Багровый лёд

Рэн осторожно сделал шаг назад, ощущая угрозу от Эсира.

— Время поджимает, парни, — Мило разрядил повисшее напряжение. — Распрягайте и будем закатывать.

С помощью двух оставшихся лошадей они повезли экипаж ближе к воротам. А когда вся четверка лошадей мерно жевала овес в стойлах, трое мужчин принялись закатывать саму карету. Эсир взял оглобли, а Мило и Рэн толкали сзади. Несколько раз им пришлось менять траекторию движения, чтобы не зацепить угол ворот.

Несколько раз они ругались друг с другом. Но Мило вовремя разнимал “тупого бугая” и “рыжего выскочку”, как мило прозвали друг друга мужчины в порыве ссоры. Эсир плохо владеющий местным языком в моменты ярой ссоры называл Смола “Пикиным псином”. Конюх едва держался, чтобы не поправить бугая и не научить его правильно ругаться. Рэн, не понимая, что за дурацкое прозвище, продолжал работать.

Солнце уже клонилось к закату, когда в итоге слаженной работы улица была освобождена.

Рэн, обливаясь потом, на дрожащих ногах, прислонился к деревянной стене конюшни.

«Старуха теперь точно должна мне скидку за комнату…» — пронеслось в его голове в адрес Фелии.

Рэну показалось, что кто-то за ними наблюдает. Инстинктивно его взгляд скользнул к окну третьего этажа. Таинственная фигура тут же скрылась за занавеской.

Его размышления прервал скрип задней двери. На порог вышла девушка в простом домотканом платье служанки. Она смущенно опустила глаза и направилась к мужчинам. Тонкие пальцы девушки сжимали два мешочка.

Эсир вытер лоб тыльной стороной ладони. Увидев девушку, он замер и уставился на неё так, будто увидел, как лошадь заговорила. Густые черные брови Эсира поползли вверх, а челюсть слегка отвисла. Он сделал полшага вперед. Но тут же остановился, зачем-то сгрёб в охапку попону, свернутую на козлы кучера. И этой же попоной принялся вытирать сидушку, иногда украдкой поглядывая на приближающуюся служанку.

—Господин Смол? — тихим голосом окликнула она, — Наша с Эсиром госпожа, решила наградить вас за старания.

Один из мешочков выскользнул у неё из рук. Монеты рассыпались по грязному камню двора.

— Ах, простите! — с испугом воскликнула девушка.

Присев на корточки, служанка спешно начала собирать деньги обратно в кошель.

Рэн кинулся помогать, неотрывно рассматривая золото, звонко перекатывающееся по земле.

Собрав всё, евушка поблагодарила за помощь и протянула Рэну мешочек. Он сладко зазвенел полновесными монетами в руке Смола.

— Это… мне? — Карие глаза Смола горели детским восторгом, смотря на увесистый кошель в руке.

— Конечно, вам, — улыбнулась девушка и тут же повернулась к Мило. — А это вам.

Она протянула Мило мешочек поменьше.

— Только никому не говорите, — подмигнула служанка.

Конюх, открыв рот, не решался принять дар.

— Любая работа должна быть оплачена, — девушка взяла руку конюха и вложила в нее звякнувший монетами кошель.

Рэн вдруг спохватился. Низко поклонившись служанке, он крепко прижал к себе мешок. Ощущая на шее тяжесь от другого так же туго набитого монетами.

«Амулет старухи Иргид работает! Он правда приносит удачу!»

— Передайте вашей госпоже, что я всегда к её услугам! — радостно воскликнул Рэн, сжимая драгоценный трофей.

Служанка поклонилась, принимая благодарность и тут же направилась обратно.

— А как звать-то вашу госпожу, если не секрет? — Рэн выпрямился, смотря на спину девушки и добавил голосом ниже, — Да и вас, красавица?

Служанка остановилась и, слегка повернув голову, произнесла с улыбкой.

