Белая Волчица. Наследие луны 3

— Хочешь сказать, что моё отражение решило прогуляться по Подмосковью?

Антон хмыкнул.

Селена даже не улыбнулась.

— Боюсь, она никогда не была просто отражением.

Вот теперь мне стало не до шуток.

— Объясни.

— Сердце Гор не создаёт жизнь из ничего. Оно хранит то, что связано с древней кровью. Память, силу, следы решений, которые когда-то изменили судьбу рода. Когда ты вошла туда, оно узнало тебя.

— Это я уже знаю.

— Но узнало не только тебя.

Я нахмурилась.

Селена сделала несколько шагов к дубу и остановилась.

— В древних записях говорится о двух наследницах одной крови. Они не должны находиться по одну сторону границы. Именно поэтому одна из них всегда оставалась там, откуда пришли Первые.

— Подожди, — вмешался Антон. — Ты хочешь сказать, что у Наташи есть сестра?

— Я не говорила этого.

— А что ты тогда говоришь? Что где-то существует её запасная копия?

— Антон, — негромко произнёс Аслан.

— Что?

— Дай ей договорить.

Селена посмотрела на меня.

— Я не знаю, кем именно приходится тебе эта женщина. И не стану придумывать ответ. Когда ты вернулась из Сердца Гор, я предполагала, что связь с другой наследницей оборвалась. Судя по сегодняшним событиям, произошло обратное.

— И ты решила не рассказывать мне об этом раньше?

— Я не была уверена.

Я невесело усмехнулась.

— Замечательно. Обожаю, когда люди, которым я доверяю, самостоятельно решают, какую часть моей жизни мне положено знать.

— Наталья, я не хотела…

— Уберечь меня? — закончила я за неё. — Поверь, у меня уже аллергия на эту фразу.

Селена опустила глаза.

Некоторое время мы молчали.

Первым заговорил Аслан:

— На записи женщина выглядела измученной. Она шла босиком по снегу, искала Наталью и говорила, что её преследуют. Если бы она собиралась напасть, могла бы сделать это, не предупреждая нас о своём появлении.

Я повернулась к нему.

— Ты считаешь, она пришла за помощью?

— Я считаю, что мы пока не знаем, чего она хочет.

Разумно.

И как же раздражало, что он опять был прав!

— Селена, — произнесла я. — Что произойдёт, если мы встретимся?

Хранительница не ответила сразу.

Она подошла к дубу и приложила ладонь к его стволу.

— Этого я и боюсь.

Под её пальцами на мгновение проступил слабый серебристый свет.

А затем исчез.

Селена резко отдёрнула руку.

Я заметила, как изменилось её лицо.

— Что?

Она снова коснулась дерева.

Ничего.

Старый дуб стоял неподвижно. Его заснеженные ветви чуть покачивались от ветра.

— Селена?

— Он не отвечает.

Я подошла ближе.

— В смысле?

— Я больше не чувствую его.

Волчица внутри меня насторожилась.

Я положила ладонь на знакомую кору.

Тепло.

Едва заметная пульсация.

Старый дуб сразу отозвался на моё прикосновение.

Я облегчённо выдохнула.

— Со мной он разговаривает.

— Именно это меня и беспокоит, — тихо произнесла Селена.

— Почему?

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Потому что, возможно, он больше не признаёт никого, кроме вас двоих.

К девяти утра я собрала внеочередной совет.

Честно говоря, мечтала только о горячем душе, завтраке и возможности хотя бы полчаса не слышать ни о каких древних наследницах.

Но, судя по всему, спокойная семейная жизнь снова откладывалась на неопределённый срок.

В кабинете собрались Антон, Аслан, Шамиль, Арсен, Руслан и Алан.

Селена осталась возле дуба. Я попросила её не покидать территорию клана, пока мы не разберёмся с происходящим.

И, разумеется, это было именно просьбой.

Хотя по выражению лица Антона можно было догадаться, что он предпочёл бы запереть Хранительницу в подвале и приставить к двери двух волков.

— Итак, — начала я, устраиваясь за столом. — У нас на территории появилась женщина, внешне полностью идентичная мне. Она способна обращаться в белую волчицу, обладает необычными серебристыми глазами и, судя по всему, знает обо мне гораздо больше, чем я о ней.

Руслан медленно отставил кружку.

— Наташ, можно вопрос?

— Давай.

— А вы обе одинаково злые?

Я посмотрела на него.

— Хочешь проверить?

— Нет. Тогда предлагаю сразу сдаться. Одну тебя мы ещё как-то терпим. Двух клан не выдержит.

