Никто не жалел меня

Наёмники позади него крепче сжали оружие.

— Может, хватит тянуть?

Его голос опустился почти до шёпота.

— Мы долго ещё будем стоять здесь и смотреть на вашу нерешительность?

Он усмехнулся.

Холодно.

Жестоко.

— Или вы всё-таки докажете, что способны переступить через собственные принципы?

Леон предупредил комиссара в последний раз.

Но Исаак даже не дрогнул.

Будто уже принял решение.

Будто был готов идти до конца.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

А потом всё рухнуло.

Раздался первый выстрел.

Крики.

Команды.

Люди бросились в разные стороны.

Леон рванулся вперёд, пытаясь выдернуть Элиану из рук комиссара, но в суматохе та снова оказалась под защитой полиции.

— Элиана!

Леон дёрнулся ещё раз.

Чьи-то руки схватили его за плечи.

— Уходим!

— Отпусти меня!

Это был Виктор.

Он буквально заталкивал его в машину.

— Элиана! Как мы ее заберём?!

Леон попытался вырваться.

Безуспешно.

— Разворачивайся!

Автомобиль уже сорвался с места.

— Виктор, мать твою, остановись!

Ответа не последовало.

Виктор лишь сильнее сжал руль.

Леон ударил кулаком по двери.

— Слышишь меня?!

Машина продолжала набирать скорость.

А фигуры полицейских стремительно исчезали вдали.

Когда стрельба стихла, Исаак первым подошёл к Элиане.

Та стояла неподвижно.

Словно не до конца понимала, что произошло.

Комиссар осторожно притянул ее к себе.

— Всё хорошо.

Элиана вздрогнула.

— Я рад, что с тобой ничего не случилось.

Несколько секунд та молчала.

А потом подняла взгляд.

В ее глазах был страх.

Настоящий.

— Исаак…

— Всё закончилось.

— Нет.

Комиссар нахмурился.

— Что?

— Ты уже мертвец.

Исаак замер.

— Элиана…

— Он убьёт тебя.

Голос дрогнул.

— Лучше бы ты просто рассказал ему то, что он хотел узнать.

— Послушай меня.

— Нет, это ты послушай!

Впервые за долгое время Элиана повысила голос.

Глаза покраснели.

— Ты не понимаешь, что наделал!

— Я вытащил тебя оттуда.

— Я не просила меня спасать!

Исаак застыл.

Слова ударили сильнее пощёчины.

— Что?..

— Я не просила!

Голос сорвался.

— Ты не знаешь, что теперь будет.

— Я не мог оставить тебя рядом с ним.

— А я хотела остаться!

Наступила тишина.

Настолько тяжёлая, что её можно было потрогать руками.

Исаак смотрел на бывшую напарницу так, словно видел ее впервые.

— Что он сделал с тобой?..

— Ничего.

— Тогда почему ты его защищаешь?

— Потому что ты ничего не понимаешь!

По щекам Элианы покатились слёзы.

Реннер быстро вытер их ладонью.

Но новые появились почти сразу.

— Просто оставь меня…

— Элиана.

— Оставь меня.

Комиссар шагнул ближе.

— Я не могу.

— Почему?

— Потому что теперь ты под защитой полиции.

— Мне не нужна защита.

— Нужна.

Исаак осторожно взял ее за плечи.

— И я не позволю ему снова забрать тебя.

Элиана опустила голову.

Плечи дрожали.

— Ты не понимаешь…

— Тогда объясни мне.

— Не могу.

Исаак медленно притянул ее к себе.

На этот раз Элиана не сопротивлялась.

Просто стояла, зажмурившись.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал комиссар.

— Нет…

— Будет.

— Ты не знаешь Леона.

Исаак поднял взгляд в сторону дороги, по которой исчез чёрный «Mercedes».

И впервые за весь день почувствовал тревогу.

Потому что в словах Элианы было слишком много уверенности.

Словно она действительно знала, что будет дальше.

И это пугало сильнее любых угроз.

— Доверься мне, — тихо произнёс Исаак.

Элиана лишь закрыла глаза.

Потому что уже не была уверена, кому из них теперь можно доверять.

Леон резко вывернул руль посреди шоссе.

— Ты что творишь?! — рявкнул Виктор.

Тяжёлый «Mercedes» занесло.

Колёса взвизгнули по мокрому асфальту.

