Читать книгу Гравитация времени (Станислав Гущенко) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Гравитация времени
Гравитация времени
Оценить:

5

Полная версия:

Гравитация времени

— Спасибо, — сухо бросил Дмитрий.

— В общем, захочешь — позвонишь…

Оля оглядела себя в зеркале и снова повернулась к мужу.

— Так, ладно! Котлеты у вас есть, макароны сами сварите. На ужин можете пельмени… Мы за городом, так что связи, скорее всего, не будет. Как смогу — позвоню!

Из гостиной высунулся Максимка.

— Сынок, там в морозилке мороженое тебе, с шоколадом! — лицо Оли смягчилось.

— Хорошо, мама!

— Все, пока! Буду завтра вечером, приеду на такси.

— Пока! — хором отозвались Дмитрий и Максимка.

Дверь за Олей захлопнулась, оставив квартиру в тишине предстоящих выходных.



Падение


…Тогда двор выглядел почти так же. Только стойки для сушки белья были еще новые и стояли ровно, да детские снаряды на площадке были попроще и грубее. А вместо плотных рядов автомобилей лишь одинокие «Жигули» второй модели возле одного дома, да старенькая «Волга» ГАЗ-21 у другого поблескивали хромом на солнце. И дерево… Большой каштан в центре двора тогда казался исполином — куда более раскидистым, густым, живым.

Вот и в тот самый день его крона нависала, словно огромный зеленый шатер, над собравшейся вокруг него дворовой ребятней. Головы детей были задраны вверх, их взгляды были устремлены в одну точку.

На тонкой ветке, росшей почти параллельно земле, сидела кошка Дуська. На шее у нее болтался ошейник со шлейкой, поводок беспомощно свисал вниз, как лиана, не достигая земли.

В толпе под деревом среди прочих выделялась Маринка. Она нервно переминалась, сцепив беспокойные руки. В ее больших глазах застыло выражение детской беспомощности и отчаяния.

— Дуся, Дуся! Кс-кс-кс! — звала она, иногда пытаясь подпрыгнуть и тщетно пробуя дотянуться до свисающего поводка. — Ну что ты там засела!..

Ромка и Синий стояли рядом, оценивающе наблюдая эту сцену.

— Лезть не вариант, ветка слишком тонкая, — авторитетно заявил Синий, щурясь на солнце.

— Да-а… — протянул Ромка. — Это только если пожарную лестницу сюда!

Димка стоял чуть в стороне. Он переводил взгляд с друзей на Маринку, которая растерянно оглядывалась по сторонам, будто надеялась увидеть эту самую лестницу, выросшую прямо из асфальта.

— Ну, Дуся!.. — голос девочки дрожал. — Блин, что же делать!

Димка выдохнул и решительно двинулся к дереву. Подойдя к шершавому стволу, он ловко подпрыгнул на толстую нижнюю ветвь, уцепившись за нижние сучья, и стал взбираться вверх по стволу.

— Димон, да ты не достанешь! Харэ! — крикнул снизу Ромка.

— Да не выдержит она тебя, навернёшься! — предупредил Синий.

Но Димка всё карабкался выше. Добравшись до опасной ветки, он осторожно навалился на нее, протягивая свободную руку к перепуганной Дусе. Димка максимально вытянул руку, пальцы почти коснулись вздыбленной шерсти кошки…

Сухой, громкий треск разрезал повисшую на миг тишину. Ветка словно вздохнула и отвесно отогнулась вниз, как опавшая стрелка часов.

Мир в глазах Димки перевернулся. Удар о землю выбил воздух из легких, но сразу после него вокруг грянул взрыв смеха. Димка лежал на спине, моргая и пытаясь сфокусировать взгляд — глаза почему-то сразу стали предательски мокрыми. Над ним нависли лица друзей на фоне голубого неба. Смех быстро утих, лица стали обеспокоенными.

— Ну, ты даешь, Димон! — присвистнул Ромка.

— Я ж говорил, тонкая… — с укором сказал Синий.

