Книга жизней. Вихри судьбы

Книга жизней. Вихри судьбы

Третья часть

2026 г.

Глава первая

Грибной чай.

Утро выдалось жарким, как никогда.

Я проснулась от шума. Открыла глаза и решила, что сплю.

Весь дом был перевёрнут. Все бегали и собирали вещи.

Папа выкрикнул на ходу: «Ну, наконец-то ты проснулась. Скорее одевайся, мы уезжаем. Бери всё, что для тебя ценно, мы больше сюда не вернёмся».

Я подскочила с кровати. После слов отца я очень быстро пришла в себя и выбежала во двор.

На улице стояли две машины. Одна — отца, вторая — «Нива» Дани. Багажники под завязку забиты вещами.

Василиса сидела под яблоней и ела свежее яблочко. Одна она никуда не спешила.

Я подбежала к ней.

— Василиса, ну хоть бы мне объяснила, что тут происходит. Вчера же ещё всё было нормально, и ни о каком отъезде речи не было.

Что могло произойти всего за одну ночь?

Василиса рассмеялась: «Деточка, ты проспала четыре дня.

За это время столько всего произошло.

Луна, беги собирай вещи. Через десять минут выезжаем».

Вдогонку Василиса добавила: «Я по дороге тебе всё расскажу».

Единственная для меня ценная вещь — это книга из Нижнего мира, подаренная псом.

Книгу я нашла на том же месте, где оставила перед сном.

«Четыре дня», — прошептала я тихо. Села на кровать и открыла книгу.

В книге появилось четыре страницы текста. «Видимо, каждый день появляется одна страница», — подумала я.

Нигде не было Дани с Мишей.

Я вернулась к Василисе.

— А где ребята? — с беспокойством спросила я Василису.

— Они на речке. С минуты на минуту должны вернуться.

Василиса оказалась права. Открылась калитка, и во двор вошли Данил с Мишей. С ними был ещё один незнакомый мне здоровый мужчина.

— Кто это? — спросила я Василису.

Она улыбнулась в ответ и спросила: — А ты не узнала?

Я внимательно присмотрелась.

— Иван! — воскликнула я и побежала здороваться.

Мы обнялись как старые добрые друзья.

У всех было приподнятое настроение.

Мы выехали со двора.

Я сидела в машине с Василисой и Иваном. Данил и Миша ехали в машине моих родителей.

Иван — за рулём. Я сидела рядом, а Василиса — сзади.

Я понимала, что не случайно оказалась в машине с Иваном.

Буквально через десять минут мои предположения подтвердились.

Иван посмотрел на меня и заговорил:

— Луна, ты очень изменилась с нашей последней встречи. За такое короткое время ты достигла невероятных результатов. Это просто поразительно. Я очень рад, что у тебя всё получилось. Что ты успела включиться в игру до того, как тебя привязали и подавили твою волю.

Измаил творит чудеса, не правда ли? — добавил Иван и подмигнул мне.

Василиса пробурчала сзади и посоветовала быть повнимательней на дороге.

Иван успокоил Василису и продолжил:

— Луна, я очень за тебя переживал. Те испытания, которые ты так стойко вынесла, не под силу человеку. Так считали многие, но ты доказала обратное.

Ты сумела выбраться из петли времени и встать на новый путь.

Невероятно, но факт.

Луна, это замечательный отрезок твоей жизни, но расслабляться ещё рано. Впереди тебя ждёт настоящая живая жизнь, полная чувств и эмоций, с которыми ты научилась справляться.

Ведь главное — не избегать сложностей, а научиться их преодолевать.

Луна, я знаю, что ты не понимаешь, что происходит и почему мы так спешно решили уехать.

Пока ты отсыпалась, кое-что произошло.

Я долго находился в тени и следил за всем происходящим со стороны, только изредка вмешиваясь в ход вещей.

Как тогда, около твоего подъезда.

Это была вынужденная мера. Нельзя было терять ни секунды. Тебя срочно нужно было научить справляться с вихрями судьбы.

Луна, ты понимаешь, о чём я?

