Читать книгу Развод в 40. Счастье вопреки (Тая Наварская) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Развод в 40. Счастье вопреки
Развод в 40. Счастье вопреки
Оценить:

5

Полная версия:

Развод в 40. Счастье вопреки

– Добрый день, – улыбнувшись, здороваюсь.

– Добрый, милая, добрый, – приветливо отзывается старушка. – Обживаешься?

– Да, потихоньку. Сейчас вот мебель некоторую меняю и работу параллельно ищу.

– О, это дело хорошее. Успехи есть?

– Пока похвастаться нечем. Я не работала долго… Поэтому особо никуда не берут.

– Ну это ничего. Значит, не твое, – роняет утешительно.

– Да. Наверное…

– А в гости чего не заходишь? – подмигивает. – Я ведь жду.

– Да я закрутилась… Забыла совсем.

– А ты не забывай. У меня чай очень вкусный. Не простой, а волшебный. Выпьешь чашечку – и сразу удача придет.

– Ах, если бы все было так просто, – смеюсь я.

– А иногда и не нужно усложнять, – улыбается. – Нужно расслабиться и довериться судьбе.

– Уговорили. Вот только разберусь с горящими делами – и тут же к вам.

– Хорошо, милая. До встречи.

Мы с Марьей Васильевной прощаемся. Захожу в квартиру и, встав перед раскрытым шкафом, всерьез задумываюсь над тем, какое платье выбрать для сегодняшнего вечера.

Черное с интригующим разрезом вдоль ноги? Или все же бордовое с откровенным декольте?..

Глава 14. Танцы.

На сборы уходит гораздо больше времени, чем я рассчитывала. Стрелки, которые я хотела нарисовать на верхних веках, выходят кривыми, капроновые колготки рвутся, а платье, которое я планировала надеть, оказывается тесноватым.

Окончательно расстроившись, плюхаюсь на кровать и качаю головой. И во что я только ввязываюсь? Какой мне клуб? Какие вечеринки?

Объективно говоря, праздновать совершенно нечего. Мне сорок, я нахожусь на грани развода, а на приличную работу меня не берут. Тут больше причин для траура, нежели для веселья.

Честно? Я бы лучше никуда не пошла, но обещание, данное Наташке, тяжким грузом висит на сердце. В моей жизни не так много близких людей, чтобы я могла запросто ими разбрасываться. В конце концов, Наташка для меня старается. Помочь хочет. Своеобразно, конечно, но все же.

В итоге решаю, что не буду излишне заморачиваться с внешним видом. Оденусь и накрашусь так, как мне привычно и удобно. А если в клуб не пустят, так это даже хорошо. Одной проблемой меньше станет.

Смываю неудавшийся вечерний макияж и, нанеся на кожу легкий ежедневный уход, подкрашиваю тушью ресницы. Немного тонального крема, щепотка румян, гель для бровей – и мой образ готов. В конце добавляю каплю блеска для губ и окатываю оценивающим взглядом свое отражение.

Не шибко нарядно, но зато аккуратно и естественно. А в моем возрасте, как мне кажется, это самое главное.

Что касается гардероба, то после недолгих сомнений я принимаю решение облачиться в элегантный брючный костюм с укороченным жилетом. Опять же – не очень по-вечернему, но этот наряд мне, по крайней мере, идет. Жилет выгодно подчеркивает талию и грудь, а брюки клеш визуально удлиняют ноги.

Наташка, как и обещала, приезжает к десяти. На ней элегантная норковая шубка, а губы накрашены кроваво-красным.

– Ну и ну, – усмехаюсь, запрыгивая на заднее сидение такси. – Ты прямо как на охоту собралась.

– Так оно и есть, – ничуть не тушуется подруга. – Я морально созрела для новых отношений.

– Правда? – улыбаюсь. – Выходит, мы сегодня будем тебе жениха искать?