Шамиль не удержался от улыбки.

— Руслан, тебе обязательно сейчас?

— А что? Я пытаюсь оценить масштаб катастрофы!

— Если вы закончили, — вмешался Антон, — предлагаю перейти к делу.

Он включил монитор.

На экране появилась карта наших владений с отмеченными постами охраны.

— Вторая Наталья, — он поморщился, явно не зная, как её называть, — появилась со стороны Пахры. Прошла через южную границу. После встречи с Кириллом направилась к старому въезду. Дальше её след обрывается.

— Камеры? — спросил Алан.

— Чисто. Мы проверили все записи за последние шесть часов. Ни одного нового появления.

— Запах?

— Вот здесь интереснее.

Антон посмотрел на Аслана.

Тот кивнул.

— Я проверил следы возле реки. Запах практически идентичен Натальиному.

Шамиль нахмурился.

— Практически?

— Есть отличие. Едва заметное. От чужой волчицы пахнет холодным камнем и чем-то похожим на дождь.

— И ты уверен, что сможешь различить их? — спросил Арсен.

Аслан посмотрел на меня.

На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Наталью я узнаю.

Руслан многозначительно хмыкнул.

— Ну ещё бы.

— Руслан! — одновременно произнесли мы с Асланом.

Тот довольно рассмеялся.

А вот Антону было совершенно не до веселья.

— Я усилил охрану жилой территории. Все сотрудники предупреждены, что женщина, похожая на Наташу, может попытаться пройти через посты. Без моего личного разрешения её не пропускать.

— И оружие убрать, — добавила я.

Антон нахмурился.

— Что?

— Я сказала, никаких попыток нападения без прямой угрозы. Мне не нужны убитые или раненые только потому, что кто-то решил проявить инициативу.

— Наташа, мы понятия не имеем, кто она!

— Именно поэтому сначала выясним.

— А если она нападёт?

— Тогда будем действовать по обстоятельствам.

Он недовольно выдохнул, но спорить не стал.

Я посмотрела на остальных.

— И ещё. Ни слова о происходящем за пределами ближайшего окружения. Последнее, что нам сейчас нужно, — слухи о том, что на территории клана объявились сразу две Белые Волчицы.

Руслан поднял руку.

— А можно уточнить?

— Что ещё?

— Если вдруг одна из вас появится и скажет, что она настоящая Наташа, как нам определить, кому верить?

Вопрос оказался неприятно разумным.

Мы переглянулись.

И тут Шамиль неожиданно улыбнулся.

— Да элементарно.

— Ну? — спросил Антон.

— Скажем что-нибудь про Аслана.

Я медленно повернула к нему голову.

— Шамиль…

— Настоящая сразу начнёт ругаться.

Аслан рассмеялся.

Я схватила со стола папку и запустила в Шамиля.

Он увернулся.

— Вот! Видите? Рабочий способ!

Впервые за утро в кабинете раздался настоящий смех.

Только мне почему-то стало не по себе.

Потому что я вдруг подумала: если вторая женщина действительно обладает моими воспоминаниями, она наверняка знает и Шамиля, и Антона, и все наши привычки.

А возможно, знает даже то, чего не помню я сама.

Юля позвонила сразу после совета.

Я увидела её имя на экране и улыбнулась.

— Ну что, мать-героиня? Как проходит утро?

В трубке было тихо.

Потом подруга произнесла:

— Наташ, ты можешь ко мне приехать?

Я мгновенно насторожилась.

— Что случилось? С детьми всё нормально?

— Да. С ними всё хорошо.

— А с тобой?

Она не ответила.

Я поднялась со стула.

— Юль?

— Просто приезжай. И Антона возьми.

Через несколько минут мы уже подъезжали к их дому.

Юля открыла дверь сама.

В домашнем костюме, с собранными в небрежный хвост волосами и совершенно растерянным выражением лица.

Увидев меня, она вдруг бросилась обниматься.

— Ты меня сейчас задушишь, — пробормотала я, прижимая её к себе.

— Дура!

— И я тебя люблю.

Антон сразу прошёл в гостиную.

— Где дети?

— Спят. Всё нормально.

Он остановился.

— Тогда что произошло?

Юля посмотрела на меня.

— Ты сегодня утром уже приходила ко мне?

Я почувствовала, как неприятно похолодело внутри.

— Нет.

— Совсем?

— Юля, я с пяти утра бегаю по территории вместе с твоим мужем. Когда бы я успела?

Она медленно опустилась на диван.

— Тогда у меня была другая.

Антон выругался.

Я села рядом с подругой.

— Рассказывай.