— Нет, — растерянно ответила я.

Иван помолчал и продолжил: — Луна, в тот день ты должна была перейти на тёмную сторону.

Смысл этой фразы был когда-то давно искажён и трактуется неверно.

На самом деле, перейти на тёмную сторону — это погрузиться в свои самые потаённые и болезненные воспоминания. Как только ты в них погрузилась, для тебя создали петлю. Из такой петли ещё никому не удавалось выбраться, кроме тебя.

Луна, у тебя получилось, потому что ты очень сильная, и мы тебя подготовили.

В этом и заключается новая дорога, которую ты проложила. Её суть — это выйти из петли собственной тьмы.

Тебя знатно потрепало. Ты с трудом выбралась. Были моменты, когда мы считали, что потеряли тебя.

Но ты выбралась, и это самое главное.

Осталось отладить систему, понять, как облегчить дорогу другим, и нам очень нужна твоя помощь.

Ты видела всё воочию, знаешь то, чего не знаем мы. И ты точно увидишь, где мы ошиблись и что делали не так до сих пор.

Очень много сильных и подготовленных ребят так и не вернулись из петли. Они до сих пор там и ждут нашей помощи.

Мы пока не видим причину, по которой они там застряли. А вот ты смогла выбраться.

Луна, мы едем в институт. Но не в тот, а в другой. В наш институт. Мы тоже не сидели сложа руки.

Пришло время серьезных перемен. И с твоей помощью мы можем изменить правила игры. Мы можем помочь другим найти свою дорогу без жертв, без потерь и потрясений. Люди достаточно настрадались. С них довольно экспериментов. Пора уже брать управление в свои руки и создавать свои правила игры.

Луна, дом был вашим убежищем, но он перестал таковым быть, как только ты вернулась.

Наши противники перешли все мыслимые и немыслимые границы и договорённости. Они решили идти ва-банк, и будь что будет.

Мы не могли просто смотреть, как человечество стирают с лица земли.

На данный момент единственное безопасное место для тебя и твоих близких — это наш институт.

Мы уже подъезжали к реке. Всю дорогу мы ехали через лес.

Иван остановился между двумя густыми деревьями и жестом показал отцу сделать то же самое.

Все вышли из машин и собрались около Ивана.

Иван проводил инструктаж.

Вещи пока останутся в машине. Идём налегке. Вам сначала нужно будет привыкнуть к тому, что вы там увидите.

Предупрежу сразу: это будет непросто. Мозг начнёт сопротивляться и отрицать увиденное. Так работают блокировки, задача которых — не допустить новую веру. Как только вы поверите в реальность происходящего, ваши блокировки самоуничтожатся, и вы сможете по-другому увидеть свой дом. Увидите его более сложную структуру и связь между всем живым на Земле. Вы увидите всю красоту и гармонию нашей планеты.

Пожалуйста, никаких резких движений. Никаких криков и беготни. Данил, тебя это касается в первую очередь.

На этих словах я улыбнулась, вспомнив сцену убегающего Данила от демонов.

Иван подошёл к краю воды, ударил ногой. Из-под глади выехала лестница и разъехалась крыша — точно так же, как это было в моих воспоминаниях.

Все по очереди спустились вниз.

Крыша закрылась. Внизу лестницы шёл один проход — это длинный коридор, освещённый настенными фонарями.

Пройдя метров пятьсот, мы упёрлись в железную дверь.

Иван снова повторил: будьте готовы увидеть то, во что никогда не смогли бы поверить. И без резких движений.

Всем ясно? — серьёзным тоном добавил Иван.

Получив утвердительный ответ, он открыл дверь.

Я вошла последней.

То, что я увидела, никак не укладывалось в моей голове. Даже после всех моих приключений и всего, во что я уже поверила, увиденное сейчас было совершенно другим.

Мир энергий. Всё состояло из них: мы сами и всё, что нас окружало. Тонкие нити и переплетения соединяли нас друг с другом и ещё с огромным количеством бог знает чего.

Я обратила внимание, что сильно отличаюсь от своих близких. У меня намного меньше переплетений, и я более свободно могу двигать свою энергию.

