Повелитель дронов - 6

— Воу-воу, тормози, энтузиаст, — усмехнулся я. — Я не собираюсь превращаться в Арни. В этом неэффективном куске мяса есть свои плюсы. Например, способность получать удовольствие от горячей воды. Ты когда-нибудь принимал ванну, Сириус?

Процессоры дрона, судя по лёгкому гудению вентиляторов, напряжённо обрабатывали странный вопрос.

— Мой корпус защищён от влаги по стандарту IP68+, Повелитель. Я могу функционировать под водой на глубине до пятидесяти метров в течение двух часов. Однако практической целесообразности в погружении в горячую воду с химическими добавками не вижу. Это может привести к нежелательному перегреву систем и ускоренной коррозии внешних контактов.

— Вот видишь. А мне кайфово. В этом и разница. Вы, железяки, идеальны для достижения цели. А люди... ну, люди иногда способны наслаждаться процессом. Даже если этот процесс — просто лежание в луже с пеной, — я открыл глаза и посмотрел на дрона. — Ладно, философский кружок закрываем. Что там по текущим задачам? Как продвигается операция «Монолит»?

— Ситуация под контролем, Повелитель, — отрапортовал Сириус. — Строительные дроны проложили и замаскировали подземные коммуникации на объекте «Куб Власти».

— Отлично. Что с нашими «зелёными» друзьями? Орки не буянят?

— Противник деморализован после нашей... эффектной акции. Активных наступательных действий не зафиксировано. Они окапываются вокруг портала. Патрули фиксируют попытки возведения магических заграждений, но мы методично сбиваем их шаманов снайперским огнём. Они боятся высовываться.

— Пусть боятся, это полезно. А китайцы?

— В режиме ожидания. Они отвели войска от границы на пятнадцать километров. Перехваченные радиопереговоры свидетельствуют о крайней степени растерянности в их штабах. Они не знают, как реагировать на вашу тактику.

Я довольно кивнул. Всё шло по плану. Мелкие шестерёнки крутились, создавая нужный мне механизм хаоса и контроля.

— Хорошо, продолжай мониторинг. В случае любой нештатной активности — немедленный доклад.

— Принято.

Выбравшись из ванны, я накинул пушистый халат и пошёл на кухню. Там меня ждала моя главная радость в этом мире — кофеварка.

Неторопливо засыпал зёрна, вдохнул терпкий, густой аромат свежемолотого кофе. Наблюдая, как тёмная жидкость наполняет чашку, я позволил себе на мгновение отключиться от всех проблем.

С чашкой обжигающего, крепкого, как мои принципы, кофе я направился по коридору в сторону своей мастерской. Проходя мимо гостиной, услышал приглушённые голоса. Дверь была слегка приоткрыта, и оттуда доносился оживлённый спор.

— ...нет, вы правда не понимаете, что он сделал?! — недоумевала Фурия.

Я замедлил шаг и остановился, прислушиваясь.

— Оля, успокойся, — снисходительно сказала Эльвира, как взрослая, объясняющая ребёнку прописные истины. — Мы всё прекрасно понимаем.

— Да ничего вы не понимаете! — не унималась хакерша. — Он не просто унизил Барышникова перед толпой и прессой! Он фактически заявил права на этот регион, показав зубы всей Империи!

— Ну и что? — спокойно спросила Маргарита. — Трофимов сбежал. Барышников обосрался по полной программе. Полиция и гвардия парализованы. Кто-то должен был взять ситуацию в свои руки. И Феликс это сделал. Он защищает город, пока власти играют в свои грязные политические игры.

— В том-то и проблема, девочки! — Фурия явно была на взводе. — Если бы всё было так просто, Империю давно бы отдали нормальным людям, которым не плевать на народ, которые строят больницы и защищают от орков. Но система так не работает! Всегда, понимаете, всегда найдётся кто-то, у кого род знатнее, у кого связей в столице больше, у кого армия толще. И этот «кто-то» придёт и заберёт всё, что вы построили, просто потому, что вы посмели высунуться!

— Ты недооцениваешь ситуацию, Оля, — возразила Эльвира. Я услышал, как звякнула чашка о блюдце. Видимо, сёстры пили чай. — Приморье сейчас — это не просто кусок земли на отшибе, это буферная зона, ключ к нападению Китая. Император не дурак, ему нужна стабильность на границе. Ему нужен кто-то, кто сможет удержать этот регион от хаоса и не допустить вторжения. Барышников не справился. Вот Феликс и показал, что он может.

