Эпоха зелени

Александр начал сгибать ногу под себя, перенося центр тяжести. Ефим подражал ему.

Человеческий организм – это механизм, отличающийся от животного гораздо больше, чем может казаться. Он был непредсказуем. Он был слабым. Животный организм непрестанно эволюционирует. А человеческий? Нет. Он деградирует.

Мы перестаём использовать мышцы, отчего они атрофируются или со временем ржавеют, как старый металл, о котором забыли. Люди хотят лишь облегчить себе жизнь новыми технологиями и вовсе перестать двигаться, но они даже и не думают, чем это чревато.

Мышцы на ноге Ефима зашевелились в непроизвольном танце, называемом судорогой. Боль окутала ногу. Он упал, схватился за ногу и взвыл от боли.

Александр не смел поворачивать головы. Краем глаза он увидел падение своего друга. Ему стало страшно. Он зажмурился.

По комнате эхом раздались отвратительные звуки чавканья.

«Не может быть! Только не это!»

Ему надо было убедиться. Также медленно он повернул голову на звук и открыл глаза.

Монстр склонился над Ефимом, щупальца его разрывали плоть друга. Металлический запах крови заполнил всё пространство.

Куски, сочащиеся кровью, оно запихивало в пасть. Кровь растекалась по белому кафелю, струйкой приближаясь к Покровскому.

Его друг и товарищ был мёртв.

Слеза покатилась по его щеке. Он не мог ничего сделать. Опять.

Его друг умер, а он ничего не мог сделать.

Но он мог спастись сам. Его друг спас его, пожертвовав собой.

Монстр был отвлечён, и Покровский больше не мог медлить. Он вскочил, слегка поскользнувшись на красном источнике жизни, и побежал в коридор. Монстр никак не отреагировал на его побег, полностью отдавшись пиршеству.

Он бежал. Сердце эхом отдавало в уши. Ноги скользили на приставшей к подошве крови.

Коридор чувствовался длиннее, чем был на самом деле.

Перед глазами стояла яркая картина тела Ефима – растерзанного, разорванного, мясо, отделённое от кости.

Пелена воспоминаний не позволила ему увидеть фигуру, выбежавшую в коридор, с которой он столкнулся.

Оба упали. Это оказался Артур. Паника отражалась на его лице.

Кибрик, будучи в темноте, узнал Покровского и, вскакивая на ноги, схватил его за руку и побежал к выходу из подвала, крича:

– БЕЖИМ!! ЭТА СУКА СОЖРЁТ НАС!! – Бежал он, таща Александра за собой, даже не оглядываясь. Он от сильнейшего адреналина и вовсе забыл про остальных товарищей, пришедших с ними.

Они выбежали на лестницу и захлопнули дверь. Казалось, они были в безопасности. Парень облокотился о дверь всем телом, как бы баррикадируя, но не было ни единого признака преследования монстрами.

Учащённое дыхание – и только. Больше никаких звуков.

– А где… Гобан? – спросил Покровский с прерывистым дыханием.

Артур замер.

«Гобан… ГОБАН! Как я мог забыть о нём!?»

Он повернулся к Александру и тихо произнёс:

– Он… Он… – не хотел признавать свой трусливый эгоизм.

– Артур, где Гобан? – с большим напором спросил Покровский.

– Он… остался там.

– Как?.. Что?.. – не мог выбрать подходящий вопрос.

Артур сполз вниз по двери, садясь на холодный пол.

– Эта тварь пришла… мы спрятались в сейфах… потом… я чихнул и убежал… – коротко рассказал он. Ему было стыдно, что он бросил друга там одного.

Саша даже не знал, что сказать. Он не мог понять, как так получилось?

Его рот то открывался, то опять закрывался в попытке подобрать нужные слова. Вроде он должен был подбодрить парня, сказать, что он ни в чём не виноват. Вроде он должен был узнать больше деталей. А вроде должен был рассказать о Ефиме.

Но Артур обогнал его и спросил:

– А где Ефим?

