Нулевая точка. Том 1

Алекс нахмурился. Он не видел этого в интерфейсе — ни в описании характеристик, ни в подсказках.

— Почему я этого не знаю?

— Потому что ты один. Клановые механики активируются, когда в группе минимум два человека с подтверждённым союзом. А подтвердить союз можно либо через навык «Управление кланом», либо через ритуал.

— Какой ритуал?

— Разделить еду и воду в течение часа после совместной победы, — Шрам кивнул на тушу матки. — Мы уже сделали это. Считай, что мы в неформальном союзе. Но бонусов пока нет — нужен навык.

— У тебя есть «Управление кланом»?

— Нет. Он требует Интеллекта 7. У меня только 4. Но у тебя — 5. Если ты повысишь Интеллект до 7, сможешь создать клан. И тогда...

Он замолк. Достал из-за пазухи кусок сухаря — последний, разломил пополам, протянул половину Алексу.

— ...тогда мы сможем претендовать на территорию.

— Территорию?

— Воронка поделена на зоны влияния. Не официально, но системой. У каждой зоны есть «хозяин» — самый сильный клан или существо. Если убить хозяина, зона становится свободной. Её можно занять. А когда занимаешь зону — получаешь ресурсы, информацию, иногда — доступ к новым локациям.

Алекс взял сухарь, но не стал есть. Смотрел на него, на Шрама, на огонь.

— Ты хочешь, чтобы я стал лидером клана?

— Я хочу выжить, — ответил Шрам. — А для этого нужно не быть одному. Один человек в Воронке — это мясо. Двое — это уже сила. Трое — это угроза. Пятеро — это хозяева.

Он помолчал, потом добавил:

— Я видел кланы. Большие, по двадцать человек. Они живут на верхних уровнях, где есть свет, вода, еда. Они не спускаются вниз, потому что здесь слишком опасно. Но и мы не можем подняться наверх без их разрешения.

— Почему?

— Потому что лестницы охраняются. Те, кто наверху, не хотят, чтобы снизу приходили конкуренты. Они сбрасывают вниз только тех, кто им неугоден. Или тех, кто проиграл в клановых войнах.

Шрам показал на свой шрам — тот самый, через всё лицо.

— Это — метка. Я был изгнан. Мой клан проиграл битву за центральный сектор. Те, кто выжил, получили шрамы на лицо и были сброшены вниз, в технические зоны. Я потерял глаз, своих людей, своё имя. С тех пор я — Шрам.

Алекс молчал. Он не знал, что сказать. Слова казались пустыми — «мне жаль», «сочувствую» — они ничего не значили для человека, который потерял всё и жил в крысином логове, питаясь сухарями и крысиным жиром.

— Я помогу тебе, — сказал он наконец. — Но не из жалости. Из интереса.

Шрам усмехнулся. На этот раз его улыбка была почти нормальной — не оскал, не гримаса, а настоящая, человеческая улыбка, которую искажал только шрам.

— Честно. Это хорошо. Я устал от лжи.

Они доели сухари, запили водой из фляги Алекса. Интерфейс обновил показатели:

```

[Приём пищи: +5 к восстановлению ОВ]

[ОВ: 35/40]

[Гидратация: 61%]

```

Алекс лёг на спину, глядя в потолок. Там, в темноте, ничего не было — только бетон, старые трещины и многолетняя пыль. Но он смотрел туда, потому что смотреть больше было некуда.

— Завтра мы идём искать третьего, — сказал он. — Ты знаешь, где его найти?

— Знаю, — ответил Шрам. — В комнате с мониторами. Я видел там следы. Человек. Один. Живой.

Алекс закрыл глаза. Сон пришёл быстро — усталость взяла своё. Но перед тем, как провалиться в темноту, он успел подумать: «Комната с мониторами. Что я там увижу? Карту? Выход? Следующую смерть?»

Вопрос остался без ответа.

---

Часть вторая. Договор

4

Утро в Воронке нельзя было назвать утром. Света не было — только та же плотная, давящая тьма, что и вчера, и позавчера, и всегда. Но организм Алекса знал, что прошло несколько часов, потому что интерфейс показывал:

```

[Время сна: 6 часов 12 минут]

[Состояние: отдых неполный, требуется ещё 2-3 часа для полного восстановления]

[ОЗ: 80/80]

[ОВ: 40/40]

```

Восемьдесят здоровья. Сорок выносливости. Уровень 3.

