Песнь Чистых Душ

– Вы как, малые? – обернувшись к племянницам, спросил Кроу.

От убийства своего вожака, беовульфы, завывая, бросились на охотника всей стаей, выставляя вперёд длинные когти. Быстрыми взмахами своего орудия, Кроу расправлялся с чудовищами один за другим, словно бритвой разрезая их жуткие тела. Ян, в страхе, сидела обняв сестру, иногда смотря с тревогой на отважного дядю. Спустя недолгое время, все монстры были повержены, оставив от себя лишь пепел на белоснежной глади опушки.

Покончив с волками, Кроу вернулся к племянницам. С беспокойством, он подошёл к тележке и приложил ладонь ко лбу Руби.

– Дядя Кроу, я… – всхлипывая, пыталась что-то сказать Ян.

– Поговорим дома, Солнце – сказал Кроу, вытерев слёзы племяшки своими пальцами – садись в ваш транспорт, поедем к папе.

Залезши под шубки, Ян уселась за сестрой, крепко прижав ту к себе. Всё тело Руби сотрясали озноб и жар, а маленький рот лепетал что-то в бреду. Старшая сестра продолжала плакать от страха и стыда. Она подвергла самого дорого себе человека смертельной опасности, ради глупой детской затеи. Ян казалось, что Руби никогда не простит её, саму себя ей прощать точно не хотелось. Кроу же шёл молча, теня тележку за собой и иногда оборачиваясь, чтобы посмотреть на племянниц.

Расстояние, которое девочки преодолевали полдня, у Кроу заняло около получаса. Ночь уже окончательно вступила в свои права, освещая узкие тропинки из леса тысячей маленьких звёзд. Дотащив повозку до крыльца, дядя взял племянниц на руки и вошёл в дом, открыв дверь с ноги. Из гостинной несло плотным запахом дешёвого табака и не менее противного пойла. Тай уснул прямо за столом, уткнувшись лицом в скатерть, издавая сильный храп. Пепельница была с горкой забита бычками от сигарет, а пол был утыкан пустыми стеклянными бутылками, при этом следов закуски нигде не наблюдалось. Телевизор продолжал громко работать, никак не беспокоя своего хозяина.

– Папа уже прилёг – вздохнул Кроу и понёс девочек наверх в их комнату.

Детская в доме Сяо Лун была небольшой, но уютной. На стене, в глубине комнаты было большое просторное окно, перед которым стоял добротный деревянный письменный стол, усеянный альбомными листами, с рисунками, и фломастерами. Вдоль боковых стен, параллельно друг другу стояли кровати девочек: слева – люлька Руби, а справа – большая кровать Ян, где, вместе с ней, раньше спали родители. На комоде, сидел плюшевый мишка – последний мамин подарок, перед её исчезновением. Почти весь он был красного цвета и только левые лапки – чёрные, пришитые уже самой Саммер, после слишком активной игры дочек. Стены из сосновых брусков были почти целиком заклеены стикерами и плакатами, кое-где остались чьи-то не аккуратные рисунки карандашами.

Ян лежала под большим шерстяным одеялом, внимательно смотря на сестрёнку, ворочившуюся в постели напротив. По её маленькому лицу градом катились капельки пота, а дыхание было очень частным и неспокойным. Руби, то и дело, кричала что-то во сне, в основном нечто несвязное, но тут она начала тихо звать сестру: “Ян, не надо… домой, пойдём домой, Ян…”. Встревоженная старшая сестра спустилась с кровати шерстяными носочками на прохладный пол и подбежала к малышке. Взяв Руби за руку, Ян принялась её покачивать, пытаясь хоть немного успокоить. В это время, в комнату вошёл Кроу, державший в руках холодный компресс и стакан с целебной микстурой.

– Ян, кому сказал не вставать с кровати?! – шёпотом пригрозил дядя.

– Руби звала меня! – взволнованно ответила Ян.

– Она, просто немного бредит, из-за жара – сказал Кроу и присел на колени рядом с люлькой.

Приподняв голову Руби, Кроу дал ей выпить лекарство, а затем положил на горячую голову компресс.

– Руби, ведь, поправится, дядь? – с тревогой спросила Ян.

– Поправится, конечно, от лекарства ей полегчает, а на утро уже будет лучше – тихо ответил Кроу – ты тоже приляг поспи, надо набраться сил…

Тут дядя заметил, что Ян заплакала, продолжая крепко держаться за руку сестры.

