Будь моей тайной: Главная угроза

Учительница английского языка, чеканя слова с сильным, резким акцентом, раздала по рядам листы со сложными грамматическими заданиями. Для большинства учеников 10-го «Б» этот тест выглядел как китайская грамота, но Ханна, которая знала английский как родной после нескольких лет жизни в международной школе за границей, справилась с ним буквально за пятнадцать минут. Она аккуратно вписала сложные пассивные конструкции и перфектные времена, даже не задумываясь. Пока Харина рядом обреченно грызла колпачок ручки и судорожно пыталась вспомнить хоть одно правило, Ханна незаметно пододвинула свой листок к ней, прикрывая ладонью, чтобы подруга могла спокойно списать. Харина посмотрела на нее глазами, полными слез благодарности, и принялась быстро строчить в своей тетради. Остаток учебного дня пролетел как в тумане. Ханна больше не думала ни о строгой маме, ни об остывшей утренней овсянке, ни о жжении в содранных ладонях. Все её мысли были заняты той потрясающей, открытой улыбкой Николо у окна в школьном буфете. Каждый раз, когда в коридоре звенел звонок на очередную перемену, она ловила себя на том, что высматривает в толпе старшеклассников его растрепанные темно-каштановые волосы. Но до самого конца занятий одиннадцатые классы и их параллели больше не пересекаемся на общих уроках. Когда прозвенел финальный звонок и прошли все уроки, школа наполнилась радостным, оглушительным гулом. Десятиклассники толпились у гардероба, натягивая куртки и спеша поскорее уйти домой. Ханна и Харина неторопливо спустились в вестибюль, обсуждая, как круто они сдали английский. — Я серьезно говорю, ты мой спаситель! — Харина эмоционально размахивала руками, застегивая замок на своей куртке. — Если бы не твои подсказки, у меня была бы жирная двойка за четверть. Нам срочно нужно отпраздновать это в пятницу! — Да ладно тебе, мне было совсем не сложно, — Ханна тепло улыбнулась, закидывая рюкзак на правое плечо, стараясь лишний раз не сжимать пострадавшую на физкультуре ладонь. — Ладно, Харин, мне пора идти в сторону дома, а то мама... — Ханна! Подожди! — знакомый, приятный голос заставил её осечься на полуслове и замереть прямо посреди школьного холла. Она обернулась. К ней, быстро преодолевая расстояние между колоннами и лавируя в толпе учеников, шел Николо. Его куртка была расстегнута, рюкзак небрежно болтался на одном плече, а на лице играла та самая мягкая, обезоруживающая улыбка, от которой у Ханны внутри всё мгновенно перевернулось. Харина тут же заговорщически толкнула подругу локтем в бок и сделала два шага назад, делая вид, что безумно увлечена чтением какого-то плаката на стене. — Привет еще раз, — Николо остановился прямо перед Ханной, слегка запыхавшись. Он запустил руку в свои каштановые волосы, заставив их растрепаться еще сильнее, и неловко улыбнулся. — Я боялся, что ты уже ушла. Слушай, я... хотел спросить. Насчет Инстаграма — это, конечно, круто, но я подумал... Может, ты оставишь мне свой номер телефона? Ну, чтобы можно было нормально общаться, без всех этих уведомлений. Если ты не против, конечно. Сердце Ханны в эту секунду совершило кульбит и застучало где-то в районе горла. Ей показалось, что весь шум огромного школьного вестибюля резко стих, оставив только его голос. — Да, конечно... Я не против, — постаралась как можно спокойнее ответить она, хотя внутри её всю буквально трясло от подступившего восторга. Николо быстро достал из кармана свой смартфон и протянул ей. Ханна аккуратно, стараясь не показывать ободранные пальцы, вбила цифры своего номера и вернула гаджет парню. Он взял телефон, его пальцы на секунду коснулись её руки, и по телу Ханны пробежал мощный разряд электрического тока. — Отлично, спасибо, — Николо просиял, пряча мобильный обратно в карман. — Я напишу тебе вечером, как приду домой. Береги руки, новенькая. Пока! Он тепло подмигнул ей, развернулся и легкой, уверенной походкой направился к выходу из школы. Ханна стояла как вкопанная, глупо улыбаясь и провожая его взглядом. — Ну всё, держите меня семеро! — Харина мгновенно выросла рядом, хватая Ханну за плечи. — Он взял твой номер! Сам подошел и взял! Ханни, ты понимаешь, что это значит?! Это победа! Ладно, беги домой, пиши мне сразу, как только он пришлет первое смс. Мне тоже пора бежать на автобус. Пока! Подруга крепко обняла её и скрылась в толпе. Ханна, чувствуя себя так, словно она летит над землей, вышла из стеклянных дверей школы. Октябрьский воздух приятно холодил лицо. Ханна шла по знакомому тротуару в сторону своего дома, и её буквально распирало от переполнявших