Машину потащило боком.

Виктор попытался перехватить руль, но было уже поздно.

Автомобиль сорвался с дороги и рухнул в заполненную дождевой водой канаву.

Раздался глухой удар.

Холодная вода хлынула в салон.

Леон первым распахнул дверь.

Ледяная вода мгновенно ударила в грудь.

Он вынырнул на поверхность и жадно вдохнул воздух.

— Леон!

Голос Виктора прозвучал где-то позади.

Но Морок уже выбирался на берег.

— Леон!

Он даже не обернулся.

Сорвался с места и побежал.

Вперёд.

В лес.

Сам не понимая куда.

Просто бежал.

Ветки били по лицу.

Под ногами трещали сучья.

Лёгкие горели.

Сердце колотилось где-то в горле.

Ему было плевать.

Перед глазами стояло только одно лицо.

Элиана.

Они забрали её.

Снова.

И впервые за долгое время Леон чувствовал не злость.

Страх.

Настоящий страх.

Лес закончился неожиданно.

Впереди появилась трасса.

Леон выскочил прямо на дорогу.

Фары ударили в глаза.

Машина резко затормозила в нескольких метрах от него.

Водитель выругался и распахнул дверь.

— Ты с ума сошёл?!

Леон молча схватил мужчину за куртку и оттолкнул в сторону.

Через несколько секунд он уже сидел за рулём.

Двигатель взревел.

Автомобиль сорвался с места.

Стрелка спидометра стремительно ползла вверх.

Леон почти не видел дороги.

Мысли путались.

Он не знал, где искать Элиану.

Не знал, куда её повезли.

Не знал ничего.

Поэтому ехал туда, где мог найти единственного человека, способного дать ответ.

К Исааку Реннеру.

Полицейский участок встретил его тревогой.

Дежурные ещё издалека заметили чёрную машину.

Когда Леон вошёл внутрь, несколько сотрудников мгновенно вскочили со своих мест.

Руки потянулись к оружию.

Но он даже не посмотрел на них.

Шёл вперёд.

Прямо по коридору.

С ледяным, почти безумным взглядом.

Один из полицейских попытался преградить дорогу.

Леон просто оттолкнул его плечом.

Второй уже доставал пистолет.

Третий вызывал подкрепление.

Но Морок продолжал идти.

Будто никого вокруг не существовало.

Он распахнул дверь кабинета комиссара.

Пусто.

Стол.

Стул.

Документы.

И больше никого.

Леон застыл.

На секунду.

Потом резко развернулся и вышел обратно.

К этому моменту весь коридор был заполнен вооружёнными сотрудниками.

— Где Реннер?!

Голос прогремел по всему участку.

Никто не ответил.

— Где он?!

— Руки за голову! — крикнул кто-то.

Леон медленно повернулся.

Глаза горели.

— Сколько раз повторять?

Его голос стал тише.

Опаснее.

— Моё имя Морок.

Полицейские переглянулись.

— Немедленно на колени!

— Где Реннер?

Один из сотрудников шагнул вперёд.

Леон резко отбросил его в сторону.

Второй попытался схватить его за руку.

Безуспешно.

В участке началась суматоха.

Крики.

Команды.

Шаги.

Но их было слишком много.

Через несколько минут Морока всё же повалили на землю.

Несколько человек одновременно удерживали его.

Наручники защёлкнулись на запястьях.

— Передайте своему комиссару…

Леон поднял голову.

В глазах полыхала такая ярость, что даже опытные офицеры невольно отвели взгляд.

— Передайте ему, что это ещё не конец.

Его подняли на ноги.

— Суд решит твою судьбу утром.

Леон усмехнулся.

Улыбка получилась пугающе спокойной.

— Нет.

Он посмотрел прямо перед собой.

— Утром он решит свою.

Утренние новости разносились по гостиной.

— Сегодня в четыре часа утра был задержан Морок — лидер революционного движения, несколько лет державший в страхе Астерию. Судебное заседание состоится уже сегодня…

Щелчок.

Телевизор погас.

Элиана медленно опустила пульт.

В комнате стало тихо.

Слишком тихо.

Она сидела на диване, опершись локтями о колени.

Перед глазами стоял только один образ.

Леон.

Промокший.

Разъярённый.

Готовый идти напролом.

Ради неё.