— Мою госпожу? Её зовут баронесса Ашберг. А меня... Сэила. Всего вам доброго, господин Смол.

— И тебе… Сэила, — тихо сияющий и довольный Рэн.

Его тут ударили по затылку.

— Какого черта…

Рэн резко обернулся, но его злость остудил свирепый взгляд Эсира.

— Не смей смотреть на неё так, — ноздри бугая раздувались от сдерживаемого гнева.

— Если она твоя дама сердца… — виновато смотря на бугая Смол потирал затылок.

— Эсир! Госпожа зовет! — окликнула его Сэила.

Не оборачиваясь и не дожидаясь его, соужанка прошла на кухню, которая прямиком выходила во двор.

Бугай злобно сверля взглядом Рэна прошел мимо. Он ещё несколько раз оборачивался, бурча что-то себе под нос, пока не скрыося на кухне, громко хлопнув дверью.

Рэн и Мило переглянулись и оба слоно по команде спрятали мешочки запазухой. С чувством странногт воодушевления Рэн попрощался с конюхом и направился в свою комнату.

По дороге его пальцы нащупали по рубахой два кошеля: грубый кожаный с деньгами Ордена, и маленький, бархатный, от госпожи.

«Золото... Моё золото...»

Рэн шел в свою комнату с беззаботным видом, насвистывая мелодию. Его глаза сияли весельем. Заметив грозно тявкающую Мышку, он наклонился к ней и, подмигнув, тут же выпрямился, продолжив свой путь под аккомпанемент её лая.

Глава 9

“Распространение материалов, призывающих свергнуть власть карается ослеплением. Авторы подобных материалов подвергаются казни через обезглавливание.”

Закон 1, параграф 6, Свод законов Ордена Четырех Империй

Комната Рэна находилась в самом конце коридора третьего этажа. По соседству располагалась душная кладовка и лестница на чердак. Помещение тесное, с одним крошечным окошком, через которое едва проникал свет, поэтому недорогое.

Насвистывая и посмеиваясь своим мыслям, Рэн вошел в комнату и закрыл дверь.

— Что за радость?

—Чёрт! Твою мать! — Выругался Смол, — Ты опять как призрак!

В полутьме комнаты сидел мужчина. Он небрежно откинулся на груду подушек на кровати, вытянув длинные ноги перед собой. Красноватые лучи заката, пробиваясь сквозь грязное стекло, освещали острый подбородок мужчины. Темная одежда на худощавом теле делала Тиана похожим на тень, сливающейся с сумеречной темнотой спальни.

— Дверь была не заперта, — раздался спокойный, низкий голос. — Ты слишком доверяешь соседям.

— Да тут одни служки и мы, — отмахнулся Рэн.

Он взял свечу и зажег её от светильника в коридоре. Трепещущее пламя смягчило черты лица Тиана. Рэн запер дверь на засов. Неся за собой свет, он разорвал сумрак комнаты. Три свечи на столе с жадностью приняли на себя огонь и тьма отступила вовсе.

— Смотри какой улов!

Смол стянул с шеи веревку и вытащил из-за пазухи звенящий мешок.

Рэн бросил его на стол и запустил руку внутрь и пропустил монетки сквозь пальцы, словно это был живительный источник.

— Я даже не думал, что это окажется так легко! — Его глаза блестели от невиданного богатства. — Я никогда ещё не получал столько за на ходу придуманную чушь.

—Легко? — лицо мужчины, сидевшего на кровати скривилось в усмешке.

— Легко! Я правда очень испугался, — буркнул Рэн, снимая камзол, и осторожно пряча другой бархатный мешочек во внутренний карман. — Я думал Глава меня самого повесит.

Смол оставил одежду на скромно стоящей углу наполной вешалке.

— Но ты видал? — Рэн довольной ухмылкой, потыкал пальцем в золото, — мы на пути к великому делу!

Длинные ноги Тиана, в поношенных охотничьих сапогах, коснулись пола. Мерцающий свет тонул в черноте его волос. Они свободно падали ему на лицо, доходя до подбородка, и скрывая жутковатую ухмылку.