— И что? Вы думаете, Император просто так скажет: «О, какой молодец этот Бездушный, давайте отдадим ему губернию»? Ага, щаз! — фыркнула Фурия. — Император — это не добрый дедушка из сказки, а параноик с абсолютной властью. Он увидит в Феликсе угрозу!

— Не факт, — вмешалась Маргарита. — Феликс сейчас очень популярен в народе. Убирать его в открытую — значит спровоцировать бунт. Императору это не нужно.

— Вот именно! — подхватила Эльвира. — По факту, сейчас Феликс сделал свой ход. Он показал силу и влияние, показал, что может решать проблемы, которые не может решить государство. И теперь он ждёт.

— Чего ждёт? — не поняла Фурия.

— Ответного хода, — пояснила Маргарита. — А Империей кто управляет? Император. Значит, Феликс походил и ждёт хода Императора. Они как будто в шахматы играют. На огромной доске, где ставками служат жизни и целые регионы.

Я стоял за дверью и слушал этот аналитический кружок. С одной стороны, было приятно, что они так высоко оценивают мои стратегические таланты. Шахматы, многоходовочки, геополитические игры... Звучит красиво и донельзя пафосно.

А с другой стороны...

Я толкнул дверь плечом и вошёл в гостиную. Все три девушки резко замолчали и уставились на меня. Фурия застыла посреди комнаты, Эльвира так и не донесла чашку до рта, а Маргарита выпрямилась на диване.

— Так, ещё раз... — я медленно обвёл их взглядом, отпивая кофе. — Ни с кем ни в какие игры и партии я не играю. Шахматы? — я усмехнулся. — Шахматы — это для тех, кто согласен с правилами. Кто готов ходить по клеточкам, соблюдать очерёдность и жертвовать пешками ради призрачной победы. Это скучно. И, что самое главное, это ограничивает. Даже если вам очень сильно это кажется, это не так. Запомните раз и навсегда: у Феликса всегда своя игра. Я никогда ни под кого не подстраиваюсь. Ни перед кем не унижаюсь и ничего не жду. И уж тем более не играю по чужим правилам, какими бы древними или императорскими они ни были.

Я сделал ещё один глоток, наслаждаясь горьковатым вкусом.

— Если Император, Канцлер, китайцы, орки или сам чёрт лысый в ступе захотят поиграть со мной в игры... — я пожал плечами. — ...то это будет игра, которую этот мир ещё никогда не видел. И правила в ней будут придуманы мной, прямо на ходу, потому что так всегда веселее.

Я подмигнул ошарашенной Фурии, кивнул сёстрам и пошёл к выходу из гостиной. Мне нужно было закончить кое-какие расчёты по новому типу дронов-перехватчиков.

Дверь за мной закрылась, но не плотно, и я услышал, как в наступившей тишине раздался обречённый вздох Фурии:

— Ну блин... Вот так всегда. Сидим, обсуждаем серьёзные геополитические стратегии, выстраиваем логические цепочки... А придёт начальник, всё веселье испортит и опять скажет, что он просто развлекается.

Эльвира тихо рассмеялась.

— Привыкай, Оля. Это же Феликс. У него всегда всё не как у нормальных людей.

— И слава духам, — добавила Маргарита. — Нормальные люди в этом мире долго не живут.

* * *

Станислав Башатов сидел за своим рабочим столом, ссутулившись над кипой смет, и массировал виски. Война и стройка вытягивали из него все соки.

— Я готов принимать своё новое имение, — сказал я, усаживаясь в кресло для посетителей и закидывая ногу на ногу.

Башатов вздрогнул, поднял красные от недосыпа глаза и с удивлением уставился на меня.

— Феликс? Погоди, откуда ты знаешь? Я сам только три минуты назад получил шифровку от прораба, что они закончили заливку и монтаж контуров. Мы даже отчёт ещё не составили.

— А ты как думаешь? — я улыбнулся.

В ту же секунду пространство кабинета ожило. Прямо над шкафом с документами воздух пошёл рябью, и из невидимости вынырнул «паучок». В углу у кулера тихо пискнул ещё один дрон-разведчик. А за огромным панорамным окном, прямо на фоне серого неба, зависла целая эскадрилья моих «мух», монотонно вращая лопастями.

Станислав напрягся, его пальцы впились в край столешницы так, что побелели костяшки. Он медленно переводил взгляд с одного дрона на другой, и на его лице отчётливо читалось осознание того, что в собственном, защищённом магией и свинцом кабинете он гол как сокол.

