Некромант новой реальности

Да и вообще, что это ещё за шоу такое? Кто его организатор? Кто зрители? Каким образом они вообще за нами наблюдают? Я неровно хмыкнул. Очень надеюсь, что если это действительно шоу, то зрители хотя бы могут донатить своим любимчикам. В нынешней ситуации я бы даже не отказался от такой помощи.

Хотя, если честно, думал я сейчас даже не столько о себе, сколько о том, что хотелось бы, чтобы хоть кто-нибудь на нашей планете смог разожраться до такой степени, чтобы найти этих организаторов и лично по отрывать им уши. А заодно спросить, какого хрена они вообще решили устроить подобное развлечение. Это только читая книги и играя в игры подобное кажется забавным, а попав вот в это вот все-тут же обсираешься и молишься что-бы это все оказалось дурным сном.

Потом мои мысли снова вернулись к насекомым. Я представил муху размером с футбольный мяч, которая носится за мной по квартире, и меня аж передёрнуло. Нет. Все насекомые просто не могли мутировать. Даже у себя дома я мог припомнить мошек, которые время от времени появлялись на кухне. Если бы мутировали абсолютно все насекомые, то я бы просто не дожил до утра. Одной такой мухи было бы достаточно, чтобы загрызть меня во сне.

Тем временем улов у бабы Нины оказался довольно негустым. В холодильнике я нашёл пару груш, в столе — пачку печенья, а в кухонном шкафчике обнаружил по паре пачек риса и гречкив пакетиках. Жаль. Я почему-то думал, что бабушки по определению должны быть запасливыми и хранить дома стратегический запас продуктов на случай ядерной войны, голода, нашествия соседей или чего-нибудь в этом духе. Но, видимо, баба Нина к концу света готовилась не особо. Зато я прихватил пачку соли и перца. Мелочь, конечно, но сейчас даже такие мелочи лучше иметь при себе, чем потом искать их по возможно уже разграбленным магазинам. Я уже собирался пройти в комнату, когда от Барсика пришёл мысленный сигнал. Кто-то появился на лестничной площадке. Я сразу замер. Всё это время Барсик сидел под кухонным диваном и наблюдал за входом в квартиру. Видимо, он заметил чужака раньше меня и решил предупредить, тем более я до этого послал ему команду "охраняй".

И тут я мысленно хлопнул себя по лбу. Вот же я дебил! Нужно было квартиру закрыть. Я замер посреди кухни и начал лихорадочно соображать, что делать. Затаиться? Вдруг это очередной монстр? Тогда, может, лучше вообще не высовываться. А если человек? Может, крикнуть и спросить, кто там? Но что я ему скажу? Здравствуйте, я тут залез в чужую квартиру, потому что решил немного поживиться после конца света? И тут из коридора донёсся мужской, хриплый голос:

— Кто здесь? А ну выходи! Я тебя слышал!

Я сразу узнал голос и это был один из самых хреновых вариантов. Дядя Гриша. Сосед по лестничной площадке справа от квартиры бабы Нины. Сидевший мужик-алкаш, который регулярно выпивал со своими дружками. Полицию на них вызывали неоднократно, особенно когда эта компания начинала среди ночи орать, материться и устраивать балаган на весь подъезд. Я осторожно выглянул из-за угла в коридор. Да, так и есть. Там стоял дядя Гриша, грузный пузатый мужик под пятьдесят лет и под сто с лишнем килограмм, в растянутых на коленях трениках и такой же обляпанной чем-то растянутой майке. На плече и пальцах какие-то наколки. В одной руке он держал кухонный нож. Он тут же заметил меня.

— Эй, паря! А ну выходи. Что это ты здесь делаешь?

Он сделал шаг вперёд и нахмурился.

— Это не твоя квартира. Я что-то не припомню здесь такого жильца.

Я положил фомку на тумбу рядом с раковиной, так, чтобы до неё можно было легко дотянуться, и вышел из кухни.

— А ну-ка открой личико, дай я на тебя посмотрю, — сказал дядя Гриша.

Я немного приспустил с лица водолазку, открывая лицо.

— Витенька, ты что ли? — гадко улыбнулся он. — И что же тут мы делаем? Что мы тут забыли?

— Здравствуйте, дядя Гриша. Неужели вы не знаете, что происходит?

— Конечно знаю. Я в окно всё видел.

— Ну тогда вы должны понимать, что я тут делаю.