чувств. Едва отойдя на приличное расстояние от школьного двора, где её никто не мог увидеть, Ханна не выдержала. Она прижала руки к груди и начала буквально пищать от радости, тихонько подпрыгивая на ходу. Обида на маму, утренний кошмар, жуткая боль в содранных ладонях после падения — всё это казалось такой ничтожной мелочью по сравнению с тем, что Николо, самый классный парень параллели, теперь имеет её номер телефона! Ей хотелось петь, танцевать прямо на асфальте и кричать от счастья на всю улицу. — И долго ты собираешься так скакать посреди дороги? — ледяной, полный глухого раздражения голос заставил её резко затормозить и буквально прирасти к месту. Радость Ханны мгновенно испарилась, сменившись ледяным душем. Она медленно обернулась. В нескольких шагах позади неё, засунув руки в карманы черной толстовки, шел Абрам. Его лицо было бледным, серые глаза смотрели хмуро и исподлобья, а челюсти были плотно сжаты. На его плече всё так же висел синяк после их утреннего падения на физкультуре, и вся его фигура выражала крайнюю степень недовольства. Абрам шел за ней от самого школьного крыльца. Он видел всё. Он видел, как Николо догонял эту городскую новенькую в вестибюле, видел, как его лучший друг, глупо улыбаясь, просил у неё номер телефона, и как Ханна послушно вбивала цифры в экран. И Абраму это жутко, категорически не нравилось. Внутри него все клокотало от глухой злости и глубинного протеста. У Николо была своя, очень сложная история, которая произошла с ним в прошлом году. Это была тяжелая драма, случившаяся в прошлом, о которой знал только самый близкий круг. И именно её последствия заставляли Абрама так яростно, порой даже агрессивно хотеть защищать Николо. Абрам до сих пор помнил, как тяжело другу дались события прошлого года, и теперь оберегал его от любых внешних потрясений, от лишних людей и особенно от новеньких девчонок вроде Ханны. Ему казалось, что Николо ведет себя слишком легкомысленно, подпуская к себе девчонку из параллели, которая всего второй день в школе и уже успела устроить столько шума. Он безумно злился на друга за эту неосмотрительность, но еще сильнее он злился на саму Ханну. Ханна, не зная об этой тайне из прошлого года, видела перед собой лишь заносчивого, злого соседа, который снова пытается испортить ей лучший момент в жизни. Она сердито выпрямилась, пряча ладони в карманы куртки, и смерила его ответным уничтожающим взглядом. — А тебе какое дело, как я иду? — резко и колюче ответила она, делая шаг назад. — Тротуар общий. Хочу — скачу, хочу — бегаю. Тебя это вообще волновать не должно. Пошел бы ты... мимо, Абрам. Между ними снова вспыхнула искра утренней неприязни. Они стояли на тихой, пустынной улице между двумя кварталами, и воздух вокруг них снова стал наэлектризованным. Но после тяжелого учебного дня сил на полноценную драку или громкий скандал ни у кого из них не было. Это была скорее ленивая, но колючая стычка, но не прямо такая сильная, без криков на всю улицу. Абрам сделал два шага вперед, останавливаясь в метре от нее. Он был гораздо выше, и его тень полностью накрыла Ханну. — Ты думаешь, ты здесь самая умная, новенькая? — тихо, с угрозой в голосе произнес Абрам, глядя на нее сверху вниз. Его серые глаза опасно сузились. — Показывать пальцы в классе — это предел твоих возможностей? Советую тебе придержать свой характер. И держись подальше от Николо. Не лезь к нему. Ханна от такой наглости даже на секунду потеряла дар речи. Злость горячей волной ударила в голову, стирая все остатки романтического тумана. Она сделала шаг вперед, сокращая дистанцию. — А ты ему мамочка, чтобы решать, с кем ему общаться, а с кем нет? — ядовито прошипела Ханна, глядя на него снизу вверх с абсолютным презрением. — Николо сам подошел ко мне. Сам взял мой номер. И ты ничего с этим не сделаешь, как бы сильно ты ни злился. Так что засунь свои советы себе куда-нибудь подальше, сосед. Абрам резко дернулся, его кулаки в карманах толстовки сжались так сильно, что ткань натянулась. Но парень переборол себя. Он лишь тяжело, шумно выдохнул сквозь зубы, удерживая остатки самоконтроля, и смерил её последним, тяжелым взглядом. — Я тебя предупредил, Ханна, — глухо выплюнул он её имя. — Ты понятия не имеешь, куда лезешь. Он демонстративно обошел её по краю тротуара, задев своим жестким плечом её куртку, и быстрыми, размашистыми шагами направился вперед по улице к своему дому. Ханна смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри неё дрожит натянутая струна раздражения, но упрямо тряхнула головй, прогоняя эти мысли, и зашагала к своему крыльцу.

