Звезда 404

– Лотус. Веридан. Кальдара?

Девушка едва заметно мотнула головой.

– Кестрия?

Я начал перебирать в уме все планеты системы. Некоторые даже звучали настолько дико, что я сомневался, могла ли она быть оттуда.

– Может, не наша система? – я задумался. – Антария. Фэрион. Арксис?

Она напряглась. Совсем чуть-чуть, почти незаметно, но я это заметил.

– Арксис? – повторил я, наблюдая за девушкой.

Глаза её чуть расширились, но она быстро отвела взгляд. Я усмехнулся. Это её дом или просто знакомое название?

Выпрямился, облокотился на спинку стула и скрестил руки на груди.

– Ладно. Уже что-то.

Рабыня продолжала избегать моего взгляда, но я видел, как она сцепила пальцы, будто сама не знала, как реагировать. Значит, я двигаюсь в правильном направлении. Только вот от еды девица по прежнему отказывается. Я не собирался тратить на это время, но, черт возьми, если еще раз увижу, как она мотает головой на любую предложенную еду, мне точно снесет крышу.

Поэтому, как только мы закончили в таверне, я забрал со стойки пару бутербродов для Джека – пусть радуется, что я вообще о нем помню – и повел девицу обратно в порт.

Путь был таким же грязным и шумным, как и прежде. Люди, пришельцы, торгаши, наемники – все смешивались в этом бесконечном муравейнике, и каждый занят своим делом. На нас никто особо не обращал внимания, но я всё равно следил за обстановкой, держал девчонку в поле зрения и пару раз крепче сжал её запястье, когда она сбавляла шаг.

Через несколько минут мы снова оказались у ангара. Джек ковырялся в моем корабле, высунувшись из-под корпуса и что-то бормоча себе под нос.

– Всё в порядке? – спросил я, бросая ему бутерброды.

Он ловко подхватил их на лету, усмехнулся и показательно понюхал.

– Ты что, наконец-то решил меня отравить? – подмигнул он, прежде чем откусить огромный кусок. – Не дождешься, дружище.

Я закатил глаза.

– Корабль. Всё нормально?

Он пожал плечами.

– Как твой пульс после пары бутылок айринского. Немного просел, но не критично.

– Очень обнадеживающе, – фыркнул я, облокотившись на стену и скрестив руки на груди.

– Не волнуйся, твой железный друг ещё поживет. Хотя вот ты выглядишь так, будто у тебя болит жопа.

Я смерил его взглядом, но механик только довольно улыбнулся, продолжая жевать.

– И не спрашивай, – пробормотал я.

Но друг, конечно, спросил.

– Это из-за неё?

Я скосил глаза на девчонку. Она снова застыла рядом, глядя куда-то в сторону, будто нас тут вообще не было.

– Её даже не интересует, что мы о ней говорим, – заметил Джек, жуя бутерброд. – Может, и правда немая?

Я покачал головой.

– Нет, скорее всего, не говорит на Общем. И ни хрена не жрёт.

– Ты вообще знаешь, откуда она?

– Думаю, из системы Арксис.

Джек присвистнул.

– Ого. Ты ведь понимаешь, что в этой дыре могли кормить её чем угодно?

– Именно поэтому, – процедил я, – я собираюсь поискать в своей системе, что едят местные.

Джек ухмыльнулся.

– Надо же, какой заботливый.

– Иди ты, – фыркнул я, развернулся и направился к кораблю.

Я не собирался разбираться с этим прямо сейчас, но любопытство взяло верх. К тому же, если не пойму, что с ней делать, то так и буду таскать девицу за собой, как хвост. Как только мы поднялись на борт, я ткнул пальцем в коридор.

– Дуй в свою каюту.

Она послушно направилась туда, не задавая вопросов, не проявляя ни капли эмоций, будто кукла, у которой сломался механизм. Джек тоже остался в корабельном отсеке, доедая свой второй бутерброд и осматривая оборудование, хотя я был уверен, что ему просто нравилось копаться в чужих двигателях.

– Не сломай ничего, – предупредил я его на всякий случай.

– Как скажешь, капитан, – ухмыльнулся он и демонстративно похлопал по стене корпуса. – Этот малыш в надежных руках.

