Читать книгу Белая Волчица. Наследие луны 3 (Таха Маяковская) онлайн бесплатно на Bookz (11-ая страница книги)
Белая Волчица. Наследие луны 3
Белая Волчица. Наследие луны 3
Оценить:

3

Полная версия:

Белая Волчица. Наследие луны 3

— Руслан, проверь двор и заднюю часть дома, — распорядился он по телефону. — Если кто-то попытается выйти, не нападать. Просто задержать.

Я прошла в комнату.

Небольшой деревянный стол.

Старый диван с выцветшей обивкой.

Несколько стульев.

На подоконнике стояла пустая стеклянная банка, а рядом лежала засохшая веточка, когда-то, вероятно, принадлежавшая комнатному растению.

Совершенно обычный заброшенный дом.

Но я смотрела не на мебель.

На окно.

То самое, за которым только что стояла мама.

Подошла ближе.

Коснулась стекла.

Холодное.

На нём остался отпечаток ладони.

Человеческой.

Я приложила свою руку рядом.

Отпечаток был немного меньше.

Точно как у мамы.

— Наташа…

Мира подошла ко мне.

Её лицо побледнело.

— Ты тоже её видела? — спросила я.

Она кивнула.

— Да.

— Это была она?

Сестра посмотрела на стекло.

Потом на меня.

— Не знаю.

И именно этот ответ оказался самым страшным.

Потому что мне отчаянно хотелось услышать совсем другое.

Мы обыскали дом.

Аслан проверил обе комнаты, маленькую кухню и узкий коридор, ведущий к заднему выходу.

Шамиль обнаружил старую дверь, почти скрытую за шкафом.

Замок на ней был недавно сломан.

Снег возле порога примят.

Кто-то действительно выходил отсюда.

Совсем недавно.

— Она могла уйти через задний двор, — сказал Шамиль.

Я подошла ближе.

На снегу тянулась цепочка следов.

Женских.

Небольших.

Они вели к лесу, где смешивались с отпечатками мужских ботинок.

Дальше всё исчезало на утоптанной дороге.

Аслан присел.

Провёл пальцами по снегу.

— Здесь стояла машина.

Я нахмурилась.

— Ты уверен?

— Посмотри.

Возле края дороги остались следы шин.

Шамиль достал телефон и сделал несколько фотографий.

— Попрошу ребят проверить записи с камер на выезде.

Я смотрела в сторону леса.

Значит, женщина не исчезла.

Она вышла из дома.

Села в машину.

И уехала.

Но зачем тогда показывалась нам?

Почему использовала лицо моей матери?

И откуда знала, что именно мы сегодня придём?

— Наталья, — негромко произнёс Аслан.

Я повернулась.

— Что?

— Сейчас важнее другое.

— Что именно?

Он посмотрел на дом.

— Кто-то явно хотел, чтобы мы зашли внутрь.

Я медленно выдохнула.

А потом вспомнила.

Мира.

Её воспоминание.

Доска возле печки.

Мама, которая спрятала что-то под полом.

— Пойдём, — сказала я.

Печка стояла в маленькой комнате, которую когда-то, вероятно, использовали как кухню.

Старая, кирпичная, с побелёнными стенками и небольшой металлической дверцей.

Возле неё лежали несколько поленьев.

Я присела.

Осмотрела пол.

Доски были потемневшими от времени.

Часть рассохлась.

Но одна отличалась от остальных.

На ней почти не было пыли.

Я провела пальцем по краю.

— Аслан, посмотри.

Он подошёл.

Присел рядом.

— Её недавно поднимали.

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Значит, здесь уже кто-то был.

— Похоже на то.

Мира опустилась с другой стороны.

Долго смотрела на доску.

Потом осторожно коснулась её.

— Я помню это место.

Мы одновременно повернулись.

Она смотрела на старую печку.

— Мама сидела здесь. На полу. Я стояла возле двери и наблюдала.

Её голос стал тише.

— Она завернула что-то в тёмную ткань, подняла доску и спрятала.

Я выпрямилась.

— Что это было?

Мира покачала головой.

— Не видела.

Аслан уже искал, чем поддеть край доски.

Нашёл возле стены старую кочергу.

Несколько движений — и дерево осторожно приподнялось.

Под ним обнаружилось небольшое углубление.

Я задержала дыхание.

Но внутри было пусто.

Совершенно.

Только на дне лежали несколько клочков потемневшей бумаги.

