скачать книгу бесплатно
– Алиссию Лимман, – пояснила я.
– Ах, Лисс, – Гарн разочарованно вздохнул, явно расстроенный резкой сменой темы. – С детства ещё, до средней школы в один класс ходили. В старших разошлись, а встретились уже в университете.
– А как оказалось, что ты поступил намного раньше? – спросила я, жестом предлагая ему прогуляться по саду.
– Я после старшей школы сразу поступил, – Гарн скривился, – а Лисс… не знаю. Кажется, у них в семье что-то приключилось, и ей пришлось повременить с поступлением. А что?
– Ничего, – ответила я, пожав плечами, – просто она о тебе говорила.
– И что говорила? – Гарн слегка напрягся.
– Что ты очень сильно изменился, – я посмотрела на него; стало уже почти совсем темно, и я не смогла разобрать его выражение лица. – Сказала, что раньше ты был… более открытым.
– В детстве все открыты, – сказал Гарн с интонацией, словно объяснял прописные истины неразумному дитя. – Становясь взрослыми, мы меняемся. В вашем мире не так?
– Верно, так, – согласилась я. – Мне кажется, она к тебе неравнодушна, – сказала я осторожно.
– Кто? Лисс? – казалось, Гарн был искренне удивлён. – Это вряд ли. Мы просто были друзьями.
– Угу, – кивнула я, как будто он мог увидеть мой жест. – Но ты сам сказал, с возрастом все меняются. Возможно, она влюбилась в тебя уже потом, во взрослого.
– Ты думаешь? – настороженно спросил Гарн.
– А почему нет? – спросила я.
Гарн немного помолчал, посопел, а потом сказал:
– Лисс, конечно, славная девушка, но… я никогда не думал о ней как о женщине. Я всегда относился к ней, как к сестре. Да и сейчас отношусь. Она вообще не в моем вкусе.
– А кто в твоём вкусе? – спросила я с улыбкой, предвидя ответ.
Гарн вдруг перегородил мне дорогу, отчего я почти в него врезалась, взял мою руку и приложил её к своей груди, а после осторожно приподнял мою голову за подбородок, заставив взглянуть на него.
– Ты, – сказал он коротко, и в этом «Ты» прозвучала такая безысходность, что на мгновенье мне показалось, что он сейчас расплачется.
– Я знаю, мне никогда не вымолить у тебя прощения за своё поведение, – говорил он, – и даже если ты простишь меня, то я сам себя никогда не прощу. Когда шёл сюда, думал, просто буду рядом, но я не могу молчать. Это выше моих сил.
Я стояла не двигаясь и смотрела на него снизу вверх.
– Анж, – продолжил он после недолгой паузы. – Анжела, я люблю тебя. И это не шутка, не очередной развод или уловка. Я правда люблю тебя. С той самой минуты, как только увидел. Я столько раз хотел сказать тебе это, но я просто не умею… вернее, уже разучился нормально разговаривать с людьми. Возможно, Лисс права, я изменился, потому что эта маска, этот образ жизни… он затягивает, как наркотик, и потом очень сложно отделаться от этой привычки. Но ты меня вырвала из лап дурмана, и теперь я прошу тебя о помощи. Помоги мне, не дай снова упасть в этот омут.
Вот это был поворот. Я, конечно, ожидала чего-то вроде признания, но уж точно не просьб о помощи. Честно говоря, я не совсем понимала, что мне делать дальше, поэтому просто стояла и молчала. Гарн тоже молчал, и, когда молчание затянулось, он склонился к моему лицу и тихо прошептал:
– Помоги мне, Анжи. Научи меня снова быть настоящим.
– Хорошо, – ответила я неожиданно для самой себя.
Гарн вздрогнул и уставился на меня, не веря ушам своим.
– Но будешь делать всё, что я тебе скажу, – продолжила я тоном, не терпящем возражений.
– Всё, что угодно, – пообещал обрадованный Гарн.
– Для начала больше никаких признаний мне в любви.
По тому, как он сразу сник, я поняла, что парень расстроился, но тем не менее согласно кивнул.
– Хорошо.
– Во-вторых, мне нужно время, – сказала я. – Гарн, я не могу вот так на раз-два переключиться. Слишком долго и много ты мне пакостил. Я не могу тебе доверять.
– Понимаю, – совсем уныло отозвался Гарн, – и принимаю.
– И третье, – я глубоко вздохнула. – Отпусти, пожалуйста, мои руки.
