. Последнее предположение постепенно становилось всё более убедительным.

Алексей слегка наклонился вперёд, устраиваясь так, чтобы лучше слышать разговоры. Ветер был слабым, поэтому голоса с поляны доносились довольно отчётливо. Конечно, разобрать каждое слово не получалось, особенно когда несколько человек говорили одновременно, однако отдельные фразы складывались в достаточно понятную картину. Первое, что бросилось ему в глаза, — поведение охраны.

Стражники не выглядели людьми, которым поручили защищать кого-то от серьёзной опасности. Они держались свободно, временами даже лениво. Один сидел на повозке, прислонившись спиной к борту. Другой устроился возле костра и чистил ногти небольшим ножом. Ещё двое стояли неподалёку от палаток, негромко разговаривая.

У некоторых мечи висели на поясах так, что до рукоятей можно было дотянуться, не делая лишних движений, но несколько человек даже не позаботились о том, чтобы расположить оружие удобнее. Щиты были закинуты за спину. Копий рядом не наблюдалось вовсе. Никто не держал лук наготове, никто не следил за тем, чтобы стрела была заранее наложена на тетиву. Они не выставили даже нормального двойного караула. Часовые находились на некотором расстоянии друг от друга, причём каждый наблюдал за собственным участком местности, но не имел возможности постоянно видеть товарища. Периодически они перекликались, проверяя, всё ли в порядке. Такая организация могла показаться вполне приемлемой в обычном дорожном лагере, но здесь она выглядела откровенно беспечной.

Впрочем, Алексей уже начинал понимать, почему. Эти люди не считали себя находящимися на враждебной территории. Они воспринимали окружающий лес как временное убежище, а не как опасную зону, в которой за каждым кустом могло скрываться нечто способное убить человека прежде, чем тот успеет достать оружие.

— …сколько ещё мы будем здесь сидеть? — донёсся снизу до парня раздражённый голос.

Алексей чуть повернул голову. Говоривший стоял возле одной из палаток. По одежде он, вероятно, принадлежал к числу старших слуг или управляющих. Мужчина был уже немолод, но держался уверенно и явно не относился к простым слугам.

— Господин велел ждать… — ответил другой человек.

— Я прекрасно слышал, что велел господин. Только вот он не объяснил, сколько именно мы должны ждать.

— Не твоё дело.

— Конечно, не моё. Только обозу нужен корм, людям нужны припасы, а нам приходится сидеть в этой дыре, словно беглым разбойникам.

— Тише.

Последнее слово прозвучало слишком резко. Мужчина оглянулся, убедился, что никто посторонний не обращает на них внимания, и понизил голос.

— Не называй это вслух.

Алексей едва заметно прищурился. Беглецы? Это уже было интересно. Он немного изменил положение, стараясь не задеть ветку над головой. Листва едва слышно прошелестела, но снизу никто не поднял взгляда.

— А что, разве я неправду говорю? — продолжал первый. — Если бы господин не оказался втянут в эту историю, мы сейчас находились бы в столице, а не здесь.

— Именно поэтому тебе лучше помолчать.

— Я уже молчу. Сколько можно молчать?

Собеседник ответил что-то слишком тихо, чтобы Алексей смог разобрать. Затем оба разошлись в разные стороны.

Парень некоторое время оставался неподвижным, прокручивая услышанное. Столица... Господин… Какая-то не совсем радостная история, из-за которой они оказались здесь. Похоже, первоначальное предположение было верным. Перед ним находилась не обычная торговая компания и не отряд пограничной стражи. Скорее всего, это были люди, сопровождавшие знатного человека, который по какой-то причине покинул столицу. Но почему? Он продолжил наблюдение.

Спустя некоторое время возле главной палатки появился тот самый старик. Его появление сразу изменило поведение окружающих. Слуги поспешили уступить ему дорогу, один из стражников выпрямился, а мужчина, который ещё недавно спорил возле повозки, немедленно замолчал и отвёл взгляд. Ведь этот старик был весьма недоволен. Впрочем, это было настолько привычным выражением его лица, что Алексей уже начинал сомневаться, существовало ли у него какое-нибудь другое. Сделав несколько шагов, тот остановился возле стола, на котором лежала карта или, по крайней мере, нечто похожее на неё. Один из сопровождающих начал что-то объяснять, указывая пальцем на разложенный лист.