И опять он рылся на складах словарного запаса. Нужно было сказать. Не было такого варианта, чтобы избежать темы или сказать, что с его лучшим другом всё в порядке. Он должен был сказать всё как есть – и пусть что будет.

– Ефим, он… – Он сделал глубокий вдох, набираясь мужества. – Его больше нет.

– Ч-что? – из глаз Артура хлынули слёзы. Он чётко расслышал, что сказал Саша, но не мог так просто поверить. Он обнял колени и уткнулся в них лицом.

Саша сполз по стенке и тоже уселся на пол.

– К-как это с-случилось? – приглушённый коленями, всхлипывающий и заикающийся парень спросил.

– С нами было ещё одно чудище… нас опрокинули на пол… мы начали медленно вставать, оно не замечало наших движений, но… у Ефима свело ногу, и он упал, и тогда… оно набросилось на него… мне жаль. – Крупная капля скатилась по его щеке и запуталась в щетине.

Грусть от потери товарища заполнила их сердца. Они сидели, каждый в своих мыслях, пока Артур не нарушил молчание:

– Гобан всё ещё там. – Тихо сообщил он в попытке отвлечься.

Саша вытер слёзы, а вместе с ними отогнал воспоминания о кровавом месиве.

– Надо что-то делать. Надо вытаскивать его оттуда.

– Как? Эта ёбаная тварь стоит там. – не сдерживался в выражениях Артур. Все его чувства выражались в матерных словах. Сопли, стекавшие ручьём, он вытер об рукав, оставив неприятное, влажное пятно на клетчатой рубашке малинового цвета.

– Мы можем отвлечь эту тварь, а Гобан выберется, – предложил Саша, но Артуру план совсем не нравился.

– Тогда она сожрёт нас. Там некуда бежать.

– Тогда может… – Покровский хотел предложить ещё один план, но его прервал стук в дверь.

*Тук-тук*

Они переглянулись.

Артур встал, приложил ухо к двери и прислушался.

*Тук-тук*

Снова послышались стуки.

– Откройте, это я, Гобан. – за дверью отозвался их друг, который должен был сидеть запертым в сейфе под охраной монстра.

Глава 12

Немного ранее.

Артур выбежал из сейфа, удивительным образом обходя тянущиеся растительные щупальца, что были в миллиметре от того, чтобы схватить его. Странно было то, что больше Дарья не предпринимала попыток схватить убегающего в панике парня. Он убежал, а щупальца монстра снова втянулись в пасть, но не полностью, оставляя около двадцати сантиметров отвратительных, извивающихся отростков.

Гобан остался стоять в железном ящике, что с каждой секундой всё больше напоминал гроб.

«Не шевелись, оно чует нас» – наставляли его голоса.

Казалось бы, его друг вот-вот, казалось бы, погибнет, но Гобан думал совершенно о другом. Ему было интересно то, с чем он жил всю свою сознательную жизнь:

«Нас? Помоему оно чует тоько меня» – хотел уточнить парень. Каких «нас» имели в виду таинственные голоса, что говорили, словно позади него, шепча на ухо?

«Тебя и нас, Гобан» – от этих разъяснений у него появлялись только вопросы. Слишком уж загадочно они ведут беседу. Почему эта тварь чует их, тех, кого по сути и не было?

Не успел он задать вопрос, как уже получил ответ:

«Гобан… Мы называемся Дакрамы, а то, что поселилось в теле так называемой Дарьи – это Зимоксы. Они часть нашего мира. Мы словно страны на одном континенте. Мы похожи, у нас одни цели, но разные способы её достичь. То, что ты наблюдал на улице, то, что поглотило ваш город – это всё часть нас». – Говорили голоса шокирующие вещи, от которых Гобану стало не по себе.

«Как?.. Но вы убиваете людей… моих друзей…» – он был шокирован. Как голоса в его голове могут быть связаны с катастрофой?

Глаза его бегали по стальным стенкам, словно там он мог найти ответы.