– Не жениха, а партнера, – поправляет многозначительно. – Я замуж не стремлюсь. Там нет ничего интересного.

После развода с первым мужем Наташа пересмотрела свои взгляды на концепцию брака. Можно сказать, разочаровалась в нем. А вот я, даже несмотря на предательство Захара, по-прежнему верю, что счастливые семейные пары существуют. Правда, в моем окружении их не так много…

Спустя двадцать минут такси притормаживает у большого двухэтажного здания с интригующей вывеской «Эдем». Расплатившись с водителем, выбираемся наружу и замечаем небольшую очередь, столпившуюся у входа. Стало быть, место довольно популярно.

– Ох… Все же мне как-то не по себе, – ворчу я, вставая позади парня в зауженных синих джинсах.

– Поверь, это только до первых двух коктейлей, – обещает Наташка.

– Ты была здесь раньше? – спрашиваю я, переступая с ноги на ногу, чтобы не замерзнуть.

– Однажды, – отзывается уклончиво. – Но это было давно и неправда.

Когда подходит наша очередь, суровый лысый мужчина, стоящий на фейсконтроле, окатывает нас внимательным пристальным взглядом, а затем, не проронив ни слова, открывает перед нами дверь.

– Ну наконец-то, – кряхтит Наташка, направляясь к гардеробу. – Околела вся. Надо поскорее выпить.

Сдаем верхнюю одежду и заходим в основной зал. Тут тесно, людно и безумно громко. Стены вибрируют от раскатистых битов, а голоса многочисленных людей тонут в ураганном вихре яростно пульсирующей музыки.

Осматриваюсь по сторонам и вдруг понимаю, что нарядилась вполне соответствующе. Видимо, времена вычурных образов и боевых раскрасов остались в прошлом. Присутствующие одеты довольно скромно и сдержанно: никаких вечерних платьев – только кэжуал с элементами элегантного шика.

– Ну видишь, студентов тут по минимуму, – удовлетворенно произносит Наташка, оглядев толпу. – В основном взрослая солидная публика.

Она права, молодежи здесь не так много. В основном – люди средних лет. От тридцати и старше.

– Пойдем выпьем, а потом пойдем танцевать, – командует подруга, утягивая меня за руку.

И если первый пункт нашего плана меня практически не смущает, то второй вызывает много вопросов. Дело в том, что я не танцую. А если и делаю это, то с большо-о-ой неохотой. Есть женщины, которые отличаются природной грацией и впечатляющей пластичностью... Так вот, я к ним не отношусь. Мне гораздо милее сидеть в уютной тишине и говорить по душам, нежели трястись на танцполе в окружении сотен незнакомых тел. Но интуиция подсказывает, что отказа Наташа не примет. Так что, видимо, все же придется ненадолго переступить через себя.

Пробираемся к бару. Заказываем себе по коктейлю. Подруга умудряется урвать освободившийся барный стул, а я встаю по соседству. Чокаемся, пьем и улыбаемся друг другу.

Это так странно – оказаться здесь после целой череды жизненных неудач. Наверное, для этого и нужны ночные клубы. Чтобы человек на время мог забыться и отпустить трудности суровой реальной жизни.

Осушаем бокалы, и Наташка тащит меня на танцпол, кишащий людьми. В самую-самую гущу. Отвоевываем себе немного пространства и начинаем танцевать. Наташа – уверенно и с задором, я – смущенно и немного скованно.

Пытаюсь расслабиться и поймать нужный ритм, когда внезапно щеку обжигает что-то невесомое, но довольно осязаемое. Так обычно ощущается взгляд, направленный в упор.

Вскидываю голову и понимаю, что не ошиблась. На лестнице, ведущей к танцполу, стоит мужчина. Моего возраста или, возможно, чуть моложе. Облокотившись на металлические перила, он держит в руке бокал с янтарной жидкостью и, не моргая, смотрит на меня…

Глава 15. Понравилась?