Чего не скажешь о других.

Например, Даня с трудом мог сдвинуться с места. Он был сильно перемотан нитями, уходящими в разные стороны. Эти нити сдавливали ему грудь и голову. Ему было сложно дышать, и мысли постоянно путались. Из его сердца торчали шипы — точно такие же, как я видела у пса.

У всех моих друзей была похожая картина в той или иной степени.

Мои друзья хватались за головы. Им было очень больно. У каждого в голове происходила война. Я чувствовала боль каждого из них. Я всё это проходила, когда Измаил вытаскивал из меня тварь.

Рядом со мной стояла Василиса. Она упала на колени и обхватила голову руками. По её щекам текли слёзы. Я подошла к ней, села на колени напротив неё и посмотрела ей прямо в глаза.

— Василиса, — нежно позвала я.

Василиса в тот момент была где-то очень далеко, в своей самой острой боли.

Я позвала её снова: — Василиса, посмотри на меня.

В ответ — никакой реакции.

— Василиса, я знаю, что ты чувствуешь. Я знаю, как тебе сейчас больно, — я взяла её за руку и продолжала с ней говорить.

— Василиса, посмотри на меня. Я рядом с тобой. Я могу помочь. Просто посмотри на меня. Посмотри мне в глаза.

Но Василиса отдалялась всё дальше и дальше и совершенно не слышала меня.

Я стала петь колыбельную. Поначалу ничего не происходило. На третий круг песни Василиса взглянула на меня, и я уже не отпустила её. Удерживая взгляд Василисы, я рассказывала ей, как мы вместе с ней и Даней ели пироги на её кухне. Я напомнила ей, как нежно и трепетно она любит внука. Я напомнила ей, как много она знает и как она нужна нам всем.

Василису начало отпускать. Война в голове стихала.

Я уже сидела напротив Дани. Ему досталось больше всех.

В это время Василиса сидела напротив моей мамы и проделывала с ней то же самое, что я только что делала с ней.

Я смотрела на Даню и понимала, что тут нужно что-то другое.

Я открыла блокнот и пролистала на страницу со свежими записями.

«Луна, ты не всесильна и не можешь всех спасти. Но ты можешь провести своих близких по тонкому льду на сушу. Им нужно просто довериться твоему чутью и идти рядом, несмотря ни на что.

Не бойся провала. Ведь ты не знаешь, что было бы с ними без тебя.

Твой лёд тоже тонкий, но вместе вы можете вывести каждого из вас».

Понимания, как помочь Дане, у меня не прибавилось. Единственное, что я сделала, — это поцеловала его. Даня ответил на мой поцелуй. Я тут же оторвалась от него и захватила его взгляд.

Даня, помнишь нашу с тобой встречу на пороге моей квартиры? А помнишь леденцы? А макарошки по-флотски?

Даня, ты нужен мне. Я без тебя не справлюсь.

Я чувствовала, каких усилий Дане стоило держать со мной контакт. Как он сильно боролся.

Я снова поцеловала его, на этот раз отдавшись собственному порыву. Когда я отстранилась от него, Даня сам схватил меня и прошептал: «Луна, пожалуйста, не останавливайся. Только с тобой я чувствую себя живым».

Мы страстно целовались. Я потеряла счёт времени. Что-то начало меняться не только в Дане, но и во мне.

Моё тело начало вырабатывать мощный заряд. Я отстранилась от Данила и внимательно посмотрела на него. Тело Дани полыхало так же, как и моё. Данилу больше ничего не стягивало и не душило. Никаких привязок и нитей больше не было.

Оставались только шипы в сердце. Но здесь я была бессильна.

Не имея понятия, как Дариус достал шипы у пса, я не стала даже пытаться как-то помочь Дане, боясь сделать ещё хуже.

Данил пришёл в себя, и мне показалось, что он ничего не помнит о том, что сейчас было.

Я уже мчалась к Мише, который корчился от боли, валяясь на полу в позе эмбриона.

Я не понимала, что делать. За руку взять не могу. Ловить взгляд тоже нет возможности. Мне на помощь подоспел Даня.