«Мы растения, хоть и разумные. Дай нам солнце и воду – и мы будем расти, но… мы не можем брать энергию только из этих источников. Нам нужна энергия жизни. Без неё Зимоксы будут сильнее…» – они сделали паузу, как бы давая Гобану переварить информацию. Говорили они спокойным, почти нежным тоном.

«Вы сказали, что преследуете одну цель. Какую? И чем вы вообще отличаетесь от них? И вообще, причём тут я?!» – одним потоком он выплеснул вопросы.

Ответили они не сразу, выдержав паузу в пять секунд. Возможно, чтобы Гобан немного успокоился. Ведь эмоции сейчас очень опасны, когда от монстра его отделяет лишь тонкий металл.

«Как мы сказали тебе ранее, мы отличаемся нашими методами. Они более жестоки. Они не остановятся ни перед чем. Неважно, сколько жизней им придётся отнять, сколько территорий разрушить – они готовы даже пожертвовать целой планетой. Цель… – они сделали паузу, наверное подбирая понятные слова для Роша. – Наша цель – вернуть своё».

«Своё?»

«Гобан… Эта планета – наша. Мы появились задолго до вас. Намного раньше».

«Что? Подождите, я не понимаю». – Гобан действительно не понимал. Он не помнил, чтобы хоть один человек упоминал, что встречал разумные растения. Конечно, говорили, что якобы у растений есть душа и чувства – в основном чтобы подшутить над веганами. Но чтобы настолько… Разве планета не принадлежит человечеству?

«Насколько нам известно, в вашем образовании имеется теория, что когда-то давно на нашей планете жили динозавры. Так это вовсе не теория, а чистая правда».

«Что? Вы хотите сказать, что вы прямиком из эпохи динозавров?»

«Да».

«Если вы существуете так давно, то почему люди ничего о вас не знали?»

«Нам пришлось уйти в так называемую спячку. Мы были на грани уничтожения метеоритом, что прилетел из космоса с целью погубить всё живое, но мы скрылись в самой безопасной точке – ядре».

Теперь всё стало ясно. И как ирландский парень сразу не догадался, когда речь зашла про динозавров? Голоса ответили на два заданных вопроса, но остался ещё один – самый главный вопрос.

«Но при чём здесь я?»

Рош даже стал нервничать. Ведь ответ мог быть не самым приятным, а может, даже таким, что он просто не сможет с ним жить.

Он чувствовал, что они не хотели ему отвечать. Будто, услышав ответ, он выскочит из укрытия и со словами «Я лучше умру!» прыгнет в щупальца монстра.

«Наш милый Гобан… – начали они нежным голосом, таким, когда мама утирает слёзки у своего малыша, который споткнулся и упал. – Ты очень особенный. И не в том смысле, в котором думали твои родители. Ты очень ценен для нас. Ты – кусочек нас. Небольшой, но очень ценный. Мы были с тобой с самого рождения… Хотя нет. Это ты был с нами с самого начала».

«Что?» – говорили голоса непонятными метафорами, и он ничего не понял. Да и почему они были так добры к нему и говорили такими сладкими словами, от которых может слипнуться в одном месте?

«Когда-то давно, но не очень давно, а именно в день, когда твои родители провели замечательный вечер в компании друг друга, от нашего разума откололся фрагмент, который стал самостоятельной личностью и, пройдя большое расстояние, слился с утробой человека.

Фрагмент рос и развивался, приобретая очертания человека. Появившись на свет как человеческое дитя, он приобрёл имя „Гобан Рош“. Всё было хорошо. Он рос обычным парнем, пока нам не стало ясно… что фрагмент не смог отделиться от общего разума».

Гобан был готов услышать что угодно, но не это. Как такое могло случиться с ним? Как этот фрагмент мог быть им? Ему просто не верилось в это. Хотя это имело смысл и многое объясняло.