Глава 5

Ночь длилась не вечно, зазвенел гребанный будильник. И мне пришлось встать

— Чёрт, — прошептала я, протирая глаза.

Поднявшись с кровати, я потянулась за телефоном, который лежал на тумбочке.

Сообщение от Николо.

Я как молния открыла чат.

(Вместо что делать, что делаешь, я просто перепутала, а мне лень заново делать.)

Я едва сдерживала восторг. Николо сам написал мне первым, и это было невероятно. Спустившись вниз, я всё ещё светилась от счастья, но заметила маму, и радость мгновенно угасла.

— Ханна, что с тобой? — спросила мама, удивившись моему восторгу.

— Всё нормально, — тихо сказала я и подошла к столу.

— Завтрак готов. Мне нужно уехать на две недели. Ты останешься одна, но можешь пригласить подругу. Ханна, тебе придется побыть одной.

Я не удивилась, только кивнула.

Ханна отодвинула пустую тарелку, поднялась из-за стола и пошла в свою комнату. Через десять минут она уже стояла перед зеркалом, поправляя воротник школьной формы. Подхватив рюкзак, она вышла на крыльцо. Прохладный утренний воздух резко ударил в лицо, но ещё сильнее её обжёг взгляд соседа. Абрам стоял у забора, засунув руки в карманы куртки. Ханна до сих пор не могла до конца понять их статус. Они точно не были друзьями, уж тем более не были парой, но эта их странная «недо-вражда» держалась в основном на его открытой неприязни. Сама Ханна так и не определилась, как к нему относиться. Заметив её, Абрам смерил девочку долгим, тяжёлым взглядом.

— Уже вылупилась, — процедил он вместо приветствия.

— И тебе доброго утра, Абрам, — вздохнула Ханна, пытаясь пройти мимо. Он сделал шаг в сторону, преграждая ей путь, и наклонил голову. В его глазах читалась явная угроза, но не та, что обещает физическую расправу, а какая-то тёмная, давящая злость.

— Слышал, ты вчера долго с Николой общалась, — тихо сказал Абрам.

— И он даже всучил тебе свой номер. Ханна замерла, крепче перехватив лямку рюкзака: — Тебе-то какое дело? Это просто номер.

— Дело в том, — Абрам сделал шаг ближе, отчего Ханне стало неуютно, — что Никола слишком наивный. И если ты решишь поиграть в свои девчачьи игры или как-то втянешь его в неприятности... я лично устрою тебе весёлую жизнь. Держись от него подальше, Ханна. Я предупредил.

Он бросил на неё последний косой, предупреждающий взгляд, развернулся и пошёл прочь, оставив Ханну в полном замешательстве стоять на пороге.

Ханна шла по тротуару, намеренно растягивая шаги. Впереди, примерно через два дома от неё, шагал Абрам. Его широкие плечи и резкая, уверенная походка были видны издалека. Она почти физически заставляла себя плестись как черепаха, лишь бы увеличить расстояние между ними после той утренней стычки. Абрам, мельком обернувшись на перекрёстке, прекрасно заметил этот её манёвр. Он понял, что она тормозит только из-за него, но лишь презрительно фыркнул, проигнорировал её и пошёл дальше, даже не прибавив шагу. Всю дорогу до школы они сохраняли эту нелепую дистанцию. Но самое интересное началось уже в школьном холле. Ханна только переступила порог и подошла к гардеробу, как вдруг из толпы послышался весёлый голос.

— Ханна! Привет! — Никола вовсю махал ей рукой, сияя широкой улыбкой.

Он стоял чуть дальше по коридору. Абрам в этот момент находился гораздо ближе к нему, практически в паре шагов. Он уже был готов кивнуть приятелю, но Никола, даже не заметив его, первым делом обратился именно к Ханне. Только после того, как Ханна несмело улыбнулась и помахала в ответ, Никола наконец перевёл взгляд на соседа:

— О, Абрам, здорово! И ты уже тут.

