Тайна бездонных глаз

— Эмилия, посмотри на меня! — жёстко приказала Ана, намертво сжав ладонями лицо женщины.

В ту же секунду произошло невероятное. Остекленевшие зеленые глаза Эмилии на мгновение прояснились. Маска безумия спала, обнажив человеческий ужас. Разум несчастной женщины на долю секунды вернулся, и она в отчаянии завыла, цепляясь за пальцы девочки.

— Помоги. Помоги мне… Прошу тебя, помоги! Оно… оно мучает меня…

— Я знаю, — отозвалась Ана. — Я постараюсь помочь тебе. Я разорву эту связь.

От услышанного и увиденного Тони буквально ошарашило. Паника выжгла остатки хладнокровия. Сорвавшись с места, он сломя голову понёсся по коридору и у самого поворота со всего маху влетел в Рэя, который как раз возвращался от музыкантов. Рэй едва удержался на ногах, ухватившись за косяк.

— Воу, Данкан, тормози! — Рэй недоуменно уставился на тяжело дышащего друга. — Что стряслось?

— Рэй… Там… Я такое сейчас увидел, ты просто упадёшь! — заикаясь и глотая воздух, прохрипел Тони и вцепился в куртку друга, силой волоча его за собой обратно к кабинету философии.

— Да объясни ты толком, в чём дело! — Рэй раздраженно хмурился, пытаясь высвободить руку.

— Дело в твоей Ане! — на бегу выпалил Тони, его голос дрожал от ужаса. — Она не та, за кого себя выдаёт, слышишь?! Прекрати с ней общаться. Срочно!

Рэй остановился как вкопанный, сердито выдёргивая руку:

— Данкан, ты перегрелся? Что за бред ты несёшь?

— Я не брежу! Ты сейчас сам всё увидишь своими глазами, пошли! — Тони буквально доволок его до дверей класса и с силой толкнул створку.

Кабинет встретил их абсолютной тишиной. Ана испарилась, словно её здесь и не было. За преподавательским столом сидела Эмилия Долл, спокойно заполняя школьные бланки. На её лице снова застыла мимика манекена. Никаких следов недавней истерики.

Рэй устало перевёл взгляд на друга:

— Ну? И что я должен был здесь увидеть, по-твоему?

Тони растерянно переминался с ноги на ногу, его язык заплетался от шока:

— Н-но… они же только что… Рэй, я клянусь, Ана стояла здесь! Она манипулирует людьми! — Догадка мгновенно вспыхнула в его мозгу. — Чёрт… Рэй, а что если наша амнезия, те звонки, пропущенная ночь — это всё её рук дело?! Что если она стёрла нам память?!

Рэй покачал головой и потащил друга прочь от греха подальше:

— Тони, это уже не смешно. Тебе просто показалось. Завязывай.

Тони обречённо вздохнул. Настаивать дальше было бессмысленно — у него не было ни одной улики, а Рэй был слишком ослеплён своей симпатией к новенькой. Однако Тони всё же не собирался оставлять всё так просто. Он намеревался докопаться до истины любой ценой.

Заливистый школьный звонок прервал их спор, и парни молча побрели на следующий урок биологии, погруженные каждый в свои тяжелые мысли.

***

Звонок возвестил об окончании учебного дня. Рэй и Тони уже направлялись в художественную мастерскую, но у дверей их встретила мисс Вернер. Преподавательница виновато развела руками, объявив, что сегодняшнее занятие отменяется.

Парни развернулись, собираясь идти к выходу, как вдруг в главном холле поднялся невообразимый гвалт. Одна из дежурных учительниц как раз прикрепила к демонстрационному стенду обновленный лист общей успеваемости старшеклассников. Толпа учеников мгновенно хлынула к доске, толкаясь и вытягивая шеи.