Я только покачал головой и направился в рубку. Сел в кресло, включил бортовой компьютер и вбил запрос:

«Система Арксис – население, экосистема, особенности питания».

Спустя пару секунд на экране высветилась информация.

Арксис-3 и Арксис-4 были единственными обитаемыми планетами системы. Первую населяли в основном колонисты, торговцы и ученые, вторую – промышленные рабочие, шахтеры и наемники. Климат на обеих очень враждебный: вечны пыльные бури и кислотные дожди. На Арксис-4 даже ходили слухи о подземных городах, где скрывались какие-то странные мутанты, но официальные отчеты это отрицали.

Я пролистал дальше.

«Жители Арксиса в основном питаются продуктами длительного хранения: вяленым мясом, сушеными фруктами, синтетическими белковыми батончиками. Из-за загрязненной почвы и воды фермерские хозяйства на планетах практически отсутствуют. Естественная пища в дефиците».

Я прищурился. Сушеное мясо… То самое, на которое девица так отреагировала на рынке. Может, она действительно родом оттуда? Или, наоборот, что-то связанное с этим мясом ее травмировало?

Я пролистал еще дальше, пытаясь найти информацию о языках. Большая часть населения говорила на Общем языке, но на Арксисе-4 сохранялся старый диалект, который использовался еще до колонизации. Он был сложным, с кучей щелкающих звуков и почти без гласных. Если девчонка говорила на нем, неудивительно, что я не мог понять ни слова. Вздохнул, запуская руки в волосы.

– Ну, и что мне теперь с тобой делать, а? – пробормотал я, глядя на темный экран.

Я еще раз пробежался глазами по экрану, вчитываясь в информацию про Арксис. Хотелось понять, что за язык там используют, но, кроме расплывчатых упоминаний о древнем диалекте, ничего полезного не нашел. Может, стоит попробовать загрузить образцы речи и сверить с тем, что несла девица? Хотя черта с два я смогу их сопоставить без знаний лингвистики.

В этот момент из коридора раздался голос Джека:

– Кейн, у нас гости. Какие-то типы у корабля. Говорят, что им нужен капитан.

Я тихо выругался. Отбросам вечно что-то нужно. Запчасти, топливо, контрабанда, а чаще всего – просто повод докопаться. В таких местах, как Эктус, нельзя расслабляться.

Я встал, выключил консоль и направился в арсенал. Немного подумав, взял «Грэйв-5» – компактный плазменный пистолет с двойной батареей и режимом перегрева, который прожигал броню и даже некоторые силовые щиты. Хорошая штука. Не громоздкая, но надежная. Засунул его в кобуру на бедре и направился к выходу, прокручивая в голове возможные варианты развития событий.

Когда вышел из корабля, первое, что бросилось в глаза – троица гуманоидов. Они не были людьми, но отличались от нас не так уж сильно: высокие, жилистые, с синеватой кожей, которая отливала металлическим блеском под светом фонарей. Лица вытянутые, скулы резкие, глаза чуть больше человеческих, а зрачки – вертикальные, как у хищников. Одежда практичная, без лишних деталей, но выглядела слишком чисто и дорого для обычных наемников.

Я замедлил шаг, машинально скользя взглядом по их снаряжению. Оружия видно не было, но это ничего не значило. Они заговорили первыми.

– Ты капитан этого судна?

Я кивнул, сложив руки на груди.

– Да. Чего вам надо?

Главный, судя по всему, шагнул вперед. Он был чуть выше меня и смотрел прямо, не выказывая ни агрессии, ни страха.

– Нам нужен твой груз.

Я внутренне напрягся, но снаружи остался невозмутимым.

– Хреновый у вас информатор. Ничего интересного я не везу. Если вам нужны наркотики, ищите в другом месте.

– Нас интересует девушка, которую ты привез.

Я застыл. Голова тут же заработала быстрее, пытаясь сложить пазл. Откуда они знают? Зачем она им? Они даже не уточнили, кто она такая – просто «девушка». Значит, уже в курсе.

– У меня нет никакой девушки, – медленно ответил я, проверяя реакцию.

Главный нахмурился, переглянулся с напарниками и сделал еще шаг ближе.

– Капитан, никому не нужны проблемы. Мы знаем, что она у тебя. Передай ее нам, и мы уйдем.

