Путь ведьмы. Военная Академия Эсперов

Она сделала паузу, и в её бестелесном голосе промелькнула искренняя, почти мистическая благодарность судьбе.

— И в итоге я осталась в живых благодаря этому подарку. Как всё так совпало... Прям звезды сошлись. Если бы на мне не было кулона, моя душа уже бы развеялась, и я бы просто умерла в лесу вместе с остальными.

Ульяна тяжело вздохнула, вспоминая утреннюю бойню.

— То, что погибают студенты, — это, увы, не ново для нашей Академии. Но в таких масштабах — в первый раз. Надеюсь, расследование директора приведет к виновным, и их накажут. Скорее всего, разведчики выполнили свою работу халатно, раз пропустили таких монстров. Но как можно было не заметить засаду настолько большого количества волколаков? Это же не пара тварей, а целая стая...

Лена внимательно выслушала эту исповедь, не перебивая. Она понимала, что случайность с кулоном и вправду спасла жизнь девочке и, по совместительству, дала ей, древней ведьме, второй шанс на существование. Но один вопрос оставался нераскрытым. Ведьма повернула голову и пристально посмотрела на полупрозрачный силуэт Ульяны:

— Всё это я слышала, и гибель класса ужасна. Но ты так и не ответила главное: за что же все-таки они так тебя травят? Что ты сделала не так, из-за чего они ведут себя как стая озлобленных крыс?

Вася, который до этого мирно сидел рядом, впитывая атмосферу тренировочной площадки, вдруг тихо произнес, глядя куда-то в свои воспоминания желтыми змеиными глазами:

— Дедуля мне тоже дарил подарки. Хотел, чтобы я быстрее тренировался. Но я не успел стать сильнее, и дедушка ушёл. Теперь я один. Ещё и глаз украли, пока я восстанавливался...

Лена мягко повернулась к парню. Она подняла руку Ульяны и ласково погладила Васю по белоснежным, шелковистым волосам, тепло улыбнувшись ему.

— Ты теперь наш друг, — сказала она искренне. — Так что не переживай, ты не один. И ты, Ульяна, тоже больше не одна.

Ульяна облегчённо выдохнула, мысленно поблагодарив Васю за то, что он невзначай сменил тяжёлую и неприятную тему о её травле. «Хотя бы не пришлось сейчас рассказывать Лене, из-за чего на меня ополчились, они оба наверняка разочаруются во мне, если узнают», — мелькнуло в её голове. Тут же вспомнив слова директора о новом соседе Васи, девушка категорически решила сменить тему:

— Кстати, раз уж директор поселил тебя с Махалаком, тебе будет довольно тяжеловато с ним поладить. Он же настоящий дикарь в плане общения.

Вася нахмурился, его раздвоенный язык на миг высунулся из уголка губ:

— А кто такой Махалак?

— Ну, тот высокий парень в столовой, — пояснила Ульяна.

Вася смущённо пожал плечами:

— Я был слишком увлечён вкусной едой и совсем не заметил никаких высоких парней.

— Рыжий, который сидел рядом с директором и которому ты махал рукой, — уточнила Ульяна, вспоминая недавнюю сцену в столовой.

— Ааа, — протянул Вася, наконец вспомнив. — Тот, что из семьи охотников на монстров?

— Да, он самый, — кивнула Ульяна. — Но вообще-то они давно перестали охотиться на разумных монстров, если те не объявлены в розыск. Благодаря усилиям директора между разумными монстрами и людьми в этом измерении, то есть в этой конкретной стране, сейчас мир. И, насколько мне известно из лекций по истории, он начался еще задолго до появления скверны.

Ульяна продолжила пояснять ситуацию, обращаясь к Лене и Васе:

— В общем, они в контрах с директором потому, что доход всей семьи Махалака сильно упал, как только стало нельзя охотиться на разумных монстров. Это потому что директор, до того как вступить в должность ещё, начал отстаивать их права и добиваться мира, и были приняты регулирующие это законы, доход семьи рыжего сильно упал. Ведь части монстров используются для создания артефактов, и их можно было дорого продать, а с тех пор как охота прекратилась, упали и каналы сбыта, стали требовать документы на части монстров.

Она сделала короткую паузу, глядя, как на тренировочном поле сверкнула очередная вспышка огненной магии.