Алекс сел, потёр лицо, зевнул. Шрам уже не спал — он сидел у догоревшего костра, ворошил угли палкой, пытаясь высечь искру для нового огня. Рядом с ним лежал тесак и кусок шкуры матки — он вырезал из неё что-то похожее на наручи.

— Проснулся, — сказал он, не оборачиваясь. — Хорошо. Есть время до «завтрака».

— Какого завтрака?

— Крысы активны ночью. Днём — то есть в период относительной тишины — они спят или прячутся. Сейчас мы в начале этого периода. У нас есть около шести часов, чтобы подготовиться к походу.

Алекс встал, потянулся. Позвоночник хрустнул — от сна на бетоне болела поясница и шея. Он подошёл к костру, присел на корточки.

— Что нужно сделать?

Шрам перечислил, загибая пальцы:

— Первое — доделать оружие. Твоё копьё — хрень. Нож на арматуре болтается. Нужно закрепить проволокой и тряпками, чтобы не шаталось. Второе — сделать факелы из жира. Два-три на каждого. Третье — разведать путь к комнате с мониторами. Я знаю дорогу, но она может измениться — обвалы, новые норы, крысиные гнёзда.

— Четвёртое?

— Четвёртое — поговорить, — Шрам повернулся к Алексу. Его единственный глаз смотрел серьёзно. — Договориться о правилах. Как делим добычу. Кто принимает решения в бою. Что делаем, если один из нас ранен.

Алекс кивнул. Это было разумно.

— Давай. Твои правила?

Шрам помолчал, собираясь с мыслями. Потом заговорил — медленно, чётко, как человек, который много раз объяснял это другим и каждый раз надеялся, что на этот раз его поймут.

— Добыча поровну. Всегда. Даже если один из нас убил врага, а второй только стоял и смотрел. Поровну. Иначе появляется зависть, а зависть убивает кланы.

Алекс кивнул. Справедливо.

— В бою командует тот, кто видит лучше. Сейчас это я — у меня опыт. Но когда ты освоишься, будем меняться. Или принимать решения вместе, если есть время.

— Согласен.

— Если один ранен — второй не бросает. Даже если это значит рискнуть собой. Потому что сегодня ты спасаешь меня, завтра — я спасаю тебя. Это не альтруизм, это стратегия. Один выживший — мёртвый выживший.

Алекс посмотрел на Шрама. В его словах была жестокая логика, которую не оспорить. Воронка не прощала одиночек.

— И последнее, — Шрам понизил голос, почти до шёпота. — Мы не называем имён на территории врага. Имена — это сила. Некоторые существа могут использовать твоё имя против тебя. Не спрашивай как — просто знай.

— Как тогда обращаться?

— «Первый», «Второй». Или просто «ты». Работает.

Алекс хмыкнул. Это звучало параноидально, но он не мог позволить себе игнорировать предупреждения человека, который выжил в Воронке дольше него.

— Хорошо. Я согласен.

Они пожали руки — тёплые, липкие от пота, ещё помнящие вчерашнюю кровь. Интерфейс Алекса мигнул:

```

[Неформальный союз подтверждён]

[Союзник: Шрам (уровень 4, класс выживший)]

[Клановый бонус: не активен (требуется навык «Управление кланом»)]

```

— Теперь к делу, — сказал Шрам, поднимаясь. — Покажи своё копьё.

5

Алекс протянул Шраму арматуру с примотанным ножом. Та отреагировала мгновенно — откинула копьё обратно, как будто оно было заражённым.

— Хрень, — повторил он, разглядывая конструкцию. — Нож сидит на трёх витках проволоки. Один удар — и он слетит. Держи.

Он достал из-за пояса моток тонкой, но прочной верёвки — не синтетической, а из натуральных волокон, скрученных вручную. Верёвка пахла кровью и чем-то растительным.

— Крысиные жилы, — пояснил Шрам. — Высушил, сплёл. Прочнее любой проволоки. Давай сюда.

Он перемотал соединение ножа и арматуры жилами, накладывая виток за витком, с усилием, так что побелели пальцы. Каждый виток он проверял на прочность, дёргая за конец верёвки. Потом завязал сложный узел, похожий на морской, и обрезал лишнее ножом.

— Держи, — он вернул копьё Алексу. — Теперь оно не сломается.

Алекс взял оружие, повертел в руках. Копьё стало тяжелее — жилы добавили веса. Но баланс почти не изменился. Он сделал несколько выпадов в воздух, представляя перед собой крысу. Рукоять лежала в ладони удобно, наконечник не болтался.

