Ведьм не увольняют

— Нам хана, — предупредила вышедших навстречу Гришу и Глашу, — но надо держаться.

— Не совсем, Ленусь, — усмехнулся коллега и забрал у меня розовый совочек, — загляни в комнату подростка.

Молчащая, а значит замечательная баба Глаша передавала ему компас на цепочке и коробочку из-под умных часов. А я нервно дошла до конца длинного коридора.

— Как? — разглядела своё оставленное произведение медиумного искусства, — почему?

— Не знаю, но повтори ещё пару раз, будь добра! — весело раздалось из коридора, — если получится, то первое: мы выживем, а второе: с меня конфетка!

— Вот ради конфетки постараюсь, — отозвалась я, плетя новую сеть. Под первой осталось лишь иссохшее чёрное пятно. Я перекрыла духам доступ к жизненной силе! Да я гений!

Воодушевлённая повторяла плетение, пока Гриша, аккуратно пересыпав прах в коробочку, поместил в неё же старый компас, закрыл.

— С одной разобрались! Дождёмся подмоги — и захороним!

Из соседней квартиры донёсся топот. И уже через мгновение, Гриша каким-то чудом успел среагировать, выставив подножку.

Крепкий дед с ножом вбежал в квартиру до обидного быстро. Зато упал на пол громко, выронив нож для хлеба. Здоровенный и зубчатый, он докатился до моих ног.

Положила и расправила получившуюся сеть, не обращая внимания на разворачивающуюся драку. Начала выплетать следующую, внимательно наблюдая: иссушается труба или нет. А тем временем неожиданный тандем успел сработаться:

— Веревка! — бодро подскочила к качку сухонькая старушка.

— Ноги обвяжи! — напряжённо и с хрипом приказал Гриша.

— Пинается, ирод! — рявкнула бабка, — держи лучше.

— Я его сейчас выпущу и лично ножик верну! — заорал коллега, а у меня по ощущениям глаза на лоб полезли. Зато сразу разглядела, что вторая модернизированная нитями силы сеть заработала, медленно иссушая жгут.

— Покинь Эрдем,

Отбрось всю злобу,

Оставь людей,

Исчезни вовсе! — с натугой сымпровизировал медиум.

— Рифмоплёт из тебя на двоечку, — пыхтя оценила консьержка.

— Уж получше твоих узлов будет! Бабуль, ты там стараешься вообще или сильно хочешь закончиться здесь и сейчас?!

— Ой, мальчик, уверена, что с тобой никогда не заканчивали, так с чего бы начинать мне?

Я вплетала нити в четвёртую цепь и не могла оглянуться. Но очень хотелось. Тишина затянулась, и я уже ждала, что Гриша отпустит духа — и неприятных личностей станет на одну меньше.

— Бабка, а ты огонь, — неожиданно заржал Гриша.

— Ты тоже сойдёшь, — усмехнулась она в ответ, и до ушей донёсся щелчок зажигалки. Крик духа поглотил громкие шаги прибывающих к нам ветал.

Поместила ещё одну цепь, ощутив удар в бок. Отлетела, потеряв ориентацию в пространстве и, кажется, сознание.

Тяжело дышать. Кажется, воздух вокруг спёртый, вязкий.

Хочется полежать ещё немного, дать себе время.

Боль застилала всё. Вдалеке кричала баба Глаша, ругался Гриша, а у меня в голове вдруг прозвучало: «Я защищу тебя от всего, Лисёнок. От призраков, людей и даже твоих собственных мыслей».

Я вспомнила его карие глаза, тёплую улыбку. Наше прошлое — счастливое, нежное.

Ощущая, как моё тело поднимают за волосы над полом, я улыбнулась сквозь слёзы. Почему именно сейчас? Нормально же жила.

Встретившись спиной с дверью, думать о глупостях перестала.

От вызова помощи до её прибытия прошло пять минут. Ещё две понадобились, чтобы подняться на тридцать пятый этаж. Семь минут до спасения.

За это время мы успели перекрыть моими сетями подпитку для духов, оставив их почти бессильными. Получить переломы и ушибы разной тяжести.

Больше всех досталось бабе Глаше, она пыталась оттащить от бессознательной меня мужчину с ножом, им ей и досталось. Гришу какая-то умная ветала ослепила перцовым баллончиком, и страдающий парень пытался поджечь всё, что не горело.

В том числе и наших спасателей. Один из них обиделся и нокаутировал медиума, аккуратно потыкавшего в него травяной свечкой.

