Маиса. Часть 1

– А что? – заулыбался Алекс.

– Сначала скажи его цену, чтобы я знала, что нужно будет продать, чтобы оплатить тебе ремонт. Вдруг я его разобью.

Алекс ухмыльнулся и завел мотор.

Они ехали по улочкам, забитым до отказа отдыхающим народом. Затем Алекс свернул на трассу, и они помчались среди машин. Справа виднелось море, которое сегодня было послушнее обычного. Волны мерно накатывали друг на друга, и Маиса поймала себя на том, что даже не может отвернуться от солнечных бликов на воде. Алекс, напротив, смотрел только вперед, выжимая двигатель на полную скорость. Маиса посмотрела на него сбоку и заметила, что он кажется бледнее обычного, особенно в темных очках. Видимо, ему стоило не малых усилий, чтобы встретиться утром. От него исходило напряжение, и, обнимая его сзади, Маисе казалось, что каждая мышца его тела напряжена до предела, как запчасти мотоцикла. Алекс свернул к лесу, и они уже мчались под тенью разросшихся в разные стороны ветвей. Доехав до площадки, которая больше походила на поляну со скошенной травой, они остановились.

– Вот это место. Покатаешься? – сказал Алекс, садясь на камень под деревом.

– Тебе не плохо? – спросила Маиса вместо ответа.

– Ты заметила? – заулыбался Алекс, тяжело дыша, – У меня заканчивается запас… Долго объяснять.

– А ты не из-за… меня?

– Из-за тебя ли я выбрался в жару из дома? – ухмыльнулся Алекс, – Ты очень самовлюбленная.

– Да, я такая, – простодушно ответила Маиса, – у меня есть пара вопросов. Давай сначала поговорим.

– Что ты хочешь знать?

Маиса примостилась на траве у его ног и задумалась.

– Ты думаешь, возможно, что моя мама меня укусила? – она попыталась произнести это равнодушно.

– Я не знаю, какое объяснение можно дать твоему существованию, – развел руками Алекс, – до вчерашнего вечера ты не знала о вампирах. Я уверен, что первое, что ты испытала, это шок. А я не знал о том, что бывают полувампиры. Единственное, что приходит в голову, что или у тебя есть большой секрет, или у твоей мамы. Рядом с Джеем врать ни у кого еще не получалось. Да и я тебе верю. А вот о твоей маме мы ничего не знаем. Кем она была при жизни, что скрывала даже от тебя.

– Она была прекрасным человеком, – нахмурилась Маиса, – таких вообще нигде не встретишь.

Алекс понял, что задел Маису грубым отношением к ее матери.

– Расскажи о ней, – сказал он, опускаясь на траву рядом.

– Она была необыкновенной. Я знаю, ты скажешь, что каждый так говорит о своей матери. Но моя мама и вправду была такой. Однажды я забыла костюм на выступление. Только поступила в шестой класс в новой школе, и мне было бы очень стыдно провалиться. Я испугалась, что ребята разозлятся на меня и заперлась в кабинете, – Маиса засмеялась, – Думала, что меня могут не найти. А когда все кончится, я тихо сбегу и не вернусь в эту школу. До начала оставалось минут десять, все стали кричать и искать меня. Вдруг слышу стук в дверь, думаю, что вот меня нашли, и сейчас начнется! А тут мама ласково так говорит: «Открой доченька. Я принесла твой наряд». Я от радости аж подпрыгнула на месте. Она зашла, помогла мне переодеться. Мы спустились в зал, зашли за кулисы. И когда ребята меня начали ругать, мама их успокоила и сказала, что я переодевалась в свободном кабинете, и не поняла, куда идти, ведь я только неделю в этой школе.

Договорив, Маиса подняла брови и улыбнулась.

– А я там уже все закоулки знала, – засмеялась она.

– У тебя отличная мама, – Алекс не сказал «была».

– Знаю. Она не раз меня так выручала.