Тиан как раз собрался встать, но в этот момент одна монета упала со стола. Прокатившись по полу, она ударилась о его сапог и со звоном закрутилась. Мужчина поднял её и поднес к полоске света из окна. Внимательно осматривая золотой тур, Тиан покрутил его, затем провел по ребристой поверхности ногтем.

— Значит говоришь, Глава клюнула на это? — хмыкнул Тиан.

Напарник Рэна достал из своего кармана золотую монету и положил обе себе на ладонь.

— Да, раз я остался жив. — хохотнул Рэн, повернувшись спиной, снял с себя рубаху, промокшую от пота. — Солдаты Ордена такие хиляки, я бы их с одного удара всех уложил бы.

Тиан Дэрэй заправил за ухо волосы, открыв розоватый шрам, проходящий по левой щеке до самого уха.

— Тебя бы вырубили парой ударов… У тебя толстая кожа, но мечом тебя легко прошить насквозь.

Рэн захохотал, скручивая рубаху. Ткань поскрипывала в его сильных ручищах. На пол упало несколько капель.С каждым новым усилием он выжимал из рубахи накопленную влагу.

В одежде большего размера Смол казался несуразным безобидным толстячком. Крепкие, вздутые от недавного труда мышцы рук, ещё помнили тяжелый труд лесоруба. Свет заходящего солнца причудливо выделял мускулы на его спине.

— Надо было показать им на что я способен, — Рэн повернулся.

Немного выпирающий живот Смола, плавно переходил в крепкую грудь и широкие плечи.

— Не проболтался от страха? — Тиан скрестил руки на груди.

— Всё прошло лучше, чем я думал, — Рэн резким движением встряхнул рубаху.

— Глава не так ужасна, как все её описывали. Мерзкая правда, шутки у неё дурацкие, — Смол передернул плечами, — Задушить меня даже пыталась.

Он потер шею, с оставшимися на ней отметинами.

— Но силенок маловато, — Рэн провел рукой по покрывшимся раздражением щекам. — Бороду я клеить больше не буду.

Тиан несколько секунд молча смотрел на деньги на столе, крутя монету в своей руке. Кровать скрипнула, когда он поднялся. Быстрым шагом подойдя к столу, Тиан взял ещё пару монет и так же внимательно осмотрел их.

Рэн застыл, впервые за три года слыша смех Тиана. Это был негромкий, но неприятный, сухой звук, похожий на скрежет камней.

— О, это гениально... — прошипел Тиан, всё ещё смеясь. — Астил переплюнула саму себя.

Он медленно брал одну монету за другой, рассматривая и швыряя их на пол.

— Эй, ты что творишь? — Смол бросил рубаху на спинку стула.

— Прекрасная работа, — Тиан с презрительным одобрением покачал головой, — Литьё безупречное, проба вроде бы та... но нет. Вес чуть легче. И звук не тот.

Он бросил очередную монету в кучу, образовавшуюся у ног.

— Их уже два года как изымают. Это «призрачные туры». Подделывали где-то на Юге, успели наштамповать целое состояние, пока их не раскрыли. За их хранение - отсечение руки. За сбыт - виселица. Можешь проиграть их в карты и тебя на месте убьют.

— В смысле? — Рэн недоуменно смотрел на Тиана.

—Тебе дали фальшивки.

— Что?

Рэн не веря своим ушам, бросился к столу. В слабом свете он пытался рассмотреть недочеты монет.

— Расплатись ими за что-то, и тебя найдут со вспоротым брюхом в реке.

Рэн щурился. Он то близко наклонялся к монете, то отодвигал её на вытянутую руку. Закрывал то один, то другой глаз. Опыт жизни в мире обмана и подделок, не помог ему заметить никакой разницы.

— Ты уверен, что… это фальшивки? — переспросил Смол, с надеждой подняв глаза на Тиана.