– Ну-ну, не плачь, ангелочек – сказал Кроу, взяв племянницу на руки и присев с ней на кровать.

– Мне было так страшно – сквозь слёзы, говорила Ян.

– Знаю, малыш, знаю – шёпотом успокаивал дядя – расскажешь мне, зачем вы в лес пошли?

– Обещай, что никому больше не расскажешь!

– Конечно, золотце, только мне, на ушко.

– Мы пошли мою маму искать…

– Ты что, дракончик, мама же далеко, вы туда не дойдёте ножками.

– Папа сказал, что видел её, последний раз, в хижине в лесу… мне казалось, что там не далеко, а мы весь день проходили… – грустно говорила Ян.

– Так это давно было, малыш… а зачем ты пошла её искать?

– Я очень скучаю по маме… мне хочется, чтобы мы снова жили, как раньше, только с моей мамой – слёзы снова выступили на глазах Ян, а голос начал срываться на фальцет – почему она не пришла к нам, дядь?! Я хочу к маме!

Кроу крепко прижал племянницу к себе. В тот момент, он сам был близок к тому, чтобы заплакать, но сдерживал себя. Мысли о Рейвен и Саммер тяготили его не меньше, чем племянниц и он был так же бессилен что-либо изменить.

– Я тоже скучаю по ним, малыш, но надо жить дальше – сказал Кроу – у тебя есть самое главное, в этой жизни – твоя сестрёнка. Когда вы вырастете, будете большими и сильными, обязательно будете помогать друг другу. Я видел, как ты заслонила Руби собой, когда пришли волки. Это было очень смело.

– Я всегда Руби защищаю – вытирая глаза, сказала Ян.

– Молодец, делай так и дальше – похвалил Кроу, погладив племянницу по голове – всегда нужно держаться за своих близких, а больше в этом мире и не на кого положиться. Но, всё-таки, в следующий раз, если будет плохо, позвони мне и не уходи из дома, хорошо?

– Хорошо – сказала Ян, кивнув головой.

– Обещаешь?

– Обещаю!

– Молодец, а теперь ложись – сказал Кроу, уложив Ян под одеяло – я сегодня у вас переночую, так что зови, если что.

– Спасибо, дядя Кроу – сказала Ян, слегка улыбнувшись.

Кроу улыбнулся в ответ и вышел из спальни, закрыв за собой дверь. Взглянув на Руби, Ян заметила, что ей, действительно стало лучше: с лица пропал болезненный румянец, потливость пропала, а хриплое дыхание сменилось мирным сопением. Немного успокоившись, старшая сестра почти сразу провалилась в сон от усталости.

На следующее утро, Ян проснулась от яркого Солнца, светившего из окна. Небо было почти безоблачным и в ярко-синем небе виднелись, пролетавшие над островом, самолёты. На карнизе чирикали снегири, искавшие, чем можно поживиться. Руби ещё крепко спала, держась ручками за подушку. От вида сестры, Ян улыбнулась и встала с кровати, надев свои пушистые тапочки, в виде морды жёлтого дракона. Вдруг с улицы послышался скрип входной двери, заинтересовавший старшую сестру. Забравшись на стол, она залезла на подоконник и выглянула во двор, где стоял дядя Кроу, куривший сигарету, смотря куда-то вдаль. Тут дверь снова отворилась и на крыльцо вышел, пошатываясь, вышел Тайан, протирая глаза от долгого сна.

– О, Кроу, ты чего тут? – удивлённо спросил Тай, заспанным голосом.

– Проведать вас зашёл, ещё вчера – ответил Кроу, держа сигарету в зубах.

– Извини меня, брат, переборщил я вечером – сказал Тай, приложившись к перилу – чего не разбудил-то меня?

– Я пытался, да тебя, кабана, разве растрясёшь?

– Чего кабана-то сразу?

– А то, что ты свинья, братец мой – сказал Кроу и подошёл вплотную к Таю.

– Почему свинья?

– Сейчас объясню… – сказал Кроу и крепко врезал Тайану по лицу, отчего тот скорчился от боли.

– Ты чего творишь?! – крикнул Тай.

– А ты?! – тихо, но яростно сказал Кроу, взяв друга за шиворот – пока ты тут напивался, у тебя дочери чуть в лесу не замёрзли, собака!

– В лесу? – удивлённо, спросил Тай.

– В лесу, в лесу! Мне Ян всё рассказала, как ты им на уши присел, про встречи с Рейвен…

– Я не помню… – взявшись за лоб, ответил Тай.