— Ты встать-то можешь? — Ромка протянул руку. — Димон… На, держи руку… Вставай потихоньку… Так-так, встаем-встаем…



Фото, которого не было


Дмитрий открыл глаза не сразу. Сквозь ресницы розовато пробивался солнечный свет, постепенно приходило осознание утра. Он полежал минуту, вслушиваясь в тишину квартиры, потом медленно сел. Провел ладонями по волосам, словно пытаясь уложить свои мысли и эмоций, пережитые в сновидении.

Наконец встал, поправил майку и босиком вышел в прихожую. Приоткрыл дверь в детскую: Максимка спал, уткнувшись носом в подушку.

— Максимус… — негромко позвал Дмитрий. — Идешь завтракать?

Сын потянулся, открывая глаза.

— Ага!


***


На кухне из маленького телевизора, висевшего на стене, кто-то убедительно вещал:

«…И вы понимаете, в чем подвох! Сначала у людей изъяли все сбережения в начале девяностых… А потом раздали голодным людям эти бумажки — ваучеры… Мол, вот ваш кусочек общей собственности…»

На экране в каком-то ток-шоу выступал человек, очень похожий на финансового деятеля девяностых Сергея Мавроди:

«Ну, люди, конечно, обменяли эти ваучеры на водку и колба-су!.. Фигня это, а не приватизация…»

Дмитрий и Максимка сидели за столом, перед ними дымились чашки с чаем. Дмитрий листал свою старую желтую тетрадку — в ней были какие-то странные рисунки: большой бублик посреди поля с деревьями, расходящиеся лучи, человечки и даже гаражи. Напротив за столом Максимка перебирал черно-белые фотографии, раскладывая их на столе веером, как карты.

— Пап, а с твоим кружком что будет?

— А что с кружком… — Дмитрий не отрывался от тетрадки. — Нет его больше… Там и так три человека оставалось из двенадцати. А летом и эти бы ушли…

— А новый не будешь открывать?

— Новый… — Дмитрий усмехнулся, закрывая тетрадку. — Да зачем его открывать! Все, детки выросли… Пора, видно, и мне тоже!

Он поморщился и потер глаз.

— Блин, не могу понять — в глаз что-то попало, что ли…

Дмитрий встал и прошел в прихожую. Подойдя к зеркалу, он часто заморгал, пытаясь поймать взглядом соринку.

— Вот собака, зацепилась… — пробормотал Дмитрий, оттягивая веко.

Максимка подошел следом, держа в руке одну из фотографий.

— Пап, это же ты?

Дмитрий взял снимок, проморгался, вглядываясь.

На черно-белом фото на фоне ковра стояли мальчик лет двенадцати в спортивной олимпийке и мужчина в пиджаке.

— Я с отцом, — кивнул Дмитрий. — Смотри-ка, я тут прямо модный — в «Пуме»…

— В какой «Пуме»?

— Да костюм тогда родителям заказали из Югославии — «Пума». Новый, импортный. ФирмА, как тогда говорили. — Дмитрий усмехнулся. — А я и не носил его почти…

— А почему?

— Стеснялся! — Дмитрий пожал плечами. — Одевался попроще, чтоб не раздражать других…

— А сколько тебе здесь лет?

Дмитрий вставил фотографию в уголок зеркала. Теперь в зеркале были видны сразу две пары лиц: Дмитрий и Максимка в отражении и маленький Димка со своим отцом на фото. Те и другие словно смотрели друг на друга сквозь время.

— Сколько мне здесь лет? — Дмитрий помолчал. — Лет двенадцать. Как тебе сейчас.

— А это кто с дедушкой? — Максимка протянул другую фотографию. — Ты так и не сказал…

Дмитрий взял снимок. На нем были двое молодых мужчин лет по двадцать пять. Они стояли возле проходной, над которой висела вывеска: «Научно-исследовательский институт физики тонких энергий (НИИФТЭ) г. Протонск. Минсредмаш СССР».

— Это? — переспросил Дмитрий. — Это отец, а рядом его друг… Они когда-то вместе работали в НИИ.





Без пяти минут «нобелевка»


Вывеска НИИФТЭ с советским гербом выглядела на проходной монументально и строго, словно высеченная из гранита. Внутри же всё выглядело более прозаично, по-деловому.

В лаборатории, где воздух был густым от запаха озона, столы были завалены бумагами и повсюду стояли чашки со следами выпитого кофе. Суровцев стоял у стола, скрестив руки на груди, задумчиво нахмурившись. Рядом сидел Паша.