Мужчина кивнул.

—Ты говорил всё сработает! — Рэн покраснел от гнева и, швырнул монету на пол.

—Подделка на высшем уровне, ты не найдешь отличий даже днём. А это маленькая точка. Вот здесь. Метка фальшивок.

Тиан достал из своего кармана настоящий золотой и протянул Рэну обе монеты.

— Сравни. Этим расплачиваются с неугодными. Так легче кого-то убрать. Тебя прикончат недовольные, а руки Ордена чисты

—Сука! — Рэн в ярости схватился за голову, крепко сжав волосы, — Так и знал что-то не так! Четыреста золотых за какую-то чепуху! Тиан, твою мать! Во что ты меня втянул? — Рэн с силой ударил по столу и монеты подпрыгнули на месте.

Напарник спокойно поднял упавшие монеты и кинул их обратно в мешок.

— Помнишь я спросил тебя, — спокойно проговорил он, смотря на Рэна, — хочешь ли ты стать героем?

— Ты предлагал спасать бедных и помогать им! — закричал Смол, — А не вляпываться в странные истории!

Тиан небрежно отодвинул мешок на другой край стола, расчистив себе место.

— Но какой герой не попадает в передряги? Герои ведь не боятся трудностей…

Он наклонился, достал из-под стола чемоданчик из телячьей кожи и положил его на стол. Застежка щелкнула, открыв взору содержимое.

— Вот ты наконец-то становишься героем, — Тиан улыбнулся.

Сжав кулаки, Рэн начал ходить из угла в угол. Пока его напарник выкладывал на стол баночку с тушью, перо, какую-то книгу и небольшие листочки пергамента.

— Твоя задача просто дальше вести разгульный образ жизни, — Тиан расправил темный кафтан и повернулся к нервно рассхаживающему по комнате Смолу.

— Чтобы меня убили? — Рэна трясло от злости.

Он застыл рассматривая всё, что лежало на столе.

Первое время Рэн с любопытством изучал содержимое чемоданчика Тиана. Он никогда не видел диковинных канцелярских принадлежностей и сблагоговеянием следил за тем как ритуально кончик пера погружается в чернила и под рукой рождается затейливо красивая надпись.

Теперь это всё раздражало.

Астил была права он даже понятия не имел, что там пишет Тиан. Ведь это он писал тот донос, отправленный в Орден. А вдруг он таким образом решил избавиться от Рэна?\

Смол с подозрением смотрел, как Тиан открывает баночку с чернилами.

— Я думал, ты из-за шрама не хочешь показываться на людях, и поэтому сделал меня известным ищейкой! А ты… меня подставил…

— Тебе не о чем волноваться, — спокойно ответил Тиан, убирая чемодан под стол, — у тебя есть кров, еда, красивые девушки…

— И теперь ещё и неприятности, — Рэн продолжил мерять комнату шагами, посматривая на то что делает Тиан.

— Я говорил тебе, — Дэрэй пожал плечами, и уселся за стол, вытянув длинные ноги, — я честный разбойник и веду честные игры. Азарт наше всё, помнишь? Тебе же всегда было весело.

Тиан начал что-то рисовать на бумаге, полностью игнорируя возрастающий испуг своего соратника.

— Это было весело до сегодняшнего дня!

— Ты сам согласился, — неотрываясь протянул Тиан.

— Я согласился взять себе твои лавры, но никак не… — Рэм снова схватился за голову, — что же я наделал…

— Внес огромный вклад в наше дело, — Тиан посыпал песком и несколько раз помотал клочком бумаги в воздухе, чтобы чернила быстрее просохли.

Рэн остановился и хмуро посмотрел на писанину Дэрэя. Какие-то треугоники, кружочки черточки стрелочки. Просто набор знаков. Рэна словно ударила молния.

Шифр.

Тиан кому-то отправляет шифр.

Спокойствие напарника ещё больше нервировало Рэна. Он схватил Тиана за грудки, и стащив со стула, прижал к стене.

