Заклятый мой суженый

– Что ты наделала… – прошептал он, поднимая взгляд на меня.

Его глаза теперь смотрели по-новому. Так, словно он видел меня впервые.

Резко поправив одежду, я процедила сквозь зубы:

– То, что должна была, генерал. Твоя шиа-ми спасена, через год женишься на ней, да и все.

– Но ты… ты умрешь вместо нее?

Я передернула плечами:

– Ты все равно сжег бы меня. Так какая разница, раньше я умру или позже?

Но внутри все сжалось от собственной глупости.

Мать Арриона была сильной ведьмой. Я обманула, когда сказала, что могу снять проклятье. Нет, не могу. В моей власти лишь взять его на себя и продержаться как можно дольше, чтобы успеть сделать все, что задумала…

В дверь забарабанили.

Резкий звук заставил нас вздрогнуть. Здоровый глаз д’Рейтарра моргнул, алый продолжил смотреть на меня.

– Мой генерал! – сквозь толстое дерево прорвался взволнованный мужской голос. – Мой генерал, очнитесь! Дозорные заметили императорских анкров! Кажется, у нас гости!

Аррион опустил голову. Его грудь резко поднялась на глубоком вдохе. Когда он снова посмотрел на меня, то в его глазах не было уже ни гнева, ни смятения – только ледяная решимость.

– Я пришлю тебе служанку, – бросил мой муж, отворачиваясь.

Уже у двери, по-прежнему не глядя в мою сторону, глухо добавил:

– Не знаю, какую игру ты ведешь и зачем тебе это, но за Элесту… спасибо.

– Ага… – я уныло вздохнула.

Он не услышал. Мои запирающие чары на стенах давно растаяли, ничто не препятствовало ему открыть дверь и уйти. Что он тут же и сделал.

В коридоре его уже ждали.

Я осталась одна. Но когда стихло эхо шагов и голоса, не сдержала улыбку. Потому что теперь у меня была защита, о которой ведьма на территории даргов только мечтать.

Напевая, я вскочила на ноги. Расправила плечи, ущипнула себя за щеку и закружилась по кабинету, вдыхая, как мне казалось, запах свободы.

Впереди Бал Невест. Аррион д’Рейтарр обязательно отправится туда, как и другие лаэрды, чтобы представить императору свою шиа-ми, а может и меня – свою супругу. Но даже если он не захочет этого делать, я все равно туда попаду.

В последнем я даже не сомневалась. Не могла позволить себе сомневаться.

– Я сделаю это, мама, – прошептала я, замерев посреди кабинета с раскинутыми руками и зажмурив глаза. – День отмщения близится, и когда он наступит, я буду готова.

И ни ярость д’Рейтарра, ни гнев императора не остановят меня. А проклятье… с проклятьем я разберусь.

Главное, не поддаться теперь супружеским чарам.

Глава 10

За спиной скрипнула дверь.

Я оглянулась, инстинктивно призывая защитную магию, но это была всего лишь служанка. Миловидная, в простом сером платье, моя ровесница. Она заглянула в кабинет и, увидев в моих руках потрескивающие голубые искры, втянула голову в плечи.

– Г-госпожа… Вам п-приказано пройти в ваши покои, – прошептала, даже не скрывая ужаса.

Приказано? Даже так…

– Как тебя зовут? – спросила я, расслабляя руки.

Искры сразу растаяли, треск прекратился. Приятно снова чувствовать силу и то, что она мне подчиняется.

– Т… Тиана, – еще тише ответила девушка.

Ее пальцы судорожно сжимали край передника, а взгляд упорно избегал встречи с моим.

Люди боятся ведьм – для меня это не новость. Пугают нами детей. Эта наверняка сейчас думает, что я вот-вот превращу ее в жабу.

У меня возникло желание воплотить ее страхи в реальность. Но если бы это было так просто…

Я усмехнулась и подняла нос повыше:

– Можешь звать меня светлейшая льера. Теперь я тут хозяйка. Все поняла?

– Д… да.

– Веди.

Служанка метнулась к выходу и торопливо засеменила по коридору.

Мне во второй раз пришлось пройти этот путь – от личного кабинета генерала д’Рейтарра до двустворчатых дверей с выбитыми драконами. Но как же все изменилось!

В прошлый раз охранники-дарги тащили меня по полу в цепях, а сейчас стояли с каменными лицами и смотрели куда угодно, только не на меня. Лицемеры.

Я подошла к одному из них:

– Помнишь меня?

