Ихмариновый кренест

Дион приподнял одеяло. На нём была лёгкая рубашка и свободные штаны. От церемониального одеяния осталась только шпилька, лежавшая на прикроватной тумбочке – там, где он вчера её положил. Дион с трудом сосредоточился на том моменте, когда его принесли в комнату. В голове всплыл диалог Лайл и начальника драконьей гвардии. Служанка назвала его господином Фаллетом. Потом как она попросила его вытащить шпильку. Дион протянул руку и взял украшение.

Длинная, почти в полторы его ладони, с массивным, богато украшенным навершием, в центре которого особенно выделялся дымчато-фиолетовый камень, шпилька выглядела очень древней. Дион подумал, что его дед точно смог бы определить эпоху создания. Сам юноша разбирался в таких вещах не слишком хорошо. Дион вращал в пальцах заколку, с каждым поворотом ему всё больше начинало казаться, что рисунок из переплетённых тонких нитей в навершии постоянно меняется. Иногда он выстраивался в почти различимые знаки, иногда становился похож на горный пейзаж, иногда – очень редко – юноше удавалось разглядеть что-то, похожее на лицо.

В одном Дион был уверен, эту вещь создала Старшая раса. Давно сгинувшая, она оставила после себя только развалины, загадки и множество артефактов, которые до сих пор находят и продают за баснословные деньги. А ещё – кучу предрассудков и потомков смешанной крови. Ни причин исчезновения, ни каких-то подробностей о Старшей расе люди не знали, а другие расы не спешили делиться информацией.

– Эта штука слишком дорогая для меня, – тяжело вздохнул Дион, откладывая шпильку на тумбочку. Такой тонкой обработки камней, такого изящного плетения металлических нитей не мог добиться мастер ни одной другой расы. Даже ралиш , жители пустыни и искусные ювелиры, не могли создать подобного.

– Но теперь она ваша, – Лайл зашла в комнату бесшумно и теперь с улыбкой смотрела на своего подопечного. – Вам её хранить до конца жизни. Это древняя реликвия рода Бран.

– Но почему повелитель Киган доверил её незнакомцу? – Дион нахмурился. Вся эта Церемония всё больше казалась ему какой-то странной. Зачем заключать союз с мужчиной, отдавать ему на хранение древний артефакт пропавшей расы?

– Теперь ваши жизни связаны, – Лайл пожала плечами. – Кроме того, такова традиция. Эта заколка всегда хранится у спутника или спутницы правителя Хейса.

Дион вздохнул, он не понимал, не разбирался в традициях страны, где теперь ему предстояло жить до конца дней. Дядя ничего ему не рассказал, не дал ни единой книги, посвящённой Хейсу, никак не подготовил к тому, что его ждёт. Точно ему было всё равно. «Ему и было всё равно», – обречённо подумал Дион.

– Что я должен делать сегодня? – в голосе прозвучало слишком много обречённости. Впрочем, Дион не видел необходимости в том, чтобы скрывать свои чувства.

– Отдыхать и набираться сил. Отъедаться и отсыпаться, – Лайл улыбнулась, подошла к окну и раздёрнула шторы. – Такой мой совет. Вы совсем бледный, а вчера вообще потеряли сознание.

– На то были причины, – неуверенно произнёс Дион. Он и сам не понял, откуда взялась та слабость. Скорее всего, Лайл была права, он просто перенервничал. У юноши всегда было крепкое здоровье, но после такого потрясения любой бы свалился.

– О, несомненно! – Лайл закрепила шторы и подошла к Диону. – Кроме еды и покоя будут какие-нибудь пожелания?

– Книги, – Дион подался вперёд. Библиотеку деда – узкоспециализированную и не слишком большую – он перечитал в своё время всю. Дядя ему позволял читать только книги из одной секции, по большей части романы и скучные описания быта мелланцев. – Если можно.

– Я бы даже сказала, нужно, – Лайл подоткнула одеяло и вышла.

Вернулась она с парой слуг, одетых в уже привычные мрачные серые одежды. Слуги быстро расставили на столике рядом с кроватью блюда с едой, поставили кубок и пару кувшинов и ушли, не произнеся ни слова и не взглянув на Диона. Лайл положила рядом с юношей три увесистых тома.

