Миры Двуликого

— Ох, лучше бы ты его развеял! — ухнул он.

Шаги замерли у двери, я расслышал сиплое дыхание и наконец-то пошевелился, стряхивая оцепенение. Откинул одеяло, расправил плечи, втянул воздух и спустился ноги на пол, встал с кровати. Неловко шагая, добрёл до двери и, крутанув за ручку, распахнул её. Поднял голову, недоумённо, с заторможенным интересом осматривая фигуру собственноручно созданного монстра, хм, то есть сменный облик устрашающей наружности. Да, я действительно не схалтурил. Монстр вышел высоченный, жуткий. Я взял за основу внешний вид дикого оборотня, добавив массивности, лохматости, нарастив длину клыков, а глаза с вертикальными зрачками горели в темноте красными углями. Вот только почему-то вместо того, чтобы выглядеть полупрозрачным, как и было положено, он был на диво реальным. Запнувшись пару раз, мысли до сих пор путались спросонья, я пробормотал заклинание уничтожения и всплеснул руками, делая магические пассы. Монстр зло проследил за моими нелепыми взмахами, утробно рыкнул и бросился на меня. От ужаса я рванул назад, врезался спиной и затылком в высокую стойку кровати и запутался в пологе, барахтаясь в спеленавшей меня плотной ткани. Заметив замах лапы я, уворачиваясь от острых когтей, пригнулся и, сорвав полог с колец, упал на пол и кубарем откатился к шкафу. Надо мной промелькнула крылатая тень, пронзительно звякнуло стекло. В комнату ворвался ледяной ветер. Монстр с рёвом прыгнул на меня. Я попытался увернуться, но не успел, правый бок резанула острая боль. Взвыв, я из последних сил вскочил, сбросив ткань, отпихнул ногой полог в сторону и, развернувшись, швырнул в монстра сгустком убийственной магии. Он увернулся и опять бросился на меня. Второй сгусток угодил ему в плечо. Едва не оглохнув от дикого рёва, я прошептал заклинание в третий раз и прицельно запустил прямо в грудную клетку монстра, с изумлением наблюдая за полётом портальной ловушки в мою физиономию, ого, одну со стойки прихватил, ай да монстр! Непонятно только зачем? Увернуться я не успел…

Сознание возвращалось нехотя, урывками, с волнами непереносимой боли в правом боку. Я валялся спиной на чём-то ужасно жёстком и неудобном. Постанывая, я попытался переместить вес на левую сторону тела, но едва шевельнулся, боль взорвалась яростным ослепляющим огнём, оглушив, а мысли заволокло непроницаемой тьмой. Спасительное забытьё развеялось непростительно быстро. В лицо мне ударил порыв холодного ветра, и я разобрал слова:

— Уж извини, но я здесь обернуться не могу, а от сквозняка мало проку! А тебе помощь лекаря необходима!

— Ох, ты, стихия! — выдавил я, перемежая слова жалобными стонами. — И кстати, где я очутился?

— Сам бы хотел понять, меня тоже сюда не по моему желанию зашвырнули. Пытался разобраться, и тут ты из портала неподалёку выпал, в крови, — меланхолично ответил стихия.

— Я и сам смогу подлечить рану, — заверил я его, старательно мысленно отгораживаясь от непереносимой боли.

— Ага, умник, поверь, тебе пока колдовать рановато. Подожди немного, чуть дальше в долине вроде бы какое-то жильё виднеется. Слышишь, полежи спокойно, а я слетаю, может, получится помощь позвать, — прошелестел с сарказмом стихия и, не дожидаясь моего ответа, упорхнул в неизвестном для меня направлении.

До крови закусив губу, я, подвывая, перевернулся и, уперев локоть в землю, приподнялся. В глазах плавали круги, всё заволакивал туман, видел я плохо. Осознал, что лежу на каменном плато, заросшем мелкой сухой травой. Солнца не было, небо затягивали тучи. Попытался хоть немного залечить рану или уменьшить боль, но стихия оказался прав, не стоило…

Глава 2 Секретная лаборатория

Мила

Нахмурившись, я с недоумением разглядывала пустую коробку из-под конфет и холодильник, в котором она лежала. Ну как так? Умяла всё до единой конфеты и макароны с сыром со сковороды вчера вечером, а наутро ничегошеньки не оставила. Что поделать, когда читаю интересную книгу, еду лучше рядом не ставить и на кухне не оставаться — точно слопаю всё, до чего дотянусь, подчистую.