— Да уж, — сглотнул он. — Мог бы и догадаться.

Я видел, как в его голове крутятся мысли. Он прикидывал, сколько времени я за ним слежу, что именно слышал и видел. Страх перед неизвестным — сильная штука, но мне параноик в союзниках не нужен. Мне нужен эффективный менеджер.

— Не-не-не, Станислав, расслабься, — я примирительно поднял руки. — Выдохни. Так дела не пойдут. Твоё напряжение фонит на весь кабинет, — я кивнул на окно, за которым висели мои машины. — Моих дронов опасаться не нужно. Запомни одно простое правило: лояльные мне люди никогда не умирают от моей руки. И никогда не наказываются, разве что за откровенное предательство или фатальную тупость, которая ставит под угрозу всё дело. Я не какой-нибудь мелкий тиран-недоучка, который встал не с той ноги, услышал, что про него шепчутся в курилке, и пошёл рубить головы. Мне эти интриги неинтересны.

Башатов чуть расслабил хватку на столешнице, внимательно слушая.

— Что меня действительно интересует, — продолжил я, — так это чтобы мой партнёр находился в абсолютной безопасности. И чтобы ты понял, насколько всё серьёзно... хотя куда уж серьёзнее в осаждённом городе... я тебе сейчас кое-что покажу. Сириус!

Под самым потолком появился мой главный помощник.

— Подключайся, — я кивнул на раскрытый ноутбук Башатова.

Станислав тут же дёрнулся, инстинктивно прикрыв клавиатуру рукой.

— Феликс, постой... Это бесполезно... Это машина имперского образца, спецзаказ Тайной Канцелярии. Такие выдают только главам лояльных родов. Там аппаратное шифрование, криптозащита на крови и...

— Имперский образец? — из динамиков Сириуса раздался откровенно издевательский смешок. Дрон подлетел поближе. — О, смотрите, какая милая подсветочка клавиатуры! А железо-то... Повелитель, они используют кремниевые процессоры! Это же антиквариат! «Полная секретность», говорят? Защита уровня «я спрятал ключ от сейфа под ковриком».

Сириус выпустил тонкий щуп и коснулся порта на боку ноутбука.

— Доступ получен, права администратора переписаны. Запускаю воспроизведение...

Башатов ошарашенно убрал руки от компьютера. На экране, миновав все хвалёные пароли, открылся видеоплеер.

Первый ролик был чёрно-белым, с камеры ночного видения. Улица перед одним из складов Башатовых. Стоит машина его личной гвардии, бойцы вышли покурить. К автомобилю, прихрамывая и опираясь на палочку, бредёт какой-то безобидный с виду дедок. Ровняется с задним колесом, роняет палочку, наклоняется, кряхтя... Быстрое, отработанное движение — и под днищем остаётся плоский свёрток. Дед ковыляет дальше, сворачивает за угол, где его походка мгновенно становится ровной и быстрой. Он садится в неприметный седан.

— А теперь фокус, — прокомментировал я.

На видео два моих невидимых дрона так же быстро отлепляют взрывчатку от гвардейской машины и транспортируют её прямиком под днище седана «дедка». Тот заводит двигатель... Вспышка на весь экран. Машина диверсанта подпрыгнула и превратилась в огненный шар.

Видео сменилось. Теперь это был густой лес. На экране лежал человек в камуфляже. Перед ним на сошках покоилась снайперская винтовка чудовищных размеров, больше похожая на противотанковое ружьё. Оптика смотрела точно в сторону окон кабинета, в котором мы сейчас сидели. Дистанция — километров пять, не меньше. Крупный калибр, способный прошить бронестекло.

Вдруг на экране мелькнули несколько зелёных вспышек. Снайпер дёрнулся и обмяк на своём коврике, усыплённый дротиками.

— Впечатляет? — спросил я. — А теперь посмотри в окно.

Башатов медленно повернул голову. За стеклом, тяжело гудя усиленными роторами, висел крупный грузовой дрон. А к его брюху суровыми монтажными стяжками и магнитами была намертво примотана та самая здоровенная снайперская винтовка. Ствол смотрел куда-то в сторону горизонта.

— Сириус решил, что разбрасываться казённым имуществом нерационально, — пояснил я. — Теперь у нас есть летающая артиллерия. Так вот, Станислав. Даже если ты очень сильно захочешь сегодня погибнуть, у тебя этого просто не получится. До тех пор, пока мы с тобой не обсудим наши дела.