– Я подумала, это может вам понравиться или, хотя бы, быть полезным, – Лайл подошла к столику и начала переставлять тарелки. – Сами сможете встать и поесть?

– Да, конечно! – Дион сполз с кровати и, слегка пошатываясь, подошёл к столику. Слабость немного отступила, так что столь небольшое расстояние он смог проделать без посторонней помощи.

Теперь он мог разглядеть и распробовать то, что ему принесли слуги. Блюда были совершенно незнакомыми, но приготовлены были отлично. В них было больше специй, чем он привык, сразу чувствовалось, что Хейс активно торгует с Дакеем. Дион потянулся к ближайшему кувшину, там оказалось вино. Во втором была чуть подслащенная соком вода. Именно её юноша и выбрал. Съев, сколько получилось, он добрёл до глубокого кресла рядом с камином, украшенным резными изображениями драконов. Лайл принесла ему книги и положила на скамеечку рядом.

– «Цветы и растения Хейса»? – Дион взял верхнюю книгу из стопки.

– Я подумала, что это может показаться вам познавательным, – Лайл занималась уборкой недоеденных блюд. Много Дион осилить не смог.

– «Экономические законы и потоки», – Дион прочитал название следующего тома. – И «Новейшая история».

– Только по эту сторону гор, – усмехнулась Лайл. – И новейшей её я бы не назвала. Книга старая. Но события там точно после выходки Калиста Дарра !

– Я выгляжу таким неучем? – растерянно спросил Дион.

– Определённые пробелы в образовании у вас точно есть, – Лайл повернулась и посмотрела в глаза юноше. Очень дерзко для служанки, но она точно не была простой служанкой. Это Дион уже понял. – Но всё поправимо, вот увидите!

Дион пожал плечами и открыл «Экономические законы». В конце концов, он и сам за последнее время понял, как мало знает о мире. Если уж он был, пусть и чисто номинально, спутником правителя страны, ему следовало узнать об этой стране всё, что только можно.

Следующие несколько дней проходили для Диона по одному и тому же распорядку: он просыпался, завтракал и брался за книги. Читать, сидя в кресле, было удобно, а Лайл постоянно приносила ему травяные отвары и печенье. Потом был обед, опять книги, ужин, ванна и сон. На второй день юноша запросил себе бумагу и перья, чтобы выписывать то, что считал важным. Вскоре записей накопилось много, и Лайл принесла ему небольшой сундучок, чтобы их удобнее было хранить.

Силы возвращались быстро, и вскоре Диона стало тяготить то, что он оказался заперт в одной комнате. Дождавшись, когда Лайл уйдёт, и забрав остатки завтрака, юноша выскользнул за дверь. В коридоре никого не было – ни охраны, ни других слуг. Дион огляделся по сторонам, прислушался, но ничего не услышал. Несколько секунд он потратил на выбор направления, потом пошёл направо. Как помнилось Диону, в тронный зал его вели налево, а туда он точно не хотел возвращаться.

На слугу – худощавого юношу со стопкой простыней – он наткнулся за следующим поворотом. Тот поклонился и прошёл мимо, даже не попытавшись остановить или узнать, куда Дион направляется. Приободрённый первым успехом, юноша пошёл дальше. Замок в жилой части был достаточно запутанным. Коридоры могли оканчиваться запертой дверью, выходом на балкон или галерею в большом зале, разделяться на два одинаковых или упираться в винтовую лестницу.

Уходить далеко в первые дни Дион не решался. Он старался вернуться до прихода Лайл, а это изрядно его ограничивало по времени. Да и забрасывать чтение не хотелось. Служанка продолжала приносить ему книги, способные помочь понять страну и её народ. Дион уже сносно разбирался в истории Хейса, знал, когда и кем тот был основан. Первые упоминания о стране относились к фрагментарным летописям Эпохи Войн , в протоколе о создании Совета Хейс упоминался как один из участников. С самого начала страной правили потомки драконов, носители их тёмной магии. Род Бран стоял у истоков Хейса, Киган был прямым потомком основателя страны, великого воина и полководца, приведшего армию на эти земли в то время, когда управлять порталами ещё не умели.

В целом, история Хейса была наполнена записями о войнах, конфликтах и договорах. Несколько раз Хейс выступал против Лира в союзе с другими странами. Несколько раз страны объединялись против Хейса. Единственное место в хрониках, которое Дион никак не мог понять, относилось к периоду, когда страна подвергалась постоянным вторжениям, одновременно с этим в Совете шли постоянные дебаты о праве доступа к знаниям и магии Старшей расы. Потом всё утихло, но юношу не покидало ощущение, что эти вещи были как-то связаны.