Я смотрела на них, чувствуя, как внутри поднимается злость.

Кто-то добрался сюда раньше нас.

Кто-то знал, где мама спрятала свои документы.

И очень торопился их забрать.

— Чёрт! — выдохнула я.

Шамиль присел рядом.

— Что там?

Я показала на пустое углубление.

— Именно здесь мама что-то оставила.

Он посмотрел на Миру.

— Уверена?

Сестра кивнула.

— Да.

Шамиль осторожно поднял один из обрывков.

Развернул.

На бумаге сохранилось несколько слов.

«…передача не подтверждена…»

Ниже — часть подписи.

И знакомый символ.

Незамкнутый круг с двумя линиями.

Я почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Стражи, — произнесла я.

Аслан забрал листок.

Внимательно осмотрел.

— Не обязательно. Этот знак могли использовать и люди, работавшие с ними.

Я повернулась.

— В каком смысле?

— Вспомни оборудование охотников из второй войны. Они ведь тоже откуда-то получали сведения о наших возможностях.

Шамиль медленно кивнул.

— И Аркадий не мог работать совершенно один.

Я посмотрела на обоих.

Вот теперь разговор принимал совсем другой оборот.

Аркадий погиб.

Орден был разгромлен.

Но это не означало, что исчезли люди, которые снабжали его оружием, оборудованием и информацией.

Я медленно поднялась.

— Значит, кто-то продолжает его дело?

— Пока не знаем, — ответил Аслан. — Но я бы проверил.

Мы уже собирались уходить, когда Мира неожиданно остановилась возле печки.

— Подождите.

Я обернулась.

— Что?

Она нахмурилась.

Внимательно осмотрела старые кирпичи.

Потом присела и провела пальцем по одному из них.

— Здесь было что-то ещё.

Я подошла.

— Что именно?

— Не помню.

Она закрыла глаза.

Несколько секунд стояла неподвижно.

Я почувствовала нашу связь.

Очень слабую.

Осторожную.

На этот раз не стала сопротивляться.

И вдруг увидела короткую картину.

Мама сидит возле печки.

Маленькая Мира стоит рядом.

На полу лежит тёмный свёрток.

Мама поднимает доску.

Прячет его.

Потом смотрит на девочку и улыбается.

«А самое важное, Мирочка, мы спрячем так, чтобы никто не догадался».

Она поднимается.

Подходит к печке.

И проводит ладонью по стене.

Воспоминание исчезло.

Я резко открыла глаза.

Мира смотрела на меня.

— Ты видела?

Я кивнула.

— Да.

Мы одновременно повернулись к печке.

Аслан тяжело вздохнул.

— Только не говорите, что сейчас будете её разбирать.

Я прищурилась.

— А у тебя есть предложения получше?

— Есть. Для начала посмотреть, нет ли здесь какого-нибудь тайника.

Шамиль усмехнулся.

— Разумно.

Я закатила глаза.

— Всё. Мужчины, работайте.

Тайник нашёл Аслан.

В нижней части печки один кирпич оказался немного свободнее остальных.

Он осторожно поддел его.

За кирпичом находилась небольшая полость.

А внутри…

Старый металлический футляр.

Плоский.

Размером примерно с книгу.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Давай сюда.

Аслан осторожно вытащил его.

Футляр был покрыт пылью, но выглядел целым.

На крышке — небольшая царапина.

И знакомая буква.

«Н».

Я узнала её сразу.

Мама часто подписывала мои вещи первой буквой имени.

Особенно когда я была маленькой.

Я взяла футляр.

Открыла.

Внутри лежали несколько конвертов, старая фотография и небольшая записная книжка.

Сердце начало биться так быстро, что я едва могла дышать.

— Это её, — прошептала я.

Мира подошла ближе.

— Мамы?

Я кивнула.

И осторожно взяла верхний конверт.

На нём знакомым почерком было написано:

«Моим девочкам».

Я долго смотрела на эти слова.

Моим девочкам.

Не Наталье.

Не одной из наследниц.

Нам обеим.

Аслан осторожно коснулся моего плеча.

— Хочешь прочитать дома?

Я покачала головой.

— Нет.

Мне казалось, что если не открою письмо прямо сейчас, просто не выдержу.

Я осторожно достала лист.

Бумага пожелтела.

Чернила местами выцвели.

Но мамин почерк оставался таким знакомым, будто она написала это вчера.

«Мои родные девочки.

Не знаю, когда вы прочитаете это письмо. И прочитаете ли вообще.