Башатов сглотнул, достал платок и вытер бисеринки пота со лба.

— Я... я понял тебя, Феликс.

— Вот и отлично, — я достал из внутреннего кармана флешку и положил её на стол. — Здесь документы на всех гвардейцев, служащих твоему роду. На всю прислугу. На водителей, поваров и любовниц твоих заместителей. Мы вступаем в очень серьёзную игру, Станислав. До этого момента мы с тобой просто в песочнице ковырялись. Это был детский лепет.

Я подался вперёд, упираясь локтями в колени.

— Сейчас тоже будет лепет, но уже, скажем так, старшая ясельная группа. Или, если перевести на школу, мы переходим в третий класс. Тебе нужно чётко решить: ты со мной, или ещё подумаешь?

Башатов выпрямил спину.

— Мы-то вроде как с тобой, Феликс. Ты же спас мой род.

— Я понимаю, что со мной. У вас по факту и выбора-то сейчас нет, без моей защиты вас сожрут за сутки. Но мне нужно, чтобы ты это осознавал не от безысходности. Слишком почему-то вы все мне нравитесь, чтобы держать вас в неведении.

Станислав криво усмехнулся.

— А честные люди всегда так, Феликс. Мало кому нравятся. Но с ними надёжно. Я в игре. Полностью.

— Тогда открывай файл, — кивнул я на флешку.

Он вставил носитель, Сириус любезно разблокировал порты, и на экране появилась огромная таблица.

На каждого человека из окружения Башатова была заведена подробная карточка. Имя, должность, а дальше — десятки столбцов с галочками и прочерками.

— Обрати внимание на категории, — сказал я.

Башатов начал читать вслух:

— «Сомнительные связи — прочерк. Вредные привычки — прочерк... Игровая зависимость — галочка... Проблемы с сердцем — прочерк». Вы что, собрали медицинские карты на всех моих людей?

— Мы собрали всё, — подтвердил я. — Изучили каждого. И я могу предложить тебе несколько вариантов оптимизации кадров. Во-первых, я могу прямо сегодня ликвидировать тех, кто явно является предателем и работает на Канцелярию или конкурентов.

Башатов вскинул голову.

— В смысле — предатель?

Он быстро прокрутил список вниз, отфильтровав по нужному столбцу. Его лицо мгновенно помрачнело.

— Игнатьев?! — прорычал он. — Ах ты ж сволочь... Я ж его ещё пацаном сопливым помню, он с моим сыном в одном классе учился! Я его в гвардию взял, начальником смены поставил! Феликс, эта информация точно достоверная?

— Обижаешь. Сто процентов. Счета в иностранных банках, переписка с куратором, геопозиция его телефона во время слива маршрутов твоих конвоев.

Башатов не стал тратить время, схватил настольный телефон и нажал кнопку вызова дежурного.

— Отряд в казармы. Игнатьева взять жёстко, без разговоров. Связать и бросить в подвал, в третий бокс, до моего личного распоряжения.

Он бросил трубку и тяжело задышал.

— С остальными вопросами мы можем разобраться изящнее, — продолжил я, давая ему остыть. — Мои дроны-медики научились убирать вредные привычки. Одна точечная инъекция определённой сыворотки — и человек больше не может смотреть на алкоголь или запрещённые вещества. А у кого проблемы со здоровьем, например, слабое сердце, но при этом он ценный и лояльный сотрудник — за ним будет скрытно закреплён дрон-медик. Он будет летать поблизости, контролировать пульс и в случае приступа вколет нужный препарат за секунду до остановки сердца, — я указал на экран. — Проставь галочки там, где считаешь нужным. Кто заслуживает лечения, кто — кодировки, а кого лучше просто уволить.

Башатов тут же взялся за мышку, проставляя отметки в таблице. Процесс чистки собственного двора явно приносил ему удовольствие.

— Готово, — сказал он через десять минут. — На этом всё? Можешь въезжать в своё новое имение. Ключи и коды доступа сейчас передам.

— В имение я въеду, — кивнул я. — Но это был только разогрев. А теперь — следующий этап нашего сотрудничества.

Я развернул на столе бумажную карту Приморского края. Пальцем ткнул в две точки, обведённые красным маркером, довольно далеко от границы.

— Смотри, это две деревни, которые были захвачены орками в первые дни прорыва. Орки их полностью сожгли, всё разрушено под ноль.