Рэй лениво скользнул взглядом по нижним строчкам списка и приподнял бровь. Его имя наконец-то сдвинулось с мёртвой точки. Он больше не занимал привычное второе место с конца, а поднялся на три позиции вверх. Рядом недовольно скривился Тони. Его педантичная натура перенесла тяжёлый удар: его фамилия красовалась на третьем месте, хотя Данкан маниакально оберегал своё законное второе место сверху. Но настоящий взрыв произошел в самом верху списка. Эйми Гилберт растолкала локтями шепчущихся девчонок и в упор уставилась на лист. Её лицо мгновенно побледнело, а идеальные пальцы до белизны сжали лямку сумки. Она оказалась на втором месте. Первенство, которое принадлежало ей с самого начала, было растоптано.

— Кто же меня обошёл? — прошептала Эйми с недоумением, вглядываясь в печатные буквы.

На первой строчке школьного рейтинга было напечатано имя: Ана Тейлор.

От возмущения, Эйми пронеслась по коридору и без стука ворвалась в кабинет матери. Директриса Гилберт спокойно сидела за столом, просматривая отчеты.

— Мама! Это какая-то ошибка! — с порога закричала Эйми, тяжело дыша. — Как Ана могла оказаться на первом месте? Она ведь только недавно перевелась в нашу школу! Это невозможно!

Мередит Гилберт даже не подняла головы, методично перелистывая страницу:

— Никакой ошибки здесь нет, Эйми. Все преподаватели, от Адамар до Ритца, отзываются о ней исключительно в превосходной степени, как и я. По всем тестам и устным опросам у неё абсолютный максимум. Девочка — настоящий гений.

Директриса наконец отложила ручку и в упор посмотрела на дочь:

— И вообще, Эйми… Вчера вечером я стояла за дверью твоей комнаты и слышала, как проходило ваше занятие. Ты полчаса билась лбом о стену, пытаясь вдолбить в Фицджеральда элементарную теорему, но не добилась от него ни слова. А вот Тейлор справилась с этим меньше чем за минуту.

Миссис Гилберт сделала паузу, чеканя каждое слово:

— Поэтому я приняла решение. Ты больше не будешь заниматься с Рэем. Ана справляется с этим в разы толковее и эффективнее.

Эйми застыла, чувствуя, как внутри всё буквально закипает от злости. Зубы девушки сжались с такой силой, что заболели желваки. Её отстранили. Заменили. За всю свою жизнь она ещё никогда не чувствовала себя настолько раздавленной и публично униженной. И сделала это её собственная мать.

Мередит заметила состояние дочери, и её строгий взгляд неожиданно смягчился. Она поднялась из-за стола, подошла к Эйми и мягко положила руку ей на плечо:

— Ну полно тебе, дочка. Посмотри на ситуацию с другой стороны, возможно, всё не так уж плохо. Может, тебе стоит попробовать подружиться с Аной?

Эйми удивленно вскинула голову.

— Подумай сама, — тихо добавила мать. — Ты ведь у нас первая красавица, президент совета, кругом вечно вьются люди… но будем честны: у тебя ведь никогда не было лучшей подруги. Ана Тейлор — твоего уровня. Из этого союза может выйти отличный толк. Что думаешь?

Эйми лишь отвела взгляд к окну и промолчала, глубоко задумавшись. Да и Мередит не рассчитывала на ответ, а лишь хотела дать дочери пищу для размышлений.

***

Ана Тейлор неторопливо шла по крылу школьного коридора. Ученики уже разошлись, и тишина казалась почти осязаемой. Внезапно из темноты тупика выскочила фигура. Мощные пальцы вцепились в её запястье, бесцеремонно утягивая за угол, и со всей силы прижали девушку к холодной стене.

Это был Тони Данкан. На его бледном лице горели полные паранойи глаза. Он решил действовать радикально — игры кончились, ему нужны были ответы здесь и сейчас.

— Говори! — прошипел Тони, нависая над ней и тяжёло дыша.

— Не поняла, — испуганно произнесла девушка. — Тони, что случилось?

— Она ещё и спрашивает! Я видел, что ты делала с мисс Долл! Я всё видел и слышал! Что ты с ней сделала?!

