Багровый лёд

Луэр сглотнул и провел рукой по лицу.

— Прекрати делать вид, что тебе не плевать, — её тихий голос вывел Мориаса из оцепенения, — Я сама навлекла на себя проблемы. И сама выберусь из них.

Он поднял на Фелию взгляд, но она всё так же не смотрела в его сторону.

— Твое имя не будет запятнано, — тихо добавила она и отвернулась.

Луэр не сводил с её профиля внимательного взгляда.

— Ты говоришь, что сама выберешься, — произнёс он тихо. — Но я слышал тоже самое, а потом ты пропала. Я чуть с ума…

— И я как видишь справилась, — со злостью прошептала она.

— Да, а я идиот, который всегда уходил, когда ты просила. Я был слишком послушным, — Фэлия хмыкнула от этих слов Луэра, но он продолжил, — И каждый раз это было ошибкой. Ведь ты никогда не говорила чего хочешь на самом деле…

— Я говорила. — Перебила его Фэлия, — Ты просто слышал только себя.

— Почему ты прямо мне не сказала, что не хочешь чтобы я женился…

Она в изумлении повернулась к Луэру.

— Я сказала тебе Что тебе стоит подумать сотню раз прежде чем это делать. Что ты мне ответил? Что ты всё взвесил! — с каждым словом злость распалялась в ней, — что это самый быстрый и выгодный вариант достичь карьерного роста! Что твой будущий тесть идеальный трамплин для тебя! А ещё… что это будет нам на руку.

Мориас поджал губы. Тогда он совсем не это имел в виду. Он ведь искренне хотел как лучше. Но осознание ошибки пришло к нему только сейчас.

— Я не прошу тебя простить меня, — произнес он, — Не прошу доверять мне. Но я наконец понял, что стоит за твоим “я справлюсь сама”. И больше я никуда не уйду.

— Разве я хоть раз имела право останавливать тебя? — Голос ее звучал глухо и отстраненно, — ты был министром финансов при Ардоне. Первым министром при Баерне. И сейчас ты заместитель собственного сына, — голос её едва заметно просел, — первого министра. Чего бы ты достиг если бы остался со мной?

Глаза Луэра наполнились слезами.

— Не говори так…

Фэлия грустно усмехнулась.

— Я всегда отказывалась от помощи, это же благородно. — Она глубоко вздохнула, — А когда я оказалась в сложной ситуации, то согласилась на такие условия, на которые бы в здравом уме, никогда бы не согласилась.

Луэр молча слушал.

— Лет пятнадцать назад, когда я стояла на краю, появился первый человек, который сказал «я помогу тебе». Я даже не стала спрашивать, чего это будет стоить. Потому что мне было уже всё равно. Так у меня появился постоялый двор.

В глазах Фэлии лучилось грустное тепло.

— Первого человека не стало пять лет назад. И возникли проблемы с закладной на землю. Да такие что я была готова проститься со всем имуществом. Я искала тебя но ты… был занят своей жизнью. И ко мне пришёл второй человек со словами “я помогу”. Так я вернула себе “Облачный рай”.

Фэлия поджала губы и нахмурилась о следующих воспоминаний.

— Из-за него я на два года потеряла сон, покой и около десятка девочек, — она глубоко вздохнула, — потом появился третий человек. Она сказала “я помогу”. После ее слов все проблемы пропали и “ Облачный рай” процветал. Я так давно так спокойно не спала, как последние три года.

Она вздохнула и на время прикрыла глаза.

— Но три дня назад, по её приказу я отмывала пол от крови убитой постоялицы. А на утро при мне в кандалах выводили человека, который скорее всего к этому не причастен. Но я собственными руками сделала так, что все улики указывают на него.

Фэлия повернулась к Луэру.

— А теперь как думаешь почему я боюсь принять чужую помощь?

Глава 26

Три года назадОктябрь 1033 года

На промозглом ветру покачивалась вывеска «У старого моста». Хотя сам мост снесло весенним паводком ещё лет двадцать назад при прошлом императоре. Городские власти всё обещали построить новый, да так и не собрались. А название постоялого двора, так и осталось.

