Всплохи эйцехоре

– Четыреста семь миллионов евро в сумме теперь, – подытожил Евгений.

Скорпион подмигнул:

– Вот и достроили первую струнную трассу до столицы. В рамках акции «поможем стране жить» живём месяц без зарплаты и дотянем до Минска, а там глядишь…

– На «глядишь» уже не хватит, – буркнул обиженно Сёма. – И мне нравился тот Порше!

Скорпион угрожающе приблизился:

– Кому не ясно, вслух скажу. У всех членов совета и генералитета нашей структуры остаётся только одна квартира или дом и одно средство передвижения.

– Самораскулачивание? – прикинул Сёма. – Я-то думал, что государство – это инструмент насилия. Так нет же, собственный дояр появился.

– Да пусть будет хоть велосипед у каждого будет, но, чтобы струнник тянулся от Москвы до Мадрида, и была ветка в Рим и Лондон, – стоял на своём Скорпион. – В тапочках будем ходить, но по северному направлению трасса протянется через Питер в скандинавские страны, где нашим оплотом будет Финляндия, позднее – Германия и Шотландия, а по южному вдоль черноморского побережья через Турцию, Иран и вплоть до Индии. Сирия, Ливия, Кипр и Алжир должны стать странами, приютившими наши базы до того, как войдут в состав Державы. Первыми колониями, так сказать.

– Исторически у Державы не было колоний, – напомнил Василий.

– Но новое время диктует новые порядки, – добавил Сергий. – Мы должны создавать оплоты ещё до того, как они понадобятся. Шаг наперёд.

Василий кивнул. Скорпион взял паузу, глядя на вытянутые лица побратимов. Вроде бы только что сказали, что денег нет даже на хлеб, а предводитель замахивается на торт!

Поникли.

– Думаете, откуда возьмём деньги на продление трассы через Аляску в США, далее через Мексику до Бразилии? – улыбнулся Скорпион коварной улыбкой хищника, уверенного в победе. – Страшно? Наскребём! Не всё же сырые ресурсы продавать и предметы военного обихода. При желании можно и голубой лёд с севера в ОАЭ доставлять. Было бы желание.

– Ну вот, вернулась диктатура, – счастливо хихикнул Сёма, вновь ощущая в себе желание к чему-то стремиться.

– А то с пентхаусами мы ни до какого Марса не долетим, – одобрил Даня.

– Ещё плюс пятьдесят шесть миллионов к общему счёту, – обронил Жека.

– Что? Откуда? – повернулся Сергий.

– Я сейчас на курсе «евро-доллар» ещё немного поднял на бирже. Доллар скачет как бешеный. Люди то в курсе, что он пуст как воздух, то снова обретают веру в зелёного бога после очередных бомбардировок. Может, риса купим? В Японии небывалый урожай в этом году. Испортить сложно. А голод рано или поздно где-нибудь себя проявит.

Рассмеялись.

Блондин прервал смех, вспомнив нечто важное:

– Маловато всё-таки пол миллиарда для структуры. У олигархов больше на личных счетах. А они по большему счёту просто воры. Только высшего порядка.

– Разберёмся, поделятся, – хмыкнул Скорпион.

Василия от этой ухмылки дрожь пробрала. Вроде и понимал, что сам в олигархах не числится, но схемы в голове уже завертелись такие, что вскоре счёт должен был умножиться.

– Ура! Снова в Лондон в командировку! – подскочил блондин. – Кстати, я забыл, почему нам хай-теком запретили заниматься? Можно я ещё на Клуб немного поохочусь? Адресок как раз в Лондоне. Авось разрешат. А то углеводороды, сырьё и быстро развивающаяся транспортная система струнника – это конечно хорошо, но я нано-роботы с надписью «мэйд ин му кантри, нот ёрс» хочу. Да и на лунной и марсианской базах пригодятся. Ни на это ли намекал Родослав?

– Действуй, – обронил Скорпион и, раздав ещё пару указаний, отправил неполный состав Совета на этаж выше к безбожно храпящим генералам. Утомились. Старость не радость.

За столом остался лишь Рысь.

Брат подошёл, встав за спиной, заговорил:

– Кстати, у меня кое-что есть для тебя. Готов к двадцать седьмой ступени?

– Бонусы? – припомнил Сергий. – Каждому своё. Готов.

– «Дар пяти сил душе» идёт образами, – предостерёг Поднебесный. – Ты сможешь «слышать».

