Скажи Да

В поисках воды в холодильнике обнаружилась ещё и бутылка шампанского.

С учетом того, что цена на номер была более чем доступной и я предполагала, что на деле всё окажется намного хуже, поэтому я с криком «господи спасибо» рухнула на постель. Нащупав руками вязаное ярко— синее покрывало, я накинула его на себя вместо полотенца и ходила по комнате, представляя себя владычицей морской, откупорила пузатую бутылку и вышла с бокалом на балкон, вдыхая соленый влажный воздух.

— С приездом, —неожиданно крикнул мне появившийся внизу мужчина в синей рубашке с коротким рукавом, похожей на униформу и приветственно помахал мне рукой.

Я немного смутилась своего вида, так как ажурные дырочки на покрывале могли показать слишком откровенные места, но поздоровалась и поблагодарила его, надеясь скрыться в номере, но он продолжал говорить:

— Как вы добрались?

— Хорошо! —я пыталась для надежности обернуть себя вторым слоем покрывала.

— Алан не доставал своими шутками?

— А вы Николас?

Тем временем к комплексу подъезжал белый автомобиль, на фоне моря, похожий на раскачивающийся на волнах большой корабль. Он проехал в открывшиеся кованые ворота на территорию комплекса. Почему Алан не сделал также, а тащил, пыхтя мой чемодан от парковки до номера.

— Да— да. Всегда к вашим услугам! Любые вопросы. Вы уже видели нашу территорию?

— Не успела.

— Спускайтесь, я всё вам покажу.

— Хорошо, иду.

Сменив покрывало, на более традиционное одеяние, я накинула на себя первое что попалось: бежевый тоненький кардиган- паутинку на пуговицах, в котором ехала всю дорогу и выдернула из чемодана белые короткие джинсовые шорты.

Я не любила чужих опозданий и уж тем более, когда ждут меня.

Заглянув напоследок в шкаф, там вуаля, обнаружилась стопка полотенец. Я промокнула волосы одним из них, взъерошила их и нацепив кеды выскочила на улицу.

Николас разговаривал с солидным мужчиной в строгих классических бежевых брюках и белой рубашке.

Я хотела уже развернуться, решив не мешать им, но Николас увидел меня и помахал рукой.

Поправляя на ходу мокрые волосы, я гордо поплыла им навстречу. Ну да, в свитере в плюс сорок. Пусть думают, что я городская сумасшедшая — в конце концов, этот статус нужно поддерживать качественно, с огоньком и тепловым ударом.

— С приездом. Здравствуйте. одновременно поприветствовали меня оба мужчины. Тот что в рубашке, был старше Николаса.

— Вы Маргарита?

— Верно.

— А где потерялся ваш попутчик? —спросил Николас. Я отчего— то смутилась его вопроса.

— Моя подруга, она заболела в последний момент и не смогла поехать.

— Как жаль, —ответил Николас, а мужчина рядом промолчал. — Болеть летом преступление! —сказал Николас эмоционально вкинув руки к небу.

— Родион, — представился мужчина сам, чуть поперхнувшись и протянул мне руку, как в фильмах, а сам посмотрел прямо в мои глаза, чуть дольше положенного. Я никогда не видела прежде, чтобы с женщинами так здоровались, чего говорить обо мне. Я неуверенно опустила глаза и выставила на встречу свою ручонку, со свисающими пальцами без маникюра, не понимая, что дальше следует по этикету или правилам солидных мужчин. Он мягко касаясь дотронулся ладонью до моих пальцев, едва пожав руку и замявшись не сразу отпустил. Снова мельком глянула на него и вновь встретилась с ним взглядом и скорее всего покраснела. Он же не отвел взгляда.

— Родион Матвеевич. Кто может лучше показать свои владения, чем сам хозяин! —сказал Николас, смотря на своего работодателя. —Прошу меня извинить, но приехали заселяться в шестые апартаменты, — пояснил Николас.

— Конечно, идите, — спокойно ответил, надо же как, аж сам владелец.

— Доброго вам вечера, — Николас слегка поклонился и деликатно удалился.

Родион, кхм Матвеевич, подошел ко мне ближе и рукой развернутой тыльной стороной провел полукругом по воздуху, приглашая на спонтанную экскурсию.

— Аслан помог вам с багажом? —продолжая идти спрашивал хозяин виллы, а я шла за ним чуть запаздывая.

— Да, — я не хотела жаловаться на него, но и нахваливать серьезному дядечке не собиралась.