Юля несколько секунд собиралась с мыслями.

— Примерно полчаса назад я сидела на кухне. Младшая наконец уснула, мальчишки тоже. Я решила выпить чаю. Смотрю в окно — ты стоишь возле калитки.

Она посмотрела на меня.

— Я ещё подумала, почему ты без куртки.

— Что она делала?

— Просто стояла. Смотрела на дом. Я открыла окно, позвала тебя. Она повернулась.

Юля сглотнула.

— Наташ, это была ты. Я бы никогда не перепутала. Даже волосы так же лежали. И выражение лица… только какая-то она была несчастная.

Антон подошёл ближе.

— Ты открывала ей дверь?

— Нет.

— Почему?

Юля замялась.

— Не знаю. Что-то меня остановило.

Она посмотрела на мужа.

— Я почувствовала её запах. Он был почти как у Наташи, но немного другой. И потом…

— Что потом? — тихо спросила я.

— Она посмотрела на окно детской и спросила, все ли живы.

Несколько секунд никто не произносил ни слова.

— В каком смысле? — спросил Антон.

— Так и сказала. «Все живы?» Я не поняла, о чём она. Спросила, что случилось. А она посмотрела на меня и вдруг улыбнулась.

Юля нервно потеребила край рукава.

— Знаешь, Наташ, мне почему-то захотелось заплакать. Не от страха. Просто у неё было такое лицо… будто она увидела что-то, о чём очень давно мечтала.

Я молчала.

— Потом она сказала: «Хорошо. Значит, хотя бы здесь всё получилось».

Аслан, до этого стоявший возле входа, медленно выпрямился.

— Она больше ничего не говорила?

Юля кивнула.

— Говорила. Попросила передать Наташе, чтобы та пришла в дом Сергея.

Я резко подняла голову.

— Что?

— Сказала, что будет ждать там. И что ты должна прийти сама.

Антон сразу покачал головой.

— Даже не думай.

— Антон…

— Нет. Это очевидная ловушка.

— С чего ты решил?

— Наташа, ты сейчас серьёзно? У нас на территории неизвестно кто. Она заявляется к моей семье, а потом назначает тебе встречу в пустом доме. Может, ещё цветы ей принесём?

— Между прочим, цветы я люблю, — заметила я.

— Не начинай!

Аслан негромко вмешался:

— В дом Сергея она могла пойти по другой причине.

Я посмотрела на него.

И поняла, что он думает о том же, о чём и я.

Архивы.

Записи отца.

Старая шкатулка.

Фотография Первой Хранительницы.

Слишком многое из того, что мы узнали в последние годы, начиналось именно с того дома.

Я поднялась.

— Едем.

— Наташа!

— Антон, ты останешься с семьёй. Шамиль проверит ближайшие посты. Аслан пойдёт со мной.

— Ты вообще меня слышишь?!

Я подошла к нему и положила ладонь на плечо.

— Слышу. И понимаю, что ты переживаешь. Но если она действительно хочет со мной поговорить, я намерена узнать, зачем пришла.

Он мрачно посмотрел на меня.

— Когда-нибудь ты сведёшь меня в могилу.

— Не раньше, чем выдашь замуж всех троих детей.

— У меня сын и две дочери!

— Вот и говорю. Работы много. Береги здоровье.

Юля неожиданно рассмеялась.

А потом снова крепко обняла меня.

— Наташ, осторожнее, ладно?

Я поцеловала её в щёку.

— Обещаю.

Уже возле двери подруга окликнула меня:

— Подожди!

Я обернулась.

— Она ещё кое-что сказала.

— Что?

Юля помедлила.

— Когда уходила, я спросила, как её зовут. Она посмотрела на меня и ответила: «Наталья». А потом добавила…

Подруга опустила глаза.

— «Только меня так давно никто не называл».

Старый дом Сергея стоял в стороне от основных построек клана.

Я давно не жила здесь и старалась не приходить без необходимости.

Слишком много воспоминаний.

И хороших.

И таких, от которых до сих пор иногда перехватывало дыхание.

Когда-то я считала, что Сергей будет рядом всегда. Что его ворчание, бесконечные наставления и привычка появляться именно в тот момент, когда я собиралась натворить очередную глупость, — такая же неизменная часть моей жизни, как старый дуб или лес вокруг нашего дома.

Но жизнь быстро отучила меня от слова «всегда».

Мы остановились возле крыльца.

Аслан первым вышел из машины.

Я последовала за ним.

Снег на дорожке был примят.

Совсем недавно здесь кто-то прошёл.

Босиком.

— Она внутри, — негромко произнёс Аслан.