Абрам застыл на месте. Ханна краем глаза заметила, как у него на мгновение сжались челюсти. Он бросил на неё яростный, испепеляющий взгляд, в котором так и читалось: «Я же тебе утром ясно сказал». Ситуация накалялась, и Никола явно не понимал, какую бурю только что спровоцировал.

Никола подошёл к Ханне, полностью игнорируя недовольное лицо Абрама, который остался стоять чуть поодаль.

— Привет ещё раз! — Никола улыбнулся, поправляя лямку рюкзака.

— Как дошла? Я вот думал, написала ты мне или нет, но телефон в шкафчике оставил.

— Привет, Никола. Нормально дошла, — Ханна мельком взглянула за его плечо, где Абрам буквально прожигал её взглядом.

— Твой... друг, кажется, очень недоволен, что ты со мной разговариваешь.

— А, Абрам? — Никола обернулся и махнул ему рукой. — Да брось, он всегда такой хмурый по утрам. Не обращай внимания. Ладно, мне пора к ребятам, увидимся на биологии! Никола развернулся и направился к Абраму, который всё это время не сводил с Ханны глаз. Как только Никола подошёл, Абрам молча развернулся, и они вместе пошли по коридору в сторону школьного двора, где обычно собиралась их компания.

— И зачем ты тратишь на неё время? — сквозь зубы процедил Абрам, когда они отошли достаточно далеко.

— На Ханну? Она классная, Абрам. Тебе стоит просто узнать её получше, — спокойно ответил Никола. Они вышли на задний двор, где у больших скамеек уже стояла остальная часть «золотой свиты»: Лили, Ванесса и Ханыль Лили что-то бурно обсуждала с Ванессой, а Ханыль просто листал что-то в телефоне, прислонившись к дереву.

— О, явились! — Ванесса помахала им рукой. — Никола, ты почему ранец Лили в классе оставил? Пока Никола отвлёкся на девочек, Абрам подошёл к Ханылю и резко кивнул ему в сторону спортивной площадки:

— Ханыль, отойдём на пару слов. Дело есть. Ханыль удивлённо приподнял бровь, но убрал телефон в карман и пошёл за кузеном. Они отошли к сетчатому забору, подальше от чужих ушей.

— Что стряслось? На тебе лица нет, — спросил Ханыль, скрестив руки на груди.

— Это из-за Ханны, — прямо сказал Абрам, оглядываясь на Николу. — Она крутится вокруг него. Никола вчера дал ей свой номер, а сегодня утром накинулся на неё, как будто она центр вселенной.

— И что в этом такого? — Ханыль пожал плечами — Ну, общаются. Ханна не такая, уж точно не такая, как тебе кажется. Нормальная девчонка, тихая.

— Ты слепой или притворяешься? — Абрам шагнул ближе, понизив голос до яростного шёпота.

— Я уверен во всём, на все сто процентов, что Ханна сделает так же, как сделала и Белла с ним однажды! Ты хочешь, чтобы всё повторилось? Ханыль прищурился, и его расслабленный вид тут же испарился. При упоминании Беллы атмосфера между кузенами мгновенно стала тяжёлой.

— Закрой рот, Абрам, — тихо, но жёстко оборвал его Ханыль. — Про Беллу никто не должен вспоминать. А Ханну не смей трогать, пока она ничего не сделала. Пошли назад, пока Никола ничего не заметил.

Ханыль первым двинулся обратно к компании, напустив на себя свой привычный невозмутимый вид. Абрам шёл следом, мрачнее тучи, с трудом сдерживая кипевшую внутри злость. Когда кузены вернулись к скамейкам, Никола как раз смеялся над какой-то шуткой Ванессы.

— Ну вы где пропали? — Никола обернулся к ним. — Мы тут решаем, куда пойдём после уроков.

— Да так, семейные дела обсудили, — легко отмахнулся Ханыль, засовывая руки в карманы и бросая на Абрама быстрый предупреждающий взгляд. Абрам лишь молча опёрся спиной о перила, демонстративно отвернувшись. В это же время в другом конце школьного двора, подальше от «золотой свиты», Ханна наконец-то почувствовала себя в безопасности. Она издалека заметила две знакомые фигуры и почти бегом направилась к ним.

— Привет! Ну и утро у меня, вы не представляете, — выдохнула Ханна, подходя к Харине и Элиасу.