Ближайший мост был в пяти километрах, а в радиусе двадцати не было ни постоялых дворов, ни селений. Только голые скалы, обдуваемые ветром да горная река еле подернутая корочкой льда у берега.

“У старого моста” огромный постоялый двор, раза в два больше “Облачного рая”, тут легко можно было затеряться в толпе. Это место, куда заходили, чтобы отдохнуть на длинном торговом пути, соединяющем столицу и северную часть Альмерии.

Огромный зал скудно освещался масляными лампами. Темные потолочные балки, были так низко расположены, что высоким людям приходилось уклоняться от висящих пучков сушеных трав. Пахло мятой, дымом и чем-то сладким, не то мёдом, не то старым деревом.

Внутри постоялого двора было многолюдно. Все говорили разом, пытаясь перекричать разговоры за соседним столом. Кто-то спорил о цене на овёс, под плач беспокойного дитя. У стойки раздавался мужской хохот над похабным анекдотом. Туда сюда сновали слуги с подносами.

Госпожа Лин сняла капюшон и села в углу, у окна с мутным стеклом. Слуга принёс горячий чайник и предложил пирог. Она отказалась, даже не подняв взгляда. Наполнила чашку чаем и обхватила её ладонями просто чтобы держаться хоть за что-то. Пар поднимался вверх, а она смотрела сквозь него и не видела.

В голове крутились фразы, с которых лучше начать разговор.

«Мне нужна помощь»?

Или «Я не знаю, к кому ещё обратиться».

А может «Риэта сказала, вы сможете...».

Резкий звук пощёчины и крики выдернули её из оцепенения. Фэлия вздрогнула и подняла глаза. У соседнего стола купец нависал над слугой, тем самым парнишкой, что принес ей чай. Губа у парня была разбита, по подбородку текла кровь. Он кланялся и извинялся, а купец чертыхался в его сторону вытирая соболиную шубу, на которой висели ошметки рагу.

Фэлия привстала, но тут же замерла. Чтобы заступиться за кого-то, нужна власть. У неё не было даже власти над собственной жизнью. Она опустилась обратно на стул и сжала кулаки.

Управляющий постоялого двора быстро проскользил сквозь толпу, заинтересовано наблюдающей за сценой. Он принялся умасливать гостя, пока рослые конюхи под руки уводили парнишку на задний двор для наказания.

Вот оказывается как она выглядела, когда в очередной раз лебезила перед властьимущими. Но она готова унижаться куда сильнее, потому что ей нужна колоссальная помощь и огромная сумма денег. Долгов у постоялого двора столько, что даже если она продаст весь “Облачный рай” в два раза дороже, сумма не покроет и половины задолженности.

Фэлия опустила глаза и заметила, как в чае тонет чаинка.

Когда от долга оставалась половина, этот козёл Лайдис Сиан, будь он неладен, придумал новое развлечение:

— За каждую девушку, которая не сможет выдержать ночь со мной, долг будет увеличиваться на двадцать процентов… от начальной суммы, — и ещё так по-скотски усмехнулся после этих слов.

Фэлия со злостью сжала зубы.

Пять девушек. Пять. За полгода. Пятую похоронили три дня назад. А Фэлии всё ещё казалось, что от рук пахнет теми самыми духами, которыми была надушена погибшая. Она тёрла кожу до красноты, но сладковатый аромат роз не уходил.

С каждой новой смертью, которую приносил Лайдис Сиан, Фэлия всё меньше спала и всё глубже увязала в болоте из вины и ненависти к себе.

Фэлия никак не решалась обратиться к Луэру за помощью. У него и своих проблем хватало. Полгода назад его внучка и правнук погибли. Все это время шло следствие над императором Дэвиаром. Дин Мориас, слетев с катушек от горя, готовил мятеж. Как отец и опытный политик Луэр пытался образумить сына. Фэлия не хотела доставлять новых хлопот. Убедила себя, что справится сама.

И в итоге она осталась одна. Одна с пятью смертями. Не считая ещё десяток сломленных девушек.

Глаза Фэлии ещё болели от слёз и бессонных ночей. В её ушах ещё стоял глухой стук тела, вываленного из мешка с сеном. И собственный вскрик, когда перед ней оказалась бездыханная девушка, которую сама госпожа Лин накануне ночью с молитвами отправляла к генералу. Тело лежало в неестественной позе будто сломанная кукла, которой вдоволь наигрались, вывернув ей все конечности.