— Луна, помоги отцу, а я займусь Мишей.

Я обернулась назад и увидела обездвиженное тело папы.

Он лежал на полу, не подавая признаков жизни.

Я села рядом и взяла папу за руку.

— Папа, — позвала я. — Папа, это я, Луна.

Папа, помнишь, как мы с тобой ловили рыбу и ты готовил уху? Это была самая вкусная уха на свете. Папа, а помнишь, как мы с тобой шли на концерт ДДТ? Как ты был горд, что ведёшь дочь на концерт любимой группы? И как я радовалась вместе с тобой.

Папа, ты помнишь?

Я положила вторую руку на грудь отцу. Его сердце еле билось.

С энергетикой отца творилось нечто невообразимое. Закручивались вихри и взрывались. После взрыва образовывались новые вихри. С каждым взрывом сердце билось всё тише и тише.

Рядом с нами сел на пол Иван.

— Луна, я боюсь, что твоему отцу уже не помочь. Он умирает. Отпусти его. Ты держишь его и не даёшь уйти. От этого ему ещё больнее.

Я не могла понять, что говорит Иван, и не собиралась его слушать.

Я легла на спину рядом с отцом, держа его за руку. Закрыла глаза и начала проживать все самые приятные моменты, связанные с ним.

Я ловила рыбу, затем ела уху. После мы с папой лежали на траве и считали облака. Я почувствовала, как папа чуть сжал мою руку.

Я бежала на кухню в своём красивом платье. На кухне папа подхватил меня на руки и закружил. Мы хохотали и радовались предстоящему приключению.

Я иду по улице с папой. Мы нарядные: я в платье, папа в костюме и начищенных до блеска туфлях. По дороге папа поднимает меня и кружит, я хохочу от радости. Я чувствую любовь к отцу. Искреннюю, ни с чем не сравнимую любовь.

В этот момент отец закашлял и сел. Я подскочила и обняла его со словами: «Папа, я так тебя люблю!»

Мы сидели, растворяясь в объятиях любви. Папа быстро пришёл в норму. Его энергетика восстановилась. Никаких взрывов и привязок.

Оставался один Миша. Ему явно нужна была помощь. Василиса и Даня не могли ничего сделать.

Миша сидел на корточках, обхватив голову руками.

Я не могла понять, что не так. Его энергетика потухла. Ничего не происходило.

Ко мне подошёл Иван и шёпотом сказал:

— У Миши стоит защита от взлома. Кто-то сделал так, чтобы мы ничего не смогли сделать. Луна, будь осторожна, там, скорее всего, стоят ловушки-обманки. Ты можешь сама пострадать.

Я кивнула Ивану в ответ и села рядом с Мишей.

Василиса и Даня отошли в сторону.

Я осторожно провела рукой по волосам брата, Миша в ответ дёрнулся.

Я положила ладошки ему на плечи, Миша в ответ дёрнул плечами, пытаясь сбросить мои руки. Я держала крепко его за плечи. Миша злился. Его злость пробуждала искру в энергетике.

«Ага, — подумала я. — Тебя надо разозлить». Я растрепала брату причёску. Он этого терпеть не мог.

В ответ Миша начал махать руками. Он поднял голову и посмотрел на меня.

Я воспользовалась моментом и захватила его внимание.

Мне оставалось вспомнить что-нибудь хорошее, но, как на зло, на ум ничего не приходило.

И я вдруг поняла, что не помню ничего хорошего, связанного с братом.

— Миша, вспомни что-нибудь хорошее, — говорила я ему тихо на ухо.

— Миша, ты хоть что-нибудь помнишь? Ведь не может быть, чтобы между нами не было ничего тёплого и доброго.

Миша открыл глаза, посмотрел на меня изучающе и снова опустил голову.

Я поднялась и стала интуитивно ходить вокруг Миши по часовой стрелке, обдумывая, что ещё можно предпринять.

«У меня же есть книга», — вспомнила я на четвёртом круге.