Интерфейс обновил описание:

```

[Импровизированное копьё (улучшенное)]

[Урон: высокий]

[Дальность: 1.8 м]

[ОВ на атаку: 3]

[Прочность: 80% (требуется ремонт после 20-25 ударов)]

```

— Прочность? — спросил Алекс вслух.

— Оружие изнашивается, — ответил Шрам. — Особенно самодельное. После каждого боя проверяй. Если прочность упала ниже 30%, оружие может сломаться в бою. А это — смерть.

Он показал свой тесак. Лезвие было в зазубринах, но металл — толстый, кованый, явно не из подручных материалов.

— Это я нашёл в технической зоне, в ящике с инструментами. Оружейный склад. Там были и другие вещи, но они сгнили или проржавели. Тесак я чистил и точил три дня.

— Три дня — это много.

— А ты думал, выживание — это только драки и охота? Нет. Выживание — это девяносто процентов скучной работы и десять процентов ужаса. Чистить оружие, ремонтировать одежду, искать воду, копить жир, проверять ловушки. Каждый день одно и то же. Монотонно. Утомительно. Но если пропустишь хотя бы один день — начнёшь проигрывать.

Алекс слушал и понимал, что это правда. Воронка была не игрой в том смысле, в каком он привык думать об играх. Здесь не было миссий, квестов, подсказок. Было только: встал — выживи. Лёг — выживи. Умер — ты проиграл, и никто не начнёт заново.

— Ладно, — сказал он, откладывая копьё. — Что дальше?

— Факелы, — ответил Шрам. — Нам нужен свет в туннелях. Фонарик сядет через пару часов, а без света мы трупы.

6

Они сделали три факела.

Шрам показал, как это делается. Он взял длинные куски арматуры — те, что Алекс нашёл в зале, но не использовал — и обмотал их верхние концы тряпками. Тряпки он оторвал от своей куртки — рваной, грязной, но состоящей из плотной ткани, которая горела медленно и не капала расплавленным пластиком.

— Синтетика горит плохо, — объяснял он, наматывая слой за слоем. — Плавится, капает на руки, оставляет ожоги. Натуральная ткань — лучший вариант. Но её мало. Поэтому мы используем жир.

Он открыл банку с жёлтым содержимым, понюхал, поморщился. Потом зачерпнул горсть, начал втирать в тряпки, пропитывая их насквозь. Жир был твёрдым при комнатной температуре, но от тепла рук размягчался, становился похожим на густое масло.

— Теперь подожжём, — сказал Шрам, доставая зажигалку Алекса.

Щёлкнул колёсиком — искра, вторая, третья. Фитиль загорелся сразу — ярким, жёлтым пламенем, почти без дыма. Факел осветил пространство вокруг — метра на три, не больше, но свет был ровным, не мерцающим, как у костра.

— Держи, — Шрам протянул факел Алексу. — Твой первый. Не урони — жир легко стекает.

Алекс взял факел. Он был горячим — не обжигающим, но тёплым. Огонь пульсировал в такт его дыханию, отбрасывая тени на стены и колонны. Почти живой.

Интерфейс зафиксировал:

```

[Факел (крысиный жир)]

[Время горения: 2.5 — 3 часа]

[Освещение: 4 метра]

[Особенность: отпугивает крыс (ранг E-F)]

```

— Отпугивает крыс, — прочитал Алекс. — Это важно.

— Очень, — подтвердил Шрам. — Крысы E-класса боятся огня. F-класс — тем более. Но те, что с хроно-меткой... — он покачал головой. — Они не боятся почти ничего.

— Хроно-метка?

— Ты видел вчера крыс с серой шерстью и красными глазами? Это хроно-крысы. Их мутировала Воронка — или то, что в её центре. Они быстрее обычных, умнее, и у них есть...

Шрам запнулся, подбирая слово.

— Способности? — подсказал Алекс.

— Не совсем. Свойства. Например, одна из них могла ускорять время вокруг себя. На секунду — но этого хватало, чтобы увернуться от удара.

Алекс вспомнил бой. Одна из крыс действительно двигалась странно — рывками, как видео с пропущенными кадрами. Он думал, что это усталость или галлюцинация. Но если Шрам прав...

— Система даёт врагам способности, — сказал он. — Как игрокам.

— Да. И чем выше уровень, тем опаснее способности. Матка могла кричать — это акустическая атака. У хроно-крыс — временное ускорение. У других существ — что-то ещё.