— Как вам апартаменты?

—Чудесно! Вид на море невероятный, —говорила я почему— то рассматривая его замшевые мокасины, чувствуя, что не выдержу ещё одного его прямого взгляда.

Если бы не вовремя подставленная им рука, то я свалилась бы, не заметив, как пол перешел в ступеньки хотя продолжала смотреть под ноги. Растяпа. Он не обратил внимание на мою неуклюжесть и вел теперь меня под руку, что придало мне уверенности и я стала чуть больше собой, пусть и с сырой головой, и в свитере на голое тело. Я же на отдыхе, а не на экзамене, пусть и меня ведет под руку взрослый мужчина.

Вилла представляла собой комплекс из четырех трехэтажных домиков на холме вдоль моря.

— Когда я впервые приехал сюда, то решил непременно сохранить все деревья. Этот грецкий орех— сердце нашего комплекса. Он видел маленьким моего прадедушку и его брата. Мои предки по папиной линии выращивали на этих землях виноград.

— Значит это фамильная земля? Почему вы не построили здесь свой дом?

Родион удивлено посмотрел на меня и отстраненно посмотрел вдаль.

— А это хороший вопрос! В самую суть, знаете ли. Потому, что дом— это про большую семью, а для одиночки— это склеп. Не хочется огорчать местный пейзаж.

— Вы всегда честно отвечаете на вопросы? —от удивления я чаще захлопала ресницами.

— Маргарита, вы не журналист?

— Всего лишь филолог, в будущем. Мне просто интересно.

— Пытливый ум— двигатель прогресса, —сказал он и продолжил рассказывать,—Под этим деревом всегда тень и прохлада, даже в самую жару, поэтому здесь у нас место для чтения и спокойного отдыха, — Родион проходя погладил по низкому столику, —Этот столик мне настолько понравился в одной лавочке в Мадриде, что я буквально вымолил у них изготовить партию для виллы.

Синий и голубой абстрактный узор из кусочков керамической глянцевой плитки с желтыми вкраплениями издалека казался блюдом, с плавающим в нём лимонами.

— К столикам, Луи— хозяин лавки сделал эти мягкие кресла и отправил следом. Так завязалась наша дружба и почти вся мебель здесь его рук или его мастеров. И в комплексах «Астория» «Арли» и «Мираж».

— Очень жизнерадостная.

— И я так думаю. Сюда, — Родион приподнял гибкие ветви камелии, чтобы я прошла не нагибаясь.

— Мое любимое место, — он втянул воздух, и прошелся ладонью по иголочкам горных маленьких сосен. Лавандовые кусты собирались вокруг небольшого фонтанчика. Круглая широкая емкость из светлого песчаника, из ее центра бились наружу множество прозрачных журчащих струек воды. Края неровные, но плавные, держали скопившуюся прозрачную воду. Постаментом для камня, служили пористые неотесанные саманные камни.

— Сюда прилетают птички, попить воды.

С красными перьями, желтые, синие, не знаю названий. И как колибри! Откуда даже не знаю. В благодарность они чудесно поют, а потом улетают.

— Это бражники, бабочки, очень похожие на колибри.

— Здорово, теперь буду знать. Теперь к бассейну?

— Давайте. У вас очень красиво.

— Вы любите плавать?

— Да. Но плохо плаваю.

— Бассейн с подогревом. Глубина метр тридцать, можете плавать не боясь, всегда найдете ножками дно.

— Ой как здесь уютно, — я радовалась, как ребенок, удивляя саму себя, едва не хлопала от восторга в ладоши.

Вдоль небольшого прямоугольного бассейна, с выступом круглой чашей— с одного угла, рядком стояли деревянные шезлонги, разделенные круглыми столиками— пуговками, со шляпкой— зонтиком с бахромой.

Плиточки бортиков бассейна повторяли цвет синих и голубых оттенков керамических столов. В неглубокой чаше вместе с ребенком лет пяти плескалась молодая пара.

Я опустилась на корточки и рукой поиграла водой, создавая брызги.

— Марокканский внутренний дворик, —сразу пришло в голову сравнение.

— Вы были там? — как в порядке вещей спросил он студентку, которая дальше своего родного города прежде никогда не бывала.

— Нет, — смутилась я, понимая, возможную ошибку в своих ощущениях.

Родион заметил мое замешательство.

— Мне действительно хотелось создать кусочек того мира. В дальней части место для костра и барбекю. Хотите взглянуть?