Смеяться со сломанными рёбрами было больно. Но удержаться, слушая пришедшего навестить меня Гришу, я не могла.

— Нормальный мужик оказался, даже веталу в одиночку сдержал, пока Роман Георгиевич с остальным разбирался, — и хихикать я перестала, — ты, кстати, не в курсе, как он наши заклинания использовать научился? Еще захоронения рода прочёл.

— А я сейчас выясню, — прошептала, глядя на вошедшего в светлую палату Романа. Вернее, впереди него вошёл яркий букет, следом фруктовая корзина, наполненная с горкой, и уже после сам брюнет.

— Всех развеяли, закопали, прах одного засунули в фрукт и скормили парнокопытному животному, — отчитался Роман, войдя в палату. Поставил цветы в стоящую на столике вазу и лучезарно улыбаясь повернулся к нам. — Да ладно? Ни капли удивления? Я дважды проверил, правильно ли увидел традиции упокоения.

— У некоторых народов считается, что попадание в пищевод другого существа — это некоторое продолжение жизни. — спокойно ответил Гриша.

— А они в курсе, чем заканчивается подобный вид существования? — поражённый до глубины души сел рядом с моей кушеткой на стул.

— Суть в том, что ты расщепляешься на витаминки и попадаешь в кровь. Не в том, что вы подумали. — Я улыбнулась. Непривычные для Ромы подробности нашей работы явно его потрясли.

— Так откуда вы умеете колдовать, босс? — прокашлявшись прервал наши затянувшиеся переглядывания медиум, — в вас нет магии Эрдема.

— Во мне, — последнее слово тёмненький выделил, — нет. А вот здесь, — поднял руку с тонким кольцом мерцающего сплава, — её много. Артефакт, созданный магами ГК «Антрагон». Содержит в себе магию медиума.

— Что? — пробормотал качок и быстрым движением притянул широкую ладонь моего бывшего к себе. — Как? Почему? А что умеете? Можно мне?

— Стоп, зачем тебе сила, которая у тебя самого есть? — не поняла.

— А вдруг приумножится? — попытался в наглую стянуть с пальца начальника отдела кольцо, — одной рукой вызову демона, взмахом второй армию духов, заклинанием проведу экзорцизм.

— И всё это удалённо? — вспомнила нытьё коллеги из прошлого. Когда все отделы переводили на удалёнку, наш молчал и смотрел в экраны своих мониторов. Все, кроме одного.

— Я добьюсь удалёнки! — мечтательно озвучил свои же слова пятилетней давности, — и я буду работать в трусах!

— И-и-и тебе пора, — толкнула в плечо замечтавшегося Гришку под смех Ромы, — серьёзно, уходи отсюда!

— Вас там медицинская сестра искала, — глядя вслед медиуму предупредил начальник отдела. Наверное, он рассчитывал на то, что этот факт ускорит отбытие коллеги, но сработало наоборот.

— А посижу-ка я с вами до ужина, — развернулся и поковылял в нашу сторону, — чего одному в палате тухнуть!

— Григорий, вы ведь не боитесь уколов? — посмеиваясь уточнил тёмненький. По серьёзному лицу скуластого медиума всё было написано большими буквами:

«Я не хочу укольчики, пожалуйста, не отдавайте меня на укольчики. Дайте ещё разочек веталу поизгонять, только не надо укольчиков».

Дверь в палату открылась и вошла молодая и привлекательная брюнетка. Лучезарно улыбнулась остановившемуся Грише и подняла медицинский лоток с лежащими на нём двумя шприцами.

— Я везде вас ищу, Григорий, — и сделала шаг назад, придержав дверь, — вернитесь со мной в палату, пожалуйста.

И он пошёл! Безропотно, без возражений, как под гипнозом.

— Я тоже так хочу! — возмутилась я, когда они ушли. — Почему у меня не получается загнать его в кабинет работать, а она вернула в палату мужика, который боится уколов?

— Медицинский халатик, Лисёнок, — подмигнул брюнет, — всё дело в нём.

И так он это сказал, и так он на меня смотрел, что медицинский халатик трёх разных вариаций я заказала тем же вечером. А вот забрала, к сожалению, только через три недели.

Гриша, придерживая ладошку на месте для сидения, после очередной инъекции громко возмущался почему-то у меня в палате.

— Ты же хотел удалёнку, — не понимала я сути претензии, обрабатывая электронный запрос на удалёнку и составляя расписание обхода наших призраков. Во втором филиале, кстати, давно чердак не обходили. А там бухгалтер без печенек буйствует, надо бы указать.

