Эпоха зелени

Артур всё продолжал стоять снаружи, вглядываясь в темноту коридора, где только что скрылись его коллеги. Он даже не заметил, погрузившись в свои мысли, что Гобана уже нет рядом.

В помещении было ещё прохладнее, но сухо. В воздухе витал запах картона, бумаги и лёгкий «аптечный» аромат. Сбоку на каждом стеллаже висели буквы: A, B, C… Они, конечно, что-то означали, но откуда простому журналисту знать, что именно?

«Может, лекарства рассортированы по алфавиту?» – мелькнуло у него в голове.

– Гоб, ну ты что? Взял и бросил меня одного, – наконец вошёл Артур, можно даже сказать, влетел. Он обвёл взглядом комнату, вздохнул и, почесывая макушку, сказал: – М-да… И как здесь хоть что-то найти? – произнёс он то, о чём думал Рош.

Ирландец размышлял, с чего начать, пока Артур ходил между стеллажами. Вернувшись ко входу, тот заметил то, что могло облегчить им непростую задачу.

– Гобан, смотри, – он показал на столик по правую сторону от двери. – Кажется, нашёл.

– Что? – повернулся Рош.

Артур подошёл к ранее незамеченному столу, на котором лежали стопки бумаг, прошитые бечёвкой, а также стояли компьютер и принтер.

– Складской учёт, – прочёл он на титульном листе верхней стопки.

Лицо Роша озарила улыбка облегчения.

– Отлично! – Он подошёл к столу.

Артур перелистнул страницу первой попавшейся «книги». – Удивительно, что они в 2025 году ведут бумажный учёт, – добавил он.

Наверху была указана дата: 29.01.2025, и категория лекарств. Далее шла широкая таблица, длиной в страницу. Столбцы содержали всю нужную информацию: название, срок годности, серия, место хранения, форма выпуска, производитель.

– Давай быстрее, найди вчерашнюю дату, – сказал Гобан.

– Почему? Разве не надо искать сегодняшнюю? – не понял парень.

– Надо искать 22 мая. Они сегодня, по-любому, ничего не записывали – не успели, – спокойно объяснил ирландец, привыкший к периодическому «затупу» Артура Кибрика.

– Точно! Что-то я не подумал, – осознал Кибрик и быстро, неаккуратно начал листать журнал. Страницы загибались и шуршали.

Спустя несколько секунд перед ним была страница с датой: 22 мая 2025 года; под ней – «Антибиотики».

– Нам ведь нужны антибиотики? – спросил Артур.

– Да, – подтвердил Гобан, а сам в ту же секунду думал, как ему взять то, зачем он сюда пришёл, и остаться незамеченным для товарища.

«Может, хватит тайн?» – прошептал ему голос, словно из-за спины. Его собственный голос, но в то же время не его.

«Нет, не хватит. Я и так обуза для них. Если они узнают… я… я даже не представляю, что будет…» – мысленно ответил Рош своей болезни, в то время как Артур листал страницы.

– Давай, я пойду искать антибиотики, а ты можешь поискать противовирусные? – предложил Артур, и Гобан мгновенно увидел возможность.

– Давай. Здесь хранение по группе?

– Не-а, как я понял, по популярности. Парацетамол, например, хранится в А, а вот, например, глицин – в С.

– Ясно.

Если все лекарства разбросаны по стеллажам, то куда проще будет найти рисперидон или оланзапин, – подумал он.

Артур, написав на руке названия нескольких лекарств и место их хранения, пошёл на поиски, скрывшись среди стеллажей и оставив друга одного.

Оставшись наедине, Гобан долистался до антипсихотиков, посмотрел, где их можно найти, – и тут же почувствовал разочарование.

Эти лекарства хранились в сейфе С. В СЕЙФЕ! Какой шанс, что ключ будет здесь?

Он обхватил голову руками и присел возле стола на корточки.

«Какой же я неудачник! – думал он. – Почему это всё происходит со мной? Если бы мой брат был на моём месте, в моём теле, я уверен, что у него всё бы получилось». Он продолжал думать о печальном, но, подняв глаза, увидел их – ключи.

«Идиот! Только зря время потратил на жалость к себе! Почему я никогда не смотрю по сторонам?»

Он снял со стены связку ключей, на которых были наклейки, отмечающие, от какого они замка.