Элиана закрыла глаза.

Грудь болезненно сжалась.

Что же ты наделал…

Дверь гостиной открылась.

Вошёл Исаак.

В руках поднос с горячим супом.

Он поставил его на журнальный столик и сел рядом.

— Поешь.

Элиана не ответила.

— Хочешь чай?

Тишина.

— Или кофе?

Тогда она подняла на него взгляд.

Усталый.

Покрасневший.

— Я не пью кофе.

Исаак замер.

— Сколько лет мы знакомы?

Он невольно усмехнулся.

— Прости.

— Год работали вместе.

Элиана отвернулась к окну.

— А ты до сих пор не запомнил.

Улыбка исчезла с лица комиссара.

И впервые за утро он не нашёл, что ответить.

— А, точно. Забыл, — Исаак устало потер переносицу. — Тогда чай?

— Пиво.

Исаак поднял глаза.

— Ты же его не пьёшь.

Элиана резко отвернулась к окну.

За стеклом медленно светало.

Город просыпался.

А где-то за несколькими кварталами, за стенами полицейского участка, в холодной камере сидел Леон.

Один.

Она судорожно сглотнула.

В груди становилось всё тяжелее.

Каждая минута тянулась мучительно долго.

Перед глазами снова и снова вспыхивала одна и та же картина: Леона ведут по коридору в наручниках. Потом суд. Потом приговор.

А дальше…

Она даже думать об этом не могла.

— Из-за тебя его могут убить, — тихо произнесла она.

Исаак замер.

— Элиана…

— Из-за тебя.

Она резко поднялась с дивана.

По щекам уже текли слёзы, но девушка будто не замечала этого.

— Ты правда думаешь, что поступил правильно?

— Он террорист.

— Нет!

Её голос сорвался.

— Нет, ты ошибаешься!

Исаак нахмурился.

— Он сам говорил, что убьёт тебя.

— Потому что был зол!

— Он держал тебя в плену два года!

— И ни разу не причинил мне вреда!

Тишина.

Элиана тяжело дышала.

Сердце колотилось так сильно, что отдавалось болью в висках.

— Ты ничего не понимаешь…

Она закрыла лицо ладонями.

— Совсем ничего.

Перед глазами всплывали последние месяцы.

Как Леон приносил ей книги.

Как заставлял есть, когда она сутками отказывалась от еды.

Как молча сидел рядом во время её приступов.

Как выпускал Цербера спать возле её комнаты, когда ей становилось страшно.

Он был чудовищем.

Она знала это.

Видела это.

Но знала и другое.

Леон никогда не был чудовищем рядом с ней.

И именно это пугало её больше всего.

Потому что она давно перестала понимать, где заканчивается страх и начинается что-то другое.

— Элиана…

— Даже твоя семья тебя не волнует!

Она подняла покрасневшие глаза на Исаака.

— Если бы сегодня Леон снова что-нибудь устроил, ты бы бросил всё и побежал за ним. Бросил бы жену. Бросил бы детей. Бросил бы всех.

Исаак отвёл взгляд.

Это молчание стало ответом.

— Вот видишь.

Она горько усмехнулась.

— А меня ты обвиняешь.

— Можешь говорить потише?

— Что? Боишься, что кто-нибудь услышит правду?

— Успокойся.

— Нет!

Слёзы снова покатились по щекам.

— Я не могу успокоиться!

Она ударила ладонью по столу.

— Он там один!

— Элиана…

— Спаси его.

Исаак тяжело выдохнул.

— Если я это сделаю…

Он осёкся.

Потому что прекрасно понимал последствия.

Потому что понимал: если попытается помочь Мороку, его собственная жизнь закончится.

Элиана смотрела на него так, словно держалась за последнюю надежду.

— Пожалуйста.

Всего одно слово.

Тихое.

Сломанное.

Исаак никогда не видел её такой.

Она дрожала всем телом.

Не от страха за себя.

От страха за другого человека.

За человека, которого должна была ненавидеть.

И именно тогда комиссар понял то, чего раньше не замечал.

Элиана боялась не того, что Леона осудят.

Она боялась его потерять.

Исаак медленно закрыл глаза.

— Ладно.

Девушка замерла.

— Что?

— Я помогу ему.

— Правда?

— Попытаюсь.

Элиана выдохнула так резко, словно всё это время не дышала.