Оглядела полки в шкафах, но везде царило запустение. Признаться, я не мастак сооружать стратегические запасы, предпочитаю закупать еду на несколько дней, не делая кухню похожей на склад в преддверии апокалипсиса. Обычно никаких проблем и перебоев в поставках продовольствия у меня не возникало, но всё в жизни случается впервые. Вздохнула, взяла коробку, захлопнула дверцу холодильника, выкинула её в мусорное ведро. В моём кошельке, как и в жизни, тоже которую неделю гуляет опустошающий шквальный ветер.

— Как обычно! Голова моя дурная! — сокрушённо вздохнула я. — Придётся ехать на дачу к родителям раньше договорённого дня и…

По столу пополз телефон, на экране светился незнакомый номер. Скрестив руки на груди, я хмуро наблюдала за движением техники к краю стола, не предпринимая попытки остановить. Смартфон не дополз, звонок прервался раньше. Общаться мне ни с кем не хотелось, настроения, и желания не было. Понимала, что постепенно, день за днём, превращаюсь в нелюдимую затворницу, но сил бороться с собственным паршивым настроением не находилось. Объяснялось всё легче лёгкого. Полтора месяца назад моя жизнь начала превращаться в сплошное серое, мрачное пятно. Я рассталась с парнем, устав играть осточертевшую мне до ужаса роль статиста на периферии его карьерного роста и бойких ухлёстываний за сотрудницами, практически не скрываясь… работали-то мы в одной фирме, правда, после нашего разрыва не так уж долго…

Я собрала чемодан и, отмахнувшись от предложения родителей пожить с ними в квартире, переехала в старый семейный дом, пустующий вот уже с десяток лет. Добилась полного, так необходимого мне одиночества, но скучать не приходилось. В доме постоянно что-то требовало неотложного ремонта, и я с упоением занялась обустройством.

Однако к моему недовольству, затворничество не было абсолютным. Три недели назад я увлеклась уборкой сада на студёном ветру, после чего дюжину дней провалялась с ангиной, сгорая от высоченной температуры. Родители не согласны были мириться с моей придурью (по маминому мнению), хм, причудой (по-моему), и мне пришлось вынужденно внять доводам маминого рассудка и переехать к родителям. Временно! Там я чуть не сбрендила под маминой бдительной и чересчур активной заботой. Едва я пошла на поправку, как тут же сбежала обратно, домой, обнаружив, что в моё отсутствие сломался бойлер и покосился навес над крыльцом. Ремонт мигом поставил меня на ноги, но слопал львиную долю отложенных на чёрный день денег.

В дверь позвонили, вернее, раздался предсмертный хрип старого дверного звонка, работавшего от электричества и доставшегося мне по наследству, такое вот семейное достояние. Но мне этот ужасающий звонок даже нравился: уникальный, он всякого незваного гостя отпугнёт с полпинка. Услышав его инфернальные хрипы, любой решит, что в моём доме проживает скопище жутких призраков и упырей в придачу, после чего тотчас уберётся восвояси! С трудом я вынырнула из своих размышлений, недоумевая, кто это трезвонит ранним утром, поспешно вышла в прихожую и распахнула дверь, сразу же растянув губы в неестественно радушной, широкой улыбке, аж челюсть свело. На пороге стояли мои родители, увешанные свёртками, корзинками и авоськами. Даже не удивлена! Нисколечко!

— Утро доброе, доченька! — искренне просияла мама, сунув мне в руки корзинку. Я охнула от тяжести и перехватила ношу понадёжнее. — Мы решили привезти тебе съестных припасов, наверняка в конце месяца ты сидишь без денег и с пустым холодильником!

Я только головой покачала, мама попала в точку. Впрочем, ситуация жизненная, логичная и неудивительная: главное свойство всех мам, которое частенько выводит их детей из себя, — это точность в распознавании нагрянувших бед разной степени мрачности.

— Мы к тебе ненадолго! — вынырнул из-за спины мамы отец, лукаво улыбаясь в седые усы. — Меня на работу вызвали, вот по пути и решили заодно тебе завезти продукты. Давай-ка пропусти меня, пожалуйста, мы поставим припасы в прихожей и поедем домой!