Я скрипнул зубами. Просто охренительно. Медленно перевел взгляд с одного гуманоидного ублюдка на другого, внимательно отслеживая каждое движение. Они стояли слишком расслабленно, но такое поведение меня ни разу не обманывало – такие, как они, никогда не приходят безоружными.

– И на кой хрен вам эта девчонка? – спросил я, сужая глаза.

Главный не дрогнул.

– Если не хочешь разжечь новую войну в Империи, тебе стоит отдать ее нам прямо сейчас.

Я усмехнулся.

– Ага, а может, мне сразу подписать себе смертный приговор? Вы не сказали, кто вы такие, и зачем она вам. Я не работаю с теми, кто вываливает мне угрозы вместо информации.

Незваный гость сжал губы в тонкую линию, будто решая, стоит ли говорить больше, но в следующий миг его рука рванулась к поясу.

Первый выстрел прозвучал как треск разрываемой материи. Горячий заряд прожег воздух, и я еле успел уйти в сторону, но поздно – вспышка боли пронзила плечо, и я инстинктивно отшатнулся, хватаясь за рану.

– Ублюдки! – рявкнул я, выхватывая «Грэйв-5» и паля в ответ.

Один из гуманоидов дернулся назад, схватившись за бок, но не упал. Я продолжил стрелять, перекатываясь за ближайший контейнер.

– Джек! – заорал я, перекрывая грохот выстрелов. – В корабль! Заводи движки!

Механик не заставил себя ждать. Краем глаза увидел, как он метнулся внутрь, а я продолжил отстреливаться.

Второй выстрел – и еще один из них рухнул, хватаясь за ногу. Но главный был слишком чертовски настойчивым. Он двигался быстро, его пистолет мигал синим огнем, когда стрелял безостановочно, вынуждая меня уходить в глухую оборону. Меткий, сукин сын. Я снова выстрелил, но он увернулся, как будто заранее знал, куда направится мой заряд.

Тепло обожгло воздух рядом с ухом, еще один разряд ударил в корпус корабля, оставляя обугленный след.

– Да чтоб тебя! – ругнулся я, снова выстреливая.

Наконец, мне удалось подстрелить его – заряд зацепил плечо, заставив пошатнуться. Этого момента хватило, чтобы я рванул к трапу, залетел внутрь и тут же ударил по панели, закрывая вход. Металлическая плита со скрежетом захлопнулась, отсекая нас от нападавших.

Я выдохнул, скривившись от боли в плече, и, не теряя времени, побежал на капитанский мостик.

– Взлетаем! – бросил я, прыгая в кресло.

Но Джек не двинулся с места.

– Я не могу.

Я замер, еще не до конца осознавая смысл его слов.

– Чего?

– Я не могу просто так бросить все и удрать в неизвестность.

Я тяжело выдохнул, зарывшись рукой в волосы.

– Черт возьми, нам нужно улетать, пока не стало хуже!

Он колебался, сжимая пальцы в кулаки, но я видел, что друг уже принял решение. Черт бы побрал этот день.

Двигатели ревели, корабль вздрагивал, пробиваясь сквозь атмосферу, а я сжимал рычаг управления, удерживая судно в стабильном положении. Огонь за бортом заливал обзор, система компенсировала перегрузки, но я все равно ощущал вибрацию каждой клеткой тела. Надо было быстрее убраться с проклятой планеты, пока эти гуманоиды не нашли новый способ нас достать.

Когда мы вырвались в космос, двигатель сменил рев на ровное урчание, а датчики показали стабильную орбиту, я вспомнил, что чертова девчонка тоже была на борту.

– Девица! – рявкнул я, резко поворачиваясь к Джеку.

Он поднял брови.

– Что?

– Она пристегнулась?

Джек сначала задумался, а потом беспечно пожал плечами.

– Без понятия.

Вот же дерьмо. Я стиснул зубы, поднялся, тут же чувствуя, как отозвалась боль в плече, но мне было не до этого.

– Следи за курсом, – бросил я, выходя из кабины, и быстрым шагом направился по коридору.

Дверь в ее каюту распахнулась от удара ладони. Пусто. Сжимая плечо, я шагнул назад, осматривая коридор. Дверь в другую каюту была открыта. Вошёл туда и наконец увидел девчонку. Она сидела в кресле, пристегнутая, но по виду можно было сказать, что взлет дался ей чертовски тяжело. Лицо бледное, волосы липли ко лбу, губы приоткрыты, дыхание тяжелое. По вискам стекали капли пота.