Ана молчала. На её лице появился страх.

— Ты думаешь, я тупой?! Думаешь, меня можно обвести вокруг пальца?! — Тони сорвался на крик, теряя остатки самообладания. Он перехватил её за плечи и принялся с силой трясти. — Я тебя насквозь вижу, Тейлор! Ты лжёшь с первого дня! Наша амнезия, стёртая память — это всё твоих рук дело! Я выведу тебя на чистую воду!

Ана внезапно обмякла в его руках. Её дыхание стало частым, а на глазах выступили слёзы.

— Тони, какого чёрта ты вытворяешь? — раздался из коридора оглушительный рёв.

Тони не успел даже обернуться. Рэй Фицджеральд коршуном влетел за угол. Лицо парня было искажено такой яростью, какой Тони не видел у него за все одиннадцать лет их дружбы. Рэй с силой рванул друга на себя, отшвыривая прочь от испуганной Аны.

— Ты с ума сошёл, Данкан?! — заорал Рэй, задыхаясь от гнева.

— Рэй, очнись! — Тони снова попытался кинуться вперед, указывая пальцем на новенькую. — Она обманщица! Манипуляторша! Она не человек, Рэй, послушай меня...

Хлёсткий щелчок пощёчины оборвал его крик на полуслове.

Удар Рэя был быстрым. Голова Тони дёрнулась в сторону, а на щеке мгновенно проступил багровый след. В коридоре воцарилась тишина. Тони застыл, не веря собственным глазам. Его лучший друг только что ударил его ради девчонки, которую знает пару дней.

— Заткнись, — тихим голосом произнес Рэй. — Хватит нести этот бред. Если ты ещё хоть раз подойдешь к ней или прикоснёшься против её воли… я за себя не ручаюсь. Держись от Аны поодаль, Данкан. И от меня.

Рэй развернулся, бережно обнял Ану за плечи и повёл её к выходу, даже не обернувшись на застывшего в ступоре друга. Тони остался стоять в тёмном углу один, сгорая от унижения, бессилия и страха за Рэя, который, по его мнению, добровольно шёл на убой.

Рэй и Ана вышли на свежий воздух. Рэй всё ещё мелко дрожал от пережитого гнева. Он заботливо заглянул Ане в лицо:

— Ана… Ты как?

Ана аккуратно вытерла пальцем слезу и улыбнулась, мгновенно успокаиваясь:

— Всё хорошо, Рэй, не переживай. Я в полном порядке. Он просто… сильно напугал меня.

— Прости, пожалуйста, — Рэй опустил голову. — Я понятия не имею, что на него нашло.

— Всё хорошо, — повторила Ана. — Спасибо.

Из-за произошедшего Рэй уже не был уверен в том, что Ана захочет идти с ним куда-то, но знать наверняка ему всё же хотелось.

— Ты же… то есть… у нас ещё всё в силе? Нет, я не настаиваю. Я пойму, если…

— Конечно, в силе, — мягко ответила она. — Идём.

***

В кабинете шерифа Гвендолин Данкан пахло остывшим кофе и старыми уголовными делами. Женщина сидела за столом, обложившись криминалистическими отчётами, снимками разорванной плоти и записями допроса пострадавшей Лизбет Вудхантер. Все ниточки упрямо вели в лес.

Внезапно тишину разорвал дребезжащий звонок стационарного телефона. Дежурный офицер торопливо снял трубку:

— Участок Стренджпорта, помощник Харрис слушает… Да. Да… Что?! Понял вас.

В ту же секунду дверь кабинета Гвендолин без стука распахнулась. На пороге стояла её верная помощница Майер. Лицо молодой женщины было бледнее обычного, а пальцы крепко сжимали рацию.

— Шериф Данкан, — севшим голосом доложила Майер. — В лесу обнаружили ещё два трупа. Парень и девушка.

Гвендолин мгновенно отложила ручку и подобралась, её взгляд стал ледяным:

— Характер повреждений?

— Тот же самый, — Майер сглотнула тяжелый ком. — Черепа раздроблены.