— Хватит говорить со мной, как с полоумным! — Сжав зубы произнес Рэн. — Я твои ребусы терпеть не могу!

— Что тебе сказала Глава? — Тиан спокойно встретил раъяренный взгляд Смола, не пытаясь вырваться.

— Какая разница! — Крикнул он ещё сильнее вдавлиая Дэрэя в стену, — Она хочет меня убить!

— Успокойся, — Тиан был непоколебим, — это важно для твоего спасения.

— Они искали оружие, пытали этого Байтана и убили его, не получив сведений! — прокричал ему прямо в лицо Рэн.

— Глава в отчаяннии, — холодно ответил Тиан. — Ты принёс ей Байтана, но улик его вины нет. Он не сознался. Теперь ей нужен громкий скандал, чтобы похоронить историю с Байтаном. Ты - знаменитый ищейка. Новость, что ты расплачиваешься фальшивками отлично сработает. Если тебя убьют - прекрасно. Казнят после суда, ещё лучше. Все вообще забудут про какого-то крестьянина и ещё несколько месяцев будут обсуждать тебя и твою глупость.

Рэн на глазах становился всё бледнее и бледнее.

— Тебя заживо сварят на потеху публике. И две проблемы Ордена будут решены.

Тиан сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание Рэна.

— Глава не просто избавляется от тебя. Она использует твою смерть, чтобы обелить себя в истории с Байтаном.

Рэн смотрел на него с ужасом. Его пальцы разжались, освобождая ворот Тиана. Пошатываясь, Смол отшел на несколько шагов.

—Что мне делать? — Рэн смотрел на свои руки, — Я уже расплатился ими… извозчик… булочник… Фэлия.

Смол с ужасом обернулся к двери, будто они все разом могут зайти сюда.

Тиан поправил свою одежду и сел за стол.

— Нужно выполнить задание, которое дала тебе Глава. Что она просила?

Рэн смотрел на фальшивые монеты Астил с таким отвращением, словно они были отлиты из дерьма.

— Выйти на тех, кто снабжал Байтана оружием… — тихо произнес Смол.

— Принесем ей их на блюде.

Тиан убрал принадлежности обратно в чемодан, оставив на столе только исписанный шифром клочок бумаги.

— Каким образом? Да и зачем? — плечи Рэна поникли. — Она все равно решила меня убить…

— Если ты решишь важную проблему Ордена, останешься полезным и живым. Мы добудем сведения. Без денег будет тяжелее… — Тиан почесал макушку, — но я что-нибудь придумаю.

Паника Рэна медленно, начала прекращаться в отчаянную решимость. Его взгляд упал на кафтан, в котором он тайком припрятал бархатный мешочек. Теперь это казалось Смолу последней соломинкой, хрупким мостиком к жизни.

— Тиан, — Рэн с силой кашлянул, возвращая голосу твердость. — Есть... Деньги есть. Правда не знаю сколько там…

Медленно, почти с покаянным видом, Рэн вытащил бархатный мешочек и положил его на стол перед Тианом.

— Тут мне оплатили… за работенку одну... — Пробормотал он, избегая взгляда напарника. — Я… это я отдаю для задания... Вроде как… есть ещё один неплохой вариант подзаработать.

Последние слова он прошептал еле слышно.

— Что за вариант?

Тиан ощупал мешочек и, развязав шнурок, заглянул внутрь.

— Короче, — Рэн вдруг оживался, — тебе о чем-то говорит “поющие камни” и река “текущая в небо”?

Дэрэй нахмурился, пытаясь найти смысл в словах.

— Нет, а что это?

— Черт, — Рэн тяжело вздохнул, — Да тут остановилась одна баронесса. Услышал от её слуги, они ищют это место… Карту даже видел. Но там просто каракули.

— Я узнаю, — кивнул головой Тиан.