— Но семья Махалака все еще одна из могущественных семей материка, потому что его дед, отец и старший брат в списке сильнейших людей этой страны и участники охоты на агрессивных монстров, в том числе и монстров скверны. Но факт остается фактом: Георгий Юрьевич точит на их семейку зуб, а Махалак, соответственно, недолюбливает директора как представителя разумных монстров в совете Империи. К тому же, предыдущий глава Академии пропал без вести.

Ульяна добавила, что этот рыжий постоянно донимает тех, кто не уверен в себе и слабее. И никогда не трогает тех, кто равен или сильнее.

Ведьма коротко рассмеялась, покачав головой.

— Этот щенок — сущий трусоватый забияка, — бросила Лена, с усмешкой глядя на тренировочное поле. — Всегда такие были, во все времена водились: кусают только тех, кто боится огрызнуться.

Она посоветовала Ульяне не обращать на него внимания, заметив, что люди, которые боятся сражаться даже с равными, скорее всего, ничего из себя не представляют, и девушке не нужно волноваться, будто он способен ей хоть что-то сделать. А если вдруг всё же сделает — Лена просто порвет его на куски.

— И тебя это тоже касается, Вася, — перевела она взгляд на змеиного парня. — Если этот здоровяк тебя тронет, сразу говори мне, я с ним разберусь.

Вася серьезно кивнул и ответил, что его дядя сказал ему то же самое. Ульяна не сразу поняла, что он говорит про директора, но когда сообразила, тихо улыбнулась с мыслью о том, что этот маленький змей действительно очень быстро адаптируется в новом для себя мире.

Она перевела пристальный взгляд на полупрозрачный силуэт девушки и спросила, не приставал ли этот Махалак к ней когда-нибудь.

— Нет, — покачала невидимой головой Ульяна. — Только злобно смотрел обычно... То есть смотрит.

Хилерша тяжело вздохнула, и в её бестелесном голосе промелькнула настоящая, гнетущая вина.

— Я чувствую вину за это, — тихо сказала она. — Ведь из-за меня умер его друг. Наверное, мне всё же стоит поделиться этим с вами. Раз уж вы говорите, что не бросите меня после этого.

Глава 5. Виновата?

— Из-за меня умер его друг, и я чувствую вину за это, — тихо сказала Ульяна.

Она начала свой рассказ с того, что сейчас находится на втором курсе, на профессии хила, на факультете магов. Махалак тоже учится на втором курсе, но в параллельном классе. А когда всё это произошло, они оба были на первом курсе, в середине года. Это был их первый поход в подземелье, первая практика. Тогда они с Махалаком даже толком не были знакомы.

Задача всего потока заключалась в том, чтобы обыскать пещеру, обнаруженную недалеко от начавшейся стройки атомной станции. До этого пещеру уже несколько раз обыскивали — иначе стройка просто не стартовала бы. Как-то раз маг устроил там мощный обвал, чтобы наглухо запечатать вход. Но совсем скоро выяснилось, что пещера снова открыта: кто-то разобрал завал. Разведчики вновь прочесали округу, но не нашли никого ни внутри, ни снаружи, поэтому весь поток отправили на повторную проверку. Это должно было стать пустяковым делом, ведь ещё пару дней назад пещера была пуста. По сути, практика сводилась к плановой проверке местности. В общем, ничто не предвещало беды, как говорится.

Класс Махалака должен был патрулировать окрестности пещеры, чтобы класс Ульяны, осматривающий саму пещеру, не попал внезапно в окружение. Студентов разбили на группы по пять человек, и они начали обход отведённых участков.

Сама пещера производила гнетущее, жуткое впечатление. Под ногами постоянно хлюпала ледяная слякоть, а со стен то и дело падали тяжёлые капли воды, издавая зловещие звуки, от которых и без того натянутые нервы были на пределе. И в какой-то момент к ним в пещеру провалился Махалак со своей группой.

Большая часть его группы уже была неподвижна. На погибших виднелись жуткие последствия нападения: кожа мертвенно-серого, почти гнилостного оттенка, сами тела казались неестественно лёгкими и высушенными изнутри. Словно жизнь и тепло были буквально выпиты из них, оставив сморщенные, холодные оболочки с провалившимися глазницами и застывшими в немом крике ртами.

Сам Махалак находился в состоянии глубокого шока: его рыжая щетина всклокочена, глаза дико бегают, по лицу катится смесь пота и грязи. Он тащил на спине друга, которого пытался спасти. Ещё один раненый парень, находившийся в тяжёлом бреду, но всё ещё живой, едва переставлял ноги рядом, судорожно хватаясь за стены.