— …Или я совсем "ку-ку", или засветка потока возникла на долю секунды раньше, чем я ее запустил… — Суровцев перевел взгляд на Пашу. — Да, Паша, странные эти протоны… Очень странные… Надеюсь, завтра, когда разгоним их на полную и выведем поток наружу, картина станет яснее…

Паша поднял глаза к потолку с деланно серьезным видом.

— Евгений Петрович, у вас смокинг есть?

— Смокинг? — Суровцев удивленно вскинул бровь. — Зачем?

— Да просто тут «нобелевкой» попахивает…

Суровцев лишь покачал головой, скептически дернув уголками губ.

— Для «нобелевки», Паша, надо понять, с чем мы имеем дело… А до этого еще далеко. Нам сейчас главное ускоритель не повредить — с гравитацией, как ты уже понял, шутки плохи…

Он повернулся к окну. За стеклом виднелась большая бетонная дуга ускорителя, а дальше, за ней — спокойная гладь пруда.

— Да, надо бы потолковать с Серегой на досуге… — задумчиво произнес Суровцев.

— Вы ж говорите, к нему жена не подпускает… — заметил Паша.

— По субботам он всегда на гараже… отдыхает! — Суровцев кивнул в сторону окна. — Там жены нет…

Его взгляд скользнул через пруд, на противоположный берег, где виднелись ровные ряды кирпичных коробочек гаражного кооператива. Откуда-то ветер доносил едва различимые звуки песни:


«За той рекой, за той берёзкой

Стоял тогда косматый лес…»





Артефакты из старого гаража


«За той зарёй, за той полоской

Спустилась ночь, а день исчез»,


— звучала на ретро-волне песня Александра Барыкина в машине Дмитрия, медленно катившейся по гаражному кооперативу.

Ряды кирпичных гаражей тянулись почти вплоть до камышей, за которыми виднелся берег пруда. Один гараж выделялся особой заброшенностью — поржавевшие ворота, въезд, заросший травой и кустами. На воротах белой краской из баллончика было выведено: «КУПЛЮ».

Дмитрий выключил радио и повернулся к Максимке.

— А вот и наш…

Машина остановилась, они вышли и подошли к гаражу.

— Так, ну что, попробуем открыть! — Дмитрий достал из кармана связку ключей, громко звякнувшую в утренней тишине. — Наверное, заржавело все…

Придавив дверь плечом, он провернул замок, затем дернул створку ворот на себя. Та со скрипом поддалась. Изнутри пахнуло сыростью, пылью и временем. Паутина свисала с потолка седыми клоками.

— Посмотрим, что у нас тут! — Дмитрий шагнул в полумрак.

Максимка последовал за отцом. Дмитрий нашел рубильник, щелкнул им. Под потолком зажглась лампочка.

— Ох ты, работает!..

Свет выхватил из мрака хаотично нагроможденные старые вещи советских времен: мебель, ржавый электрокамин, велосипед, и прочий трудно определяемый хлам.

— О, пап, смотри! — воскликнул Максимка. — Это же пластинки?

Дмитрий обернулся — сын стоял возле стопки виниловых дисков.

— Да, пластинки…

— Круто! А они сейчас работают?

— Работают, что им сделается! — Дмитрий оглядывался по сторонам. — Тут где-то и патефон должен быть…

Максимка взял несколько пластинок и отошел ближе к солнечному свету, разглядывая обложки. Взгляд Дмитрия упал в угол, где стояло что-то прямоугольное, укрытое клеенкой. Он убрал клеенку — под ней обнаружилась двухкассетная магнитола SONY со встроенными электронными часами. Дмитрий сдул пыль, всматриваясь в знакомые очертания. В памяти вспыхнули воспоминания…


…Та же, только совсем новенькая двухкассетная магнитола SONY. На ее часах высвечивается 7:59. Цифры меняются на 8:00, и тут же автоматически включается радио. Звучат позывные детской передачи.

— В Москве – восемь часов утра. В эфире – «Пионерская зорька»! Здравствуйте, ребята!