На его лице не дрогнул ни один мускул, только серповидные зрачки резко сжались.

Конечно, он меня помнил. И я его тоже. Разве можно забыть того, кто приковывал тебя к столбу на эшафоте?

– Отвечай! – приказала я, повышая голос.

– Да, госпожа, – раздался хриплый ответ.

– Льера, – поправила я, мстительно ухмыляясь. – Для тебя я светлейшая льера, дарг. Твоя льера.

На этот раз выдержка его подвела – лицо исказилось. Но я была довольна увиденным. Едва не напевая, продолжила путь, и мое настроение повышалось с каждой секундой.

«Бедняги, – думала я, с широкой улыбкой проходя мимо охранников, – как же вас корежит, должно быть, от того, что теперь вам придется подчиняться проклятой ведьме!»

Но хуже всего им от того, что они ничего не могут сделать. Только молча терпеть и подчиняться.

Аррион д’Рейтарр не просто боевой генерал, он их лаэрд – глава Железного клана. Сильнейший из них. Слово лаэрда – закон, жена лаэрда – богиня. Правда, только пока он не вернет ей брачные клятвы.

Когда это случится, моя жизнь не будет стоить даже песчинки, которая сейчас впилась мне в пятку и мешает идти. Но я надеялась, что к тому времени меня здесь уже не будет.

Приятные мысли прервало прикосновение. Я как раз переступала порог, где были двери с драконами, когда кто-то погладил меня по спине. Причем так явственно, что я вздрогнула и оглянулась.

Но коридор за спиной был пуст.

– Ты ничего странного не заметила? – спросила служанку.

Та испуганно замотала головой:

– Нет, светлейшая льера.

Я же скользнула по створкам дверей задумчивым взглядом. Неужели Дух-Хранитель шалит? Надо бы познакомиться с ним поближе…

В другой ситуации я бы старалась держаться подальше от предка д’Рейтарров. Никогда не понимала ни магов, ни даргов, которые вместо того, чтобы уйти на перерождение, добровольно становились защитниками своих потомков. Вечными и бесплотными. Но мать Арриона – ведьма Черного Круга.

Для любого дарга связь с ведьмой – постыдная тайна. Позор, который он будет скрывать ценой своей жизни. Однако Хранитель не отверг полукровку, и это заставило меня снова задуматься.

Не будь в Аррионе ведьминской крови, я бы сейчас уже не дышала…

Оказавшись с Тианой на лестнице, мы, к моему удивлению, продолжили подниматься. Этаж. Еще этаж…

Ступеньки становились все уже и неудобнее. Вскоре даже перила исчезли, как и штукатурка со стен. Теперь нас окружали потрескавшиеся от времени камни, из которых столетия назад сложили башню.

Мое удивление перешло в возмущение, когда служанка остановилась у неприметной двери.

– Здесь… ваши апартаменты, льера.

– Под крышей? – едко хмыкнула я.

Потом толкнула дверь.

Меня встретила небольшая полутемная комнатка с единственным узким окном-бойницей под потолком. Окошко было забрано решеткой, под ним стояла простая кровать. Часть комнаты отделяла ширма с выцветшим пасторальным рисунком. Видимо, там находилась уборная. И ни роскоши, ни намека на статус жены генерала.

– А где… обитает прежняя невеста? – спросила я, притворяясь равнодушной.

Гнев во мне так и кипел, но бедная Тиана была ни при чем.

– Леди Элеста осталась в своих покоях, – она потупилась. – Лаэрд приказал не тревожить ее.

«Понятно, в его глазах я – временное недоразумение», – пронеслось в моей голове.

Пока я осматривалась, служанка начала заметно нервничать. Она переминалась с ноги на ногу и все чаще поглядывала в сторону выхода.

– Куда-то торопишься? – поинтересовалась я обманчиво-сладким тоном.

– Н-нет, светлейшая льера, – она громко сглотнула. – Вам помочь… помыться?

Ее взгляд метнулся в сторону ширмы.

– Убирайся, – бросила я.

Второй раз повторять не пришлось. Тиана бросилась прочь, хлопнув дверью. Причем с такой скоростью, будто под ней горела земля.

Я молча запечатала комнату магией и прошла за ширму.

Как и ожидалось, здесь была крошечная купальня: потемневшая от времени скамья, деревянная кадка с холодной водой и кувшин.

На глаза навернулись слезы. Но я их быстро смахнула. Как бы ни пытался мой новоиспеченный супруг подчеркнуть пренебрежительное отношение ко мне, я не пропаду и не отступлю от своих планов.