Улыбка Маисы стала немного грустной. Алекс это заметил и предложил:

– Ну что, будешь ломать мой мотоцикл?

– Снимаю с себя гарантию.

Это было очень сложно. Будто управляешь хищным зверем, готовым в любую минуту вырваться из твоих рук, опрокинуть тебя наземь и убежать. Рев мотора словно показывал, насколько зверь зол. Неумелые попытки Маисы приводили лишь к тому, что она трогалась с места, но, не проезжая и трех метров, резко тормозила, боясь большой скорости, и падала. К счастью, Алекс умел быстро бегать и оказывался в это время рядом, подхватывая падающую Маису с мотоциклом.

– Как ты успел? – спросила она, когда в первый раз смогла проехать метров десять и так удивилась, что чуть не врезалась в куст, затормозила, а он оказался рядом и подхватил ее.

– Ты удивлена? – улыбнулся Алекс, – у всех вампиров есть определенные способности.

– В смысле?

– Разве ты не думала об этом, когда узнала, что являешься полувампиром?

– Ну, как-то… не знаю…

Алекс все так же улыбался:

– Ты же видела, Джей умеет читать мысли, воспоминания. Ему нужно только заглянуть в глаза. А кроме него этого скорее всего никто не умеет.

– А что еще можно уметь?

– Я вот обладаю силой и умею быстро бегать. Джей тоже.

– Я не верю. Докажи. За сколько ты можешь добежать до того дерева? – Маиса указала на то, что росло метрах в ста от них.

– Секунды за две где-то, – серьезно подумал Алекс.

Маиса засмеялась.

– Что, не веришь? – спросил он и, увидев, как хмыкнула Маиса, добавил, – Спорим на поцелуй?

– Ну-ну.

Алекс встал лицом к дереву, насмешливо повернул к ней лицо и… исчез, а в воздухе словно так и осталась его улыбка. Маиса посмотрела на дерево и ахнула. Он стоял там, и даже с такого расстояния была видна его довольная физиономия. Затем с той же скоростью он вернулся обратно и вперил алчный взгляд в ее губы.

– Вот это да! – воскликнула она, – А чему еще можно научиться?

– Этому не учатся. Когда пьешь кровь, со временем способность проявляется у тебя сама. Потом ты развиваешь ее и… И ты ушла от ответа.

– А я не спорила.

– Я что, просто так бегал? Если не поцелуешь, больше не дам покататься, – ехидно улыбнулся Алекс.

– Что за ребячество!

– Действительно. Это ведь не так сложно.

Маиса внимательно посмотрела на него, подошла ближе и коснулась губами его левой щеки, но он повернул голову и ответил на ее поцелуй нежно, будто боясь напугать. Сами по себе руки обхватили ее вокруг спины и прижали к себе. Поцелуй был настолько хорошим, что Маиса от наслаждения поднялась на цыпочки. Ей показалось, будто она целует любимого, а не практически незнакомца. Незнакомца – это слово резко вернуло ее в реальность. Медленно отстраняясь, она почувствовала, что он не отпускает рук и, прекратив целоваться, она подняла глаза. С удивлением Маиса заметила его восхищенный взгляд, словно он был влюблен. Так быстро? Глупо даже надеяться.

Чтобы сгладить неловкость, она сказала:

– Отличный поцелуй.

– Да. Мне тоже понравился, – хрипло отозвался Алекс.

Оба были немного смущены, и немного погодя, после следующих неудачных попыток Маисы овладеть искусством «мотогонщика», Алекс отвез ее в цирк, дал билет на второй ряд и умчался переодеваться, так как выступление уже начиналось.

Маиса зашла в огромное помещение, заполненное до отказа народом, большинство которых составляли маленькие дети, прошла к своему ряду и села на свободное сидение.

Представление начиналось!