Димка тянется рукой и вместо радио включает кассету. Комнату сразу заполняет ритмичная мелодия песни C.C. Catch — ‘Cause You Are Young’.


— Пап! — голос Максимки вернул Дмитрия в реальность. — Это что, радио?

Дмитрий моргнул. В руках он держал магнитолу. Отзвуки песни из прошлого эхом оседали в тишине гаража.

— Магнитофон, «Сонька»… — Дмитрий с уважением похлопал аппарат по корпусу. — Крутая вещь была в свое время… Тысячу рублей за нее тогда отдали! Часы, таймер, будильник. Только батарейку в часы надо вставить…

Дмитрий нашел розетку на щитке, воткнул вилку. Выдвинул антенну, тронул рычажок питания. Индикатор вспыхнул красным огоньком — и сразу динамик ожил, зашипев. Дмитрий стал медленно крутить колесико поиска частот, пока из магнитолы не донесся голос диктора, рассказывающего о погоде.

— Прикольно! — Максимка тоже покрутил колесико настройки. Дмитрий предоставил магнитолу сыну и отошел вглубь гаража. Он начал разгребать завалы в дальнем углу, где громоздились лишь темные очертания предметов. Через минуту он появился у входа, волоча что-то большое, бурое и бесформенное. Не без усилий он перетащил находку через порог и бросил на землю прямо перед воротами.

— Вот! Смотри, что нашел.

Максимка оставил магнитолу и тоже вышел из гаража.

— Что это?

— А сам как думаешь…

Дмитрий присел на корточки и начал расправлять смятую резину. Постепенно, словно возрождаясь из небытия, вещь принимала свои родные очертания — перед ними лежала резиновая лодка.



Назадачливые мореходы


Солнце стояло высоко, отражаясь в воде тысячами ослепительных бликов. Новенькая зеленая надувная лодка плавными толчками двигалась по глади пруда, движимая неумелыми, но энергичными взмахами весел. В ней сидели двое: Димка, напротив которого щурил один глаз на солнце его сосед по двору Вадька — мальчишка лет 11-ти.

— Слушай, на нее ж можно мотор поставить! — Вадька оценивающе оглядел лодку.

— Можно, наверное… — задумчиво протянул Димка. — Только где его взять?

— Ну, батя купит!

— Ага… Купит! — Димка усмехнулся. — Очень ему надо… Он и лодку-то эту не просил — ему ее на работе подарили всем отделом…

— Ну, ты будешь плавать… — Вадька прищурился другим глазом. — Вот вырастешь и моторку из нее сделаешь…

— Да я бы ее лучше на мопед поменял.

— Мопед — тоже хорошо!

— Или дождусь, когда шестнадцать стукнет… — мечтательно произнес Димка. — У меня на сберкнижке как раз две тысячи будет. Я тогда сразу себе «Яву» возьму… нулёвую!

— Да, ты уже говорил… — Вадька вздохнул. — А мне вот предки ничего не копят! Ну, может мать чё-то там, в чулке…

Димка вдруг увидел торчащий из воды ржавый швеллер.

— Ох, ты, еханый бабай! Железяка! Тормози!

Он попытался остановить лодку веслом, но было поздно. Лодка по инерции уткнулась во железку, ее начало разворачивать. Раздался противный скрипящий звук.

— Чё это? — встревожился Вадька.

Димка заглянул за борт.

— По ходу, напоролись на штырь… Вот косяк!

Оба мальчика наклонились над водой, затаив дыхание. В воде возле резинового борта поднимались пузырьки воздуха — первое плавание вышло неудачным.



Прошлое наяву


Тишину гаражного проезда нарушил шум приближавшейся машины. Вот легковушка показалась из-за гаражей, плавно подкатила к Дмитрию и Максимке и замерла. Стекло опустилось — за рулем сидел мужчина лет сорока, Вадим. Рядом с ним сидел его сын Даник.

— Где бы мы еще встретились! Деметриус! — бодро воскликнул Вадим.

— Здоров! — отозвался Дмитрий.

Вадим вышел из машины.

— Чего это тебя потянуло к истокам?

Они пожали друг другу руки. Даник тоже вышел и подошел к Максимке.

— Да вот, решил заехать… — Дмитрий развел руками. — Сто лет уже не был здесь… А тебя каким ветром?