– Кого слышать?

– В зависимости от того, на кого настроишься, – ответил Рысь, обхватил голову Сергия ладонями и закрыл глаза.

Запах неба… вкус ветра… тепло снега… горечь света… блеск тени… Момент перехода! – пронеслось одной мыслью в голове Скорпиона.

Рысь исчез, оставив один на один с головной болью, кипящим мыслями мозгом и неуёмным желанием действовать.

Скорпион улыбнулся, заглушая звон в голове.

Время пришло, и получил то, что надо. Тем более, что было где себя реализовать. Вариантов развития событий хватало. Успевай лишь позволять себе их принимать.

Часть первая: «Наставничество». Глава 6 – Союзник

Середина лета.

Европейская часть России.

Известный писатель, автор десятка опубликованный фантастических романов – Максим Леонидович Разумовский, сидел за небольшим столом на кухне и работал.

Писал, совмещая фантастические миры с практическими замыслами.

Творческий процесс погрузил в мир новых идей с головой. Пальцы быстро летали над клавишами опутанного проводами ноутбука: заряжается сотовый, в плеере играет спокойная мелодия, файлы с основными работами хранятся на переносном жёстком диске, бекапы сохраняются на флешке. Свободных USB-слотов нет.

Глаза безотрывно следили за возникающими строчками на белом фоне. Пищал совмещающий несколько программ «мессенджер», требовательно звонил «скайп», вибрировал сотовый, доставляя поочерёдно то смс с ммс, а то и вовсе перенаправлял звонки с обеих симок на автоответчик.

Домашний телефон давно отключен. Не за неуплату – за нехваткой времени на разговоры. Когда по нему разговаривать? Близкие друзья и родня давно знают, что выловить писателя по нему всё равно невозможно. Разве что сам позвонит. Но в последнее время это всё реже и реже.

Максим Леонидович лишь изредка отвлекался на настойчивые просьбы на контакт, слепо шаря рукой в поисках седьмой кружки с чаем ли, кофе ли, компотом, морсом, соком… Когда пересыхало горло, было без разницы, что пить. Так же слепо исчезали со стола печенье, шоколад, булки, бутерброды. Мозг кипел, заведённый усилием воли с самого рассвета. То, что не давала покоя ночной бессонницей, выплескивалось в электронный дневник.

Работа кипела. Важная работа. Никого творческого ступора – муза взята под узды надежно, поставлена на колени. Она работала на него тогда, когда хотел, а не когда «приходило вдохновение», как у робких поэтов и начинающих блогеров.

Обострённое чутье разогнанного мозга не подводило. Они близко.

За окном первого этажа слишком часто мелькали люди. Слишком часто для закутка спального района, где давно знал каждого жителя в лицо. Вот и камера домофона резко перестала работать, выдав на экран ноутбука снег помех.

«Всё, готово»!

Палец лишь успел лишь нажать – отправить. Письмо улетело по почте. Через четыре минуты текст сообщения развесят по самым топовым форумам Интернета на шести языках мира.

Направленный взрыв сбросил решётку. Лёгкие хлопки. Пух-пух и калёный металл вырвало вместе с кусками стены. За взрывами последовали удары ногами в жёстких ботинках по оконным рамам. Бронированные стеклопакеты сдались, влетев на кухню цельными, невредимыми… вместе с кусками стены. В проём влетела оглушающая граната.

Максим обхватил голову руками. Не помогло. Зрение со слухом отказали, потревоженные перегрузкой. В плавающем мире появились «киборги» в лёгких бронниках. Они попадали на пол, кувыркаясь прямо из окна, словно боялись обстрела. Сильные руки быстро ткнули писателя лицом в стол. Благо, что со стола на пол в осколки не скинули и наручники не одели.

«Я говорил тебе – прими предложение», – раздалось в голове Разумовского невербальное сообщение.

«Пошёл вон. Если я нужен, я выживу», – подумал Максим, резонно полагая, что если «собеседник» смог послать слова, то услышать ответ в его голове для этого существа не проблема.

«Ну, наслаждайся. Всё могло быть гораздо проще. Экий ты несговорчивый».

«Проще сейчас, но я уже слишком много знаю о последствиях, балансе и системах возмездия. Так что просто добей».

Когда мир немного стабилизировался, писатель поднял голову. За столом напротив сидел служивый, погоны которого скрыл лёгкий плащ. По выправке и ощущению власти, что исходили от стареющего лица, никак не меньше майора.