Отец щеголял в дачных трениках, клетчатой фланелевой рубашке тридцати лет от роду, а на ногах — полосатые тёплые носки маминой вязки и резиновые сапоги.

— Утро доброе, дорогие родители! — наконец-то умудрилась я вставить слово. — Опять срочный вызов, пап?

— Да. Я, как обычно, остался один за всех в травмпункте, и кому-то нужно принимать и лечить страждущих! — отмахнулся отец.

— Дежурный хирург-травматолог должен быть всегда на посту, но что-то ты в последнее время часто выходишь на работу вне своего рабочего графика, — укоризненно покачала головой мама, но сердиться на отца она перестала уже давно, понимая, что он неисправим.

— Завтра меня попросили подменить коллегу до утра! От остальных внеочередных дежурств я отказался, — заверил её отец, приложив руку к сердцу.

Ох, свежо предание, да он сам не выдержит и недели! Трудоголик и отличный врач с большим сердцем. Не то что некоторые, и это я о себе, конечно же.

— Людочка, — зачастила мама. — Мы после дежурства отца уедем в деревню к бабушке! Сама знаешь, связь там ужасная, так что созвонимся, как только появится возможность. Не скучай, моя родная!

— Хорошо, мам, привет передавайте бабушке! Жаль, я не смогу поехать с вами, — удручённо вздохнула я, не углубляясь в подробности, боялась, что проговорюсь.

— Ничего, она понимает, что ты занята обустройством на новом месте! — отмахнулся отец.

Сумбурно попрощавшись, родители загрузились в старенькие «Жигули» и укатили. Улыбка, превратившаяся в саркастичный оскал, медленно сползла с моего лица. Я потёрла пальцами онемевшие щёки, стирая её остатки. Мне стало ужасно стыдно за своё поведение. Прячусь в норе с головой, как в детстве под одеялом от жутких теней, колышущихся по стенам спальни, боясь нос наружу высунуть, прикрываясь собственными страданиями, неприятностями и ремонтом. Полтора месяца! Ох! Хорошо хоть работу нашла, правда, в этом мне помогла нависшая над головой обозримая угроза перейти на подножный корм. Пора заканчивать с острым приступом жалости к себе и вливаться в нормальную жизнь.

— Что же, едой я обеспечена, ещё бы найти хоть немного наличности! — пробормотала я, глядя им вслед.

Рассказывать родителям о своём бедственном финансовом положении я и не подумала: сама виновата, так что разберусь с последствиями. Дело было в том, что в начале прошлого месяца я, в дополнение к прочим бедам, да, уволилась с работы и всё это время упрямо искала новую, штудируя вакансии на сайтах, рассылая резюме и, пинками выгоняя себя из дома, носилась по городу, проходя собеседования. Но мой стаж и опыт не радовали разнообразием потенциальных работодателей, как и меня их высокомерные отказы. Вечерами, чтобы отвлечься, читала накупленные за год книги, доедая свои скромные продуктовые запасы и финансовые сбережения под названием — кот бы больше нарыдал. Зато о паршивце, исчезнувшем с горизонта моей жизни, и думать было некогда, что меня несказанно радовало. Место работы я нашла два дня назад, случайно, прогуливаясь в магазин, вернее, временную подработку в пекарне неподалёку от дома. Решила, что привередничать, смысла нет. Приняли меня с радостью, но первая смена будет только послезавтра. Однако помереть во цвете лет от голода мне уже не грозит, а по улицам нашего городка можно и пешочком походить, не такие уж и дальние расстояния. Так что жизнь, как мне кажется, понемногу начала окрашиваться в светлые тона.

Покосилась на вешалку, стоявшую в прихожей и увешанную демисезонной верхней одеждой, деловито сощурилась, осматривая, несколько сваленных на нижней полке сумок и рюкзаков. Нет, все же небольшая сумма наличности привнесла бы в мою жизнь хоть немного уверенности, а, как известно, карманы частенько бывают набиты всякими полезностями, включая мелкие монеты. Азартно обшарила куртки и рюкзаки, к моему сожалению, безрезультатно. Потянула и раскрыла сумку, с которой ходила сейчас, — всего два отделения и внешний карман на молнии. Неожиданно пальцы наткнулись на какую-то бумажку. Сердце забилось сильнее, я порадовалась, что нашла бюджет на дозарплатные дни! Естественно, радость моя была преждевременной, но я упрямо не думала о том, что бумага слишком плотная и не того формата, на пару сантиметров длиннее и шире… М-да, три секунды самообмана развеялись быстро, я и насладиться ими хорошенько не успела. Положила находку на тумбочку и разгладила пальцами плотную бумаженцию, с разочарованием поняла, что это флаер с акцией — прохождение квест-комнаты бесплатно, его мне выдали в подарок у входа в торговый ряд! Бумажку сунула в сумку на автомате и, как водится, совершенно позабыла о ней. Прямо сейчас мне именно квест жизненно необходим! Ага! Я застонала от горького разочарования.