Но очень надеюсь, что однажды вы будете стоять рядом.

Когда вы родились, я была самым счастливым человеком на свете. Помню, как врач положил вас рядом, а вы обе одновременно начали плакать. Папа тогда стоял возле кровати и совершенно не понимал, что ему делать.

Я никогда не забуду его лицо.

Он был таким растерянным, что даже медсестра рассмеялась.

Потом он осторожно взял вас за маленькие ручки и сказал: «Ну всё, девчонки. Теперь у вас есть человек, который будет защищать вас всю жизнь».

Мы действительно хотели защитить вас.

Но оказалось, что иногда любви недостаточно, чтобы победить чужие решения.

Я не знаю, как вы будете жить, когда станете взрослыми. Не знаю, сколько испытаний вам предстоит пережить.

Но хочу попросить только об одном.

Никогда не становитесь врагами друг другу.

Вас могут убеждать, что ваша сила опасна. Что вы не должны существовать вместе. Что одна из вас обязана уступить другой.

Не верьте.

Я держала вас обеих на руках. Я знаю, как вы плакали, смеялись, тянулись друг к другу.

Вы не ошибка природы и не ошибка древнего договора.

Вы мои дочери.

И никакие Стражи не имеют права решать, кому из вас жить.

Наташенька, ты всегда была упрямой. Даже совсем маленькой пыталась командовать папой. Я надеюсь, что когда-нибудь это упрямство поможет тебе сделать то, чего не смогли мы.

Мирослава, моя тихая девочка. Я очень хочу верить, что однажды ты перестанешь бояться окружающего мира. Ты заслуживаешь обычной жизни. С друзьями, праздниками, смехом и людьми, которые будут любить тебя просто за то, что ты есть.

Если вы читаете это вместе, значит, хотя бы одно наше желание исполнилось.

И, пожалуйста, помните: дом — это не стены. Это те, кто ждёт вашего возвращения.

Люблю вас.

Мама».

Я не смогла дочитать последние слова вслух.

Голос сорвался.

Слёзы потекли по щекам.

Я прижала письмо к груди.

Мира стояла рядом.

Она тоже плакала.

Некоторое время мы просто молчали.

Потом сестра осторожно обняла меня.

— Она нас любила, — прошептала она.

Я крепче прижала её к себе.

— Очень, Мир. Очень.

Мы просидели на старом диване почти десять минут.

Аслан и Шамиль не мешали.

За окнами шумел ветер.

Дом поскрипывал, словно жаловался на собственную старость.

А я держала мамино письмо и впервые за много лет чувствовала не только боль от её потери.

Но и благодарность.

За то, что она когда-то не сдалась.

За то, что пыталась вернуть Миру.

За то, что даже понимая, насколько опасной может оказаться правда, всё равно оставила нам возможность её узнать.

Я осторожно вытерла слёзы.

— Так. Всё.

Мира посмотрела на меня.

— Что?

— Если я сейчас продолжу плакать, Антон потом неделю будет ходить за мной и спрашивать, нормально ли я себя чувствую.

Она рассмеялась сквозь слёзы.

— Он правда такой заботливый?

— Хуже. Он ещё и занудный.

Шамиль громко хмыкнул.

— Я обязательно ему передам.

Я бросила на него взгляд.

— Только попробуй!

Аслан улыбнулся.

Потом осторожно показал на футляр.

— Там ещё документы.

Я кивнула.

— Посмотрим.

Записная книжка оказалась небольшой.

На первой странице мама написала несколько дат.

Некоторые я узнала.

Другие ничего мне не говорили.

Но дальше записи стали значительно интереснее.

Там находились имена.

Адреса.

Названия организаций.

И короткие заметки.

Я перелистывала страницы, пока не остановилась на одной из них.

«Встреча с представителем исследовательской группы. Предложение отклонено. Документы передавать отказалась».

Ниже стояла дата.

Через несколько месяцев после последней встречи мамы с Мирой.

Я нахмурилась.

— Исследовательская группа?

Шамиль подошёл ближе.

— Что за группа?

— Пока не знаю.

Я перевернула страницу.

Следующая запись заставила меня замереть.

«Они знают о девочках. Не понимаю, откуда. Сергей считает, что информацию передали из Совета. Владимир уверен, что среди наших есть человек, который сотрудничает с людьми».

Я медленно подняла глаза.

— Вот это уже интересно.

Аслан взял книжку.

Прочитал.