Я скрестил руки на груди, оперся о косяк двери и нахмурился.

– Значит, догадалась пристегнуться. Прогресс на лицо, поздравляю.

Она подняла на меня темные, внимательные глаза, но, разумеется, ничего не ответила. Я медленно выдохнул, подавляя раздражение.

– Эти ублюдки хотели тебя.

Я провел рукой по лицу, уже собираясь развернуться, но тут рабыня внезапно подняла руку и указала на мое плечо. Я моргнул, перевел взгляд на рубашку. Темное пятно крови расползалось по ткани.

– А, это? – я хмыкнул, качнув головой. – Не переживай, бывало и хуже.

Я почувствовал, как плечо снова саднит, и подавил болезненный стон, когда двинул рукой.

– Ладно, пора что-то с этим сделать.

Развернувшись, я направился в ванную, зная, что чем дольше буду тянуть, тем больше крови потеряю. Включил яркий свет и, скрипнув зубами, расстегнул рубашку. Материя липла к коже, ткань пропиталась кровью, и стоило мне дернуть сильнее, как в плечо будто вонзили десяток игл.

– Дерьмо, – выдохнул я сквозь зубы и отбросил испорченную рубашку на раковину.

В зеркале отражался взъерошенный, усталый, хмурый взгляд и открытая рана на плече. Выглядело это не так уж страшно, но боль была мерзкая, противная, как будто по плечу прошлись раскаленным лезвием. Хорошо, что пуля не застряла, просто задела кожу и вышла насквозь, иначе пришлось бы ковыряться в мясе самому, а это последнее, чем мне хотелось заниматься.

Я достал из аптечки дезинфектор, намочил кусок ткани и сжал зубы, готовясь к самому неприятному. Как только прижал тряпку к ране, боль вспыхнула с новой силой, будто по нервам пробежались электрические разряды. Я выругался, дернулся, но все же выдержал, пока кровь не перестала сочиться. Рядом стояла чистая вода. Я зачерпнул ее рукой, плеснул на плечо, смывая остатки крови. Капли стекали по коже, оставляя влажные разводы, но я даже не успел потянуться за бинтами, как в проходе мелькнула тень.

Повернул голову и наткнулся взглядом на девицу.

– Ты какого черта тут делаешь? – рыкнул я, но сил вкладывать в голос злость уже не было.

Она просто стояла и смотрела. Потом подняла руку и ткнула пальцем в мое плечо. Я закатил глаза.

– Да, да, я ранен, спасибо, что сообщила, а то сам бы не догадался.

Девушка не отреагировала на сарказм, но и не ушла. Я тяжело вздохнул и отвернулся, собираясь заняться перевязкой, но почувствовал, как она вдруг шагнула ближе. Я прищурился, глядя на нее через зеркало.

– Чего надо? – настороженно спросил я.

Рабыня не ответила, но двинулась еще ближе, а потом протянула руку и осторожно коснулась моего плеча.

Я едва не отшатнулся.

– Не трогай, – возмутился я, но она будто не слышала.

Тонкие пальцы прошлись вокруг раны, мягко, осторожно, изучая, а потом она убрала руку и огляделась, будто что-то искала. Я следил за ней в недоумении. Девчонка подошла к полке, нашла чистый кусок ткани, затем взяла бутылку с водой и пропитала ткань. После этого снова вернулась ко мне и, прежде чем я успел что-то сказать, аккуратно приложила влажную тряпку к ране. Я дернулся, но на этот раз не от боли, а от неожиданности.

– Чего творишь? – подозрительно спросил я, но она только нахмурилась, будто решала сложную задачу.

Ткань была прохладной, и, черт возьми, это действительно немного облегчило жгучую боль. Я ожидал чего угодно – что девица будет дрожать от страха, что снова впадет в ступор или сбежит обратно в свою каюту, но вот чтобы она решила помочь – такого я точно не предвидел.

Она продолжала держать ткань на ране, а потом начала что-то шептать. Её голос был тихим, размеренным, с непривычной для меня интонацией. Низкий, плавный, почти убаюкивающий. Слова лились без остановки, и хотя я не понимал ни единого, было в этом что-то странное.