Шрам закончил второй факел, передал его Алексу. Начал третий — для себя.

— Мы должны быть готовы ко всему, — сказал он. — Поэтому идём в комнату с мониторами. Там есть информация. Карты, записи, может быть — записи системы.

— Какие записи?

— Люди, которые были здесь до нас, оставляли сообщения. На стенах, на мониторах, на бумаге. Я видел одно: «Нулевая Точка не прощает ошибок». И другое: «Не верь интерфейсу на сто процентов».

Алекс замер.

«Нулевая Точка не прощает ошибок». Ему снился этот голос. Металлический, синтезированный, говорящий из пустоты. Или не снился?

— Ты слышал этот голос? — спросил он. — Во сне?

Шрам перестал наматывать тряпки. Посмотрел на Алекса долгим взглядом. Единственный глаз сузился.

— Слышал, — сказал он тихо. — И не только во сне. Иногда — наяву. Когда Воронка начинает пульсировать. Когда Нулевой объект активен.

— Он говорит со мной. Точнее, говорил. Когда я только очнулся.

— Он говорит со всеми, кто достиг первого уровня. Проверяет. Тестирует. Ищет... я не знаю. Сильных? Слабых? Тех, кто может стать чем-то большим?

Шрам замолчал, закончил третий факел, поджёг. Три огня осветили бетонную плиту и остатки туши матки.

— Мы уходим через час, — сказал он. — Подготовься.

---

Часть третья. Охота на крыс

7

Они вышли через вентиляционную решётку — теперь снятую, открытую, без болтов. Алекс шагал первым с факелом в левой руке и копьём в правой. Шрам — за ним, прикрывая спину, держа тесак наготове.

Туннель был таким же узким, как вчера, но теперь Алекс видел его лучше — факел давал ровный свет, не ослепляющий, но достаточный, чтобы заметить детали. Стены из утрамбованной земли, кое-где укреплённые ржавой сеткой. Пол — влажный, скользкий, с лужами чёрной воды.

— Осторожно, — сказал Шрам из темноты. — Вода может быть глубокой. Не наступай в лужи, если не видишь дна.

— А если нет другого пути?

— Шагай с копьём вперёд. Ощупывай дно. Если копьё уходит глубже, чем на полметра — ищи обход.

Они прошли первый отрезок туннеля без происшествий. Второй — тоже. Третий — Алекс услышал шорох.

Он замер, поднял руку — стой. Шрам замер за его спиной. Тишина. Только капли воды падают где-то вдалеке и потрескивает факел.

Алекс прислушался. Шорох повторился — справа, из небольшого ответвления, которого он не заметил в прошлый раз. Ответвление было низким, почти лазом, уходящим вниз под углом.

— Оценка, — прошептал Алекс, активируя навык.

Интерфейс вспыхнул зелёным, на миг ослепив его. Перед глазами поплыли символы, строки, цифры. Они накладывались на реальность, как слои в редакторе, прорисовывая контуры врагов, даже тех, кого он не видел.

И — вот оно.

Из лаза показалась морда. Серая, с красными глазами. Хроно-крыса. Она замерла, глядя на огонь факела, но не отступая. Зрачки — вертикальные, как у кошки, — сузились в щёлки.

Интерфейс выдал:

```

[Хроно-крыса. Уровень: 2. ОЗ: 30/30]

[Особенности: ускорение (5% шанс уклониться от атаки), стайное существо]

```

— Тридцатое здоровье, — сказал Алекс. — Уровень второй.

— Бей с копья, — ответил Шрам. — Не дай ей прыгнуть.

Алекс поднял копьё, целясь в голову крысы. Та дёрнулась — попыталась уйти в сторону, но не успела. Остриё вошло ей в шею, пробило насквозь, пригвоздило к земляному полу.

```

[Урон: 18 (критическое попадание)]

[Хроно-крыса: -18 ОЗ (12/30)]

```

Крыса заверещала — не так громко, как матка, но достаточно, чтобы эхо разнеслось по туннелю. Она дёрнулась, пытаясь сорваться с копья, но Алекс надавил, вгоняя лезвие глубже.

```

[Урон: 8]

[Хроно-крыса повержена]

[Опыт: +25]

```

Двадцать пять очков. Больше, чем за обычную крысу.

— Хроно дают больше опыта, — сказал Шрам. — Но и опаснее. Убьём ещё двух — и ты получишь уровень.

— У меня третий.

— Четвёртый. Ты быстро качаешься. Это хорошо.