— Твой отец подозревал утечку?

— Похоже на то.

Шамиль нахмурился.

— Но ведь речь идёт о событиях многолетней давности.

— Именно.

Я снова посмотрела на страницу.

Кто-то сотрудничал с людьми ещё тогда.

Задолго до появления Аркадия.

Задолго до нападений Ордена.

Задолго до того, как мы узнали о существовании древнего договора.

И если этот человек действительно передавал сведения об оборотнях, его действия могли повлиять на гораздо большее количество событий, чем мы предполагали.

— Продолжай, — попросил Аслан.

Я перелистнула ещё несколько страниц.

Следующая запись была короче.

«Сергей нашёл подтверждение. Компания связана с частными исследованиями. Их интересует не земля. Их интересует то, что находится под ней».

Я нахмурилась.

— Под землёй?

Мира подняла голову.

— Возле дуба?

Я посмотрела на неё.

А потом на Аслана.

Старый дуб.

Пахра.

Сердце Гор.

Участок, который кто-то неожиданно решил расчистить.

И люди, утверждающие, что проводят обычные геодезические исследования.

Всё это уже не выглядело совпадением.

Снаружи послышался шум двигателя.

Шамиль сразу повернулся к окну.

— Кто там?

Я подошла ближе.

Возле дома остановился небольшой грузовик.

Следом подъехал внедорожник.

Из машин вышли несколько мужчин в рабочих куртках.

Один из них направился к калитке.

— Только этого не хватало, — пробормотала я.

Шамиль достал телефон.

— Наши рядом. Руслан сейчас подойдёт.

Я осторожно сложила документы обратно в футляр.

Передала его Мире.

— Держи. И никому не отдавай.

Она кивнула.

Аслан посмотрел на меня.

— Я поговорю с ними.

Я улыбнулась.

— Нет уж. Это мой семейный дом. Мне и разбираться.

— Наталья…

— Аслан, я обещаю не кусаться.

Шамиль хмыкнул.

— Сейчас.

Я закатила глаза.

И первой вышла на крыльцо.

Возле калитки стоял мужчина лет сорока пяти.

Крепкий.

В тёмной куртке с небольшим логотипом строительной компании.

Увидев нас, он заметно напрягся.

— Добрый день. Вы кто такие?

Я медленно приподняла бровь.

— Интересный вопрос. А вы?

— Представитель подрядной организации. У нас разрешение на проведение подготовительных работ.

— Прекрасно. А какое отношение ваши работы имеют к этому дому?

Мужчина достал папку.

— Объект включён в план расчистки территории.

Я посмотрела на старую постройку.

Потом на него.

— И давно?

— Документы оформлены. Всё законно.

— Я спросила: давно?

Он нахмурился.

— Девушка, я не обязан…

— А вот теперь послушайте меня внимательно.

Я сделала шаг ближе.

За спиной негромко кашлянул Шамиль.

Наверняка уже представлял, как снова будет объяснять юристам причины моего поведения.

— Этот дом принадлежал моей семье. Правомерность последующей передачи участка сейчас проверяется. Поэтому до выяснения обстоятельств я настоятельно советую вам ничего здесь не трогать.

Мужчина посмотрел на Аслана.

Потом на Шамиля.

Видимо, рассчитывал, что кто-нибудь из мужчин объяснит мне правила приличия.

Не дождался.

— У нас утверждённый график, — произнёс он. — И если собственник не согласен…

— Вот пусть собственник сначала лично со мной и поговорит.

Мужчина недовольно выдохнул.

— Хорошо. Я передам руководству.

— Будьте любезны.

Он развернулся.

Но прежде чем уйти, неожиданно остановился.

Посмотрел на дом.

Потом снова на меня.

— А вы уверены, что хотите вмешиваться?

Я медленно улыбнулась.

— Простите?

— Просто иногда старые здания лучше не трогать. Мало ли что там можно найти.

Я почувствовала, как внутри мгновенно напряглась волчица.

Аслан сделал шаг вперёд.

Но я подняла руку, останавливая его.

— Это угроза?

Мужчина пожал плечами.

— Совет.

Я внимательно посмотрела ему в глаза.

— Тогда и я дам вам один. Передайте своему начальству, что угрозами меня лучше не пугать. Особенно возле дома моей матери.

Он отвёл взгляд.

И быстро направился к машине.

— Мне это не нравится, — произнёс Шамиль, когда грузовик наконец уехал.

Я повернулась.

— Мне тоже.