Быстро, стараясь больше не терять времени, он пошёл к дальней стене, где стояли высокие, старые сейфы в облупившейся зелёной краске.

Артур сидел позади стеллажа на корточках, а перед ним стояла коробка, в которой он рылся, доставая бесконечные упаковки.

Всего у стены стояло три сейфа. На каждом была наклейка, явно приклеенная очень давно; возможно, они уже совершали попытки «убежать» от сейфа, и потому их держали толстые слои прозрачного скотча.

Три сейфа и три предназначения: Наркотические препараты, Дорогостоящие препараты и Психотропные и сильнодействующие средства.

Пройдя мимо двух, он подошёл к нужному. Он уже хотел вставить ключ и открыть «шкаф с сокровищами», но его остановило непонятное явление.

Из-под дверцы сейфа, через нижнюю щель, вытекала странная жидкость, похожая на прозрачную слизь с мелкими пузырьками воздуха.

– Что это за чертовщина? – еле слышно проговорил Гобан.

«Открой», – послышались голоса, звучавшие почти злорадно.

Он нервничал, но вставил ключ, провернул до щелчка, возвестившего, что ящик Пандоры открыт. Дверца медленно подалась, и наружу хлынуло прозрачное нечто.

Глава 7

Тем временем, пока Гобан и Артур разбирались с загадкой склада, группа из Дарьи, Александра и Ефима преодолела жуткий коридор и стояла перед дверью в хранилище мертвецов.

Коридор позади заставлял нервничать троих людей, но стоя перед стальной дверью с небольшими круглыми окошками, что отделяла их от морга, они нервничали ещё сильнее.

Причина была в двери, а именно в окошке.

На небольшом, полупрозрачном стекле под светом фонаря Александра виднелся отпечаток человеческой руки, оставленный кровью, что потеряла свою былую свежесть и текучесть и засохла, становясь вестником возможного ужаса.

Александр осторожно толкнул одну из створок, и она открылась с тихим, продолжительным скрипом, пропуская лучи света в казавшуюся безжизненной комнату.

Запах формалина заполнял всё пространство. Стальные склепы, встроенные в стены, перед которыми стояли два металлических стола, тумбы и шкафы – всё это было на своих местах. Но внимание привлёк тянущийся след бордовой крови.

Группа уставилась на начало следа у своих ног и проследила взглядом за тянущейся, размазанной под чьим-то весом полосой, до самого жуткого, что могло быть в этом злополучном морге.

След крови приводил к стулу, одиноко стоящему посреди комнаты. А на нём сидела женщина, опустив голову и скрыв лицо длинными чёрными волосами. Руки безвольно опустились к полу. Когда-то белый халат был запачкан кровью.

– Господи… – не удержал в себе частицу страха, что испытывал сейчас, Ефим.

Дарья, воспользовавшись отвлечённым вниманием сопровождающих, отступила назад, стараясь быть подальше от возможной опасности.

Александр сделал шаг в сторону неизвестной, но остановился. Причиной тому стал резкий грохот металла, слышимый со стороны стальных ячеек.

Не было ни секунды с начала катастрофы, чтобы Александр не испытывал страх. Этот момент не был исключением. Он испытывал ужас, заставивший его застыть. Лишь голова его повернулась в ту сторону, откуда был слышен ужасающий звук.

«Что это было?» – способен он был общаться только мысленно.

Он был не уверен и очень хотел ошибаться, но звук был изнутри ячеек.

Ещё удар. И ещё один. Сомнения пропали. Звук был из металлических камер.

Ефим попятился назад, но дорогу преградила женщина, что пришла с ними. Он столкнулся своей спиной с её грудью. Он развернулся и попытался обойти её, но она продолжала блокировать путь.

– Что вы делаете? Пропустите! – начинал нервничать всё сильнее Ефим.

– Смотри, – лишь спокойно сказала она, кивая за спину Ефима.

Он медленно повернулся и увидел сцену из фильмов ужасов.

Александр всё продолжал стоять, не в силах пошевелиться. Грохот становился всё интенсивнее, и промежутки между ударами становились всё короче. Женщина, восседающая на простеньком стуле, зашевелилась: начали резко дёргаться пальцы, изгибаясь в неестественных положениях; затем она сползла со стула, падая на колени и выгибая спину.

Инстинкты Александра начали вопить так, что ужас ушёл из ног в руки, и он крайне медленно начал пятиться назад в сторону Ефима.