— Да, — я конечно не собиралась ничего жарить, но мне хотелось еще послушать Родиона.

На открытой брусчатой площадке вокруг кострища стояли стульчики и лавочки, с мягкими подушками.

— Здесь хорошо осенью, до октября, когда еще не идут дожди, но воздух с моря уже прохладный. Для гостей здесь есть шерстяные пледы и зонтики. По желанию могут приготовить горячие напитки, — мы обошли кругом и ушли вглубь сада.

— У вас много проектов, как вам удается продумывать столько мелочей? — поинтересовалась я.

— Признаюсь, не во все объекты я углубляюсь, делегируя заботу на управляющих, но это место для меня особенное.

— Значит всё— таки это немного ваш дом?

Родион тепло рассмеялся.

— Кажется вы одна меня раскрыли, — заговорщически сказал он, наклоняясь ближе ко мне, — Я правда люблю здесь оставаться, — мы остановились у гамака среди высоких белых роз.

— Здесь нет кафе? —удивилась я.

— Согласен— это странно, —Родион подбирал подходящие слова.

— Велик соблазн не выходить за пределы комплекса? —предположила я.

— Именно, как точно вы выразились, — Родион остановился и встал напротив меня. —Маргарита, вот и всё, здесь не так просторно, как в комплексе «Арли».

— Для меня это плюс.

— Желаю вам хорошего отдыха. Дела. —сказал он непринужденно извинившись.

— Спасибо за знакомство, было очень интересно. Мне здесь нравится. Ваша забота о людях чувствуется в каждой детали.

— Благодарю, — это высшая награда для меня, знать, что это так— он немного склонился и чуть помедлив ушел.

С внезапной меланхолией на душе я поднялась к себе, чувствуя будто интересный фильм только что закончился. Я жалела, что была скованна и не при параде. Хотя с Аланом мне было безразлично в чем я и как выгляжу. Слишком много мужчин для одного дня.

Вечером я прошлась по набережной до старой части курортного городка и вернувшись поужинала в ближайшем к комплексу кафе и легла спать пораньше.

Утром позавтракала в своем номере персиками, поплавала в море и к обеду вернулась, переждать жару и почитать в тени орехового дерева.

Я заметила машину Родиона на парковке и оглядывалась, надеясь его увидеть, но увы не обнаружила, тогда присела в тихое местечко у фонтана. Вода освежала своим журчанием.

— Привет! Море идёт тебе надо пользу! — радостно произнес Алан и поставил на столик бутылку белого вина. — Комплимент от заведения.

Вот это сервис.

— Спасибо. Очень кстати. Здесь поставь— ответила я небрежно.

— Составить компанию? —спросил он.

— Во внуки набиваешься? —съязвила я.

— Да ладно тебе! Юбка творит чудеса.

Он поставил ведерко со льдом на стол, откупорил бутылку, налил в бокал и погрузил бутылку обратно в лед. Второй бокал он оставил на столе пустым.

Вот расчетливый нахал, пусть побреется. Он продолжал стоять, придумывая, как бы напроситься на продолжение.

Я сделала первый глоток и меня унесло во фруктовый сад, со спелыми абрикосами, инжиром и ирисками. От удовольствия я даже не на долго прикрыла глаза.

— День добрый, не помешаю? — неожиданно произнес появившийся Родион и Алана тут же сдуло, а я открыла глаза и умиротворенно улыбнулась. Море, солнце, вкусное вино и красивая я, что ещё нужно? Разве, что щепотку внимания к своей персоне.

В юбке-парео из плотной белой ткани, завязанной на бедре, поверх слитного индиго купальника я чувствовала себя намного увереннее.

— Добрый, конечно, присаживайтесь, — ответила спокойно я, словно все это было для меня нормой.

Он сел на кресло по соседству, обтер бутылку накрахмаленной салфеткой и освежил мой бокал, после налил себе.

Сегодня в белых строгих брюках со стрелками, жилете и в такого же цвета рубашке он напоминал адмирала. Задавая повседневные вопросы об отдыхе, море и погоде он внимательно меня слушал, пока я щебетала, попивая легкое вино.

— Никогда такое не пробовала, со вкусом моря, солнца и фруктов.

— Иначе и быть не может, если мы производим вино из винограда, собранного на этой земле.

— Это ваше? —удивленно спросила я.— Помню, вы говорили, что ваш прадедушка занимался виноградом. Вы продолжаете?