Коснувшись воды в бочке, я заставила ее поверхность застыть и подняться в воздух. Получилось неплохое зеркало. Слегка кривое, ведь вода оказалась не кристально-чистой. Но мне и этого было достаточно.

Затем сбросила с себя одежду. Оставила лишь полосу плотной саржи, которая закрывала меня от подмышек до пояса. И глянула в зеркало.

Над верхней кромкой ткани чернел узор проклятья. Мне было страшно увидеть, что там, под ним.

Закусив губу, я начала разматывать саржу.

Предчувствие не обмануло: там, где раньше была лишь ведьминская метка, теперь находился узел, в который плотно сплелись все нити узора. Серебристые – брачной вязи и черные – проклятья.

«Матери Арриона не занимать мастерства…» – я провела дрожащими пальцами по коже.

Узел ответил короткой пульсацией.

Однако кое-что меня удивило. Я вдруг осознала, что не чувствую даргов! Моя метка не жгла, когда я очнулась этим утром рядом с Аррионом, не горела, когда я проходила мимо охраны…

Внезапно раздался шум. Я услышала быстрые шаги, приглушенную перебранку, затем в двери отчаянно заколотили, и пронзительный женский вопль прорезал воздух:

– Открывай, ведьма! Думала, я спущу тебе это с рук?! Ты опять меня обманула!

– Госпожа Элеста, – увещевал ее со слезами голос Тианы, – госпожа Элеста, умоляю, вам туда нельзя…

– Мне здесь везде можно, мерзавка! – взвизгнула Элеста. – Я все еще шиа-ми твоего лаэрда!

Затем послышался звук пощечины, короткий вскрик и глухое падение. Похоже, это служанка упала.

Вздохнув, я сняла с дверей запирающую сеть. У меня и сомнений не было, что Элеста не выдержит и придет выяснять отношения. Но я не ожидала, что это случится так скоро. Неужели мне она мне не даст даже помыться впервые за несколько суток?

Дверь комнаты с треском распахнулась. Я едва успела прикрыться, когда хлипкая ширма отлетела в сторону, сметенная Элестой. Передо мной предстала разъяренная кельфи: белокурые волосы девушки были растрепаны, в глазах горела неприкрытая ярость.

– Ты! Ты! – закричала она и, выставив пальцы как когти, набросилась на меня. – Что ты с ним делала целую ночь? Признавайся, вы с ним…

Я увернулась, но ее ноготь все же чиркнул меня по щеке.

– Элеста, успокойся, – попыталась я воззвать к голосу разума, но она уже замахнулась снова.

Пришлось действовать жестче.

Я поймала ее запястья и, резко толкнув, прижала к стене. Применять против нее магию не хотелось. В одном Элеста была права: она все еще шиа-ми. Единственная для дракона.

– Если бы не я, ты бы умерла! – прошипела я ей в ухо. – Или забыла уже про проклятье? Думаешь, оно возникло просто так? Нет, это мать твоего драгоценного женишка позаботилась, чтобы любимый сынок никогда не женился!

Она замерла, дрожа.

– Врешь… Его мать была человеком. Люди не умеют колдовать…

– Неужели? – фыркнула я. – Похоже, ты многого не знаешь о том, за кого собиралась замуж.

– Ну и что? – Элеста дернулась, но я держала крепко. – Пусть даже так, ты все равно меня обманула! Мы не договаривались, что ты станешь его женой! Ты обещала снять с меня проклятье в обмен на свободу.

– Глупая. Это проклятье невозможно снять. Только передать тому, кто займет твое место!

Я разжала хватку и, отступив, протянула ей обвитую черным узором руку:

– Смотри. Это проклятье матери Арриона. Теперь оно медленно убивает меня.

Элеста побледнела. Ее глаза расширились, губы задрожали.

– Зачем… зачем ты это сделала?

Я горько усмехнулась:

– У меня свои причины. Но если хочешь отблагодарить – уйди и оставь меня в покое. Тем более что твой статус в сердце Арриона не изменился. Ты по-прежнему его шиа-ми.

Она продолжала сверлить меня недоверчивым взглядом.

– А ты… ты что-то замышляешь!

– Конечно, – ухмыльнулась я. – Я же ведьма.

– Даже не надейся, что он полюбит тебя!

– Убереги меня Сила! – я в показном ужасе передернула плечами. – Насчет этого не переживай, я ему даже пальцем к себе не дам притронуться.