Тушуюсь. Ибо взгляд незнакомца, по ощущениям, прожигает насквозь. И чего он только уставился?.. Может, перепутал меня с кем-то? Подумал, что мы знакомы? Хотя это точно не так. Я бы запомнила подобного экземпляра…

Дело в том, что мужчина обескураживающе красив. Прямо как модель из рекламы парфюма или премиальных часов. Издалека я не могу наверняка определить его рост, но, кажется, он довольно высокий. Спортивного телосложения. С ухоженной темной бородой и правильными чертами лица.

Мужчина прекрасно знает, что я обнаружила его пристальное внимание к моей персоне, но, несмотря на двусмысленность происходящего, не спешит отводить взгляд. Смотрит так, будто дырку у меня во лбу просверлить хочет. А затем делает глоток из своего бокала и совершенно неожиданно вздергивает уголки губ в некотором подобии улыбки.

Матерь божья! Это он мне?..

За годы брака я так отвыкла от внимания незнакомых мужчин, что совершенно теряюсь. Ноги деревенеют и прирастают к полу, а в горле становится суше, чем в самой безводной пустыне.

Танец, который и так не ладился, практически сходит на нет. Это всего лишь взгляд, но я чувствую себя так, словно нахожусь под обстрелом: хочется спрятаться, скрыться, сбежать…

– В чем дело, Оль? – Наташа замечает мое замешательство.

Подруга по-прежнему лихо отплясывает, и только в глазах читается вопрос.

Подхожу к ней ближе и сообщаю:

– Там один мужчина на меня пялится. Очень и очень нескромно.

– Да ну? – от любопытства Наташка аж перестает танцевать. – Где?

– Там, на лестнице справа, – произношу я. – Только не оборачивайся сразу, а то он поймет, что мы о нем говорим.

Подруга коротко кивает и возвращается к танцу. Я тоже принимаюсь переступать с места на место, дабы создать иллюзию вовлеченности в процесс.

Спустя пару десятков секунд не выдерживаю и вновь бросаю взгляд к лестнице: незнакомец по-прежнему там. И по-прежнему смотрит.

По телу пробегается адреналиновая рябь. Мне не по себе. А вдруг он маньяк? И в моем лице узрел свою следующую жертву?..

– Видела? – спрашиваю я, вновь приблизившись к Наташе.

– Угу, – кивает она. – Вот-вот глаза об тебя сломает.

– И что мне делать? – беспокоюсь.

– Ничего, – отвечает невозмутимо. – Тебе-то что? Пускай слюни пускает, это ведь не запрещено.

– А вдруг у него какие-то дурные помыслы? – не унимаюсь.

– Какие? – посмеивается. – Затащить тебя в койку?

– Я серьезно, Наташ! Я по новостям столько репортажей смотрела… Маньяки на каждом шагу!

– Да брось! – отмахивается. – Не похож он на маньяка! Классный мужик. Симпатичный даже.

– В том-то и дело! Первый признак настоящего маньяка – это непохожесть на маньяка!

– Оль, успокойся. Выдохни, – подруга серьезно заглядывает мне в глаза. – Это клуб, понимаешь? Тут такое на каждом шагу. Понравилась ты ему просто, вот и таращится. Прими этот факт и не ищи какие-то скрытые смыслы.

Понравилась?..

Ну то есть… Это вроде бы вполне естественно, но все же верится с трудом. В клубе ведь так много других женщин… Красивых, молодых, энергичных… А он обратил внимание на меня.

Поймите правильно, у меня нет проблем с самооценкой. По крайней мере, каких-то глобальных. Я знаю, что довольно симпатична, да и фигура у меня неплоха, вот только… Времена, когда я могла закадрить мужика одним лишь неумелым танцем, давно прошли. Оттого меня так изумляет мысль, что в толпе раскрепощенных красоток симпатичный незнакомец выделил именно меня.