Как оказалось, на них напали Навии. Никто из студентов не мог видеть духов, пока те не атаковали. Вот и вышло, что невидимая смерть набросилась на группу Махалака в засаде — ребята просто не успели ничего понять.

Группа Ульяны попыталась организовать оборону, но никто не видел врага. Крики доносились сверху, а внутри пещеры атак не было. Она, как единственный ближайший хил, бросилась помогать выжившим.

— Мне казалось, я делала всё как надо, — продолжила свой рассказ Ульяна, с тяжестью вспоминая те события. — Раны затягивались, переставали кровоточить. Пусть я и с трудом переношу вид крови, но в критической ситуации всегда могла взять себя в руки, даже несмотря на эти крики.

До города пешком было далеко, но они решили выдвигаться. Трудно было решить: идти на выручку пострадавшим сверху или возвращаться с ранеными. Махалак был в шоке, не понимал, что делать. Он хотел вернуться к своему классу, так как мог ещё идти сам, но классный руководитель Ульяны обезвредил его и приказал тащить раненых к дороге, а сам направился на подмогу. Автобусы ещё не подъехали, и в этой неразберихе они пошли к городу, неся двоих раненых и Махалака.

— Но когда мы загрузились в автобус, встреченный по пути, и добрались до ближайшей деревни, там уже констатировали смерть раненых, несмотря на моё лечение, — горько продолжила Ульяна. — Позже классный руководитель сказал, что вскрытие показало: внешние раны действительно были хорошо исцелены, но внутренние кровотечения я упустила. Они умерли в пути от травм. Обвинение не выдвинули, но осадок остался.

— Так как одним из умерших после моего лечения был парень, что незадолго до этого навязчиво признавался мне в любви, а я ему отказала, то поползли слухи, будто я убила его специально, чтобы избавиться от его преследования, — тихо, с тяжёлым вздохом произнесла Ульяна. — Тот парень и Махалак были друзьями. С тех пор он злится на меня, видимо, считая, что я убила его друга намеренно.

А остальные ненавидят меня за то, что я якобы не умею нормально лечить, и побаиваются со мной взаимодействовать. Я ведь исцеляла других нормально много раз. Но многие боятся, что в бою я их подведу или так же «исцелю» до смерти. Поэтому они просто держатся поодаль и гнобят исподтишка, — подытожила Ульяна.

Пока Ульяна произносила эти последние слова, её полупрозрачный силуэт, паривший над Леной, будто физически сжался от нахлынувшей боли. На её бестелесном лице, проступила невыносимая тяжесть пережитого. Тонкие брови девушки горестно изогнулись и свелись к переносице, а в уголках призрачных глаз собрались мелкие морщинки. Её губы, казавшиеся легким туманным маревом, дрогнули и опустились в печальной, беззащитной гримасе, а взгляд потух, уходя куда-то внутрь себя. В те страшные воспоминания о безжизненных телах однокурсников, которых она не смогла спасти.

Даже Лена, лишь слушавшая этот горький монолог, невольно отразила её муку на физическом уровне. Лицо Ульяны, сейчас принадлежавшее ведьме, помрачнело: скулы напряглись, а глаза, озорные и любопытные, наполнились тенью глубокой, гнетущей усталости. Казалось, вся эта вынужденная изоляция оставила свой незримый след не только на душе хилерши, но и на самой её плоти, которую теперь предстояло исцелить не только магически, но и душевно.

Вася, который всё это время молча сидел рядом и впитывал тяжелый рассказ, было хотел её поддержать. Он даже приподнялся и потянулся к ней тонкой ладошкой, собираясь сказать что-то утешительное. Но на мгновение его желтые змеиные глаза сузились, и он задумался: а не сделала ли она это действительно специально, раз уж тот парень преследовал её? Впрочем, эта шальная, почти инстинктивная мысль тут же испугала самого Васю. Он осёкся, плотно сжал губы и виновато опустил взгляд в пол, решив, что лучше просто помолчать рядом с ней, чтобы не ранить и без того разбитую душу новой подруги.