— Я хотел удалёнку, — покорно согласился Гриша, но снова взревел, — но не в больнице же! В больнице нужно лежать, отдыхать и спать, пока твои бока не отпечатаются в матрасе!

И за ним пришла медсестра. Неизменно улыбчивая, безукоризненно приветливая и невероятно красивая. Только при виде молоденькой девушки Гриша почему-то начал вздрагивать.

Рома приходил почти каждый день, рассказывая, что было на работе, и делясь сообщениями от дяди Вити. Кольцо не давало ему видеть и слышать призраков, зато у него была с собой спиритическая доска.

— Поразительно, что это работает, — пробормотала уверенная, что это всё игры для детей.

— Конечно работает, когда знаешь, где именно рядом призрак.

Мы ни разу не заговорили о прошлом, отъезде или жизни за границей. Обсуждали только настоящее. Сейчас Рома сидел на краю кровати: пересел, показывая фотоотчёт о бутылке для дяди Вити, чае для тёти Даши и заряженном телефоне умершего менеджера, подсевшего на «три в ряд».

— Когда мы изучали спиритизм, это всё казалось… менее человечным, — признался Рома, убирая телефон в нагрудный карман рубашки. — Есть люди, они умирают. Уходят — они свободны, остаются — они духи. Есть медиумы, способные этих призраков растворить, изгнать, до сих пор не понял, как корректней, — улыбнулся нежно, взглянув на меня.

Сердце уже давно билось быстро, из-за покрасневших щёк я выключила потолочную люстру, оставив лампу над кроватью. Зря. Зря, зря, зря, зря. Кто ж знал, как привлекательно этот мужчина выглядит в полумраке.

— Может, дело не в призраках, — продолжил Рома, склоняясь ко мне. — Может, человечными и живыми их делаешь ты своей добротой?

— А как оценить заботу своего начальника? А то вдруг, отвлекаясь на обязанности медиума, тебя уволят с основной работы? — прикрыла глаза, ощущая его дыхание на своей коже.

— Долго придётся оценивать, до конца года далеко, — усмехнулся мне в губы и…

Стоп.

— Что? — ловко поместила ладошку между нашими губами, — при чём здесь конец года?

— Лисёнок, ты слушала приветственную речь Кира? Вся эта оценочная канитель будет продолжаться для сбора статистики, а итоги подведутся в конце года. То есть, — улыбнулся шире, не осознавая, как сильно одна уставшая ведьма его сейчас ненавидит, — через три с половиной месяца.

Глава пятая. Пьяненькие медиумы

На выписку Рома приехать не рискнул. Меня забирали Гриша, всегда радовавшийся возможности выйти из офиса, и Егор, вечно помятый после заданий.

— Тебя сильно заставляли меня забрать, да? — не сдержала сочувствие, глядя на растрёпанного портальщика. Обошлось без окровавленного пиджака, но не без гипса на левой руке.

— Вообще-то мне снимали швы, — и поднял край джинсов, демонстрируя белоснежные бинты. — Так что забирают нас двоих.

— Я бы на твоём месте надбавку за вредность требовал, — закрыв багажник своего автомобиля, высказался Гриша.

— Мне её уже выплачивают, — серьёзно кивнул самый молодой работник нашего отдела, — в размере оклада.

Гриша присвистнул. Я не удивилась: дядя Витя давно доложил о зарплатах коллег, чтобы я перестала стесняться и попросила прибавку. Сработало.

— Садитесь пока, я сейчас, — глядя нам за спину, попросил Гриша и побежал обратно к стеклянным дверям больницы.

— Там что, его ненаглядная? — Опешил от быстрой смены настроения портальщик, и мы синхронно обернулись.

— Э-э-э, — удивлённо протянул Егор. Так же, как и я, прекрасно знакомый с бабой Глашей, — его сильно на задании стукнуло? — Уточнил шёпотом то, что я и сама начала судорожно вспоминать. А Гриша и Глаша в этот момент мило беседовали у входа в больницу.

— Сначала перцовым баллончиком в глаза, а потом в лицо от Особых получил.

— А-а-а, — понятливо протянул Егор. Так же, как и коллега-медиум, не раз получавший в лицо от особого отдела полиции. Молодого мужчину отправляли исключительно на опасные задания, связанные с чудовищами Антрагона или буйными магами. Такими, как тот, на которого мы с Маринкой успели наткнуться.