— Да отцу забожилось новый ламинат положить… А у меня электролобзик тут, в гараже. По ходу, сам же его и переложу — так быстрее будет…

Вадим кивнул на стоявшую на пороге гаража «Соньку», из которой тихо бормотало радио.

— Раскопали раритет?

— Ага… Живая, видишь!

— А это что за корабль? — Вадим присел на корточки возле лодки, щурясь от солнца.

— Ну как же — не припоминаешь?

Вадим наморщил лоб и вдруг расплылся в удивленной улыбке.

— Подожди! Это что, та самая лодка?

— Ага… У нас другой не было!

— А что с ней? — поинтересовался подошедший Даник. — Вы на ней плавали?

— О, да! — Вадим хохотнул. — Только недолго!

Дмитрий тоже присел рядом, проведя рукой по изломанной сгибами поверхности.

— Я думал, она уже истлела давно! — Вадим пощупал резину. — Слушай, да она еще ничего! Хоть сейчас в море!

— Да, только пробоина так и осталась, — заметил Дмитрий.

— А, вот она! Офигеть! — Вадим осматривал порез. — А что, вы ее так и не заклеили?

— Да кто бы ее клеил… На ней больше никто не плавал.

— С ума сойти… — Вадим поднялся. — Да, прямо капсула времени! Слушай, у меня здесь ремкомплект велосипедный… Есть чего-нибудь тяжелое? Прижать заплатку надо.

— В гараже вроде гиря была…

Дмитрий ушел внутрь гаража, а Вадим подошел к машине, открыл багажник и стал рыться. Дмитрий вернулся со старой ржавой гирей и поставил ее возле лодки.

— Слушай, чего там Данька говорит… — спросил Вадим, подходя с инструментами. — Сгорел твой кружок?

— Да так… — Дмитрий махнул рукой, стараясь звучать безразлично. — Чуть погорел чисто символически и перестал.

— Директриса, что ли?

— Ну а чего я хотел! — Дмитрий пожал плечами. — Комнатка удобная, выход сразу на улицу — долго пустовать не будет…

— Вот же старая крыса… — пробормотал Вадим.

Он склонился над лодкой с ремкомплектом. К Дмитрию подошел Максимка, держа в руках пластинку Led Zeppelin с изображением дирижабля.

— Пап, смотри — дирижабль!

Дмитрий взял пластинку, проведя ладонью по пыльной обложке.

— Ну вот, минут пять-десять, и схватится… — Вадим поднялся и сделал шаг к Дмитрию. — О, винил! Передача «Крутятся диски!»…

Максимка снова скрылся в гараже. Обратно он появился, со старым велосипедом «Салют». Катил он его на единственном уцелевшем заднем колесе, придерживая руль повыше — на передней вилке болтались остатки второго колеса.

— Пап, смотри, чё нашел! Он почти целый! Только переднее колесо починить…

— О-о, у меня такой же был! — Вадим подошел к Максимке. — Только я его уже сдал давно на металлолом!

Дмитрий пристально глядел на велосипед. В голове снова вспыхнули обрывки воспоминаний.


…Покореженный велосипед под задними колесами большого и страшного самосвала… Испачканная грязью рубашка, беспомощно торчащий кусок ее ткани между скатами… Валяющийся на асфальте катафот, треснувший пополам, и детская сандалия… И тонкая, ярко алая струйка, вытекающая из-под колес на серый асфальт…



Обрывки памяти


На бумажной импровизированной скатерти алело пятно от кетчупа. Пахло дымом и жареными сосисками. Походный раскладной столик был уставлен тарелками, приправами, вилками. За ним сидели Дмитрий, Вадим, Максимка и Даник.

Рядом тлели угли в мангале, выпуская в небо тонкие струйки дыма, а из портативной колонки тихо лилась музыка.


«Боже, как давно это было,

Помнит только мутной реки вода!

Время, когда радость меня любила

Больше не вернуть ни за что, никогда!»


— Кстати, сегодня у отца годовщина… — вдруг произнес Дмитрий, откладывая вилку. Голос его звучал тише обычного. Вадим поднял глаза.

— У дяди Сережи? Прямо сегодня?