Гвендолин Данкан резко поднялась со стула. Лицо шерифа превратилось в каменную маску полицейского, готового к худшему.

— Вызываем эксперта прямо на место преступления. Пусть криминалисты поднимают все машины. Майер, за мной. Выезжаем немедленно, — скомандовала Гвендолин.

Спустя минуту патрульная машина шерифа, взвизгнув сиреной и заливая пустые улицы сине-красными вспышками маячков, на полной скорости рванула в сторону чернеющего на горизонте леса.

***

Дом Фицджеральдов встретил гостью уютным теплом и тихим гулом просыпающейся вечерней бури за окном. Джемма Фицджеральд открыла дверь и на секунду застыла на пороге, завороженно разглядывая спутницу сына. Лиловые глаза, бледная фарфоровая кожа и белоснежные локоны девушки производили гипнотическое впечатление.

— Господи, какая красавица… — искренне выдохнула Джемма, ласково улыбаясь. — Настоящий ангел-альбинос. Проходи, милая, чувствуй себя как дома. Обед, правда, ещё томится в духовке, нужно будет подождать минут двадцать.

Рэй, пряча смущенную улыбку, повернулся к девушке:

— Ана, давай пока поднимемся ко мне? Сразу предупреждаю — у меня не убрано, так что заранее извини.

— Хорошо, Рэй, — мягко отозвалась она.

Парень поднялся на второй этаж и пропустил Ану в комнату первой. Девушка плавно переступила порог, замерла посреди хаоса из разбросанных книг, фантиков и одежды и принялась медленно оглядываться.

— М-да, — Рэй неловко пнул ногой валяющийся на ковре чистый носок, заталкивая его под кровать. — Прости ещё раз.

Ана обернулась к нему, и на её губах заиграла загадочная улыбка:

— Не извиняйся. По-моему, здесь всё лежит именно так, как и должно быть.

Её слова прозвучали так интимно и правильно, что Рэй окончательно смутился. Чтобы перевести тему, он присел на край стола, скрестив руки:

— Ана, а где твои родители? Ты же, как я понял, приехала из Нью-Йорка одна.

— Они очень далеко, — Ана опустила глаза, и на её лицо набежала бледная тень. — Мы редко видимся. Можно сказать, что все дети в нашей семье с ранних лет предоставлены сами себе. Но так как я старшая, мне приходится отвечать за каждого из них.

— Вот как. Ты очень ответственная, — искренне восхитился парень.

Ана качнула головой, и в её голосе проступила боль:

— Не думаю, Рэй… Младшую сестру я всё-таки упустила. Не смогла удержать.

— Ну нельзя же контролировать абсолютно всё в этой жизни, — Рэй попытался подбодрить её, делая шаг навстречу.

Он подошёл вплотную. Его обострённый слух улавливал каждое ее ровное дыхание. Рэй заметил, что из её безупречной прически выбилась тонкая белоснежная прядь. Поддавшись внезапному порыву, он протянул руку и аккуратно заправил локон ей за ушко, случайно коснувшись тёплой кожи. Его взгляд намертво застыл на её лице. Он долго смотрел в её лиловые глаза, а затем сорвавшимся голосом прошептал:

— Ана… Я хотел бы кое-что попробовать.

Девушка замерла, глядя на него снизу вверх. Рэй медленно приблизился, чувствуя, как адреналин взрывает вены, и едва ощутимо коснулся её губ своими. Это было пробное касание.

— Я хотел сделать это ещё вчера, там, на вершине горы, — признался он, не отстраняясь.

— Я знаю, — выдохнула она ему в губы. — И я желала того же.

Эти слова сорвали все невидимые барьеры. Теперь Рэй поцеловал её уверенно, глубоко и страстно. В ту же секунду его накрыло наваждение. Разум заволокло сладким туманом, а тело требовало гораздо большего. Потеряв контроль, он увлёк Ану за собой, плавно укладывая её на кровать, и продолжил жадно впиваться в её губы. Ана не сопротивлялась — она с готовностью принимала все его ласки, отвечая на каждый выпад.