Ноги подкосились.

Она опустилась обратно на диван и закрыла лицо руками.

Из груди вырвался дрожащий всхлип.

— Спасибо…

Исаак смотрел на неё несколько секунд.

Слишком долго.

А потом тихо спросил:

— Элиана…

Она подняла заплаканные глаза.

— Ты ведь понимаешь, что переживаешь за него намного сильнее, чем должна?

Девушка ничего не ответила.

Потому что ответ знала сама.

И именно он пугал её сильнее всего.

Всю дорогу до участка Исаак не мог избавиться от слов Элианы.

Они крутились в голове снова и снова.

«Спаси его».

«Пожалуйста».

Он крепче сжал руль.

До сих пор не укладывалось в голове, что Элиана защищает человека, который держал её рядом два года. Человека, которого весь город называл чудовищем.

Любой другой давно бы сбежал.

Любой другой мечтал бы увидеть Морока за решёткой.

Но не она.

Исаак тяжело выдохнул.

Нет.

С ней что-то произошло.

Что-то настолько серьёзное, что теперь она готова была плакать из-за человека, которого должна ненавидеть.

И именно это пугало комиссара больше всего.

Через несколько минут он уже стоял перед кабинетом министра внутренних дел.

Постучал.

— Войдите.

Исаак открыл дверь.

— Мне необходимо доложить важную информацию.

Министр поднял взгляд от документов.

— Слушаю.

Комиссар помедлил.

— Элиана Росс найдена.

Ручка в руке министра замерла.

— Вот как.

Пауза.

— И где она сейчас?

— У меня дома.

Брови начальника поползли вверх.

— Что она там делает?

— Это долгая история.

— Тогда коротко.

Исаак сглотнул.

— Она не представляет угрозы.

— Не тебе решать.

Министр отложил документы.

— Вези её сюда.

— У меня есть условие.

В кабинете мгновенно стало тихо.

— Какое ещё условие?

— Вы её не тронете.

Взгляд министра похолодел.

— Ты ставишь мне условия?

— Она не преступница.

— Она была рядом с Мороком два года.

— Не по своей воле.

— Этого никто не знает.

— Я знаю.

— Этого недостаточно.

Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга.

— Исаак, — наконец произнёс министр. — Ты сейчас ходишь по очень тонкому льду.

— Я просто хочу, чтобы с ней ничего не случилось.

— Ещё раз позволишь себе подобный тон — и мне придётся проверить уже тебя самого.

Исаак сжал зубы.

— Я привезу Элиану.

— Немедленно.

Разговор был окончен.

Когда Исаак вернулся домой, Элиана сидела на диване перед выключенным телевизором.

Она даже не заметила, как он вошёл.

Смотрела в одну точку.

Будто всё ещё находилась где-то далеко отсюда.

— Элиана.

Она резко подняла голову.

— Ну?

Исаак заставил себя улыбнуться.

— Собирайся.

Девушка вскочила мгновенно.

— Что случилось?

— Я поговорил с руководством.

Ложь далась тяжело.

Очень тяжело.

— И?

— Всё будет хорошо.

Сердце неприятно кольнуло.

— Правда?

— Да.

Он отвёл взгляд.

— Леону помогут.

Элиана замерла.

Потом её глаза наполнились надеждой.

Настоящей.

Живой.

Такой, что Исааку стало ещё хуже.

— Правда?..

— Да.

Она бросилась собираться быстрее ребёнка, которому пообещали вернуть самое дорогое.

Исаак наблюдал молча.

И впервые за много лет чувствовал себя последней сволочью.

Через сорок минут они вошли в участок.

Элиана заметно нервничала.

Но всё ещё верила.

Верила ему.

Это делало происходящее ещё хуже.

Министр встретил их возле кабинета.

— Здравствуй, Элиана.

Девушка вежливо кивнула.

— Здравствуйте.

— Рад видеть тебя живой.

— Взаимно.

Мужчина улыбнулся.

Слишком доброжелательно.

Исааку это не понравилось.

Совсем.

— Элиана, подожди пока за дверью.

— Хорошо.

Когда девушка вышла, министр повернулся к комиссару.

Улыбка исчезла.

— Она действительно ничего не подозревает?

— О чём?

— Прекрасно.

Исаак нахмурился.

— Что происходит?

Начальник поднялся из-за стола.