— Привет, Ханни! — Харина тут же улыбнулась и сделала шаг навстречу, внимательно оглядывая подругу.

— А что случилось? На тебе лица нет. Опять твой угрюмый сосед?

— Хуже, — тихо ответила Ханна, краем глаза косясь в сторону свиты. — Абрам утром устроил мне допрос на пороге из-за того, что Никола дал мне свой номер. Сказал держаться от него подальше, иначе он мне устроит весёлую жизнь. А в холле Никола подлетел ко мне со своим «привет», и Абрам теперь меня взглядом распиливает на части. Элиас, который до этого спокойно слушал, поправляя лямку сумки, нахмурился и посмотрел туда, где стояла элита школы.

— Этот Абрам совсем берега попутал? — недовольно пробормотал Элиас. — Никола сам с тобой общается, при чём тут вообще ты? Ханна, если этот придурок начнёт реально лезть, ты только скажи. Мы с Хариной его быстро на место поставим, пусть своей свитой командует, а не тобой.

— Да ладно тебе, Элиас, с Абрамом лучше не связываться, он жуткий, — поёжилась Харина, но тут же приобняла Ханну за плечи. — Но ты не переживай, мы с тобой. Просто игнорируй его. Пусть злится сколько хочет.

Ханна благодарно улыбнулась друзьям, чувствуя, как утреннее напряжение понемногу отступает. Однако, посмотрев в сторону свиты ещё раз, она поймала на себе пристальный взгляд Ханыля. В отличие от яростного взгляда Абрама, кузен смотрел на неё как-то иначе — задумчиво и оценивающе.

Ханыль проводил Ханну взглядом, пока она отходила к своим друзьям. На мгновение его маска безразличия сползла. Он нахмурился, анализируя то, что только что увидел в холле школы. «А что, если Абрам прав?» — пронеслась в голове непрошеная мысль. Ханыль невольно начал прокручивать в памяти детали. Поведение Ханны рядом с Николы… её смущение, её… Ханыль резко встряхнул головой, пытаясь выкинуть эти мысли из неё. Он сжал переносицу пальцами, мысленно ругая себя за то, что поддался панике кузена. Не хватало ещё, чтобы он сам начал видеть в каждой девчонке скрытую угрозу.

— Эй, Ханыль, ты заснул там? — окликнула его Лили, пощёлкав пальцами перед его лицом. — Мы вообще-то с тобой разговариваем. Идём в класс, скоро звонок.

— Да, иду, — Ханыль вернул на лицо привычную ленивую полуулыбку, но внутри у него остался неприятный осадок.

Сходство, которое он подметил, слишком сильно кололо подозрениями. Тем временем на другом конце двора прозвенел громкий первый звонок. Ханна, Харина и Элиас двинулись к дверям школы вместе с остальным потоком учеников. Ханна всё ещё чувствовала спиной чужие взгляды, и от этого предчувствие перед уроками было совсем не радостным.

Урок биологии начался с привычного скрипа мела и монотонного голоса учителя, но на третьей парте у окна атмосфера была куда более оживленной. Ханна и Харина сидели вместе, отгородившись от остального класса раскрытыми учебниками и большой общей тетрадью.

— Нет, ты посмотри на это, — шепотом произнесла Харина, ткнув пальцем в картинку в учебнике, где была изображена какая-то жутковатая многоножка. — Если бы я встретила это в реальной жизни, я бы сразу отчислилась из этой вселенной. Ханна рассеянно кивнула, даже не взглянув на страницу. Её взгляд был прикован к экрану телефона, который она прятала под партой, наполовину прикрыв пеналом.

— Эй, Земля вызывает Ханну, — Харина легонько толкнула подругу локтем в бок. — Ты меня вообще слышишь? Опять зависла.

— Слышу я, слышу, — так же шепотом отозвалась Ханна, быстро убирая прядь волос за ухо. — Просто... я думала, напишет он сегодня или нет.

— «Он» — это Николо? — Харина понимающе улыбнулась и покачала головой. — Подруга, ты влюбилась по уши. Ты на уроках скоро светиться начнешь от одного упоминания его имени.

— Вовсе не по уши, — вспыхнула Ханна, чувствуя, как к щекам приливает тепло. — Просто он... ну, ты же знаешь его. Он особенный.

— Девочки на третьей парте, — раздался строгий голос учительницы с кафедры. — Я вам не мешаю? Ханна, может быть, ты расскажешь классу, какие виды деления клеток мы только что разобрали? Ханна резко выпрямилась, сердце на секунду ушло в пятки. Она судорожно уставилась на доску, где было написано «Митоз и мейоз».