После этих слов на их части трибун повисла тягостная, неловкая тишина. Где-то вдалеке по-прежнему глухо стучали манекены и раздавались выкрики тренирующихся на поле студентов, но здесь, в их укромном углу, казалось, образовался звуковой вакуум. Лена медленно разжала пальцы на коленях, переваривая горькую исповедь, Вася виновато уставился в мерцающий магический пол, боясь поднять взгляд, а бестелесная Ульяна просто замерла, не решаясь нарушить эту паузу первой. Никто не знал, что сказать, чтобы развеять внезапно сгустившуюся между ними тяжесть и хоть как-то разрядить повисшее в воздухе напряжение.

Повисшую неловкую тишину на трибунах нарушила Лена. Её древний разум быстро перебрал детали услышанного рассказа, и ведьма задумалась и пробубнила себе под нос: «Навии рядом с пещерой? Возможно, там есть какой-то артефакт, что их притягивает». Эта догадка казалась ей вполне логичной, ведь духи редко бродят без причины, а закрытая и вновь открытая пещера явно скрывала в себе некую аномалию.

Затем она перевела свой пристальный взгляд на бестелесную Ульяну и твердо, с ноткой древней мудрости и понимания, произнесла:

— Уверена, ты сделала это не специально. Было бы глупо избавляться от кого-то у всех на глазах. А ты не выглядишь глупой. Внутренние травмы — частая ошибка новеньких ведьм. Мы обычно начинали обучаться лечению на скоте. Странно, что вас сразу лечить людей вынуждают.

— Сначала я купила лягушку по рекомендации из лицензированного гайда для лекарей, — тихо промолвила Ульяна, погружаясь в воспоминания о первых шагах в целительстве. — Но эта крошка показалась мне такой милой, что я несколько раз бралась за нож, пытаясь сделать надрез, и всё же не смогла заставить себя это сделать. В итоге лягушка просто поселилась у нас в комнате. Моя подруга Аня, с которой мы тогда жили вдвоём, она приютила эту лягушку. Порезать эту лягушку у меня так рука и не поднялась. Мы её и оставили. Наверное, эта лягушка до сих пор живёт у Ани. Она забрала её, когда съезжала от меня.

Выслушав историю с лягушкой, Лена лишь покачала головой. Она прекрасно понимала корень проблемы: Ульяна не очень хорошо переносит вид крови и сама не любит никому причинять боль, из-за чего и не смогла как следует набить руку на простых тренировках. Затем Лена произнесла вслух, недоуменно хмыкнув:

— Почему никто из учителей не обратил на это внимание и никак не помог тебе преодолеть проблемы?

— Ты используешь жизненную энергию вокруг для излечения, — задумчиво произнесла ведьма, обращаясь к бестелесному силуэту. — Зачастую самого субъекта. Так ведь?

— Ну да, — тихо отозвалась Ульяна.

— И когда этой энергии мало у того кого ты лечишь, выходит так, что ты не можешь брать у него больше и исцелить полностью, — констатировала Лена, анализируя ту давнюю трагедию в пещере. — Тебе нужно было сильнее выплеснуть свою собственную энергию. Или, если у тебя тогда ее было мало, нужно было взять ее у другого человека, очистить самой и уже очищенную влить в того парня для исцеления.

Ульяна внимательно слушала наставления древней ведьмы и тут же задала уточняющий вопрос, который тревожил её сильнее всего:

— А как можно брать у других людей энергию и не причинять им при этом вреда? — спросила она, вспоминая о своей неприязни к боли и крови.

Лена спокойно, с той самой снисходительной мудростью предков, ответила:

— Можно спокойно брать немного. Это не нанесет им никакого вреда. Ведь все живые организмы восстанавливают жизненную энергию во время условного сна. Когда тело отдыхает, резервы быстро пополняются. Да и существо будет сопротивляться, если ты попытаешься взять больше энергии, чем оно может дать. Но тут тоже есть практики, которые позволяют вытягивать жизненную энергию уже насильно.

Вася нахмурился, в памяти воскрешая историю с похищением его органа зрения, и пробурчал себе под нос дерзкую догадку: пожалуй, стоит проверить, не у Махалака ли теперь украденный глаз, может он хочет с помощью него отомстить тем навиям.

Лена, услышав этот неожиданный поворот в беседе, прищурилась и с легким недоумением посмотрела на змеиного юношу.

— И почему ты вообще решил, будто твой глаз находится именно здесь, в стенах этой Академии? — спросила она. — Ты способен как-то почувствовать его на расстоянии?

Вася отрицательно покачал головой, его желтые змеиные глаза на миг потухли.