Любопытное наблюдение: Миша дёргался каждый раз, когда я заканчивала очередной круг. В этом явно что-то было.

Продолжая ходить, я открыла книгу на последней странице.

Ничего нового не появилось. Только то, что я прочла, когда искала ответ, как спасти Даню.

«Довериться чутью», — повторяла я себе под нос снова и снова.

Я шла седьмой круг. Перемен я не замечала.

Миша сидел неподвижно и молчал.

Ко мне присоединилась Василиса.

Через секунду с нами шёл Даня и папа с мамой.

Ещё через минуту присоединился Иван.

— Миша, помнишь, как мы с тобой ели мороженое в парке по выходным? — громко спросил отец у Миши.

— Ты любишь щербет и пломбир. Я всегда тебе покупал оба.

Сын, я знал, что ты больше любишь щербет, но, так как он маленького размера, я всегда подыгрывал тебе, когда ты стоял около прилавка, прикидывая, какое мороженое выбрать. Я с удовольствием включался в твою игру и покупал тебе сразу два мороженых.

Миша зашевелился.

— Сын, а помнишь, как мы с тобой шли по набережной и увидели, как в реке на коряге висел котёнок? Ты бросился его спасать и сам чуть не утонул. Пришлось спасать тебя и котёнка.

У Луны была аллергия, но мы всё равно оставили котёнка, ведь ты к нему успел привязаться, и он стал тебе так дорог.

Миша с удивлением посмотрел на отца.

Затем он выкрикнул: — Это неправда. Ты врёшь — моего котёнка вы оставили Луне.

— Миша, твой кот даже не заходил ко мне в комнату, и я не могла его взять на руки, хотя очень хотелось.

— Папа, ты вправду оставил котёнка мне? — спросил Миша. — Даже не смотря на аллергию Луны?

— Да, сын. Я не мог поступить иначе. В той реке я чуть тебя не потерял. Кот был важен для тебя, а ты важен для меня.

Папа подошёл к Мише и обнял сына.

В энергетике Миши начали пробиваться искры.

Даня ускорил шаг и выкрикнул: — Миша, а помнишь, как мы с тобой в детстве удирали от пацанов из соседнего двора?

Так было несколько раз, пока ты не сказал: «Хватит». Ты решил дать им отпор. Мы с тобой долго готовились и в назначенный день надрали им задницы. В тот день мы доказали, что можем за себя постоять. Миша, ты помог мне понять, что в одиночку сложно противостоять чему-либо. Вместе идти легче, поддерживая друг друга в нужный момент.

Миша сам подошёл к Дане, по его щеке текла скупая слеза. Ребята обнялись.

Стало происходить нечто непонятное.

Энергетика брата оживала. Это была феерия. Цветные шары надувались и распадались на множество ярких цветных огоньков. Действие чем-то напоминало фейерверк.

Постепенно всё успокоилось, и энергетика пришла в норму.

Миша отличался от всех нас. Его структура выглядела намного сложнее, чем у остальных. Огромное количество узоров и соединений, какие-то символы светились сквозь небольшие просветы между узорами. Очень красивое сияющее зрелище.

Миша подошёл ко мне со словами: — Сестра, даже если мы не вспомним ничего доброго про наше с тобой детство, мы всегда можем создать самые ценные и важные моменты сейчас и в будущем. У нас с тобой впереди целая жизнь для этого.

Я помню, как пришёл к тебе через много лет, и ты меня не узнала. Моё сердце вырывалось наружу, я так боялся и ждал твоей реакции. Ведь я понятия не имел, как ты меня встретишь. Я много раз прокручивал в голове эту встречу. И каждый раз по-новому проигрывал твою реакцию.

Луна, когда я протянул тебе свой паспорт, земля ушла из-под ног. Дикий страх я испытал в тот момент, ожидая чего угодно, но не той реакции, которая последовала, когда ты поняла, кто я.

Луна, это был очень важный для меня момент за последние несколько лет.

Я снова бросилась брату на шею.

Это были очень взрослые и любящие объятия. Мы стояли, согревая друг друга нежностью и любовью.