Свет, падающий на трибуны, погас. Все внимание зрителей было приковано к сцене, куда уже вышел клоун, присел на кресло и принялся за скучное чтение газеты, временами прерываясь, чтобы протереть очки. Маиса вспомнила, как в детстве ходила в цирк, где вначале клоун должен был представиться. Но этому было и невдомек, что он в зале, полном народу.

Внезапно из-за кулис выскочил другой клоун. Подскочив к самому носу читающего, он начал бегать вокруг него, пытаясь привлечь внимание. Он тыкал пальцем в сторону зала, указывая на зрителей. Но, увы, это не сработало. Лентяй не желал его слушать и то и дело отворачивался. Не выдержав, второй клоун выхватил у него газету и в панике начал рвать ее на части, а после прыгать на клочках бумаги. Маиса оглянулась – люди внимательно вглядывались в происходящую картину и явно были заинтересованы.

Тогда первый вытащил невесть откуда еще одну газету и, нахально развернув ее, продолжил чтение. От злости у второго из глаз (в буквальном смысле слова) посыпались искры и, попав на газету, подожгли ее. Читавший с криком выронил газету из рук и, видимо, стал ругать второго клоуна. «Видимо», потому что, как бы он не открывал рот, из его горла не вырывалось ни звука, зато вылетали разноцветные пузыри. Люди засмеялись. Излив всю злость, он открыл свое кресло и лег на него, отвернувшись от «собеседника», который в истерике начал рвать волосы у себя на голове. А затем начал расталкивать спящего, и вдруг из его груди открылась дверца и выскочила кукушка, наподобие будильника, которая предвещала начало чего-то. И, словно в такт ей, начался устрашающий бой барабанов. Бросив тщетные попытки разбудить своего напарника, клоун схватил кресло, собрал его в чемодан, затолкав друга вовнутрь, и покатил его за кулисы. Но не прошел и середины, как на огромной скорости выскочили один за другим пять лошадей с наездниками.

Что только не вытворяли эти акробаты, в одном из которых Маиса узнала Алекса. Он скакал на лошади, но, не сидя, а верх ногами, и когда лошадь повернулась, он, держась руками за седло, проскочил ногами вперед между передними и задними копытами. У Маисы дух перехватило от испуга. Остальные наездники не уступали ему в мастерстве. Одни, стоя, жонглировали, другие выполняли сложные акробатические движения на скаку. А когда стук барабанов стал невыносимо громкий, лошади чуть заметно убавили скорость и побежали ровным строем по кругу. Тут внезапно все наездники встали и совершили двойное сальто назад, приземлившись на спину скачущей позади лошади. Все это было так быстро, красиво и чисто выполнено, что зрители зааплодировали и закричали до хрипоты. Да, подумала Маиса, они умеют зажечь зал!

Стоя на скакунах и отправляя всем воздушные поцелуи, наездники уже спокойно удалились за кулисы.

Тут свет погас. Наступила тишина, и все затаили дыхание, желая увидеть нечто столь же потрясающее. Фиолетовый, зеленый и красный фонари зажглись и обратили свои яркие стекла наверх, где могло бы быть небо, не будь оно спрятано от глаз зрителя шатром, украшенным звездами. Маиса даже на миг подумала, что это и есть небо, не вспомни она, что сейчас около шести вечера. Вернув взгляд в центр шатра, она увидела вылетающую из тумана женскую фигуру. Она была весьма худа и грациозна и подвешена на веревках. Но вдруг, веревки эти стали извиваться, опутывать ее с головы до ног, и всем стало ясно, что никакие это не веревки, а самые что ни на есть настоящие змеи. Они обволакивали ее тело, ноги. А она медленно танцевала под таинственную музыку, которую Маиса услышала только сейчас, так сильно было поглощено ее внимание к змеям. Внимательно присмотревшись, Маиса заметила, что губы танцовщицы шевелятся, будто она ласково разговаривает со своими «милыми» питомцами. Но что являлось загадкой, так это то, что какие-то веревки должны были удерживать их всех в воздухе, но змеи могли улетать от своей хозяйки и возвращаться словно для того, чтобы она их приласкала. Сама женщина не уступала грацией не одной из своих змей, она закидывала ноги за голову, изгибала свое тело в самых неожиданных местах. Змеи стали понемногу отдаляться от нее, пугающе приближаясь к зрителям, и вдруг они создали круг, в котором продолжала танцевать полуобнаженная красавица. На этом музыка закончилась, свет начал гаснуть, а женщина удаляться ввысь в темноту. Когда стала кромешная тьма, хоть глаз выколи, возник свет на сцене, в центре которой, к удивлению публики, стояла и улыбалась та самая танцовщица. Все захлопали, сначала вяло, словно только что вышли из транса, затем сильнее и сильнее, вышли двое мужчин с цветами, она поблагодарила их и покинула сцену, поглаживая питомцев.