Он взвесил в руке увесистый мешочек и высыпал несколько золотых на ладонь. Тиан замер смотря на монету. Рэн недоуменно переводил взгляд с монеты на Тиана и обратно.

— Только не говори, что и они фальши…

— Настоящие. — перебил Тиан, и Рэн с облегчением выдохнул. — Более, чем настоящие.

Напарник поднял на Смола недоумевающий взгляд.

— Где ты находишь неприятности на свою задницу?

— Что не так? — Рэн недоверчиво посмотрел на монеты.

— Золото... чистейшее. Ценнее номинала. Но... это старый чекан. Времён прошлого императора, — Тиан положил монету на стол, — Казна их давно изъяла и переплавила. Засветишь их где-то и тебе конец.

С каждым словом глаза Рэна всё больше округлялись.

— Поздравляю. — Тиан протянул ему монету с ухмылкой. — Ты нашел ещё более серьезную проблему…

— Мать твою… Мать твою…

Рэн схватил мешочек баронессы и высыпал всё на стол. Пальцами он переворачивал каждый золотой.

— Кто-то решил над тобой жестоко подшутить. Кто тебе их дал?

— Да, мать её, та самая баронесса. Мне её служанка дала денег. Прямо в руки. Вот гадина! Надо предупредить Мило.

Смол рванул к двери.

— Стоять! — Тиан успел схватить Рэна за ворот. — Никому ни слова.

— Я просто спрошу… — хмуро повернулся Смол вырываясь из цепких рук, — она нам двоим дала денег, а вдруг он…

— Сколько раз тебе говорить! Не делай не подумав! — Тиан, отпустив Рэна, нахмурился, — Рассказывай всё с момента как ты вышел из постоялого двора утром.

Смол сел на кровать. Облокотив локти на колени он сжал руки в замок. Рассказ был длинным. Начал всё с ухмылок владельца магазина тканей. В деталях рассказал напряженный разговор с Главой. Не забыл про ситуацию на площади и то как не смог проехать к постоялому двору из-за кареты. Как решил помочь Мило. О встрече с тупым быдлом Эсиром. Дурацкой карте и их героической совместной работе…

— И вот потом она уронила деньги. Подняла всё и отдала мне.

— Книги… Карта… Деньги… — слова Тиана повисли в воздухе.

— И что это значит? — Смол поднял хмурый взгляд.

— Понятия не имею, — пожал плечами растерянный Тиан. — А там точно религиозные книги? Что за название?

Рэн с раздражением дернул плечами.

— Откуда я знаю!

— А прости, — спохватился Тиан. — Забыл.

— Я хотел напроситься к ним проводником, — Рэн вздохнул, — денег подзаработать хотел, пока ты задание Ордена выполняешь. Ещё и… поющие камни... река течёт в небо… что это вообще за бред? На какой хрен они расплатились монетами бывшего императора…

Рэн схватился за голову.

— У меня сейчас башка лопнет!

Тиан молча смотрел перед собой, пытаясь увидеть картину целиком.

— Может лучше просто вернуть ей деньги? — Рэн бросил на напарника хмурый взгляд.

— Да так будет лучше… — Тиан медленно покивал головой. — Притворись, что тебе стыдно брать оплату за такую плевую работу. Не подавай вида, что знаешь о монетах.

— А как же Мило? — грустно спросил Рэн.

— Тебе сейчас свою шкуру надо спасать. Верни их баронессе. Если откажется забирать… просто оставь их у двери её комнаты. А лучше брось в реку.

Тиан ещё несколько секунд молча смотрел на монеты, словно пытаясь прочесть в них скрытое послание. Он резко поднялся.

— Верни деньги баронессе и никуда не уходи из постоялого двора, — произнес Тиан, накидывая тёмный плащ. — Как только я всё выясню мы решим как поступить с фальшивками.

С этими словами Тиан скрылся за дверью бесшумно, закрыв её за собой.

Рэн остался наедине с гнетущим чувством несправедливости.

Он сжал амулет на груди.