Пальцы Рэя задрожали, когда он принялся расстегивать верхние пуговицы её чёрного платья. Ткань поддалась, оголяя её плечи и шею. Парень спустился поцелуями ниже, оставляя влажные следы на её ключицах.

— Ты мне нравишься, Ана… — задыхаясь между поцелуями, шептал он, теряя остатки здравого смысла. — Ты просто сводишь меня с ума.

Рэй заплёл пальцы в её прическу, окончательно распуская белоснежные волосы, которые рассыпались по подушке сияющим веером. Жар внутри него стал невыносимым. Рэй рванул через голову собственную футболку и сбросил её на пол. Затем его ладонь опустилась к ремню джинсов — в штанах уже стало нестерпимо тесно.

Он ни на секунду не прерывал поцелуя. Его ладонь плавно скользнула по её бедру вверх, задирая подол платья, и сквозь тонкую ткань нащупала кружевные трусики Аны, собираясь одним движением снять их. Девушка томно вздохнула и чуть приподняла бедра, послушно позволяя ему это сделать…

— Ужин готов! Спускайтесь к столу! Ана! Сынок! — веселый крик Джеммы из прихожей первого этажа ворвался в комнату, словно ведро ледяной воды.

Рэй выругался под нос, резко отстраняясь и садясь на край матраса. Морок мгновенно спал, оставив после себя лишь бешено колотящееся сердце и тяжёлое дыхание. Ана тоже приподнялась, поправив платье. Оба подростка в одно мгновение залились пунцовой краской, не решаясь посмотреть друг другу в глаза после этой минутной вспышки животной страсти.

— Мне нужно буквально на пару минут заскочить в ванную, — Ана неловко улыбнулась, пряча пылающие щеки. — Приведу себя в порядок.

— Да, конечно. Она прямо по коридору, в конце, — Рэй указал рукой на деревянную дверь орехового цвета и поспешил к своему шкафу, чтобы сменить измятую одежду.

Ана зашла внутрь и заперла защёлку. Ванная комната была наполнена ароматом цветочного мыла. Девушка подошла к зеркалу над раковиной, внимательно вглядываясь в своё отражение. Её глаза всё ещё мерцали фиолетовым блеском, а дыхание оставалось прерывистым. Она ловкими движениями собрала рассыпавшиеся белоснежные локоны и заплела их в тугую косу.

Внезапно Ана замерла, почувствовав странную влагу на нижнем белье. Она медленно опустила ладонь на свой плоский живот, прислушиваясь к незнакомым ощущениям. Всё её существо, каждая клетка тела сейчас отчаянно жаждали большего, требуя продолжения того безумия, что началось на кровати Рэя. Затем её пальцы скользнули выше, едва ощутимо коснувшись груди сквозь ткань платья. Грудь казалась непривычно налитой, слегка припухшей, а соски под подушечками пальцев были твёрдыми.

Рэй Фицджеральд ей безумно нравился. Ана завороженно прикрыла глаза, поражаясь тому, насколько же уникально устроено женское тело. Такое хрупкое снаружи, но невероятно чувственное и послушное инстинктам внутри. Справившись с нахлынувшим наваждением, она быстро застегнула последнюю пуговицу на воротнике платья, разгладила складки юбки и открыла дверь.

Рэй уже ждал её в коридоре. Он успел накинуть чистую тёмную футболку и выглядел заметно посвежевшим, хотя в его взгляде всё еще читалось смущение.

— Идём? — тихо спросил он.

— Да, идём, — Ана мягко улыбнулась.

Они вместе спустились по скрипучей деревянной лестнице на первый этаж. На кухне кипела жизнь. Джемма Фицджеральд весело кружилась между плитой и столом, расставляя приборы, а Ривер уже вольготно развалилась на стуле, вовсю орудуя вилкой.

— Ну наконец-то! — она издевательски фыркнула, провожая их взглядом. — Вы так долго спускались, что я не выдержала и в одиночку приговорила уже несколько порций маминого яблочного пирога.