– Конечно, не помнишь, ты же в слюни был, когда я пришёл!

– Уж не тебе меня за пьянство отчитывать!

– Может быть, но только я вчера твоих дочерей спас, пока ты откисал! – в этот момент, Кроу немного сбавил тон и отпустил Тая – их вчера чуть стая гриммов не растерзала, если хочешь знать.

– Они настолько далеко ушли? – обескураженно спросил Тай.

– Ага, Ян посадила Руби в тележку и повезла – выкинув сигарету и закурив следующую, сказал Кроу – поехали маму искать, по твоим рассказам, на какую-то избушку набрели, а вокруг гриммов целая стая. Ещё чуть-чуть и… повезло, что успел.

Взявшись за голову, Тайан сел на крыльцо. Из его глаз полились слёзы, ему было ужасно стыдно за себя.

– “Мда, я знал, что плаксы они не в матерей” – подумал Кроу.

– Что же я натворил, Кроу? – с досадой, говорил Тай – зачем, зачем я им это сказал?

– Потому что хватит уже траур держать, братан – сказал Кроу, присев рядом – Саммер, разве, хотела бы этого? – Тай покачал головой – вот именно, она уходила, оставляя их с тобой, понимаешь? Саммер всегда верила в тебя, как и во всех нас… а про Рейвен давно пора забыть, просто выброси её из головы!

– А ты забыл? – спросил Тай, вытирая слёзы.

– Пытаюсь… но я всю жизнь был рядом с ней, как привязанный, а тебе есть о ком ещё подумать, Тай. Спят сейчас, два курносика… так что, завязывай с выпивкой, нечего на меня ровняться! С отца спрос всегда выше, чем с дяди, потому что это твоя обязанность! Но я тоже, конечно, помогу. Даю тебя есть выходные, чтобы привести себя в порядок, а потом возвращаешься в Сигналис на работу, я договорился.

– Спасибо…

– И ещё кое-что – прервал друга Кроу – рядом с детьми, больше ни слова про Рейвен, понял меня?

– Понял, я, на трезвую голову, никогда бы и не сказал, сам знаешь… спасибо тебе, Кроу, за всё – сказал Тай и протянул руку товарищу.

– Не за что, старина – сказал Кроу, пожав руку в ответ – перед девочками извинись, как проснутся.

– Само собой.

Поднявшись на ноги, Кроу и Тай зашли в дом, закрыв скрипучую входную дверь. Ян очень тронула речь дяди и она восприняла её на свой счёт. Ей казалось, что подвергнув Руби опасности, нарушила свои обязанности, как старшей сестры, не смогла защитить младшенькую от беды. В это время, самая малышка только проснулась, с трудом открывая слипшиеся веки.

– Доброе утро, Ян – слегка хриплым голосом сказала Руби.

Ян быстро спрыгнула со стола и, подбежав, крепко обняла сестру.

– Ян, ты чего? – удивилась Руби.

– Прости меня, Руби, это всё из-за меня – серьёзным тоном сказал старшая сестра – я была ужасной сестрой…

– Что ты, Ян! Ты самая крутая сестра в Ремнанте! – воскликнула Руби.

– Ты не обижаешься на меня?

– Нет, конечно, ты же ненарочно!

– Спасибо, Рубс! – улыбнулась Ян – но, знаешь, я должна кое-что пообещать тебе, очень важное!

– Пообещать? – озадачилась Руби.

– Да, а ты пообещай, что крепко мне вмажешь, если не выполню!

– Зачем?

– Так надо, чтобы всегда помнила! Пообещай!

Руби растерянно кивнула.

– Я обещаю, что всегда буду защищать тебя, Руби! Чтобы со мной не случилось, я больше никогда тебя в обиду, сестрёнка, клянусь! – на одном дыхании произнесла Ян.

Руби была поражена таким смелым обещанием и, от неожиданности, не знала, что ответить. Ян же снова крепко её обняла. Это обещание она не забудет никогда, храня в сердце даже в самые трудные времена. Во многом, оно станет её путеводной звездой, всегда ведущей домой, где есть самый близкий, для неё человек.