Он промолчал. Потом скосил взгляд на бабу Нину. Указав подбородком на её тело, он снова посмотрел на меня.

— Это ты её?

— Нет. С ней это сделал, скорее всего, её кот.

Дядя Гриша внимательнее посмотрел на труп.

— Ну да... Явно какое-то животное поработало.

Он перевёл взгляд на лежащего рядом огромного таракана и засаленной тапочкой пнул его в бок.

— Но не похоже, что они.

— Дядя Гриша, опустите нож и давайте поговорим. Как видите, я безоружен.

Он снова посмотрел на меня, потом на кухню.

— Э-э, не, Витя. Давай-ка рассказывай, что ты тут нарыл у неё в закромах.

— У неё действительно было немного продуктов. Я с вами поделюсь. Давайте... давайте разделим пополам всё, что я нашёл. Всё найденное я уже сложил в рюкзак.

— А у меня, Витя, есть идея получше, — сказал он. — Давай-ка ты аккуратно снимешь рюкзак, поставишь его в середину коридора и отойдёшь обратно на кухню. А я заберу рюкзак и спокойно пойду к себе домой. И всё хорошо закончится, и никто не пострадает.

— Дядь Гриш, вы чего? Мне же тоже что-то кушать надо.

Он вдруг рявкнул:

— Ты что, оглох? А ну быстро рюкзак на пол и пять шагов назад!

Я аж вздрогнул от неожиданности.

— Не, дядь Гриш, так не пойдёт, — насупился я.

— Ну, малец... Ты сам напросился.

Он пошёл в мою сторону, крепче сжимая нож в руке. Дядя Гриша не видел Барсика. Кот всё это время совершенно тихо сидел под кухонным диваном и не издавал ни звука. Я начал медленно пятиться обратно на кухню. Один шаг. Второй. Третий. Потом развернулся и скрылся за углом. Дядя Гриша тут же шагнул следом. Он уже оказался на кухне и практически встал рядом с диванчиком. Ещё мгновение — и он был бы достаточно близко, чтобы достать меня ножом. Я мысленно отдал Барсику короткую команду:

— Атакуй.

Мой петомец сорвался с места мгновенно. Он выскочил из-под дивана и вцепился зубами в ногу дяди Гриши.

— Что за хуйня?!

Мужик от неожиданности дёрнулся и попытался отступить, но именно этого момента я и ждал. Я мгновенно схватил фомку с тумбы и со всей силы ударил наотмашь.

Металл глухо врезался ему в висок.

Дядя Гриша ещё успел махнуть рукой и полоснуть меня ножом по рукаву куртки. Лезвие скользнуло по ткани, но не пробило ни саму куртку, ни толстый слой скотча, которым я предусмотрительно перемотал её перед выходом. Мужик отшатнулся и завалился на пол, продолжая ещё несколько секунд дёргаться. Я машинально снова взмахнул фомкой, собираясь ударить ещё раз, но второй удар уже не потребовался. Дядя Гриша затих. Я замер. Фомка всё ещё была зажата в моей руке. Я смотрел на лежащего передо мной человека и никак не мог заставить себя понять, что именно сейчас произошло.

Я только что убил человека. Не монстра. Не мутировавшую тварь. Не огромного таракана или кота, который пытался меня разорвать. Человека.

Дядю Гришу.

Того самого мужика, которого я столько раз видел в подъезде. Который орал по ночам, пил со своими дружками, ругался с соседями и периодически доводил весь дом до белого каления. Он был придурком, алкашом и сейчас собирался отобрать у меня еду, угрожая ножом. Но всё это никак не отменяло того простого факта, что ещё несколько секунд назад он был живым человеком.

У меня задрожали руки.

— Блядь...

Я даже не понял, кому именно это сказал. Наверное, самому себе. В груди бешено колотилось сердце. Казалось, оно сейчас пробьёт рёбра и выскочит наружу. Я с трудом сглотнул и почувствовал, как во рту мгновенно пересохло. Ноги стали ватными, а пальцы так сильно сжали рукоять фомки, что заболела кисть. Меня затрясло. Я резко метнулся в коридор, схватил бабу Нину за одежду и, стараясь вообще не смотреть на её тело, втащил обратно в квартиру. Потом захлопнул дверь и прижался к ней спиной. Сердце стучало, как двигатель внутреннего сгорания. Я стоял, тяжело дыша, и пытался привести мысли в порядок. Получалось плохо. Перед глазами снова и снова возникал один и тот же момент: дядя Гриша идёт на меня с ножом, Барсик вцепляется ему в ногу, я хватаю фомку и бью.