— Их лица такие блаженные, — от ласкового тона генерала Сиана у Фэлии пошли мурашки.

Он присел на корточки и нежно провел рукой по восковой щеке, убирая локон за ухо.

Фэлия едва нашла в себе силы не упасть в обморок. Проводив ненавистного гостя, с натянутой улыбкой и с комом в горле, она заперлась в комнате, не позволив никому из слуг видеть тело девушки. Госпожа Лин сама омывала её и пыталась привести в нормальный вид, рыдая и проклиная генерала. Замечая новые увечия, Фэлия дорисовывала ужасные картины того, что с ней творил генерал и кусала губы в кровь, чтобы не разреветься в голос.

Девчушка попала в “Облачный рай”, когда ей было лет пятнадцать. Она мечтала выйти замуж и родить кучу деток. А в итоге навеки осталась восемнадцатилетней…

Ее юное безмятежное личико всё ещё мерещилось Фэлии в коротких беспокойных снах.

В подчинении Госпожи Лин чуть больше полусотни слуг и двадцать девушек для услад. Было двадцать. Троих девушек он запугал так, что они тени своей шарахались. Синяки, ссадины, вывихи это самое меньшее, что оставалось на телах отправляемых ему девушек. Страх въедался так сильно, что работать дальше они могли только на кухне, шарахаясь от любой мужской тени.

Иногда Фэлии казалось, что те кто погиб были счастливицами, смотря на несчастные искалеченные души тех, кто выжил

Госпожа Лин врала всем о пропаже девушек. Рассказывала, громко смеясь, что за крупную сумму она выдала замуж двух девушек, за одной вернулся отец и забрал в семью, ещё двоих выкупили втридорога какие-то купцы. Она рассказывала всё это в таких подробностях, что даже сама в это верила.

Никто из влиятельных господ даже не пытался поймать её на лжи. Они расстроено кивали и довольствовались историями, придуманными Фэлией, и уходили в другие бордели. Никто не пришёл с вопросами. Никто не усомнился. Даже те, кто клялся девушкам в любви и обещал выкупить и жениться, просто кивали и уходили. Это разбивало ей сердце и веру в мужчин.

Только чего она от них ждала? Что они ринутся расследовать дело пропавшей проститутки, с которой им было приятно проводить время?

Но госпожа Лин надеялась, что они в курсе чьих это рук дело и что на самом деле произошло с девушками. Просто бояться за свои семьи и жизни.

Сколько бы она ни врала, слухи и свидетели делали своё дело. Репутация постоялого двора как отличного места для работы была уничтожена. Раньше Фэлия могла выбрать самых красивых девушек из тех кто просился работать. Ей дарили невероятные подарки, чтобы пристроить какую-нибудь опороченную девушку из оьнищавшей семьи. Молодые мамочки, оставшиеся без семьи, обивали пороги, чтобы устроиться, хотя бы поломойками. То теперь “Облачный рай” был “местом последнего пристанища”. Туда даже из очень большой нужды не шли.

Открыто противостоять генералу Фэлия не могла. Женщина без титула, родословной и связей, могла только отдавать большую часть прибыли на погашения долга и закрывать глаза на ужас который творил генерал Сиан.

Госпожа Лин так погрузилась в мысли, что пропустила момент, когда напротив нее кто-то сел. Фэлия подняла глаза и вздрогнула. Женская фигура в плаще будто материализовалась из воздуха. Лицо было скрыто тенью вуали и капюшона от плаща, так что видна была только нижняя часть лица.

Перед незнакомкой стояла пустая чашка. Должно быть, слуга поставил её, пока Фэлия была погружена в воспоминания.

— Госпожа Лин?

Губы незнакомки растянулись в улыбке и она положила руки в бархатных перчатках на стол. Ткань была не из дешевых. Фэлия отметила это инстинктивно, привычка старой хозяйки борделя оценивать платежеспособность посетителей.

Ни колец, ни браслета, ни единой зацепки, по которой можно было бы узнать женщину в будущем.