– Не знаю, что ты задумала, ведьма, но обязательно выясню, – процедила Элеста, отступая к дверям. – И еще увижу, как тебя сожгут на площади за твои ведьминские штучки!

Резко развернувшись, она выбежала в открытые двери. Только тогда я заметила испуганную служанку, стоявшую в коридоре, и двух охранников-даргов, которые старательно отводили взгляды от полуголой супруги своего господина, то бишь от меня.

Хмыкнув, махнула рукой – и дверь с треском захлопнулась.

Я не испытывала ни смущения, ни стыда от того, что они застали меня в таком виде. Только злость.

Вздохнув, достала из нечищенногго камина потухший уголек и, сосредоточившись, призвала духов огня.

Саламандры ответили почти сразу. Уголек вспыхнул в моей руке, не обжигая, а затем живые язычки пламени переметнулись на бочку с водой, которую я попросила нагреть. Когда я погрузилась в приятно-горячую воду, они забегали алыми всполохами по моей коже, что-то пища на своем языке.

Тело вскоре расслабилось, мысли вяло текли, отмечая то, что мне нужно сделать: вернуться в трущобы Лабранда – города, где сожгли мою мать. Забрать кинжал и спрятать его где-нибудь здесь, в Кир-ла-Астре, но так, чтобы ни один дарг не учуял коготь, содранный с лапы полуживого дракона.

Не моя вина, что кто-то из них еще при жизни расстался со своим коготком. Не я это сделала. Но только такой кинжал мог спасти мою маму.

И тело. Мне нужно хорошее тело. Молодое, здоровое, женское, из которого только что отлетела душа. Это самое сложное, ведь самой убивать нельзя. Смерть должна быть естественной…

Глава 11

Я почти уснула в бочке, убаюканная теплом и щекочущими кожу искрами саламандр. Но внезапно дрему разогнал звук хлопающих полотнищ. Он шел со стороны единственного окна.

Теперь, когда ширма не отгораживала купальню, я видела кусочек неба в этом окне. И там что-то мелькнуло.

Тени. Огромные, стремительные.

Сонливость с меня будто рукой сняло. Выпрямившись во весь рост, я смотрела, как мимо башни, рассекая низкие облака, пролетают драконы – три, нет, четыре. Судя по узким вытянутым мордам, это были анкры. Их перепончатые крылья закрывали небо в окне, а темная матовая чешуя будто гасила свет. На спинах у них сидели черноволосые всадники в тусклых железных латах.

Наверняка это генерал отправил своих ньордов встречать столичных гостей.

Любопытство заставило меня вылезти из воды. Саламандры недовольно заворчали, когда я призвала духов воздуха. Но мне было не до них. Поднявшись к бойнице, я ухватилась руками за решетку и приблизила к ней лицо так близко, как только смогла.

Теперь мне было видно немного больше, чем прежде.

Один из всадников развернул анкра и сделал круг над донжоном. Даже отсюда я поняла, что это генерал. Но приветствовал он не меня.

Ах да, на втором этаже покои Элесты. Наверняка она сейчас стоит на балконе и со слезами машет ему платочком.

Подтверждая мою догадку, анкр нырнул вниз и скрылся из виду, но вскоре вновь показался. Только теперь Аррион держал в поднятой руке развевающийся розовый шарфик.

Я не выдержала и скривилась: надо же, какая любовь! И почему мне от этого больно?

Грудь неприятно саднило в точке, где брачный узор сплелся с проклятьем и моей ведьминской меткой. Я потерла больное место.

За спиной раздался робкий стук в дверь и голос:

– Светлейшая льера, это я, Тиана, я принесла вам чистую одежду…

Отпустив решетку, я медленно опустилась на пол. Прямо в лужу, которая с меня натекла.

– Вовремя ты, – хмыкнула, позволяя дверям открыться.

Служанка принесла закрытое серое платье. Его скромным украшением служили ряд мелких перламутровых пуговичек на спине да узкое кружево, обрамлявшее воротник-стойку и манжеты длинных рукавов. Но сшито платье было из благородного муслина, так что я молча проглотила обиду.

К платью прилагалась нижняя рубашка, корсет, от которого я тут же отказалась, и ворох нижних юбок. А еще чулки с подвязками, панталоны и туфли с пряжками.

– Но как же? – Тиана растерянно уставилась на корсет. – Так ведь нельзя, что скажет лаэрд?