– Это что, заклинание? Или заговор от боли? – усмехнулся я.

Девушка не подняла головы, продолжая шептать.

– Надо же, – покачал головой, усмехаясь. – Может, ты ведьма? Надо было сразу тебя проверять, а то вдруг ночью проклятие какое наложишь.

Она даже ухом не повела, словно вообще не слышала меня. Я хмыкнул, но наблюдал дальше. Девчонка закончила шептать, убрала влажную ткань и снова принялась что-то делать. Её пальцы ловко разобрали аптечку, будто она прекрасно знала, что ищет. Нашла бинты, достала небольшой пузырёк с заживляющей мазью и, не спрашивая, принялась осторожно размазывать её по коже. Ещё недавно она боялась меня, шарахалась, как дикое животное, а теперь стоит тут и спокойно возится с моей раной, будто всю жизнь только этим и занималась.

– Ты хоть понимаешь, что делаешь? – всё-таки спросил я, но мой груз снова никак не отреагировал.

Девушка продолжила дело, аккуратно перевязав плечо. Действовала ловко, быстро, и я поймал себя на мысли, что боль действительно начала отступать.

– Ладно, ведьма, я признаю, твои заклинания работают, – фыркнул я, но она лишь молча закончила перевязку и отступила.

Я смотрел на свою повязку, всё ещё пытаясь осознать, что только что произошло. Боль почти ушла – только ноющая тяжесть напоминала о недавней перестрелке. Честно говоря, я ожидал, что после моего небрежного обеззараживания плечо будет гореть, но нет. Эта девица умудрилась сделать всё быстро и без лишней суеты.

Я поднял голову. Она стояла передо мной, выжидающе глядя, будто ждала дальнейших указаний. Не шевелилась, не моргала, даже дыхание было таким тихим, что если бы не её присутствие в поле зрения, я бы усомнился, что она вообще здесь.

– Всё?

Девчонка ничего не ответила. Конечно, черта с два она ответит.

– Не высовывайся. На обед я тебя позову. Вдруг ещё осталась та чёртова каша, от которой ты так балдеешь, – пробурчал я, выходя в коридор.

Оставляя рабыню позади, я направился к капитанскому мостику, размышляя о случившемся. Я не поблагодарил. Почему? Да потому что не привык. Но внутри всё равно грызло какое-то странное чувство. Эта девица определённо была не такой, как другие.

На мостике Джек, который, конечно же, никуда не делся, тут же вскинул голову, завидев меня.

– Ты как? – в его голосе слышалась искренняя тревога, хоть он и пытался её скрыть за привычной лёгкостью.

– Жить буду, – ответил я.

Я сел в кресло и откинулся назад, устало прикрыв глаза. Рана почти не ныла, что само по себе уже странно. Казалось, девица реально что-то сделала, но разбираться в этом не было ни сил, ни желания.

– Чёрт возьми, что за день… – пробормотал я, выдыхая.

Джек даже секунды не выждал перед тем, как встрять:

– Эта девушка до сих пор молчит? Неужели даже слова не ляпнула?

Я скептически посмотрел на друга.

– Ни черта.

– Совсем? Даже не бормочет ничего на своём языке?

Я мотнул головой.

– Только когда перевязывала, что-то себе под нос шептала. Будто заклинание.

– Может, её специально учили этим штукам. Как там эти ублюдки любят? Чтоб ласковая, покорная, ручками нежно касалась, знала, куда жать, чтоб угодить…

Я поморщился.

– Что-то не вяжется. Если бы она была просто куклой для утех, на кой хрен за ней гоняются эти синемордые? Они прямо сказали, что из-за нее может начаться война.

Механик присвистнул.

– Да ну нахер, какая война?

– Вот и я про то же. Мне с самого начала не понравился этот заказ.

– Ладно, допустим, – протянул Джек, почесав подбородок, – но ты вообще хоть знаешь, куда её везёшь?

Я молча протянул руку к консоли, вывел координаты и ткнул пальцем в голографическую карту.

– Назирея.

Джек присвистнул.

– Серьёзно?

Я кивнул, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди.

– Никогда там не был, но наслышан. Это планета элиты Империи. Рай для богачей. Контроль, уровень жизни – всё на запредельном уровне. Там к каждому дереву, наверное, приставлена охрана.