— А вы? — Фэлия напряглась и выпрямилась, внимательно осматривая гостью.

— Я от Риэтты, — довольная улыбка не сходила с лица незнакомки, — Вы наверное ждали кого-то другого?

Госпожа Лин по привычке натянула подобострастное выражение лица.

— Я ждала того кто мне поможет, — ответила Фэлия и потянулась за чайником.

Незнакомка одной рукой схватила её за запястье, а другую вскинула к её горлу. Из рукава показалось острие клинка. Он застыл у самой шеи. Фэлия замерла, забыв как дышать. Со стороны казалось, будто женщина просто протянула руку.

— Я… хотела налить Вам чай… — прошептала Фэлия, с ужасом смотря вглубь капюшона незнакомки.

— Сперва стоило спросить хочу ли я чай, — гостья так же быстро спрятала клинок.

Женщина разжала пальцы, освободив руку госпожи Лин и откинулась на спинку стула.

— Вам… налить чай, — произнесла Фэлия, не поднимая глаз.

— Да пожалуйста.

Руки Фэлии дрожали и чай расплескался по столу.

— Извините, извините… — бубнила Госпожа Лин, поставив чайник и вытирая стол рукавом своего платья.

На этот раз гостья перехватила её руку мягко, почти заботливо. И неспешно вытерла влажные пальцы Фэлии хлопковым платком.

— Ваше платье намокнет и вы можете простудиться, — голос женщины был низким и ласковым, — Разлитый чай того стоит?

Незнакомка вложила платок в ладонь госпожи Лин. Фэлия уставилась на застиранную и дешевую ткань в своей руке, которая легко впитывала жидкость. Она перевела взгляд на перчатки из дорогущего бархата.

— Мне сказали… вы мне поможете, — сдержанно ответила Фэлия, — это правда?

— Изврашенец генерал. Пара зазнавшихся офицеров. Оборзевший торговец шелка. Кажется, это все кто доставляет вам хлопоты.

Фэлия вздрогнула. Женщина не называла имен, но очевидно она в курсе всех проблем постоялого двора.

— Как вы...

— Я же должна была выяснить кому планирую помочь, — Женщина чуть наклонила голову. — Сколькими вы ещё готовы пожертвовать, чтобы остановить это?

— Но что я могла сделать… — глаза Фэлии наполнились слезами.

— Я могу, — перебила ее незнакомка, — Но мне нужна ваша безоговорочное подчинение. На что вы готовы, чтобы спасти своих девушек?

— Я... — Фэлия откашлялась, сжимая платок, — я готова на всё.

— На всё? — в голосе женщины мелькнуло что-то похожее на усмешку. — Не стоит бросаться такими словами, госпожа Лин. «Быть готовым на всё» - это очень дорого.

Фэлия сжала челюсти, внутри закипала злость на собственное бессилие.

— У меня нет выбора. Я буквально готова на всё.

— Закройте “Облачный рай”.

— Нет! - слишком резко произнесла Фэлия, — Моим людям некуда идти…

Она запнулась и уставилась в отражение своего лица в травяном чае.

— Значит далеко не на всё…

— Извините, — Фэлия поднялась и поклонилась, — на это я не…

— Сядь, — приказным тоном перебила женщина.

К их столику подошли двое мужчин и сели по обе стороны от гостьи. Фэлия медленно села на место, сжимая платок незнакомки в трясущихся руках.

— Закрывать не придётся. Я помогу. Но ты и правда должна исполнять все приказы без обсуждения.

— Я не уверена, что смогу, — голос Фэлии выдавал её волнение.

— Что ты будешь делать, если сейчас откажешься от моей помощи? Есть план?

— Я подам жалобу Главе Ордена.

Губы незнакомки снова растянулись в довольной улыбке.

— Пожары в Красном пионе, Лотосе и Птичнике, знаешь по чьему приказу были организованы?

Фэлия покачала головой, воспринимая все сплетни о причастности Главы Ордена к зачистке борделей, только как слухи. Не дожидаясь ответа Фэлии незнакомка продолжила:

— Между генералом с пятидесяти тысячным войском и десятком шлюх, как думаешь кого она выберет?

Плечи Фэлии поникли.

— Что вы хотите?