— Карга проклятая! Счастье он мне принесет! Ага!

Сорвав его с шеи, Рэн швырнул побрякушку о стену. Отскочив от потрескавшейся штукатурки амулет приземлился рядом с сапогом Смола.

— Сука! Последние монеты отдал за эту херню!

Он наступил ногой, превращая символ удачи в раздавленный мусор.

Минуты тянулись мучительно медленно. Рэн шагал из стороны в сторону. Злость выветрилась, сменяясь липким, парализующим страхом. Он уставился на фальшивые монеты Астил, разбросанные по комнате.

В кармане пусто, желудок урчит от голода. У него полно золота, но толка от него ноль…

— Ладно сначала избавимся от этого.

Рэн натянул свежую рубаху поспешно заправляя её в брюки. Схватив бархатный мешочек он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Глава 10

“К материалам, призывающих свергнуть власть, относится символика свергнутого правителя: монеты, гербы, лозунги.”

Закон 1, параграф 5, Свод законов Ордена Четырех Империй

Рэн Смол замер у двери пятнадцатой комнаты. В его ушах гулом отдавался стук бешено колотящегося сердца. Взяв себя в руки, он постучал. Сначала тихо, потом настойчивее.

Он прильнул ухом к холодному дереву, надеясь услышать хоть что-нибудь. Из комнаты не доносилось ни звука. Гробовая тишина.

Рэн с грустью посмотрел на мешочек в руках. Оставлять такое сокровище у порога жалко, но хранить его опаснее. Он не придумал ничего лучше, как повесить мешочек на ручку.

Сунув кулаки в пустые карманы, Смол развернулся к своей комнате.

Желудок, в который раз за день, заурчал. Мысль о том, чтобы снова просить в долг у трактирщика, вызывала тошноту. Но выбор невелик.

Спустившись в столовую, он замер на мгновение. Полупустой зал освещался тусклыми светильниками, создавая иллюзию тепла и уюта.

И пахло...

Пахло точно так же, как дома, когда мама с утра ставила на плиту чугунок с будущей похлебкой. Запах тушёного лука, кореньев и жирной баранины. Тот самый, от которого просыпаешься счастливым и знаешь, что день будет хорошим. Рэн уже забыл, что такое домашняя еда. Пожалуй, это единственное место, в котором он ощутил запах из воспоминаний. Запах дома.

От этого в горле встал ком. Рэн с тоской стиснул в кулаке две жалкие монеты. Он ощущал себя таким ничтожеством. Ничего не изменилось. Будь он изворотливее и умнее, накопил бы хоть немного. Тогда лекарь, услышав звон монет, не отказал бы ему.

Чувство отвращения и жалости к себе подкатило к горлу. Рэн сглотнул, заставляя горечь отступить.

Пара жалких серебряных.

Всё его состояние. Вся его цена.

Смол уже собрался клянчить у трактирщика в долг, как из кухни вышла Фэлия. Хозяйка постоялого двора, вытирая руки о передник, бросила хмурый взгляд на Рэна.

Тяжело вздохнув, он подошел к Фэлии.

— Госпожа Лин…

— О, Господин Смол… где остальная плата? — поинтересовалась Фэлия, осматривая пустующий зал.

— Завтра оплачу… обещаю. — Смол натянуто улыбнулся.

— Завтра и поужинаете, — она пожала плечами, — У меня не притон для бездомных.

— Я же за полмесяца оплатил. Почему вы так….

В столовой стало неожиданно оживленно.

— Вот! — Взревел вошедший мужчина, указывая на Смола, — Это он!

Рэн обернулся на шум. К нему стремительно приближался краснолицый булочник, которого сопровождали солдаты из управления города. Сапоги гулко стучали по каменному полу, а броня звенела от каждого быстрого шага.

Фэлия бросила уничтожающий взгляд на Смола и тут же поплыла навстречу к неожиданным гостям. Красная от стыда, она кланялась всем, извиняясь за беспокойство.