— Небольшой урок.

— Для кого?

— Для неё.

Комиссар почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.

— Какой ещё урок?

— Хочу показать ей, чем заканчиваются игры с чудовищами.

— О чём вы говорите?

Но министр уже направлялся к выходу.

— Поехали.

Они ехали почти час.

Чем дальше машина удалялась от города, тем сильнее Исааку всё это не нравилось.

Наконец автомобиль остановился.

Элиана первой вышла наружу.

И застыла.

Перед ними тянулись железнодорожные пути.

Пустые.

Безлюдные.

Уходящие куда-то вдаль.

— Зачем мы приехали сюда? — тихо спросила девушка.

Министр достал пистолет.

Исаак почувствовал, как кровь мгновенно ударила в виски.

— Что вы делаете?

Элиана побледнела.

— Ложись на рельсы.

Мир будто замер.

— Что?..

— Ложись.

— Вы с ума сошли?!

Исаак шагнул вперёд.

— Мы так не договаривались!

— Замолчи.

Министр даже не посмотрел на него.

Ствол по-прежнему был направлен на Элиану.

— Ложись.

У девушки задрожали губы.

Она перевела взгляд на Исаака.

В её глазах стоял ужас.

Настоящий.

Животный.

— Исаак…

Он сделал шаг.

— Не бойся. Я что-нибудь придумаю.

Но уверенности в собственном голосе не было.

Элиана это услышала.

И поняла.

Медленно.

Очень медленно.

Она подошла к рельсам.

Колени дрожали.

Сердце колотилось так сильно, что казалось, сейчас разорвёт грудную клетку.

Нет.

Нет.

Нет.

Пожалуйста.

Только не так.

Леон…

Девушка зажмурилась.

Перед глазами всплыло его лицо.

Его усмешка.

Его голос.

«Ты понадобишься мне позже».

Она опустилась на колени.

Потом медленно легла поперёк рельсов.

Холодный металл коснулся спины.

По щекам покатились слёзы.

Пожалуйста…

Я готова лежать здесь сколько угодно.

Только пусть не будет поезда.

Пусть не будет поезда.

Пусть не будет поезда…

Слеза медленно скатилась по щеке Элианы, оставляя влажную дорожку до линии волос.

Холодный воздух прижимал её к рельсам, будто сам мир хотел удержать её на месте.

Она лежала неподвижно.

Слишком неподвижно.

Где-то рядом послышались шаги.

Сначала далёкие.

Потом всё ближе.

Тяжелее.

Элиана не успела повернуть голову — рядом с ней резко опустилось ещё одно тело.

Дыхание сбивчивое.

Грязная одежда.

И знакомое присутствие, от которого сердце ударило сильнее.

Леон.

Морок.

Он лежал почти вплотную, как будто их обоих действительно положили сюда как приговор.

Их взгляды встретились.

Несколько секунд тишины.

Такая плотная, что казалось — она давит сильнее металла под спиной.

Леон едва заметно шевельнул губами.

«По моей команде — в сторону, к левой лужайке. Беги».

Элиана не кивнула.

Но поняла сразу.

Он отвернулся и снова уставился в небо, будто его здесь нет.

Будто он просто ещё один объект на этих рельсах.

Будто всё уже решено.

Элиана с трудом сглотнула.

Сердце билось так громко, что заглушало всё остальное.

И вдруг — звук.

Сначала далекий.

Потом ближе.

Железо.

Вибрация.

Ритм, который невозможно перепутать.

Поезд.

Рельсы начали дрожать.

Камни под пальцами зашевелились.

Элиана резко вдохнула.

— Леон… — вырвалось почти беззвучно.

Он не ответил.

Не двигался.

Только ждал.

До последнего.

До той секунды, когда ошибка означала бы смерть.

Гул стал оглушающим.

Поезд был уже рядом.

Гудок разорвал воздух.

Ещё несколько метров.

Ещё чуть-чуть.

И тогда Леон резко повернул голову:

— ДАВАЙ!

Они сорвались одновременно.

Резкий рывок.

Удар земли.

Перекат по камням и гравию.

И в тот же миг поезд пронёсся мимо, закрывая их от мира стеной металла и скорости.

Грохот разорвал пространство.

Пыль, ветер, вибрация.

И — шанс.

Леон поднялся первым и дёрнул Элиану за руку.