— Ты плохо слышишь или плохо соображаешь?

— Я не совсем понимаю в каких рамках могут быть ваши приказы…

— Ооо, ты оказывается просто добрая. От тебя требуется давать кров моим гостям и устроить к себе парочку моих людей. Особого отношения ни к первым, ни к вторым не нужно им просто нужен ночлег и работа.

— Как я их узнаю? — госпожа Лин имела в виду работников и гостей.

— Никак, — женщина снова улыбнулась.

Фэлия расстеряно смотрела на незнакомку.

— Я не понимаю…

Женщина глубоко вздохнула.

— Элитному борделю, который доступен только для богатеев пришёл конец. — Незнакомка ухмыльнулась, —

— Но… как я верну им деньги? — Фэлия нахмурилась.

— Это уже не твои проблемы.

— Но сперва они придут ко мне с расспросами…

— Притворись дурой, тебе же не привыкать. Не мне учить тебя.

Не ясно было восхищается или презирает незнакомка Фэлию за этот навык.

— Адрес куда им приходить я дам тебе.

— Какие у меня гарантии, что вы выполните свои условия?

Женщина чуть наклонила голову. Тени на лице от капюшона сдвинулись.

— Никаких, — её улыбка стала шире, — но есть ли у тебя выбор?

Фэлия прикусила губу.

— Я… согласна.

На стол тут же плюхнулся мешочек и звякнул монетами.

— Оплати долг генералу Сиану.

Женщина указала на одного из двух мужчин.

— Сумма тут достаточно крупная, поэтому мои люди сопроводят тебя. И будут защищать какое-то время.

Фэлия быстро спрятала увестистый мешок за пазуху.

Незнакомка поднялась и её тёмный плащ скользнул по полу, подняв облако опилок. На секунду она замерла у стола.

— Я сделаю так, — сказала незнакомка, — что он, никогда тебя не побеспокоит. Ты теперь под моей защитой.

Голос прозвучал тихо, но в нём была уверенность, которая почему-то насторожила Фэлию. Госпожа Лин нахмурилась, смотря как фигура в темном плаще растворяется в толпе. Она взяла чашку и выпила до дна. Горечь осталась на языке, но это была хорошая горечь. Горечь надежды.

***

Женщина в тёмном плаще вышла из постоялого двора и направилась к одной из десятка неприметных карет, ожидающих у задней двери здания. Дверца открылась и женщина села на свободное кресло, напротив мужчины. Она стянула капюшон и отбросила вуаль.

— Святые Небеса, каждый раз пугаюсь вашего вида, — хмуро отметил Луэр, кутаясь в плащ.

Верхнюю часть лица женщины закрывала золотая маска в виде черепа.

— У меня таких много, вам подарить? — губы женщины растянулись в улыбке.

— Всё прошло хорошо? — замминистра Мориас проигнорировал её слова.

— Да, деньги я отдала.

Женщина в маске повернулась к Луэру, и сощурив глаза, наклонилась ближе

— Защищать публичный дом неожиданное занятие для министра вашего уровня.

Мориас отодвинулся от неё так резко, что ударился затылком о стенку кареты.

— Я не лезу в ваши дела, а вы не лезьте в мои, — потирая ушибленное место, произнес он.

Женщина вздохнула и откинулась на спинку сидения.

— Спасибо вам,— добавил хмурый Мориас.

— Не стоит, — она улыбнулась и махнула рукой, — Теперь мы квиты?

— Да, — Мориас вздохнул, — Надеюсь, и вы больше не втянете меня в неприятности.

— Вас? — Женщина ещё шире улыбнулась. — Нет, вы мне уже очень помогли. Вас я больше не побеспокою.

Она постучала по окну кучера.

— Поехали, — приказала она.

Карета тронулась.

Луэр смотрел как за окном проплывали тёмные силуэты леса и гор. Где-то позади, в чайной, осталась Фэлия Лин, за которой присмотрят его люди. Тогда он закрыл счёт перед женщиной в золотой маске, но почему-то не чувствовал облегчения.

И только спустя три года увидев госпожу Лин в толпе озверевших людей, скандирующих имя преступника, он понял, что женщина в маске черепа сделала Фэлию своей марионеткой.