Пока Ана вежливо о чём-то говорила с Джеммой, Ривер резко наклонилась к уху севшего рядом брата и прошептала, хитро сощурившись:

— Ну, братик… Признайся, воспользовался моим подарочком-то?

Рэй от такой наглости аж зубами скрипнул и цыкнул на сестру, заставив её прыснуть в кулак.

Вскоре все дружно сидели за столом. Джемма Фицджеральд оказалась потрясающей хозяйкой. Раздавая ароматные куски пирога, она принялась ненавязчиво расспрашивать Ану о переезде и семье. Ана держалась безупречно — отвечала спокойно и вежливо.

— Ана, а скажи честно, — Ривер подпёрла щёку рукой, прерывисто её разглядывая, — тебе мой братец нравится?

Рэй застыл с поднятой чашкой, готовый со стыда провалиться сквозь половицы, но ответить Ана не успела. Разговор внезапно прервал пронзительный звон мобильного телефона.

Это звонили Ривер. Девушка небрежно выудила гаджет из кармана куртки, глянула на экран, и её лицо мгновенно посерьёзнело. Вся её напускная веселость испарилась в секунду.

— Чёрт… — Ривер резко вскочила со стула, едва не опрокинув чашку с чаем. — Мне нужно срочно уйти. Появились неотложные дела.

Она даже не дождалась их ответа. Схватив со спинки стула свою кожаную косуху, Ривер вихрем вылетела из дома, и спустя мгновение на улице взревел мотор её байка, быстро удаляясь в сторону отшиба города.

Джемма, Ана и Рэй остались за столом втроём. Напряжение, вызванное внезапным побегом Ривер, быстро рассеялось под влиянием мягкого голоса миссис Фицджеральд. Они просидели на кухне ещё очень долго, болтая обо всём на свете — о музыке, о книгах и прочих мелочах. Рэй чувствовал себя абсолютно счастливым, совершенно забыв о Тони.

***

Больничное крыло Стренджпорта утопало в ночной тишине. Лизбет Вудхантер сидела на койке, сжимая в дрожащей руке проводную трубку больничного телефона. На её изуродованном ссадинами лице блестел холодный пот паники. Лихорадочно вбив знакомый номер, она прижала пластик к уху, слушая долгие, изнуряющие гудки.

— Алло? — раздался в трубке знакомый голос.

— Дастин… Дастин, умоляю, это я, Лиз! — разрыдалась она, едва сдерживая крик, чтобы не привлечь внимание дежурной медсестры. — Забери меня отсюда, прямо сейчас, умоляю тебя!

На том конце провода Дастин Нельсон мгновенно подобрался, уловив животный ужас в её интонациях:

— Лиз? Что стряслось? Ты где вообще?

— В городской больнице. Дастин, мне страшно! Забери меня! — повторила она, давясь слезами и испуганно озираясь на тёмное окно палаты. — Дастин, это расплата. Расплата за то, что мы совершили в лесу пять лет назад… с ней! Помнишь?! Забери меня, пока не поздно!

Дастин на секунду опешил, и в трубке повисла пауза. Прошлое, которое они так пытались похоронить, настигло их.

— Ладно, ладно, Лиз, тише, — хмуро отозвался он. — Я уже одеваюсь. Буду у тебя через двадцать минут. Держись.

Короткие гудки отсекли связь. Лизбет сбросила трубку, чувствуя, как страх сковывает грудную клетку. В этот момент дверь палаты приоткрылась, и медсестра молча поставила на прикроватную тумбочку поднос с больничным ужином, после чего так же беззвучно вышла. Лизбет даже не взглянула на еду — от одной мысли о пище её тошнило. Она отвернулась к стене, натягивая одеяло до самого подбородка, пытаясь спрятаться от всего мира.

Внезапно в коридоре раздались шаги.