– Пойдем обратно к бару, – командует Наташка. – Нам надо еще выпить.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

Все еще витая в своих мыслях, бреду следом за подругой и занимаю место у высокой барной стойки. Она заказывает нам еще два коктейля, и мы практически синхронно обхватываем губами тонкие розовые трубочки.

– К нему какая-то телка подошла, – комментирует Наташка, поглядывая вдаль. – Общаются.

– Ну слава богу, – выдыхаю с облечением. – Отстал.

– Дура ты, Олька, – хмыкает.

– Это еще почему? – насупившись, кошусь на подругу.

– Такого мужика у тебя из-под носа увели, а ты радуешься.

– Да ну нафиг, я не за этим сюда пришла, – открещиваюсь. – Наш с Захаром развод еще даже официально не оформлен. Рано мне на других мужчин заглядываться.

– Да что ты говоришь? – она иронично заламывает бровь. – Смею тебе напомнить, что Захара даже ваш действующий брак не остановил. Спокойно себе потрахивал другую, пока ты дома его ждала.

– Наташ… – с укором. – Ну зачем ты так?

Иногда прямолинейность подруги граничит с бестактностью.

– Предпочитаю называть вещи своими именами, – отрезает невозмутимо. – Твой Захар ноги об тебя вытер, а ты о каких-то нравственных составляющих ваших отношений рассуждаешь.

– Я всего лишь сказала, что не хочу новых отношений. Слишком рано еще.

– А тебе отношения никто и не предлагает. Пообщаться, пофлиртовать, приятно провести время… Или твой моральный кодекс и этого не допускает?

– Да что толку об этом говорить? – сворачиваю разговор, подустав от бесперспективной дискуссии. – Все равно этот гипнотизер на другую девушку переключился.

– Ну да.

– Ну вот и все. Пей давай, – подбадриваю Наташку, которая, кажется, слегка приуныла. – И пойдем дальше танцевать.

Мы допиваем коктейли и уже собираемся вернуться обратно в гущу сотрясающихся на волнах музыки людей, когда внезапно над моим ухом раздается бархатный мужской баритон с характерной чувственной хрипотцой:

– Добрый вечер, дамы. Могу я угостить вас напитками?

Глава 16. Гипнотизер.

Мы с Наташкой синхронно замираем, глядя друг другу в глаза. Обернуться страшно, потому что интуиция сиреной воет о том, что голос, секунду назад раздавшийся поблизости, принадлежит тому самому мужчине, которого я мысленно окрестила гипнотизером.

А как же его разговор с другой девушкой?..

Наташка отмирает первая. Сглатывает, распрямляет плечи и совершенно невозмутимо произносит:

– Спасибо, от напитков не откажемся.

Завидую ей и ее умению быстро ориентироваться в ситуации. Я таким похвастаться не могу.

– Что предпочитаете?

Мужчина огибает стул и наконец попадает в поле моего зрения. Он действительно очень высокий. Метр восемьдесят пять, не меньше. Синие глаза, крупный нос, волевой подбородок. Волосы густые, но уже заметно тронуты сединой. Мне все еще трудно определить его возраст. Навскидку я бы дала лет тридцать семь-сорок.

– Я буду Маргариту, – отзывается Наташка. – А ты, Оль? – выразительно смотрит на меня.

– Я тоже, – кое-как обретаю дар речи.

Незнакомец коротко кивает, а затем, облокотившись на барную стойку, что-то говорит бармену. Тот, судя по всему, принимает заказ, и взгляд гипнотизера вновь возвращается к нам:

– Я, кстати, Максим. А вас как зовут?

– Меня Наташа, – сообщает подруга, беззастенчиво разглядывая собеседника.

– Ольга, – едва слышно роняю я.

Мне все еще не по себе. Отвыкала я от такого формата общения. Последний раз мне покупали напитки в клубе лет двадцать назад.

– Часто бываете в «Эдеме»? – продолжает Максим.