— Э-э... митоз? — неуверенно предположила она. — Правильно, но в следующий раз делением секретов лучше заняться на перемене, — вздохнула биологичка. — Продолжаем. При митозе образуются...

Ханна с облегчением выдохнула и снова сползла по стулу вниз. Харина тихонько прыснула в кулак:— Пронесло. Ладно, прячь свой телефон, а то точно отберут. И именно в этот момент, словно по волшебству, экран телефона в темноте под партой загорелся. Короткая вибрация отозвалась в руке Ханны сладкой дрожью. На дисплее высветилось уведомление.

Николо: «Привет. Ты на биологии? Мне ужасно скучно на истории. Чем занимаешься?» У Ханны перехватило дыхание, а на лице сама собой расплылась глупая, абсолютно счастливая улыбка.

— Ну всё, пропала девчонка, — констатировала Харина, заметив выражение лица подруги, и заглянула через её плечо. — О-о-о, сам Николо соизволил нарушить тишину. Пиши ему скорее, пока биологичка опять не повернулась!

Ханна, закусив губу от волнения, принялась быстро набирать ответ, совершенно позабыв и про митоз, и про строгую учительницу, и про всё на свете. В этот момент для неё существовал только этот экран и парень, который написал ей посреди учебного дня.

Ханна быстро застучала пальцами по экрану, совершенно не заботясь о том, что телефон лежит прямо на поверхности парты, на самом виду. Ей было абсолютно всё равно, заметит ли учительница. Внутри всё пело от радости. Ханна:

«Привет! Да, сижу на биологии. Харина тут ворчит на многоножек в учебнике, а я считаю минуты до звонка. Без тебя тут тоска смертная» Она перечитала сообщение. Каждое слово буквально кричало о её чувствах, но Ханна даже не думала это скрывать или казаться равнодушной. Да, она не писала прямое «люблю» — это казалось слишком громким для обычной эсэмэски, — но вся её светящаяся улыбка и то, как быстро она набирала ответ, выдавали её с головой.

Харина, наблюдавшая за этой картиной со стороны, драматично вздохнула, подперев щеку рукой. Она посмотрела на Ханну, которая сидела с самым блаженным видом на свете, и наигранно-печально покачала головой.

— Ой, потеряла я свою подругу... — негромко, но выразительно протянула Харина. — Всё, была Ханна — и нет Ханны. Осталась только оболочка, а душа уже где-то на истории рядом с Николо. Ханна, не отрывая взгляда от экрана, лишь слегка толкнула её локтем.

— Перестань. Я всё слышу.

— Да куда там, ты сейчас даже взрыв не услышишь, — усмехнулась Харина, переворачивая страницу учебника. — Посмотри на себя, ты же светишься, как радиоактивный элемент. Ладно уж, пиши своему ромео, я тебя прикрою, если биологичка решит пойти в нашу сторону.

Экран снова мигнул — пришел быстрый ответ от Николо, и Ханна, тихонько охнув от радости, сразу же принялась писать новое сообщение, окончательно улетев в свои мысли.

Харина скосила глаза на экран телефона Ханны и на секунду замерла. Прямо по центру дисплея, завершая длинное и явно очень личное сообщение от Николо, ярко горело большое красное анимированное сердечко. Оно пульсировало на белом фоне чата, словно насмехаясь над всеми попытками Ханны казаться просто «другом». Харина драматично схватилась за голову, чуть не выронив ручку, и откинулась на спинку стула, издав глухой, полный страданий стон. Несколько человек с соседней парты испуганно обернулись, но ей было абсолютно всё равно.

— Всё, — неестественно громко прошептала Харина, уставившись в потолок кабинета биологии. — Всё... Теперь я точно потеряла свою Ханну. Окончательно и бесповоротно. Господи, за что мне это? За какие грехи я должна сидеть здесь и созерцать этот филиал розового апокалипсиса?

Ханна, чьи щеки в этот момент вспыхнули пунцовым цветом, быстро застучала пальцами по экрану, даже не думая прятать телефон. Ей было абсолютно плевать, что гаджет лежит прямо на виду у Лидии Петровны. Внутри неё всё пело. Она не стала писать в ответ громкое «люблю» — это казалось слишком личным для обычной эсэмэски, — но она отправила в ответ такое количество смайликов и теплых слов, что её чувства были понятны без лишних объяснений. Она и не собиралась ничего скрывать.