Упоминаний о гробницах или больших развалинах городов Старшей расы на территории Хейса не было, зато в книге по горному делу часто говорилось о сети пещер и запечатанных подземных гротах в Слайбте Мора, огромной горной цепи, протянувшейся от Северного моря до разлома Вииг на юге. Дион потратил полдня только на то, чтобы изучить подробную карту, которую ему принесла Лайл. У Хейса было несколько порталов, страна вела активную торговлю как с севером, так и с югом, даже со странами за Слайбте Мора. С одной стороны, это делало Хейс сильнее, с другой – конфликты тоже случались часто. Ничего серьёзного со времён основания Совета не происходило, но много раз страна оказывалась на грани. Дион никак не мог понять, что именно так привлекало соседей в Хейсе. Изрядную часть территории страны занимали леса и горы, для сельского хозяйства климат был прохладен. Конечно, в горах хватало металлов и драгоценных камней, но ничего такого, из-за чего стоило бы лезть с войной на территорию чёрных магов. Не говоря уже о том, что горы Хейса кишели драконами, которые гнездились здесь ещё с тех времён, когда весь материк принадлежал Старшей расе. И договариваться с ними умели только их потомки.

История увлекала юношу, он с удовольствием читал том за томом мемуары и исследования. С экономикой было сложнее. Дион пытался заучить основные товары экспорта и импорта, но в голове постоянно путалось. На экспорт – травы, минералы, мёд, металлы и ювелирные изделия. На импорт – продовольствие, вино и всё, что не производится в стране или чего не хватает. Ремесло развито, магия – тоже, и самая разная. Но вся эта информация никак не хотела укладываться в голове. Дион понимал, что взял слишком большой темп, понять всё и сразу у него вряд ли поучится. И потому начал проводить долгие часы в прогулках по замку. Он уставал с каждым днём всё меньше, мышцы работали активнее, а дыхание перестало сбиваться.

Когда юноша обнаружил первый потайной ход за обветшалым гобеленом в полузаброшенной части замка, он безумно обрадовался. Правда, в третьем таком потайном ходе наткнулся на стражника, который немало удивился, но пояснил, что большая часть таких ходов используется обслугой, чтобы не мозолить глаза или пройти побыстрее. Дион поблагодарил стражника и занялся поиском скрытых ходов.

В жилой части замка было пустовато. Коридор, в котором находилась спальня Диона, был обжитым. Как удалось выяснить юноше, недалеко от него обитало ещё несколько приближённых правителя, комната самого Кигана тоже была рядом. Но чем дальше, тем больше попадалось пустых помещений, по некоторым даже сложно было понять, чем они были раньше. В коридорах, которые казались заброшенными, можно было наткнуться на стражников или слуг, иногда даже на кого-то из драконьей гвардии. А в обжитой части за день не встретить ни души.

Пару раз Дион умудрялся заблудиться. По какому-то странному стечению обстоятельств находил его каждый раз командир драконьей гвардии. Ни слова не говоря, он выводил его в знакомые коридоры. Дион мог только догадываться, следит ли за ним Фаллет или нет. И ещё – знает ли о его путешествиях Лайл. О Кигане юноша старался не думать. За всё время правитель Хейса ни разу к нему не приходил, Дион вообще не видел его с самой Церемонии.

Прошло не меньше двух недель с начала активного исследования замка, когда юноша нашёл выход в сад. Тот располагался на открытой огороженной площадке, с одной стороны упиравшейся в скальную породу. Замок буквально рос из горы, Дион мог поспорить, что подвалы были вырублены прямо в ней, хотя так низко спускаться не рисковал.

Сад был прекрасен. Дион узнал только часть цветов и трав, другие же видел впервые. То, что все они цвели в таком месте, говорило о немалом мастерстве садовника и о его познаниях в магии. Юноша даже решил, что тот является потомком Старшей расы. Те, как известно, славились умением повелевать чистыми стихиями. На следующий же день Дион притащил в сад книгу о цветах и травах, которую ему в первый день принесла Лайл. Служанка, скорее всего, рассчитывала на то, что он найдёт сад, и подготовила его заранее.