Удар. Я прикрыл глаза.

— Блядь...

Меня начало подташнивать. Я медленно сполз по двери и сел прямо на пол. Фомка выпала из руки и с глухим стуком упала рядом. Я уставился на свои ладони. Они дрожали так сильно, что пальцы ходили ходуном. На руках не было крови. По крайней мере, я её не видел. Но мне всё равно казалось, что они чем-то испачканы. Я несколько раз потёр ладони друг о друга, потом вытер их о штаны и снова посмотрел. Ничего. А в голове всё равно стоял тот самый звук. Глухой удар металла о кость. Я до сих пор не мог поверить, что это сделал именно я. Но он хотел убить меня, отобрать еду. Моральный урод которого держал в рамках только страх перед наказанием. Как только понял, что наказания не будет, тут же пошел во все тяжкие. Прояви я человеколюбие, то лежал бы тут на кухне я а не он.

В играх всё было просто. Нажал кнопку — персонаж ударил врага. На экране появилась цифра урона, полоска здоровья уменьшилась, противник упал. Можно было загрузить сохранение и попробовать ещё раз. Здесь никакого сохранения не было. И дядя Гриша тоже больше не встанет. Я сидел на полу, прижавшись спиной к двери, и впервые за всё время с начала этого кошмара по-настоящему понял одну простую вещь.

Я должен меняться вместе с этим поехавшим миром.

Немного успокоившись, я заметил, что в углу моего зрения мигает зелёная точка. Я сосредоточился на ней, и перед глазами тут же всплыло сообщение от системы:

[Внимание, получено достижение.]

[Волк среди овец.]

[Вы впервые убили представителя своего вида и получаете награду: одно очко развития.]

Я несколько секунд смотрел на сообщение, а потом тут же смахнул его. Поднялся и вошёл на кухню. Не без труда перевернул дядю Гришу, чтобы проверить свою мерзкую догадку. Я угадал. Под ним лежал зелёный куб награды. Я несколько секунд молча смотрел на него, после чего потрясённо проговорил:

— Да эти мрази стравливают нас друг с другом...

Немного успокоившись и решив для себя внутренние дилеммы, я открыл окно статуса и зашёл в древо развития. Там действительно было начислено одно очко. После прокачки «Поднятия низшей нежити» новых умений не открылось, зато я увидел, что сам этот навык можно улучшить ещё четыре раза.

При этом другие ветки, такие как «Проклятие слабости» и «Стрела праха», никуда не делись и по-прежнему оставались доступными. Грешным делом я даже подумал, а не взять ли что-нибудь из другой направленности. Например, ту же «Стрелу праха». Но довольно быстро откинул эту идею. Если я и буду развиваться в других направлениях, то точно не сейчас. Всё-таки сделать своего питомца сильнее и опаснее казалось мне гораздо привлекательнее, чем распыляться сразу на несколько направлений.

Уж лучше стать хорошим специалистом в одной области, чем знать понемногу обо всём, но при этом не представлять собой серьёзной силы ни в одном направлении. В конце концов, в мире, где тебя в любой момент может попытаться сожрать мутировавший таракан, сильный специалист по чему-то одному выглядит гораздо полезнее универсального специалиста по ничему.

Сосредоточившись на навыке «Поднятие низшей нежити», я увидел его описание. Система сообщала, что при развитии этого навыка моя низшая нежить станет сильнее. И всё. Как бы я ни пытался добиться более подробного описания, ничего не происходило. Насколько сильнее? В полтора раза? В два? В десять? Непонятно.

Ладно. Будем проверять опытным путём.

Я принял решение и вложил очко развития в «Поднятие низшей нежити».

Я уже ожидал нового приступа боли, но ничего подобного не произошло. Лишь лёгкий дискомфорт в голове, который практически сразу прошёл. Зато вместе с ним пришло понимание: теперь для поднятия низшей нежити мне потребуется больше маны, чем раньше. Причём с одного раза имеющегося у меня запаса уже не хватит.

Зато, насколько я понял, я могу улучшить уже поднятого Барсика. Сам по себе он становиться сильнее не будет — для этого мне придётся вложить в него некротическую энергию самостоятельно. И теперь я отчётливо понимал, как именно это сделать. Достаточно просто направить в него часть своей маны.