— Вы очень внимательная, — Родион посмотрел на бокал и продолжил разговор, — Да. Если хочешь что-то сделать хорошо, сделай сам, — его взгляд стал светлее.

Гостеприимный хозяин, общался со своими постояльцами. Вроде бы обычное дело, но мне было приятно его внимание. Мне нравилась его размеренность и его уместность рядом со мной, в этом кресле. Это меня удивляло. Я не задумывалась о том, каким будет мой мужчина, а в тот момент поняла, что им мог бы быть такой как он и, наверное, покраснела.

— А вы? Любите вино?

— Думала, что нет, но после вашего засомневалась. Вернее, даже полюбила.

— Вот как, — улыбнулся он, —я польщен. А что вы больше предпочитаете?

— Я люблю шампанское.

— Понял. Его мы тоже делаем.

— Кажется я даже его пробовала вчера в номере.

— Да, конечно. Забыл, — он улыбнулся мне и склонил голову на бок.

— Вы уже ходили на море?

— С утра.

— На ближний пляж?

— Да. Там хорошо, есть шезлонги и зонтики.

— Обязательно сходите на тот, что правее от нас, идти дальше, но там очень красиво: дорога через спокойные улочки.

— Непременно исследую здесь всё! Будьте уверены, — я мечтательно посмотрела вверх, склонив к плечу голову. Небо, не тронутое облаками, как бесконечный лист цветной бумаги, ни единого перелива или изменения, ровный бирюзовый цвет, случаются же чудеса.

Он низко и бархатисто посмеялся и спросил:

— Что вы делаете вечером?

— Хотите пригласить меня на свидание? —понимая что это невозможно, я пошутила, осмелев от вина.

— Хочу, —признался он и я растерялась, а он наконец пригубил из бокала.

— В шесть или в семь? —опытный мужчина предоставил выбор без выбора.

— Шесть, — ответила я, только потом осознала, что выдала свое нетерпение, но с ним мне хотелось быть безрассудной.

—До встречи, — сказал он и оставив недопитый бокал попрощался.

Я немного посидела, чтобы распределить внутри свою вырывающуюся наружу радость, потом поднялась в номер и почти сразу в дверь постучали.

Запыхавшийся Алан, с ящиком шампанского в руках, стоял у двери.

— Вам просили передать, —любезно произнес он.

О как, на вы. Удивительные перемены. Оказывается, умеет быть вежливым, когда нужно.

— От кого? — спросила я, хотя догадывалась.

— Не знаю, Николас распорядился,—пожал он с раздражением плечи, —Можно занести?

— Здесь, пожалуйста у холодильника.

— Ладно, — он поставил и напоследок сказал, — Будь с ним осторожнее.

— Эй! Ты, о чем? — крикнула я ему вслед, но он не ответил, убегая по лестнице.

Вот гад. Зачем сказал и к тому же без подробностей.

Я вообще не то чтобы любила алкоголь, конечно могла выпить бокал за ужином в компании, но жест с подарком был мне безусловно приятен. Привезу для Катьки и других ребят из ресторана. Я загрузила одну бутылку в холодильник и прилегла, а когда проснулась обе стрелки на часах стояли на шести.

Ну всё Маргарита, проспала ты свое свидание.

Я опять собиралась в попыхах, а не как планировала: завить тогда ещё длинные русые волосы, отгладить платье. Наскоро захлестнула голубое в мелкий белый горошек платье на запах, попыталась разгладить рукой воланы проходя по ним влажной рукой по боковому краю и низу. Впрыгнув в сабо на низком каблучке телесного цвета, я взбила у зеркала свои волосы, придавая им хоть какой— то объем. Пшикнула духами на запястья и подкрасив ресницы понеслась вниз.

Родион ждал меня у входа, в черном льняном свободном костюме и белой футболке под пиджаком. Не такой серьезный вид, как в те разы, более расслабленный и молодежный. Он улыбнулся, увидев меня.

— Я начал думать, что ты пошутила и не выйдешь,— Родион посмотрел на мою реакцию и уголки его губ чуть дрогнули от улыбки.

— Я проспала.

— Понятно, — засмеялся он от причины моего опоздания. Коварное вино. Прекрасно выглядишь!

— Я проснулась десять минут назад, поэтому просто пропущу мимо ушей, то что ты сказал, —и я нервно расхохоталась, принимая его «ты». —А если бы я пригубила твоего шампанского, то точно не проснулась бы до завтра. Спасибо, за подарок, мне потребуется помощь, чтобы его выпить до отлета.