Мысли убежали от них.

Ситуация напоминала тот самый случай, когда человек убегает по рельсам от мчащегося в его сторону поезда, и никто не понимает, почему он просто не уйдёт с рельсов. Ефим и Александр нашли ответ на этот вопрос. Хорошо было бы, если бы не на собственном опыте. Всё было очень просто: ужас затуманивал мысли, адреналина становилось в крови так много, что только инстинкты заставляли двигаться.

Неуклюже женщина вставала на ломаные ноги, похожие на два знака «<».

Резко она обернулась лишь головой и смотрела пустым взглядом на Александра. Пустым, мёртвым взглядом, словно сквозь него. Но Александр чувствовал, что это «чудище» смотрит именно на него.

Чудище разинуло рот, словно чёрную дыру, и с ужасающим криком, что исходил из её уст, из её широкой пасти выползли склизкие, зелёные тентакли-лианы.

Предел ужаса был достигнут, и Александр рванул с места в сторону выхода, но путь продолжала преграждать Дарья.

– Уйди! – крикнул он ей, но она не двигалась. Ефим пытался обойти её, но попытки были безуспешны. Казалось бы, она была хрупкой девушкой, но не стоит судить книгу по обложке.

Александр присоединился к попыткам Ефима. Под дикий ор они пытались оттолкнуть её, но лишь одним движением Дарья толкнула их вперёд с невероятной силой, поразительной при её телосложении.

Ефим Уваров и Александр Покровский лежали перед хрупкой девушкой Дарьей, врачом в хорошей больницы Хабаровска, и наблюдали, как она разинула свой рот, подобно неизвестной, и из него выползли длинные, поблёскивающие влагой, зелёно-бордовые щупальца.

Глава 8

Из старого сейфа вытекала непонятная слизь. Небольшие коробки, что стояли там, были пропитаны влагой. Гобан стоял и испытывал стресс.

Опасаясь всякой возможности того, что слизь ядовита или может запросто заставить мясо отделиться от кости, он начинает рыться в нутре старого металла.

Коробка с рисперидоном пуста. Сертиндол – тоже пусто. Оланзапина – ни единого грамма. Золпидем имелись, но они были ему совершенно не нужны.

Таблетки от тревожности, антидепрессанты, снотворные стояли влажные, но не тронутые – в отличие от тех, что могли облегчить жизнь Гобана.

«Куда они делись!? Куда всё пропало?!» – нервно рылся он, но ничего не нашёл.

«Может…?» – неожиданно, будто в его разум поместили идею, он двумя пальцами зачерпнул немного слизи и попробовал на вкус, игнорируя всякие протесты организма, что хотел выплюнуть утренний перекус.

«Это они… Лекарства, их что-то растворило…» – почувствовал он горький и такой знакомый вкус лекарств, что он принимал много лет.

Было очень странно то, что именно те лекарства, что были способны заглушить голоса, пропали – ну или стали этой непонятной субстанцией.

«Они были тебе не нужны»; «Без них тебе лучше» – послышались голоса, которые слышны были только ему. Они будто высмеивали его.

Гобан начал что-то подозревать. Что стало с их интонацией? Что-то изменилось в самох голосах. С самого утра голоса в его голове старались отговорить его от употребления таблеток – чего раньше они не делали. Раньше они были просто болтовнёй на заднем плане, и тем более шёпоты не были столь странными, ехидными.

Одна единственная мысль, леденящая и нелепая, появилась в его голове: возможно, они как-то связаны со слизью?

– Здесь очень жутко, у меня вся спина в мурашках, за мной будто кто-то постоянно наблюдает, – вышел из стеллажей Артур с коробкой в руках и высказал свои мысли, которые продолжали крутиться всё то время, что они провели здесь.

– Что это? – спросил он, увидев за Гобаном что-то непонятное в сейфе.

Глаза Роша забегали, выглядел он нервно, словно в его комнату зашла мама в самый неловкий и неподходящий момент.

«Ему не стоит знать, он слишком глуп чтобы понять».

«Почему? Что он не должен знать? Что я псих? Что таблетки стали слизью?» – ответа он не получил и принял решение прислушаться и сказать как можно меньше. Хоть он и был его другом.

– Я не знаю. Это вытекало из сейфа, и я решил взглянуть.

– Ё-моё, что это такое? – подошёл он ближе.