Это не был торопливый шаг дежурного врача или мягкая походка медсестры в резиновой обуви. Звук был медленным и тяжёлым. Стук подошвы обуви по кафелю приближался прямо к её палате.

Внутренний голос Лизбет взвыл от ужаса. Дверь со зловещим скрипом отворилась. Девушка обернулась и замерла, потеряв способность дышать.

Прямо у её койки выросла фигура в разорванном окровавленном сарафане. Существо, которое ночью терзало её в лесной чаще, адаптировалось под человеческий мир, приняв женские очертания. Лицо было скрыто слипшимися прядями волос, но стоило ей поднять голову, как блеклый свет медицинских приборов выхватил её черты.

Лизбет уставилась на неё, и в сознании девушки будто взорвалась бомба. Сквозь бездонные провалы глаз она… узнала это лицо. Узнала ту, из-за которой жизнь Лизбет и остальных ребят из её компании начала рушиться пять лет назад.

Лиз затрясло в неконтролируемой судороге, но она не могла даже пошевелить пальцем. Девушка отчаянно пыталась закричать, вытолкнуть из пересохшего горла имя той, кто стоял перед ней, но губы лишь беспомощно задвигались, сумев издать лишь первый звук:

— Ф-ф… Ф-ф…

Фигура медленно наклонилась к её лицу, обдав Лизбет могильным холодом. Её губы шевельнулись, обнажив на мгновение острые клыки.

— Не напрягайся, Лиззи, — прошипела сущность. — У тебя сегодня… свидание со смертью.

***

Уютный вечер Фицджеральдов оборвал звонок домашнего телефона. Джемма Фицджеральд виновато улыбнулась ребятам, поднялась из-за стола и сняла трубку.

— Дом Фицджеральдов… Да… Что?! Опять?… — Голос Джеммы внезапно осёкся.

Рэй внимательно наблюдал за ней и заметил, как мать мгновенно изменилась в лице. Её тёплая материнская улыбка растаяла.

— Поняла, скоро буду, — Джемма со щелчком опустила трубку на рычаг и повернулась к подросткам. Её плечи устало опустились, а в глазах застыла тревога.

— Мам? Что случилось? — Рэй взволнованно приподнялся со стула.

— Снова нападение, — тихо выдохнула Джемма. — Что же это происходит…

Она накинула пальто и строго посмотрела на сына и притихшую Ану:

— Рэй, я уезжаю в больницу. Пожалуйста, подвези Ану до дома. Или… Ана, милая, на улице уже темно, может ты останешься у нас на ночь? Гостевая комната свободна.

— Спасибо вам огромное, миссис Фицджеральд, но нет, — Ана вежливо, но непреклонно качнула головой, поднимаясь со стула. — Мне нужно домой.

— Что ж, как знаешь, деточка, — Джемма торопливо выскочила за дверь.

Через минут пятнадцать Рэй молча провожал Ану до входной двери. В прихожей горел мягкий свет, создавая доверительную атмосферу. Парень неловко переминался, не зная, куда деть руки.

— Ана, — тихо заговорил он, заглядывая в её глаза. — Извини, если сегодня что-то пошло не так. Ну, там, наверху… Просто я… не хотел бы, чтобы ты делала то, чего сама не желаешь, знай это.

Ана остановилась у порога. На её губах заиграла чувственная улыбка. Она сделала шаг ближе, обдав его тонким цветочным ароматом:

— С чего ты вообще взял, Рэй, что я чего-то не хотела? — прошептала она, заставив его сердце пропустить удар.

Рэй мгновенно смущённо улыбнулся, пряча взгляд. Он набрал в лёгкие побольше воздуха и без утайки признался:

— Знаешь… ты стала первой девушкой, которую я поцеловал в своей жизни. И… мне это понравилось.

Ана тепло рассмеялась, и в её глазах на секунду вспыхнули фиолетовые искорки:

— Мне тоже, Рэй.

— Кхм, давай я подвезу тебя? — Рэй резко посерьёзнел, кивая на тёмное окно. — В Стренджпорте сейчас неспокойно. И я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось по дороге.