Давно с ним произошёл один случай, когда он учился в средней школе. Уже тогда у него имелся диагноз – шизофрения. У Гобана был друг, у которого отсутствовало всякое чувство самосохранения. Только сейчас Гобан понимал, что он был просто тупым и страдал СДВГ. Жили они через два дома друг от друга в том районе, где стояли частные дома. Со школы они любили идти не самыми стандартными путями, а именно через лес, где люди почти не ходят.

Там присутствовала особая атмосфера. Двум мальчишкам казалось, что там им можно делать что угодно и никто об этом никогда не узнает.

В один из дней они как всегда шли по тому пути. На улице был сентябрь, и зелень только начала менять свой окрас и увядать.

– Ну так вот, дед мой привёз целую гигантскую тушу оленя, – рассказывал очередную увлекательную историю его друг.

Увлечённые историей, они совсем не смотрели куда шли. Казалось бы, дорога, по которой они ходили постоянно и которая существовала очень много лет… Дорога обвалилась.

Под ногами парней образовалась гигантская яма. Земля, словно шипя, осыпалась с краёв, расширяя свои владения.

Ребята даже не успели издать ни звука, когда неожиданно провалились в ловушку природы.

Они начали кричать, зовя на помощь:

– Помогите!

– На помощь! Кто-нибудь!

Казалось бы, куда ещё глубже? Яма была высотой с взрослого мужчину роста выше среднего, но яма становилась глубже. Что странно: под другом Гобана земля оставалась твёрдой, устойчивой, а под Гобаном земля была словно зыбучие пески. Ноги его стали проваливаться.

– Марк… – так звали его друга. – Кажется, я проваливаюсь. – Гобан почувствовал своё неустойчивое положение и как ноги начала заключать в свои объятия прохладная земля.

– Чего? – Марк посмотрел сначала на свои ноги, которые всё также стояли на твёрдой земле, потом на ноги своего друга. И правда: ноги Гобана медленно погружались.

– Гоб, ты проваливаешься!

Когда Рош услышал, что Марк наблюдает то же, что и он, у него появилась паника. Он пытался выбраться, вырвать ноги из крепкой хватки. Но прохладная и влажная земля начинала держать его сильнее и затягивать ещё быстрее.

Марк пытался помочь, вытянуть за руки, но безуспешно. Рош был погружён уже по пояс.

– Помогите! – панически кричал Марк. Ему уже было всё равно на то, что они застряли в яме. Его беспокоил лишь друг, которого не переставая затягивало, пока он стоял на сравнительно твёрдой и устойчивой земле.

– Гоб, держись… – тянул Марк друга изо всех сил.

Лицо Гобана сменило эмоцию с ужаса на более высокую ступеньку данной эмоции.

– Марк, помоги! Меня что-то схватило за ногу.

Резко, рывком он ушёл под землю по подмышки, из-за чего закричал в ужасающем страхе.

На своё счастье, двух орущих мальчишек услышал мужчина, который шёл с работы домой. Мужчина подбежал со словами:

– Что здесь происходит?! – спрашивал он так, будто ожидал, что там всего лишь дерутся дети, но, увидев всю истинную картину, ужаснулся.

– Как так случилось? – спросил он, оглядывая округу на предмет того, за что можно было вытянуть Гобана.

– Не знаю… Мы шли… и провалились… а он… начал проваливаться… – объяснял Марк, плача и шмыгая текущим носом. Он был рад, что хоть кто-то пришёл на помощь и спасёт Гобана.

Мужчина нашёл длинную и более-менее толстую палку, один край которой подал ирландскому мальчишке.

– Хватайся, – приказал мужчина.

Но Гобан не собирался отпускать руки своего друга, чувствуя стальную хватку чего-то на своих ногах.

– Я боюсь… – плакал он.

– Не бойся, парень, хватайся. А ты, – мужчина обратился к Марку, – хватай его за руки. Крепко. Не отпускай.