– Меньше всего меня интересует, что скажет лаэрд, – бросила я. – Не переживай, он не заметит, даже если я буду голой. Хотя нет, в этом случае скривится от отвращения.

– Но правила…

– Плевать на ваши глупые правила. Я ведьма, а ведьмы не носят корсеты, забыла?

От моих слов она посерела и втянула голову в плечи.

Тиана боялась меня, я это видела. Ее страх раздражал. Но она знала свою работу и прекрасно справлялась. Поэтому я не стала ее выгонять.

Моя собственная одежда выглядела отвратительно. Я уже и забыла, сколько дней в ней провела. Поначалу еще чистила магией, но в последнее время слишком боялась привлечь внимание даргов. А тряска в повозке похитителей, ночь в цепях и последующие события привели мои штаны и рубашку в полную негодность. Даже саржевая лента на груди стала серой от грязи.

Правда, снимать ее перед кем бы то ни было я не собиралась. На глазах у изумленной Тианы провела рукой вдоль тела – и мокрая грязная лента вновь стала сухой и чистой. Моя ладонь при этом светилась.

– Светлейшая льера! – ахнула служанка, затравленно глядя на меня. – Только не делайте этого при других!

– Почему? – я искренне удивилась.

– Потому что благородные льеры не чистят сами себя! Тем более с помощью магии! Для этого есть слуги.

– Я не благородная, – фыркнула.

Из десятка нижних юбок выбрала лишь одну, остальные тоже сказала убрать:

– Хватит, что длинный подол путается между ног!

Мне, привыкшей к удобной мужской одежде, совершенно не нравилось, как я чувствую себя в платье. Все мешало, давило, саднило. Швы резали кожу, высокий воротник сдавливал горло. Сердито пыхтя, я оттянула его. Но легче не стало.

– Почему ты принесла мне именно это платье? – возмутилась в конце концов.

– Лаэрд так велел.

– Гад, – процедила я, чем вызвала ужас в глазах служанки.

Она усадила меня на единственный стул и достала расческу.

– У вас очень красивые волосы, светлейшая льера, – сказала чуть погодя.

Я пожала плечами.

Это не моя заслуга. Это все магия. Ведьму всегда можно вычислить по волосам. Они слишком яркие, слишком блестящие, длинные и густые. И очень быстро растут.

В моем роду ведьмы рыжие. У меня на голове настоящий пожар. Но знаю, что есть блондинки с невероятным, нереальным оттенком. Их волосы серебрятся, как снег на горных вершинах. Солнце, отражаясь в их косах, слепит глаза.

А есть брюнетки. У тех волосы похожи на шелк – такие гладкие. Когда на них падает свет, виден лиловый оттенок.

«Есть», – мысленно повторила я и усмехнулась. Усмешка вышла печальной. Были – так будет правильно. Не удивлюсь, если я последняя ведьма.

Тиана расчесала меня, разделила волосы пробором посередине, заплела в две косы и уложила их плотными калачиками по обе стороны лица. Я, погруженная в свои мысли, ей не мешала.

– Готово, светлейшая льера.

Вздохнув, я ощупала голову.

Зеркала в комнате не было, поэтому я не видела, как выгляжу со стороны, но что-то подсказывало – ужасно. Примерно так я себя и чувствовала.

Подергала за один калачик:

– Обязательно было так туго плести? У меня сейчас скальп отвалится.

– Вы теперь замужняя льера, – служанка опустила взгляд в пол, – вам нельзя ходить с распущенными волосами. Только в спальне перед…

– Хватит! – я поднялась.

Хотела сорвать с себя лены и шпильки, но за дверью вдруг раздались шаги. Затем – громкий стук.

Теперь, когда метка молчала, я не могла понять, дарг пришел или человек. Поэтому вопросительно посмотрела на Тиану:

– Кто там?

Голос за дверью прозвучал четко и холодно:

– Льера, вас требует генерал. Немедленно.

Дарг. Но слово «льера» он произнес без должного уважения. Что ж, с этим я еще разберусь.

Сейчас интересно другое. Аррион не стал бы звать просто так. Тем более когда в крепость наведались посланцы императора. Мне стоит начинать беспокоиться?

Вопрос был риторический.

Я глубоко вздохнула, пряча дрожащие пальцы в складках платья. И, как в омут нырнула, шагнула к дверям:

– Иду.

В коридоре ждал высокий дарг с бесстрастным лицом. Впрочем, все они были высокими. Когда я вышла, он молча развернулся и зашагал по коридору. Я двинулась следом, с тихим ругательством подбирая неудобные складки платья.