Неудивительно, что именно он первым отправил сигнал о помощи. Я до сих пор помнила тот день. Вошла со всеми в лифт: страх за Егора оказался сильнее клаустрофобии. Не стало легче и в машине Гриши, чудом миновавшей пробки. Новенького отправили проверять купленный фирмой долгострой — жилой комплекс, где скрывался маг-заклинатель.

С новичком должен был поехать старший. Но весной заданий хватало всем, мы почти не бывали в офисе. Только в момент тревоги весь отдел чудом оказался в сборе.

И каждый из нас вглядывался в багровое закатное небо, как и подкрепление из Особых, отчётливо видя чёрный дым над закрытой территорией стройки. Пахло мокрым бетоном и палёной шерстью.

Огненный шар ударил в створки ворот. Металл выгнулся.

Через секунду створки разлетелись в стороны. Уничтожили и выбежавших нам навстречу саблезубых волков, успевших проткнуть острыми рогами старую Гришину машину.

И только тогда мы увидели, что происходит внутри.

А призраки, живущие на территории, истошно кричали, перебивая друг друга, но единогласно указывая руками на оставленный здесь когда-то строительный кран.

Он сильно накренился на бок.

И продолжал крениться под ударами тварей.

Они не пытались убить человека. Напрямую.

Перед ними появлялись уже тусклые, едва видные порталы, но мощные тела на удивление юрко пролетали мимо и продолжали бить по самым тонким частям строительной техники.

— Падальщики! — выбрался из полицейского автомобиля Особый и призвал своих личных монстров. Белоснежный паук размером с трактор, пробежал так быстро, что асфальт под его лапами захрустел.

Трёхглавый змей и крылатая женщина с острыми наростами вместо пальцев промчались мимо, словно тени. Я следила за дракой мужчин в кабине крана.

— Кажется, маг потерял контроль над живностью, — в отличие от меня сориентировался в происходящем привыкший к подобному Гриша.

Если маг теряет контроль, чудовища первым делом убивают хозяина. Потом принимаются за всех остальных. Некоторые из вредности, а некоторые от обиды. Нечисть иного мира порой гораздо разумнее самих людей, и добровольное служение недостойному для них сродни клейму позора перед сородичами. Вот и мстят жестоко и кроваво.

Коллега-медиум, не теряя времени зря, поработил самого сильного местного призрака и направил на крылатое чудовище. Мокрая земля подозрительно задрожала под ногами.

— Марина, попробуй отправить как можно больше этих тварей домой, — приказал Гриша дрожащей за моей спиной блондинке. — Лен, не тупи, вызови демона или полтергейста из соседнего дома, он ещё слабый, податливый, — быстро нашёл для меня оптимальные методы атаки. Чистые души для меня неприкосновенны.

Потянулась силой к живущему в старой трёхэтажке озлобленному духу. Он дёрнулся из обвивающих потемневшее, вытянувшееся тело ярких нитей, но освободиться не смог. Действительно слабый, молодой и податливый. Ещё несколько дней, и поработить такого я бы не смогла.

Игнорируя разбитое окно кабины крана, крики Особых полицейских и возмущения местных призраков, забралась глубоко в жгучее сознание неистового духа. Оно орало, пыталось выгнать или растерзать, металось и, возможно, разнесло половину квартиры, но успокоилось, стоило мне полностью взять контроль.

Привязанный к месту дух постепенно теряет всё человеческое. Рано или поздно каждый становится чудовищем. Даже если когда-то они были близкими и любимыми. Неизбежный исход призрака, отказавшегося от возможности покинуть этот мир.

Маринка, прячась уже за спиной Гриши, старательно удерживала односторонний портал в Антрагон, в него полицейские маги сбрасывали освободившуюся от хозяина нечисть. Припозднившийся к происходящему безумию Пашка вглядывался в будущее каждого и изредка приказывал: «Блондинка, возьми волка! Мужик в красном, уйди от арматуры. Свалил, я сказал, пока крылатая тебя на них не насадила! Лена, готовься выпускать полтергейста!»

И я потянула изуродованного духа к себе. Тёмная масса в форме длинного человеческого тела встала рядом, вызывая внутреннюю дрожь. До сих пор нас не просили изгонять этих жутиков, обращаясь к полиции.

Люди всегда надеются на розыгрыш, страшась потустороннего.

Я тоже, если честно.

Истошный вопль снова заставил меня посмотреть на кран. Из разбитого окна спиной вниз свесился незнакомый мужчина, которого бил разъярённый Егор. Гарпии Особых гонялись за падальщиками. Захваченный Гришей дух висел у кабины и передавал медиуму происходящее.