После такого предложения, он мог бы напроситься ко мне, но не стал.

— Прогуляемся? —спросил он вместо этого, глядя на мою обувь.

— Давай, я с удовольствием.

Он снова взял меня под руку и от его приближения сердце забилось сильнее, я почувствовала его пряный едва уловимый табачный запах. Махровый во всех смыслах мужчина: от внешнего вида и поведения, до своего успешного состояния позвал меня на свидание. Птицы пели внутри меня. Неужели это возможно.

Мы гуляли до поздней ночи, потом он довел меня до номера и не напрашиваясь на кофе удалился, а утром, наслаждаясь с балкона мягким солнышком я снова увидела его.

Он помахал мне белой шляпой, сидя на велосипеде и позвал пить кофе в саду. Велосипед был не спортивный и навороченный, а старинный, из прошлого, кажется салют или очень на него похожий.

Кофе я не пила, но с радостью спустилась к нему и заодно поблагодарила за вчерашний вечер.

— Как ни странно тебе идёт велик. Часто катаешься?

— Хотелось бы чаще.

— Работа, понимаю, — предположила я.

— Да нет. Одному не интересно. Составишь компанию?

— Нет. Я не умею, —ответила я и закрыла лицо ладонями то ли от страха, то ли от стыда за свою неумелость.

— К отказу я был готов, но такой вариант не предусмотрел.

— Может научишь? — выглянула я из-за рук.

— Конечно, — обрадовался он как ребенок, моему предложению, — с радостью.

Если вчера мы вели светские беседы о погоде и прочей ерунде, то сегодня он между делом поведал о том, что давно разведен, у него есть взрослый сын в Москве, а сам он здесь больше пятнадцати лет. Рассказал, про свою любовь к разным гаджетам начиная от телефонов и заканчивая автомобилями.

Это его увлечение никак не вязалось с ним. Мне казалось, что в его кабинете он до сих пор считает на костяных счетах, но я не стала говорить ему об этом, но про себя похихикала.

— Позволишь глянуть твой планшет, — спросил он, когда мы сидели у бассейна.

— Пожалуйста. Иногда я читаю на нём книги, но больше все равно люблю бумажные.

— Прекрасно тебя понимаю. Но это удобно, всегда иметь под рукой любую книгу, — он покрутил его в руках, посмотрел какие— то настройки и вернул мне.

— Хорошая штука.

— Хочешь сказать, у тебя нет такого.

— Ну да.

— Я могу дать тебе поюзать на пару дней. Решишь для себя надо тебе или нет.

— Что ты Маргарита. Мне завтра привезут такой в офис, но спасибо за предложение.

— А,— мне стало жутко неловко. Как дурочка, забыла, что в его мире всё легко и по щелчку. Помощники, курьеры, поди и секретарша имеется, да не одна. Может на это намекал Алан?

— Я обидел тебя? — спросил он, заметив перемену в моем настроении.

— Нет, просто я забыла, что ты. Ну. Что ты можешь купить, наверное, себе тысячу таких штук и не моргнуть.

— Ты предложила мне помощь, а я… Извини меня.

— Да ладно. Проехали.

— Кстати об этом! Пойдем учиться?

Я визжала, солнце пекло, но я ехала, и мне казалось я самый свободный человек в мире в эту секунду.

На утро он снова был под моим окнами и так каждое утро. Я выходила на балкон, вдохнуть морской бриз с чашкой чая и видела его, бог знает откуда взявшегося. Только через несколько лет он признался, что он жил на вилле и с рассветом вставал и ждал на скамейке в саду, откуда были видны мои окна, когда я появлюсь на балконе.

За всё время он ни разу не попытался поцеловать или намекнуть на что-то серьезнее. Ему было интересно со мной, но я не понимала причины. Это даже под конец начало раздражать, что я ему не нравлюсь, как женщина, а лишь, как приятный собеседник.

Потому что, сама умудрилась влюбиться в его светлые, чуть тронутые ранней сединой волосы, в его сдержанную улыбку, в его спокойный, но с искорками взгляд. Рядом с ним я улыбалась и жила особенно глубоко вдыхая.

30 июня утром он постучал в мою дверь с большой корзиной разноцветных полевых цветов: ромашек, васильков и маков.

— С днем рождения!—сказал он особенно нежно.

—Они невероятно красивые, Спасибо! —я сдержано обняла его, хотя хотелось прыгать и кричать от радости, он легонько похлопал меня по спине и мне захотелось плакать. Для него я простая девчонка, с которой забавно.