Да-да, теперь я совершенно ясно ощущал, что у меня мана имеет определённую предрасположенность к некротической энергии. Мало того, моя мана уже словно имела собственный специфический отпечаток — какой-то характерный, почти физически ощущаемый «душок» нежити. Наверное, именно поэтому я и смог поднять Барсика.

А для его улучшения требовался ещё и материал. И, судя по всему, подходящий материал у меня как раз имелся. Прямо сейчас он валялся на кухне.

Кости.

Стоя над трупом Гриши, я невольно подумал: «Блин, такими темпами я скоро полдома засру». Но деваться было некуда. Если система действительно собиралась превратить этот мир в место, где выживает сильнейший, то привередничать мне явно не приходилось.

Я приказал Барсику встать рядом с телом Гриши, после чего начал обеими руками вливать в них ману. Точнее, в Барсика и в труп. Некротическая энергия потекла из меня, и почти сразу с телом Гриши произошло то же самое, что раньше происходило с телом Барсика. Кожа и мышцы начали лопаться, а кости словно потеряли свою твёрдость. Они будто бы разжижались, вытекали из мёртвого тела и постепенно втягивались в моего питомца.

Барсик едва заметно засветился и начал прямо на глазах преображаться.

Изменения оказались не слишком впечатляющими. Он увеличился в размерах, но совсем немного — буквально на несколько сантиметров. Зато его кости стали заметно толще и массивнее. Даже на глаз было видно, что скелет кота теперь выглядит гораздо крепче, чем раньше.

Но самое интересное было даже не это.

По ментальному отклику, который связывал меня с Барсиком, у меня возникло странное ощущение. Словно вместе с укреплением тела в нём стало больше разума.

Он стал умнее.

Ненамного. Но я почему-то был уверен, что это именно так.

После этого я взял в руки зелёный куб награды. Система услужливо подсветила его и сообщила, что на этот раз мне досталась необычная награда, после чего предложила активировать её. Я согласился, куб тут же осыпался, и в руках у меня остался небольшой шарик. Сосредоточившись на нём, я получил от системы подсказку: малая пилюля восприятия.

Так, это получается, мне её что, сожрать надо? И она увеличит моё восприятие? Ответа, разумеется, я никакого не получил, но если это пилюля, значит, по логике вещей, её нужно глотать. Я достал из рюкзака бутылочку воды. К этому моменту я уже понял, что система со своим лутом не пытается меня убить — по крайней мере, на примере воды я это уже проверил. Поэтому особо долго сомневаться не стал, закинул пилюлю в рот, набрал воды и проглотил её.

Пилюля оказалась горькой на вкус, но ничего такого, чего нельзя было бы потерпеть. После этого я сел на кухонный диванчик и стал прислушиваться к себе, ожидая каких-нибудь изменений. Поначалу вроде бы ничего не происходило, и я уже начал разочаровываться, решив, что очередная системная награда оказалась не такой уж полезной. Но буквально через минуту по мне прокатилась волна удовольствия, и я вдруг почувствовал, что мой слух стал немного острее. Зрение тоже словно слегка прояснилось. Я оглядел кухню и заметил, что начал различать больше деталей интерьера. Каждый предмет теперь я мог рассмотреть немного лучше, увидеть какие-то мелочи, на которые раньше просто не обращал внимания. Изменения были совсем небольшими, но они определённо были.

И я задался вопросом. Если есть МАЛАЯ пилюля, то по логике должна быть и большая? Или средняя и большая?

Глава 5

После приёма пилюли я снова открыл окно статуса, но никаких характеристик там так и не появилось. Значит, сделал я вывод, характеристики у меня всё-таки существуют, просто система почему-то не считает нужным их показывать. А раз так, то возникал ещё один интересный вопрос: что вообще означают эти характеристики и по какому мерилу система их оценивает? Какие они? Если у меня есть, например, восприятие, то что такое единица восприятия? На сколько процентов мои органы чувств должны стать лучше от пилюли? Ответов на эти вопросы у меня, естественно, не было.

Найдя аптечку бабы Нины, и забрав известные мне препараты, такие как цитромон и аспирин, я снова направился к двери, аккуратно открыл её и выглянул на лестничную площадку. Неизвестные мне таблетки я брать не стал. Будет крайне неприятно если я думая что это антибиотик что-то проглочу, а это окажется для снижения давления например. Так и в кому по незнанию упасть можно. В подъезде по-прежнему было тихо. Настолько тихо, что я невольно задержал дыхание, прислушиваясь к любому звуку. Ничего подозрительного не услышав, вышел из квартиры и тут же заметил открытую дверь квартиры дяди Гриши. Ну а раз такое дело, почему бы и не зайти? Я осторожно заглянул внутрь и быстро осмотрел комнаты. Ничего особо интересного обнаружить не удалось. Пустая бутылка водки и полупустая пачка соленых орешков. Холодильник оказался практически пустым, а из еды что-то нашлось только в морозилке. Там лежали пельмени, слипшиеся в один огромный аморфный шар. Брать их я не стал.