— …дорога отсюда ведёт на север, — говорил мужчина. — Если двигаться вдоль старого тракта, через несколько дней можно выйти к поселениям.

— Я знаю, куда ведёт дорога! — Его тут же резко перебил старик.

— Разумеется, господин. Я лишь хотел сказать, что…

— Ты слишком часто хочешь что-то сказать.

Мужчина тут же склонил голову. А Алексей лишь невольно усмехнулся. Характер у старика был, мягко говоря, непростой. При этом окружающие не просто боялись его раздражения, а проявляли почти подобострастное почтение. Такое поведение обычно свидетельствовало о высоком положении, причём не обязательно только о богатстве. Перед ним, вероятно, находился человек, привыкший распоряжаться другими и не привыкший слышать возражения.

— Насколько далеко находятся ближайшие заставы? — спросил старик.

— Если идти по дороге, то…

— Я спросил не о дороге.

Собеседник замялся.

— В таком случае… точного расстояния я назвать не могу. Мы не располагаем подробными картами этой местности.

— Прекрасно. Просто прекрасно.

Старик опустился на низкую скамью и взял чашку, которую ему тут же подал слуга.

— Значит, вы привели меня сюда, не зная даже, что находится вокруг?

— Господин, мы следовали указаниям…

— Ваши указания привели нас в лес, где невозможно нормально передвигаться, где нет приличного жилья и где приходится спать среди деревьев. Неужели вы считаете, что это можно назвать удачным выбором?

— Мы не могли рисковать появлением в городах.

— Тогда следовало выбрать другое место.

— Господин…

— Замолчи.

Слуга, стоявший рядом, едва заметно вздрогнул. Старик сделал глоток и с раздражением посмотрел на окружающую поляну.

— Если бы не ваша беспечность, мы не оказались бы в таком положении.

Алексей медленно перевёл взгляд на повозки. Теперь становилось понятнее, почему они старались скрыть лагерь. Эти люди не просто путешествовали. Они избегали чужого внимания, причём настолько настойчиво, что предпочли остановиться в лесу, а не искать безопасное место в ближайшем поселении. Однако самое интересное прозвучало чуть позже.

К палатке подошёл ещё один мужчина. Судя по одежде, он был одним из наиболее приближённых к старику людей. На нём не было столь дорогих украшений, как у господина, но и простым слугой он не выглядел. Он поклонился и заговорил негромко:

— Господин, появились новости.

— Какие ещё новости?

— Из столицы.

Старик замер с чашкой в руке.

— Говори.

— Пока ничего определённого. Но говорят, что расследование продолжается. Несколько домов уже подверглись обыскам, некоторые чиновники задержаны.

— Это не новости. Об этом мы знали ещё до отъезда.

— Да, господин. Но теперь говорят, что следствие затронуло и людей, связанных с княжескими семействами.

Старик медленно поставил чашку на стол.

— Какими именно?

— Пока не известно.

— Ты хочешь сказать, что не знаешь?

— Я лишь передаю то, что удалось выяснить.

— И ради этого ты посмел меня побеспокоить?

Мужчина склонился ещё ниже.

— Простите, господин.

Несколько мгновений старик смотрел на него, затем отвернулся.

— Если узнаешь что-нибудь определённое, доложишь. Пока не вижу смысла обсуждать пустые слухи.

— Да, господин.

В этот момент Алексей почувствовал, как его внимание обострилось. Княжеские семейства. Следствие. Люди, связанные с ними. Он вспомнил недавние события, о которых слышал в крепости, и разговоры о том, что в столице начались серьёзные расследования. Но делать выводы было рано. В империи наверняка имелось немало знатных родов, а если речь шла о заговоре, то участников могло быть гораздо больше, чем один человек. Тем не менее одна деталь казалась особенно любопытной. Старик не выглядел человеком, который просто испугался и решил переждать неприятности в лесу. Он был слишком раздражён, слишком требователен и слишком уверен в том, что окружающие обязаны исполнять его распоряжения. Возможно, прежде он занимал достаточно высокое положение и привык к совершенно иному уровню комфорта. Теперь же ему приходилось сидеть в палатке посреди леса. И это его явно выводило из себя.