Много еще чего видела Маиса: канатоходцев, передвигающихся на руках; жонглера с двенадцатью ножами, злого фокусника, разрезающего жениха и невесту, художника, использующего песок вместо краски. Но самым захватывающим было последнее выступление, на котором показал мастерство Джей.

Он, словно насмехаясь над правдой, вышел в обличии вампира, которого снимали по старым кино, – черный плащ, накладные клыки, бледная кожа и длинные когти. Это представление было больше похоже на театральное. Сюжет был следующим: вампир нападает на деревню, и храбрые войны защищают свой народ. Были битвы на кинжалах, копьях. Но вампиру было так легко их одолеть, что он понемногу заскучал и закурил сигару. Сцена была поставлена игриво, весело, для смеха, но в то же время артисты прекрасно орудовали мечами, арбалетами, стрелами. Скорость Джея была молниеносной. Когда он, улыбаясь, щелкнул пальцем, выключился свет. А, когда через мгновенье зажглись факелы, Джей уже стоял на противоположной стороне сцены. Битва продолжилась, но попытки хотя бы дотронуться до него мечом не увенчались успехом. Тогда вдруг из темноты выбралась маленькая девочка в белом платье с крестом в руках и подошла к впервые напуганному вампиру, окоченевшему на месте, и вдруг все увидели, как из-под одежды вампира просачивается кровь, и вот он уже весь в красных пятнах падает замертво наземь.

Все зааплодировали. Актеры вышли на сцену и, улыбаясь, каждый представился. Долго еще не утихал гомон, и толпа вышла из шатра, возбужденно беседуя.

Маиса отошла немного от скопища людей и задумалась, как ей доехать до отеля. Почему-то она ждала, что снова встретится с Алексом. Сначала даже подумала, не зайти ли к нему за кулисы, чтобы лично поздравить. Но решила, что это будет лишнее. Постояв еще в сторонке под деревом, она, надеясь подсознанием, что каким-то образом Алекс бросит друзей и вместо того чтобы пойти отметить прошедшее на «ура!» выступление, вернется к ней. И, наконец, решив, что пора уезжать, она собралась уходить, как вдруг услышала его голос. Он выходил из шатра, успев смыть макияж и переодеть штаны. Но яркая рубашка крестьянина так и висела на нем. Маиса вдруг заулыбалась, почувствовав невероятный подъем, понимая, что она, наконец, кому-то нужна.

– Я уж думал, ты уехала.

– Невежливо было бы уехать, не попрощавшись, – сказала Маиса знаменитую фразу.

– Как мило с твоей стороны, – заулыбался Алекс, прислоняясь к дереву плечом.

– Надеюсь, то, что я сейчас сделаю, не будет невежливо.

– Что? – удивился Алекс.

Маиса подалась вперед и теперь уже уверенно поцеловала его. Ей хотелось сделать это еще сидя в зале, видя, как он скачет на лошади, делает сальто, как бьется с Джеем. Она хотела почувствовать то, что испытала при их первом поцелуе. Дрожь в коленях, дыхание его губ на своих губах, руки, уже успевшие обвить ее талию, прижимающие ее за спину к себе.