— Нет, сам глаз я почувствовать не могу, — пояснил парень. — Но смогу уловить схожую со своей энергетику, если окажусь рядом.

Ульяна, услышав рассуждения Васи, задумчиво покачала своим полупрозрачным силуэтом.

— Я ничего о змеиных глазах не слышала, — тихо ответила она. — И, к слову, по законам нашей страны запрещено нападать на разумных монстров и на монстров в принципе без веской причины. Так что вряд ли кто-то просто так признается, что украл твой глаз.

Девушка немного помолчала, ободряюще глядя на змеиного парня.

— Но если ты вдруг почувствуешь его и поймешь, где он, я смогу доложить об этом директору. Георгий Юрьевич обязательно накажет этих учеников и конфискует нелегальные артефакты, а также незаконно добытые части тел монстров.

Выслушав заверения Ульяны, змееныш едва заметно кивнул. Но на лице у него было написано, что ему непременно следует тщательно обыскать вещи Махалака, когда он окажется в его комнате.

Ульяна повернулась к ведьме и с искренним недоумением сказала, что не умеет в техники вытягивания жизненной энергии из других и раньше их отродясь не видела.

— Тогда я предлагаю научить тебя, — отозвалась Лена. — Но скажи, кто же вас вообще обучает всем этим премудростям?

Ульяна улыбнулась и показала приложение на своем телефоне, где были выложены и аккуратно разложены по полочкам гайды на разные профессии для эсперов. Она пояснила, что тут много различных курсов по специальностям, и каждый студент может выбрать то, что ему по душе. Для разных задач формируются команды с самыми разными составами. Она сама выбрала профессию хила именно затем, чтобы больше путешествовать, — ведь у Ульяны заветная мечта побывать в разных мирах и увидеть как можно больше удивительных мест. А лекарям в группе обычно рады.

Змееныш, с интересом наблюдавший за светящимся экраном, тут же попросил такую «штуку» с профессиями и себе. На что Ульяна ответила, что для этого ему нужно будет переговорить с директором.

Ведьма же, выслушав их, загадочно улыбнулась и перевела пристальный взгляд на бестелесный силуэт девушки.

— Я научу тебя не только излечивающим техникам, — твердо пообещала Лена.

Ульяна колебалась, собираясь возразить.

— Это не обязательно, — мягко заметила она. — Ведь в любой команде всегда будут ДД, которые прикроют меня в бою.

Но ведьма покачала головой, её взгляд стал на миг строгим.

— Ты не должна рассчитывать на остальных, — отрезала Лена. — В бою союзники могут пасть или оказаться слишком далеко. Я покажу тебе пару приемов, как защитить себя самой.

На это Ульяна подумала, что самооборона еще никому не навредила, и согласилась с доводами ведьмы.

Между тем над Академией неторопливо опускался вечер. Тяжелое дневное марево сменилось багрянцем заката, который медленно растворился в глубоких фиолетовых и сапфировых тонах наступающей ночи. С тренировочного поля, где еще недавно сверкали вспышки огненной магии, доносились лишь редкие, затихающие голоса уходящих студентов, а сами манекены теперь лениво покачивались в прохладном вечернем бризе. Трибуны, на которых сидели друзья, погрузились в приятную полумглу, озаряемую лишь мягким свечением уличных фонарей и мерцанием магических заклинаний на тренировочном поле.

Лена проводила взглядом угасающий день и, обернувшись к полупрозрачному силуэту Ульяны, добавила:

— Но прежде чем мы начнем обучение, нам нужно вернуть тебе тело. Иначе ты просто не сможешь обучаться моим техникам. Тебе нужна будет практика в твоём теле, чтобы вырабатывались рефлексы. Нам нужны голем и артефакт, что удержит твою душу, так мне не нужно будет делать это самой. Если разживёмся этим, всё пойдёт куда проще. Но в принципе для начала, наверное, и голема будет достаточно. Будешь просто находиться рядом, и я смогу удержать твою душу в твоём теле.

Древняя ведьма помолчала, а затем попросила:

— Ульяна, не могла бы ты узнать через твой «интернет» какую-нибудь информацию насчет покупки голема или артефактов, удерживающих душу?