Киборги встали у окна, в коридоре и у выбитой входной двери. Не трудно было догадаться, что стоят и у балконной двери в соседней комнате и в еще одной комнате. Захват произошёл единовременно по всем возможный местам.

Максим пощупал опухший нос – цел! – стёр кровь с разбитой губы и обронил:

– В этом не было необходимости. Есть дверь – можно постучать. Может и откроют.

– У вас, Максим Леонидович, звонка нет, – обрубил служивый.

Писатель сплюнул кровь на пол – всё равно переезжать – вдохнул, глядя на покореженный, разбитый киборгами ноутбук на полу. Игровой, последней модели, привезённый пару дней назад друзьями с выставки в Калифорнии.

Не просто ноутбук – подарок разбили. Это разозлило.

– Намёк не понятен? Ладно, я на твоём уровне объясню. Не звали – не лезь. Влез – не жалуйся.

Служивый скривился, обхватил подбородок, приблизившись. Глаза в глаза.

Пустые глаза. Выполняет приказ. Искра ретивости давно потухла.

– Такие странные разговоры под дулами автоматов? Вы загадочный человек, Максим Леонидович. Иначе известный как «Идеолог».

«Неплохо, а семнадцать других никнеймов знаете? Или думаете, что все разные люди»? – подумал Максим, но вслух ничего не сказал.

Было приятно держать взгляд служивого. Он привык ломать, привык иметь все козыри на руках. Задержанные всегда в проигрыше. Некому обнулить счёт побед.

– Рассказать, как звали твою первую собаку? – хмыкнул служивый.

Знания давали ему власть над человеком. Зайди издалека, подобрать момент и надавить. Надавить так, что задержанный начнёт делать ошибки, оступаться. Тут же дожать.

Макс облизнул кровь с губы. Зубы в крови всегда зловеще выглядят. К тому же погода с утра не заладилась – хмуро и сумрачно. Небо в серых тучах, поднялся шквальный ветер. Хороший день для чьих-то похорон или тотального апокалипсиса. В такой день не жалко умирать.

– Собаку? Зачем? Давай лучше я тебе расскажу, как пальцы нажимают детонаторы… Щёлк.

На улице прогремел взрыв. За ним ещё два. Автобус ПАЗик, привёзший к месту операции особый отдел взлетел на воздух первым. Следом подорвалась ГАЗЕЛЬ со станцией координирования, и личная машина высокопоставленного служивого взметнули в небо чёрный дым.

– Что там у вас творится? – рявкнул старший группы в глубину коридора.

На лице отразилось непонимание, тень недовольства.

– …Как пальцы снайперов давят на курки, – продолжил Максим Леонидович, глядя прямо в глаза собеседнику.

Капли крови от головы ближайшего к окну солдата брызнули в лицо служивому. Он непонимающе провёл пальцами по щекам, поднял пальцы к глазам. Но Максим не позволил ему отвести взгляда.

– …Как вся ваша группа поддержки по району разоружается, разбитая в мгновения неизвестно откуда взявшимися профи боя.

– Ты… как ты… – голос служивого дрогнул.

Хрип и вскрики с коридора, вот и всё, что успел услышать служивый, прежде чем Максим подмигнул и обронил на прощание:

– Сердце у тебя не железное. Устало поди.

Служивый побледнел лицом и свалился со стула.

Максим тяжело выдохнул, потирая гудящие виски.

– А теперь на кухню войдёт некто, кто поможет мне разобраться, что со мною происходит в последнее время и подскажет, как подлатать потерянное на управлении сознаний здоровье.

* * *

Пять минут назад.

Там же, на улице.

Чернявый, вихрастый парень присел на лавочку у подъезда, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

Нет, не ошибся. Зов шёл именно из этой точки планеты. Их дома, что рядом по правую руку. И «источник» сообщения то ли не понимает, что его уже услышали, то ли понимает, но сознательно зовёт и всех остальных до кучи.

Эта странная новая ступень. Теперь можно не только звать любое разумное существо, но и слышать его зов. Вся трудность заключалась в том, как в этом океане голосящих, вопящих, кричащих материальных и нематериальных существ найти то, что тебе надо. Хотя бы то, что близко по уровню восприятия, понимания. Следовало знать, что искать или как говорил Сёма: «Можно ТАКИХ найти, что долго рад не будешь». Но блондин в последнее время много чего говорил. То ли последствия молнии Меченого, то ли спать надо больше четырёх часов в сутки.