Механик хмыкнул.

– И кто же у нас такой богатенький, что может себе позволить рабыню, за которую готовы стрелять какие-то синие ублюдки?

– Имя мне не назвали.

Джек посмотрел на меня как на идиота.

– То есть, ты даже не знаешь, кому её везёшь?

– Зато знаю, что этот кто-то очень важный хрен.

Джек покачал головой, усмехаясь.

– Ты ведь сам понимаешь, насколько всё это дерьмово звучит?

– А что, по-твоему, я должен был сделать? Отказаться от контракта, лишиться кучи кредитов и оставить её у себя на борту? Ага, конечно. Мы оба знаем, что так не работает.

Джек пожал плечами.

– Может, и так. Но эта история начинает вонять с каждого угла.

На меня как будто свалилась целая планета. Каждая мышца ныла, плечо саднило, а мысли путались от всего этого дерьма, в которое я вляпался. Джек тоже выглядел так, словно его пару раз прокатили под шасси грузового судна. Он потер шею и зевнул, не особо скрывая свою сонливость.

– Я бы сейчас за нормальную кровать душу продал, – пробормотал он.

Я только хмыкнул, проверяя показатели корабля. Всё работало в штатном режиме, гипердвигатель держал курс, системы безопасности не сигналили об угрозах. Хотя бы на этот раз техника не пыталась нас подвести.

– Ладно, – сказал я, поднимаясь, – проверим всё ещё разок, а потом можно и отдохнуть.

Джек не спорил. Мы быстро прошлись по основным отсекам, убедились, что всё закрыто, системы работают как надо, топлива хватает, и только после этого разошлись по койкам. Но прежде чем завалиться спать, я решил заглянуть к девице.

Дверь каюты скользнула в сторону, впуская меня внутрь. В свете коридора я разглядел, как она лежит на койке, укутанная в одеяло, с головой спрятавшись в складках ткани.

– Эй, – негромко позвал я, держа в руках контейнер с той самой кашей, которую она, кажется, могла есть. – Может, поешь, а?

Рабыня даже не открыла глаз. Только тихо вздохнула и отрицательно покачала головой. Я скривился, понимая, что смысла настаивать нет.

– Как хочешь, – буркнул я, выключая свет в каюте. – Умрёшь с голоду – сама виновата.

Дверь за мной закрылась, и я отправился к себе. Завалился на койку, устало выдохнул и провалился в долгожданный сон, надеясь хотя бы пару часов не думать обо всех этих проблемах.

Глава 3

Я проснулся резко, словно кто-то дёрнул меня из сна за шкирку. В груди ещё тяжело отдавалось бешеное сердцебиение, тело было напряжено, а пальцы сами собой сжались, будто я держал оружие даже во сне. Голова всё ещё затуманена, мысли путались, но слух уже уловил посторонний звук.

Я резко сел на койке, вслушиваясь. Тишина. Только мерное гудение корабельных систем, отдалённый гул генераторов, привычный скрип обшивки, который я мог бы узнать даже во сне. Но что-то не так.

Я протянул руку к «Грэйву», лежащему на тумбочке, и только когда ладонь легла на рукоять, понял, что за шум меня разбудил. Это не сигнал тревоги, не сбой в системах, не шаги чужаков на борту. Это был… плач.

Тихий, едва различимый, но точно женский.

Я сощурился и провёл рукой по лицу, пытаясь окончательно проснуться. Плач то затихал, то снова нарастал, переходя в короткие всхлипы, будто кто-то старался сдержаться, но не мог.

Джек? Нет, если бы с ним что-то было, он бы давно уже орал мне в коммуникатор. Да и голос явно не его. Значит, только одна кандидатура.

– Да твою ж… – пробормотал я и скинул ноги с койки. Пол был холодный, но это только помогло проснуться быстрее.

Я сунул пистолет в кобуру, на всякий случай, и быстрыми шагами направился к её каюте. Дверь открылась тихо, впуская меня в темноту.

Девица лежала на койке, свернувшись, словно пытаясь спрятаться от чего-то даже во сне. Тело дрожало, лицо напряжено. Всхлипы были тихими, рваными, будто она силилась сдерживаться, но не могла.