Аслан смотрел вслед машинам.

— Он знал, что здесь находится.

Я медленно кивнула.

— Похоже на то.

— Тогда почему не забрал всё?

Я посмотрела на футляр в руках Миры.

И неожиданно поняла.

Тайник под доской был пуст.

А тот, что находился за кирпичом, остался нетронутым.

Значит, кто-то действительно приходил сюда за документами.

Но не нашёл самого важного.

Я медленно улыбнулась.

— Потому что мама оказалась умнее.

Руслан появился из-за поворота.

Подошёл к нам.

— Что за лица? Опять кого-то будем убивать?

Шамиль покачал головой.

— Пока нет.

— Жаль. Я уже настроился.

Я рассмеялась.

Но смех быстро исчез.

Потому что теперь мне предстояло разобраться не только с древними Стражами.

В нашу жизнь снова вмешивались обычные люди.

И кто-то из них явно знал о существовании Миры.

К вечеру мы вернулись в главный дом.

Я распорядилась передать копии документов нашим юристам.

Шамиль занялся проверкой строительной компании.

Антон обещал выяснить, кто именно зарегистрировал участок на нового собственника.

Аслан отправился осматривать территорию возле дуба.

Мира осталась со мной.

Мы сидели в кабинете и перебирали старые записи мамы.

Сестра неожиданно улыбнулась.

— Знаешь, что я сегодня поняла?

Я подняла голову.

— Что?

— Она действительно была очень смелой.

Я улыбнулась.

— Мама?

Мира кивнула.

— Да.

— Ещё какой.

Она осторожно провела пальцем по письму.

— Я всё время думала, что она просто добрая женщина из моих воспоминаний. А теперь понимаю, что она столько лет боролась за нас.

Я посмотрела на сестру.

— Она никогда не умела сдаваться.

Мира усмехнулась.

— Теперь понятно, в кого ты такая.

— Между прочим, ты тоже не подарок.

Она рассмеялась.

И в этот момент мне вдруг стало легко.

Не потому, что проблемы исчезли.

Не потому, что я наконец получила все ответы.

Просто рядом сидела моя сестра.

Живая.

Настоящая.

И мы впервые могли говорить о маме не как о чужом воспоминании, а как о человеке, который принадлежал нам обеим.

Поздним вечером позвонил Антон.

Я уже собиралась идти спать, когда увидела его имя на экране.

— Ну что, нашёл что-нибудь?

— Нашёл.

По голосу сразу поняла: новости неприятные.

Я села обратно за стол.

— Рассказывай.

— Компания, которая купила участок, зарегистрирована несколько лет назад. Формально занимается строительством и кадастровыми работами. Но у неё есть несколько связанных организаций.

— И?

— Одна из них раньше работала с подрядчиками Аркадия.

Я медленно выпрямилась.

— Ты уверен?

— Документы подтверждают. Те же посредники, несколько совпадающих руководителей и старые финансовые связи. Юристы сейчас проверяют подробности.

Я почувствовала, как внутри поднимается знакомая злость.

Аркадий погиб.

Но его дело продолжало жить.

Вернее, кто-то очень старательно сохранял то, что осталось после него.

— Значит, охотники никуда не исчезли, — произнесла я.

— Похоже, не все.

Некоторое время мы молчали.

Потом Антон добавил:

— И ещё кое-что.

Я закрыла глаза.

— Господи, Антон, ты можешь хотя бы однажды сообщить мне все плохие новости сразу?

— Наташ, я серьёзно.

— Говори.

— Мы проверили мужчину, который сегодня разговаривал с тобой возле дома.

Я напряглась.

— И?

— Он не является руководителем подрядной организации. В документах числится обычным консультантом.

— Тогда почему командовал рабочими?

— Вот это и интересно. В старых материалах Ордена он проходил совершенно по другому направлению.

Я почувствовала, как похолодели пальцы.

— По какому?

Антон тяжело выдохнул.

— Исследования особенностей крови оборотней.

Я медленно посмотрела на футляр с мамиными документами.

Всё сходилось.

Слишком хорошо.

— Как его зовут?

Антон назвал фамилию.

Она ничего мне не сказала.

Но затем он произнёс ещё одну фразу:

— Наташ, этот человек участвовал в исследованиях, связанных с наследованием силы. И, судя по сохранившимся материалам, их особенно интересовали дети оборотней.

Я застыла.

Дети.

Антон и Юля.

Тройня.

bannerbanner