Когда они отстранились, то оба задыхались, как после долгого бега. И снова Маисе стало неловко. Но Алекс нежно положил правую ладонь на ее щеку и попытался вглядеться в ее глаза.

– Я хочу видеться теперь всегда, каждый день, – сказал он ей ласково, на что Маиса улыбнулась и кивнула. – Мне нужно идти. Прости, что не могу тебя проводить. Мэйсон! – крикнул он стоящему неподалеку водителю, который, видимо, развозил артистов этого цирка, – отвези эту красивую даму, куда она пожелает.

Затем он помог Маисе сесть в машину, захлопнул дверцу, подошел к водителю, расплатился, скорее всего, немалой монетой, так как Мэйсон сразу обрадовался, и, помахав Маисе, пошел обратно. А она уехала, наслаждаясь приятным полусвиданием, понимая, что в ее жизни что-то изменилось.

Причуды Джея

Вечерами город Кастильоне-Делла-Пескайа кипел людом. Народ, к удивлению Маисы, был весьма доброжелательным, эмоциональным и любил туристов. Собирались знакомые мотогонщики и автолюбители, чтобы поразвлечься на уличных гонках. Пивоварни были забиты молодыми веселыми парнями, а в любом кафе можно было увидеть не одну целующуюся пару, к коим вписали себя Маиса и Алекс.

У Алекса была неуемная жажда энергии. Он водил Маису в различные ночные клубы, научил играть в покер, и, что уже было давно ею забыто, в боулинг. Из всех парней, которые встречались у Маисы на пути, этот был самым задорным, тактичным и умным. Почему Маиса считала его таковым, ей и самой было невдомек. Возможно, он понимал ее гораздо больше остальных и разделял ее взгляды. Он не нес околесицу в присутствии других, не грубил кругом и каждому, не матерился по любому поводу. Он не был пьян, он только показывал озорного мальчишку, которым когда-то являлся, но вырос из этого возраста. Много черт в его характере устраивали Маису. Но одно казалось в нем весьма странным: каждый вечер, уезжая из шумного места в номер, Алекс менялся. У него менялось настроение, будто он заставлял себя играть другую роль, роль спокойного домашнего парня, которому стукнуло за сорок. Он садился в кресло, подзывал Маису, усаживал ее на колени, ласкал ее за волосы, держал ладонь в своей и рассказывал интересные истории из своей жизни. Голос, интонация, состояние, в которое он переходил и в которое еще не успевала перейти Маиса, вызывали сначала недоумение, а после привыкание. Таков этот странный парень, но таким он мне и нравится – была ее байка. Ведь ему уже больше ста лет, чему удивляться, шутила про себя Маиса.

Однажды, приехав с очередного гуляния, сидя в уже излюбленном им продавленном кресле, Алекс спросил:

– Почему ты не хочешь встречаться с моими друзьями?

– Я почти никого не знаю. Да и вы, наверное, по-другому проводите время.

– Ты думаешь, мы устраиваем кровавую резню, притаскиваем жертву и пьем ее кровь? – иронически спросил Алекс.

– Тебе кажется, что я боюсь… – начала было Маиса.

– Да, я так думаю, – ответил ничуть не смущенный Алекс, – разве тебе не хотелось бы с ними познакомиться?

– Может, они не захотят со мною видеться, – откровенно высказалась Маиса, вспомнив, как на нее смотрели вампиры при первой встрече.

– Если ты моя девушка, то никто не будет против.

– Ага, – саркастично изрекла Маиса, – Как этот тип Антон или бугай… как его там?

– Кровевар.

– А почему его так называют?

– Его как-то длинно зовут, я уж и позабыл, – улыбнулся Алекс, – Он всегда нам дает кровь, кормит нас. Вот его и прозвал кто-то из ребят Кровеваром, а там так и пошло.

– Вряд ли он обрадовался! Он что, не поругался?