– Без понятия, – сказал Гобан, хотя знал, что оно было тем, ради чего он оказался тут.

– Лучше не будем трогать, оно может быть ядовито, – сказал Артур то, что Гобану не пришло в голову. А ведь он мог как минимум отравиться. – Надеюсь, из этого нам ничего не нужно.

«Если бы. То, что мне было нужно… пропало» – пронеслись едкие мысли у Роша.

– Ты закончил с антибиотиками? – решил сменить тему Гобан, во избежание большего числа вопросов со стороны Кибрика.

– Вроде да, – посмотрел он в коробку в своих руках. – А ты?

– Почти, – соврал ирландец, от чего почесал макушку русых волос. – Пойду закончу.

– Ага, я тогда за следующим списком, – от неудобных габаритов переставлял он руки на коробке.

Гобан поспешил скрыться среди стеллажей. Из-за лжи он чувствовал себя как будто украл украл деньги у родителей, но это было не чувство вины, а страх быть пойманным и наказанным.

Врал он не очень хорошо. Прогуливал он занятия в институте по лжеговорению. Простую ложь вроде: «Не, мам, я не курю», – давалась ему легко, но ложь, про которую приходилось постоянно помнить, была очень сложна. Он начинал путаться в показаниях, и вследствие чего выступали явные признаки лжи внешнего характера: холодный пот, бегующие глаза и иногда заикания.

Он вернулся к журналу, запомнил несколько мест, где, он надеялся, должны были быть противовирусные. Большая их часть находилась на стеллажах под буквой «А». Гобан нашёл коробку, что валялась в стороне, и складывал туда всё то, что казалось нужным.

Спустя немного времени, Рош и Кибрик собрали неплохое количество коробочек и пакетиков, как из коридора послышался страшный крик, что пробрал до дрожи.

Они слегка подпрыгнули от неожиданности и молниеносно повернули головы в сторону звука.

– Что это было? – спросил Артур, поднимаясь с корточек.

– Не знаю, надо посмотреть, – он и Артур вышли из длинных рядов и пошли к единственной двери, что вела в коридор.

Они переглянулись. На лицах обоих читалась нерешительность и молчаливый вопрос: «Может, лучше спрячемся?» Но всё же они выглянули, не выходя из более или менее безопасного места, и всмотрелись в тьму, но ничего не было видно. Была лишь тьма, окутанная влагой жуткого подвала.

«Прячься», «Твои друзья уже мертвы», «Бедный Александр, он начинал мне нравиться» – перешёптывались тихие, но саркастичные голоса в разуме Гобана Роша.

Глава 9

«Что за чертовщина!?» – подумал Александр, лёжа на полу перед когда-то знакомой девушкой. Сердце колотилось со страшной силой, пытаясь покинуть грудную клетку. Кровь быстро циркулировала по венам, принося и тут же унося идеи.

Ефим лежал рядом с ним, бледный, словно сама смерть. Пока Покровский пытался придумать, как им сбежать, тот уже смирился с гибелью: «Ну вот и всё, конец». А что ему ещё оставалось? Они были зажаты между двумя монстрами, и вот-вот могли появиться другие – из стальных ячеек, из которых продолжал доноситься грохот. Оставалось надеяться на чудо – на то, что высшая сила всё же существует и сжалится над двумя людьми.

– Эй, всё в порядке? – из коридора послышался приглушённый расстоянием голос Артура. Вот оно – то самое чудо, на которое надеялись мужчины на грани смерти.

В ту же секунду Дарья оборвала отвратительный крик, втянула отростки и закрыла пасть. Её голова повернулась в сторону звука. На лице застыли лишь холодность и кровожадность.

Чудище позади них наклонило голову набок, выражая любопытство. Оно ещё не слышало подобных звуков.

– Эй! Саш… Ефим…! – ещё раз позвал Артур, не услышав ответа.

Грохот прекратился, остался лишь звук быстрого дыхания.

Дарья медленно повернула голову обратно и посмотрела на девушку-чудище. Она смотрела на неё многозначительно, будто они общались телепатически. Вторая перевела взгляд с Дарьи на двоих на полу. Сама Дарья развернулась и неторопливым шагом покинула морг, скрываясь в темноте коридора.

«Ебать! Она пошла за Артуром и Гобаном… они должны бежать. Что делать? Они не знают, что она такое». Мысли проносились в голове Александра. Нечто очень опасное двинулось к двум ничего не подозревающим людям, а он ничего не мог сделать. И вот-вот их самих могли убить.