Скорпион расширил ментальные ощущения и уже нащупал искомый этаж и квартиру, как новое действующее лицо, заинтересованное тем же самым зовом существа, появилось возле подъезда.

Едва вихрастый перенаправил своё внимание на него, как перед въездом во дворик появился автобус ПАЗ. Перед «комком», как в простонародье называли этот автобус, прошмыгнула ГАЗЕЛЬ и перекрыла второй возможный въезд во двор. Перекрыв въезд, стилизованная под маршрутку машина заглохла, из автобуса посыпали бронированные бойцы с оружием наперевес и полной боевой выкладкой. Построившись возле автобуса, солдаты рассыпались вокруг дома. Часть прошмыгнула перед парнем, крикнув, чтобы тот сидел без движения, часть скрылась за домом, обходя объект с флангов.

Перед подъездом остановилось чёрное БМВ предпоследней модели. Вышел суровый мужик в военной одежде с накинутым поверх ней плащом. Зачем летом плащ, Сергий не понял. На улице было за двадцать градусов. И кроме неудобства, плащ ничего не доставлял. Конечно, если его владелец не мёрз даже в летнюю жару.

Проходя мимо лавочки, служивый косо глянул на вихрастого. Все расширенные ощущения парня как снегом окутало. От служивого веяло холодом, стужей. Он был весь словно окутан ледяным колпаком. Белое лицо с потухшими глазами не выражала ничего, кроме презрения и затаённой боли.

Служивый прошёл рядом, скрылся в подъезде, а к парню на лавочку присел тот самый непрошенный гость, что по ощущениям тоже заинтересовался объектом. С этим гостем было проще в определении. Полностью скрываемая мыслесфера и окутанная чёрно-синими пятнами аура. Огромная, дьявольски мощная гнетущая аура Эмиссара.

«Не Мёртво, не Нежить, не Золо, не Горэ. Слабо? Или кто-то из новых? Кто-то же должен был занять место Золо», – пронеслось в голове.

Эмиссар повернулся. Зрачки глаз стали по-змеиному вертикальны.

– Ты лезешь в мои дела, – угрожающим тоном начал он.

Высший тотем активировался. Велет взобрался на плечо, расправив крылья. Переступая с ноги на ногу на плече хозяина, орлан громким клёкотом оглушил незваного собеседника.

Эмиссар, ощутив огромный всплеск энергии, которая оплела, обволокла его энергетический кокон, чуть отсел, едва удержав себя от того, чтобы не встать со скамейки.

Отследив реакцию на тотем, парень улыбнулся. Исходя из неосведомлённости Эмиссара о высшем тотеме Скорпиона – а ведь в стычке в Англии орёл проявлял себя и перестал быть секретом для других Эмиссаров – парень решил, что это существо заменило Золо.

«Новый. Значит, будет драка. Новичку нужен опыт. Вряд ли четверо других поделились информацией», – мелькнуло в голове.

– Значит, векторы наших дел временно совпали, – пожал плечами вихрастый, обозначая улыбку и убирая давление собственной энергетики на обволакивающий Эмиссара кокон.

– Я дважды не повторяю, – обронил новый Эмиссар. – Что ты здесь делаешь?

– Схема простая: «позвали-услышал-пришёл». А что?

– Ты пришёл к нему?

– Не только, – усмехнулся парень. – Я также пришёл сказать, что волхвы готовят обряд пробуждения. И меня попросили предупредить всех незваных, что им пора уходить. С сего момента и до момента пробуждения князя Славы я ответственен за его вотчину. Исполняющий обязанности, так сказать. Так что ты на чужой территории. Уходи по-хорошему.

– По какому праву ты получил его вотчину?

– Он – мой племянник, – огорошил собеседник. – Право родства, так сказать.

Глаза Эмиссара вспыхнули. Чернявого на миг обдало холодом, желудок запротестовал, требуя избавиться от содержимого завтрака.

Орёл, заинтересованно повернувшись к собеседнику хозяина, махнул крылом над головой Эмиссара, обозначая подзатыльник. И довольно проклекотал.

Безымянный Эмиссар ожидал чего угодно, но только не насмешки птицы. На секунду растерялся, давая момент оппоненту к действию.