После этого я начал спускаться вниз. На первом этаже подошёл к подъездной двери и осторожно толкнул её. Она открылась без всяких проблем. На двери стоял обычный электромагнитный замок на электромагните, который сейчас не работал. Я сначала приоткрыл дверь буквально на несколько сантиметров, оставив небольшую щель, и через неё осмотрел улицу настолько хорошо, насколько позволял обзор. Ничего подозрительного не заметив, наконец вышел наружу. Все это время Барсик семенил за мной.

Пригнувшись и стараясь держаться поближе к стене дома, я осторожно направился в сторону магазина, который находился с торца здания. Двор у нас был самый обычный: коробка из четырёх домов, а в центре детская площадка. Ещё вчера это место выглядело совершенно привычно, а теперь я воспринимал каждый куст, машину и открытое окно как потенциальную угрозу. Пока пробирался вдоль стены, я снова начал думать о мутировавших насекомых. Если система действительно затронула всю живность, то что получается? А если у какого-нибудь человека были глисты, и их тоже коснулась мутация? Всё, приехали? Без вариантов, перманентный гейм-овер? Какая же хрень в голову лезет.

За этими мыслями я заметил на земле осколки разбитого стекла. Я сразу отошёл чуть в сторону, а потом запрокинул голову и посмотрел вверх. Окно на первом этаже было разбито. Старое деревянное окно с обычной деревянной рамой, никакого современного стеклопакета. Судя по всему, в квартире жило домашнее животное, которое мутировало и просто выбило собой окно. Особенно успокаивающей эта мысль не была.

В окнах соседнего дома я уже несколько раз замечал людей. Получалось, что основная масса жителей пока просто забилась по своим квартирам и старалась там пересидеть происходящее. Наверное, у многих запасов еды было побольше, чем у меня. Но даже самые большие домашние запасы не бесконечны. Рано или поздно холодильники опустеют, вода закончится, а голод заставит людей выйти из своих маленьких крепостей. И вот тогда на улицах станет гораздо оживленнее. Только вот совершенно не факт, что это будет оживленнее в хорошем смысле.

Именно в этот момент меня заметила какая-то женщина. Она стояла у окна и начала активно махать мне руками, пытаясь привлечь внимание. Я сразу замахал в ответ, только уже в совершенно другом смысле: показывал ей, чтобы она перестала это делать и не привлекала ко мне лишнего внимания. Мне совершенно не хотелось, чтобы потенциальные монстры или ещё какие-нибудь неприятности узнали о моём присутствии.

Но женщина, похоже, поняла мои жесты совершенно по-своему. Она открыла окно и начала кричать, зовя на помощь.

Да я бы рад помочь. Только чем? У меня из оружия фомка, рядом один скелетный кот, а сам я обычный парень, который ещё вчера сидел за компьютером и играл в игры. Я не супергерой, не мутант и не какой-нибудь рыцарь в сияющих доспехах. Я не могу одним прыжком забраться к ней, схватить на руки и, красиво улетев в закат, вынести из опасной зоны.

И тут произошло то, чего я совершенно не ожидал. С неба камнем спикировал какой-то голубь-переросток и врезался прямо в женщину. Раздался истошный крик. Я стиснул зубы. Ничем не мог ей помочь. Абсолютно ничем.

До магазина я добрался без каких-либо происшествий. Вход представлял собой обычную пластиковую дверь с большим стеклянным полотном, занимавшим почти всю её верхнюю часть. Вернее, теперь это уже была дверь с разбитым стеклом. Я некоторое время постоял перед входом, глядя на разбитую витрину, и уже начал думать, что зря вообще сюда попёрся. Кто-то наверняка успел побывать внутри. Но раз уж я дошёл, проверить всё-таки стоило.