Словно на реактивном топливе, его мозг пытался придумать, как спастись и предупредить друзей.

«Что делать? Что делать?» – спрашивал он себя в надежде, что если много раз задать вопрос, обязательно появится ответ. «Может, наброситься на неё и дать возможность убежать Ефиму? Нет, идиотская затея. Мы вдвоём не смогли сдвинуть Дарью и на миллиметр, да и он далеко не убежит – его сразу схватит вторая. Так что же мне делать?»

Тело и разум Ефима начали покидать былая тяжесть страха, и он смог снова пошевелиться. Медленно, почти незаметно для невооружённого глаза, он повернул голову к Покровскому и тем привлёк его внимание. Они смотрели друг на друга, не произнося ни слова, задавая один и тот же вопрос.

«У тебя есть план?» – спросил Ефим бровями и глазами.

«Нет, а у тебя?» – ответил Саша, прикрыв глаза и совершив те же жесты, что и его товарищ.

«Нет».

~ Гобан и Артур ~

Беспокойство и чувство, что что-то пошло не так, усиливалось между Гобаном и Артуром. Дважды они кричали в темноту коридора, надеясь услышать ответ от троих, с которыми пришли сюда, но в ответ была лишь тишина.

– Почему они не отвечают? – тихо спросил Артур, боясь нарушить гробовую тишину.

– Я не знаю. Может, они закрыли двери и просто не слышат нас? – предположил Рош.

– Вряд ли. Саша бы никогда не перекрыл путь отхода по собственной воле, – сказал Кибрик, после чего между ними повисла секундная тишина.

«Прячьтесь, они идут за вами», «Глупцы, надо было сидеть тихо», – говорили голоса об надвигающейся опасности со стороны женщины, что стала монстром и сейчас шла на звук двух ничего не подозревающих мужчин.

– Пойдём, посмо… – не успел договорить Артур, как его под руку потянул испуганный Гобан, решивший не рисковать и послушать голоса. Он затащил его внутрь, к сейфам.

Фонарики упали на пол, и лучи света метались в разные стороны – в сторону коридора и на один из стеллажей.

– Что ты делаешь? Отпусти, – пытался вырваться слегка испуганный резкой переменой в друге Артур. Когда они оказались у трёх старых сейфов, ему удалось высвободить руку. – Гобан! Что случилось? – Но друг не обращал на него внимания, занятый поисками какого-то ключа в бренчащей связке. Кибрик дёрнул его за руку, в которой тот держал связку; та упала, но ему удалось привлечь внимание. Глаза Гобана, излучающие страх, посмотрели на него. – Гоб, что случилось?

– Нам нужно спрятаться. Оно идёт за нами, – сказал он и тут же поднял связку. Первым попавшимся ключом открыл второй сейф с надписью «Наркотические препараты». Он вытащил из него полки (когда-то кто-то смастерил их из ДСП), положил рядом и затолкал туда Артура.

– Тихо, – приложил он палец к губам и прикрыл сейф так, чтобы оставалась лишь небольшая щель.

Тесное пространство давило на Артура. Мгновенно ноги и спина начали затекать. «Будь он чуть ниже, было бы гораздо удобнее, – подумал он. – Чёрт, как тесно… Спасибо, блять, папа, за рост».

Сам Гобан залез в уже открытый и почти пустой сейф, который был весь в слизи. Так же вытащил полки и прикрыл металлическую дверцу.

Металл сейфа был ледяным и пах ржавчиной и старыми лекарствами. Гобан чувствовал, как слизь пропитывает его одежду – холодная, липкая, с горьковатым запахом таблеток. Его таблеток. Тех, ради которых он готов был рискнуть.

Через несколько секунд послышались шаги.

На склад вошла Дарья. Она встала недалеко от прохода и оглядывалась в полной темноте.

В небольшие щёлочки из сейфов подглядывали двое.

«Это же Дарья», – узнал фигуру Артур, но, несмотря на это, решил, что лучше продолжать прятаться. На всякий случай.

«Она опасна», «Не верь её безобидной внешности», «Она гидра в овечьей шкуре», – не унимались голоса, трубя тревогу. Но Гобан не очень понимал, что с ней не так.