Ульяна оживилась, понимая, что дело сдвинулось с мертвой точки. «И как ей самой не пришла эта идея в голову?» — подумала она. Приблизившись к телефону, начала объяснять, как можно это сделать:

— Да, конечно! Тут всё довольно прозрачно. В том самом приложении с гайдами есть встроенная биржа или аукцион для эсперов. Это легальные разделы, где Академия или гильдии выставляют лицензированных големов, марионеток, трупы высокоранговых поверженных преступников и тому подобное, что можно использовать как тело для тебя. А также артефакты, которые тоже прошли лицензирование. Но есть и серые площадки в Интернете, где можно отыскать редкие артефакты, вроде сосудов для душ. У меня стоит приложение с серым маркетом для эсперов. Можно просто сделать запрос по ключевым словам, отфильтровать по цене и рейтингу продавца, а потом быстро перевести кредиты со студенческого счета. Я сейчас забью поиск и посмотрю, что нам предложат. Но денег у меня не так много… Может не хватить.

Лена мягко прервала её, покачав головой:

— Погоди расписывать подробности, — попросила ведьма. — Покажешь мне всё это, когда будем у тебя в комнате. Здесь становится прохладно.

Вася, который с нескрываемым интересом тянул шею к экрану, тут же расстроился. Его желтые змеиные глаза потухли, а нижняя губа предательски выпятилась. Парень ведь тоже очень хотел посмотреть на чудо-устройство и узнать, как там работает поиск.

Заметив его разочарование, Лена усмехнулась и тут же предложила компромисс:

— Я тебе потом тоже отдельно покажу, как этим пользоваться.

Вася моментально обрадовался и, предвкушая, радостно закивал. Компания как раз спускалась с трибун, собираясь зайти в столовую, прежде чем проводить змееныша в его комнату, как вдруг прямо в тело Ульяны, врезалась бывшая подруга Аня. С ней рядом оказались ещё пару девчонок из их курса. Не успела ведьма и слова вымолвить, как эти девицы, словно стая голодных шакалов, набросились на Ульяну.

— О, смотрите, кто тут ползёт, — ехидно пропела одна из подруг Ани, брезгливо морща нос. — Наша «добрая самаритянка». Или, может, стоит называть тебя «мясником в юбке»?

— Аня, ну как же ты раньше с такой жила в одной комнате? — поддержала вторая, громко хихикая. — От неё же смертью несёт. Помнишь того парня, что ей признался? Она его «исцелила» так, что он в гробу уже почти год гниёт. В этот раз тоже кто-то признался, раз полкласса полегло?

Глава 6. Дуэль ведьмы

Сама Аня лишь отступила на шаг, делая вид, что её тошнит, и бросила в сторону Ульяны полный презрения взгляд:

— Я просто счастлива, что съехала от тебя, пока ты меня своим «проклятьем невезения» не пришила. Признавайся, ты его специально недолечила, чтобы не доставал! Он же преследовал тебя! Вот ты и отомстила! Какая гадость. А одноклассники что тебе сделали? Или ты просто уже сама ходячее проклятье?! Прямо руки чешутся тебя прилюдно пристыдить, чтобы все держались от тебя подальше, убийца.

— И вообще, кому ты нужна в гильдиях? — не унималась первая девица, подходя ближе и тыча пальцем прямо в плечо Ульяны. — Ты же даже все раны того, кого исцеляешь, увидеть не способна! Кто наймёт такую на работу? Только внешние ссадины лечишь, ты хуже зелёнки, та хотя бы дезинфицирует. В походах от тебя одна неудача, сколько ещё нужно подтверждений этому. Каждый раз, когда ты выходишь на практику, кто-то попадает в засаду! Один раз еще может быть случайностью, но было уже два таких раза! Лучше бы ты вообще из Академии ушла, а то вечно под ногами путаешься и репутацию Академии портишь. Я с тобой практиковаться точно больше не поеду!

Лена резко остановилась. Её отточенный веками слух и магическое чутьё мгновенно считали ауру шумных девиц. Ведьма увидела, что все эти девушки обладают схожей энергетикой, той самой, что в её времена непременно сделала бы их сестрами по магии. Но у настоящих ведьм было принято всегда стоять друг за друга, закрывая спины своих идейных сородичей от любой напасти. Но здесь всё было иначе.

Лена подумала, что уже давно познала горький вкус предательства, когда её возлюбленный, которому она доверяла всё, заточил её душу в этот проклятый рубин. И точно так же Ульяна почувствовала вкус предательства подруги, когда Аня не поддержала её во время жестокой травли, а просто собрала вещи и переехала в другую комнату, бросив её одну на растерзание слухам. А теперь ещё и открыто выступает против Ульяны.