***

Вейл всегда называли городом, который никогда не спит. В любое время года, в любых обстоятельствах, круглый сутки здесь кипела жизнь. Особенно активно она процветала в южной части города, недалеко от пристани, где находилось множество складов, ангаров и рыболовных рынков. В народе это место называлось, в шутку, “Кисельный берег”, потому что, кроме разнорабочих, здесь всегда обитали бандиты, беглые заключённые, мошенники, игроманы и прочие люди не самой честной судьбы, пытавшиеся чем-то поживиться. Почти весь берег был слабо освещён, потому что электрики боялись соваться сюда даже с охраной, лишь остатки тусклых фонарей позволяли хоть немного разглядеть изрытою ямами и трещинами асфальтную дорогу. В ту ночь, однако, по тёмным закоулкам, словно молния, пробиваясь сквозь тьму и летящие с неба крупные снежинки, пронеслись две яркие пары огней, исходящих от солнечно жётлого мотоцикла, мчащегося куда-то на всех парах. Пролетев несколько кварталов, транспорт остановился возле большого клуба, с ярко светящейся вывеской “Медвежий угол”. Из открытых окон и дверей громко играла музыка и виднелись разноцветные огни световых пушек, метавшиеся по стенам, будто солнечные зайцы. Поставив мотоцикл, водительница сняла с головы жёлтый шлем, с чёрными полосами, обнажив роскошные золотистые волосы, переливающиеся на свету, словно водопад. Девушка была одета в чёрные облегающие джинсы и кофейного цвета короткую дублёнку, оставленную хозяйкой не застёгнутой, обнажая подкаченный живот и жёлтого цвета топ. Шею закрывал оранжевый тканевый шарф, а на ногах были обуты массивные кроссовки, такого же цвета. Прицепив шлем к рулю, Ян с улыбкой на лице уверенно направилась ко входу, охраняемому огромным верзилой в чёрных очках и такого же цвета классическом костюме. Взглянув на гостью, из-под лобья, охранник почесал лысый затылок.

– Дядь, пусти к медведям в гости! – громко произнесла Ян, пытаясь докричаться сквозь музыку.

– Сюда несовершеннолетним нельзя, девочка, вали на школьную дискотеку! – ухмыляясь, ответил секьюрити.

– А?! Чего говоришь?! – подставив руку к уху, крикнула Ян.

– Говорю, мелкая ты ещё, нельзя тебе сюда! – ещё громче сказал верзила, чуть наклонившись.

– Музыка очень громкая, ничего не слышу!

– Говорю: вали отсюда, глухо… – закричал охранник, наклонившись прямо к лицу девушки, но, не успев договорить, получил сильный удар в челюсть, от которого отлетел на ближайшую, на стоянке машину.

– И чего так кричать? – разведя руками, сказала Ян и неспешно вошла в клуб.

Широкий коридор, с ковровой дорожкой, вёл в просторный зал, с большим танцполом, светомузыкой, трубчатыми аквариумами, уходящими под высокие потолки, на которых вертелись дискошары, светящейся сценой, где выступали две певицы, очень похожие внешне, столиками и небольшими зонами для более приватных бесед, напоминающими пчелиные соты, встроенные в стену. Осмотревшись, Ян заметила в одной из самых нижних таких кабинок мужчину средних лет в деловом костюме, с красным галстуком, что-то активно обсуждающего со своим приятелем в белом пальто и чёрном котелке, прикрывающим рыжие волосы. Человек в костюме был владельцем заведения, известным всем по кличке “Малой”, хотя ни ростом, ни сложением обделён он не был. Выявив босса, Ян спустилась по стеклянным ступеням к бару и присела поближе к “ячейке” с главой клуба. Наряд бармена был почти идентичен его начальнику, но на голове была надета большая голова мультяшного медведя, как у ростовых кукол.

– Что-нибудь налить, красотка? – спросил бармен.

– “Клубничный рассвет”, без льда и с во-о-от тем милым зонтиком, пожалуйста – весело ответила Ян, указав на розовый декоративный зонтик, под полками с напитками.

– Будет исполнено, мадемуазель – игриво ответил бармен.

Тут к стойке подошёл сам “Малой”, выглядевший несколько подавленным от общения со знакомым. Увидев начальника, бармен молча достал из ведра со льдом бутылку водки, налил стопку и поставил перед боссом, который одномоментно выпил рюмку до дна. Немного отведя взгляд, владелец заведения заметил Ян и с недоумением осмотрел ту с ног до головы.

– Девочка, а тебе не надо ещё пару лет подождать, чтобы сюда пройти? – с ухмылкой спросил Малой – вот же шкаф безмозглый, одну работу дал – проверяй всех на входе и то не смог!

– Да ладно тебе, дядь, я же не пить сюда пришла – весело ответила Ян, копошась в кармане своих брюк – дело у меня к тебе!