Не увидев источника звуков, монстр, скрывавшийся за безобидной внешностью хрупкой девушки, показал себя. Она запрокинула голову и выпустила из разинутого рта десяток щупалец. Они извивались, будто щупая воздух.

«Господи, что это?» – был шокирован зрелищем Артур. «Но как Гобан узнал?» – не понимал он. Не было никаких причин предполагать, что кто-то шёл в их сторону. Как Рош мог узнать?

Недолго Дарья продолжала стоять, уставившись в потолок разинутой пастью, из которой извивались щупальца. Гобан не понимал, почему она просто стояла на месте. Может, эти щупальца обладали некой эхолокацией?

Появлялось всё больше вопросов, а ответов и вовсе не было.

«Когда же эта тварь уйдёт?» – нервничал Гобан, боясь того, что эти мерзкие щупальца способны почувствовать его и Артура в кромешной тьме за слоем старого металла.

«Оно не сможет увидеть тебя, оно достаточно глупое, чтобы догадаться, что вы спрятались в стальном ящике», – говорили голоса.

Голоса хоть и имели свои отличия: то мужской бас, то женский шёпот, то старческая хрипота, – но Гобану что-то подсказывало, какое-то предчувствие, что они были чем-то единым. И поэтому он обращался к одному, единому голосу.

«Откуда вы знаете?»

«Мы много чего знаем…» – по затылку Гобана пробежали мурашки. Ответ прозвучал как-то… жутко, будто за ним наблюдают тысячи глаз. Не в первый раз ему так казалось.

Гобан решил отвлечься от голосов в своей голове и вновь смотрел на чудище, которое до сих пор продолжало так же стоять и прощупывать воздух своими щупальцами.

«Что это за щупальца такие?» – обратил он внимание на странный вид щупалец, который с трудом разглядывал.

«Это «рюкс» – растительные щупальца зимоксов».

«Зимокс? Рюкс? Что это всё ещё такое? Откуда в моём подсознании эти странные слова?» – не понимал он.

Гобан опустил голову на холодную металлическую стенку, и ухом случайно задел влажную слизь, от которой ему стало противно. Но пошевелиться, чтобы вытереть влагу, он боялся.

Теснота металла не позволяла двигаться. Малейший звук мог привлечь нечто.

«Хах, ты до сих пор думаешь, что ты болен?» – спросили голоса с небольшой, недоверчивой усмешкой.

«Я начинаю в этом только убеждаться».

«Пф, ну и дурак», – голоса звучали недовольно. Что-то не устраивало их в единственном человеке, способном их слышать.

«Вы всего лишь голоса в моей больной голове».

«Разве? Ты сам в это хоть веришь?»

«Я шизофреник… я даже не знаю, во что верить… возможно, сейчас я лежу в психушке и это всё лишь галлюцинация». Гобан хотел было начать биться головой в попытке выгнать голоса из головы, но память его ещё не покинула. Он не мог позволить себе забыть, что чудище ищет его и Артура.

«Гобан Рош, ты не шизофреник, и ты знаешь это, но отказываешься в это верить. Мы не способны понять тебя… но возможно, ты как человек чего-то там боишься».

«Боже… Да что вы такое?» – почти взвыл он мысленно. Как же он запутался, он перестал уже что-либо понимать. Сколько он себя помнил, он глотал таблетки и слушал, как его родители говорили ему, что он сумасшедший. А сейчас голоса, та самая шизофрения, пыталась убедить его, что он не псих.

«Хах… Голоса пытаются убедить меня, что у меня нет голосов в голове», – он печально улыбнулся всей абсурдности ситуации.

Дарья наконец зашевелилась. Щупальца втянулись, и она опустила голову. Она развернулась в сторону двери и уже была готова уходить…

– Апчхи! – Не сдержавшись, громко, словно выстрел в тишине, чихнул Артур и отчего слегка ударился головой о металлическую дверцу. Дверца открылась медленно, со скрипом, который в тишине прозвучал громче любого крика.

Артур был на виду. Не было ни единого шанса, что монстр его не заметит. Так и оказалось – Дарья посмотрела прямо на него.

Глаза её стали стеклянными, рот разинулся со страшным криком, и мерзкие, влажные отростки вновь вырвались наружу, извиваясь в воздухе.

– Чёрт, – тихо сказал Артур, понимая, что сделал глупость. Пот мгновенно образовался на лбу парня, раскрывая его уже не сокрытый страх.