На самой скале Дион заметил скопление изящных белых цветов. Это был реальт, Лайл, видимо, здесь сорвала те цветы, что вставила в его волосы перед Церемонией. Обычно этот цветок рос высоко в горах, и найти его было не так просто. Ближе к стенам замка на клумбах цвели айлены , красивые, но капризные цветы самых разных оттенков. В тени деревьев, высаженных по краю парапета, Дион нашёл целебные травы. О многих ему рассказывала мать, но некоторых он только читал. На особо ухоженном и отгороженном участке юноша нашёл бойлин , особую траву, увеличивающую силу тёмных магов. Она была опасна, особенно при неумеренном употреблении, могла свести с ума. Дион подумал, что эта трава могла расти здесь едва ли не с самой постройки замка. Для правителей Хейса с учётом его истории она была просто необходима. Дион на миг представил, каким мог бы стать Киган в бою под действием бойлина, но быстро отказался от этой идеи. Результат вышел уж больно пугающим.

На изучение сада Дион потратил три дня. Он находил в книге описание цветов и трав, читал про каждое растение и старался запомнить. А потом Лайл начала приносить книги уже в сад. Иногда – даже еду. Дион впервые за долгое время дышал свежим воздухом и чувствовал умиротворение. В доме, где он рос, садом занималась его мама. После того, как её забрали, все заботы о растениях легли на его плечи, деду это было не интересно. В саду Дион выращивал лечебные травы, приправы и зелень, следил за яблонями и собирал урожай. Здесь ему ничего не нужно было делать, но обстановка казалась хоть немного привычной, и это успокаивало.

Дион сумел подружиться с парой слуг, присматривавших за садом, но на вопрос о том, кто здесь всем заведует, они упорно молчали. Юноша смирился с тем, что садовника он так и не увидит, но не переставал восхищаться его мастерством. Постепенно Дион пришёл к мысли, что вполне может прожить свою жизнь так – читая книги в саду и любуясь на горы. В конце концов, от него требовалось быть всего лишь символом политического союза. Ни дяде, ни правителю Хейса он больше ни для чего не был нужен.

Глава 3. Границы допустимого.

Мой мальчик, ты бледен слишком,

Оставь свои книги здесь.

И там, где поток ярится

И встаёт за рекою лес,

Уйдём по траве и росам

Навстречу слепой луне.

Мой мальчик, зачем же слёзы?

Ты холоден так – ко мне?

Дион не считал дни. Его жизнь текла размеренно и однообразно. Может, прошла неделя, может – чуть больше. В тот день Лайл задержалась, книга закончилась, а солнце стало припекать слишком сильно. Дион со вздохом отложил дочитанный том по особенностям ведения торговли с использованием порталов. Скучнейшее произведение, уже второй день вгонявшее его в сон. Юноша поднялся и направился к выходу из сада. Их было всего три, он пользовался обычно тем, что выводил в знакомый коридор, ведущий сразу в его комнаты.

В этот раз Дион выбрал другую дверь – небольшую, украшенную вычурной ковкой без всяких драконов, что здесь было большой редкостью. За ней, как он уже успел узнать, начинался тёмный узкий коридор, ведущий на длинную галерею. Та шла вдоль довольно просторного зала, в котором часто тренировалась драконья гвардия. Обычно Дион, слыша крики и лязг оружия, просто разворачивался и возвращался в сад. Но сегодня он решил пройти по галерее и узнать, куда ведёт дверь в самом её конце.

Ему повезло, сегодня в тренировочном зале было пусто. На несколько мгновений Дион замер, глядя вниз. Он никогда не решался подсматривать за тренировками. Теперь же он мог рассмотреть большой зал, стойки с учебным оружием и ящики с доспехами и стёгаными куртками. На пол была нанесена разметка, но юноша не знал, что она означает – может, не позволяет бойцам мешать друг другу, может, просто нужна для отработки каких-то сложных приёмов.

– Лайл задерживается, здесь никого, – Дион отрешённо подумал, что должен был насторожиться, но его это не касалось. Всё, что происходило в мире, его больше не касалось. Даже если началась очередная война, ему об этом забыли сообщить.