—У меня для тебя сюрприз, поехали!

Мы сели в его машину и он сказал:

—Ты приехала на море и я должен вверить тебе секреты самых живописных и уединенных морских бухт.

— Тогда я схожу за купальником?—нелепо ответила я в ответ.

Родион на ходу достал с заднего сидения несколько глянцевых розовых пакетов с ребристыми белыми лентами и поставил их мне на колени.

— Это мне? — удивилась я. Мои родители никогда не дарили мне подарков, даже на дни рождения.

— Тебе. Конечно, тебе.

— Ой, какая хорошенькая! —я крутила в руках соломенную шляпку, с прямыми полями и длинной синей лентой.

Конечно я сразу надела её и крутилась, рассматривая в откидное зеркальце в козырьке авто.

— Покажись!

Я посмотрела на него и улыбнулась, так сильно, что щеки взмолились.

— К твоим ясным васильковым глазам. Они напоминают мне детство. Пока дедушка косил, я бегал, по полю, с закрытыми глазами, задевая руками верхушки шершавых колосьев, пуговки сердцевин ромашек и перья васильков и был самым счастливым на свете.

Никогда больше я не видел так много, как тогда.

— А сейчас? Когда ты закрываешь глаза?

— Я вижу тебя. И это ещё больше.

Мне стало неловко, и я спрятала лицо наклоняясь в другой пакет.

— Там ещё купальник. Без него на пляже, — он сглотнул, — сложновато.

Синее однотонное бикини с завязками на шее было задекорировано белым хлопковым кружевом.

— Спасибо.

— Тебе очень идут яркие цвета, — он обратился ко мне и показалось, что смутился, как и я. Значит все— таки видит во мне не просто собеседника.

Мы колесили по побережью. Он показывал мне любимые места: залив и маяк. Он надеялся услышать мои ответные слова, но вместо этого я отчаянно убеждала себя, что возможно и привлекательна для него, но для такого мужчины я слишком простая и легкая добыча и ему не интересно начинать эту игру. Но после его слов о поле и васильках не выдержала и сдалась, положив руку на его бедро, когда мы ехали вдоль моря. Откровеннее не придумаешь. Родион резко свернул на обочину и остановил авто.

— Ты правда хочешь этого? — спросил он, развернувшись ко мне.

— Больше всего.

Очевидно он ждал от меня первый шаг и дождался. Он ещё сильнее подался вперед и наконец поцеловал. Я делала это раньше, поэтому почувствовала разительную разницу с тем какими были мои поцелуи из прошлого. Снисходительный поцелуй, пожалуй, назову так: дескать малышка найди себе помоложе и получше. Но тогда я ошиблась в толковании, о чем поняла позднее, из наших разговоров о том дне. Для него это был момент особой нежности, когда не веришь в происходящее и боишься прикоснуться и испортить. Начало зарождающегося доверия. Он объяснил, что не хотел душить любовью. Ему важно было понимать, что чувства взаимны и что я сама сделала первый шаг. В своих же чувствах он не сомневался. «С первой секунды я понял, что, ты моя женщина и меня может остановить только твоё равнодушие». Что уж такого было во мне не знаю, но он выбрал меня, хотя чего таить, понимала, что ассортимент женщин у такого красивого, состоятельного мужчины всегда изобильный. А я плыла к нему сама, как рыбка, что делало меня ещё более легкой добычей. Вот только добычей я никогда не была для него и ключевую роль сыграла именно моя простота и открытость.

— Я не смогу рулить, пока не дотронусь до тебя.

Он провел по краям лица ладонями, приглаживая мои длинные волосы. Он закрыл глаза и большими пальцами повторял линию губ, шеи, плавно и невесомо касался плеч и ключиц.

Так дотрагиваются невидящие, чтобы «рассмотреть» лицо незнакомца. Потом он открыл глаза и не спеша дотронулся губами до щеки, до губ и раздвинул их языком.

Мне хотелось сбросить всю одежду разом и прижаться к его загорелому телу, но он остановил меня пока я расстегивала пуговицы на сарафане.

— Я хотел показать тебе самое красивое место в этой части побережья. Потерпишь?

Я согласилась, пока щеки сгорали от смущения. Домогаюсь взрослого мужчину. Испортила всю романтику. Я сердилась на себя всю дорогу, пока не увидела впереди ужасающую тоненькую грунтовку, вдоль скалистого обрыва.