— Да! Ровно четырнадцать лет, как… — Дмитрий печально смотрел в сторону.

— Во время летит! И людей уносит… — Вадим покачал головой.

— Уносит… — эхом отозвался Дмитрий. Он помолчал, глядя себе под ноги, потом поднял голову. — А помнишь пацана с 13-го дома, который под КамАЗ попал?

Вадим покачал головой.

— Под «КрАЗ»! Этот, как его… Вова… Сахно!

— Да, Сахно!

— Он из рощи на велике вылетел и под задний мост попал. Его там и зажевало… — Вадим хмыкнул. — А с водилы и спроса нет — задний мост он не видит!

— Да, этого Вову тогда только по велику и узнали! — Дмитрий задумался, глядя в одну точку. — Это ведь каждый мог оказаться на его месте.

— Не-е, от судьбы не уйдешь! — мотнул головой Вадим. — Значит, так ему на роду было написано!

— Может быть…

Вадим оживился.

— А помнишь, он простыню из дома вынес, для киномеханика? — улыбка тронула его лицо. — А ее потом собаки порвали, когда во дворе кино собирались показывать!

Лицо Дмитрия посветлело.

— Кино помню! Там в основном мультики крутили…

— Ага! А помнишь, прям во время сеанса НЛО появилось?

Дмитрий удивленно вскинул брови.

— НЛО?

— Ну да, шар такой разноцветный в небе — весь двор его видел! Еще потом спорили, глюки это были или нет!

— А, да, шар помню! — Дмитрий кивнул скорее не собеседнику, а своим воспоминаниям. — Кстати, давно уже никаких НЛО не было… Странно, да? А тогда постоянно что-то видели…

— Да это просто народу тогда с голодухи все мерещилось… — усмехнулся Вадим. — Массовые галлюцинации!

Он встал из-за стола, подошел к надутой лодке, лежащей на берегу пруда, присел на корточки и постучал по борту. Резина звучала упруго.

— Смотри, Димыч, наша заплаточка прижилась! Тряхнем стариной?

— Да можно!

— Отлично! — Вадим повернулся к мальчикам. — Ну что, молодежь! Мы сначала с дядей Димой протестируем корабль — а потом уже с вами!

— Хорошо! — кивнул Максимка.

Данька вопросительно посмотрел на отца.

— Пап, а вы надолго?

Вадим небрежно потрепал сына по голове.

— Да мы только туда и обратно!

Дмитрий подошел к лодке, неся весла. Мужчины подняли лодку с двух бортов и понесли к пруду.



Тоннель времени


Гигантское бетонное кольцо заброшенного ускорителя выглядело как памятник ушедшей эпохе, постепенно сдающий позиции дикой природе. Наполовину скрытый под землей, свод ускорителя по всей своей длине порос кустарником и молодыми деревцами. На его фоне виднелось здание института — а еще дальше темнела сплошная стена леса.

Из трещины на бетонной оболочке пробивался небольшой кустик. Его листики тихонько трепетали под дуновением ветра. Порыв ветра вроде утих, но листья продолжали дрожать — теперь уже странной мелкой дрожью, словно напуганные чем-то.

Вибрация нарастала, и вот уже с поверхности бетона в некоторых местах начал потихоньку осыпаться песок. Послышался шорох, а затем и едва различимый гул, идущий словно из-под земли. Пыль поднималась маленьким серым облачком над старой трещиной свода.

А чуть дальше, за бетонным кольцом, за порослью травы и камыша спокойно блестела на солнце гладь пруда.


***


Вода была спокойной, лишь весла ритмично нарушали ее гладь, оставляя за собой расходящиеся круги. Вадим и Дмитрий сидели напротив друг друга в зеленой резиновой лодке — один на носу, другой на корме. Вокруг стояла такая тишина, что казалось, будто время здесь застыло.

— Эх, благодать! — Вадим огляделся, глубоко вдыхая воздух. — Надо было нам раньше так выбраться.

— Да, не говори! — отозвался Дмитрий. — Я уже так отвык от тишины…

— Интересно, здесь рыба водится? Раньше точно водилась!

— Кошачья радость, а не рыба! — усмехнулся Дмитрий. — Просто раньше в магазине свежей не было, потому и ловили!

bannerbanner