Дверь на другом конце галереи открылась без скрипа. Едва юноша шагнул внутрь, на его лице расплылась улыбка. Перед ним был огромный зал, заставленный шкафами с книгами и свитками. Вдоль боковых стен виднелись ниши скрипториев с большими окнами и занавесками, отгораживающими их от всего мешающего шума. Сейчас все занавески были отдёрнуты. У дальней стены у окон стояли столы для работы и подставки под самые большие и ценные книги. По бокам от входа шли две узких лестницы на галерею второго этажа.

Дион нашёл библиотеку, здесь она была намного больше, чем у дяди во дворце. Через секунду до юноши дошло, что его никто не остановил, никто не окрикнул и не попытался выгнать, никто не спросил, кто он такой и как сюда попал. В помещении вообще никого не было, даже работников. Значит, все эти книги были в его полном распоряжении.

В первый день Дион просидел за столом у окна до самого заката, читая всё, на что ложился глаз. Он вздрогнул, когда на стол рядом с ним опустился подсвечник с толстой свечой. Снаружи уже начинало темнеть, так что это было не лишним. Дион повернул голову, рядом с ним стоял молодой парень в широком сером одеянии. Парень низко поклонился и ушёл, не сказав ни слова. Дион осмотрелся по сторонам. В одном из скрипториев за незадёрнутой шторкой он заметил незнакомого мужчину. У того была незапоминающаяся внешность, серые волосы и бледная кожа. Перед мужчиной лежал толстый том, из которого незнакомец что-то выписывал на отдельный лист бумаги. Больше в библиотеке никого не было.

Дион просидел ещё пару часов уже при свете свечи, потом ушёл, забрав книгу с собой. Лайл ждала его в спальне, недовольная и насупленная. Она уже успела разложить на столике ужин и набрать ванну. Сначала Дион удивлялся такой расточительности и чистоплотности – мыться каждый день, да ещё и когда не занимаешься тяжёлым и грязным физическим трудом. Но потом привык и стал считать либо капризом правителя, либо местной традицией. Ему она нравилась. Юноша получал немалое удовольствие от горячей воды с капелькой масла.

Все следующие несколько дней Дион проводил среди книг. Тренировочный зал больше не пустовал, но юноша быстро проходил по галерее, не задерживаясь, чтобы не привлекать лишнего внимания. За закрытой дверью библиотеки всегда было тихо. Пару раз Дион замечал того сероволосого мужчину, но они ни разу не разговаривали. Каждый раз на закате молчаливый слуга приносил свечу. Утром ни её, ни потёков воска уже не было на столе.

На третий день Дион засиделся допоздна. Свеча почти догорела, а он хотел дочитать об одном из сражений, выигранных предком нынешнего правителя Хейса. Кто бы ни был хроникёр, писал он увлекательно и образно. Имени его юноша не нашёл. Уставший за весь день, Дион уже едва разбирал заполненные убористым почерком страницы. Свеча почти догорела, значит, была уже глубокая ночь.

На следующее утро проснулся он в своей спальне, хотя совершенно не помнил, что уходил из библиотеки. В первый раз Дион списал это на усталость, но потом такое повторилось ещё дважды. Он засиживался допоздна, засыпал над книгой, а потом просыпался в своей кровати. Первым порывом было выяснить, кто относит его в комнату. Дион вполне мог попытаться притвориться спящим и подождать. Но, подумав немного, он решил этого не делать. Ему не хотелось знать правду, ведь она могла совсем ему не понравиться.

После третьего случая Дион решил проводить время не только за книгами. От постоянного чтения начала болеть спина, да и глаза всё чащи слезились. Следующий день Дион провёл в саду, а потом решил возобновить тренировки. Дед успел научить его нескольким простым приёмам сражения с шестом. Только для укрепления тела и физического развития – так он говорил. Сражаться всерьёз Дион не собирался, он вообще не был уверен, что сможет ударить человека.

Несколько дней потребовалось на то, чтобы вычислить время, когда в зале внизу никого не бывало. Дион шёл в библиотеку с утра, выглядывал через несколько часов, обед проводил в саду. На следующий день тратил утро на изучение растений, а ближе к полудню шёл читать. Иногда он наведывался в библиотеку вечером, один раз даже среди ночи. За время исследований расписания гвардейцев Дион несколько раз видел на верхней галерее библиотеки Кигана. В первый раз юноша испугался, но правитель Хейса был чем-то занят и даже не заметил своего спутника. Потом Дион научился незаметно исчезать из поля зрения Чёрного Дракона, часто просто уходил из библиотеки, забрав пару книг. Один раз юноша видел Кигана в компании того сероволосого человека. Они о чём-то беседовали, склонив головы друг к другу. Правитель Хейса был заметно выше, и ему приходилось наклоняться. Тогда это удивило Диона – чтобы могущественный воин и чёрный маг склонял голову перед кем-то в своей собственной стране!