Хотела было на эмоциях выбросить бумажку в ведро, но в последнюю секунду передумала. Ею, конечно, не расплатишься в магазине и в транспорте, но хоть отвлекусь на что-то занимательное в такое непростое и безденежное время! Тем более давно хотела попробовать поучаствовать в подобном мероприятии, но постоянно откладывала на потом: сходить за компанию было не с кем, а одной не так интересно. Что же, вот и выдался подходящий случай, и увиливать причин нет! Внимательно изучила описание квеста. Секретная лаборатория! Ключи, тайны, коды, в общем, нужно было за определённое время выбраться из подвала, разгадывая головоломки. Неплохо!

Останавливаться на достигнутом упрямо не стала и, просочившись в кладовку, чихая от пыли, обшарила карманы зимних курток. И мне повезло! Нашла несколько смятых сотенных купюр и пригоршню мелочи. Уф, на всякий случай, небольшой запас есть. На работу послезавтра дотопаю пешочком, а вечером — зарплата. Оплата в пекарне посменная, что мне сейчас очень важно.

Вернулась на кухню, довольная собой, жизнью в целом и тем, что я бодро взялась за воплощение обещания, данного самой себе, — выползти из норы. Ссыпала добычу на стол и плюхнулась на табуретку: она привычно заскрипела под моим весом, а я широко улыбнулась. Притащила её на зиму в дом с дачи, очень уж любила, хотя сколько в детстве заработала синяков и шишек после неудачных приземлений на неё пятой точкой с разгона — не сосчитать! И с тех пор курсирую с ней каждые полгода между дачей и домом. Мама подшучивает надо мной, но я не обращаю внимания: мне так удобно на ней сидеть, поставив ноги на перекладину, уткнувшись в книгу у окна и попивая чай. Не просто табуретка, а мой личный переносной источник домашнего уюта.

Изучила на бумажке мелкий шрифт и разглядела, что квест проходит в подвальном помещении дома, а их предложение действительно сегодня последний день. Взглянула на часы, висящие на стене: время раннее — четверть десятого утра. Если не рассиживаться, ещё вполне успею! Звонить и договариваться не стала — не из вредности, а предоставляя самой судьбе сделать ход и дать подсказку, стоит ли мне участвовать в квесте или нет, ну или просто потому, что на телефоне баланс ушёл в минус. Но прозу жизни нужно иногда преподносить более возвышенно, особенно когда идёт процесс преодоления «норного» инстинкта.

Быстро сменила домашнюю одежду на спортивные брюки и чёрную длинную футболку с зелёным принтом на спине. Протопала обратно в прихожую, сунула бумажку в сумку, перекинула ручку через плечо, натянула кожаные кеды и вышла из дома. Закрыла входную дверь, сунула ключ в карман, прошлёпала по лужам к калитке. На дворе стоял конец августа, прохладный и дождливый. Сорвала с дерева спелое красное яблоко и положила его в сумку. Мало ли, вдруг проголодаюсь, пока буду искать выход из лабораторного квеста. Погрызу яблочко. Здороваясь по пути с соседями, свернула на перекрёстке, миновала квартал многоэтажек. Обогнула остановку, продуктовый магазин, прошла сквозь арку и оказалась в районе старых кирпичных домов в пять этажей. В переоборудованном подвале одного из них и располагалась квест-комната.