– Дело? У тебя?! – тут босс рассмеялся, а вслед за ним и бармен – и что же за дело такое?

– А вот, глянь сюда – ответила Ян, вытащив слегка измятое фото молодой женщины, с длинными чёрными волосами, одетую в красные доспехи – знаешь что-нибудь о ней?

Малой, с самодовольным выражением на лице, взглянул на фотокарточку и быстро выдал своё заключение:

– Не знаю такую…

– А ты внимательнее приглядись! Ты же даже не рассмотрел толком!

Владелец клуба наклонился поближе, пытаясь вглядеться, как вдруг Ян схватила его за нос. Малой завопил от боли, а на его крик тут же сбежалась охрана, из дюжины верзил в одинаковых костюмах, с красными галстуками. Все они достали пистолеты и мечи, направив их на юную гостью, которая будто не обращала на них внимания. Бармен, в страхе, спрятался под стойку, пока большинство посетителей даже не заметило конфликт у бара. Торчвик заинтересованно наблюдал за происходящим из ложи, потягивая сигару, но, пока, не думая вмешиваться. Босс пытался вырваться, но с каждым его движением, хватка становилась всё крепче.

– Отпусти, сучка, или урою! – крикнул Малой, продолжая стонать от боли.

– Так что, лицо на фото не знакомо? – снова спросила Ян.

– Не знаю я её, говорю же! Правда, не знаю! Отпусти!

– Эх, какая жалость… – с досадой сказал Ян и отпустила нос бандита.

– Тебе повезло, что я не убиваю детей, малышка! – злобно сказал Малой, держась за опухший нос – бери свою вонючую фотку и проваливай!

– О, не обижайся, большой мальчик! – сюсюкающим тоном, сказала Ян – просто, проверяла, насколько ты честен с красивыми девушками!

– С женщинами, я всегда честен, но дитю, вроде тебя, это не грозит! – продолжал грозить Малой, приложив к носу кусочек льда, переданный барменом.

– Серьёзно?! А ты мне даже начинал нравиться – с разочарованием сказала Ян – похоже, ты, всё же, слепой…

Ещё раз внимательно оглядев Ян, с ног до головы, владелец клуба присел на стул рядом с девушкой, расплываясь в похабной улыбке.

– Ну, если тебе есть, что предложить, могу составить тебе компанию – полушёпотом пробормотал бандит.

– Да, могу предложить кое-что – сказала Ян и поманила босса пальцем.

Верзила наклонился поближе к лицу девушки и выставил ухо вперёд, дожидаясь каких-то приятных слов.

– Огонь – шёпотом произнесла Ян.

– Чего… – поморщившись хотел спросить Малой, как вдруг в его лицо влетел, пылающий огнём кулак Ян.

Волна от удара повалила с ног, стоявших рядом, охранников, а сам незадачливый ловелас улетел обратно в свою ложу, едва не врезавшись головой в своего компаньона, продолжавшего мирно отдыхать в мягком кресле.

– Мочи её, ребята! – крикнул один из секьюрити, поднявшись на ноги.

– Вот это другой разговор – с улыбкой сказала Ян, стукнув кулаками друг о друга и из браслетов на её руках появились две большие механические перчатки жёлтого цвета.

Напуганные посетители начали разбегаться из заведения, пока толпа охранников бросилась в сторону Ян. Первого бандита она перебросила через себя на полки со спиртным, затем, увернувшись от меча второго, отправила его в полёт апперкотом. Когда сразу четверо мерзавцев попытались окружить девушку, та, сначала, ловко огибала пули и отбивала их своими перчатками, а когда бандиты подбежали уже вплотную, подпрыгнула вверх, чтобы, размахнувшись, как следует ударить кулаком об пол, рванув вниз, и разбросав негодяев по всему залу. Оставшиеся четверо пытались стрелять издалека, но это лишь раззадорило Ян, чьи волосы начали пылать, словно лава, а глаза загорелись красным цветом. Вдоволь наотбивавшись пуль, Сяо Лун помчалась на своих врагов и одним ударом снесла всю четвёрку.

Увидев происходящее, со сцены сошли две певицы-близняшки Милтия, одетая в красное платье с длинным пером на плече, и Мелания, в полностью белом наряде, с соболиным воротником на шее. На руках первой появились два больших красных когтя, похожие на мечи, а из каблуков на сапогах второй показались большие лезвия.

– Кто эта девчонка, Мелани? – спросила дама в красном.

– Не знаю, Милти, но ей точно стоит преподать хороший урок – ответила сестра в белом.