– Нет. Просто у нас язык заплетался произносить его имя, когда мы подходили к нему. От этого он злился куда хуже, и когда мы его переименовали, ему, мне кажется, даже понравилось.

– Вообразил себя поваром, – усмехнулась Маиса, – Но все равно, я думаю, что твои друзья на меня косо смотрят. А эти, как их, охотники? Кстати, почему они охотники?

– У них тоже своя история. Иногда, когда тяжело бывает достать кровь, а раньше часто были проблемы с поставками, они ходили на охоту…

– Людей? – ужаснулась Маиса.

– Животных, – быстро ответил Алекс и засмеялся, – Ты что, конечно, животных.

– Не знаю, мне показалось, что они не…

– Чтобы тебе не показалось, у меня хороший коллектив. Мы не просто коллеги по работе, мы друзья. И друг за друга горой. И если кто-то из нас счастлив, то все рады за него.

– Ладно, посмотрим, – тихо сказала Маиса.

– Не отмахивайся, очень скоро я поведу тебя знакомиться.

– Но…

– Разве тебя не удивило то, как они выступали. Разве неинтересно узнать, как им удавалось появляться в разных местах, разрезать себя…

Маиса вдруг вспомнила кое-кого и перебила:

– Одна женщина танцевала со змеями. Как ее привязали? Там не было видно веревок.

– А она не висела на веревках, она сама поднялась и держалась там, и змей тоже она подняла.

– Как? – спросила шокированная Маиса.

– Я говорил тебе, что со временем у каждого вампира появляются разные способности. Иногда уходят годы, десятилетия, чтобы развивать их. Мне, чтобы так быстро бегать, понадобился год. Это довольно сложно: заниматься можно только в глубоком лесу, легко можно споткнуться о ветку или камень. А падать лицом вниз при такой скорости очень больно, пролетишь еще кубарем десять метров, – засмеялся Алекс.

– А у меня может появиться такая же сила? – воодушевлено, почти как ребенок, спросила Маиса.

– Это не сила. Точнее сказать, скорость. Это появляется почти у каждого вампира. Но главное не то, что оно зародилось где-то в тебе, и тебе жуть как хочется помчаться вперед, – с улыбкой взглянув на нее, сказал Алекс, – важно то, как ты сумеешь его усовершенствовать, сколько усилий ты потратишь на это.

– Если бы у меня появилось нечто такое, да я бы каждый день упражнялась, – начала было Маиса важничать, но, заметив улыбку Алекса, тотчас же притихла, опустив глаза и болтая в воздухе ногами.

– Милая, знаешь, сколько времени потребовалось Джею, чтобы научиться читать воспоминания других. На это он и сам не ответит, потому что до сих пор учится это делать.

– Но ты сказал, что он умеет читать мысли всех.

– Твои он не смог прочесть, – напомнил ей Алекс, – и притом, если не упражняться, легко можешь потерять навыки.

– Да? – удивилась Маиса.

– Легко, – ответил Алекс, и, увидев ее приподнятые брови, добавил: – Давай расскажу тебе забавную историю. Когда я только-только встретил Джея, я был уже как два года вампиром. Я был сильно изголодавшимся и сломленным духом, почти на грани самоубийства.

– Почему? Что с тобой произошло?

– Я не хочу сейчас портить себе настроение. Эту историю ты узнаешь от меня позже, – Алекс сделал небольшую паузу, как бы ожидая ответа на сказанное и, увидев утвердительный кивок, продолжил: – В общем, я не пил кровь людей, а перебивался животными. Джей дал мне приют и кровь. Он решил меня тренировать, рассказав также, как и я тебе, о качествах, которые могут во мне проявиться. Он увлекался идеей, что это зависит от того, чью кровь вампир выпьет, и если он пьет одинаковую или схожую по качествам кровь постоянно, то это будет легче сделать.

– В смысле? – не поняла Маиса.