Общается он естественно и непринужденно. Будто разговор с двумя малознакомыми женщинами для него совершенная обыденность. Он не напрягается, не тараторит, не старается произвести впечатление. Максимально спокоен и расслаблен, чего, разумеется, нельзя сказать обо мне.

– Мне доводилось пару раз присутствовать на здешних вечеринках, – отвечает Наташка. – А вот Оля тут впервые.

– Правда? – синий взгляд Максима примагничивается к моему лицу. – И как вам тут?

Он смотрит так пристально, так цепко... Словно от моего ответа зависит его жизнь.

А я абсолютно теряюсь. Поэтому из меня вылетает банальное и глупое:

– Эм… Ну… Тут шумно.

Максим, как ни странно, улыбается. Его позабавил мой ответ.

– Да, – кивает, – в клубах всегда так.

– А еще, – выпаливаю неожиданно для самой себя, – мне не очень нравится здешняя светомузыка. От нее рябит в глазах.

– Слишком ярко?

– Нет, слишком резкая смена цветов. Я бы предпочла более плавные переходы.

Сказав это, замолкаю. А секундой позже на меня наваливается ощущение, что я сморозила откровенную глупость. Ну какая светомузыка? Какие переходы? Он это просто так спросил, для поддержания беседы, а я взяла и пустилась в занудные рассуждения… Ну кто меня за язык тянул?

– Что ж, мы учтем ваше замечание, – иронично бросает он.

– Учтете?.. – переспрашиваю недоуменно.

– Ну да. Я передам ваши слова нашему светорежиссеру.

Мы с Наташей снова переглядываемся. Судя по ее ошарашенному лицу, она тоже не поняла, что он имел в виду.

– А вы, стало быть?.. – тянет подруга.

– А я, стало быть, собственник сего увеселительного заведения, – бодро подхватывает Максим.

Блин… В нынешних условиях мой неуместный комментарий про свет выглядит еще более бестактным.

– Простите, – виновато говорю я. – Я не хотела вас обидеть… В целом, клуб замечательный.

– Нет-нет, даже не думайте, я не в обиде, – спешит заверить Максим. – Наоборот, время от времени собирать обратную связь от посетителей очень даже полезно.

– Время от времени? – усмехается Наташка. – Да вы поди тут каждые выходные тусуетесь.

– Отнюдь, – качает головой. – Я человек занятой, в люди выбираюсь крайне редко.

– Бросьте! У вас ведь свой клуб!

– Не поверите, Наталья, но с годами даже к этому факту привыкаешь, – отзывается с улыбкой. – А вы как проводите досуг?

– Я делаю уроки со своими спиногрызами, – вздыхает она. – А Оля… Впрочем, чего это я за нее говорю? Пусть сама расскажет.

И опять глядит на меня. Многозначительно так, с вызовом. Дескать, давай не молчи, порази его в самое сердце.

А я, если честно, понятия не имею, что сказать. В смысле что интересного поведать про свой досуг? Он у меня максимально непримечательный. Я книжки люблю читать… Картины по номерам рисую… Еще вязать могу… Но это редко, под настроение.

– Я в «Шляпу» люблю играть, – признаюсь зачем-то. – И в «Крокодила» еще…

И опять это неприятное ощущение. Будто ляпнула что-то не то…

– В «Шляпу»? – Максим выглядит неожиданно заинтересованным. – Это та игра, в которой слова объяснять нужно?

– Ага, – киваю.

– А я по молодости в «Элиас» любил играть, – тянет мечтательно. – Правда это сто лет назад было…

– Ну надо же! Сколько у вас общего! – с преувеличенным энтузиазмом восклицает Наташка. – Думаю, вам стоит это подетальнее обсудить.

А затем спрыгивает с барного стула, бегло допивает свой коктейль и непринужденно добавляет:

– А я, пожалуй, пойду потанцую.