Гарн отпускать меня не спешил. Вместо этого он вздохнул, а потом сказал:
– Можешь ударить меня, обозвать, обругать и сделать всё, что посчитаешь нужным, но, пока я ещё не… – и он резко, так, что я не успела опомниться, склонился и буквально впился в мои губы. Я так опешила, что ответила на поцелуй, потом вдруг опомнилась и дёрнулась назад. Он меня отпустил и остался стоять, покорно ожидая своей участи.
Я задохнулась от возмущения.
– Ты сдурел?! – я была просто в бешенстве.
Парень не ответил.
– Что ты себе позволяешь?!
– Это был мой единственный шанс, – тихо сказал он. – Возможно, я всё окончательно испортил, и ты будешь презирать меня, но я должен был тебя поцеловать. Это навсегда останется со мной.
– Придурок, – только и могла выдавить я из себя. – Никогда больше не подходи ко мне, – и, развернувшись, побежала прочь из сада.
Гарн остался стоять на месте, даже не пытаясь преследовать меня. А меня душили слёзы. Я была зла и обижена. Как он посмел! Карас его побери! На фоне этого поступка всё остальное, что он устраивал мне раньше, теперь казалось детской шалостью.
Отбежав на добрую сотню метров, я остановилась и разрыдалась. Зачем он так со мной? Неужели недостаточно того, что он и так сделал из меня девочку для битья? Чем я ему так насолила? Ведь я ничего не сделала.
Ноги подкосились, и я опустилась на землю. Сидела там и плакала. И когда послышались чьи-то шаги, мне было начхать, потому что я не могла остановиться. А некто медленно подошёл, опустился рядом, осторожно обнял меня за плечи и притянул к себе. Я оторвала руки от лица и уткнулась в плечо незнакомцу. Только когда он стал меня гладить по голове и успокаивающе шептать: «Прости меня. Пожалуйста, не плачь, не надо», – я поняла, кто это.
Сколько мы так просидели, не знаю, но успокоилась я далеко не сразу, а потом мне просто не хотелось двигаться. А Гарн боялся пошевелиться, чтобы не потревожить меня. Когда мы вернулись в университет, была уже глубокая ночь. Главная дверь была закрыта, пришлось пробираться чёрным ходом. Ночь, тишина, и двое крадущихся мимо окон преподавательского корпуса. Красота! А главное, адреналин! Здание пустовало, и я была этому безмерно рада, потому что мой видок и присутствие рядом отъявленного тусовщика могли вызвать ненужные толки, хотя, с другой стороны, мне на них было плевать.
Оказавшись в общей гостиной, мы остановились. Ситуация получалась наиглупейшая, каждый из нас не знал, как себя вести. В итоге я не придумала ничего лучше, как озвучить очевидное:
– Я пойду спать.
– Хорошо, – кивнул Гарн. – Спокойной ночи, Анжи.
Я кивнула в ответ и пошла в женское крыло.
Придя к себе, я первым делом умылась, затем переоделась и легла. Но сон как назло не шёл, хотя я была выжата, как лимон. И вот я лежала, таращась в тёмный потолок, и думала о поцелуе. В какой-то момент я поняла, что снова и снова вызываю в памяти ощущения и эмоции, возникшие при прикосновении его губ, и поймала себя на мысли: поцелуй мне понравился. Понравилось, что он был таким неожиданным, таким страстным и таким теплым, и… Карас! Признание этого факта стало для меня громом средь ясного неба. Вот и подтверждение, что от ненависти до любви один шаг, вернее, один поцелуй.
А была ли ненависть вообще?
Да, в нашем мире есть ещё одна пословица: встречают по одёжке, провожают по уму. Я вспомнила первый учебный день в университете, когда наткнулась на Гарна и его компанию в вестибюле библиотеки. Помню, как стало обидно, когда он меня оскорбил. Я тоже не осталась в долгу. Так и началось наше противостояние. Он при каждой нашей встрече не упускал момента меня поддеть, а я парировала, сравнивая счёт, либо просто игнорировала его ядовитые высказывания, и всё это время не могла отделаться от чувства досады, что человек, который мне понравился, оказался таким придурком. Ну почему все придурки красивые?
Однако с недавних пор бесконечные подколки и травля прекратились. Вернее, не совсем прекратились, но сократились до простого фырканья. Я думала, наконец моя стойкость на его выпады дала эффект и ему попросту надоело сотрясать зря воздух, но всё оказалось гораздо сложней и банальней. И теперь я не знаю, что с этим делать. Вот реально, не знаю.
Ладно, разберёмся с этим завтра, а сейчас нужно поспать. На дворе уже глубокая ночь, и я не высплюсь.