— Я знаю эти места, — нахмурился Станислав. — Мёртвая земля сейчас.

— Выкупай их. Прямо сейчас, пока они ничего не стоят. Забирай землю под эгиду своего строительного холдинга и начинай там масштабное строительство.

— Феликс, но это же самоубийство. Это глушь! Орки там всё ещё бродят. Мои строители туда даже под конвоем не сунутся. Это слишком опасно.

— Ничего опасного я там не вижу, — покачал головой я. — Просто поверь мне, что с безопасностью всё будет решено. Ты заводишь туда технику и полностью отстраиваешь деревни по нормальным, современным канонам. Там должны быть не просто дома, а укреплённые поселения. Высокие заборы, бетонные основания, правильная геометрия улиц...

В этот момент Сириус вытащил из своего внутреннего отсека пластиковую папку и положил её поверх карты.

— А вот и техническое задание, — сказал я, открывая папку. Схемы там были весьма специфические.

Башатов надел очки и склонился над чертежами.

— Так... Пристройки к жилым домам с усиленным энергокабелем... Глубокие подвалы с климат-контролем в центре деревни... Феликс, зачем в деревне серверная под землёй на триста квадратов?

— Для вычислительных мощностей, разумеется.

— А вот эти шахты? — он ткнул ручкой в сложную систему вентиляции. — Зачем они идут в обход основной конструкции и выходят на крыши под бронированными козырьками?

— Чтобы дроны могли влетать и вылетать, не привлекая внимания местных жителей и не застревая в дверях, — я перевернул страницу. — Здесь должно быть несколько контуров проводки, дублирующие генераторы, скрытые ниши в стенах. Мы строим не просто деревни, Станислав. Мы строим узловые базы для «Филина». Незаметные, вписанные в инфраструктуру поселений.

Башатов снял очки и потёр переносицу.

— Феликс, ты хоть представляешь стоимость этого проекта? Укреплённый бетон, дублирующая электрика, подземные бункеры... Это колоссальные затраты. У меня сейчас нет столько свободных денег, чтобы закапывать их в сожжённые деревни. Этот проект не окупится и за двадцать лет!

Я рассмеялся, откидываясь в кресле.

— Станислав, ты мыслишь категориями мирного времени. Окупаемость, маржа... Мы продадим это не обычным фермерам. Мы продадим это Империи.

Он непонимающе уставился на меня.

— Когда пыль уляжется, — начал объяснять я, — Барышников слетит, а из столицы приедут проверяющие, им нужно будет показать победу. Им нужно будет показать, что Империя заботится о своих гражданах, что сожжённые орками земли возвращаются к жизни. И тут появляешься ты — герой-строитель, который на свои деньги отстроил образцово-показательные безопасные поселения. У меня есть абсолютно чёткое мнение, подтверждённое аналитикой, что Империя с радостью заплатит за эти деревни тройную цену, только чтобы перерезать там красную ленточку перед камерами и передать ключи жителям. Они купят у тебя эту недвижимость, чтобы вернуть народу веру в государство. И поверь, в смету мы заложим все наши серверные и шахты для дронов.

Лицо Башатова медленно разглаживалось. Скепсис уступал место холодному расчёту бизнесмена, который только что увидел золотую жилу.

— То есть... мы строим правительственный пиар-проект с нашей скрытой инфраструктурой внутри?

— В точку. Мы обсуждаем детали, закупаем материалы, и завтра ты отправляешь туда первые бульдозеры. А воздушное прикрытие я обеспечу.

Мы пожали руки.

Глава 4

Где-то в Многомерной Вселенной

Мир Абырвалг

День Великого Отчёта — время, когда вожди кланов приползали к ногам верховного вождя Гхркала, хвастаясь добычей и вымаливая милость. И пока всё шло... неплохо.

— Клан Кровавого Клыка! — прорычал Гхркал. — Что принесли вы с Пепельных Равнин?

Вперёд, низко кланяясь, выступил грузный орк с ожерельем из человеческих ушей.

— Великий Гхркал! Мы сожгли три города двуногих! Мы пригнали две сотни рабов! Мясо молодое, крепкое, хватит на зиму! И ещё... мы нашли залежи той синей руды, что так нравится твоим шаманам!

Гхркал довольно хмыкнул. Синяя руда — это хорошо. Шаманы делали из неё взрывчатку, которая красиво разносила вражеские укрепления.

— Достойно, — буркнул он, бросая обглоданную кость в сторону говорившего. Тот ловко поймал её на лету и с поклоном отошёл. — Клан Тёмного Леса!