Испуганно расширяю глаза. Я совсем не рассчитывала, что подруга меня бросит.

– Погоди, я с тобой…

– Не надо, – осаждает она. – У тебя вон, бокал еще полный.

– Но…

– Хорошего вечера, Максим. Рада была знакомству.

– Взаимно, Наталья, – доносится в ответ.

Наташка перекидывает волосы на одно плечо, задорно мне подмигивает и на удивление быстро растворяется в толпе.

А мы с Максимом, к моему величайшему ужасу, остаемся наедине…

Глава 17. Свет твоей любви.

Оказавшись без Наташки, я испытываю ступор вперемешку с дичайшим смущением. Не знаю, почему. Возможно, причина в том, что мой новый знакомый по имени Максим действительно мне симпатичен.

Мне нравится его голос. Такой низкий, глубокий, чувственный… Нравится то, как он выглядит, как держится и как ведет диалог. С интересом и живой вовлеченностью.

Стоило немного пообщаться с Максимом – и я уже совсем не думаю, что он маньяк. Вполне адекватный и приятный мужчина. Вот только вопрос относительно того, что он во мне нашел, по-прежнему не дает мне покоя.

Поерзав на стуле, поворачиваю голову и направляю на него косой боязливый взгляд. Максим тоже сидит вполоборота и с любопытством наблюдает за мной. Так, словно он ученый, а я подопытный зверек.

– Что? – не выдержав обуявших меня эмоций, суетливо заправляю за ухо непослушную прядь волос. – Почему вы все время на меня так смотрите?

– Как так? – усмехается.

– Пристально. Будто душу из меня вынуть хотите.

– Ну что вы, Ольга, и в мыслях подобного не было!

– А что тогда? – слегка осмелев, я посильнее поворачиваю голову и беру его в фокус.

– Просто вы… – он заминается, силясь подобрать правильное слово. – Вы чем-то зацепили меня.

– Зацепила? – моему изумлению нет предела.

– Знаю, звучит как бред пятнадцатилетнего мальчишки, но это правда так, – качнув головой, посмеивается Максим.

Замолкаю, осмысливая услышанное. А затем решаю, что лучше все же прояснить ситуацию во избежание недопонимания. А то вдруг на современном языке слово «зацепить» значит что-то другое. Не то, о чем я сразу подумала.

– Простите, Максим, но я не вполне понимаю, что вы имеете в виду.

– Вы мне понравились, Оль, – он ловит мой взгляд своим, синим и лукавым. – Вот так, с первого взгляда.

Чувствую, как к щекам приливает обжигающий жар. Хорошо, что в клубе темно, и Максим, скорее всего, не заметит моего предательского румянца.

– А вы меня напугали, если честно, – признаюсь, немного помолчав. – Поначалу решила, что вы маньяк.

– Черт! Так и знал, что переборщил с напором, – сокрушается комично. – Надеюсь, теперь вы так не считаете?

– Теперь нет, – на моих губах появляется улыбка.

– Это хорошо, – он улыбается в ответ. – И могу вас заверить, я против любого насилия над женщинами.

Взгляд Максима соскальзывает на мой опустевший бокал, и он добавляет:

– Хотите еще коктейль?

Говоря объективно, мне, наверное, хватит. В голове приятно шумит, по телу растекается ощущение необычайной легкости, а ноги кажутся немного ватными. Но я так не хочу отпускать текущий момент (ведь сейчас я впервые за долгие недели испытываю искреннюю радость), что плюю на доводы разума и игриво заявляю:

– С удовольствием.

По команде Максима бармен обновляет наши напитки, и мы возвращаемся к нашей непринужденной беседе, которая с каждой новой секундой разжигает во мне все более живой интерес.

– У меня вопрос, – объявляет Максим после того, как я сообщаю ему, что в последний раз тусовалась в клубе в начале нулевых.

– Задавайте, – закусив нижнюю губу, подаюсь чуть ближе, чтобы лучше его слышать.