Я и сама уже почувствовала.

Запах.

Невероятно знакомый.

Настолько, что моя волчица беспокойно заворочалась, не понимая, почему ощущает собственное присутствие где-то впереди.

Я положила руку на дверную ручку.

— Наталья, — остановил меня Аслан.

Обернулась.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Не геройствуй.

Я улыбнулась.

— Это ты сейчас кому говоришь?

— Женщине, которая даже в магазин за хлебом способна отправиться с приключениями.

— Неправда!

— Помнишь прошлый месяц?

— Там была совершенно другая ситуация.

— Конечно.

Я показала ему язык и открыла дверь.

В доме пахло старым деревом, бумагой и едва уловимым дымом.

Всё оставалось почти таким же, каким я запомнила.

Большой письменный стол у окна. Стеллажи с книгами. Кресло возле камина. На стене — старое ружьё Сергея, которое он давно перестал использовать, но упорно отказывался убирать.

Я машинально посмотрела на стол.

И остановилась.

Возле окна стояла женщина.

Спиной ко мне.

Длинные тёмные волосы почти достигали поясницы. На ней были чёрные брюки и светлый свитер, местами испачканный землёй. Босые ступни оставляли мокрые следы на деревянном полу.

Она рассматривала одну из старых фотографий.

Услышав, как открылась дверь, медленно повернулась.

И я впервые увидела её не через объектив камеры.

Собственное лицо.

Вот только теперь оно было совсем близко.

Те же скулы, губы, линия подбородка. Даже маленькая родинка возле ключицы находилась на том же месте.

Но глаза…

Серебристые.

Холодные.

И такие уставшие, что на мгновение мне стало её жаль.

Женщина смотрела на меня молча.

Потом её взгляд переместился на Аслана.

Она заметно напряглась.

— Ты привела его.

Я закрыла за собой дверь.

— Он сам пришёл. Поводок не понадобился.

Аслан бросил на меня выразительный взгляд.

Незнакомка неожиданно улыбнулась.

Совсем немного.

И от этого стало ещё более неуютно.

Потому что улыбалась она точно так же, как я.

— Значит, ты действительно такая, — тихо произнесла она.

Я скрестила руки.

— Какая?

— Я думала, меня обманывают.

— Кто?

Она не ответила.

Осторожно положила фотографию на стол и сделала шаг навстречу.

Аслан мгновенно оказался рядом со мной.

— Дальше не подходи.

Женщина остановилась.

Её серебристые глаза задержались на нём.

— Снежный барс.

В её голосе прозвучало что-то странное.

Узнавание?

Удивление?

Я не успела понять.

— Ты его знаешь? — спросила я.

— Нет.

— Тогда откуда знаешь, кто он?

Она посмотрела на меня.

— Я многое знаю, Наталья. Только, к сожалению, не всё из этого хотела бы помнить.

Мне окончательно надоело стоять и обмениваться загадками.

— Давай договоримся. Ты пришла в мой клан, напугала охрану, заявилась к моей семье и назначила мне встречу в доме человека, которого я потеряла. Поэтому сейчас ты садишься и начинаешь нормально разговаривать.

Женщина некоторое время смотрела на меня.

Потом опустила взгляд на кресло Сергея.

И неожиданно спросила:

— Ты так и не позволила никому его выбросить?

Я похолодела.

— Что?

— Кресло. Оно ведь давно сломано. Левая ножка постоянно скрипела, а Сергей говорил, что заменит его, когда окончательно развалится.

Она тихо усмехнулась.

— Ты каждый раз предлагала купить новое. А он отвечал, что хорошую мебель не выбрасывают только потому, что она старше хозяина.

У меня пересохло во рту.

Я помнила этот разговор.

Помнила, как однажды действительно попыталась заказать новое кресло, а Сергей устроил мне целую лекцию о том, что деньги не должны заменять здравый смысл.

— Откуда ты это знаешь?

Женщина посмотрела на меня.

— Потому что я тоже там была.

Волчица внутри меня зарычала.

— Не смей.

— Наталья…

— Не смей говорить о нём так, будто знала его!

Моя сила резко отозвалась на вспышку гнева.

Оконное стекло дрогнуло. На столе зашелестели старые бумаги.

Незнакомка даже не пошевелилась.

Только серебристые глаза на мгновение стали золотыми.

И я почувствовала ответ.

Такую же силу.

Знакомую до боли.

Она не пыталась подавить меня. Не бросала вызов.

Просто была.

И впервые за всю жизнь моя волчица не понимала, как реагировать на присутствие другого зверя.