Сверилась с адресом на бумажке и вгляделась в номера на табличках с названиями улиц. Вход, если верить флаеру, находился на улице Кривой (сама удивилась, что у нас в городке, оказывается, такая есть) с торца дома под номером 13. Я стояла у подъезда 11-го дома. Нахмурилась, прошла вперёд и оказалась у пятиэтажки с номером 15 на боку. Растерянно остановилась, покрутила головой и обратила внимание на парня, который, как и я, созерцал ту же цифру со знакомой бумажкой в руке. Наши взгляды встретились, он приподнял бровь, кивнул и помахал в воздухе листком. Я отзеркалила его движение. Похоже я только что познакомилась с товарищем по прохождению бесплатного квеста: симпатичный парень, короткие тёмно-русые волосы, карие глаза, чёрные джинсы, белые кроссовки, футболка тоже чёрная! То есть практически как и я в неброском, немарком костюмчике, отлично подходящем для курсирования по подвалам. Парня я, что примечательно, до этого никогда не встречала в нашем небольшом городке! Приезжий или новый горожанин? Впрочем, не суть важно.

— Не думал, что я не один такой в городе — любитель условно-научного экстрима до обеда в выходной день! Позвольте представиться, я, Александр! — витиевато сказал парень и протянул мне руку, в голосе звучала непробиваемая самоуверенность и ирония.

— Людмила! — лучезарно улыбнулась я парню, кстати, вполне искренне, вот уж сама от себя такого радушия не ожидала. — Угу, я тоже любитель, но временно, по стечению обстоятельств! Нашла в сумке рекламу и решила — экстрим, как раз то, что нужно в субботу скучающей барышне, — пожала я руку парня, внимательно его разглядывая.

— Да, понимаю, скука это обстоятельство, которое частенько оказывает непреодолимое воздействие и не только на барышень, как видите, — хмыкнул он. — Вот я флаер обнаружил в номере отеля. Решил, что потратить час времени на выдуманные тайны и загадки — неплохая идея! Я здесь проездом, но решил осмотреться, отдохнуть и снял гостиницу на несколько дня. Уютный у вас городок, хоть и маленький, отличное место для неактивного, размеренного, сонного отдыха.

Приезжий, что же, ожидаемо, поэтому и лицо его мне незнакомо. И добровольно остался на выходные в нашем пригороде — странный выбор, но, возможно, парень просто устал от суеты.

— Городок у нас и правда отличный, но сейчас на повестке дня одна небольшая проблема: нам нужно поскорее отыскать дом на улице Кривой под номером 13! Иначе упустим возможность побродить по лаборатории, да ещё и секретной. Подходящий, кстати, номерок для того, чтобы запирать людей в подвале за их деньги!

— Мы ввалимся в подвал без денег, поэтому нас проще выпустить и как можно скорее! — фыркнув, успокоил он меня.

— И то верно! — согласилась я и хмыкнула. — Ну что же, смело идём в подвал!

— Как скажет дама! Готов вас туда сопроводить! — он галантно поклонился, приложив ладонь к сердцу, но в глазах плясали смешинки. — Подвал, так подвал!

— Найдём нужный нам дом — сопроводите, сударь! Но дело это непростое, — непринуждённо ухмыльнулась я. — Квест, видимо, начинается с поиска дома, в котором располагается их офис! Хитрые какие!

Я снова уткнулась в бумажку, сверяя адрес, вдруг прочитала неверно — со мной иногда такое бывало. И настрой парня мне нравился! Он, оглядывая тихую безлюдную улицу, сказал:

— Я им звонил и договорился о времени прохождения квеста, а вот поинтересоваться, дорогой не додумался! Расслабился на отдыхе.

Ну что же, судьба свой ход сделала, — мысленно констатировала я, — да ещё и напарника подсунула. Мы огляделись вокруг повнимательнее, прошлись туда-сюда, вышли из переулка, перешли на другую улицу и в отдалении заметили ещё один дом; он стоял на отшибе, в окружении высоких тополей, лип и густого кустарника.

— Уверен, это именно он — дом № 13! — ткнул Александр пальцем в сторону дома.

— Представляешь, я живу в этом городе с самого рождения, — призналась я, со смешком, — но до сего дня понятия не имела, что у нас существует улица Кривая, на которой расположен дом под номером 13! И он спрятан среди деревьев и кустов.

— Таинственно и запутанно с самого начала! Даже если квест окажется неинтересным, путь сюда уже оправдал мои ожидания, утренняя прогулка удалась! Но я бы не отказался от обзорной экскурсии, — вдруг многозначительно протянул он.

— Если вам, молодой человек, так приспичило осмотреть что-либо, кроме улицы Кривой, то экскурсию я с лёгкостью проведу, у меня сегодня выходной, — я не стала делать вид, что не поняла его намёк. — Однако её продолжительность и качество зависят от того, насколько быстро мы покинем Секретную лабораторию! — закончила я не менее многозначительно.