От неминуемого столкновения обоих отвлекли хлопки взрывов. Спецы начали операцию захвата.

Часть первая: «Наставничество». Глава 7 – Среди гор легче дышится

Десять минут назад.

Швейцария.

Среди гор чище воздух. И мыслится яснее, что автоматически переводилось на восприятие строф и образов у писателей. Разумовский был не исключением. Потому, едва представил горы, тут же написал следующее…

«Любовь – единственная тема, про которую можно писать открыто при любых режимах, в любой из стран, в любое время без коррекций. С давних времён, подрезая эту свободу, система производит подмену, развивая «альтернативу в виде всех прочих форм извращения и насилия. Вселенная отвечает. Уродуя души, появляются в огромном количестве трансвеститы, жено-мужчины, гермафродиты, и прочий не формат, далёкие от сути изначального человека. Система корёжит то, что не в силах сломать полностью», – прочитал на экране ноутбука отрезок новой статьи Идеолога Эмиссар Слабо и ухмыльнулся.

Мышка под рукой покрылась льдом. Удар кулаком сверху и осколки разлетелись по столу, частью сваливаясь на пол.

– Ты начинаешь меня доставать, Максим Леонидович. Не пора ли начать мыслить на благо системы?

В просторном помещении, не пользуясь дверью или окнами, появились двое. Это были Эмиссары Нежить и Горэ. Коротко кивнув вместо приветствия, они расселись по мягким диванам. Возле эстонца появились на столе фрукты в пиале, наполнился бокал терпким вином, кавказец поморщился, покачивая головой. Последнего что-то тревожило. Он первым и начал разговор:

– Мы собрались на сход, не на пир. Решаем вопросы или намечено возлияние?

Слабо, создав себе чая, помешал ложечкой содержимое со сливками, отхлебнул и поставил чашку.

– Сдаётся мне, ты нервничаешь не из-за схода, а из-за того, что не имеешь своих претендентов на место новых Эмиссаров. Золо развеян, Мёртво убит. Места вакантны, но безвозвратно убиты и двое твоих подопечных. Их смели в горах, как котят… Ты до сих пор не смог воспитать кого-то достойного.

– Да, я не успел воспитать новых, – не стал спорить Горэ. – Только не надо мне говорить за подопечных, у Мёртво и Золо тоже подопечных по стенке тогда размазали. Замены нет.

Слабо снова помешал чай, хмыкнул:

– Ты злишься из-за того, что я зашёл новых учеников, а ты нет? Или потому, что тебя могли убить первым, но… Пожалели?

– Иди к чёрту! – окрысился Горэ. – У тебя больше картотека, база, возможности, в конце концов. Мне же искать почти не из кого. Потенциал гор снижен не первое столетие.

Нежить откусил грушу и, посмеиваясь, по-детски безалаберно запустил огрызком в Горэ.

– Не из кого искать? Да ты с гор все эти пять лет не спускался ни разу! Там уж и впрямь кроме горных козлов и учить то некого. Жалуется он ещё!

Горе покраснел лицом от гнева, а Нежить спокойно повернул лицо к Слабо, не опасаясь атаки.

– Я спокоен за своих ставленников. А ты? Поставишь ли кого на «бой»?

– Всего одного, – ответил Слабо, не меняя тона.

Горэ, смерив обоих ненавидящим взглядом, добавил:

– В следующий раз столкнувшись с постиндиговцами, оба заговорите по-другому! Хотите видеть на замену своих ставленников? Что ж, пусть дерутся. Уступаю это право. Но… я убью каждого, если он покажется мне слабым.

– Отлично, – от прилива эмоций Нежить пропустил мимо ушей предупреждение, потёр ладони и повернулся к Слабо. – Значит только два моих и твой? Как сражаться будут? По очереди? Или два на одного?

– Мне нет до этого дела, – хмыкнул старший Эмиссар. – У меня только один ученик. Если он достоин, докажет в любых условиях. Слабых пусть сжирает Горе… падальщик.

Слабо посмотрел на оппонента, как на пустое место. Кулаки горца сжались. Но как всегда, бессильно.

– Два на одного?! – повеселел Нежить. – Так это ж ещё лучше!

Горэ снова посмотрел на оппонентов, обронил горячо:

– Но почему ты заявил одного? Слабо, это странно. У тебя никогда не было нехватки кадров.

– С каких это пор я должен объяснять тебе свои решения? – удивился старший Эмиссар.