– Может, перейдем на «ты»?

– Эм… Ну хорошо.

– Хотя это не тот вопрос, который я хотел задать изначально. Просто «выкать» надоело.

– Понимаю.

– Так вот, собственно, сам вопрос, – он тоже едва заметно придвигается ближе. – Ты двадцать лет не была в клубах, а сегодня вдруг пришла. Значит ли это, что в последнее время в твоей жизни произошли какие-то значимые перемены?

Ну надо же. Сразу понял, что к чему.

– Да, – вздыхаю я, отпивая Маргариту. – Так и есть.

– Вариантов тут немного: либо смерть близкого человека, либо развод.

– И снова ты попал в точку.

Меня восхищает и в то же время пугает его проницательность.

– Так что в итоге? – не унимается. – Первое или второе?

– Второе, – признаюсь с горечью в голосе.

– Понятно, – кивает. – Мне эта драма знакома, поэтому могу обнадежить: время действительно лечит.

– Ты тоже в разводе? – я упираюсь взглядом в его бородатую щеку.

– Ага. Два года как.

– Что произошло? – выпаливаю, ведомая любопытством. А через мгновенье осекаюсь. – Прости, это не мое дело.

– Брось, в этом нет никакой тайны, – Максим невозмутим. – Нас с женой сгубило непонимание. Мой характер был слишком бескомпромиссным, ее – слишком требовательным. В общем, нашла коса на камень – и полетели искры.

– Сочувствую.

– Не стоит. Это было осознанным взвешенным решением, после которого нам обоим стало гораздо легче жить, – произносит он. – Хотя, признаться честно, сам бракоразводный процесс был непростым. Оттуда у меня все седые волосы.

– Правда?

– Нет, конечно, – усмехается. – Но мне нравится перекладывать на бывшую жену часть вины за мое неизбежное старение.

– Ну какое старение, – качаю головой. – Кстати, сколько тебе?

– Сорок два. А тебе? – Максим снова улыбается, и в уголках его глаз собираются красивые лучезарные морщинки. – Знаю, женщин о таком не принято спрашивать, но, мне кажется, у нас довольно откровенный диалог.

– Мне сорок, – говорю как есть. А потом зачем-то добавляю. – Это много?

– Это прекрасный возраст, – он не отнимает взгляд от моего лица. – И ты очень красивая женщина, Оль. Честно.

Снова смущаюсь и, не выдержав, опускаю глаза в пол.

Ну какой он, а… Вроде не говорит ничего такого, полностью сохраняет границы такта и вежливости, а меня будто кипятком ошпарили. Вся горю, аж дышать нечем.

– Потанцуем? – неожиданно предлагает Максим.

– Я не знаю, как под эту музыку танцевать, – пожимаю плечами. – Она такая быстрая.

– А как насчет старого доброго медляка?

– Так его же здесь не включают, – удивленно округляю глаза.

– Обычно – нет. Но я босс, и у меня сегодня особенный вечер, – он дико обаятельно играет бровями.

– Ты правда можешь это устроить? – я все еще не верю, что это все происходит наяву.

– Конечно. Заказывай песню.

Задумываюсь, перебирая в голове любимые треки.

– М-м-м… А можно «Свет твоей любви» Кристины Орбакайте?

– Принято, – кивает Максим.

Вновь подзывает к себе бармена, что-то говорит ему на ухо, а затем поворачивается ко мне и подмигивает:

– Ну что, дело в шляпе. С тебя танец, Ольга.

Глава 18. Утренний шок.

Пробуждение наступает резко и довольно болезненно. А все из-за раскалывающейся напополам головы и сильной жажды.

С трудом приподнимаю тяжелые веки. Первое, что бросается в глаза, – это стена насыщенного бирюзового цвета, покрытая декоративной штукатуркой. И все бы ничего, прекрасная стена… Только есть одна проблема: она не моя.

bannerbanner