– Джею было интересно, появляются ли и какие именно качества у вампира, если он пьет одинаковую кровь или кровь разных людей, разных национальностей, разных возрастов.

Маису аж передернуло. От страха и отвращения лицо ее изменилось, что заметил Алекс и поспешил добавить:

– Я и его друг объяснили, что это идея является бредовой, что для того, чтобы сила сама по себе развивалась в организме вампира без каких-либо усилий, требующихся от самого вампира, это означает пить всегда одинаковую кровь. А для этого нужно будет убивать целые семьи. Мы объяснили ему, что это очень жестоко. Да и можно самостоятельно упражняться, тогда сила станет расти. И, в общем, он отказался от своих суждений, и никогда, – но видя, как смотрит на него Маиса, повторил, – никогда не возвращался к этому вопросу.

– Не ожидала, что он такая мразь, – отчеканила Маиса, зная, что сказанное Алексом уже не изменит ее мнения о Джее.

– Маиса, мы были молоды и пьяны собственной силой. Джей…

– Сколько было Джею на то время?

– Я не знаю. Он, конечно, не был так уж молод…

– Сколько ему было?

– Старше меня сейчас.

– Видишь, в таком возрасте делать, как ты называешь, «ошибки», недопустимо.

– Каждый делает в своей жизни поступки, о которых долго жалеет. Проживи сотню лет, и посмотрим, сделаешь ли ты что-то, чего будешь стыдиться. Джей увлекался многим. Он был ученый-химик. Сколько раз я не приходил к нему, у него не было времени даже поговорить. Всегда чем-то занят, одержим немного, даже не спал. Неудивительно, что однажды он увлекся одной из своих бредовых идей. Он чуть было не совершил этот проступок, который никогда бы себе не простил.

– Какой?

– Пока рано об этом. Да и неважно…

– Не думаю, что для него это был проступок, скорее, он действовал очень даже осознанно! – не унималась Маиса, – Почему ты не любишь говорить… – Маиса не могла подобрать подходящее слово, – говорить о людях плохо?

– Потому что мы не святые, и записывать всех в ранг умалишенных или просто ужасных людей ни к чему не приведет. У меня на счету тоже немало грехов. И я не Бог, чтобы судить каждого, – ответил грубо Алекс, но потом, будто сделав над собой усилие, улыбнувшись, сказал: – А теперь давай я тебе расскажу кое-что интересное.

Маиса кивнула, и он продолжил:

– Я был молодым вампиром, и Джею почему-то понравился мой характер. А характер у меня был бешеный. Я был очень вспыльчивый, хоть и веселый. Джей решил меня подучить. Я почувствовал, что во мне пробуждается скорость. Я начал с ним бегать. Но также я давно уже заметил, что обладаю силой. Мои руки были настолько развиты, что я мог бы задушить волка или вырвать с корнем небольшое дерево. Это было связано с тем, что для пропитания я часто сражался со зверями, и бывали случаи, что мне встречались хищники. Я сказал об этом Джею на одной из тренировок в лесу у озера. Он засмеялся над моей самоуверенностью и решил подшутить, но не учел, что сам давно не тренировался. – Алекс заулыбался, вспоминая прошлое. – Он напал так быстро, что я пролетел пять метров, врезавшись спиной в дерево. Если бы я не видел своими глазами, то засмеялся, скажи мне, что он обладает скоростью молнии, но так оно и было. Джей появлялся спереди и наносил мне удар в живот, и не успевал я очухаться, как он подбегал сзади и пинком заставлял падать на землю. Так он молотил меня, пока ярость не вскипела во мне, и при его очередном «появлении», я, спрятавшись за деревом, нанес удар ему прямо под дых. Он, скрючившись, пролетел метров двадцать и угодил в озеро. Долго он не мог прийти в себя и хромал весь день. Ему пришлось рассказать со стыдом на глазах, что я привел ему «веские аргументы» в свое доказательство силы. – Алекс откинулся на кресле и захохотал.