– Кто твой ученик? – всё же поинтересовался Горэ.

– Савва… Ты с ним не встречался.

– Иудей?

– Напротив, араб.

Горэ подскочил, уже не в силах сдерживать себя.

– Ты взял в ученики араба?! Вы же ненавидите друг друга больше, чем христиан религиозники авраамеистического толка.

Нежить рассмеялся:

– Какой же ты закостенелый в своём примитивном мышлении. Словно и не помнишь, кто плодил столько религий, сколько требуется для постоянной напряжённой обстановки. Так какое ему дело, иудей у него в учениках или араб? Все едино с благословления корней Велеса.

Слабо привстал с кожаного кресла, потянулся, зевая.

– Довольно, господа. Пусть каждый даст согласие на проведение поединка и пусть сойдутся в соседней зале в одном бою все. На место наших павших коллег… найдём первого.

– А что со вторым? – спросил Горэ.

– Второго не позволяет баланс, пока спит Слава. Озадачимся этим вопросом позже. Пока же укрепим наше положение как есть.

– Согласен.

– Согласен.

Слабо щёлкнул пальцем.

Посреди комнаты появились трое: коротко стриженная женщина с пирсингом в бровях и мужчина-альбинос, с одной стороны. И чернявый парень, гладко выбритый, кареглазый, худощавый. На нём были джинсы и светлая кофта, кроссовки. На вид – подросток. Глаза холодные, на лице ни тени улыбки.

– Савва, что за вид? – рявкнул Слабо.

Ученик вяло мазнул взглядом по противникам, чуть подольше задержался на Эмиссарах и остановился на учителе.

– Ты не объявлял дресс-код.

– Ты выглядишь слишком интернационально, переоденься.

– Ты имеешь в виду, что на мне нет ни кепи, ни чалмы? – уточнил ставленник. – Так и не одену. Не жди.

– Послушный ученик, – подпустил шпильку Горэ.

Нежить хохотнул.

Слабо оскалился, обронил прочим Эмиссарам:

– Родители Саввы – счастливчики. Они рано умерли, не успев наградить сына религией. И с самых малых лет он был усыновлён еврейской семьёй, переехавшей из Израиля во Францию. Однако они тоже решили не настаивать на смене религии, логично полагая, что мальчик ходит под другим богом. Дали лишь имя под свой манер. А вот учился Савва в Англии, где и приобрёл манеры, характер… и поведение. Так что припомним нашего коллегу и начнём.

– А что ты хочешь? – удивился Нежить. – Англия давно не та страна, которой была в Викторианскую эпоху. Тех, кто шёл под пули во весь рост, давно перестреляли. Остались… сидящие по тылам.

– Довольно болтовни, – подал голос Горэ. – Пусть идут и бьются. Время дорого.

– Да будет так, – кивнул Слабо. – Только, Савва, после боя ты переоденешься. До момента боя ты всё ещё мой подчинённый и я даю тебе следующее задание…

Нежить скривился. Самоуверенные слова товарища по цеху резали слух… Но через сорок секунд среди них появился новый Эмиссар.

* * *

Пятнадцать минут назад.

Тибет. Гималаи.

Но ещё Разумовский знал, что есть в горах одно незыблемое правило. Горы – для всех.

– Добро убит пять лет назад иномирцами, Эмиссары наверняка давно выбрали замену Мёртво и Золо. Почему вы ещё не разбудили Славу? Время пришло! Время будить Славу! – стоял на своём Скорпион, попеременно выдерживая тяжёлые взгляды Аватаров Бодро, Здравы и Живы. – И не говорите мне, что я не знаю такого, что в корне бы изменило мои взгляды.

Трое в светлых одеждах взяли в круг, приходилось вертеться на месте, чтобы видеть лицо каждого в процессе беседы.

«Белорус», «тибетец» и «индиец», по месту обитания, а по сути – многомерные сущности, воплощённые в тела людей, не спешили с ответом, подвергая своим внутренним проверкам, тестам и перепроверкам.

Время затягивалось, играя на натянутых нервах.

– Долго ждать не буду, – поторопил Сергий. – Как постоянно повторяет мой белобрысый друг вслед за классиком: «Промедление смерти подобно». Не хотите будить, сам упрошу волхвов. Вместе с Отшельником справимся. Рысь не настолько инертен.

– У вас обоих нет опыта. И это трагически скажется на ритуале, – обронил Живо.