Я поняла, что сейчас Миша помог мне. Я и не знала, что тоже нуждалась в помощи.

Моя энергетика менялась, как и Мишина. Наши структуры соединялись, закручиваясь в невероятные фигуры и символы, затем возвращались обратно. Так продолжалось несколько минут.

Я ощущала эйфорию, благоговение, умиротворение и очень тихую и глубокую радость.

Энергии вернулись на свои места.

Все, кто находился в этом зале, отличались друг от друга не только внешне, но и энергетически.

«Как же это красиво!» — вырвалось у меня.

Иван в ответ произнёс: «Луна, дальше будет ещё краше».

«Я очень рад, что все живы». С этими словами Иван посмотрел на моего отца.

«Вова, мы тебя чуть не потеряли, но чудеса случаются везде, и нам всем не помешает в них верить почаще».

Затем Иван обратился ко мне: «Луна, спасибо, ты показала мне чудо. Я не заметил, как перестал в них верить. Ты напомнила мне, что глаза могут обмануть, а сердце — никогда».

«Нам пора двигаться дальше», — воскликнул Иван и открыл следующую дверь.

Затем развернулся и добавил: «Таких испытаний больше не будет. Это был самый важный и решающий энергетический коридор».

Условно вы перешли из одного мира в другой. Из трёхмерного мира в пятимерный.

Пока что это симуляция. Мы воссоздали среду, в которой ваша энергоструктура обретает плотность и может взаимодействовать с земным миром и своим владельцем.

Для меня это тоже был очень важный урок, я понял, в чём ваша сила. Это то, на что мы никогда не обращали внимание и не учитывали раньше. То, что я сейчас увидел, меняет всё.

Основной ключ к переменам — это наше единство и человечность. Только так можно противостоять тому, что надвигается.

Иван зашёл внутрь, и мы последовали за ним.

Обычная комната, похожая на зону отдыха в офисе. Стоит кулер с водой, автомат с кофе, чаем, пара диванов и кресел. На стене висел телевизор.

Тихо, спокойно и уютно.

Мы разбрелись по комнате. Каждый нашёл себе уютный уголок.

Василиса сделала всем чай.

Мы выпили чай с печеньем и уснули.

Что-то в чай было добавлено. На первом глотке я почувствовала туман в голове и поняла, что с моим сознанием что-то происходит.

Открыв глаза, я обнаружила себя в окружении больших грибов.

Один из которых со мной заговорил: «Вижу, ты проснулась. Идём, кое-что тебе покажу».

Я иду рядом с грибом, который не умолкал ни на секунду. Он рассказывал о том, как ему хорошо живётся, как он долго меня ждал и много чего ещё...

У меня разболелась голова, и очень хотелось тишины, а гриб не собирался умолкать.

Наконец он замолчал, и голова сразу перестала болеть.

«Мы на месте», — сказал он. Вокруг была та же темнота, что и до этого. Как он определил, что мы на месте? Ведь ничего же видно. Никаких ориентиров.

«А зачем мне ориентиры?» — спросил у меня гриб. — «Я знаю, что сейчас нахожусь на месте, и мне достаточно простого знания. На что мне ориентиры? Они переменны, а моё чутьё — нет».

Гриб предложил мне сесть.

Я села на пол. Он уселся рядом и закрыл глаза.

Я вопросительно смотрела на него, ожидая объяснений. Но гриб молчал и не обращал на меня никакого внимания.

Я тоже закрыла глаза и расслабилась.

С закрытыми глазами я начала видеть невероятную картину.

Пляшущие фигурки сменяли друг друга. С каждым выдохом я всё больше и больше расслаблялась и погружалась в себя.

Перед глазами стала прорисовываться более понятная картинка. Фигурки превратились в живых существ, за ними появился рельеф и поверхность.

Девушки танцуют перед костром и бьют в бубны. Отлаженный ритм их движений и звук бубна создавали огоньки, уходящие в небо. Девушки были источником зарождения огоньков, уходящих высоко вверх.

Красивое зрелище.

Я открыла глаза, чтобы поделиться увиденным с грибом, но его рядом не оказалось.