Действительно, почему бы и нет? Отличная причина для возвращения в жизнь! Парень нормальный, день свободен, а я сделаю следующий шаг на пути движения из норы и пообщаюсь с представителем противоположного пола, к тому же приезжим. Он вскоре скроется с горизонта моей жизни, оставшись лёгким, приятным воспоминанием. Приятная прогулка выйдет недолгой, так как все основные природные и исторические достопримечательности города находятся за его пределами. В центре их по пальцам одной руки можно пересчитать. А если принять во внимание тот факт, что Александр наверняка заселился в единственный в нашем городке отель, то один объект уже можно смело минусовать из экскурсионной программы. Об истории здания наглядно повествуют многочисленные плакаты с историческими очерками и старинные фотографии, развешанные по стенам его коридоров.

— Вызов принят! — пожал он плечами и кивнул, старательно пряча улыбку в уголках губ.

И мы дружно припустили по растрескавшемуся асфальту, укладки середины прошлого века. Я шла впереди, Александр бодро топал следом. И оба, что показательно, до сих пор крепко сжимали бумажки в руках. Пятиэтажка из красного кирпича вынырнула из-за зелёных насаждений. По стене к крыше над одним из подъездов змеилась впечатляющая трещина, вдоль которой тянулись в том же направлении три толстых чёрных провода из ржавой коробки возле немытого деревянного (я не заметила ни одного пластикового) окна квартиры на втором этаже. С торца и правда обнаружилась новая металлическая дверь, к сожалению, без каких-либо опознавательных знаков и надписей.

— В этот подвал попасть не так-то просто. Надеюсь, мы двигаемся в правильном направлении, — фыркнул парень и распахнул дверь.

— Не сомневайся! Мы справились, ну надо же! Обнаружили подвал, первую часть квеста решили! — указала я на лист формата А4 на внутренней стороне двери.

«Квест-комната!» — значилось на нём, причём надпись была сделана от руки чёрной ручкой, печатными буквами и очень корявенько, с утеканием строчки вниз, будто сначала прикрепили лист и только после этого изобразили текст, как получилось. Мы шагнули в короткий тамбур и узрели лестницу, ведущую в этот самый подвал. Александр ступил на верхнюю ступеньку и, продолжая блистать отличными манерами, протянул мне руку.

— Нет уж, шуруй вперёд, я за тобой. Такие лестницы не для парного спуска, иначе он грозит перерасти в последний полёт, — полушутя сказала я, пресекая его благородный порыв.

Парень ещё раз взглянул на узкие, истёртые бетонные ступени и смиренно кивнул, признавая мою правоту. Потянуло сквозняком, и за нашими спинами с жутким грохотом захлопнулась входная дверь. Мы вздрогнули, по инерции шагнули вперёд, но тут же застыли неподвижно, так как оказались в кромешной тьме. Я поёжилась: боже мой, фильм ужасов какой-то! Рука Александра опустилась на моё плечо.

— Атмосферно, ничего не скажешь! — выдохнула я.

— Пытаюсь припомнить, не заметил ли на стене выключатель, но не выходит, осмотреться-то толком не успели, — донёсся до меня из темноты голос парня.

Я выудила похолодевшими пальцами из кармана сумки смартфон и включила фонарик. Александр проделал то же самое. Пусть и блёклые, но всё же два пятна света, осветившие опасный спуск, меня сейчас несказанно обрадовали. Иначе пришлось бы выметаться на улицу и искать, чем застопорить дверь в распахнутом состоянии, потому что при спуске вдоль стеночки по такой лесенке мы рисковали (с замиранием сердца в районе пяток) подвернуть (а то и переломать) одну из конечностей (в лучшем случае). Кроме темноты, затаившейся по углам, и хлипкой паутинки, которая покачивалась под самым потолком, ничего пугающего при свете фонариков вокруг нас не было. Атмосфера фильма ужасов растаяла без следа. Правда, стоило нам с Александром пошевелиться, как по стенам заскользили наши вытянутые тени.

— Ожившая поговорка — бояться собственной тени! — фыркнул парень.

— Как оказывается, легко напугать самих себя, да ещё в шаге от солнечного дня и многотысячного города! — согласно поддакнула я.