Гобан в тот момент сумел подумать, что иного выхода нет и стоит довериться двум людям, которые намерены спасти его. Он отпустил одну руку и схватился ею за палку. Он переместил и вторую руку, и тогда Марк схватил детской, стальной хваткой за куртку парня по грудь в земле.

– Хорошо. Теперь на счёт три тянем. Парень, ты только держись…

Мужчина схватился поудобнее и под обратный отсчёт:

– 3, 2… 1. Тащим. – Потянули с Марком Гобана на себя.

Медленно Рош начал выбираться, но он начинал чувствовать, как что-то пытается взяться поудобнее за его ногу.

Но не успело – и его вытащили из зыбучей ямы.

Мужчина, что оказался в нужный момент рядом, отвёз мальчишек в больницу.

Сейчас Гобан начал понимать, что это было. Ведь не просто так в тот самый страшный момент в его жизни голоса говорили страшные для его молодого ума слова: «Отпусти… отпусти его и вернись к нам…».

Но отпустить руку, что намеревалась спасти его, он не мог. Ведь тогда ему казалось, что там была его верная смерть. Там, в холодной и мокрой земле, что насильно тащила его к себе.

«Гобан… – голоса вывели его из задумчивости. – Мы понимаем, что это всё большой шок для тебя, но нужно выбираться отсюда. Зимокс начинает двигаться, и это плохо.»

Дарья и вправду начала двигаться. Голова её раскачивалась из стороны в сторону, будто выполняя некий ритуал. Он слышал, как хрустели её позвонки. Твёрдыми шагами, медленно, она приближалась к его укрытию.

Парень задержал дыхание. Тело его, которое и без того ныло, замерло, и кровь, словно перестала перемещаться по организму.

Что делать, он не знал. Может, взять пример с Артура и просто бежать? Нет. Это не сработает. Голоса говорили, что они чувствуют его, что они что-то хотят от него.

«Что мне делать? Бежать?» – решил спросить у Дакрамов, надеясь на их помощь. Он знал, что они смогут найти решение.

«Гобан, ты часть нас, и поэтому ты способен справиться с ней».

«Что? Что за бред? Как я могу справиться с этой тварью?» – Он не понимал, почему они так сильно верят в него. Он слегка опустил голову, посмотрел на своё тело, проверяя. Может, за это время он накачал мускулы и просто не заметил? Нет, он всё такой же дохляк. А может, у него выросли некие щупальца, способные поднимать тонны не напрягаясь? Он отодвинул край своей рубашки в районе пупка. Да нет, щупалец не было. Так каким боком он мог справиться с ней?

«Закрой глаза…» – Он послушно закрыл. – «Хорошо, а теперь попробуй увидеть внутри себя большой светящийся шар…»

Он пытался, но видел лишь темноту. Да и какой ещё шар? Они что, решили повторить сцену из фильма, который он смотрел месяц назад?

«Сосредоточься, ты должен верить».

«Да во что я, и я должен верить-то?»

«В себя, конечно».

Гобан немного опешил. Он не верил в себя? Как он мог не верить в себя? Но, немного задумавшись, понял: они были правы.

И он попытался исправиться.

«Я в себя верю. Я всё могу. Я способен на большее» – решил применить метод самовнушения, ну или, как говорят, мантру.

Не сразу, но через несколько повторений он начал верить. Почти. Но и этого хватило.

Тьма за его закрытыми веками рассеивалась, открывая нечто новое, чего раньше не было. Дыхание его стало ровным, сердце стучало медленно, размеренно. Само время замедлилось, давая пространство для открытий.

Он заглянул внутрь себя. Небольшой огонёк светил ярким, зелёным цветом жизни. Свет источал умиротворение, комфорт.

«Что это?»

«Это твоя сила».

«Моя сила? Она такая…» — он хотел подобрать подходящее слово.

«Комфортная?»

«Да…»

«Мы чувствуем то же самое… Прикоснись к ней, почувствуй её. Она была с тобой с самого начала. Эта сила – это мы, это ты».

Тело его продолжало стоять, но душа тянулась к свету.