Алекс вытащил копьё из туши крысы. Кровь была тёмной, почти фиолетовой — не чёрной, как у матки, но с таким же странным металлическим отливом. Он вытер лезвие о стену, пошёл дальше.

8

Следующая хроно-крыса ждала за поворотом. Не одна — с двумя обычными, мелкими, уровня 1.

Они стояли в ряд, перекрывая проход. Глаза горели жёлтым и красным — четыре пары, уставившиеся на факел. Шерсть топорщилась, хвосты били по земле.

— Три, — сказал Шрам. — Я беру мелких. Ты — хроно.

— Понял.

Алекс сделал шаг вперёд. Крысы не отступили. Хроно — та, что в центре, — оскалилась, показав длинные, игольчатые зубы. Из пасти капала пенистая слюна, которая шипела, падая на землю.

— Оценка.

```

[Обычная крыса. Уровень: 1. ОЗ: 20/20]

[Хроно-крыса. Уровень: 2. ОЗ: 30/30]

```

— Бей! — крикнул Шрам, и они бросились вперёд одновременно.

Алекс рубанул копьём, целя в голову хроно. Та увернулась — не полностью, лезвие скользнуло по спине, срезав полосу шерсти и кожи. Крыса взвизгнула, отпрыгнула, но не убежала. Закружила вокруг, ища момент для атаки.

Шрам тем временем уже убил одну из мелких крыс — тесак рассёк её пополам, от головы до хвоста. Вторая попыталась прыгнуть на него со спины, но он отбился локтем, сбил с траектории, и добил вторым ударом.

```

[Обычная крыса повержена x2]

[Опыт: +20 (за каждую)]

```

— Осталась одна! — крикнул Шрам. — Не дай ей уйти!

Хроно-крыса поняла, что осталась одна. Она взвизгнула — высоко, пронзительно — и бросилась на Алекса не в ногу, не в руку, а в лицо. Прыжок был быстрым, почти незаметным — крыса использовала ускорение.

Алекс не успел уклониться. Когти впились ему в щеку, зубы щёлкнули в сантиметре от глаза. Он почувствовал острую боль — и кровь, тёплую, текущую по лицу.

Интерфейс моргнул:

```

[ОЗ: -6 (74/80)]

```

Он отбросил крысу ударом копья — не колющим, а рубящим, как битой. Прут попал ей в бок, отшвырнул к стене. Крыса ударилась о землю, вскочила, попыталась убежать.

Но Алекс не позволил.

Он шагнул вперёд и нанёс колющий удар — в спину, в основание черепа. Копьё вошло на всю длину, пробило позвоночник, вышло из груди. Крыса дёрнулась, повисла на острие, захрипела.

```

[Урон: 22 (критическое попадание)]

[Хроно-крыса повержена]

[Опыт: +25]

```

Алекс выдохнул. Вытер кровь с лица рукавом — царапина была глубокой, но не смертельной. Интерфейс показывал:

```

[Лицо: рваная рана (левая щека)]

[Кровопотеря: 1 ОЗ/час без обработки]

```

— Дай аптечку, — сказал Шрам, подходя. У него самого были свежие царапины на руках, но не глубокие. Он выглядел уставшим, но довольным.

Алекс достал аптечку, протянул. Шрам открыл, достал антисептик, бинт. Обработал рану на щеке — защипало, потемнело в глазах, но боль быстро утихла. Заклеил пластырем, сверху наложил бинт.

— Готово, — сказал он. — Теперь не кровит.

Интерфейс обновил ОЗ — 78/80. Кровопотеря остановлена.

9

Алекс посмотрел на интерфейс. Опыт за трёх крыс — 20+20+25 = 65. Плюс 90 с прошлого боя — 155. До четвёртого уровня нужно 200.

— Ещё 45 очков, — сказал он. — Две обычные крысы или одна хроно.

— Или один выживший, — мрачно пошутил Шрам. — Только не вздумай.

Они пошли дальше. Туннель расширился, потолок поднялся — теперь можно было идти в полный рост. Стены стали каменными, естественными, с прожилками кварца, которые поблёскивали в свете факелов.

— Скоро комната с мониторами, — сказал Шрам. — Метров пятьдесят прямо, потом налево, потом вверх по лестнице.

— Откуда ты знаешь?

— Я был там дважды. Первый раз — когда меня сбросили вниз. Я искал выход, нашёл комнату, но не смог войти — дверь была заперта. Второй раз — неделю назад. Дверь была открыта. Кто-то взломал её изнутри.