Достав ленты с дастом из карманов своей короткой кожаной куртки, Ян быстро перезарядила оружие и, глубоко выдохнув, встала в боевую стойку.

– Потанцуем, девочки? – широко улыбнувшись, сказала Сяо Лун.

Ян начала стрелять снарядами с огненным дастом, однако сёстры умело уворачивались, быстро добравшись до атакующей. Первой начала атаку Милти, пытаясь задеть Сяо Лун своими длинными когтями, но та смогла увернуться или парировать каждую атаку. Вторая сестра не отставала и попыталась атаковать сзади, но задела каблуком лишь мечи красной певицы, потому что Ян успела уклониться от удара, пригнувшись, а затем ударила по обоим, заставив их расступиться.

– Хорошо танцуете, девчат, да только… – довольно говорила Ян, пока не заметила на полу несколько светлых волос, отрезанных шпильками-мечами, при последней атаке, дотронуться до золотистых локонов было непростительным грехом, мгновенно приводящим Сяо Лун в ярость – теперь вы не убежите.

Быстро подбежав к Мелани, Ян схватила ту за ногу, когда она снова попыталась атаковать, а затем, раскрутив, бросила в сестру, отправив боевых певиц в длинный полёт, пока они не врезались в аквариум, сделав в том большую трещину.

– Не зря говорят: полезно смотреть на аквариум, чтобы заснуть – улыбнувшись, сказала Ян.

Вдруг раздался выстрел, от которого Сяо Лун успела увернуться. К танцполу, неспешно, держа трость, словно пистолет, направлялся гость в шляпе, не вынимая изо рта тлеющую сигару.

– Вообще-то, гостям не принято вмешиваться в драку хозяев, но, похоже, придётся мне взяться за твоё воспитание, Блонди – надменно сказал рыжий плут.

– Любите же вы, уроды, нравоучения – вздохнула Ян.

Подлетев к шляпнику, Ян начала быстро наносить удары, которые бандит успешно парировал тростью, словно шпагой, а затем, воспользовавшись моментом, ударил девушку ногой, заставив ту чуть отступить. Следом, Сяо Лун уже самой пришлось уворачиваться от быстрых движений рыжего плута, ринувшегося в атаку и несколько раз ударившего противницу. Вдруг, откуда не возьмись, на сцене появился Малой, со сломанным носом и кровоподтёками по всему лицу. В руках он держал большую базуку, которую сразу направил на обидчицу, с жуткой ухмылкой на лице.

– Огонь, сука! – крикнул бандит, запустив снаряд в сторону Ян.

Ударив по Сяо Лун, ракета снесла её в сторону барной стойки, а затем взорвалась, заполонив дымом весь огромный зал. Завизжала громкая сирена пожарной сигнализации, слышимая за много кварталов от места битвы.

– Ты рехнулся, а если бы по мне попал?! – крикнул шляпник, откашлявшись.

– Не трясись, она с автоприцелом! – крикнул Малой в ответ.

– А сигнализация у тебя какого чёрта есть?!

– На всякий пожарный, естественно!

– Какой пожарный, сюда сейчас орда легавых приедет, кретин!

– Ну, я боялся, что подожгут…

– Боялся он, блин… – бандит с тростью посмотрел по сторонам, пытаясь разглядеть, сквозь дым, лучшую тропу для побега – мне надо сваливать и быстро…

– Могу проводить! – послышался знакомый девичий голос из мглы.

Шляпник, с ужасом, обернулся и увидел яркий свет, пробивающийся, сквозь дым, в самой середине которого проявились два сияющих красных глаза. Когда пелена немного спала, два горе-бандита увидели невредимую Ян, чьи волосы горели, словно огонь, вздымаясь вверх, пока она сама смахивала кровь с небольших ранок на лице.

– Что ты натворил? – пятясь назад, тихо спросил шляпник.

– Это не я, клянусь! – испуганно сказал Малой.

Стукнув кулаки друг о друга, Ян мгновенно развеяла дым и разбила взрывной волной остатки стёкл, включая аквариумы. Хорошенько размахнувшись, она на сверхбыстрой скорости бросилась вперёд, сбив кулаком обоих бандитов и ударив их о переднюю стену здания стену, с такой силой, что та, не выдержав, рухнула, к удивлению, уже прибывших пожарных. В этот же момент, к злополучному клубу подъехала машина жандармов.

– Здесь что, гримм напал? – спросил молодой полицейский за рулём.