Вскоре юноша перестал сбегать и прятаться от Кигана. Он понял, что правителю он безразличен. Они друг друга просто не замечали, занимаясь каждый своим делом. Юноша так и не решился поговорить об этом с Лайл. Служанка охотно отвечала на многие его вопросы, но всегда переходила на сдержанный холодный тон, когда речь заходила о правителе. Она явно старалась держаться в стороне и не давать никаких оценок, предоставив Диону возможность решать самому.

Спустившись на один этаж и прокравшись в тренировочный зал, юноша почувствовал себя ужасно глупо. Он не делал ничего плохого, но ему всё равно казалось, что он нарушает какие-то неписаные правила. Дион даже не решился рассказать об этом Лайл, хотя служанка могла бы что-то посоветовать или даже предостеречь. В зале, как и ожидалось, никого не было. В это время дня здесь было тихо, после последней тренировки уже успели убрать. Ещё пару часов никто точно не придёт.

Дион подошёл к стойке с боевыми шестами. У деда были короче, но тяжелее, первое время придётся привыкать. Основные приёмы и стойки он помнил хорошо, старался не забывать, даже пока жил во дворце дяди.

– Сначала разминка, – Дион коротко выдохнул. Голос прозвучал в пустом зале слишком громко и чётко.

Юноша прекрасно понимал, что в реальном бою ни на какую разминку и растяжку времени не будет. Даже на то, чтобы выбрать шест по руке. Но во время тренировки лучше было не пренебрегать возможностью прогреть мышцы. Дед всегда настаивал на важности подготовки. На разминку Дион потратил полчаса. За прошедшее время он совсем разленился, только и делал что ел, спал да читал, иногда выбираясь в сад для прогулок. Конечно, Дион тратил немало сил, изучая ближайшую к его комнатам часть дворца, но этого всё равно было недостаточно. Тело стало слабее, он это чувствовал.

Закончив с подготовкой, Дион выбрал себе шест – самый короткий и тяжёлый из всех. Для себя юноша решил постепенно освоить местный вариант, но пока нужно было начинать с тем, к чему он привык. Сначала статичные стойки, плавные переходы и медленные движения для того, чтобы тело вспомнило и тяжесть шеста, и сами упражнения, и удары. В первый раз прозанимался Дион совсем недолго. Мышцы начали ныть, стойки стали менее устойчивыми, а на утро всё тело болело.

Это привело его к пониманию того, как давно и основательно он себя запустил. Дион злился, выгадывал каждую свободную минуту в зале, делал разминку в спальне, чтобы не тратить время. Лайл, если что-то и замечала, молчала и улыбалась. Она вообще редко вмешивалась, за что Дион был ей благодарен. Он только начал осваиваться на незнакомой территории, только начал чувствовать себя в безопасности. То, что его никто не останавливал и не запрещал ходить, где вздумается, вселяло уверенность и будило любопытство.

Тренировки становились привычными, Дион уже мог проделывать весь базовый комплекс стоек и движений, не сильно уставая. И уже начал подумывать начать учиться чему-то новому. Он проводил время, наблюдая за тренировками гвардейцев, и старался запомнить их движения. Постепенно Дион перестал вздрагивать от каждого звука и дёргаться к стойке с шестами, едва ему казалось, что к залу кто-то приближается. Наверное, из-за этого он не услышал, как открылась дверь за его спиной.

– Дать пару советов? – Дион резко развернулся, едва не упав. Командир драконьей гвардии в последний момент успел перехватить шест, с которым тот тренировался. – Напугал?

Дион сглотнул – он понятия не имел, что говорить, как себя вести. Ему ничего не запрещали, но и разрешения он не спрашивал. Кроме того, он всё ещё не знал, на каком положении находится в замке. Одно дело Лайл или тот парень из библиотеки. Стоявший перед ним мужчина – это совсем другое. Неизвестная величина.