— Я не пришла забирать твоё место, — негромко произнесла женщина. — Поверь, мне совершенно не нужна твоя власть.

— Тогда что тебе нужно?

Она посмотрела на фотографию, лежавшую на столе.

— Понять, почему из нас двоих домой вернулась именно ты.

Я опустилась в кресло напротив.

Аслан остался стоять рядом.

Незнакомка села на край старого дивана и подтянула к себе ноги.

Только сейчас я заметила, в каком состоянии были её ступни. Царапины, засохшая кровь, глубокие порезы.

И что-то внутри меня неприятно сжалось.

— Ты хотя бы обувь могла найти? — спросила я.

Она посмотрела на свои ноги.

— Не успела.

— А нормальную одежду?

— Это всё, что у меня было.

Я тяжело вздохнула.

— Аслан, принеси из машины аптечку. И посмотри, кажется, у Сергея в прихожей оставались старые тапочки.

Он взглянул на меня.

— Наталья…

— Я никуда не денусь.

Мужчина неохотно вышел.

Незнакомка проводила его взглядом.

— Он заботится о тебе.

— Бывает.

— Ты ему доверяешь?

Я приподняла бровь.

— А тебе какое дело?

Она отвернулась.

— Никакого.

Что-то в её голосе заставило меня внимательнее присмотреться к ней.

— Слушай, как мне тебя называть? Не могу же я постоянно говорить «эй, ты».

— Наталья.

— Очень смешно.

— Это моё имя.

— Моё тоже!

Впервые она рассмеялась.

Негромко, немного хрипло.

А я вдруг поймала себя на совершенно нелепой мысли: теперь понимаю, почему Антон иногда смотрит на меня так, будто я испытываю его нервную систему на прочность.

— Хорошо, — сказала я. — Пока будешь Второй.

Улыбка исчезла с её лица.

— Я не вторая.

— Тогда предложи что-нибудь получше.

Она долго смотрела на свои руки.

— Я раньше тоже думала, что у меня есть имя. Что я помню дом, людей, своё детство. А потом мне объяснили, что всё это мне не принадлежит.

Я замолчала.

— Кто объяснил?

— Те, кто удерживал меня по другую сторону.

— Лунные Стражи?

Она резко подняла голову.

В её глазах появилось такое выражение, что я сразу поняла: попала в точку.

— Не произноси это название здесь.

— Почему?

— Потому что ты ещё не знаешь, кто из них способен услышать.

Я нахмурилась.

— Ты их боишься?

Она посмотрела на меня.

— А ты бы не боялась тех, кто может заставить тебя проживать чужую жизнь, пока однажды ты не перестанешь понимать, какая часть воспоминаний действительно твоя?

Мне стало не по себе.

Входная дверь открылась.

Вернулся Аслан.

Он положил аптечку на стол и протянул незнакомке мягкие домашние тапочки.

Она посмотрела на них с таким неподдельным удивлением, что мне вдруг стало стыдно за собственную резкость.

— Спасибо, — тихо произнесла она.

Аслан кивнул.

И снова встал рядом со мной.

— Начнём с Сердца Гор, — сказала я, когда она закончила обрабатывать порезы. — Ты действительно была там?

— Да.

— Я видела тебя?

— Видела.

— Почему не сказала, что ты настоящая?

Она невесело улыбнулась.

— А ты уверена, что дала мне возможность?

Я попыталась вспомнить.

Тот зал.

Свет.

Отражение самой себя.

Слова Хранительницы.

Я была так занята происходящим, что даже не попыталась поговорить с другой женщиной.

— Ты могла хотя бы что-нибудь сделать.

— Я пыталась.

— И?

Она подняла левую руку.

На запястье находился тонкий серебристый след.

Не шрам.

Скорее полоса, будто кожу долгое время сдавливало что-то холодное и твёрдое.

— Тогда я не могла даже пошевелиться без их разрешения.

Я почувствовала, как внутри медленно поднимается злость.

— Кто они?

— Те, кто решил, что Белая Волчица должна принадлежать только одному миру.

— А ты, значит, нарушила их планы?

— Нет, Наталья.

Она посмотрела на меня.

— Это сделала ты.

Я откинулась на спинку кресла.

— Каким образом?

— Когда Сердце Гор признало тебя, граница изменилась. То, что должно было оставаться закрытым, начало просыпаться. Они долго не понимали, почему. А потом пришёл твой зов.

Я нахмурилась.

— Какой ещё зов?

— Ты ведь слышала голос?

Я замерла.

Селена.

Хранители Неба.

Утро, когда мне рассказали о происхождении моей крови.