Фомкой я аккуратно расчистил края оставшихся осколков, чтобы не порезаться, после чего заглянул внутрь. Да, следы чужого присутствия были заметны сразу: часть товара валялась на полу, кое-где полки были основательно разграблены. Но при этом магазин явно не вынесли подчистую. Очень многое по-прежнему оставалось на своих местах. Я пролез внутрь и первым делом направился к холодильникам с напитками. Как и следовало ожидать, питьевую воду здесь практически смели. На полках осталось буквально несколько бутылок, которые я тут же забрал. В сторону «Кока-колы» и прочей сладкой газировки я даже не смотрел. В обычной жизни я спокойно мог выпить пару бутылок за день, но сейчас это было совершенно нерационально. От сладких напитков пить хочется ещё сильнее, а когда неизвестно, где ты завтра найдёшь воду, подобная роскошь выглядела глупостью. Энергетики я тоже оставил. В обычных условиях они не являлись особо полезным напитком, а уж сейчас и подавно.

Набив рюкзак до отказа колбасой и другими продуктами, которые могли какое-то время храниться без холодильника, я постарался не брать ничего скоропортящегося. Молочку даже не рассматривал. Ещё прихватил пару упаковок яблочного сока. Получалось не так уж много, но всё равно гораздо лучше, чем было у меня до выхода из дома. Мог бы взять еще, но рюкзак не безразмерный. Закончив с магазином, я выбрался наружу и уже собирался возвращаться, когда из соседнего двора донёсся истошный крик, за которым последовала площадная ругань.

Я остановился, дошел до угла дома и осторожно выглянул. То, что я увидел, заставило меня буквально похолодеть. По двору куда-то тащили мужика с обгрызенными ногами. Тащили его муравьи. Огромные, размером примерно с упитанную крысу. Мужик орал и матерился, пытаясь цепляться руками за землю, но десятки насекомых методично тянули его к огромному муравейнику. Сам муравейник был высотой примерно с двух взрослых людей и уже сейчас выглядел так, словно представлял собой целую крепость.

Когда муравьи начали затаскивать мужика внутрь, его крик резко изменился. Он перешёл в такой высокий, почти нечеловеческий визг, от которого у меня всё внутри сжалось. По спине прошёл холод, руки сами собой задрожали, но оторвать взгляд я почему-то не мог. Я смотрел на эту сцену, прекрасно понимая, что вмешиваться было бы самоубийством.

Наконец я заставил себя отвести взгляд и осмотрел двор целиком. И только тогда понял, насколько всё плохо. Муравьи были повсюду. Они бегали по земле, шныряли между машинами, ползали по стенам домов и исчезали в открытых окнах. Их были сотни. И это был уже не просто случайный мутировавший зверь, которого можно обойти стороной. Здесь появилась целая колония, которая явно собиралась расти, охотиться и тащить в свой муравейник всё, что только сможет найти.

Мой план вернуться домой с продуктами и спокойно отсидеться в квартире, дожидаясь, пока всё это каким-нибудь образом закончится или придёт помощь, только что пошёл по одному известному адресу. Муравейник наверняка будет разрастаться. Ему понадобятся пища, вода и новые ресурсы, а мой дом находился совсем недалеко. Если эта зараза действительно начнёт расползаться по району, моя квартира очень быстро перестанет быть безопасной.

Я развернулся и припустил домой, стараясь при этом не терять бдительности и постоянно поглядывая по сторонам. Рюкзак с продуктами тяжело бил по спине, Барсик двигался рядом, а в голове крутилась только одна мысль: похоже, пересидеть всё это дома у меня уже не получится.

Добегая уже до своего подъезда, я услышал над головой то ли чириканье, то ли какое-то странное клокотание. Резко вскинул голову и увидел, как прямо на меня пикирует очередной воробей-переросток. Видимо, я слишком расслабился и своим быстрым движением привлёк его внимание. В последний момент я успел увернуться и буквально кубарем укатился за ближайшее дерево. Тварь просвистела мимо, едва не задев меня, и снова начала набирать высоту.

— Ну что, Барсик, не зря же коты любят охотиться на голубей. Покажи, чего ты умеешь, — мысленно отдал я ему приказ.

Барсик мгновенно пригнулся к земле, приготовившись к рывку. Я снова побежал в сторону подъезда, стараясь одновременно следить за небом. Воробей развернулся и пошёл на новый заход. Я дождался последнего момента, резко метнулся в сторону, и птица пронеслась мимо. В ту же секунду Барсик прыгнул и вцепился в неё. На земле моментально завязалась отчаянная возня: крылья забили, когти заскребли по земле, а кот намертво вцепился в шею твари.