Засыпала я тяжело, а когда наконец повалилась в царство Морфея, мне приснился Гарн. Мы были одни в общей гостиной. Я сидела на диване, Гарн расположился в кресле чуть поодаль и бросал взгляды в мою сторону. Я усиленно делала вид, будто не замечаю его, а самой страшно, ну просто дико хотелось, чтобы он подошёл ко мне и поцеловал. И он подошёл, навис надо мной. Я подняла голову и посмотрела на него снизу вверх, а он склонился к моему лицу, и наши губы слились в долгом поцелуе. А потом вдруг из ниоткуда появились его дружки, вся тусовая компания. Они окружили нас и стали громко издевательски смеяться. И он тоже смеялся и тыкал в меня пальцем. Мне стало так обидно, и… я проснулась.
Глава 5. Гарн, Сарей и Лисси
В глазах всё ещё стояли слёзы, а грудь сдавливала обида. Ну как он мог? Да, знаю, что это был сон, но я никак не могла отделаться от этого неприятно чувства унижения.
За окном уже рассвело. На часах была половина шестого утра. Рановато, но я решила вставать, благоразумно рассудив, что, если не поднимусь сейчас, снова засну, и тогда уже просыпаться будет гораздо труднее.
Приведя себя в порядок, я собрала сумку с тетрадями и вышла из комнаты. Сидеть в помещении не хотелось, поэтому я спустилась вниз, вышла из здания университета и пошла в парк, уютно расположившийся на берегу озера. Спустившись до самой воды, я села на землю. Поверхность озера едва заметно колыхалась и изредка подёргивалась мелкой рябью от дуновения ветерка. Вокруг было тихо, лишь чирикали ранние птахи. Неподалёку в кроне одной из местных ив, растущих на берегу, запел зарянник, маленькая серенькая птичка, вроде нашего земного соловья. Небо было чистое, ни единого облачка, и пригревало ласковое, по-утреннему нежаркое солнышко. Красота!
Оглядываясь по сторонам, недалеко от места, где сидела, я увидела нечто. Что-то крупное лежало в высокой траве, и это что-то очень сильно мне кого-то напоминало. Поднявшись на ноги, я подошла к лежащему человеку. Это и впрямь был Сарей. Судя по перегарищу, он был мертвецки пьян. Я страдальчески прикрыла глаза и обречённо вздохнула. Ну почему мне так везёт? И что мне теперь с ним делать? Оставлять его здесь нельзя, это факт, но сама дотащить до общаги, хотя бы до общей гостиной, я не смогу.
Я беспомощно посмотрела вокруг. Никого. И почему в этом мире нет сотовых телефонов?
В этот момент Сарей зашевелился и повернулся на спину. Я посмотрела на него. Он шумно засопел, потом почмокал губами, снова засопел, и разлепил глаза. Его мутный взгляд остановился на мне. И вот он лежал и таращился, силясь понять, кто перед ним стоит. Вскоре его взгляд стал осознанным, он моргнул и удивлённо промямлил:
– Анжи?
Потом посмотрел вокруг, снова на меня и затем попытался встать. Его движения мне напомнили барахтанье несчастной черепахи, перевёрнутой вверх ногами. В конце концов Сарею удалось перевернуться на бок, и он не без труда сел. Потерев лицо рукой, он поднял голову и снова посмотрел на меня.
– Анж, не смотри на меня, – попросил он, опуская глаза, – мне стыдно.
– Стыдно, когда видно, – ответила я сердито. – Сколько ты вчера выпил?
– Много, – мрачно отозвался Сарей.
– Голова сильно болит? – спросила я уже помягче.
– Болит.
Мы помолчали. Я просто стояла и смотрела на этого недоалкоголика, а Сарей сидел, свесив голову, и сопел.
– Идти сможешь? – спросила я, подходя ближе и протягивая ему руку. – Давай помогу встать.
Сарей взглянул на меня, потом немного покачался и взялся за мою руку в замок. Я потянула его на себя, стараясь не делать резких движений, прекрасно понимая, что это сейчас чревато. Парень напрягся и попытался встать, но на полпути его повело, и он шлёпнулся обратно на землю, едва не утянув меня за собой. Я с трудом удержала равновесие.
– Осторожно, – сказала я предупреждающе, и вновь заняла позицию. – Давай, аккуратней.
Сарей возражать не стал, и со второй попытки у него получилось подняться на ноги, правда, ему тут же пришлось на меня опереться, потому что его зверски штормило. Немного постояв, пока уляжется головокружение, я осторожно повлекла Сарея за собой. Он двигаться явно не желал.
– Идём, – приказала я, и парень подчинился.