— Изнутри? Значит, кто-то был заперт.

— Или запирался сам.

Алекс задумался. Если кто-то заперся в комнате с мониторами, значит, у него была причина бояться того, что снаружи. Или того, что внутри? Может быть, в комнате было что-то опаснее крыс.

— Ты видел того, кто там был?

— Нет. Только следы. Кровь, много крови. И кое-что ещё... Запах. Не крысиный. Другой. Тяжёлый, сладковатый. Как у трупа, который начал разлагаться, но ещё не сгнил.

— Может быть, выживший умер.

— Может быть. А может быть — нет.

Они замолчали. В туннеле стало тихо — только шаги, дыхание, потрескивание факелов. Алекс чувствовал, как напряжение растёт с каждым метром. Не из-за крыс — он уже привык к ним. Из-за неизвестности.

Комната с мониторами. Что он там найдёт? Карту? Выход? Еду? Или следующую смерть?

10

Крысы появились внезапно.

Не из лаза, не из туннеля — они выпрыгнули сверху, из отверстия в потолке, которое Алекс не заметил. Три тени упали на него, когда он проходил под ним.

Первая вцепилась в рюкзак — когти заскрежетали по ткани, но не прорвали. Алекс дёрнулся, сбил её ударом копья, но не смертельным — крыса отлетела в сторону, заверещала, но побежала обратно.

Вторая прыгнула на плечо — Алекс почувствовал удар и тяжесть. Крыса была крупнее обычной — почти с кошку, с тёмной, лоснящейся шерстью и длинными, загнутыми клыками. Она укусила его в шею — не глубоко, но больно.

```

[ОЗ: -4 (74/80)]

```

Алекс рванул крысу рукой, оторвал от себя, швырнул на землю. Та приземлилась на лапы, зашипела, готовясь к новой атаке.

Третья — хроно — бросилась на Шрама. Тот встретил её тесаком — лезвие рассекло воздух, но не задело крысу — она использовала ускорение. Шрам промахнулся, крыса вцепилась ему в бедро.

— А-а-а! — заорал Шрам, сбивая её ударом рукояти тесака. — Сука!

```

[Шрам: ОЗ -7 (77/110)]

```

Алекс развернулся, оценивая обстановку. Три крысы. Две обычные, одна хроно. Обычные — уровень 1-2, здоровье 20-30. Хроно — уровень 2, здоровье 30.

— Я беру хроно, — сказал он. — Ты — мелких.

Шрам кивнул, зажимая рану на бедре рукой. Кровь текла сквозь пальцы, но не сильно — Шрам потерял не больше 7-8 ОЗ. Он сплюнул, вытер рот, взял тесак в обе руки.

— Давай, — сказал он.

Алекс бросился на хроно.

Крыса ждала его — пригнулась к земле, приготовилась к прыжку. Её красные глаза горели в темноте, зрачки расширились, стали почти круглыми. Она зашипела — тихо, угрожающе.

Алекс рубанул копьём — не в голову, а в бок, куда крыса не могла увернуться из-за узости туннеля. Остриё вошло в плоть, пробило ребро, застряло в грудной клетке.

```

[Урон: 16]

[Хроно-крыса: -16 ОЗ (14/30)]

```

Крыса взвизгнула, дёрнулась, попыталась сорваться с копья. Но Алекс надавил, вгоняя глубже. Лезвие прошло сквозь лёгкое, вышло с другой стороны.

```

[Урон: 12]

[Хроно-крыса повержена]

[Опыт: +25]

```

Он повернулся к Шраму. Тот уже убил одну обычную крысу — лезвие тесака разрубило её почти пополам. Вторая попыталась убежать, но Шрам догнал её, наступил на хвост и добил ударом в голову.

```

[Обычная крыса повержена x2]

[Опыт: +20 (за каждую)]

```

Итого за бой — 65 опыта. Плюс 155 — 220. Перебор.

Интерфейс вспыхнул:

```

[ОПЫТ: 220/200]

[УРОВЕНЬ 4 ДОСТИГНУТ]

[Очков характеристик: +3]

```

Алекс не почувствовал ничего. Снова — просто цифра изменилась. «Уровень: 3» превратилось в «Уровень: 4».

Но что-то всё же изменилось. Он посмотрел на свои руки — они казались твёрже. Мышцы — плотнее. Дыхание — ровнее. Может быть, это было воображение. А может быть, система начинала перестраивать его тело, делая его более приспособленным к Воронке.