— А вашему точно помощь нужна? — уточнила блондинка из Особых полицейских, с лёгкостью таща за шкирку извивающуюся крысу размером с машину, с шипастым хвостом и стекающим с клыков ядом. Швырнула мохнатую гадость в портал и уставилась на нас.

— А по-вашему, с происходящим возможно справиться в одиночку? — ехидно уточнил Гриша.

Девушка в тёмной форме усмехнулась, оглядела ещё не накачанного тогда медиума, смахнула с плеча косу и уверенно произнесла:

— Я бы справилась.

Над головами раздался вопль мага, ему вторил приказ видящего:

— Лена, лови!

Я направила полтергейста к крану, вплетая в его тело нити силы, пока не стало плотным. Поймала обоих. Они продолжали бить друг друга даже в падении.

— Они ещё и материться умудряются, — усмехнулся Гриша, удерживая своего призрака рядом с моим, ставшим плотным благодаря силе, полтергейстом. Двумя длинными лапами возмущённый в глубине злобной души монстр практически обнимал портальщика и мага, не давая им упасть и разбиться.

— Может их в болотце? Пусть остынут, — устало предложил считавший с десяток судеб видящий. Направила свой спускающийся сгусток ненависти в сторону огромной, глубокой лужи.

— Скорее шоу в грязи устроят, ещё больше распсихуются. — возразил отпустивший призрака к своим Гриша, — можно в гору щебня, вдруг на рассыпающихся камушках в разные стороны разъедутся.

— Лен, поставь их здесь, пожалуйста, — тихо попросила Маринка и указала на свободное пространство перед нами, — вокруг ещё опасно, а ребята их просто разнимать не хотят.

— И ты нас за это осуждаешь?! — возмутился Гриша. Тогда он ещё не купил абонемент в спортзал и не занялся питанием. Поджал губы, пока я опускала мужчин туда, куда попросила Маринка.

А двое продолжали пыхтеть, уже без энтузиазма и злости, словно из принципа не отпуская друг друга. Медиум вздохнул, призывно махнул рукой Пашке и первый пошёл встречать коллегу с его жертвой.

В этот момент на Гришину машину упал саблезубый волк. Вскочил на сплюснутой крыше, впиваясь когтями в тёмный металл, и зарычал, разглядывая каждого из нас жёлтыми глазами.

— Ой, случайно вышло, — виновато прокомментировал за нашими спинами один из Особых, — юркий гадёныш, — быстро набросил магическую цепь на шею саблезубоговолка и потянул вырывающуюся нечисть в портал.

— Лен, ты на всякий случай готовься Гришу ловить, — прошептала мне на ухо Маринка. А я уже сама отчётливо видела взгляд коллеги, направленный на заталкивающего в портал волка полицейского.

— … От неудачника слышу! Тебя даже насекомые бросили! — отвлекли нас возгласы спустившегося на землю Егора. Его горло сжимали окровавленные руки мага, но это не мешало молодому парню ехидно улыбаться.

— Это ядовитые степные жуки, почти невозможно поймать и подчинить! — захрипел в ответ молодой маг, кажется, не замечая, что его подняли Гришины руки и пытаются оторвать от ведьмака. — А вот портальные плетения — это настоящий позор! В поеденных молью старых пледах дыр меньше, чем в твоём колдовстве!

— Завалились и не бесите меня оба! — рявкнул медиум и рывком оттащил мага от коллеги. Тот оттаскиваться не хотел и дёрнулся в противоположную сторону. Два потерявших равновесие мужчины завалились назад, прямо на и без того пострадавшую машину.

— Знаешь, фара в данном случае самое меньшее из твоих будущих трат, — попыталась утешить коллегу, глядя на осколки разбитого его же упавшим телом стекла. Вздрогнула от брошенного в мою сторону взгляда и невольно выставила подчинённого мне полтергейста вперёд. А дух хотел отойти. И смотреть. — Рассею. — Предупредила из вредности, но не помогло. Он и так знал, что этим всё кончится, так просто продолжил злорадствовать, наслаждаясь моментом.

— Либо в участок, либо в портал! — раздалось сбоку красивым женским голосом. — Выбирай, малыш.

Судя по мужчинам, «малышами были все», ибо дёрнулись в сторону длинноволосой блондинки. Но в последний момент очнулись и обратили внимание, что сказанное адресовывалось только устроившему переполох заклинателю.

Ощутив превосходство, побитый вырвался из ослабевшей хватки нашего коллеги и горделиво прихрамывая, прижимая к себе сломанную кисть, глядя вперёд заплывшими глазами последовал к девушке.

— Я поеду с