Очередной вождь шагнул в круг света от факелов.

— Мы прорвались в Мир Шепчущих Вод, о Великий! Там много рыбы, много воды, но человечишки оказались слабыми. Мы перебили их стражу, взяли их склады с зерном и привели пятьдесят молодых самок!

Гхркал скривился.

— Зерно — для скота! — рыкнул он. — Мне нужно железо! Мне нужна их магия! Вы что, ходили туда на пикник?! В следующий раз пойдёте в авангарде, когда будем брать крепости каменных людей. Посмотрим, как ваше зерно поможет вам!

Вождь Тёмного Леса побледнел (насколько это было возможно для зеленокожего орка), низко поклонился и поспешно скрылся в толпе.

Так продолжалось несколько часов. Вожди докладывали о набегах, о захваченных рабах, о найденных артефактах и золоте... Гхркал слушал, иногда одобряя, но чаще гневно критикуя. Он был недоволен, потому что добыча мельчала. Миры, куда вели открытые порталы, казались истощёнными, людишки стали трусливыми и прятались за высокими стенами, а их магия становилась всё более раздражающей. Ему не хватало настоящей силы, способной бросить вызов его Орде.

Наконец, его единственный глаз остановился на фигуре, стоявшей поодаль, в тени огромного сталагмита.

— Архык, клан Железного Черепа! Твоя очередь, выйди на свет!

Молодой вождь медленно вышел на освещённое место. Он выглядел... помятым. Его доспехи, обычно сияющие начищенной сталью, были покрыты глубокими царапинами, а на плече красовалась свежая, наскоро перевязанная рана.

— Ну? — поторопил Гхркал, постукивая пальцами по подлокотнику. — Что скажешь? Я помню, ты обещал мне горы человеческого мяса и реки их крови из того нового мира... Ну так где добыча, Архык? Где рабы? Где железо?

Архык сглотнул. Он знал, что этот неприятный момент наступит и даже репетировал свою речь сотни раз. Но сейчас, под тяжёлым взглядом Верховного Вождя, все заготовленные слова вылетели из головы.

— Великий Гхркал... — начал он, стараясь придать голосу твёрдость. — Всё... всё пошло не так...

По залу тут же прокатились шепотки. Слово «не так» в присутствии Верховного Вождя было равносильно признанию в собственной никчёмности.

— Что значит «не так»?! — прорычал Гхркал.

— Нас... разбили, — Архык опустил голову.

Шепотки превратились в гул. Орки недоверчиво косились на Архыка. Разбили? Клан Железного Черепа, одних из самых свирепых бойцов Орды?

— Разбили? Ты издеваешься надо мной, Архык?

— Клянусь кровью предков, Великий! — воскликнул вождь Железного Черепа. — Железные птицы плюются огнём и железом, они сбрасывают на нас взрывающиеся камни! Они... они неживые, Великий! Их невозможно убить, потому что они не чувствуют боли!

— А ваши топоры на что?!

— Мы пытались! Но они слишком быстрые! — оправдывался Архык. — А потом... потом появился человек... Но не человек... Железный Человек!

Архык, почувствовав, что пути назад нет, решил вывалить всё. И, чтобы спасти свою шкуру, он начал обильно приправлять свой рассказ подробностями, перекладывая вину на тех, кто обещал ему помощь.

— Я просил помощи у Чух-Чуха! — он ткнул пальцем в сторону группы Техникумов, стоявших в стороне. — Я отдал ему тысячу лучших рабов и мешок золота! Он обещал, что его «Большая Лягуха» уничтожит железных птиц! И что в итоге?!

— Эй, полегче на поворотах, неудачник! — прохрипел Чух-Чух, выпуская струю пара из своей паровой трубки. — Моя Лягуха работала идеально! Это твой Железный Человек просто взял и разорвал мою лучшую разработку голыми руками!

— Вот именно, голыми руками! — подхватил Архык. — А где была магия?! Где была сила духов?! Я обращался к Грибху! — он перевёл обвиняющий палец на старого шамана, сидевшего у ног Гхркала. — Он обещал мне поддержку!

Грибх, до этого дремавший, встрепенулся и злобно зыркнул на Архыка.

— Ля, ты крыса! — прошамкал старый шаман, брызгая слюной. — Если наша магия не сработала, значит, твой враг — не человек, а демон из Пустоты! А с демонами договариваться надо, а не с топором на них лезть, тупица!