В голове крутилась тревожная мысль: «Куда он меня ведет? Опять в кабинет? Или в тронный зал?»

В памяти мелькнул прошлый раз, когда я была в тронном зале. Тогда меня швырнули под ноги генералу с мешком на голове.

От этого воспоминания по спине побежали мурашки. Я передернула плечами и постаралась больше об этом не думать. Как бы Аррион ко мне ни относился, но теперь я его жена. Законная. И причинить мне вред он не сможет, даже если захочет.

Но когда мы миновали этаж с личными покоями генерала и стали спускаться ниже, у меня екнуло внутри.

Не может быть. Неужели все же тронный зал?

Я почти не дышала, пока мы шли по двору к одному из центральных внутренних зданий. Вот и знакомый холл. Да-да, тот самый, откуда стражники тащили меня на крышу. Мрачная каменная анфилада, наполненная запахами железа и гари. Но вопреки моим ожиданиям, дарг внезапно свернул в галерею, одна сторона которой представляла собой высокие арочные пролеты, лежавшие на фигурных столбах.

Впереди я увидела дверь. Ее двойные тяжелые створки из темного дерева были распахнуты, а за ними виднелся… трапезный зал. Оттуда доносился гул мужских голосов, звон приборов, смех.

Я замедлила шаг. Потом и вовсе остановилась в десятке шагов от двери.

Наверное, дарг ошибся…

За спиной раздался шорох – это Тиана, задумавшись, едва не налетела на меня.

– Спроси его, – я кивнула на провожатого, делая вид, что не заметила ее промах, – мне точно нужно туда?

Служанка метнулась к даргу с вопросом. Тот что-то бросил, не разжимая зубов. Служанка поспешно вернулась ко мне.

– Светлейшая льера, – взволнованно зашептала она, – вам нужно… то есть… лаэрд приказал…

– Что приказал? – резко перебила я.

Тиана попятилась, но тут же выпрямилась, делая вид, что просто поправляет складки на моем платье.

– Вы должны присутствовать, – пролепетала она, избегая моего взгляда. – Как… как жена.

Я с горечью усмехнулась.

Как жена. Как формальность. Значит, в крепость и правда прибыл кто-то очень важный.

По обычаю посланцев императора встречают как его самого. Они – представители верховной власти. Если хозяин замка женат, жена должна быть рядом с ним. Если есть законные дети – они тоже должны выйти навстречу высоким гостям.

Мой провожатый замер у открытой двери, ожидая. Я глубоко вздохнула, чувствуя, как под высоким воротником платья набухает ком.

Похоже, Аррион не поставил их в известность, что его супруга необычная женщина. То-то же они удивятся и оскорбятся, узнав, что будут сидеть за одним столом с ведьмой.

«Ну что ж… Пойду, испорчу им аппетит…» – мелькнула шальная мысль.

Шаг. Еще шаг.

Трапезный зал становился все ближе. Я видела пространство, залитое светом огромных кристаллов, длинный стол, уставленный серебряной посудой, наполненными доверху бокалами, блюдами, от которых разносились дразнящие запахи…

Они напомнили, что моей последней едой была та каша на крыше…

И дарги. Много даргов.

Подняв подбородок, я переступила порог. В тот же момент мир будто застыл.

Гул голосов оборвался на полуслове. Руки замерли с поднятыми бокалами, кто-то со звоном уронил вилку на стол. Даже проклятые драконьи кристаллы на стенах будто померкли при моем появлении.

Десятки глаз впились в меня.

Я стояла напротив длинного дубового стола, накрытого белоснежной скатертью, по краю которой неслась красная вышивка, представляющая собой один и тот же повторяющийся элемент – два дракона, сошедшиеся в смертельной битве. Их зубы и когти были обнажены, крылья распахнуты, из пастей вылетало пламя…

Несмотря на расстояние, я разглядела вышивку в подробностях. Смотрела только на нее, стиснув зубы, но видела лица гостей.

За главным столом сидели пять светловолосых мужчин.

Первый – в белоснежном мундире с золотой шнуровкой на груди и голубой императорской лентой. Трое других – тоже в мундирах, но без шнуровки и ленты.

Пятый от них отличался. Его балахон с широким капюшоном выглядел чужеродно среди мундиров гостей и доспехов защитников крепости. Сейчас капюшон лежал на плечах, открывая волосы – белые, как первый снег.