Не спеша, временами шатаясь и останавливаясь на передышки, мы кое-как дошли до университета. Вести Сарея в таком виде через общий зал было нельзя, мало ли кто по дороге попадётся, а за пьянство можно было и вылететь, тем более, что у Сарея уже предупреждение на этот счёт имелось. Надо было придумать, как провести его безопасным путём. Очевидно, мою заминку Сарей воспринял, как усталость.
– Анжи, я сам, – сказал он, освобождаясь от моей страховки.
– Ты не дойдёшь, – сказала я.
– Посмотрим, – упрямо ответил Сарей и шагнул вперёд.
У меня глаза округлились. Человек, которого минуту назад кидало и шатало во все стороны, шёл, как ни в чём не бывало, обычной ровной походкой, разве что немного медленнее. Интересно, надолго его так хватит? Благоразумно решив идти следом для подстраховки, я догнала Сарея уже в дверях. Оказавшись внутри, парень пересёк большой зал, на секунду задержался у ступеней, а потом решительно стал подниматься наверх. Я поднималась следом и со страхом ждала последствий. Благополучно миновав лестницу, мы свернули к жилому корпусу. Только когда мы вошли в общую гостиную, я вздохнула с облегчением. Нам просто невероятно повезло.
Уже на пороге входа в мужское крыло Сарей обернулся.
– Анжи, спасибо, – сказал он и, не дожидаясь ответа, ушёл.
От неожиданности я впала в ступор, так, что не успела ему ответить.
Усевшись в ближайшее кресло, я откинула голову назад и прикрыла глаза, но тут же их открыла, так как поняла, что маленькое утреннее происшествие отняло у меня уйму сил. Вот как теперь сидеть и внимать лекциям на занятиях, если я уже сейчас как выжатый лимон и мне дико хочется спать? Единственным спасением могла стать большая кружка крепкого горячего кофе, но в этом мире его, видите ли, не водится. Ну не водится, и всё тут. Альтернатива – холодный душ, но мне как-то не очень улыбалось лезть в ледяную воду. А всё виной ОНИ! Карас побери Сарея! Карас побери Гарна! Карас побери этот мир! Карас побери всех!
С этой мыслью я поднялась и поплелась к себе в комнату. Под холодный душ я не полезла, но умыться умылась. Стало немного легче, но ненадолго.
День прошёл более-менее сносно, не считая того, что я без конца зевала и усиленно таращила глаза, чтобы не заснуть. Попустило меня только где-то к середине второй пары, но общее состояние осталось вялым, так что на уроке физической подготовки я ползала, как сонная муха, за что удостоилась презрительного взгляда мастера Свадура.
Сарей объявился только где-то к третьей паре, до этого я его не видела. Вид у него был свежий и цветущий, и, если не знать о его ночном приключении, ни за что не догадаешься, что утром его мучило жуткое похмелье. Надо будет потом обязательно выспросить у него рецепт трезвости и свежести, так, на всякий случай. Заметив меня в коридоре, он приветственно кивнул, и, когда я кивнула в ответ, отвернулся к своим собеседникам.
А вот с Гарном мы, как назло, столкнулись нос к носу. На Истории государства и права нам задали написать эссе на десяти страницах. Я шла в библиотеку, в читальный зал, когда наткнулась на памятном месте в вестибюле на Гарна и компанию. Увидев меня, он смутился и остался стоять неподвижно, зато его дружки тут же начали свистеть и сыпать комментариями, за что тут же были одёрнуты злобным шипением главаря. Заткнулись они больше от удивления, нежели от доводов парня, но всё же мне был неслыханно приятен этот маленький комплимент с его стороны. Сделав независимый вид, я гордо прошествовала мимо, провожаемая грустным взглядом Гарна и растерянными взглядами его сотоварищей.
Больше сегодня я ни того, ни другого из моих горе-ухажеров не видела.
За ужином ко мне снова подсела Лисси, и сразу влепила вопросом в лоб.
– Ты отнесла?
– Что отнесла? – не сразу поняла я, о чём она говорит.
– Заявку, – пояснила Лисси, закатив глаза. – Отнесла?
Чёрт, я совсем о ней забыла. Да мне, как-то, не до заявок было, и вообще, на кой мне это надо.
– Нет, – отрезала я.
Лисси снова закатила глаза и издала страдальческий стон.
– Анжи!
– Лисси, я ведь уже тебе говорила, мне это не нужно, – сказала я.
– Что не нужно? – услышала я вопрос над ухом.
Я обернулась и посмотрела на говорившего. Это был мастер Хелек. Только его не хватало!